АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17 http://www.msk.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-112348/23-140-2037

21 сентября 2023 г.

г. Москва

 

Резолютивная часть решения объявлена 15 сентября 2023 г. Полный текст решения изготовлен 21сентября 2023 г. 

Арбитражный суд в составе судьи О.Ю. Паршуковой  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1  

Рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению (заявлению)  ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТРАНССТРОЙ" (125581,  РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ХОВРИНО,  ФЛОТСКАЯ УЛ., Д. 7, ПОМ./КОМ. 489/3, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения  ОГРН: 30.03.2012, ИНН: 

<

***>)  

к ИНСПЕКЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 33 ПО Г. МОСКВЕ  (125373, 

<

...> ДВЛД 3, ОГРН: 

<

***>,  Дата присвоения ОГРН: 23.12.2004, ИНН: 

<

***>) о признании недействительным  решения от 30.12.2022 № 21/46  

при участии представителей: согласно протоколу судебного заседания от 15.09.2023;  

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ТРАНССТРОЙ» (далее также-  Заявитель, Налогоплательщик, Общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с  заявлением о признании недействительным решение № 21/46 от 30.12.2022 о  привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения,  вынесенное Инспекцией Федеральной налоговой службы № 33 по городу Москве  (далее также- Инспекция, налоговый орган).  

Представитель Заявителя в судебном заседании требования поддержал по  доводам заявления и пояснений по позиции Ответчика.  

Представители налогового органа в удовлетворении требований возражал по  доводам отзыва, пояснений.  

Рассмотрев заявление, исследовав имеющиеся в деле доказательства и заслушав  доводы сторон, суд находит заявленные требования по делу подлежащими  удовлетворению по следующим основаниям.  

Как установлено в ходе судебного разбирательства, Инспекцией проведена  

выездная налоговая проверка Заявителя по всем налогам, сборам, страховым взносам  за период с 01.01.2018 по 31.12.2020.  

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки  Инспекцией вынесено Решение, в соответствии с которым Обществу доначислены  налог на прибыль организаций и НДС в общем размере 93 591 925 руб., начислены  пени в общем размере 50 068 966,37 руб., а также Заявитель привлечен к налоговой  ответственности на основании пункта 3 статьи 122 Кодекса в виде штрафа в размере 7  981 781,2 руб.  

Заявитель, полагая, что Решение вынесено Инспекцией необоснованно, в  порядке, установленном статьей 139.1 Кодекса, обратился с апелляционной жалобой в  Управление.  

Решением от 22.03.2023 № 21-10/031822@ Управление отменило решение ИФНС  России № 33 по г. Москве от 30.12.2022 № 21/46 о привлечении к ответственности за  совершение налогового правонарушения в части доначислений налога на прибыль  организаций и НДС, а также соответствующих сумм пени и штрафа по финансово-хозяйственным отношениям Общества и ООО «Крона», ООО «Комплекс», ООО  «Метсервис», ООО «Медитек», ООО «Авеста», в остальной части оставляет  апелляционную жалобу ООО «ТрансСтрой» без удовлетворения.  

Одновременно Управление обязало Инспекцию произвести перерасчет  налоговых обязательств Заявителя с учетом выводов, изложенных в решении.  

Исчерпав досудебные способы урегулирования спора, Общество обратилось в  суд с заявлением о признании решения налогового органа недействительным в части,  не отмененной Управлением.  

Как установлено судом, налоговый орган в обжалуемом решении пришел к  выводу о том, что Обществом не соблюдены условия применения вычетов по налогу на  добавленную стоимость и отражения расходов в части уменьшения налоговой базы по  налогу на прибыль, определенные п.2 ст. 54.1 НК РФ.  

Согласно пункту 2.1.1 оспариваемого решения, Общество необоснованно  включило в состав налоговых вычетов по НДС налог по счетам-фактуры ООО «Бизнес- Таврида» на общую сумму 16 726 310 руб., в том числе: в 1 квартале 2018 года в сумме  4 308 200 руб.; во 2 квартале 2018 года в сумме 9 834 926 руб; 3 квартале 2018 года в  сумме 2 583 183 руб.  

Согласно пункту 2.2.1 оспариваемого решения Общество включило в состав  расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль организаций за 2018  год, затраты по взаимоотношениям с ООО «Бизнес-Таврида» на общую сумму 92 923  947 руб. при том, что, по мнению Инспекции, обязательства по сделкам не исполнены  ООО «Бизнес-Таврида».  

Как указывает налоговый орган, в ходе проверки установлен ряд обстоятельств,  свидетельствующих о том, что ООО «Бизнес - Таврида» имело формальную  численность сотрудников на протяжении непродолжительного периода времени;  реальной предпринимательской деятельности не осуществляло и не имело  возможности выполнить строительно-монтажные работы ввиду отсутствия  необходимого имущества, материальных и трудовых ресурсов, лицензий на  выполнение соответствующих видов работ; ООО «Бизнес - Таврида» в налоговой  отчетности отражало минимальные суммы налогов к уплате в бюджет; ООО «Бизнес- Таврида» является полностью финансово подконтрольным налогоплательщику,  денежные средства, поступающие на расчетный счет ООО «Бизнес-Таврида», в  дальнейшем перечислялись со сменой назначений платежей за стройматериалы,  транспортные услуги и автозапчасти; ведение бухгалтерского учета и отправка  отчетности ООО «Бизнес- Таврида» осуществлялось бухгалтером ООО «ТрансСтрой».  

По мнению Инспекции указанные обстоятельства свидетельствуют, что  Заявитель допустил искажение сведений налогового и бухгалтерского учета по сделкам  

Общества со спорным контрагентом в целях незаконного уменьшения налогов к  уплате, выразившемся в нарушении пункта 2 статьи 54.1 Налогового Кодекса РФ  (далее- НК РФ).  

При этом по результатам дополнительных мероприятий налогового контроля  налоговый орган пришел к выводу, что фактически спорные работы на объектах АО  «Транснефть» были выполнены силами заказчика Общества - ООО  «Нефтегазотехнологии».  

Выражая несогласие с оспариваемым решением, Заявитель указывает, что  Инспекцией не представлено доказательств, подтверждающих выводы Инспекции о  том, что ООО «Бизнес - Таврида» не могло выполнить и фактически не выполняло  строительно-монтажные работы по договорам с Обществом, а равно, и не могут  служить основанием для отказа Обществу в праве на учет в составе расходов затрат,  реально понесенных по хозяйственным, операциям со спорным контрагентом и  принятия к вычету соответствующих сумм НДС.  

По мнению Заявителя, утверждение Инспекции о фактическом выполнении  работ силами ООО «Нефтегазотехнологии» не подтверждено представленными в дело  доказательствами.  

Признавая доводы Заявителя обоснованными, документально  подтвержденными, а выводы налогового органа не соответствующими действующему  налоговому законодательству РФ, суд принимает во внимание следующее.  

Пункт 2 статьи 54.1 НК РФ содержит условия, только при соблюдении которых  у налогоплательщика появляется право учесть расходы и вычеты по имевшим место  сделкам, то есть установление факта нарушения налогоплательщиком данных условий  является отдельным обстоятельством, при наличии которого налоговый орган  отказывает налогоплательщику в учете расходов и вычетов.  

При этом налоговый орган отказывает налогоплательщику в учете расходов и  вычетов при выявлении фактов нарушения хотя бы одного из установленных в пункте  2 статьи 54.1 НК РФ условий (подпункт 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, если имеются  доказательства наличия у налогоплательщика основной цели совершения сделки  (операции) - неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) налога (сбора), и (или)  подпункт 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, если материалы проверки свидетельствуют,  что товар (работа, услуга) исходят от иного лица, а не от заявленного контрагента.  

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ установлен запрет для  налогоплательщика уменьшать налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате  налога в случае, когда основной целью совершения сделки (операции) являются  неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога. В этой связи  основной целью сделки должна быть конкретная разумная хозяйственная (деловая)  цель, а не налоговая экономия.  

В рамках применения положений подпунктов 1 и 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ  налоговому органу следует доказывать, что основной целью заключения  налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов  предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии (при выявлении  фактов несоблюдения условий, указанных в подпункте 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ),  и(или), что сделка (операция) не исполнена заявленным контрагентом, и  налогоплательщик использовал формальный документооборот в целях неправомерного  учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции) (при  выявлении фактов несоблюдения условий, установленных в подпункте 2 пункта 2  статьи 54.1 НК РФ).  

Таким образом, согласно положению ст. 54.1 НК РФ право на учет расходов и  вычетов может быть реализовано при условии четкой идентификации реального  поставщика товара (работ, услуг).  

При установлении обстоятельств, свидетельствующих, что основной целью  

заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение  результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии,  налоговые органы должны доказать, что такая сделка (операция) не имеет какого-либо  разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости ее заключения и  совершения, а имеет своей целью лишь уменьшение налоговых обязательств, и (или)  является частью схемы, основной целью которой является уменьшение налоговых  обязательств.  

При этом положения НК РФ не ограничивают само право налогоплательщиков  проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были  минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте сделки (операции)  не должно присутствовать признака искусственности, лишенной хозяйственного  смысла. Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что  налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения  хозяйственных операций.  

Исходя из смысла ст. 54.1 НК РФ и разъяснений ФНС РФ (Письма: от 16 августа  2017 г. NCA-4-7/16152@, от 31 октября 2017 г. НЕД-4-9/22123@) при квалификации  нарушений при применении ст. 54.1. НК РФ сохраняет силу принцип презумпции  добросовестности - налогоплательщика как один из важнейших элементов  конституционно-правового режима регулирования налоговых отношений и публичного  правопорядка в целом.  

Суд принимает во внимание, что при проведении мероприятий налогового  контроля в целях устранения последствий нарушений в виде неуплаты налогов  устанавливаются фактические обстоятельства, связанные с использованием  полученной налоговой экономии, которые позволят определить, в чьих интересах  оформлены соответствующие сделки (операции).  

Как следует из письма ФНС России от 16 августа 2017 г. № СА-4-7/16152@  следует учитывать, что Федеральным законом от 18.07.2017г. N 163-ФЗ не  предусмотрено оценочное понятие непроявление должной осмотрительности.  Формальные претензии к контрагентам (нарушение законодательства о налогах и  сборах, подписание документов неустановленным лицом и т.п.) при отсутствии фактов,  опровергающих реальность совершения заявленным налогоплательщиком  контрагентом сделок и операций, не являются самостоятельным основанием для отказа  в учете расходов и в налоговых вычетах по сделкам (операциям).  

Положения пункта 2 статьи 54.1 Кодекса не предусматривают для  налогоплательщиков негативных последствий за неправомерные действия  контрагентов второго, третьего и последующих звеньев.  

Таким образом, налоговые претензии возможны только при доказывании  налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом  налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных пунктом 2  статьи 54.1 НК РФ условий.  

Судом установлено, что в проверяемый период между Обществом (Заказчик) и  ООО «Бизнес - Таврида» (Исполнитель) были заключены и исполнялись договоры №  01/08/2017/БТ от 01.08.2017 и № 01/02/2018/БТ от 02.02.2018 на выполнение  строительно-монтажных работ на объектах заказчика.  

ООО «Бизнес - Таврида» было привлечено Обществом в качестве  субподрядчика дня выполнения строительно-монтажных работ на объектах заказчиков  Общества: ООО «Нефтегазотехнологии» и ООО «Поволжское строительно-ремонтное  объединение».  

В рамках проверки Обществом в налоговый орган представлены все  надлежащим образом оформленные первичные учетные документы, составленные  сторонами по хозяйственным операциям в рамках исполнения названных договоров,  что не оспаривается налоговым органом. Суд отмечает, что претензий к оформлению  

представленных первичных документов, налоговым органом не предъявлено.  

Ссылка налогового органа в оспариваемом решении на то, что по карточке счета  60 в разрезе контрагента ООО «Бизнес-Таврида» в операциях к документам от  10.04.2018, от 22.08.2018 и 14.09.2018 указано, что поставка товаров и выполнение  работ осуществлялись на объектах ООО «ТК Теплокомфорт» (заказчик Общества), не  может служить основанием для вывода о формальности составления документов со  спорным контрагентом и, тем более, о невыполнении им строительно-монтажных  работ.  

Как пояснил Заявитель и не опроверг налоговый орган, такое указание в  карточке счета 60 является технической ошибкой при заполнении части ноля  «Операции» (вместо ООО «ТК Теплокомфорт» должно было быть указано ООО  «Нефтегазотехнологии»).  

Судом установлено, что оставшаяся часть поля карточки счета 60  применительно к указанию договора, по которому были выполнены работы, и  соответствующих этой операции сумм в ней полностью соответствуют данным, в  частности УПД от 10.04.2018 № 13 и 14, а также иным.  

Отклоняя доводы налогового органа, суд отмечает, что карточка счета 60 не  является первичным учетным документом и не служит документальным  подтверждением заявленных расходов в соответствии с главой 25 НК РФ, поэтому  отдельные допущенные при ее формировании и заполнении незначительные  несоответствия не влияют на существо совершенных в действительности  хозяйственных операций, оформленных первичными учетными документами в  соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, к оформлению  которых, налоговым органом претензий не предъявлено.  

Суд также принимает во внимание, что работы во исполнение условий  вышеперечисленных договоров е ООО «Бизнес- Таврида» были реально выполнены и  приняты Обществом, в объеме, отраженном в первичных учетных документах. Кроме  того, в рамках спорных договоров в адрес Общества была осуществлена поставка  стройматериалов и оборудования на общую сумму 6 424 116 руб. (в т.ч, НДС 1 156 341  руб.).  

Факт дальнего выполнения работ и поставки материалов, заявленных в  первичных учетных документах Инспекцией не оспорен и под сомнение не поставлен,  что прямо указано на странице 14 оспариваемого решения.  

Кроме того, действия налогоплательщика квалифицированы налоговым органом  как нарушение подпункта 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ.  

Подобная квалификация действий налогоплательщика означает, что по мнению  Инспекции, сделки с ООО «Бизнес - Таврида» являются реальными (а противном  случае Обществу было бы вменено нарушение пункта 1 статьи 54.1 НК РФ), однако  обязательства по ним выполнены ненадлежащим лицом.  

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что между Обществом и  налоговым органом отсутствует спор по вопросу реальности выполнения строительно-монтажных работ и поставки материалов в объеме, отраженном в первичных учетных  документах.  

В отношении ООО «Бизнес-Тарвида» в ходе проверки налоговым органом  установлено, что данная организация зарегистрирована 17.09.2014, уставный капитал  11 000 руб., прекратило деятельность 18.07.2019 в связи с наличием в ЕГРЮЛ записи о  недостоверности, генеральным директором и учредителем являлся ФИО2.  

Однако, указанные обстоятельства не свидетельствуют о нереальности ведения  спорным контрагентом предпринимательской деятельности в проверяемом периоде.  

Судом установлено, что ООО «Бизнес-Таврида» создано более чем за 3 - 3,5 года  до заключения спорных договоров с Обществом, и на дату их заключения какой-либо  информации о недостоверности сведений о руководителе, учредителе, адресе места  

нахождения спорного контрагента в ЕГРЮЛ не имелось.  

Иных источников (кроме сведений из ЕГРЮЛ) для налогоплательщика получить  информацию о достоверности/недостоверности сведений о его контрагентах не  имеется.  

Суд также отмечает, что сведения о недостоверности адреса ООО «Бизнес -  Таврида» были внесены в ЕГРЮЛ уже спустя длительное время после совершения  спорных хозяйственных операций с Обществом, то есть указанной информации и  обстоятельств не существовало в принципе в момент инициирования заключения  спорных договоров и их исполнения.  

Таким образом, сведениями, содержащимися в ЕГРЮЛ подтверждено то, что на  момент вступления в хозяйственные отношения с ООО «Бизнес-Таврида» и  исполнения договорных обязательств, (а также продолжительное время после их  исполнения) ООО «Бизнес - Таврида» являлось действующей организацией без  указания в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений о ней, что не вызывало и не могло  вызывать сомнений у третьих лиц - потенциальных контрагентов при вступлении во  взаимоотношения с ООО «Бизнес - Таврида».  

Более того, в оспариваемом решении отражена не соответствующая  действительности информация о дате прекращения деятельности ООО «Бизнес- Таврида»- 18.07.2019, поскольку в соответствии с данными ЕГРЮЛ в указанную дату  была лишь внесена запись о недостоверности сведений об адресе, а исключение из  ЕГРЮЛ ООО «Бизнес-Таврида», было осуществлено спустя еще год-20.05.2020.  

Таким образом, Инспекция в оспариваемом решении оперирует недостоверными  данными и неправомерно использует их для обоснования вменяемых Обществу  нарушений.  

Кроме того, судом установлено, что Инспекция не проводила мероприятия  налогового контроля, направленные на исследование фактических обстоятельств  ведения деятельности спорным контрагентом, с учетом полученной ею при проведении  выездной налоговой проверки информации, а ограничилась формальной констатацией  содержащейся в ЕГРЮЛ информации.  

Так, согласно материалу, представленному налоговым органом в качестве  выписок из банковских выписок ООО «Бизнес-Таврида» (далее - выписка из  банковских выписок), спорный контрагент на постоянной основе в 2018 году - периоде  взаимоотношений с ООО «ТрансСтрой» - оплачивало за нежилые помещения: ООО  «СамараЭнергоЦентр» по договору от 09.06.2017 № 02/Ю, включая декабрь 2018 года,  при этом налоговым органом не проводился анализ сведений об оплате за аренду в  2019 году - в периоде, когда была внесена запись о недостоверности; ИП ФИО3 по договору от 15.06.2017 № 4, включая платежи за август 2018  года.  

Суд отмечает тот факт, что ООО «СамараЭнергоЦентр» является действующей  организацией с высоким рейтингом надежности (зарегистрирована 12.03.2003, обладает  стабильной численностью работников, отражает в отчетности выручку от реализации,  уплачивает суммы налогов и сборов страховых взносов, включая налог на имущество,  земельный и транспортный налоги, организацией исполнено 3 государственных  контракта, ни в каких официальных реестрах ФНС России, свидетельствующих о  «неблагонадежности» контрагентов не состоит).  

ИП ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя  27.09.2012, в настоящее время осуществляет предпринимательскую деятельность, в  отношении него в открытых источниках отсутствуют сведения о его  «неблагонадежности».  

Таким образом, налоговый орган не исследован вопрос об использований  спорным контрагентом в проверяем периоде (2018 год) арендованных у указанных лиц  нежилых помещений, а неправомерно ограничился сведениями, которые были  

установлены в отношении ООО «Бизнес-Таврида» спустя значительное время после  окончания взаимоотношений с Обществом.  

Учитывая изложенное, довод налогового органа о недостоверности сведений об  адресе местонахождения ООО «Бизнес-Таврида» по состоянию на 18.07.2019 не  подлежат принятию во внимание, поскольку в 2018 году (период финансово-хозяйственных отношений с Обществом) контрагент по адресу государственной  регистрации располагался, доказательств обратного Инспекцией не представлено.  

Кроме того, согласно данным ЕГРЮЛ ООО «Бизнес-Таврида» с 21.09.2015  имело филиал, расположенный по адресу: 

<

...>,  ком, 1, однако указанные сведения Инспекцией никак не анализировались, а  мероприятия налогового контроля не проводились, что свидетельствует о формальном  подходе налогового органа к исследованию фактических обстоятельств деятельности  спорного контрагента.  

Суд, исследовав материалы проверки, приходит к выводу, что отраженные в  оспариваемом решения сведения о неявке на допрос генерального директора ООО  «Бизнес-Таврида» ФИО4 не могут быть положены в основу вывода о  неосуществления названной организацией реальной предпринимательской  деятельности, по следующим основаниям.  

ФИО4, являясь с 22.01.2015 руководителем ООО «Бизнес-Таврида», не  заявлял о недостоверности сведений о нем в порядке, установленным Федеральным  законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и  индивидуальных предпринимателей», а потому такие сведения являются  достоверными. Налоговый орган, будучи регистрирующим органом, также не  установил недостоверности сведений о нем.  

Вместе с тем, ФИО4 вплоть до настоящего момента не состоит ни в  реестре дисквалифицированных лиц, ни в реестрах «массовый» руководитель и  «массовый» учредитель. Более того, будучи руководителем ООО «Бизнес-Таврида»,  ФИО4 согласно банковских выписок, получал заработную плату в течение  всего 2018 года.  

В отношении ФИО4, как и в отношении иных работников ООО  «Бизнес-Таврида», в налоговый орган в соответствии с требованиями статьи 230 НК РФ  представлялись сведения по форме 2-НДФЛ, в том числе за 2018 год, в которых  отражены сведения о полученном доходе за 2018 год и исчисленной сумме налога,  которая перечислялась в бюджет, что также отражено в выписке из банковских  выписок спорного контрагента.  

Учитывая изложенное, ссылка налогового органа на неявку генерального  директора ООО «Бизнес-Таврида» на допрос в налоговый орган, не подлежит  принятию во внимание, поскольку никаких доказательств формального руководства  ФИО5 А,Г. деятельностью ООО «Бизнес - Таврида» в материалах налоговой  проверки не имеется, а напротив фактически руководство ФИО2. названной  организацией подтверждено многочисленными документальными доказательствами.  

Кроме того, затруднения налогового органа при проведении контрольных  мероприятий (в части получения свидетельских показаний) не влекут для  добросовестного налогоплательщика неблагоприятные последствия в виде отказа ему в  праве на вычет НДС, уплаченного поставщику в составе цены на товары (работы,  услуги) и учета в составе расходов соответствующих затрат при наличии в материалах  налоговой проверки исчерпывающих доказательств, подтверждающих реальность  приобретения таких товаров (работ, услуг).  

Суд принимает во внимание, что о ведении ООО «Бизнес - Таврида» реальной  предпринимательской деятельности безусловно свидетельствует факт проведения в  отношении нее выездной налоговой проверки, что подтверждается сведениями  выписки из банковских выписок ООО «Бизнес-Таврида», по результатам которой  

составлен акт от 25.05.2018 № 13-07/31, а в 2018 году организация оплатила  доначисленные по указанному акту суммы налогов, страховых взносов, пени и иной  недоимки.  

Кроме того, 28.06.2018 в отношении ООО «Бизнес-Таврида» налоговым органом  было вынесено решение № 13-18/39, которым, в частности, спорный контрагент был  привлечен к ответственности по неуплате НДС и страховым взносам на выплату  страховой части трудовой пенсии, оплата которых произведена 04.07.2018.  

В совокупности установленные в ходе судебного разбирательства сведения  свидетельствуют, что ООО «Бизнес-Таврида» в период как до, так и во время  взаимоотношений с ООО «ТрансСтрой», являлось действующим юридическим лицом,  осуществляющим реальную предпринимательскую деятельность и которое  привлекалось налоговыми органами к ответственности за допущенные нарушения  законодательства о налогах и сборах, что безусловно, предусматривает а обязательном  порядке реальное взаимодействие налогового органа и налогоплательщика, а также его  должностных лиц при реализации установленных НК РФ процедур проведения  проверок и привлечения к ответственности, а также применения мер взыскания.  

Указанные обстоятельства прямо опровергают вывод Инспекции о нереальности  осуществлении предпринимательской деятельности ООО «Бизнес-Таврида».  

Также в ходе проверки налоговым органом установлено, что ООО «Бизнес- Таврида» обладало штатом работников - в 2018 году справки по форме 2-НДФЛ были  сданы на 23 человек, о чем указано на странице II оспариваемого решения.  

Одновременно, согласно выписке из банковских выписок, спорный контрагент в  течение всего 2018 года выплачивал заработную плату своим работникам, а также  удерживал и перечислял в бюджет суммы НДФЛ.  

Ссылка налогового органа на неявку на допросы сотрудников ООО «Бизнес- Таврида» не подлежит принятию во внимание, в силу следующих обстоятельств.  

Как было указано выше, затруднения налогового органа при проведении  контрольных мероприятий (в части получения свидетельских показаний) не могут  влечь для добросовестного налогоплательщика неблагоприятные последствия в виде  отказа ему в праве на вычет НДС, уплаченного поставщику в составе цены на товары  (работы, услуги) и учета в составе расходов соответствующих затрат при наличии в  материалах налоговой проверки. исчерпывающих доказательств, подтверждающих  реальность приобретения таких товаров (работ, услуг).  

Кроме того, сам по себе факт неявки в налоговый орган отдельных работников  для проведения допроса по однократно направленным повесткам, при том, что с  момента начала выездной налоговой проверки до вынесения оспариваемого решения  прошло более 1 года, не может свидетельствовать о неосуществлении ими трудовой  деятельности в ООО «Бизнес-Таврида». Более того, суд принимает во внимание и тот  факт, что осуществляя деятельность в области строительства, для которой присущ  разъездной характер, физические лица могли и не получать соответствующие повестки,  в том числе и в силу ограниченности сроков хранения корреспонденции, а повторно  повестки о вызове на допрос Инспекцией не направлялись.  

Суд также отмечает и тот факт, что Инспекция направила повестки о вызове на  допрос только части физических лиц, и не предпринимала мер по вызову на допрос  40% работников спорного контрагента.  

Таким образом, налоговый орган не предпринимал надлежащих мер по  проведению мероприятий налогового контроля, направленных на исследование всех  обстоятельств, имеющих значение для установления фактических обстоятельств  спорных правоотношений.  

Ссылка налогового органа на показания свидетеля ФИО6 (протокол  допроса от 10.01.2022), не может быть принята во внимание, поскольку названный  протокол является недопустимым доказательством так как составлен с грубыми  

нарушениями требований законодательства Российской Федерации.  

В соответствии с частью 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами, по делу  являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами  порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает  наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц,  участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного  рассмотрения дела.  

Частью 3 статьи 64 АПК РФ определено, что не допускается использование  доказательств, полученных с нарушением федерального закона.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 99 НК РФ в случаях, предусмотренных НК  РФ, при проведении действий по осуществлению налогового контроля составляются  протоколы.  

Согласно пункту 5 статьи 90 НК РФ перед получением показаний должностное  лицо налогового органа предупреждает свидетеля об ответственности за отказ или  уклонение от дачи показаний либо за дачу заведомо ложных показаний, о чем делается  отметка в протоколе, которая удостоверяется подписью свидетеля.  

Из системного толкования вышеперечисленных норм НК РФ следует, что в  протоколе допроса, помимо показаний свидетеля, также должна быть отметка,  удостоверенная подписью такого свидетеля, о том, что он уведомлен об  ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний либо за дачу заведомо  ложных показаний.  

Кроме того, перед получением показаний должностное лицо налогового органа  обязано разъяснить свидетелю положения статьи 51 Конституции РФ, что в протоколе  также удостоверяется подписью свидетеля.  

Аналогичные требования к протоколу допроса свидетеля и порядку его  составления содержатся и в приказе ФНС России от 07.11,2018 № ММВ-7-2/628@.  

Однако, в нарушение вышеуказанных требований в протоколе допроса ФИО6, от 10.01.2022 отсутствуют обязательные сведения о разъяснении свидетелю его  прав и обязанностей, установленных статьей 51 Конституции Российской Федерации и  статьей 90 НК РФ, а также о предупреждении его об ответственности за отказ или  уклонение от дачи показаний либо за дачу заведомо ложных показаний,  предусмотренной статьей 128 НК РФ.  

Суд приходит к выводу, что отсутствие отметки о предупреждении свидетеля об  ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний либо за дачу заведомо  ложных показаний свидетельствует о существенных нарушениях пункта 5 статьи 90 НК  РФ и о недопустимости использования такого протокола в качестве доказательства.  

Кроме того, в соответствии с подпунктом 4 пункта 2 статьи 99 НК РФ в  протоколе допроса указываются должность, фамилия, имя, отчество лица,  составившего протокол; а согласно пункту 4 указанной статьи протокол подписывается  составившим его должностным лицом налогового органа, а также всеми лицами,  участвовавшими в производстве действия или присутствовавшими при его проведший.  

Однако в рассматриваемом случае, согласно вводной части протокола допроса  ФИО6 от 10.01.2022 допрос проводился заместителем начальника отдела  предпроверочного анализа и истребования документов Межрайонной ИФНС России №  18 по Самарской области ФИО7, однако согласно итоговой  части протокола допрос проведен специалистом 1 разряда отдела предпроверочного  анализа и истребования документов ФИО8, о чем в соответствующей графе  проставлена его подпись как должностного лица налогового органа.  

Таким образом, в нарушение вышеуказанных, правовых норм протокол допроса  свидетеля ФИО6 от 10.01.2022 не подписан должностным лицом налогового  органа, проводившим допрос свидетеля, что также влечет недопустимость  использования его в качестве доказательства.  

Кроме того, при проведении допроса и его составлении были допущены также и  иные существенные нарушения, влекущие недопустимость его использования в  качестве доказательства: в протоколе отсутствует подпись свидетеля на стр, 8 в графе,  предусматривающей отражение факта проведения допроса и его окончания, о наличии  или об отсутствии замечаний к протоколу, а стр. 4 и б, содержащие вопросы свидетелю,  не заполнены вовсе.  

Установленные выше грубые нарушения норм НК РФ, регулирующих порядок  составления протокола, допроса свидетеля, являются основанием дня вывода о  невозможности использования, названного протокола в качестве доказательства по  настоящему деду.  

К показаниям ФИО6 суд относится критически, поскольку они прямо  противоречат документальным доказательствам, полученным в ходе выездной  налоговой проверки.  

Так, в представленном протоколе допроса отражен следующий ответ свидетеля  на вопрос о его работе в ООО «Бизнес-Таврида» в 2018 году: «В 2018 году в Бизнес- Таврида я не работал».  

Вместе с тем, согласно сведениям по форме 2-НДФЛ, представленным ООО  «Бизнес - Таврида» в налоговый орган в 2018 году, ФИО6 являлся получателем,  дохода в названной организации.  

Таким образом, на лицо явное противоречие между показаниями ФИО6  и документальными доказательствами, имеющимися в материалах проверки и дела,  которые не были устранены налоговым органом, в том числе, путем постановки перед  свидетелем дополнительных уточняющих вопросов.  

Более того, свидетель ФИО6 на вопросы о его образовании,  специальности, наименовании учебного заведения и периоде окончания, а также о  полученной специальности ответил «Разнорабочий», что свидетельствует, во- первых,  об уровне его знаний и компетенций, которые не позволяют утверждать, что свидетель  обладает достаточными знаниями для понимания порядка и специфики оформления  гражданско-правовых и трудовых отношений, в рамках которых им мог быть получен  доход от ООО «Бюнес-Таврида»; во-вторых, мог и не вспомнить точно период его  взаимоотношений со спорным контрагентом, учитывая, что с периода получения им  доходов в ООО «Бизнес-Таврида» до даты проведения допроса прошло более трех лет.  При этом на вопрос: «Где и кем Вы работали до ООО «Бизнес-Таврида»?» свидетель  ответил: «Безработный», что позволяет утверждать, что в ООО «Бизнес-Таврида»  свидетель все же в какой-то период времени работал.  

Касательно иных вопросов, заданных свидетелю в ходе его допроса, в том числе  о том кто занимался подбором поставщиков, субподрядчиков в ООО «Бизнес-Таврида»,  как происходил поиск контрагентов, какими источниками он при этом пользовался, кто  выступал инициатором заключения договоров, кто давал указания для подготовки  договоров и отвечал за их подготовку, о содержании договоров, о его личном общении  с предполагаемыми контрагентами и прочих, то они не относятся к той информации,  которой в силу должностных обязанностей может обладать «разнорабочий», поэтому  характер сообщенной свидетелем ФИО6 информации никак не опровергает  реальность ведения деятельности ООО «Бизнес-Таврида» и выполнения спорным  контрагентом соответствующих работ на объектах строительства в рамках  заключенных с ООО «ТрансСтрой» договоров.  

Учитывая изложенное, сведения, отраженные в протоколе допроса ФИО6 от 10.01.2022 не отвечают признаку достоверности доказательства.  

Кроме того, как следует из банковских выписок ООО «Бизнес- Таврида» в  проверяемом периоде несло расходы, связанные с наличием у него работников,  взаимодействуя с реальными юридическими лицами в рамках обеспечения ведения  предпринимательской деятельности и в действительности неся различные расходы,  

необходимые для ее осуществления.  

Так, контрагент Общества нес расходы на обучение персонала (по счету № 536  от 05.02.2018 оплатило НОЧУ ДПО «ЦПК и ОТ» за обучение бетонщика), что  соответствует виду осуществляемой спорным контрагентом деятельности. Помимо  этого, ООО «Бизнес-Таврида» оплачивало в адрес ООО «Самара- Техноавиа»  денежные средства за спецодежду по счету от 30.01.2018 № 382.  

Кроме того, согласно выписке из банковских выписок ООО «Бизнес- Таврида» в  течение всего 2018 года оплачивало страховые взносы в соответствующие фонды, что  свидетельствует о фактическом наличии у него работников и исполнении им  требований законодательства Российской Федерации в указанной сфере. По итогам  проведенной выездной налоговой проверки согласно акту от 25.05.2018 № 13-07/31,  решению от 28.06.2018 № 13-18/39 ООО «Бизнес- Таврида» также оплатило  соответствующие суммы недоимки, пени и штрафа по страховым взносам на  страховую часть трудовой пенсии.  

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о необоснованности довода  Инспекции о формальной численности работников в штате ООО «Бизнес-Таврида»,  поскольку имеющимися в материалах налоговой проверки доказательствами и  установленным фактическими обстоятельствами прямо установлено обратное.  

Также из выписки из банковских выписок следует, что ООО «Бизнес-Таврида»  на постоянной основе в течение 2018 года оплачивало услуги связи (Интернет) в АО  «ЭР-Телеком Холдинг», что является расходом, необходимым для ведения реальной  предпринимательской деятельности.  

Кроме того, помимо отраженных выше расходов на аренду помещений,  заработную плату работникам, их обучение и спецодежду, услуги связи, уплату  соответствующих сумм налогов, сборов и страховых взносов, судом установлено, что  спорный контрагент нес и иные расходы, необходимые для осуществления им  предпринимательской деятельности, а именно: расходы на приобретение офисной  мебели у ООО «Комус-Приморье» и ООО «Ринторг»;- расходы на приобретение услуг,  строительных материалов и оборудования у различных организаций, в том числе: ООО  «Деловые линии», ООО «Самара-Спец-Сервис», ООО «Стройиндустрия», ООО  «МастерСтройТорг», ООО «Росстроймонтаж», ООО «Геотест», ООО «Геотест-М», АО  «Сталепромышленная компания», ООО «СтройЦентрСнаб», АО «ПромстройВолга-С»,  ООО «Новая Керамика», ООО «Поволжская металлоломная компания», а также у иных  реально действовавших организаций, в отношении которых Инспекцией по  результатам мероприятий налогового контроля не было установлено обстоятельств,  свидетельствующих о нереальности осуществления им предпринимательской  деятельности и о нарушениях законодательства о налогах и сборах в результате  взаимоотношений с ООО «Бизнес-Таврида».  

О реальности осуществления спорным контрагентом предпринимательской  деятельности свидетельствует и то, что на протяжении всего 2018 года им  оплачивались взносы в СЮ Союз «Содружество строителей» - крупнейшую  саморегулируемую организацию в Самаре и Самарской области, являющуюся членом  Национального Объединения Строителей (НОСТРОЙ).  

Согласно размещенной на официальном сайте СРО Союз «Содружество  строителей» информации в отношения ООО «Бизнес-Таврида» в течение 2018 года -  периоде взаимоотношений с Обществом - проводились плановая документарная и  внеплановая проверки соблюдения требований законодательства Российской  Федерации, стандартов, внутренних документов и условий членства » СРО, по итогам  которых нарушения в деятельности спорного контрагент отсутствовали.  

Указанные обстоятельства в совокупности с полученными в ходе выездной  налоговой проверки документами, безусловно свидетельствуют о наличии в  проверяемом периоде у ООО «Бизнес - Таврида» материальных и трудовых ресурсов,  

необходимых для исполнения принятых на себя обязательств по договорам с  Обществом.  

Кроме того, спорный контрагент заключил с ООО «Зетта Страхование» договор  страхования ответственности от 16.06.2018 № 0009264553 на сумму 8 000 000 руб, что  является обязательным требованием дня ведения деятельности в области строительства  и членства в СРО.  

Таким образом, именно в период вступления во взаимоотношения с Обществом  и исполнении договорных обязательств ООО «Бизнес-Таврида» проверялось не только  налоговыми органами, но и уполномоченными на то законом организациями по  вопросу соблюдения им требований законодательства в области строительства, что  могло быть проведено только в отношении реально существующей организации.  

Учитывая изложенное, получение информации об участии в СРО и заключении  договора страхования ответственности строительной организации при инициировании  заключения договора между ООО «ТрансСтрой» и ООО «Бизнес-Таврида» позволяет  утверждать и то, что Общество проявило должную коммерческую осмотрительность.  

Ссылка Инспекции на то, что у ООО «Бизнес-Таврида» отсутствовали лицензии  на выполнение соответствующих видов работ не основано на нормах законодательства  Российской Федерации, поскольку выполнение работ, являющихся предметом договора  между Обществом и спорным контрагентом, в соответствии с действующим в  проверяемый период законодательством не требовало наличия у исполнителя работ  лицензии, в связи с вступлением в силу Федерального закона от 19.07.2007 № 136-ФЗ  «О лицензировании отдельных видов деятельности».  

Суд отклоняя доводы налогового органа о невозможности ООО «Бизнес- Таврида» осуществлять реальную предпринимательскую деятельность принимает во  внимание и то обстоятельства, что спорный контрагент также являлся активным  участником судебных споров, в том числе в арбитражных судах: № А55-37664/2019 о  взыскании задолженности по договору на предоставление услуг связи, в рамках  которого, судом установлен Факт оказания услуг связи ООО «Бизнес-Таврида» на  основании заключенного на продолжительный период договора, по которому  сторонами, длительное время исполнялись обязательства; № А55-23381/2019 по  заявлению Управления Пенсионного фонда РФ в Кировском и Промышленном районах  г.о. Самара с ООО «Бизнес-Таврида» был взыскан штраф; № А55-3604/2018 в рамках  которого рассматривался иск ООО «Бизнес - Таврида» к ООО «Самара-Спецмонтаж» о  взыскании задолженности по договору от 12.04.2017 № пр-005/2017, процентов и  неустойки, а также судебных расходов на оплату услуг представителя » общей сумме 2  510 309 руб, Иск удовлетворен частично; № А55-22769/2018 в рамках которого  рассматривалось заявление ООО «Бизнес - Таврида» о включении его требований в  размере 2 481 354 руб. в реестр требований кредиторов ООО «Самара-Спецмонтаж».  

Вышеприведенные обстоятельства являются безусловным подтверждением  осуществления ООО «Бизнес - Таврида» реальной деятельности, в рамках которой  названная организация активно пользовалась своими процессуальными правами и  защищала свои интересы в сфере предпринимательской деятельности, а вступившими в  законную силу судебными актами но вышеперечисленным делам, подтверждены факты  наличия у ООО «Бизнес - Таврида» реальных контрагентов поставщиков и  покупателей.  

Установленные обстоятельства в совокупности прямо опровергают вывод  налогового органа о техническом характере деятельности ООО «Бизнес - Таврида».  

ООО «Бизнес-Таврида» не являлось взаимозависимым лицом, аффилированным  или иным образом зависимым от Общества.  

Утверждение Инспекции о «финансовой» подконтрольности ООО «Бизнес-  Таврида» Обществу, является необоснованным и не подтвержденным документально.  

Суд соглашается с Заявителем, что традиционным и соответствующим практике  

ведения реальной предпринимательской деятельности малыми организациями является  выполнение договорных обязательств с учетом имеющихся ресурсов, которые в  определенный период времени полностью задействованы в выполнении работ или  оказании услуг одному заказчику, что никак, не позволяет утверждать о наличии  финансовой подконтрольности одной организации другой. Более того, такая практика  ведения деятельности полностью соответствует законодательству Российской  Федерации.  

При этом выполнение и оплата заказчиком исполнителю работ, привлечение  субподрядных организации для выполнения работ - это обычная хозяйственная  деятельность, которая ни при каких обстоятельствах не может привести к  возникновению подконтрольности лица, выполнившего работы, от лица, для которого  такие работы выполнены. Получение контрагентом 100% выручки от одной  организации означает только лишь то, что в определенный период контрагент работал с  одним (крупным) заказчиком работ, и, в отсутствии иных доказательств, не может  свидетельствовать о каких - либо согласованных действиях сторон договора,  направленных на причинение ущерба бюджету Российской Федерации.  

Представленная Инспекцией в материалы судебного дела выписка из  банковских выписок по расчетным счетам ООО «Бизнес-Таврида» не отвечает  признакам допустимости и достоверности доказательств по следующим основаниям.  

Так, согласно оспариваемому решению у спорного контрагента были открыты  расчетные счета в двух банках: ПАО «Сбербанк России» и АО КБ «Газбанк».  

Судом установлено, что в ходе выездной налоговой проверки Обществу был  представлен лишь один «сводный» документ под названием «выписка из банковской  выписки», в котором выборочно отражены сведения о платежных операциях по  расчётным счетам ООО «Бизнес-Таврида» в ПАО «Сбербанк России» и в АО КБ  «Газбанк». Аналогичный документ представлен Инспекцией и в материалы судебного  дела.  

В результате анализа сведений, отраженных в указанном документе, судом  установлено, что в нем отсутствует значительная часть платежей, произведенных на  расчетный счет спорного контрагента, открытый в АО КБ «Газбанк», а, следовательно,  сведения о движении денежных средств по расчётным счетам ООО «Бизнес-Таврида»  на основании которых налоговых орган строит свои выводы, являются неполными.  

Так, согласно платежным поручениям в 2018 году Обществом производились  платежи в адрес ООО «Бизнес-Таврида» за выполненные работы в период с 01.03.2018  по 14.06.2018, а также 27.06.2018 и 28.06.2018, однако сведения об указанных реально  осуществленных платежах в выдержке из банковских выписок, представленной  налоговым органом, отсутствуют.  

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что Инспекция в нарушение  норм НК РФ в произвольном порядке «формирует» материалы проверки, незаконно  подменяя ими имеющиеся у нее доказательства, отвечающие признакам относимости,  допустимости и достоверности.  

Более того, формулируя вывод о финансовой подконтрольности ООО «Бизнес- Таврида» Обществу, налоговый орган ограничился лишь анализом сведений о  движении денежных средств по расчетным счетам ООО «Бизнес-Таврида» лишь за  2018 год, несмотря на ведение данной организацией реальной предпринимательской  длительности и в иные периоды, в том числе и в проверенные Инспекцией в ходе  предыдущей выездной налоговой поверки Общества, по результатам которой  претензий к взаимоотношениям со спорным контрагентом не предъявлено.  

Таким образом, утверждение Инспекции о финансовой подконтрольности ООО  «Бизнес-Таврида» Обществу, которое налоговый орган использует для обоснования  вмененных Обществу нарушений, является незаконным, документально не  подтвержденным и фактически представляет собой попытку обосновать произведенные  

Обществу начисления по надуманным основаниям.  

Утверждение Инспекции о том, что ведение бухгалтерского учета и отправка  отчетности ООО «Бизнес-Таврида» в налоговые органы осуществлялись бухгалтером  ООО «ТрансСтрой» не соответствует действительным фактическим обстоятельствам.  

Судом установлено, что ведение учета и составление отчетности в Обществе  осуществляла ФИО9, в то время как в ООО «Бизнес-Таврида» -  ФИО10, те есть разные лица.  

При этом как следует из протокола допроса ФИО10 от 18.10.2021 она  оказывала бухгалтерские услуги ООО «Бизнес-Таврида» и также оказывает на дату  допроса бухгалтерские услуги ООО «ТрансСтрой», но из пояснений ФИО11 не  следует взаимозависимость двух компаний или их подконтрольность.  

Указанным обстоятельством объясняется и указание в оспариваемом решении  на то, что установленные с использованием Федерального информационного ресурса  «Досье налогоплательщика» IP-адреса ООО «Бизнес- Таврида» совпали с теми, с  которых сдавалась отчетность ООО «ТрансСтрой».  

Однако, суд приходит к выводу, что указанные обстоятельства никак не могут  свидетельствовать о подконтрольности ООО «Бизнес-Таврида» Обществу, поскольку  внесение в информационный ресурс 1C лицами, оказывающими бухгалтерские услуги,  составленных и подписанных уполномоченными должностными лицами организаций  первичных документов, составление отчетности и представление ее в налоговый орган  без влияния на денежные потоки организаций не формирует условия для управления их  деятельностью, а лишь свидетельствует об отражении уже совершенных  хозяйственных операций, оформленных первичными учетными документами в  соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, в  соответствующей отчетности.  

Доказательств, что работники Общества имели доступ к управлению денежными  потоками спорного контрагента, суду не представлено. Указанные выводы суда также  подтверждаются показаниями свидетеля ФИО10  

Суд также отмечает, что предоставление бухгалтерских услуг привлеченными  организациями или физическими лицами является традиционным и распространенным  в практике хозяйствующих субъектов, однако при этом никак не создаются условия,  при которых такие компании становятся «управляемыми» и «подконтрольными».  

Таким образом, обслуживание компаний в одной и той же бухгалтерской  компании не запрещено действующим законодательством и само по себе не может  свидетельствовать о согласованности их действий или их взаимозависимости.  

В рассматриваемом случае факты и обстоятельства, свидетельствующие об  аффилированности или взаимозависимости ООО «ТрансСтроЙ» и ООО «Бизнсс- Таврида», а также с последующими участниками, которым спорный контрагент  перечислял денежные средства, отсутствуют. Инспекция на их наличие в оспариваемом  решении не ссылается.  

В оспариваемом решении также не установлено каких-либо обстоятельств и лиц,  прямо или косвенно связанных с Обществом, и влияющих на деятельность спорного  контрагента, предопределяя ее. Налоговый орган также не установил обстоятельств,  свидетельствующих о том, что налогоплательщик и спорный контрагент действовали в  целях осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными  экономическими или иными причинами.  

Кроме того, никаких фактов использования средств ООО «Бизнес-Таврида» и  его контрагентов на нужды налогоплательщика, его должностных лиц также не  установлено.  

Таким образом, учитывая отсутствие какой-либо согласованности,  аффилированности, взаимозависимости и подконтрольности, Общество не знало и не  могло знать об операциях ООО «Бизнес-Таврида», целях, на которые направляются  

денежные средства, и, тем более, не могло знать о последующих контрагентах и их  финансово-хозяйственных операциях.  

Более того, Общество оплатило спорному контрагенту все суммы по  заключенным договорам в соответствии с актами приемки выполненных работ, что не  оспаривается налоговым органом, а, следовательно Заявитель понес реальные расходы,  что, в отсутствие фактов, свидетельствующих о последующем поступлении указанных  средств или их части в распоряжение Общества или его должностных лиц, что  опровергает вывод Инспекции о получении Обществом необоснованной налоговой  выгоды.  

В отношении доводов Инспекции по вопросу согласования Обществом со  своими заказчиками привлечения ООО «Бизнес - Таврида» в качестве субподрядной  организации, судом установлено следующее.  

Из фактических обстоятельств дела следует, что ООО «Бизнес - Таврида» было  привлечено Обществом в качестве субподрядчика для выполнения строительно-монтажных работ по договорам с ООО «НефтеГазоТехнологии» и ООО «Поволжское  строительно-ремонтное объединение» (Заказчики Общества).  

Судом установлено, что положения договора, заключенного между Обществом и  ООО «Поволжское строительно-ремонтное объединение», не требовали согласования  привлекаемых субподрядчиков.  

Между тем, из материалов дела усматривается, что во исполнение условий  договоров с ООО «НефтеГазоТехнологии», Общество перед заключением  субподрядных договоров с ООО «Бизнес-Таврида» обратилось в ООО  «НефтеГазоТехнологии» (письма от 01.07.2017 № 01- СМРОСР, от 11.01.2018 № 02- СМР) о согласовании привлечения спорного контрагента в качестве субподрядчика, на  период с 01.07.2017 по 31.12.2017, а также на период с 11.01.2018 до окончания работ и  получило от заказчика согласование привлечения ООО «Бизнес-Таврида», о чем на  письмах проставлены соответствующие отметки и подписи генерального директора  ООО «НефтеГазоТехнологии».  

Суд отмечает, что копии указанных писем были представлены Обществом в  налоговый орган в ходе выездной налоговой проверки в ответ на требование о  представлении документов № 11092 от 29.03.2022. Однако налоговый орган  проигнорировал указанные документы и представленные Обществом сведения, не  отразив в решении № 21/46 от 30.12.2022 о привлечении к ответственности за  совершение налогового правонарушения, ни результаты их исследования и оценки, ни  сам факт их наличия.  

Суд принимает во внимание и тот факт, что с целью дополнительного  подтверждения факта согласования с ООО «НефтеГазоТехнологии» привлечения ООО  «Бизнес-Таврида» в качестве субподрядной организации, Обществом 08.09.2023 в  адрес ООО «НефтеГазоТехнологии» было направлено письмо № 110, в ответ на которое  был получен ответ с подтверждением данного факта, а также с подтверждением факта  реального выполнения спорных работ и принятия их заказчиками ООО  «НефтеГазоТехнологии» (письмо ООО «НефтеГазоТехнологии» № 3781-НГТ от  08.09.2023).  

Кроме того, в указанном письме ООО «НефтеГазоТехнологии» сообщило, что в  отношении него налоговыми органами были проведены выездные налоговые проверки  за периоды с 2016 - 2017 и 2018 - 2019 годы, по результатам которых, никаких  нарушений исчисления и своевременности уплаты налогов по хозяйственным  операциям с ООО «ТрансСтрой» выявлено не было.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 30 Налогового кодекса Российской  Федерации (далее - НК РФ) налоговые органы составляют единую централизованную  систему контроля за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за  правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты (перечисления) в  

бюджетную систему Российской Федерации налогов, сборов, страховых взносов.  

Учитывая изложенное, принимаемые налоговыми органами решения по  результатам налоговых проверок не могут содержать противоречивые и  взаимоисключающие выводы относительно оценки характера деятельности  налогоплательщика и совершенных им хозяйственных операций.  

В рассматриваемом случае, Инспекция при принятии оспариваемого решения  проигнорировала факт наличия решения № 15-09/39 от 29.06.2022, принятого  Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области по результатам выездной  налоговой проверки ООО «НефтеГазоТехнологии» за 2018 - 2019 год, в котором  отсутствуют претензии к хозяйственным операциям с Обществом.  

При этом, суд отмечает, что указанное решение в отношении ООО  «НефтеГазоТехнологии» было принято за 6 месяцев до принятия оспариваемого в  настоящем деле решения налогового органа (30.12.2022), а, следовательно, Инспекция  не могла не знать о его наличии, а также о содержащихся в нем выводах.  

Указанные обстоятельства свидетельствуют о необоснованности утверждения  Инспекции о том, что спорные работы на объектах АО «Транснефть» были выполнены  силами ООО «НефтеГазоТехнологии» (стр. 112 оспариваемого решения), поскольку  налоговым органом, администрирующим деятельность указанной организации и  которым были проведены выездные налоговые проверки ООО «НефтеГазоТехнологии»  подобного вывода сделано не было.  

Также в указанном письме ООО «НефтеГазоТехнологии» сообщило, что  сведения и согласовании ООО «Бизнес-Таврида» в качестве субподрядной организации  с приложением подтверждающих документов ранее представлялись в налоговые  органы в ответах на требования о представлении документов. Однако и указанные  документы, и сведения были проигнорированы налоговым органом при принятии  оспариваемого решения.  

Доводы налогового органа о том, что АО «Транснефть-Дружба» и АО  «Транснефть-Приволга» в ходе выездной налоговой проверки представили сведения об  отсутствии у них информации о привлечении в качестве субподрядных организаций  ООО «ТрансСтрой» и ООО «Бизнес - Таврида», не могут служить основанием для  вывода о том, что данные организации в качестве субподрядчиков не привлекались, а  спорные работы указанными организациями не выполнялись.  

Так, согласно письму АО «Транснефть - Дружба» от 25.04.2022 № ТДР-100- 09- Р7-14/15683 в ответ на требование о представлении документов № 6878 от 11.04.2022,  подрядчиком на объекте строительства являлось ООО «Премиум», которое, в свою  очередь, привлекло в качестве субподрядчика ООО «НефтеГазоТехнологии».  

Подрядчиком на объектах строительства АО «Транснефть-Приволга» являлись  ООО «Премиум», ООО «СК БИН», которые в свою очередь, привлекали в качестве  субподрядчика ООО «НефтеГазоТехнологии». По двум договорам ООО  «НефтеГазоТехнологии» являлось непосредственным подрядчиком на объектах  строительства АО «Транснефть-Приволга» (письмо АО «Транснефть-Приволга» от  25.04.2022 № ТПВ-01-61-25/1942 7).  

Из изложенного следует, что в большинстве случаев АО «Транснефть-Дружба»  и АО «Транснефть-Приволга» являлись заказчиками работ третьего звена по  отношению к Обществу и четвертого звена по отношению к ООО «Бизнес - Таврида».  

В данной связи суд приходит к выводу, что Общество не только не было обязано  контролировать исполнение своим заказчиком - ООО «НефтеГазоТехнологии» его  обязательств по согласованию с его заказчиками привлечения субподрядных  организаций, но и было лишено такой возможности в принципе.  

Кроме того, нарушение подрядчиками требований договоров о согласовании  субподрядчиков само по себе не является основанием для отказа в приемке надлежаще  выполненных работ.  

Вместе с тем, отсутствие согласия заказчика на привлечение субподрядчиков  может свидетельствовать о нарушении условий договора между подрядчиком и  заказчиком, но не об отсутствии между подрядчиком и субподрядчиком реальных  взаимоотношений и разумной экономической цели, то есть может иметь только  гражданско-правовые, а не налоговые последствия.  

Суд соглашается с Заявителем, что заключение, исполнение гражданско-правовых договоров, в том числе соблюдение или нарушение их условий - это  хозяйственный процесс налогоплательщика, в свою очередь, налоговое  законодательство не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной  деятельности.  

В силу принципа свободы экономической деятельности налогоплательщик  осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично  оценивать ее эффективность и целесообразность (Определение Конституционного Суда  Российской федерации от 04.06.2007 года № 320-О-П, Постановление Пленума ВАС РФ  от 12.10.2006 года № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения  налогоплательщиком налоговой выгоды» и пр.).  

Субъективное мнение инспекции о недопустимости нарушения условий  договора о необходимости согласования субподрядчиков является необоснованным  вмешательством в хозяйственную деятельность участников экономических отношений.  

Суд также принимает во внимание, что Общество собственные обязательства по  согласованию ООО «Бизнес - Таврида» с ООО «НефтеГазоТехнологии» исполнило в  полном соответствии с условиями договоров с последним, а, следовательно на него, как  на добросовестного исполнителя не может возложена ответственность за нарушение  ООО «НефтеГазоТехнологии» своих обязательств перед заказчиками по согласованию  привлеченных им субподрядных организаций.  

Учитывая изложенное, сам по себе факт нарушения ООО  «НефтеГазоТехнологии» своих договорных обязательств перед заказчиками не может  служить доказательством фиктивности сделок между Обществом и ООО «Бизнес- Таврида», тем более, в условиях неопровержимого документального подтверждения  реальности выполнения спорных работ именно заявленным контрагентом.  

Так, в списках персонала, направляемого на объект строительных работ АО  «Транснефть-Приволга», ООО «НефтеГазоТехнологии» указал сотрудников ООО  «Бизнес-Таврида»: ФИО6, ФИО12, ФИО13 и ФИО14,  что является свидетельством реального участия работников ООО «Бизнес - Таврида» в  исполнении спорных работ.  

Из изложенного следует, что ООО «Бизнес-Таврида» в период как до, так и во  время взаимоотношений с ООО «ТрансСтрой», являлось действующим юридическим  лицом, осуществляющим реальную предпринимательскую деятельность, спорные  работы были выполнены именно ООО «Бизнес-Таврида», а Общество добросовестно  действовало в отношениях со своим заказчиком ООО «НефтеГазоТехнологии»,  согласовав привлечение спорного контрагента в качестве субподрядчика.  

Суд также отмечает, что в ходе проверки Инспекцией не были получены  доказательства непринятия ООО «ТрансСтрой» до совершения сделки действий по  соблюдению должной осмотрительности при выборе контрагента и получению  необходимой информации, которые обычны для дедовой практики при сходных,  обстоятельствах; соответствующие выводы в оспариваемом решении отсутствуют.  Напротив, Общество представило доказательства принятия всего возможного  комплекса мер по получению необходимой информации о спорном контрагенте из  различных независимых источников и об однозначных выводах на их основе о  реальности и длительности осуществления им коммерческой деятельности в  соответствующей сфере.  

В частности, налогоплательщик проанализировал и учел данные ЕГРЮЛ, за  

проверку достоверности которых отвечают налоговые органы, и на содержание  которых призывают ориентироваться государственные органы и суды различным  третьим лицам в рамках реализации концепции «прозрачный бизнес» при вступлении в  коммерческие взаимоотношения, и даже при реализации государственных полномочий.  

Как следует из протокола допроса свидетеля ФИО15 О,А, (протокол б/н от  18.04,2022), генерального директора ООО «ТрансСтрой», при согласовании  контрагентов они проверялись через программу Контур Фокус. Аналогичные сведения  предоставлены начальником отдела снабжения ООО «ТрансСтрой» ФИО16  

Суд также отмечает и тот факт, что проведенная в отношении Общества  выездная налоговая проверка по всем налогам и сборам за период с 2015 по 2017 год по  результатам которой, претензии по хозяйственным операциям с ООО «Бизнес- Таврида» не предъявлены.  

Соответственно, налогоплательщик вправе предполагать, что если налоговый  орган не обращается к нему за объяснениями иди документами, подтверждающими  декларируемые налоги, то у налогового органа нет сомнений в правильности уплаты  налогов. Иное означало бы нарушение принципа правовой определенности и вело бы к  произволу налоговых органов.  

Учитывая изложенное, отсутствие претензий со стороны налогового органа в  отношении ООО «Бизнес-Таврида» по результатам проведенной выездной налоговой  проверки за 2015-2017 годы, свидетельствует о правомерности налогоплательщика  отнесения спорного контрагента к благонадежным, и, соответственно, в правильности  исчисления им налогов по хозяйственным операциям с ним.  

В такой ситуации предъявление налоговых претензий в рамках выездной  налоговой проверки за 2018-2020 годы к правоотношениям со спорным контрагентом,  на основании выводов о его подконтрольности Обществу и отсутствия факта ведения  реальной предпринимательской деятельности, нарушает требование защиты  правомерных ожиданий налогоплательщика.  

В ходе судебного разбирательства Общество настаивало, что хозяйственные  операции, совершенные в рамках договоров с ООО «Бизнес-Таврида» являются  реальными, что следует из результатов контрольных мероприятий.  

Суд отмечает, что в оспариваемом решении установлено, что предметом  заключенных Заявителем с ООО «Бизнес-Таврида» договоров является  преимущественно выполнение строительно-монтажных и общестроительных работ, а  также поставка стройматериалов и оборудования, при этом Общество в ходе проверки  представило пояснения о том, что спорный контрагент привлекался в качестве  субподрядчика для выполнения строительно-монтажных работ на объекты ООО  «НефтеГазоТехнологии» и ООО «Поволжское строительно-ремонтное объединение».  

Общество представило налоговому органу заключенные с ООО  «НефтеГазоТехнологии» и ООО «Поволжское строительно-ремонтное объединение»  договоры, а также составленные по итогам их исполнения и выполнения  предусмотренных работ Акты приемки выполненных работ по форме КС-2, Справки о  стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3, Журналы учета выполненных  работ по форме КС-ба, а также соответствующие счета- фактуры.  

Помимо вышеперечисленных документов, реальность выполнения спорных  работ для ООО «НефтеГазоТехнологии» и их принятия Заказчиком, подтверждается  перепиской между Обществом и названной организацией (в том числе: письмо от  20.05.2018, которым в адрес Общества направлен Акт-предписание от 20.05.2018 № 2005-188 об устранении выявленных нарушений; письмо от 22.05.2018 № 64/0  направленное Обществом в ответ на указанное выше письмо о полном устранении  нарушений; письмо от 06.06.2018 которым в адрес Общества направлен Акт-предписание от 05.06.2018 № 0506/18 с сообщением о необходимости устранить  нарушения; письмо от 08.06.2018 № 79/0, направленное Обществом в ответ на  

указанное выше письмо о полном устранении нарушений; письмо от 18.06.2018  которым в адрес Общества направлен Акт-предписание от 15.06.2018 № 1506/18 об  устранении выявленных нарушений; письмо от 21.06.2018 № 79/0, направленное  Обществом в ответ на указанное выше письмо о полном устранении нарушений).  

Судом установлено, что ООО «НефтеГазоТехнологии», и ООО «Поволжское  строительно-ремонтное объединение» полностью оплатили Заявителю подлежащие  выплате суммы денежных средств в соответствии с вышеуказанными документами,  данный факт Инспекцией не оспаривается.  

Утверждение налогового органа о том, согласно представленным ответам АО  «Транснефть-Дружба» и АО «Траненефть-Приволга» работы, заявленные в документах  по взаимоотношениям между ООО «ТрансСтрой» и ООО «Бизнес» Таврида» в  проверяемом периоде выполнены силами ООО «НефтеГазоТехнологии», не  соответствует содержанию писем указанных организаций.  

Дословно из ответа АО «Траненефть-Приволга» следует, что субподрядные  организации ООО «ТрансСтрой» и ООО «Бизнес-Таврида» не согласовывались, а из  ответа АО «Транснефть-Дружба» - что отсутствует информация о привлечении ООО  «Премиум» для выполнения работ на объекте а качестве субподрядчиков ООО  «ТрансСтрой» и ООО «ТСК».  

Учитывая изложенное, содержание писем не соответствует утверждению  Инспекции об отсутствии фактического участия в выполнении работ ООО  «ТрансСтрой» и ООО «Бизнес-Таврида», поскольку в них идет речь лишь о  несогласовании АО «Транснефть-Дружба» и АО «Транснефть-Приволга»  субподрядчиков в соответствии с положениями заключенных контрактов.  

Кроме того, налоговый орган на основании документов представленных АО  «Транснефть-Дружба» и АО «Транснефть-Приволга» приходит к неверному выводу о  том, что спорные работы на объектах фактически выполнены ООО  «НефтеГазоТехнологии», поскольку проход на объекты должен был осуществляться на  основании заранее согласованных заявок и пропусков, при этом акты допуска  оформлены на ООО «НефтеГазоТехнологии».  

Формулируя указанный вывод, Инспекция не учла следующее. 

В соответствии с пунктом 16 Правил, по охране труда в строительстве,  утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 01.06.2015 №  336м (далее - Правила по охране труда в строительстве), перед началом строительного  производства на территории действующего производственного объекта работодатель и  руководство хозяйствующего субъекта, эксплуатирующего производственный объект,  обязаны оформить акт-допуск для производства строительно-монтажных работ на  территории действующего производственного объекта.  

Согласно Правил по охране труда в строительстве, акты допуска оформляются  перед началом работ на определенный период времени и являются допуском именно  самой подрядной организации не на объект, а юридическим допуском к работам на  объекте. Оформление дополнительного акта допуска в процессе выполнения работ  Правилами по охране труда в строительстве не предусмотрено.  

При этом акты допуска оформляются с учетом сведений о тех сотрудниках,  которые числятся в штате подрядной организации на момент их оформления. В  процессе выполнения работ, уже после допуска подрядной организации на  строительную площадку, в случае кадровых изменений у подрядчика в акты допуска  изменения согласно Правилам по охране труда в строительстве не вносятся Акты  допуска не предназначены для согласования и допуска именно сотрудников подрядной  организации. Вся ответственность за соблюдение правил охраны и безопасности труда  лежит на руководителе подрядчика/субподрядчика/субсубподрядчика (пункт 19 Правил  но охране труда в строительстве).  

Из изложенного следует, что акты допуска документом, подтверждающим  

фактическое присутствие или фактическое выполнение конкретными работниками  строительно-монтажных работ, не являются.  

Вышеизложенное подтверждается также и содержанием самих актов допуска, на  которые ссылается налоговый орган, в которых указано, на допуск именно подрядной  организации к производству работ на объекте. При этом акты допуска подписаны  двумя сторонами - заказчиком и привлекаемым подрядчиком.  

Суд отмечает, что сведения о конкретных сотрудниках, которые будут  выполнять строительно-монтажные работы, не являются предметом согласования по  акту допуска. Такие сведения в двусторонних актах отсутствуют. Кроме того, в акте  прямо указано на то, что фотографии сотрудников, разрешения на привлечения  иностранных работников, миграционные карты и подтверждения на право трудовой  деятельности на территории субъектов РФ, копии общегражданских паспортов,  работников для согласования допуска подрядной организации не требуются.  

Таким образом, акты допуска не являются заранее согласованными заявками и  пропусками для выполнения работ на объектах АО «Транснефть-Дружба» и АО  «Траненефть-Приволга», а приведенные выводы налогового органа не соответствуют  законодательству Российской Федерации, обстоятельствам дела и имеющимся  доказательствам.  

Довод налогового органа о том, что часть сотрудников ООО «Бизнес- Таврида»  являются сотрудниками ООО «НефтеГазоТехнологии», как обоснование вывода о том,  что спорный контрагент имел формальную численность сотрудников (23 человека) на  протяжении непродолжительного периода времени, является необоснованным по  следующим основаниям.  

Исходя из приведенной в оспариваемом решении информации только в  отношении 6 человек (26%) от общего количества работников ООО «Бизиес-Таврида»  установлен факт получения дохода в ООО «НефтеГазоТехнологи и» и в ООО «Бизнес- Таврида», что никак не может свидетельствовать о формальной численности  работников спорного контрагента, и, тем более не позволяет распространять указанный  вывод на всех работавших в ООО «Бизнес-Таврида» физических лиц в отношении  которых в налоговый орган в установленном порядке представлялись сведения по  форме 2-НДФЛ, уплачивались соответствующие суммы налогов и страховых взносов.  Иного налоговый орган не установил.  

Судом установлено, что ФИО14 АЛачин П.А. и ФИО17 получали  

., 

доход сначала в ООО «Бизнес-Таврида», а потом в ООО «НефтеГазоТехнологии», то  есть не одновременно, причем ФИО14 А, А. и ФИО17, начали взаимодействие  с ООО «НефтеГазоТехмсышши» спустя полгода после прекращения взаимоотношений  с ООО «Бизнес-Таврида».  

ФИО18 согласно отраженной в оспариваемом решении информации,  напротив, сначала получал доход в 2017 году в ООО «НефтеГазоТехнологии», а затем с  февраля 2018 года в ООО «Бизнес- Таврида», а с июля 2018 по 2021 год согласно  имеющейся у налоговых органов информации не получал доход, при этом вновь начал  получать доход в ООО «НефтеГазоТехнологии» с 2021 года, то есть более чем через 2,5  года после окончания взаимоотношений со спорным контрагентом. ФИО19,  также сначала получал доход в 2017 году в ООО «НефтеГаэоТехнологии», затем 2  месяца 2018 года - в ООО «Бизнес-Таврида», а затем после трехмесячного перерыва с  июля 2018 по 2021 год вновь начал получать доход в ООО «НефтеГазоТехнологии».  ФИО6 аналогичным образом сначала получал доход в 2017 году в ООО  «НефтеГазоТехнологии», в 2018 год последовательно в ООО «Бизнес-Таврида», а затем  вновь в ООО «НефтеГазоТехнологии».  

Таким образом, установленные судом обстоятельства свидетельствуют лишь о  том, что незначительная часто работников ООО «Бизнес-Таврида» до или после  окончания их правоотношений взаимодействовала в рамках трудовых иди гражданско- 

правовых отношений с ООО «НефтеГазоТехнологии», но не одновременно, а в  большинстве случаев и после длительного перерыва в трудовой деятельности.  

Суд также отмечает, что Инспекция не анализировала должностные обязанности  указанных лиц, в том числе и причины перехода последовательно из одной  организаций в другую и, соответственно» отсутствуют доказательства и того, что  указанные лица могли каким-то образом влиять на принимаемые в обеих организациях  управленческие решения.  

При этом налоговый орган в оспариваемом решении никак не обосновывает и  зависимость ООО «Бизнес-Таврида», Общества с ООО «НефтеГ'азоТехнологии», а  выводы о такой зависимости отсутствуют, в связи с чем вывод о формальной  численности ООО «Бизнес-Таврида» ввиду предшествующей иди последующей работы  отдельных его работников в иной независимой организации строительной сферы,  является необоснованным и не влияющим на налоговые обязательства Общества, также  являющегося независимым от указанных лиц юридическим лицом.  

Сам по себе факт трудоустройства нескольких работников среднего и низшего  звена в разные периоды времени в ООО «Бизнес-Таврида» и в ООО  «НефтеГазоТехнологии» не может свидетельствовать о взаимозависимости  юридических лиц, в том числе с Заявителем, поскольку привлечение трудовых  ресурсов, взаимодействие с лицами, выполнявшими различные трудовые функции в  организациях определенной сферы деятельности или отрасли в различное время,  является абсолютно характерным и типичным для любой сферы, поскольку  необходимость в работниках определенной квалификации и опыта восполняется за счет  имеющихся на рынке трудовых ресурсов лиц, обладающих разным опытом и  компетенциями в конкретной сфере, узкой специализации.  

Переход внутри отрасли или между работающими друг с другом организациями  работников является следствием типичных процессов, существующих на рынке труда,  и не является следствием зависимости организаций одной отрасли.  

С учетом установленных обстоятельств суд приходит к выводу, что ООО  «Бизнес-Таврида», имея в штате более 20 официально трудоустроенных сотрудников,  располагало необходимыми трудовыми ресурсами для выполнения принятых на себя  обязательств по договорам с Обществом, доказательств обратного Инспекцией не  представлено. Утверждение Инспекции об отсутствии у спорного контрагента  недвижимого имущества, земельных участков, а также какой-либо техники и  транспортных средств не может быть положено в основу вывода об отсутствии у него  возможности выполнить спорные работы по договорам с Обществом, поскольку для их  выполнения не требуются значительные материальные ресурсы, причисленные выше, а  в первую очередь необходимы работники, обладающие необходимой квалификацией и  обычными рабочими инструментами.  

При этом реальное выполнение спорных работ Инспекцией не оспаривается и  факт их принятия как ООО «ТрансСтрой» у ООО «Бизнес- Таврида», так и  впоследствии ООО «НефтеГазоТехнологии», налоговым органом также не  опровергнут.  

На основании изложенною, суд приходит к выводу, что довод налогового органа  о получении Обществом незаконной налоговой экономии по хозяйственным операциям  с ООО «Бизнес-Таврида» не подтвержден имеющимися доказательствами, а,  следовательно, является неправомерным.  

Суд, признавая выводы оспариваемого решения незаконными, также отмечает,  что отказывая Обществу в праве на применение налоговых вычетов по НДС по  операциям с ООО «Бизнес-Таврида» по мотиву «технического» характера деятельности  указанной компания, налоговый орган одновременно, на странице 82 оспариваемого  решения формулирует вывод о том, что фактически сворные работы на объектах были  выполнены силами Заказчика Общества - ООО «НефтеГазоТехнологии».  

Вместе с тем, если принимать во внимание вывод Инспекции о выполнении  спорных работ силами Заказчика Общества - ООО «НефгеГазоТехнологии», то в таком  случае у ООО «ТрансСтрой» отсутствует факт реализация выполненных работ в адрес  ООО «НефтеГазоТехнологии», а потому и суммы реализации должны быть исключены  из налоговой базы по НДС, чего налоговым органом сделано не было.  

Более того, Инспекция неправомерно и безосновательно распространила вывод о  выполнении работ силами ООО «НефтеГазоТехнологии» и в отношении совершенно  иного договора, заключенного Обществом с иным Заказчиком - ООО «Поволжское  стооительно-ремонтное объединение», и по указанному основанию пришла к выводу  об отсутствии выполнении работ как Заявителем, так и его спорным контрагентом.  

Указанные обстоятельства являются безусловным свидетельством незаконного  подхода налогового органа к производству оспариваемых Обществом доначислений.  

Судом также установлено, что в общую сумму доначислений по НДС в размере  16 726 310 руб. включена сумма НДС, принятая к вычету по приобретенным у ООО  «Бизнес-Таврида» стройматериалам и оборудованию в сумме 1156 341 руб. (стр. 8  оспариваемого решения).  

Однако ни в Акте проверки, ни в Дополнении к нему» ни в оспариваемом  решении Инспекция не приводит ни одного довода относительно хозяйственных  операций по приобретению стройматериалов и оборудовании.  

Налоговый орган в ходе проверки не исследовал обстоятельства приобретения  указанных товаров, выводы о нереальности их поставки Обществу в решении  отсутствуют.  

Учитывая изложенное, налоговый орган осуществил доначисление Обществу  налога на прибыль и НДС по операциям приобретения у ООО «Бизнес Таврида»  стройматериалов и оборудования в отсутствии к тому фактических и правовых  оснований.  

Кроме того, в оспариваемом решении и отзыве на заявление налоговый орган  ссылаясь на ряд документально подтвержденных обстоятельств (таких как: формальная  численность сотрудников у ООО «Бизнес - Таврида»: минимальные суммы налогов,  исчисленные к уплате в бюджет; финансовая «подконтрольность» ООО «Бизнес -  Таврида» Обществу), и не приводят ни одного довода в том, что в результат  совершения хозяйственных операций с названным контрагентом бюджету был  причинен какой - либо ущерб.  

В пункте 10 письма ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060 указано, что при  встраивании «технической» компании или цепочки таких компаний между  налогоплательщиком и лицом, осуществившим фактическое исполнение по сделке,  повлекшее причинение ущерба бюджетам публично-правовых образований в  результате завышения расходов и вычетов по налогу на добавленную стоимость, сумма  расходов и налоговых вычетов, подлежащая учету, производится исхода из параметров  реального исполнения, отраженных н финансово-хозяйственных документах  указанного лица по такой сделке (договорах, первичных документах, счетах-фактурах,  платежных, поручениях и т.п,).  

Иными словами, при доначисления налогоплательщику по результатам  налоговой проверки сумм налогов, Инспекции необходимо одновременно установить и  доказать факт встраивания в цепочку операций «технической» компании и причинение  ущерба бюджету в результате таких действий.  

Также в письме от 10,10.2022 № БВ-4-7/13450@ ФНС России указала, что  полное исключение налоговым органом фактически понесенных затрат на  приобретение товара из налогооблагаемой базы по налогу на прибыль влечет  искажение реального размера налоговых обязательств налогоплательщика по  указанному налогу, что противоречит принципу добросовестного налогового  администрирования. Если налогоплательщик понес реальные затраты на приобретение  

товара, использованного в дальнейшем в хозяйственной деятельности, он вправе  уменьшить сумму дохода на подтвержденные расходы.  

Таким образом, доначисление по результатам выездной налоговой проверки  сумм неуплаченных налогов должно осуществляться исключительно исходя из размера  ущерба, причиненного бюджетам, публично - правовых образований в результате  злоупотреблений, допущенных такими участниками.  

Отказ налогоплательщику в праве на налоговые вычеты по НДС по  хозяйственным операциям, совершенным в рамках договоров со спорным  контрагентом возможен только при условии представления налоговым органом  доказательств причинения ущерба интересам бюджета в виде недополучения сумм  налогов.  

Учитывая вышеизложенное, налоговому органу необходимо было представить  неопровержимые доказательства отсутствия в бюджете источника возмещения НДС на  сумму 16 726 310 руб., а также недополучения бюджетом суммы налога на прибыль,  однако такие доказательства в материалах налоговой проверки, а равно в материалах  судебного дела, отсутствуют.  

В ходе выездной налоговой проверки налоговый орган не установил в составе  налоговых вычетов ООО «Бизнес-Таврида» сумм НДС, заявленных с нарушением  положений НК РФ, ограничившись лишь указанием на их совокупный размер в 1, 2 и 3  квартале 2018 года, а также на их высокий удельный вес, что никак не может  свидетельствовать о недополучении бюджетом сумм НДС.  

ООО «Бизиес»Таврида» не было допущено каких-либо нарушений в порядке  отражения доходов от реализации и при применении налоговых вычетов по НДС в 2018  гаду, в том числе в результате совершенных с ООО «ТрансСтрой» хозяйственных  операций. Доказательств обратного Инспекцией не представлено.  

В оспариваемом решении отсутствуют какие - либо претензии налогового  органа к контрагентам: - поставщикам ООО «Бизнес - Таврида» и к хозяйственным  операциям между ними, а, следовательно, Инспекция не поставила под сомнение их  реальность.  

При этом утверждение налогового органа о том, что «денежные средства,  поступившие на счет ООО «Бизнес-Таврида», в дальнейшем перечислялись со сменой  назначения платежей за стройматериалы, транспортные услуги и автозапчасти», является  необоснованным и сформулировано в оспариваемом решении в отсутствие  соответствующих доказательств и результатов мероприятий налогового контроля.  

Таким образом, доначисление Обществу сумм НДС и налога на прибыль  организаций осуществлено в отсутствии в материалах налоговой проверки  доказательств потерь бюджета (ущерба) и соответствующем размере. При этом,  Обществом были соблюдены все установленные законодательством о налогах и сборах  условия для учета расходов и вычетов по НДС в рамках взаимоотношений с  контрагентами.  

В соответствии со статьей 252 НК РФ налогоплательщик вправе уменьшить  налоговую базу по налогу на прибыль организаций на сумму экономически  обоснованных, документально подтвержденных затрат, которые преследуют цель  получения дохода.  

В свою очередь, согласно положениям статей 171, 172 НК РФ  налогоплательщик вправе принять к. вычету суммы НДС, предъявленные при  приобретении услуг, при соблюдении следующих условий: налогоплательщик  приобретает работы для осуществления облагаемых НДС операций; налогоплательщик  получил от контрагента надлежащим образом оформленный акт о выполненных  работах; налогоплательщик принял к учету приобретенные работы.  

Принимая во внимание изложенные выше положения действующего  законодательства РФ о налогах и сборах, в том числе ст. 54.1 НК РФ, суд приходит к  

следующим выводам.  

Расходы Общества на приобретение работ, товаров и услуг контрагентов  являются экономически обоснованными, документально подтверждены и направлены  на получение дохода, то есть соответствуют условиям признания расходов согласно  статье 252 НК РФ, данные обстоятельства не оспариваются Инспекцией.  

Результаты приемки выполненных контрагентами работ оформлялись актами с  выделением в них сумм НДС. Общество учитывало хозяйственные операции по  договорам с контрагентами на соответствующих счетах бухгалтерского учета.  Следовательно, Обществом были выполнены все предусмотренные статьями 171, 172  НК РФ условия для принятая сумм НДС, предъявленных контрагентами, к вычету,  

В отношении пункта 2 статьи 541 НК РФ судом установлено, что в полном  соответствии с условиями договоров, контрагент выполнил все свои обязательства,  реальность исполнения которых Инспекцией не оспаривается.  

Таким образом, Общество, руководствуясь действующими и применимыми  положениями законодательства о налогах и сборах, правомерно уменьшило налоговую  базу по налогу на прибыль организаций и размер исчисленного к уплате НДС  соответственно на суммы расходов и суммы вычетов по НДС в связи с приобретением  работ, товаров по договорам с контрагентом.  

Кроме того, как в законодательстве, так и в судебной практике закреплена  недопустимость возложения ответственности на добросовестных налогоплательщиков  даже за нарушения налогового законодательства, допущенные контрагентами,  следующая из индивидуального характера исполнения такой налоговой обязанности.  

Вместе с тем в оспариваемом решении отсутствуют доказательства  противоправного характера действий Общества, его осведомленности об  обстоятельствах, характеризующих контрагента как недобросовестного,  неправомерного уменьшения Обществом налоговой обязанности.  

Обязательства по сделкам были полностью исполнены спорным контрагентом,  иного Инспекцией не доказано. Все оспариваемые сделки имеют абсолютно явную  деловую цель, исполнены спорным контрагентом. Обществом использованы  результаты сделок в своей основной деятельности.  

В этой связи отсутствуют основания для применения к сделкам негативных  последствий, установленных статьей 54.1 НК РФ. Таким образом» Общество  правомерно учитывало расходы для целей налогообложения, а также правомерно  заявляло к вычету НДС по хозяйственным операция с ООО «Бизнес-Таврида», а,  следовательно, оспариваемое решение является незаконным и подлежит отмене.  

На основании изложенного, суд, в соответствии с положениями ст.ст. 199-201  АПК РФ, признает решение ИФНС России № 33 по г. Москве от 30.12.2022 № 21/46 о  привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения,  с учетом решения УФНС России по г. Москве от 22.03.2023, вынесенным с  нарушением норм налогового законодательства и подлежит признанию  недействительным.  

Расходы по госпошлине подлежат возмещению сторонами в порядке ст.110 АПК  РФ пропорционально удовлетворенным требованиям.  

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 102, 110, 167-171, 176, 199  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

РЕШИЛ:

Признать недействительным Решение от 30.12.2022 г. № 21/46 о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения, с учетом решения УФНС  России по г. Москве от 22.03.2023 г., вынесенное ИФНС России № 33 по г. Москве в  отношении ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ  

"ТРАНССТРОЙ", как не соответствующее НК РФ.  

Взыскать с ИФНС России № 33 по г. Москве в пользу ОБЩЕСТВА С  ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТРАНССТРОЙ" расходы по уплате  государственной пошлины в сумме 3 000 руб.  

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в  Девятый арбитражный апелляционный суд.  

 Судья О.Ю. Паршукова