ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-16186/2024

Дело № А41-24100/21

16 сентября 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  02 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 сентября 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Досовой М.В.,

судей Катькиной Н.Н., Муриной В.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Давлатовым Д.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Московской области от 02.07.2024 по делу № А41-24100/21 

о несостоятельности (банкротстве) ООО «Энергоцентр»

при участии в судебном заседании: 

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности №50АБ9660922 от  16.01.2024;

конкурсный управляющий ООО «Энергоцентр» ФИО3 – лично, паспорт;

от УФНС России по Московской области – ФИО4 по доверенности №22-11/15 от 12.01.2024;

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим образом, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 06.09.2022 ООО «Энергоцентр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства,  конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Сведения о введении процедуры банкротства опубликованы в газете «Коммерсантъ» №172 (7373) от 17.09.2022. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.02.2023 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3.

Конкурсный управляющий ООО «Энергоцентр» обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками дополнительных соглашений от 06.07.2018, от 24.12.2018 к трудовому договору от 15.07.2013 № 17А, заключенных между ООО «Энергоцентр» и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки, восстановив стороны в положение, существовавшее до заключения оспариваемых сделок.

Определением Арбитражного суда Московской области от 02.07.2024 признаны недействительными сделками дополнительные соглашения от 06.07.2018, 24.12.2018 к трудовому договору от 15.07.2013 № 17А, заключенные между ООО «Энергоцентр» и ФИО1. Применены последствия недействительности сделок в виде признания отсутствующей задолженности у ООО «Энергоцентр» перед ФИО1 в размере 4 442 000 руб. Суд признал наличие обязанности ООО «Энергоцентр» передать жилую квартиру, двухкомнатную, расположенную в г. Клин Московской области (ул. Клинская, д. 56, корп. 1, кв. 48, кад. № 50:03:0010223:1144), при наличии выполнения работником основных задач, оговоренных сторонами в приложении № 1 к трудовому договору от 15.07.2013 № 17А с работником ФИО1.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал апелляционную жалобу.

Представитель конкурсного управляющего должника возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Представитель УФНС России по Московской области также возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта. 

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 15.07.2013 между ООО «Энергоцентр» (работодатель) и ФИО1 (работник) заключен срочный трудовой договор № 17а (далее – трудовой договор) сроком на пять лет. 

В силу п. 1.1 трудового договора работодатель предоставляет работнику работу по должности руководитель направления энергоэффективности, а работник обязуется выполнять указанную работу в соответствии с условиями трудового договора. 

В силу п. 3.2.9 трудового договора работодатель обязуется обеспечить работника на период его работы жильем. Расходы по предоставлению работнику жилья несет работодатель (п. 4.5 трудового договора). 

Пунктом 4.6 трудового договора установлено, что по истечении срока трудового договора при условии выполнения работником основных задач, оговоренных сторонами в Приложении № 1, работодатель безвозмездно передает в собственность работнику двухкомнатную жилую квартиру в г Клин Московской области в течение 60 дней с момента истечения срока трудового договора.

В случае прекращения трудового договора до истечения срока, установленного п. 1.4 договора, по любому из оснований, предусмотренных статьей 77 Трудового кодекса Российской Федерации, обязательство работодателя по передаче квартиры прекращается, если иное не будет дополнительно определено соглашением сторон. 

В дальнейшем между сторонами 06.07.2018, 24.12.2018 заключены дополнительные соглашения к трудовому договору, в соответствии с которыми пункт 4.6 трудового договора изложен в следующей редакции: Работодатель обязуется в срок до 30.04.2019 (30.12.2018 по доп. соглашению от 06.07.2018) безвозмездно передать в собственность работнику (а в случае его смерти наследнику работника) двухкомнатную жилую квартиру, расположенную по адресу: Московская обл., Клинский район, городское поселение Клин, 

<

...>, кадастровый номер 50:03:0010223:1144, находящуюся в собственности ООО «Энергоцентр». В случае не передачи квартиры в установленный срок работодатель по заявлению работника (а в случае его смерти - наследника работника) обязуется выплатить работнику действительную на момент подачи заявления стоимость квартиры (но не менее 2 400 000 руб.) в течение 30 (тридцати) календарных дней с момента получения соответствующего заявления работника. 

23.05.2016 между сторонами заключен договор безвозмездного пользования спорной квартирой, в соответствии с которым ООО «Энергоцентр» передало ФИО1. и членам его семьи спорную квартиру по акту приема-передачи от 23.05.2016 на срок с 23.05.2016 по 31.12.2018.

29.12.2018 между сторонами повторно заключен договор безвозмездного пользования спорной квартирой на срок с 01.01.2019 по 31.12.2022. Квартира передана по акту приема-передачи от 29.12.2018.

10.04.2019 стороны заключили договор дарения спорной квартиры в пользу ФИО1 

29.12.2020 трудовой договор между ФИО1 и ООО «Энергоцентр» расторгнут по инициативе работника.

Ссылаясь на то, что первоначальные условия трудового договора предусматривали лишь обеспечение ФИО1 жильем исключительно на период выполнения им своих трудовых обязанностей в ООО «Энергоцентр», а впоследствии спорная квартира безвозмездно выбыла из собственности должника в пользу аффилированного лица в период наличия признаков неплатежеспособности ООО «Энергоцентр», конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В качестве правового основания заявитель сослался на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что  на дату заключения дополнительных соглашений у ООО «Энергоцентр» имелись устойчивые признаки банкротства; заключение оспариваемых дополнительных соглашений осуществлялось на условиях, не доступных иным участникам оборота; заключением спорных дополнительных соглашений к трудовому договору стороны намеревались обогатиться за счет конкурсной массы ООО «Энергоцентр».

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о том, что стороны оспариваемых сделок преследовали цель причинения вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем признал доводы конкурсного управляющего должника доказанными и обоснованными.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с такими выводами Арбитражного суда Московской области по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, установленным Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Как следует из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 Постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). 

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления №63). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, а именно: под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 7 пункта 5 Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Признавая оспариваемые сделки недействительными, суд первой инстанции установил, что на дату заключения оспариваемых дополнительных соглашений должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку имел неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов ООО «Энергоцентр», о чем ФИО1 как руководитель структурного подразделения общества, не мог не знать.

Совокупность указанных обстоятельств согласно выводам суда первой инстанции свидетельствует о недействительности оспариваемых дополнительных соглашений.

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

Трудовые отношения отнесены к предмету правового регулирования трудового законодательства (статья 1 Трудового кодекса Российской Федерации), поэтому, по общему правилу, оценка их возникновения (наличия) как таковых должна производиться на основе положений этого законодательства.

В соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров (часть 1 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 4 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Из приведенных норм права следует, что работодатель не лишен права, в том числе для привлечения квалифицированных работников, включать в трудовой договор дополнительное условие, в соответствии с которым работнику в связи с трудовыми отношениями предоставляется в собственность жилое помещение.

Как следует из материалов дела, решением Клинского городского суда Московской области от 05.05.2023 в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Энергоцентр» о взыскании денежных средств в счет исполнения условий трудового договора от 15.07.2013 № 17А в связи с неисполнением обязательств по передаче квартиры в собственность отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 14.08.2023, оставленным без изменения определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 15.01.2024, решение Клинского городского суда Московской области от 05.05.2023 отменено. С ООО «Энергоцентр» в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в размере 4 442 000 руб. 

Судами в рамках указанного дела установлено, что фактическая передача в собственность ФИО1 спорной квартиры стала невозможной в связи с ее изъятием в пользу Российской Федерации.

Принимая определение от 14.08.2023, судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда исходила из того, что злоупотребление сторонами правом при установлении в трудовом договоре от 15.07.2013 не установлено; последующая трансформация данной обязанности в денежное обязательство закону не противоречит; более того согласуется с принципами защиты работника, непосредственно связана и вытекает из ранее возникшего обязательства по передаче квартиры в собственность; является альтернативным и финансово равнозначным способом его исполнения; несмотря на заключение договора дарения, обязанность по передаче квартиры работодателем не исполнена и не может быть исполнена в связи с обращением квартиры в доход государства; заключение дополнительных соглашений в период действия ареста на квартиру не препятствует исполнению работодателем альтернативного обязательства по выплате работнику стоимости спорной квартиры, в связи с чем правовых оснований для освобождения ООО «Энергоцентр» от исполнения обязанности выплатить ФИО1 стоимость квартиры не имеется и с ООО «Энергоцентр» в пользу ФИО1 подлежат взысканию денежные средства в размере 4 442 000 руб.

С учетом указанных обстоятельств суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

При реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом Российской Федерации работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом как со стороны работника, так и со стороны работодателей (пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Данный принцип распространяется не только на случай расторжения трудового договора, но и на иные отношения между работником и работодателем, в том числе на отношения по обеспечению бытовых нужд работника в виде безвозмездного предоставления работнику жилого помещения на период трудовых отношений, а также безвозмездной передачи работнику жилого помещения в собственность по истечении согласованного сторонами трудовых отношений срока в качестве меры привлечения работника к вступлению в трудовые отношения с данным работником.

Вступая в трудовые отношения с ответчиком, истец как работник правомерно рассчитывал на то, что согласованное с работодателем условие трудового договора в части передачи жилого помещения будет исполнено ответчиком надлежащим образом. Однако данная обязанность ответчиком надлежащим образом перед истцом, в том числе после его увольнения, исполнена не была. 

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что оспариваемыми дополнительными соглашениями лишь установлен новый срок передачи жилого помещения в собственность ФИО1, а также его технические характеристики (жилое помещение конкретизировано), а само условие о передаче жилого помещения в собственность работника изначально содержалось в трудовом договоре, который заключен в 2013 году – за пять дет до установленной судом первой инстанции неплатежеспособности должника и за семь лет до возбуждения процедуры банкротства.

Следовательно, оспариваемые дополнительные соглашения сами по себе не устанавливают каких-либо прав и обязанностей ООО «Энергоцентр» перед ФИО1

При этом ни трудовой договор от 15.07.2013, ни договор дарения от 10.04.2019, на основании которых апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 14.08.2023, оставленным без изменения определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 15.01.2024, установлена обязанность ООО «Энергоцентр» выплатить в пользу ФИО1 денежные средства в размере 4 442 000 руб.,  в установленном порядке не оспорены, недействительными не признаны.

С учетом указанных обстоятельств суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том заявленные конкурсным управляющим требования фактически направлены на преодоление вступившего в законную силу судебного акта суда общей юрисдикции, что недопустимо.

В данном случае удовлетворение заявления о признании сделки недействительной приведет к конфликту судебных актов.

Суд апелляционной инстанции также считает  необходимым отметить, что при заключении трудового договора и поступлении на работу работник не обязан учитывать финансовое состояние работодателя и иные факторы, он вправе принимать решение, только исходя из размера заработной платы и условий труда, и не должен нести риск возможного взыскания с него заработной платы в случае наступления неплатежеспособности работодателя, то есть речь идет о презумпции добросовестности работника, в отношении работодателя которого введена процедура несостоятельности. 

Следует отметить, что законом не установлена обязанность работника руководствоваться при приеме на работу какими-либо иными критериями, кроме существенных условий трудового договора. 

В частности, работник не обязан принимать в расчет финансовое положение организации, а соответственно не должен нести убытки при неудачах работодателя и введении процедуры конкурсного производства. 

Для опровержения презумпции добросовестности работника необходимо установить, что работник при заключении трудового договора не только был осведомлен о наличии признаков несостоятельности работодателя, но доказать, что он формально вступал в трудовые отношения с должником исключительно с целью вывода денежных средств и причинения вреда. 

Также подлежит установлению наличие сговора работника и представителя должника, ответственного за заключение трудового договора, поскольку само по себе намерение получить от работодателя выплаты является правомерным (постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.02.2020 по делу № А40-137960/17). 

Между тем таких доказательств конкурсным управляющим не представлено.

Учитывая изложенное, конкурсным управляющим не доказана совокупность обстоятельств, свидетельствующих о недействительности оспариваемых дополнительных соглашений на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Основания признания сделок недействительными в рамках дела о банкротстве закреплены в главе III.1 Закона о банкротстве.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 4 Постановления № 63 и пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 32 от 30.04.2009 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В отсутствие доказательств направленности воли сторон на вывод активов должника, и, соответственно, на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника оснований для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым отметить, что примененные судом первой инстанции последствия недействительности сделки  - обязание ООО «Энергоцентр» передать жилую квартиру, двухкомнатную, расположенную в г. Клин Московской области (ул. Клинская, д. 56, корп. 1, кв. 48, кад. № 50:03:0010223:1144) при наличии выполнения работником основных задач, оговоренных сторонами в приложении № 1 к трудовому договору от 15.07.2013 № 17А с работником ФИО1, являются неисполнимыми, поскольку спорная квартира изъята в пользу Российской Федерации.

При таких обстоятельствах определение Арбитражного суда Московской области от 02.07.2024 по делу № А41-24100/21 надлежит отменить. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Энергоцентр» отказать.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 02.07.2024 по делу № А41-24100/21 отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Энергоцентр» ФИО3 отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий cудья

Судьи

 

М.В. Досова

Н.Н. Катькина 

В.А. Мурина