АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-43423/2019

Дело № А06-2301/2018

г. Казань

23 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 23 июня 2020 года

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Хайруллиной Ф.В.,

судей Петрушкина В.А., Фатхутдиновой А.Ф.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Лежанкова Александра Николаевича

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 19.12.2018 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019

по делу № А06-2301/2018

по заявлению ФИО2 о включении требования в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Дом рыбака» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  

 

УСТАНОВИЛ:

решением арбитражного суда Астраханской области от 25.01.2019 общество с ограниченной ответственностью «Дом рыбака» (далее – должник, общество «Дом рыбака») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника ФИО2 (далее – кредитор, ФИО2) обратился в Арбитражный суд Астраханской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 1 729 088 руб. основного долга по договору займа, 330 798,43 руб. процентов за пользование займом, 144 177,94 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 19.12.2018 требования ФИО2 в полном объеме признаны не обоснованными и не подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Дом рыбака». 

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019 определение Арбитражного суда Астраханской области от 19.12.2018 оставлено без изменения.

Не согласившись с судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит названные судебные акты отменить, как принятые с нарушением норм действующего законодательства.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 16.04.2019 кассационная жалоба ФИО2 принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании на 28.05.2019.

До начала судебного заседания, 27.05.2019 в суд кассационной инстанции посредством электронной системы «Мой арбитр» направлено ходатайство представителя ФИО2 Окунь А.Г. о приостановлении производства по настоящему обособленному спору в связи со смертью ФИО2 до определения его правопреемника, о чем представлена копия свидетельства о смерти от 29.04.2019. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 17 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) правоспособность гражданина прекращается с его смертью и с переходом в предусмотренном законом случаях его прав и обязанностей к другим лицам - правопреемникам.

При наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства в день смерти гражданина. Наследники становятся участниками тех правоотношений, в которых участвовал наследодатель.

В соответствии со статьей 1112 ГГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Наследники становятся участниками тех правоотношений, в которых участвовал наследодатель.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд обязан приостановить производство по делу в случае смерти гражданина, являющегося стороной в деле или третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, если спорное правоотношение допускает правопреемство.

Поскольку не разрешен вопрос о наличии либо отсутствии правопреемников ФИО2, определением Арбитражного суда Поволжского округа от 29.05.2019 производство по обособленному спору в рамках настоящего дела приостановлено в порядке пункта 3 части 1 статьи 143 АПК РФ до определения правопреемника ФИО2, направлен соответствующий судебный запрос в Московскую городскую нотариальную палату.

Согласно полученному из Московской городской нотариальной палаты ответу от 31.01.2020 № 121, нотариусом ФИО4 открыто наследственное дело к имуществу умершего ФИО2 и его наследником по закону является его сын – ФИО1 (далее – ФИО1).

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 13.03.2020 производство по кассационной жалобе ФИО2 возобновлено, назначено судебное разбирательство на 09.04.2020 на 14 часов 00 минут.

В связи с Указом Президента Российской Федерации от 02.04.2020 № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» и принятием совместного постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Совета судей Российской Федерации от 08.04.2020 № 821 судебное заседание, назначенное к рассмотрению на 09.04.2020 на 14 часов 00 минут, перенесено на 21.05.2020 на 16 часов 40 минут.

В соответствии с положениями частей 1 и 3 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

По информации, предоставленной суду 23.03.2020 нотариусом Московской городской нотариальной палаты (письмо от 18.03.2020 № 399), из свидетельств о праве на наследство по закону - 77 АГ 1757632, 77 АГ 1757633, 77 АГ 1757634, 77 АГ 1757636, выданных ФИО1, следует, что единственным наследником, принявшим наследство скончавшегося ФИО2, является его сын ФИО1

С учетом выбытия ФИО2 в связи со смертью из спорного правоотношения, суд кассационной инстанции произвел процессуальное правопреемство и заменил названное лицо его наследником ФИО1, что отражено в определении Арбитражного суда Поволжского округа от 21.05.2020. В целях обеспечения надлежащего извещения ФИО1 о времени и месте судебного разбирательства рассмотрение кассационной жалобы отложено на 16 июня 2020 года на 17 часов 00 минут.

28.06.2020 от единственного участника ФИО5 поступило ходатайство об участии 16.06.2020 в судебном заседании посредством онлайн-заседания, в удовлетворении которого судом округа было отказано ввиду отсутствия технической возможности проведения.

Судебная корреспонденция была направлена ФИО1, зарегистрированному по месту жительства по адресу: 

<

...>, который указан нотариусом ФИО4 при направлении ответа на судебный запрос, и значится в свидетельствах о праве на наследство по закону - 77 АГ 1757632, 77 АГ 1757633, 77 АГ 1757634, 77 АГ 1757636, выданных ФИО1

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

Гражданин несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по перечисленным адресам, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 ГК РФ). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

Корреспонденция, направленная Арбитражным судом Поволжского округа ФИО1 по указанному нотариусом адресу, возвращена суду округа с отметками об истечении срока хранения, что в силу вышеуказанной нормы пункта 2 части 4 статьи 123 АПК РФ позволяет считать ФИО1 надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание явку своих представителей не обеспечили.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, изучив материалы дела, суд кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных актов. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, между кредитором и должником были заключены следующие договоры займа: от 05.02.2015 и дополнительные соглашения к нему № 1-№22 с 05.05.2015 по 20.11.2015, от 01.04.2015 № 2 и дополнительное соглашение к нему от 08.09.2016 № 1, от 16.04.2015 № 3 и дополнительное соглашение к нему от 08.09.2016 № 1, от 18.08.2015 № 12 и дополнительное соглашение к нему от 08.09.2016 № 1, 22.12.2015 № 17 и дополнительное соглашение к нему от 08.09.2016 № 1, от 29.12.2015 № 18 и дополнительное соглашение к нему от 08.09.2016 № 1.

Условиями вышеперечисленных договоров займа предусмотрена обязанность заемщика - должника уплатить проценты в размере 8% годовых, и обязательство должника по выплате кредитору сумм займов не позднее 30.06.2017.

При этом начиная с 05.05.2015 заем был предоставлен кредитором должнику путем внесения наличных денежных средств в кассу должника, в доказательства которого были представлены квитанции к приходным кассовым ордерам за период с 05.05.2015 по 29.12.2015. 

Таким образом, в соответствии с вышеуказанными договорами займа кредитор фактически предоставил должнику заем на общую сумму 2 254 967,77 руб., которые должник обязался возвратить кредитору путем перечисления их на его расчетный счет, при этом должник исполнил обязанность по возврату суммы займа частично, возвратив по договору займа от 05.05.2015 задолженность в размере 525 879,77 руб.

Сумма основного долга должника перед кредитором по всем договорам займа составила 1 729 088 руб.

ФИО2 ссылаясь на наличие задолженности, возникшей в связи с неисполнением должником обязанности по возврату сумм займов, в размере 1 729 088 руб. основного долга и процентов за пользование займом в размере 330 798,43 руб., в том числе начисленных процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 144 177,94 руб. обратился в арбитражный суд с настоящим требованием. 

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, предусмотренными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства осуществляется в порядке и сроки, предусмотренные статьями 100, 142 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 3 и 5 статьи 100 Закона о банкротстве, арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов независимо от наличия возражений относительно этих требований.

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве» (далее  -Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, о том, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения по существу заявленных требований; при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Из правовой позиции, изложенной в пункте 26 Постановления № 35, пункта 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, следует, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений, тем самым, прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота предъявляются повышенные требования.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга. Если стороны правоотношений являются аффилированными, к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых.

Данная правовая позиция также отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533.

В силу статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно пункту 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором (пункт 1 статьи 809 ГК РФ).

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким, предусмотренным подпунктами 1 - 9 указанного пункта, признакам.

В соответствии со статьей 4 Закона о защите конкуренции аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо; лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 и от 06.08.2015 № 302-ЭС15-3973, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о том, что очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается, а сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и займодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Исходя из сложившейся судебной практики при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), в частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущения включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Как установлено судом, между кредитором и должником заключены договоры займа. Указанные договоры подписаны кредитором (займодавцем) - ФИО2, должником (заемщиком) -ФИО1, являющимся сыном кредитора.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, суды правомерно пришли к выводу, что кредитор и должник являются аффилированными лицами.

Как установлено судом, кредитор не представил какого-либо экономического обоснования, раскрывающего мотивы совершения сделок.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 26.04.2018 включены требования общества с ограниченной ответственностью «Развитие» (далее – общество «Развитие») в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника в сумме 11 000 000 руб. долга, 1 573 150,58 руб. процентов, 1 100 000 руб. пеней.

Указанным судебным актом установлено, что задолженность перед обществом «Развитие» возникла в результате неисполнения условий договоров от 26.11.2014 процентного займа № 2 и от 15.04.2013 процентного займа № 1.

Суды правомерно отметили, что ФИО2 на даты заключения договоров займа (2015г.) между ним и должником, в лице его сына ФИО1, был осведомлен о финансовом состоянии, о наличии просроченных задолженностей должника перед иными кредиторами и об отсутствии у должника средств для их погашения. 

В материалы дела представлена справка Сбербанка о состоянии вклада ФИО2 за период с 01.05.2015 по 31.05.2015, остаток вклада на 29.05.2015 по которым составил 3 835 075,21 руб. 

Согласно выписке по лицевому счету ПАО «Промсвязь банк» за период 01.12.2015 - 31.08.2018, у ФИО2 было зачисление на счет в банке суммы 1 000 000 руб., доказательств того, что ФИО2 воспользовался имеющимися на счетах денежными средствами для предоставления займа должнику, их снятия, суду не представлено.

Из справок о доходах физического лица за 2015 год - 2015 № 2 от 18.03.2016 код. 7718, 2015 № 2 от 18.03.2016 код. 7731, следует, что сумма доходов заявителя составила 60 000 руб.

При таких обстоятельствах, суды правомерно пришли к выводу об отсутствии финансовой возможности кредитора для предоставления должнику займов на вышеуказанную сумму.

В силу части 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. 

Согласно части 4 статьи 9 указанного Закона первичный учетный документ должен быть составлен в момент совершения операции, а если это не представляется возможным - непосредственно после ее окончания.

В соответствии с частью 2 статьи 9 указанного Закона первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, а документы, форма которых не предусмотрена в этих альбомах, должны содержать соответствующие обязательные реквизиты. 

Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. 

Любая организация (независимо от применяемой системы налогообложения), которая получает или расходует наличные деньги, обязана вести кассовую книгу (форма № КО-4). Кассовую книгу ведет кассир или другой работник, в должностные обязанности которого входит ведение кассовых операций (Постановление Госкомстата Российской Федерации от 18.08.1998 № 88 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету кассовых операций, по учету результатов инвентаризации»). 

Организации и индивидуальные предприниматели, применяющие упрощенную систему налогообложения, обязаны соблюдать правила ведения кассовых операций в силу прямого указания пунктом 4 статьи 346.11 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 4, 4.6, 5 Указания Центрального Банка России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» прием наличных денежных средств должен проводиться по приходному кассовому ордеру и поступившие наличные деньги должны быть учтены в кассовой книге. 

В целях соблюдения названных правил суду не представлены доказательства оприходования и расходования должником переданных ФИО2 денежных средств.

Суды правомерно отметили, что включение в реестр требований кредиторов должника осуществляется заявителем в интересах самого должника для уменьшения голосов кредиторов на собрании кредиторов, с целью причинения им вреда, и такие требования в рамках дела о банкротстве предъявлены быть не могут.

При таких обстоятельствах, суды правомерно пришли к выводу о злоупотреблении кредитором правом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 названного Кодекса пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

При этом в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В соответствии с абзацем 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе является достаточным основанием для отказа во включении требований заявителя в реестр. 

Суды первой и апелляционной инстанции, проанализировав фактические обстоятельства заключения спорных договоров займа, установили, что: кредитор и должник по отношению друг к другу являются аффилированными лицами; разумные экономические мотивы совершения сделки не раскрыты; наличие и размер задолженности должника перед кредитором не доказан, и пришли к выводу, что представленные в обоснование требования договоры займа имели целью создание искусственной контролируемой задолженности и причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, о злоупотреблении кредитором своим правом, в связи с чем обоснованно отказали в удовлетворении заявления.

Судебная коллегия приходит к выводу, что судом апелляционной инстанции на основании полного и всестороннего исследования содержащихся в материалах дела документов установлены имеющие значение для дела обстоятельства, полно, всесторонне и объективно исследованы доказательства в их совокупности и взаимной связи, с учетом доводов и возражений, приводимых сторонами, исходя из положений статей 65, 71 АПК РФ, и сделаны выводы, основанные на правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы об обратном направлены на переоценку доказательств и установление иных обстоятельств по делу, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Доводов, подтверждающих существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые могли повлиять на исход дела и являются достаточным основанием для пересмотра обжалуемого судебного акта в кассационном порядке, не представлено.

Поскольку выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ для отмены либо изменения судебного акта, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 19.12.2018 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019 по делу № А06-2301/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                        Ф.В. Хайруллина

 

Судьи                                                                               В.А. Петрушкин

 

                                                                                          А.Ф. Фатхутдинова