189/2023-154901(4) 

 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-14228/2023

г. Челябинск

27 ноября 2023 года

Дело № А47-468/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 20 ноября 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 27 ноября 2023 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Румянцева А.А.,  

судей Матвеевой С.В., Кожевниковой А.Г., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  

ФИО2 на решение Арбитражного суда Оренбургской  

области от 12.09.2023 по делу № А47-468/2023. 

В судебное заседание, в том числе посредством использования системы веб- 

конференции, явились: 

представитель ООО «Щебеночный завод 7», ООО Медногорский  

щебеночный карьер» - ФИО3 (паспорт, доверенность от 11.04.2023, сроком  

действия 12 месяцев); 

 представитель ФИО4 - ФИО5  

(паспорт, доверенность от 16.05.2023, сроком действия 3 года, удостоверение  

адвоката); ФИО6 (паспорт); ФИО2 (паспорт). 

ФИО2 (далее – истец, податель жалобы) обратился  в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к ФИО4, ФИО7, обществу с  ограниченной ответственностью «Медногорский щебеночный завод» (далее -  ООО «МЩК», должник), обществу с ограниченной ответственностью  «Щебеночный завод 7» (далее – ответчики), при участии заинтересованных лиц:  ФИО8, публичное акционерное общество Сбербанк,  акционерный коммерческий банк «Форштадт», акционерное общество  «Российский Сельскохозяйственный банк», о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности, в котором просит привлечь  ответчиков к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО  «Медногорский щебеночный завод» (ИНН 

<

***>) перед кредитором  ФИО2 и взыскать в солидарном порядке 11 913 291 руб.  

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 12.09.2023 в  удовлетворении иска отказано.  

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с  апелляционной жалобой, в которой просил отменить решение, ссылаясь на то, что  наличие лицензии является условием осуществления приносящей доход  деятельности и фактором, влияющим на оценку и стоимость используемого в  такой деятельности имущественного комплекса держателя лицензии, а также  единоличного его участника, следовательно, отчуждением лицензии на  пользование недрами причинены убытки должнику и его кредиторам.  

Признавая возмездность сделки по отчуждению лицензии, суд первой  инстанции не дает оценку доводам истца о том, что соглашение о сотрудничестве   № 1 от 03.07.2017, письмо ООО «МЩЗ» в адрес ООО «МЩК» от 04.07.2017 и  письмо ООО «МЩК» в адрес ООО «Щебеночный завод 7» от 04.07.2017 были  изготовлены ко дню судебного заседания (т.е. фиктивны); ООО «МЩК» не  представлены копии налоговых деклараций (в т.ч. по НДС с приложением книг  покупок и продаж, журналов выставленных и полученных счетов-фактур) за 2017  год, подтверждающих правоотношения по соглашению о сотрудничестве;  ответчиками не исполнено требование истца представить в материалы дела  оригиналы указанных документов.  

Судом первой инстанции не дана оценка действиям контролирующих лиц по  безвозмездному отчуждению доли должника в уставном капитале ООО «МЩК» и  не дана оценка законности совершения сделки в преддверии банкротства; доводам  истца о сокрытии товарных запасов за 2016 — 2017 гг. и доказательствам,  подтверждающим данные доводы; сделкам и действиям контролирующих лиц по  отчуждению имущества должника.  

Ссылается на безвозмездное использование имущества должника в  деятельности аффилированных лиц, что является одним из оснований для  привлечения контролирующих должника лиц к ответственности.  

Судом первой инстанции не дана оценка доводам истца о возможности  привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника по основанию - перевод деятельности на вновь  созданные общества.  

Также не согласен с выводами суда о пропуске срока исковой давности. 

На основании ст.ст. 184, 262 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации судом апелляционной инстанции приобщены отзывы на  апелляционную жалобу от ФИО4, ООО «Щебеночного завода № 7» и ООО  «Медногорский щебеночный карьер».  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной  жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения  информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».  

В соответствии со статьями 123, 156, 159 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной  инстанции в отсутствие неявившихся лиц.  

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду  

свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу  судебного заседания).  

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом  апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Из материалов дела следует, что от ФИО2 поступило письменное  заявление о фальсификации доказательств, в обоснование которого указано, что  подписи в письме от 28.11.2017 и в соглашении о выплате действительной  стоимости доли от 27.11.2017 не принадлежат ФИО7. а поставлены  другим лицом, просит проверить достоверность представленных ответчиками  доказательств; письма от 28.11.2017 и соглашении о выплате действительной  стоимости доли от 27.11.2017, в случае установления факта фальсификации этих  доказательств исключить их из числа доказательств.  

Истец также просит провести проверку подлинности подписи ФИО7 путем назначения почерковедческой экспертизы; в рамках проверки  истребовать дополнительные доказательства.  

В судебном заседании 10.08.2023 представителем ООО «Медногорский  щебеночный карьер» (ФИО3) устно заявлено ходатайство об исключении  из числа доказательств по делу: письма от 28.11.2017 и соглашения о выплате  действительной стоимости доли от 27.11.2017.  

Указанное ходатайство удовлетворено в порядке части 1 статьи 161  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательства  по делу: письмо от 28.11.2017 (копия) и соглашение о выплате действительной  стоимости доли от 27.11.2017 (копия) исключены из числа доказательств по делу и  вручены представителю общества по расписке.  

Представителем ООО «Медногорский щебеночный карьер» в заседании  также даны пояснения о том, что оригиналы указанных документов не  сохранились в силу истечения 5-летнего срока хранения документации.  

Способ проведения проверки достоверности заявления о фальсификации  определяется судом (пункт 39 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде  первой инстанции»).  

Из приведенных положений следует, что заявление о фальсификации  доказательства может быть проверено судом различными способами, в том числе  путем оценки такого доказательства в совокупности с иными доказательствами с  учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Способы и методы проверки заявления о фальсификации законом детально  не регламентированы, их определение относится к полномочиям суда,  проводящего такую проверку.  

Изучив материалы дела, заслушав доводы лиц, присутствовавших в  заседании, суд не установил оснований для рассмотрения заявления Чернулича  

Е.М. о фальсификации доказательств и ходатайства об истребовании сведений.  

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой  инстанции, согласно сведениям из Единого государственного реестра  юридических лиц, в период с 29.03.2017 по 21.09.2017 ФИО4 являлся  генеральным директором ООО «Медногорский щебеночный завод», с 22.09.2017  ликвидатором данного общества являлся ФИО7  

ФИО8 обратился в арбитражный суд с заявлением о  признании несостоятельным (банкротом) ООО «Медногорский щебеночный  завод» (ОГРН – 

<

***>, ИНН – 

<

***>), г. Медногорск Оренбургской  области, в связи с наличием просроченной более трех месяцев задолженности в  общей сумме 349 672 руб., подтвержденной Медногорским городским судом  Оренбургской области от 24.04.2017 по делу № 2-155/2017.  

Определением арбитражного суда от 08.12.2017 заявление принято к  производству арбитражного суда, возбуждено дело о банкротстве Общества.  

Решением арбитражного суда от 13.02.2018 (резолютивная часть от  07.02.2018) ликвидируемый должник признан банкротом с открытием  конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6  (член союза арбитражных управляющих «Континент»).  

Определением арбитражного суда от 07.06.2018 (резолютивная часть  определения объявлена 22.05.2018) по делу № А47-15016/2017 требования  ФИО2 признаны обоснованными в размере 11 913 291 руб. и включены в  третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Медногорский щебеночный  завод».  

Определением арбитражного суда от 28.08.2018 (резолютивная часть  определения объявлена 22.08.2018) по делу № А47-15016/2017 удовлетворено  ходатайство конкурсного управляющего, суд обязал бывшего ликвидатора ООО  «Медногорский щебеночный завод» ФИО7 передать конкурсному  управляющему ФИО6 документацию и имущество должника.  

Определением арбитражного суда от 12.02.2020 (резолютивная часть  определения объявлена 06.02.2020) по делу № А47-15016/2017 конкурсное  производство в отношении ООО «Медногорский щебеночный завод» завершено.  

Поскольку обязательства перед кредитором ФИО2 остались  непогашенными, последний обратился в суд с настоящим требованием, полагая,  что действия руководителей должника по отчуждению лицензии ООО  «Медногорский щебеночный завод» на право пользования недрами (ОРБ 05113  ТЭ) и выход должника из состава участников ООО «Медногорский щебеночный  карьер» привело к банкротству должника, в результате совершения указанных  сделок причинен вред имущественным правам кредитора, истец лишился  возможности получить удовлетворение требований за счет отчужденного актива.  

В качестве нормативного обоснования заявленного требования истец  ссылается на положения статей 61.11, 61.12, 61.14 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве).   

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции пришел к  выводу о том, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие  наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и  

объективным банкротством общества, что явилось основанием для отказа в  удовлетворении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований  кредиторов.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы,  арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для  отмены судебного акта в силу следующих обстоятельств.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №  127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом  Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В соответствии с частью 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после  завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о  банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к  субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14  настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в  полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего  Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне  рамок дела о банкротстве.  

На основании части 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу  заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию,  предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после  завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о  банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения  судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве,  или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника  банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники  должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми  предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.  

Установив, что производство по делу № А47-15016/2017 о банкротстве ООО  «Медногорский щебеночный завод» завершено в связи с выполнением  конкурсным управляющим всех мероприятий, предусмотренных Законом о  банкротстве, при этом ФИО2 является конкурсным кредитором  должника, чьи требования включены в реестр, и по результатам процедуры  банкротства его требования остались не удовлетворенными в полном объеме, суд  пришел к выводу о наличии у ФИО2 права на обращение с заявлением о  привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на  основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

В соответствии с приведенными в пунктах 1, 9 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при  

банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) разъяснениями, привлечение  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является  исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.  

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности в части, не противоречащей специальным положениям закона №  127-ФЗ, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об  ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие  причинения вреда.  

По делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения  вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между  незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда  (утвержденный Президиумом ВС РФ 20.12.16 Обзор судебной практики ВС РФ №  4 (2016)).  

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника.  

В пункте 16 постановления Пленума № 53 разъяснено, что под действиями  (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения  требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать  такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной  банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не  наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия)  контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически  наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение  или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо  неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.),  дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций,  

назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности  которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой  организации, создание и поддержание такой системы управления должником,  которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред  должнику и его кредиторам, и т.д.  

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством  сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана  единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная  контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому  изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения -  появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать  совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием  контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших  

возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию  объективного банкротства.  

В качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности истец также указывает на совершение ответчиками сделок,  приведшими к банкротству должника.  

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума №  53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда  сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой  (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок  относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к  масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно  убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на  деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных  сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно  убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том  числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных  в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене,  в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать  осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности,  приносивших ему ранее весомый доход.  

Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал  ли он при исполнении возложенных на него обязанностей, в том числе при  заключении сделки, разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость  и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего  исполнения полномочий единоличного исполнительного органа.  

Из материалов дела следует, что период с 29.03.2017 по 21.09.2017 ФИО4 являлся генеральным директором ООО «Медногорский щебеночный завод»,  с 22.09.2017 ликвидатором данного общества являлся ФИО7  

По мнению ФИО2 действия руководителей должника по  отчуждению лицензии ООО «Медногорский щебеночный завод» на право  пользования недрами (ОРБ 05113 ТЭ) и выход должника из состава участников  ООО «Медногорский щебеночный карьер» привело к банкротству должника, в  результате совершения указанных сделок причинен вред имущественным правам  кредитора, истец лишился возможности получить удовлетворение требований за  счет отчужденного актива.  

Из материалов дела следует, что у ООО «Медногорский щебеночный завод»  имелась лицензия на пользование недрами серии ОРБ № 05113ТЭ, выданная  Министерством природных ресурсов, экологии и имущественных отношений  Оренбургской области 22.06.2010.  

Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 28.12.2022 по делу №  2а-8866/2022, вступившим в законную силу 21.02.2023, в удовлетворении  административного искового заявления ФИО2 к Министерству  природных ресурсов, экологии и имущественных отношений Оренбургской  области о признании распоряжения (от 16.10.2017 № 3229-р) в части незаконным,  возложения обязанности – отказано.  

Из содержания указанного судебного акта следует, что распоряжением от  16.10.2017 Министерством природных ресурсов, экологии и имущественных  отношений Оренбургской области осуществлено переоформление лицензии серии  ОРБ № 05113ТЭ с ООО «Медногорский щебеночный завод» на ООО  «Медногорский щебеночный карьер» на основании пункта 6 статьи 17.1 Закона РФ  «О недрах»: в связи с созданием юридическим лицом – пользователем недр нового  юридического лица для продолжения деятельности на предоставленном  предыдущему пользователю недр участке недр. Суд указал, что лицензия на право  пользование недрами не является и не входит в имущественный комплекс  предприятия, так как участки недр изъяты из гражданского оборота, ввиду чего  действия по даче согласия на переоформление лицензии и проведение процедуры  переоформления лицензии не нарушают права и законные интересы кредиторов  ООО «Медногорский щебеночный завод».  

В виду изложенного, суд пришел к выводу, что право пользования недрами  на основании лицензии не повлияло бы на стоимость имущества ООО  «Медногорский щебеночный завод», приобретение на торгах имущества должника,  не связанного с пользованием соответствующим участком недр, не является  безусловным основанием для переоформления лицензии, наличие лицензии не  привело бы к увеличению конкурсной массы, не привело к убыткам должнику и  кредиторам.  

Кроме того, при завершении процедуры конкурсного производства в  отношении ООО «Медногорский щебеночный завод» судом установлено, что у  должника не имелось собственной техники и персонала, для осуществления  добычи щебня необходимо было привлекать технику и подрядчиков, с которыми  расчеты происходили путем отгрузки готовой продукции.  

Сведения об остатках добытого сырья подлежали передаче ликвидатором –  ФИО7, которым не исполнено определение арбитражного суда от  28.08.2018 по делу № А47-15016/2017 (при этом документация должника ранее –  по акту от 02.04.2018 передана ФИО7 конкурсному управляющему).  

ФИО7, письмом б/д, адресованным конкурсному управляющему  ФИО6 сообщил, что на конец 2017 года по балансу общества числились  запасы в размере 1 631 000 руб.; данная сумма складывается из затрат на  незавершенное производство, связанных с эксплуатацией и обустройством дорог и  площадок на карьере (затраты на привлечение техники для подсыпки,  выравнивания, очистки снега и пр.); эти затраты были учтены в период  деятельности по добыче строительного камня в период 2012-2014 годов; данная  сумма числилась по бухгалтерскому балансу ООО «МЩЗ» с 2014 года; в связи с  чем возможности передать реальные запасы в материальном смысле не имеется.  

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «Медногорский щебеночный завод»  за 2017 год внеоборотные активы (основные средства) общества составляли 2284  тыс. руб. (за 2016 год – 2284 тыс. руб., за 2015 год – 2284 тыс. руб.), оборотные  активы (запасы, дебиторская задолженность) составляли 22357 тыс. руб. (в 2016  году – 22357 тыс. руб., в 2015 году – 22366 тыс. руб.), краткосрочные обязательства  составляли 26266 тыс. руб. (в 2016 году – 16781 тыс. руб., в 2015 году – 16781 тыс.  руб.), непокрытый убыток возник по итогам 2017 года и составил 2260 тыс. руб.  

(ранее прибыль составляла 5488 тыс. руб. в 2016 году, 5497 тыс. руб. в 2015 году).  

Таким образом, бухгалтерский баланс должника по итогам 2017 года не  свидетельствует о выбытии основных средств и запасов, но показывает увеличение  дебиторской задолженности, увеличение краткосрочных обязательств, наличие  непокрытого убытка.  

Наличие причинно-следственной связи между показателями бухгалтерской  отчетности должника за 2017 год, переоформлением 16.10.2017 (то есть в конце  года) на основании распоряжения Министерства природных ресурсов, экологии и  имущественных отношений Оренбургской области лицензии серии ОРБ   № 05113ТЭ (не входящей в конкурсную массу должника) с ООО «Медногорский  щебеночный завод» на ООО «Медногорский щебеночный карьер» и наступление  признаков неплатежеспособности должника судом не установлено. При этом, как  указывалось ранее, долги общества перед ФИО2 образовались еще в 2013  и 2014 годах.  

При таких обстоятельствах, довод истца о том, что лицензия подлежит  включению в конкурсную массу имущества предприятия, которое может быть  реализовано, исследован судом и отклонен с учетом положения частей 1, 2 ст. 131  Закона о банкротстве, абзаца 2 статьи 1.2, абзаца 1, 3 статьи 11, статьи 17.1 Закона  РФ от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах», поскольку лицензия на право пользования  недрами не является имуществом предприятия и не включается в конкурсную  массу, не может входить в стоимость и влиять на оценку предприятия как  имущественного комплекса, которое может быть реализовано.  

Также судом при принятии настоящего решения учтено наличие соглашения  о сотрудничестве № 1 от 03.07.2017, заключенного между ООО «Медногорский  щебеночный завод» и ООО «Медногорский щебеночный карьер», по условиям  которого предусматривалась передача должником иному обществу – ООО  «Медногорский щебеночный карьер» согласия на переоформление лицензии на  пользование недрами.  

По указанному соглашению должник получил оплату в размере 800 000 руб.  (по платежному поручению № 66 от 26.07.2017, письму от 04.07.2017).  

Покупателем имущества ООО «Медногорский щебеночный завод» в рамках  дела № А47-15016/2017 являлось ООО «Щебеночный завод 7». Торги в рамках  процедуры конкурсного производства не оспорены (статья 65 Арбитражного  процессуального кодекса РФ).  

Доводы апеллянта о том, что указанное соглашение о сотрудничестве и  письма от 04.07.2017 были изготовлены ко дню судебного заседания (т.е.  фиктивны), ООО «МЩК» не представлены копии налоговых деклараций за 2017  год, подтверждающих правоотношения по соглашению о сотрудничестве;  ответчиками не исполнено требование истца представить в материалы дела  оригиналы указанных документов, отклоняются, по изложенным выше  основаниям.  

Судом установлено и не оспорено ответчиками, что ООО «Щебеночный  завод 7» обладает признаками аффилированности по отношению к ООО  «Медногорский щебеночный карьер».  

ФИО7, являясь ликвидатором ООО «Медногорский щебеночный  

завод», 23.11.2017 (то есть после переоформления лицензии) нотариально заверил  заявление о выходе ООО «Медногорский щебеночный завод» из состава  участников ООО «Медногорский щебеночный карьер».  

Между тем, доводы истца о том, что целью совместных действий лиц,  контролирующих должника – ООО «Медногорский щебеночный завод» и ООО  «Медногорский щебеночный карьер» являлся вывод ликвидных активов должника  (лицензии и доли в уставном капитале) во избежание обращения на них взыскания,  а, соответственно, послуживших основанием для привлечения ответчиков к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника в ходе рассмотрения  дела и исследовании доказательств не нашли своего подтверждения.  

На основании изложенного, суд первой инстанции не установил оснований  для привлечения ФИО4, ООО «Медногорский щебеночный карьер», ООО  «Щебеночный завод 7» к субсидиарной ответственности по заявленным истцом  основаниям и отказал в удовлетворении исковых требований в отношении  указанных ответчиков, а доводы апелляционной жалобы об ином, несостоятельны.  

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не дана  оценка действиям контролирующих лиц по безвозмездному отчуждению доли  должника в уставном капитале ООО «МЩК» и законности совершения сделки в  преддверии банкротства, о сокрытии товарных запасов за 2016 — 2017 гг. и  доказательствам, подтверждающим данные доводы, суд признает  несостоятельными в силу следующего.  

ООО «Медногорскии щебеночный карьер» в материалы дела представлены  доказательства выплаты обществом «Медногорскии щебеночный карьер» суммы  381 133 руб. в счет стоимости действительной стоимости доли участнику обществу  «Медногорскии щебеночный завод», вышедшему из состава участников. При этом  приводится расчет действительной стоимости доли в уставном капитале ООО  «Медногорскии щебеночный карьер» на октябрь 2017г. и на конец 2017г. в  соответствии с требованиями законодательства. Согласно этих расчетов  действительная стоимость доли составляла 5 100 руб.  

Таким образом, довод ФИО2 о том, что доля была отчуждена  безвозмездно опровергается материалами дела.  

Истец в апелляционной жалобе упоминает о наложении ареста на имущество  ООО «Медногорскии щебеночный завод», однако не приводит тому доказательств.  

Относительно судьбы запасов в сумме 1631 тыс. руб., судом первой  инстанции указано, что они учтены по бухгалтерскому балансу на конец 2017 года.  

Представленная истцом статистическая отчетность сама по себе не является  бухгалтерскими документами и не свидетельствует о наличии хозяйственных  операций, их конкретном содержании и их суммовом выражении. Книги покупок и  продаж также не являются первичными документами и не могут однозначно  служить доказательством наличия хозяйственных операций.  

Ссылка апеллянта на безвозмездное использование имущества должника в  деятельности аффилированных лиц, что является одним из оснований для  привлечения контролирующих должника лиц к ответственности, не принимается  апелляционным судом, поскольку доказательств того, что должник обладал  имуществом, находящимся в его собственности не представлено.  

 Ссылка апеллянта о возможности привлечения контролирующих лиц к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основанию -  перевод деятельности на вновь созданные общества, также несостоятельна, по  изложенным выше основаниям.  

Кроме того, довод о безвозмездном пользовании имущества должника не  заявлялся истцом в обоснование своих исковых требований.  

Разрешая ходатайство ФИО4, ООО «Медногорский щебеночный  карьер», ООО «Щебеночный завод 7» о пропуске ФИО2 срока исковой  давности, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.  

Согласно п. 5 ст. 61.14. Закона банкротстве заявление о привлечении к  ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть  подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого  заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований  для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня  признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве  либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника  банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или)  бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.  

Согласно пунктам 58, 59 постановление Пленума № 53 сроки, указанные в  абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о  банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи  197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором  (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки  ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут  превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения  производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу  заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного  производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий  (бездействия).  

Исковая давность применяется судом только по заявлению  контролирующего должника лица, сделанному до вынесения определения о  приостановлении производства по делу, содержащего вывод о наличии оснований  для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной  ответственности, определения о привлечении к ответственности (если  производство по обособленному спору не приостанавливалось), решения о  привлечении к ответственности (если спор разрешен вне рамок дела о  банкротстве) (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).  

Предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о  банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной  ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий  в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный  независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или  должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем  

статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии),  причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную  ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов  со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).  

Руководствуясь указанными разъяснения и нормами права, суд пришел к  выводу, что срок исковой давности, заканчивающийся с учетом норм пункта 5  статьи 61.14 Закона о банкротстве по истечении трех лет, подлежит исчислению с  07.06.2018 - даты включения в рамках дела о банкротстве № А47-15016/2017  требований истца в реестр требований кредиторов должника, поскольку на  указанный момент конкурсному кредитору были и должны были быть известны  обстоятельства, послужившие основанием для привлечения ответчика к  субсидиарной ответственности, тогда как истец обратился в арбитражный суд с  настоящим заявлением 19.01.2023, то есть за пределами срока исковой давности,  что является самостоятельным основанием для отказа в иске.  

Судом также указал, что ФИО2 приобрел статус конкурсного  кредитора в период процедуры конкурсного производства – 07.06.2018, кредитор с  указанной даты мог и имел возможность ознакомиться с отчетами арбитражного  управляющего, анализом финансовой деятельности должника и обратиться в суд с  заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего  должника, однако с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности  контролирующего должника лица конкурсный кредитор обратился только  19.01.2023 за пределами трехлетнего срока с момента включения его требований в  реестр требований кредиторов должника.  

Более того, судом также учтено наличие заявления ФИО2 от  25.04.2019 в адрес арбитражного управляющего ФИО6, в котором истец  описывает ситуацию с созданием учредителями ООО «Медногорский щебеночный  завод», одним из которых был ФИО4, нового предприятия ООО  «Медногорский щебеночный карьер»; в этом же письме ФИО2 также  указывает на обстоятельства получения лицензии на продолжение разработки  участка недр, ранее разрабатываемого ООО «Медногорский щебеночный завод»,  указывает, что данные обстоятельства препятствуют восстановлению  платежеспособности должника и погашению долга перед кредиторами.  

Следовательно, начиная с даты 25.04.2019 ФИО2 однозначно знал о  лицах, имеющих по его мнению статус контролирующих должника; о  недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми  кредиторами ФИО2 знал или должен был знать как участник дела о  банкротстве ООО «Медногорский щебеночный завод» после проведения  25.04.2019 собрания кредиторов, когда указывалась общая сумма кредиторский  требований 26606983,63 руб., информация о деле банкротства № А47-15016/2017  размещалась на сайте ЕФРСБ; последнее сообщение о результатах инвентаризации  имущества должника опубликовано 12.12.2019 (сообщение № 4482776).  

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в самом  позднем случае ФИО2 мог узнать о недостаточности активов должника  12.12.2019, трехлетний срок исковой давности истекает 13.12.2022, в то время как с  исковыми требованиями ФИО2 обратился в арбитражный суд только  

19.01.2023, то есть с пропуском срока исковой давности.  

Довод апеллянта о том, что истечение срока исковой давности начинает  исчисляться с момента получения истцом документов и сведений о наличии  оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков, то есть с  2022 года, несостоятелен, поскольку противоречит установленным по делу  обстоятельства.  

Таким образом, суд пришел к выводу, что срок исковой давности пропущен,  что является самостоятельным основанием для отказа в требованиях, а доводы  апелляционной жалобы об ином, несостоятельны.  

В отношении ФИО7 производство по делу прекращено  применительно к пункту 6 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, поскольку указанное лицо признано умершим.  

Поскольку судебный акт в указанной части не обжалуется, что исключает  оценку выводов суда первой инстанции в указанной части.  

Следовательно, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения  жалобы не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для  отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.  

Судебные расходы между сторонами распределены в соответствие с  требованиями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 12.09.2023 по делу №  А47-468/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со  дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой  инстанции.  

Председательствующий судья А.А. Румянцев  

 Судьи: С.В. Матвеева  

 А.Г. Кожевникова