АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Седова, д. 76, г. Иркутск, Иркутская область, 664025,

тел. (3952) 262-102; факс (3952) 262-001

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск                                                                                         Дело  № А19-20310/2023

«10» февраля 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 27.01.2025. Полный текст решения изготовлен 10 февраля 2025 года.

Арбитражный суд  Иркутской области в составе судьи Рыковой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Козулиной Н.В.,  рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к ФИО2, третье лицо - ФИО3, ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПИК-АВТО" ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТУБА-ЛЕС (666682, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, УСТЬ-ИЛИМСК ГОРОД, МИРА ПРОСПЕКТ, ДОМ 51, КВАРТИРА Н.П.1, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПИК-ЛЕСПРОМ" (666682, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, УСТЬ-ИЛИМСК ГОРОД, МИРА ПРОСПЕКТ, 51, Н.П. 1, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), о взыскании 44 061 891 руб. 83 коп., 

при участии в судебном заседании:

от ИП ФИО1: ФИО4 – представитель по доверенности, паспорт;

от ответчика: ФИО2- паспорт; ФИО5 - представитель по доверенности; 

от третьих лиц:

от ООО «ТУБА-ЛЕС», ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ»: ФИО4 – представитель по доверенности, паспорт;

от ООО «Пик-Авто»: не явились; извещены;

от ФИО3: не явились; извещены;

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТУБА-ЛЕС", ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПИК-ЛЕСПРОМ" обратились  в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о взыскании суммы убытков в размере 100 000 руб.

Вступившим в законную силу определением суда от 27.05.2024 в связи с заключением договора цессии от 08.04.2024 истцы по делу - ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТУБА-ЛЕС", ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПИК-ЛЕСПРОМ"  заменены их правопреемником - индивидуальным предпринимателем ФИО1 (далее – истец).

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПИК-АВТО", а также в связи с заменой истцов - ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТУБА-ЛЕС" (далее – ООО «ТУБА-ЛЕС»), ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПИК-ЛЕСПРОМ" (далее – ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ»).

Истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неоднократно уточнял заявленные требования и в окончательной редакции (уточнение от 27.01.2025) просил суд взыскать с ответчика как бывшего генерального директора ООО «ТУБА-ЛЕС» убытки в размере 18 775 214 руб. 83 коп., как бывшего генерального директора ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» убытки в размере 25 286 677 руб. Уточнение судом принято.

Ответчик исковые требования оспорил, ссылаясь на недоказанность неразумности и недобросовестности действий ответчика при осуществлении руководства ООО «ТУБА-ЛЕС» и ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» (далее – компании). 

ООО «Пик-Авто», ФИО3 (участники ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» на момент обращения компаний в суд), надлежащим образом в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, уведомленные о дате, времени и месте рассмотрения дела, в процесс не явились, ООО «Пик-Авто» в представленном отзыве считает заявленный иск правомерным.

В обоснование заявленных требований истец указал, что до 07.04.2023 ФИО2 осуществляла руководство компаниями, в ООО «ТУБА-ЛЕС» в период с 15.12.2013 до 07.04.2023 на основании трудового договора от 15.12.2013, трудового договора от 01.09.2022 , в ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» - в период 21.03.2009  до 07.04.2023 на основании трудового договора от 21.03.2009., трудового договора от 01.09.2022. Полномочия  ФИО2  прекращены  на  основании  решений участников ООО «ТУБА-ЛЕС» и ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» от 07.04.2023 и соглашений о расторжении трудового договора от 07.04.2023.

В период руководства ФИО2 названными компаниями им причинены убытки в общем размере 44 061 891 руб. 83 коп., из которых: 

ООО «ТУБА-ЛЕС» - 18 775 214 руб. 83 коп., в том числе:

-убыток в результате уплаты обществом штрафов, пеней (неустоек) в общей сумме 583 289, 95 руб.;

-убыток  в  результате выплаты  добровольных взносов  и  пожертвований  без надлежащего  согласования  и  в  нарушение  финансовых  интересов  Общества,  в размере 1 550 000 руб.;

- убыток в результате действий ответчика по повышению собственного оклада с учетом надбавок (северный и районный коэффициенты), НДФЛ и совершенных в пользу ответчика выплат ООО «Туба-Лес» в период с 01.01.2022 по 01.09.2022  в размере 531 998, 10 руб. (разница между согласованным и несогласованным размером заработной платы с учетом начисленного и уплаченного НДФЛ).

-убыток в результате заключения и исполнения трудового договора от 01.09.2022, и заключения  соглашения  о  расторжении трудового  договора от  07.04.2023  года обществу в размере 16 120 636,78 руб.;

ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» - 25 286 677 руб., в том числе:

-убыток от необоснованного, документально не подтвержденного списания 5 единиц техники в размере 2 099 322 руб.;

- убыток в результате предъявленных обществу и уплаченных штрафов, пеней и неустоек в общей сумме 117 415, 36 руб.; 

-убыток  в  результате неправомерной  выплаты  заработной  платы  сотруднику Общества, с учетом излишне уплаченных страховых взносов -3 486 277 руб.;

- убыток в результате необоснованного списания ГСМ в 2022 году – 2 532 948, 66 руб.

- убыток в результате действий  ответчика  по  повышению  собственного  оклада  с  учетом  надбавок (северный и районный коэффициенты), НДФЛ и совершенных в пользу ответчика выплат в период с 01.01.2022 по 01.09.2022 в размере 827 575,68 руб.;

-убыток в результате заключения  и  исполнения  трудового  договора от  01.09.2022,  и  заключения соглашения о расторжении трудового договора от 07.04.2023 года обществу в размере 16 223 138, 41 руб.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ указанное лицо обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Указанное выше лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

К требованиям о взыскании убытков, причиненных юридическому лицу неразумными и недобросовестными действиями директора, применимы общие правила взыскания убытков, предусмотренные статьями 15, 1064 ГК РФ.

В соответствии с данными правилами лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие совокупности следующих условий: совершение ответчиком противоправных действий (бездействия), возникновение у истца (юридического лица, в интересах которого он выступает) убытков, причинно-следственную связь между неправомерным поведением ответчика и возникшими у истца (соответствующего юридического лица) убытками, размер понесенных убытков.

По смыслу пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины в причинении вреда доказывается причинителем. Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее – Постановление №62), на истца возлагается обязанность доказывания обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В силу п. 2, 3 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Перечень действий, при совершении которых недобросовестность и неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, приведен в пунктах 2 и 3 Постановления N 62.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, лицо, требующее их возмещения, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. Для удовлетворения требования истца о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

В обоснование иска в части взыскания с ответчика убытков, причиненных в результате уплаты штрафов, пеней (неустоек) ООО «ТУБА-ЛЕС» в общей сумме 583 289 руб. 95 коп., ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» - в общей сумме 117 415 руб. 36 коп., истец указал, что в адрес компаний Министерством лесного комплекса Иркутской области выставлены претензии от 08.04.2021 №02-91-4551/21, от 17.05.2021 №02-916442/21, от 12.07.2022 №02-91-8028/22 о необходимости выполнения лесовосстановительных мероприятий по договорам аренды лесных участков, а также уплаты неустойки за их невыполнение в 2020 году в размере 371 355 руб. 06 коп. (ООО «ТУБА-ЛЕС»), в размере 117 415 руб. 77 коп. (ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ»), в 2021 году – в размере 131 934 руб.  69 коп. (ООО «ТУБА-ЛЕС»). Кроме того, постановлениями ТУ Министерства лесного комплекса Иркутской области по Северному лесничеству от 12.08.2021 №217-38/-19/20 и №218-38-19/20 ООО «ТУБА-ЛЕС» привлечено к административной ответственности по ч.2 ст.8.25 КоАП РФ за нарушение порядка проведения лесных рубок, на общество наложены административные штрафы в общем размере 80 000 руб. По мнению истца, компании привлечены к ответственности по вине руководителя ФИО2, следовательно, денежные средства, начисленные обществу в вине неустоек и штрафов, должны быть взысканы в виде убытков с ответчика.  

Вместе с тем, по мнению суда, сам по себе факт установления вины общества в совершении административного правонарушения, а также нарушения гражданско-правового обязательства, и привлечения его к административной и гражданско-правовой ответственности не свидетельствует о безусловном наличии вины в действиях (бездействии) ответчика как единоличного исполнительного органа в совершении обществом данных нарушений, и причинной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а также не подтверждает недобросовестность и неразумность действий ФИО2

Заявляя исковые требования в данной части, истец не указал, в чем конкретно, кроме ненадлежащего, по его мнению, общего руководства компаниями, заключается недобросовестность действий (бездействия) ответчика.

Наступившие для компаний негативные последствия в связи с начислением  штрафных санкций в период, когда ответчик исполнял обязанности единоличного исполнительного органа, не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о систематическом нарушении компаниями под руководством ответчика действующего законодательства либо принятых на себя обязательств. 

Как пояснил ответчик и не оспорил истец, нарушения  выявлены на территории лесных участков, занимающих 0,02% от  общей  площади  арендованных компаниями лесных участков, что  в  масштабах  деятельности обществ  свидетельствует  о незначительности допущенных нарушений. 

При этом суд учитывает, что, как следует из содержания постановлений ТУ Министерства лесного комплекса Иркутской области по Северному лесничеству от 12.08.2021 №217-38/-19/20 и №218-38-19/20, допущенные нарушения лесного законодательства ООО «ТУБА-ЛЕС» устранены до вынесения постановления.  

В соответствии с частью 1 статьи 8.28.1 КоАП РФ субъектами административного правонарушения являются юридическое лицо и должностное лицо.

Вместе с тем, Министерство лесного комплекса Иркутской области производство по делу об административном правонарушении в отношении должностного лица ФИО2 не возбуждало, к административной ответственности данное лицо не привлекало.

Учитывая совокупность вышеперечисленных обстоятельств, суд приходит к выводу о недоказанности наличия в действиях ответчика недобросовестности, неразумности и, как следствие, правовых оснований для удовлетворения иска в данной части. 

В обоснование исковых требований о взыскании убытков, причиненных ООО «ТУБА-ЛЕС»  в  результате выплаты  добровольных взносов  и  пожертвований  в размере 1 550 000 руб., истец указал, что 05.07.2021 между Администрацией муниципального образования «Усть-Илимский район» и ООО «ТУБА-ЛЕС» заключено соглашение о социально-экономическом сотрудничестве, предметом которого является совместная деятельность сторон, направленная на решение вопросов социально-экономического развития территории муниципального образования «Усть-Илимский район», а также поддержка программ и проектов, направленных на благоустройство, жизнеобеспечение учреждений и социально-значимых объектов муниципального образования «Усть-Илимский район». В рамках данного соглашения в качестве добровольного взноса ООО «ТУБА-ЛЕС» перечислило Администрации муниципального образования «Усть-Илимский район» 1 500 000 руб., что подтверждается выпиской по расчетному счету. Кроме того, 26.11.2021 с расчетного счета ООО «ТУБА-ЛЕС» с основанием платежа «Оплата по письму №07 от 25.11.2021 благотворительная помощь для Северного лесничества» перечислено 50 000 руб. Экономическое обоснование перечислений добровольных взносов и пожертвований в общей сумме 1 550 000 руб. отсутствует. Учитывая, что данная сделка не относится к обычной хозяйственной деятельности, одобрение ее единственным участником не запрашивалось; по состоянию на 01.01.2021 общество имеет отрицательные чистые активы в размере 52 511 тыс. руб., по состоянию на 01.01.2022 - 28 566 тыс. руб., следовательно, не имело финансовой возможности направления чистой прибыли на цели, не связанные с хозяйственной деятельностью. Названные расходы истец расценивает как убытки, причиненные ООО «ТУБА-ЛЕС», и просит их взыскать с ответчика. 

Рассмотрев исковые требования в данной части, суд не усматривает правовых оснований для их удовлетворения в связи со следующим.

В силу статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, пункта 8.2 устава ООО «ТУБА-ЛЕС», крупной  сделкой  является  сделка  (в  том  числе  заем,  кредит, залог,  поручительство)  или  несколько  взаимосвязанных  сделок,  связанных  с приобретением,  отчуждением  или  возможностью  отчуждения  Обществом  прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской  отчетности  за  последний  отчетный  период,  предшествующий  дню принятия решения о совершении таких сделок.

Согласно бухгалтерской отчетности ООО «ТУБА-ЛЕС» за 2020 год, баланс общества на 31.12.2020 составлял 17 129 тыс.руб., следовательно, сделки по перечислению добровольных взносов и пожертвований в размере 1 550 000 руб. крупными для ООО «ТУБА-ЛЕС» не являлись и, как следствие, одобрения не требовали. 

Ссылки истца на положения п.8.3.5 устава, согласно которому ответчик не имеет права без одобрения предоставлять займы независимо от их суммы, суд отклоняются, поскольку данные положения устава не касаются добровольных взносов и  пожертвований, порядок предоставления которых в уставе специально не оговорен, полномочия директора не ограничены.  

Оспаривая исковые требования в данной части, ответчик указал, что заключение соглашения  о  социально-экономическом  сотрудничестве  с  Администрацией муниципального  образования  «Усть-Илимский  район»  и  оказание  помощи Северному  лесничеству обусловлено, в  том  числе, позицией учредителя  и бывшего собственника компаний ФИО6, который на протяжении жизни активно поддерживал социальные программы г. Усть-Илимска, занимался благотворительной деятельностью, в подтверждение чего ответчиком в материалы дела представлены публикации в СМИ. 

Данные доводы истцом не опровергнуты.

Как было указано выше, исходя из разъяснений Постановления N 62 в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействий) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Доказательств того, что перечисление спорных денежных средств негативным образом повлияло на финансовое состояние ООО «ТУБА-ЛЕС», в дело не представлено.

С учетом презумпции добросовестности лица (директора общества) доводы о неправомерности действий исполнительного органа должны быть основаны на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что его действия не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание неблагоприятных последствий.

Однако такие доказательства истцом вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  не представлены.

Доказательств того, что благотворительные взносы перечислены в пользу  аффилированных с ответчиком лиц, были обращены ФИО2 в свою пользу либо что ответчик получил личную выгоду от спорных платежей, преследовал какой-либо имущественный или иной корыстный интерес на совершение данных сделок, в деле также не имеется. 

С учетом перечисленных обстоятельств, суд приходит к выводу о недоказанности наличия в действиях ФИО2 неразумности, недобросовестности, причинения обществу убытков, следовательно, недоказанности наличия оснований для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания убытков в данной части, в связи с этим отказывает в иске в названной части. 

Рассмотрев исковые требования в части взыскания с ФИО2 убытков в результате повышения собственного оклада с учетом надбавок (северный и районный коэффициенты), НДФЛ и совершенных в пользу ответчика выплат в период с 01.01.2022 по 01.09.2022  ООО «ТУБА-ЛЕС» в размере 531 998, 10 руб. и ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» в размере 827 575,68 руб., а также убытков в результате заключения трудовых договоров от 01.09.2022, заключения  соглашений  о  расторжении трудовых  договоров от  07.04.2023  ООО «ТУБА-ЛЕС» в размере 16 120 636,78 руб., ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» в размере 16 223 138, 41 руб., суд пришел к следующим выводам.

Как следует из искового заявления и позиции истца, по состоянию на 01.01.2022 оклад ответчика в ООО «ТУБА-ЛЕС» составлял 38 315 руб. (приказ N2 от 22.12.2020), однако с 01.01.2022 ответчик, не получив согласия от участников общества, увеличил себе оклад до 48 095 руб.24 коп., о чем издан приказ N1 от 01.01.2022. Далее, с 01.04.2022 ответчик увеличил себе оклад до 82 101 руб. 91 коп. (Приказ N1 от 01.04.2022).

Аналогичным образом, в ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» по состоянию на 01.01.2022 оклад ответчика составлял 65 682 руб. (Приказ N1 от 22.12.2020), с 01.01.2022 ответчик, не получив согласия от участников общества, увеличил оклад до 82 101 руб. 91 коп. (приказ N1 от 01.01.2022), с 01.05.2022 - до 147 783 101 руб. 91 коп. (приказ N4 от 01.05.2022). 

В  соответствии  с  п.32 трудового  договора  от  15.12.2013, заключенного с ООО «ТУБА-ЛЕС», п. п.5.4.  трудового  договора  от 21.03.2009, заключенного с ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ», изменение определенных сторонами условий договора и сроков их вступления в силу допускается только по соглашению сторон. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

Между тем, стороны не согласовывали изменения условий по размеру заработной платы ФИО2

Кроме того, согласно трудовому договору от 01.09.2022, заключенному ООО «ТУБА-ЛЕС» в лице единственного участника ФИО3 и ФИО2, директору установлен оклад в размере 1 176 500 руб., а в случае прекращения трудового договора в связи со сменой участника (участников) общества, либо иным уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора (п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ) до окончания срока действия, генеральному директору предусмотрены выплата компенсации в размере шести ежемесячных окладов, с учетом северных и районных коэффициентов. 

На аналогичных условиях заключен трудовой договор от 01.09.2022 с ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ».

По соглашениям о расторжении трудовых договоров от 07.04.2023 ФИО2 выплачена компенсация в размере по 6 000 000 руб. каждой компанией. 

В результате неправомерных действий ответчика по повышению собственного оклада ООО «ТУБА-ЛЕС» причинен вред в  размере 531  998  руб.  10  коп., ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» - в размере 827 575,68 руб. (разница между согласованным и несогласованным размером заработной платы с учетом начисленного и уплаченного НДФЛ), в результате заключения трудовых договоров от 01.09.2022, соглашений  о  расторжении трудовых  договоров от  07.04.2023  ООО «ТУБА-ЛЕС» - в размере 16 120 636,78 руб., ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» - в размере 16 223 138, 41 руб., который подлежит взысканию с ответчика.

В подтверждение фактического получения ответчиком денежных средств в названном размере истец в материалы дела представил расчетные листки, выписки по расчетным счетам компаний, платежные документы. 

Факт повышения окладов, получения денежных средств в указанном истцом размере ответчиком не оспорен. 

Не соглашаясь с исковыми требованиями в данной части, ФИО2 указала, что увеличение заработной платы согласовано с ФИО3 – единственным участником ООО «ТУБА-ЛЕС» и мажоритарным  и контролирующим участником  ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» (через владение долей в размере 100% уставного капитала ООО «Пик-Авто»), а также занимающей должность заместителя генерального директора по общим вопросам. Документальное подтверждение данного факта у ответчика отсутствует, однако на протяжении длительного времени ФИО3 каких-либо претензий и требований относительно повышенного размера заработной  платы  ответчика  не  заявляла,  имея при  этом  всю информацию. Намерение  ФИО3  увеличить  размер  заработной  платы  ответчика подтверждается  протоколом общего собрания ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» от  31.08.2022 N6, на основании  которого  с ответчиком заключен  трудовой  договор  на  новых условиях,  а  размер  заработной  платы  увеличен  до 1 176 500  руб.,  а  также решением  единственного  участника  ООО «ТУБА-ЛЕС» N1  от  07.04.2023, на основании  которого  с  ответчиком заключён трудовой  договор  на  новых условиях, новый размер заработной платы составил 1 176 500 руб.

Факт принятия данных решений истцом не оспорен, однако, ссылаясь на отсутствие нотариального удостоверения, истец заявил об их ничтожности.

Действительно, решения  очных  собраний  участников  хозяйственных  обществ,  не удостоверенные нотариусом или лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров и выполняющим  функции  счетной  комиссии,  в  порядке,  установленном подпунктами  1-3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иной способ удостоверения не предусмотрен уставом общества с ограниченной ответственностью либо решением общего собрания участников такого общества, принятым участниками общества единогласно, являются ничтожными в силу пункта 3 статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Поскольку уставы компаний не  предусматривают  каких-либо  иных  способов удостоверения решений общего собрания участников (единственного участника), а представленные в материалы дела решения ООО «ТУБА-ЛЕС» и ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» о заключении с ответчиком трудовых договоров на новых условиях такого удостоверения не имеют, доводы истца об их ничтожности суд считает правомерными.

Не оспаривая самого факта принятия единственным участником ООО «ТУБА-ЛЕС» и мажоритарным участником ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» ФИО3 решений о повышении заработной платы ФИО2, истец ссылается на наличие у директора самостоятельной обязанности действовать в интересах общества добросовестно и разумно, даже несмотря на решение участников.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Из фидуциарной природы отношений между единоличным исполнительным органом общества и нанявшим его участниками общества, не вытекает право генерального директора самостоятельно, в отсутствие на то волеизъявления участников, определять условия выплаты вознаграждения за исполнение собственных обязанностей, включая определение размера вознаграждения, его пересмотр. В соответствии с законом решение вопросов, связанных с установлением и увеличением вознаграждения генерального директора, относится к компетенции общего собрания участников общества (подпункт 3  пункта 2.1 статьи 32 Закона об ООО, статья 275 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ).

Следовательно, генеральный директор вправе издавать приказы о применении мер поощрения в отношении подчиненных ему работников общества, но не в отношении самого себя. Иное приводило бы к конфликту интересов.

В рассматриваемом случае, с учетом принятия фактическим владельцем компаний решений об одобрении повышения заработной платы директора с 01.09.2022, выплате компенсаций в связи с расторжением трудовых договоров, хоть и при отсутствии формального нотариального удостоверения, такого конфликта суд не усматривает.

При этом суд учитывает, что ни из материалов дела, ни из пояснений истца не следует, что при заключении трудовых договоров на новых условиях с 01.09.2022 ФИО3 не знала о том, что ранее должностные оклады ФИО2 уже были повышены. 

Как правомерно отметил ответчик, на протяжении длительного периода времени с начала повышения заработной платы с 01.01.2022 ответчику не предъявлялись претензии относительно ее размера, при этом все выплаты производились в установленном законом порядке с официальным отражением в платежных документах. Оснований полагать, что соответствующая информация скрывалась от ФИО3, у суда не имеется, истцом об этом не заявлено. 

Ответчик пояснил, что предложение  по  увеличению  заработной  платы  путем  подписания трудовых договоров на новых условиях исходило от ФИО3 Ответчик  сообщила  владельцу бизнеса о  своем  желании  прекратить  трудовые отношения  в  связи  с  существенным  увеличением  нагрузки  после смерти ФИО6 и изменением в 2022 г. экономической ситуации на рынке лесозаготовки,  а  также  в  связи  с  намерением  ответчика  сменить  свое  место жительства. В ответ на это ФИО3 предложила новые условия оплаты труда, которые ответчик приняла. С учетом намерения ответчика в дальнейшем сменить свое место жительства стороны  согласились заключить  срочные  трудовые  договоры.

Истец полагает, что при оценке действий ФИО3 по подписанию трудовых договоров как действий по одобрению участником общества условий  трудового  договора  нужно в  первую  очередь определить  степень информированности  ФИО3  о  причинах  изменения  условий  оплаты  труда директора, о том, каким образом изменение условий оплаты труда директора сразу в двух обществах  с  01.09.2022  года  отвечает  интересам  этих  обществ, с  учетом того  что деятельность компаний фактически  представляла собой совместную деятельность одной группы лиц и масштаб этой деятельности не требовал приложения одинакового количества сил ответчика в каждом из обществ. Этот факт, по мнению истца, подтверждается тем, что в штате ООО «ТУБА-ЛЕС» на протяжении анализируемого периода трудоустроено вместе с ответчиком всего 2 работника, и согласно  п.1.4  трудового  договора  ответчик  в  ООО «ТУБА-ЛЕС» трудоустроен  по совместительству, что само по себе указывает на то, что характер деятельности ответчика в ООО «ТУБА-ЛЕС» отличался  от  характера  его  деятельности  в  ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» и ответчик это понимал, когда подписывал трудовые договоры от 01.09.2022 года.

Указанные доводы истца не могут быть приняты судом в обоснование недобросовестности, неразумности действий ответчика, поскольку, как было изложено выше, ФИО2 обосновала причины и мотивы повышения оклада, установления компенсации в случае увольнения намерением, которыми руководствовался сам собственник бизнеса – ФИО3 Какие-либо иные причины принятия подобных решений истцом в ходе рассмотрения дела не указаны.

Одобрение сделки общим собранием участников хозяйственного общества при последующем оспаривании такой сделки может быть рассмотрено в качестве запрещенного противоречивого поведения, такое одобрение способно ввести директора в заблуждение относительно безопасности совершенной сделки. В такой ситуации, суд полагает, необходимо исходить не только из обязанности директора действовать разумно и добросовестно в интересах юридического лица в рамках своей компетенции, но также учитывать обязанность участников корпорации действовать добросовестно. Так, позиция участников юридического лица при предварительном согласовании или последующем одобрении ими сделки (в данном случае, повышении оклада директору и выплаты компенсации при увольнении) и ее исполнении директором не может произвольно меняться с положительной на отрицательную даже в случае причинения такой сделкой убытков корпорации. Исполнительный орган общества не только осуществляет текущее руководство его деятельностью, но и организует выполнение решений общего собрания участников и подотчетен ему, за невыполнение  директором принятых участниками решений предусмотрена соответствующая ответственность. 

Данные обстоятельства, по мнению суда, должны быть учтены при применении пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 в рамках настоящего дела. 

Согласно представленному истцом письму Иркутскстата от 31.01.2024 №16/ОГ, за октябрь 2021 года заработная плата по профессиональной   группе   «Руководители   учреждений,   организаций   и предприятий» составляла 124 492 руб., что меньше заработной платы ответчика в ООО «ТУБА-ЛЕС» после ее увеличения с 01.01.2022 (87 870 руб.) и незначительно больше заработной платы в ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» после 01.01.2022 (150 000 руб. 02 коп.).

Доказательств несоответствия данного (увеличенного) размера оклада действующим на рынке условиям оплаты труда подобной категории работников с учетом квалификации, опыта работы, объема выполняемых трудовых функций после 01.01.2022 в материалы дела не представлено. 

Само по себе то обстоятельство, что заработная плата выплачивалась за счет средств компаний, не является достаточным основанием для вывода о причинении им убытков. Как следует из приведенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 разъяснений, для взыскания убытков с единоличного исполнительного органа истцу необходимо доказать наличие неблагоприятных последствий принятых единоличным исполнительным органом решений. 

В данном случае наступление для компаний негативных последствий (например, в виде существенного уменьшения активов, возникновения признаков неплатежеспособности именно в результате спорных выплат, невозможности дальнейшего осуществления хозяйственной деятельности и проч.) судом не установлено.

Заявляя о взыскании данных убытков, истец указал, что ФИО2, выполняя функции единоличного исполнительного органа, на дату заключения трудовых договоров от 01.09.2022 и соглашений о расторжении трудовых договоров в апреле 2023 года была осведомлена о том, что финансовое положение обществ в 2022 году существенным образом ухудшилось по сравнению с 2021 годом. Так, выручка от деятельности ООО «ТУБА-ЛЕС» в 2022 году сократилась почти в 3 раза (300 %) с 84 236 000 руб. в 2021 году, до 29 010 000 рублей в 2022 году,  выручка ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» в 2022 году по сравнению с 2021 года снизилась более чем на 30 % (с 379 987 тыс. рублей до 263 676 тыс. рублей). Несмотря на это, 01.09.2022 ответчик заключил  с  компаниями новые  трудовые договоры, в соответствии с которыми существенно увеличил себе размер заработной платы. 

Оспаривая данные доводы со ссылкой на имеющуюся в деле бухгалтерскую отчетность, ответчик указал, что чистая прибыль ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» составляла в 2020 г. –30 348 тыс. руб., в 2021 г. –71 895 тыс. руб., в 2022 г. –31 456 тыс. руб.

Таким образом, судом установлено, что финансовое состояние общества в 2022 году оставалось на уровне 2020 года, при этом по итогам работы за 2020 год, как следует из материалов дела, ФИО3 принято решение о премировании ФИО2 в размере 1 450 000 руб., а также распределены дивиденды между участниками (протокол общего собрания участников от 09.09.2021), что свидетельствует о признании владельцем компании работы директора и общества в целом удовлетворительной.

Ответчик также пояснил, что заявлений о признании несостоятельными  (банкротами)  обеих компаний в спорный период не поступало, контрагенты  с  исковыми  требованиями  о  взыскании  задолженности  в  суды  не  обращались,  обязательства  по  уплате  налогов  и  взносов  в бюджет и фонды исполнялись надлежащим образом. Российская  лесозаготовительная  отрасль  в  2022 году серьезно  пострадала  от  усиления  санкций, у  ответчика  отсутствовала объективная  возможность  повлиять  на  данные  непредвиденные  обстоятельства, что привело к ухудшению  финансовых показателей работы компаний.

Оценив в совокупности представленные в дело доказательства и фактические обстоятельства, свидетельствующие об осведомленности единственного участника ООО «ТУБА-ЛЕС» и мажоритарного участника ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» ФИО3 о принятии решений о повышении с 01.01.2022 оклада директора ФИО2, принятии в последующем самой ФИО3 решений о дальнейшем повышении оклада ответчика и установлении компенсации в случае увольнения, а также недоказанности наступления для компаний негативных последствий в результате принятия перечисленных решений, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска в данной части. 

Кроме того, суд отказывает в удовлетворении иска в части взыскания убытков, причиненных ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» в  результате  выплаты  заработной  платы  сотруднику ФИО7 в размере 3 486 277 руб., по следующим основаниям. 

Как указал истец и следует из дела, в ходе анализа заработной платы ФИО7 - мастера лесозаготовительного участка установлено, что с 2020 года заработная плата ФИО7 по соглашению б/н от 16.09.2019 года составила 46 000  руб., далее с 11.01.2021 ФИО7 переведен на должность заместителя  директора  по  лесозаготовке с заработной платой 75 862,5 руб. Согласно приказу N2 от 01.01.2022 ФИО7 заработная плата ФИО7  стала составлять 137 931, 99 руб.

В ходе проверки начислений заработной платы ФИО7 за 2021-2022 год установлено, что количество дней, отработанных по табелю, не совпадает с количеством дней работы, используемых в начислении заработной платы; заработная  плата  начислялась  сотруднику  не  из  размера  оклада в соответствии  с  условиями  трудового  договора,  а  исходя  из  стоимости  1 рабочего  дня  (смены). 

В результате действий ответчика по выплате ФИО7 заработной платы с нарушением условий трудового договора ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ», согласно представленному расчету, причинены убытки в размере 3 486 277 руб., которые подлежат взысканию с ФИО2 

Оценив доводы истца и возражения ответчика с учетом имеющихся в деле доказательств, в том числе личного дела ФИО7, суд установил, что в трудовом договоре от 11.05.2012 режим работы и порядок исчисления заработной платы специально не оговорены. Из пункта 1.1 соглашения от 16.09.2019 к трудовому договору от 11.05.2012 следует, что должностной оклад ФИО7 составлял 21 904,76 руб. при норме 15 рабочих вахтовых смен. Соглашением  от  11.01.2021 к  трудовому договору  от  11.05.2012 ФИО7 переведен на должность заместителя  директора  по  лесозаготовке,  размер должностного оклада увеличен до 36 125 руб., положение о норме в 15 рабочих вахтовых смен не изменено (п.3 соглашения). 

Допрошенный в судебном заседании 15.10.2024 в качестве свидетеля ФИО7 не оспорил, что заработная плата ему начислялась в зависимости от количества отработанных им смен. 

Данный факт следует и из акта служебного расследования от 09.02.2024, к которому приложена объяснительная бухгалтера ФИО8 

Таким образом, оснований полагать, что заработная плата выплачивалась данному работнику в противоречии с условиями трудового договора, у суда не имеется.

В обоснование иска указано, что факт отсутствия подписей в табелях учета рабочего времени, и использование для начисления заработной платы иной формы документа (отчета) об отработанных рабочих сменах работников лесозаготовительного участка, является подтверждением того, что выплата зарплаты ФИО7 осуществлялась не по условиям трудового договора, а на иных условиях, которые ФИО7 согласованы лично с ФИО2

Данные доводы истца отклоняются с учетом вышеизложенного вывода суда о недоказанности в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выплаты заработной платы ФИО7 не по условиям трудового договора, само по себе использование для учета рабочего времени иной формы отчетности указанный довод истца не подтверждает. 

Каких-либо иных доводов в подтверждение правомерности иска в данной части не заявлено, доказательств не представлено. 

С учетом перечисленных обстоятельств, суд приходит к выводу о недоказанности наличия в действия ответчика по выплате заработной платы ФИО7 в размере 3 486 277 руб. недобросовестности, неразумности и, как следствие, отказывает в иске в данной части. 

Рассмотрев исковые требования в части взыскания убытков, причиненных ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» в результате списания 5 единиц техники, в размере 2 099 322 руб., суд пришел к следующим выводам.

Из представленных в дело доказательств следует, что в период 2021-2022гг. с  баланса  ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» в связи с физическим износом списано пять единиц  техники на  сумму 2 099 322, 02 руб., а именно: два автомобиля КРАЗ 63221, один автомобиль КАМАЗ и два прицепа МАЗ. Списание указанных основных средств оформлено актами о списании групп объектов основных средств N1 от 03.07.2021 года и N2 от 22.07.2021 года, при этом акт №2 от 22.07.2021 года никем не подписан. 

Не  оспаривая  факта  снятия  с регистрационного  и  налогового  учета  транспортных  средств  ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» по причине  их  износа и законную  возможность такого списания, истец, заявляя требования в данной части, указал на то, что оприходование металлолома и запасных частей в результате разборки и списания транспортных средств в бухгалтерском учете не отражено, установить реальную судьбу данной техники не представляется возможным. 

Возражая против удовлетворения иска, ФИО2 пояснила, что списанная техника сдана на металлолом, денежные средства за который получены обществом.

Так, согласно приемо-сдаточным актам от 14.07.2021 №13.0003404, от 21.07.2021 №13.0003573, товарным накладным от 14.07.2021 №32, от 21.07.2021 №33, ООО «ВТОРЧЕРМЕТ» приняло от ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» лом черных металлов общей массой 10,506 тонн, стоимостью 105 060 руб. По платежным поручениям от 29.07.2021 №7198, от 31.08.2021 №8302 ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» получило от ООО «ВТОРЧЕРМЕТ» денежные средства в размере 105 060 руб. 

В силу пункта 2 статьи 1 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) бухгалтерский учет - формирование документированной систематизированной информации об объектах, предусмотренных данным Федеральным законом, в соответствии с требованиями, установленными названным Федеральным законом, и составление на ее основе бухгалтерской (финансовой) отчетности. Согласно статье 5 Закона о бухгалтерском учете объектами бухгалтерского учета экономического субъекта являются: факты хозяйственной жизни; активы; обязательства; источники финансирования его деятельности; доходы; расходы; иные объекты в случае, если это установлено федеральными стандартами. Экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с Законом о бухгалтерском учете, если иное не установлено данным Федеральным законом. Бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации (пункты 1 и 3 статьи 6 Закона о бухгалтерском учете).

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта (часть 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете).

Согласно статье 9 Закона о бухгалтерском учете каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания (пункт 3 указанной статьи).

Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются:

1) наименование документа;

2) дата составления документа;

3) наименование экономического субъекта, составившего документ;

4) содержание факта хозяйственной жизни;

5) величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения;

6) наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события;

7) подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.

Представленные в дело акты о списании групп объектов основных средств N1 от 03.07.2021 года и N2 от 22.07.2021 года названным требованиям закона не соответствуют. Так, акт №1 от 03.07.2021 в разделе «сведения о поступлении материальных ценностей от списания объектов основных средств» не содержит сведений об оприходовании запчастей, оставшихся от техники после сдачи металлолома, на что указал ответчик, обосновывая очевидное несоответствие массы сданного металлолома фактической массе техники, указанной в ПТС; сведения граф «результаты списания», «выручка от реализации», в которых указано на оприходование 5 тонн лома и получение 50 000 руб., противоречат первичным документам о стоимости и весе сданного металлолома от трех единиц техники, составленным ООО «ВТОРЧЕРМЕТ»; акт №2 от 22.07.2021 не имеет необходимых подписей должностных лиц, графы «результаты списания», «выручка от реализации» также содержат сведения, противоречащие первичным документам о сдаче металлолома, графы «первоначальная или восстановительная стоимость», «Сумма начисленной амортизации» не заполнены. 

Более того, акт №1 не соотносится по дате с приемо-сдаточными актами и УПД. Так, согласно акту о списании от 03.07.2021 №1 обществом оприходовано 5 тонн металлолома и получено 50 000 руб. выручки, однако первая сдача металла осуществлена лишь 14.07.2021, о чем составлены приемо-сдаточный акт №13.0003404 и товарная накладная №32, в которых указан вес сданного металлолома – 2,079 тонны стоимостью 20 790 руб. 

Согласно приемо-сдаточным актам от 14.07.2021 №13.0003404, от 21.07.2021 №13.0003573 в графе «краткое описание лома и отходов черных металлов» указано «тракторные запчасти», «металлические конструкции», что не соответствует актам о списании №1 и №2. 

Из содержания пункта 79 Методических указаний бухгалтерского учета основных средств от 13.10.2003 N 91-М, действовавших в спорный период, следует, что после списания автотранспортной (сельскохозяйственной) техники остаются детали, узлы и агрегаты. Если они пригодны к эксплуатации, то приходуются по текущей рыночной стоимости узлов и агрегатов на дату списания объектов основных средств.

С учетом перечисленных обстоятельств и установленных судом нарушений требований закона при составлении и противоречий в названных документах, суд признает акты актами о списании групп объектов основных средств N1 от 03.07.2021 года и N2 от 22.07.2021 года недопустимыми доказательствами по делу.

Таким образом, представленные документы не позволяют достоверно установить факт утилизации (уничтожения) именно спорной техники, в материалы настоящего дела не представлены акты об утилизации, ФИО2 не раскрыта и документально не подтверждена дальнейшая судьба запасных частей, оставшихся после списания техники.

Как было указано выше, ответственность за ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возложена на руководителя организации.

Возможность привлечения к ответственности за обеспечение сохранности бухгалтерского учета имеет своей целью обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов участников общества, а также его контрагентов. 

Привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

В рассматриваемом случае, с учетом отсутствия в деле доказательств надлежащего оформления фактов списания техники, установленных судом нарушений в оформлении документации, суд приходит к выводу о доказанности недобросовестности ФИО2

В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. 

В соответствии с разъяснениями пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

Определяя размер причиненных убытков в данной части, истец сослался на сведения о стоимости транспортных средств, указанные в акте о списании №1 от 03.07.2021 в общем размере 2 099 322 руб.

Размер убытков ФИО2 не оспорен, документально подтвержден и, по мнению суда, с учетом вышеназванных разъяснений, соответствует принципу справедливости и соразмерности ответственности.

На основании изложенного, суд удовлетворяет исковые требования в данной части. 

Рассмотрев исковые требования в виде взыскания убытка, причиненного ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» в результате необоснованного списания ГСМ в 2022 году в размере 2 532 948, 66 руб., суд установил следующее. 

По  результатам анализа бухгалтерского учета за 2021-2022 годы истцом установлено приобретение ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ»  ГСМ на сумму 54 799 763 руб. 88 коп (без учета НДС). В ходе анализа  правомерности  расходования  ТМЦ  истцом  установлено,  что ГСМ  списывался обществом в 2021-2022 гг. не по факту израсходования топлива, а единовременно в конце месяца/квартала в количестве и сумме, равной поступлению на баланс, что подтверждается оборотно-сальдовой ведомостью по счету 10.03.1 за 2021-2022 гг. Данные бухгалтерского учета не позволяют достоверно определить объем ГСМ, использованного для производственных целей, документооборот в обществе организован ответчиком таким образом, что из него невозможно проследить движение  товарно-материальных  ценностей,  отсутствует  аналитический  учет  движения топлива в разрезе водителей и видов техники. В  связи  с  этим  невозможно  установить,  что  приобретенный  ГСМ использован для нужд общества. Так, в 2021 год произведено списание ГСМ на сумму –18 099 079, 35 руб. (в дело представлены акты списания), в то время как приобретено ГСМ на сумму 27 538 559, 10 руб., при этом   остаток  ГСМ  на  31.12.2021  году  по  данным  бухгалтерского  учета  составил в денежном выражении 0 рублей, доказательств израсходования ГСМ на сумму 9 439 479, 80 руб. не представлено. Согласно актам списания в 2022 году списано на сумму 27 261 204, 74 руб., в то время как приобретено ГСМ на сумму 27 261 204, 70 руб. Акты списания ГСМ в 2021-2022 годах подготовлены без первичных учетных документов, на основании которых ведется учет  расходования  ГСМ,  и  свидетельствует  о  том,  что  производственная необходимость  расходования  ГСМ  в  указанном  количестве  в  период  2021-2022  гг.  не подтверждается данными бухгалтерского учета.

Оспаривая исковые требования, ФИО2 ссылается на недоказанность расходования ГСМ не на производственные цели, пояснила, что в обществе велся журнал учета работы техники в целях фиксации фактического расходования ГСМ, ходатайствовала о его истребовании у общества.

Представитель общества пояснил, что данный журнал не обнаружен, в связи с чем возможности его представить не имеется.

По ходатайству ответчика в порядке статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве свидетеля допрошен ФИО7, заместитель директора по лесозаготовке, который пояснил, что на лесозаготовительном участке ООО "ПИК-ЛЕСПРОМ" велись журнал по технике безопасности, журнал заготовки древесины, журнал учета работы техники и прихода ГСМ, которые велись мастером участка и свидетелем, находились и хранились в вагон - доме мастера. Расход ГСМ определялся приблизительно; исходя из расхода за день от 2 тонн до 2,5 тонн, заказывался бензовоз, необходимость заказа очередного бензовоза определялась, исходя из моточасов и примерного расхода топлива, в журнал учета работы техники и прихода ГСМ вносились сведения о местонахождении, моточасах в отношении каждого вида техники; акты о списании ТМЦ и ГСМ подписывались в конце месяца, при составлении актов не определялся остаток ГСМ, объем расхода ГСМ считали по объему ГСМ, привезенного бензовозами. Также техника и легковой транспорт могли заправляться не с бензовозов на участке, а в городе по лимитно-заборным ведомостям на АЗС. В связи с производственной необходимостью у свидетеля отсутствовал установленный лимит на заправку ГСМ, ему были выданы соответствующие карты, которые на время отпуска свидетеля оставались в транспортных средствах. Кроме того, свидетель пояснил, что бывали ситуации, когда во время своего отпуска он мог заправить транспортные средства организаций по лимитно-заборным ведомостям. При заправке на АЗС могли заправляться не только ТС, то топливо наливалось и в дополнительные емкости (например, канистры). По прибытии бензовозов на участок топливо заправлялось не только в баки ТС, но и в имеющиеся емкости. 

Данные показания свидетеля ответчиком не оспорены. 

В материалы дела представлены карточки счета 60.1, оборотно-сальдовые ведомости по счету 10.3, акты списания ГСМ за 2021-2022 гг., лимитно-заборные ведомости, оформленные на АЗС поставщиков с указанием даты и количества отпущенного ГСМ, ФИО сотрудника ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» и подписи оператора АЗС. 

Из анализа представленных документов не представляется возможным установить, какое количество, какой конкретно техникой использовано и в какой период времени, а также какое количестве ГСМ имеется в остатке на отчетный период. Как пояснил свидетель, учет остатков ГСМ в принципе не велся, списание производилось того количества топлива, которое было поставлено, что нельзя, по мнению суда, признать надлежащим учетом. 

Вопреки доводам ответчика, лимитно-заборные ведомости не фиксируют расходование ГСМ на нужды общества, а лишь его приобретение работниками ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ».

Согласно  статье  9  Федерального  закона  от  21.11.1996 N129-ФЗ «О  бухгалтерском  учете» все  хозяйственные  операции,  проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти  документы  служат  первичными  учетными  документами,  на  основании которых ведется бухгалтерский учет.

Распоряжением Минтранса России от 14.03.2008 NАМ-23-р «О введении в действие методических рекомендаций "Нормы расхода топлив и смазочных материалов на автомобильном транспорте"» установлено, что для моделей, марок и модификаций автомобильной техники, поступающей в автопарк страны, на которую Минтрансом России не утверждены нормы расхода топлив (отсутствующие в данном документе), руководители  предприятий могут вводить в действие своим приказом нормы, разработанные по индивидуальным заявкам в установленном порядке научными организациями,  осуществляющими  разработку  таких  норм  по  специальной  программе-методике.

Доказательств установления ФИО2 норм расходования ГСМ с учетом характера и специфических условий  работы техники, на которые неоднократно ссылался ответчик (погодные условия, отсутствие дорог и тд.), в деле не имеется. 

Для подтверждения факта использования ГСМ в хозяйственной жизни общества используются путевые листы, которые согласно п.9 приказа Минтранса РФ от 18.09.2008 No152 "Об утверждении обязательных реквизитов и порядка заполнения путевых листов", оформляются  на  каждое  транспортное  средство  для  осуществления  перевозок  грузов, пассажиров. Путевой лист является основным документом для списания ГСМ, он оформляется отдельно на каждую единицу автотранспорта. На основании этого документа расходы на топливо учитывают в составе материальных или прочих расходов на содержание служебного транспорта. В нем указывается в тип, марка, государственный регистрационный номер транспортного средства, данные о владельце, дата и время выезда из автопарка, показания одометра при выезде на смену и возвращении в автопарк. Эти сведения являются ключевыми, так как по ним определяют пробег авто и расход топлива.

Как пояснил ответчик, путевые листы в ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» не составлялись, поскольку транспортные средства общества использовались для собственных нужд.

Вместе с тем, в отсутствие данных документов установить, что техника и ГСМ использовались на нужды общества (например, путем сличения наименования техники и маршрутов следования), и что количество пробега, исходя из нормы расхода, соответствует объему списанного ГСМ, не представляется возможным.

Ссылки ответчика на ведение журнала учета работы техники как доказательство надлежащего учета расходования ГСМ во внимание приняты быть не могут, поскольку данный журнал велся только на лесозаготовительном участке, маршруты передвижения транспортных средств вне участка директором не фиксировались. Кроме того, как следует из показаний свидетеля, в журнале содержалась лишь информация о местонахождении техники и моточасах.

Ответчик  представил  в  дело  нотариально  удостоверенную  переписку  в мессенджере «WhatsApp» с инженером лесного отдела ФИО9, из которой усматривается, что ФИО9 с определенной периодичностью, и на начало месяца направляла ответчику сообщение об остатках топлива. 

Вместе с тем, из анализа переписки следует, что сведения, в ней содержащиеся, не соотносятся с данными бухгалтерского учета.  

Так, согласно сообщению ФИО10 от 01.01.2023, остаток дизельного топлива и бензина: АИ 92 –1241,98 л., АИ 95 –374,91 л., ДТ –1161,27 л. Однако по акту списания ГСМ от 31.12.2022 и по данным бухгалтерского учета на 01.01.2023 у общества ГСМ отсутствовал, весь ГСМ списан ровно в том количестве, в котором приобретен в течение года. 

Кроме того, согласно лимитно-заборным ведомостям и личным делам, работники  ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» получали ГСМ на АЗС поставщика, будучи в отпусках: 

ФИО7 – получил АИ 92 16.09.22 –150 л, 17.09.22 –89 л, 23.09.22 –108,70 л, 25.09.22 –42,51 л, будучи в отпуске в период 16.09.22-25.09.22;

ФИО11- ДТ 12.04.2022г.- 175 л,  13.04.2022-56,66 л, 21.04.2022 -57,56 л, 29.04.2022 -47,71л, будучи в отпуске 04.04.22 -29.04.22;

ФИО12- ДТ получил 04.03.2022 –601,50 л, 14.03.2022 –216.09 л, будучи в отпуске 01.03.22 -18.03.22;

ФИО13- АИ 92 получил 03.03.2022 –30 л, 14.04.2022 –40 л, 22.07.2022 –40 л, 03.03.22 -05.03.22 будучи в отпуске в периоды 11.04.22 -15.04.22, 15.07.22 -29.07.22.

Свидетель ФИО7 по данному обстоятельству пояснил, что в период его отпуска карта на получение ГСМ на АЗС оставалась в транспортном средстве, следовательно, по ней мог получить топливо другой работник.

По мнению суда, предоставление  возможности некоторым работникам  общества получать топливо на АЗС без ограничений, без установления контроля  за  расходом  топлива  именно  в  производственных  нуждах,  без  установления нормативов  расхода  топлива,  нельзя  назвать  разумным  поведением  добросовестного директора общества. Любой разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был осознавать мотивы своего поведения и предпринимать меры, направленные на составление надлежащим образом оправдательных документов, связанных с расходованием денежных средств. ФИО2, являясь руководителем, должна была действовать в интересах общества добросовестно и разумно, в том числе надлежащим образом вести бухгалтерский учет и готовить бухгалтерскую отчетность.

Таким образом, из совокупности представленных в дело доказательств и фактических обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии в ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» под руководством ФИО2 в спорный период надлежащего учета расходования ГСМ. 

Как было указано выше, в силу положений статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", именно руководитель организации несет ответственность за надлежащее оформление фактов хозяйственной деятельности должника.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 62 от 30.07.2013 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Помимо установления факта причинения убытков в связи с осуществлением лицом полномочий руководителя должника, необходимо установить его вину, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

Виновность директора может констатироваться, когда он осознано совершал действия, ведущие к убыткам (недобросовестность) либо безразлично или халатно относился к принятию решения (неразумность).

В рассматриваемом случае с учетом фактических обстоятельств, подтвержденных документально, свидетельствующих об отсутствии надлежащего учета расходования ГСМ, суд приходит к выводу о недобросовестности и неразумности поведения ФИО2, не предпринявшей необходимые меры для организации такого учета, что свидетельствует о правомерности иска в  данной части. 

Истец, уточняя размер требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пояснил, что не отрицает необходимость использования в процессе деятельности ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» значительного объема ГСМ, однако с учетом ненадлежащего оформления документации о фактическом расходовании топлива на нужды общества и его остатках, полагает возможным определить размер убытков в виде стоимости выданного в 2022 году ГСМ по лимитно-заборным ведомостям работникам ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» - ФИО7,  ФИО11,  ФИО12,  ФИО14,  ФИО15, ФИО13 в размере 2 532 948, 66 руб.: 

ФИО

Вид топлива, объем

Цена за 1 литр

Убыток

ФИО7

ДТ - 3749,89 л.

АИ 92 -16166,27 л. АИ 95 - 446,69 л.

53,15 руб.

40.51      руб.

40.51      руб.

199 306, 65 руб.

 654 895, 59 руб. 

18 095, 41 руб.

ФИО16

ДТ - 5571, 62 л. АИ 92 - 2541,4 л.

53,15 руб. 

40,51 руб.

296 131, 60 руб. 

102 952, 11 руб.

ФИО12

ДТ - 8065,84 л.

АИ 92 - 4620, 32 л.

53,15 руб. 

40,51 руб.

428 699, 39 руб. 

187 169,16 руб.

ФИО14

ДТ - 5129,16 л.

53,15 руб.

272 614, 85 руб.

ФИО15

ДТ - 4875,70 л.

53,15 руб.

259 143, 45 руб.

ФИО13

АИ 92 - 2812,65 л.

40,51 руб.

113 940, 45 руб.

Данные расходы определены в соответствии с отчетом ФИО9 о фактически использованном объеме ГСМ в 2022 году и лимитно-заборными ведомостями.

Как было указано выше, путевые листы в подтверждение расходования данного топлива на нужды общества не велись, нормы расходования ГСМ в обществе не устанавливались, топливо списывалось не из объема фактически потребленного ГСМ и его остатка, а, исходя из количества поставленного топлива, данные работники получили часть перечисленного объема топлива в период своего нахождения в отпуске, сведения о том, кем именно в такой ситуации получено топливо и куда оно израсходовано, в деле отсутствуют. 

В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. 

В соответствии с разъяснениями пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

Предъявленный к взысканию размер убытков подтвержден документально, находится в причинно-следственной связи между бездействием ответчика, связанным с отсутствием в обществе надлежащего учета ГСМ, и расходами общества, ФИО2 не оспорен. 

Лицо, требующее возмещения убытков, по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации обязано доказать факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективной и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связи доказательств в их совокупности.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства и установленные фактические обстоятельства, суд приходит к выводу о доказанности наличия в действиях ответчика, не организовавшей в ООО «ПИК-ЛЕСПРОМ» надлежащий учет и контроль за расходованием ГСМ, неразумности, недобросовестности, повлекшей причинение обществу убытков в виде стоимости приобретенного ГСМ в 2022 году в размере 2 532 948, 66 руб., в связи с чем удовлетворяет иск в данной части.

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана оценка, что нашло отражение в данном решении. Иные доводы и пояснения сторон несущественны и на выводы суда повлиять не могут.

Разрешая вопрос о распределении расходов по оплате государственной пошлины, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент обращения в суд, размер госпошлины по требованиям о взыскании 44 061 891 руб. 83 коп. составляет 200 000 руб. 

Истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 8 000 руб.

В связи с удовлетворением иска частично в размере 4 632 270 руб. 66 коп., отнесению на ответчика подлежат судебные расходы в размере 21 026 руб. 20 коп. (4 632 270 руб. 66 коп. х 200 000 руб. / 44 061 891 руб. 83 коп.) и взысканию в пользу истца в сумме 841 руб. 05 коп. (4 632 270 руб. 66 коп. х 8 000 руб. / 44 061 891 руб. 83 коп.), в доход федерального бюджета – в размере 20 185 руб. 15 коп. (21 026 руб. 20 коп. – 841 руб. 05 коп.); с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 171 814 руб. 85 коп. (200 000 руб. – 8 000 руб. – 20 185 руб. 15 коп.). 

Руководствуясь статьями 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 убытки в размере 4 632 270 руб. 66 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 841 руб. 05 коп.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 20 185 руб. 15 коп.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 171 814 руб. 85 коп. 

Решение может быть обжаловано в Четвёртый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья                                                                                                Н.В.Рыкова