ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-15315/2020

г. Киров

07 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 марта 2024 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Калининой А.С.,

судейКормщиковой Н.А., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании:

конкурсного управляющего ООО «Специальные системы и технологии – Усинск» - ФИО3 (по веб-конференции),

представителя ФИО4 – ФИО5, по доверенности от 28.10.2022,

представителя ФИО6 – ФИО5, по доверенности от 21.11.2022,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Специальные системы и технологии – Усинск» ФИО3 

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 27.12.2023 по делу № А29-15315/2020

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Специальные системы и технологии – Усинск» ФИО3 о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки

с участием лиц, в отношении которых совершена сделка – ФИО4, г. Усинск, ФИО6, г. Минск 

в рамках дела по заявлению кредитора – общества с ограниченной ответственностью «ССТЭнергомонтаж» (ИНН:5029120275 ОГРН:1085029010450)

к должнику – обществу с ограниченной ответственностью «Специальные системы и технологии  – Усинск» (ИНН:1106018345, ОГРН:1051100761800)

о признании его несостоятельным (банкротом), 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Специальные системы и технологии – Усинск» (далее ‒ должник, ООО «ССТ-Усинск») конкурсный управляющий ФИО3 (далее ‒ заявитель, конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками договоров аренды и субаренды земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> уч. 22б, КДН 11:15:0101004:15, площадь 14437+/-42 кв.м., заключенных между ФИО6 (далее ‒ ответчик 1, ФИО6) от имени ООО «ССТ-Усинск» и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (далее ‒ ответчик 2, ФИО4) и действий ФИО6 и ФИО4 по переводу денежных средств со счета должника ООО «ССТ-Усинск» на счет ИП ФИО4 под видом оплаты этих договоров, а именно:

- договора субаренды № 2/16 от 01.03.2016 со всеми дополнительными соглашениями, в том числе № 1 от 01.01.2018;

- договор субаренды № 1/18 (или № 01/01/18) от 01.01.2018 со всеми дополнительными соглашениями;

- договор аренды № 4/01/19А от 01.01.2019 со всеми дополнительными соглашениями;

и применении последствий недействительности указанных сделок в виде взыскания солидарно с ФИО6 и ФИО4 в пользу ООО «ССТ-Усинск» 13 264 500 рублей.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 27.12.2023 в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит оспариваемое определение отменить.

В обоснование жалобы заявитель указывает, что суд первой инстанции незаконно принял в качестве допустимого доказательства заключение эксперта № 48323-23 от 08.11.2023, составленное с нарушениями, не дал правовую оценку рецензии №01-011223 от 05.12.23 на заключение эксперта № 48323-23 от 08.11.23, отказал в проведении повторной/дополнительной экспертизы по ходатайству конкурсного управляющего. Согласно рецензии №01-011223 от 05.12.2023, подготовленной экспертом ФИО7, при проведении судебной экспертизы ФИО8 допущен ряд существенных нарушений, которые повлекли неверные выводы, указание в заключении недостоверных данных, в связи с чем, заключение эксперта ФИО8 не может быть признано достоверным, не соответствует законодательным, методическим и научным требованиям, а стоимость объектов оценки не может быть признана достоверной и рекомендуемой для целей заключения. По мнению конкурсного управляющего, учитывая, что представленное экспертом ФИО8 заключение противоречит как фактическим обстоятельствам, рекомендациям по экспертизе, так и требованиям законодательства относительно экспертных заключений, требуется проведение повторной экспертизы относительно объекта заключения. Однако суд первой инстанции незаконно отклонил ходатайство управляющего о проведении повторной экспертизы. По результатам проведенной экспертизы ФИО8 вынесено заключение о рыночной стоимости арендной платы лишь 0,72 га от земельного участка с кадастровым номером 11:15:0101004:15, расположенного по адресу 

<

...>. Сведения о том, учитывалось ли наличие на земельном участке нежилого здания, в заключении отсутствуют, а само заключение составлено с нарушениями, более подробно о которых указано в ранее приобщенной рецензии. При этом перед экспертом был поставлен иной вопрос. Сведения о том, указана в заключении стоимость с учетом или без учета данного соглашения, отсутствуют. Конкурсный управляющий в жалобе настаивает на том, что суд первой инстанции незаконно отклонил ходатайство конкурсного управляющего о проведении дополнительной экспертизы для исследования рыночная стоимость арендной платы по состоянию на 01.01.2018, поскольку спорный договор субаренды от 01.08.2018 действовал в период наличия у ООО «ССТ-Усинск» признаков неплатежеспособности, в связи с чем требуется постановка дополнительных вопросов перед экспертом относительно рыночной стоимости аренды в период действия данного договора. По мнению конкурсного управляющего, судом первой инстанции сделан неверный вывод о разумности и обоснованности заключения договоров субаренды /аренды между ООО «ССТ-Усинск» именно с ФИО4, а не напрямую с Администрацией. Выгоднее было бы указанный участок приобрести должнику для самостоятельного использования, а также предоставления части участка в аренду (как сейчас и делает ФИО9) и для получения дополнительных денежных средств от аренды. Указанное поведение полностью бы соответствовало цели добросовестного руководителя – получение прибыли и ведения добросовестного бизнеса. Кроме того, согласно информации, имеющейся у конкурсного управляющего, ООО «ССТ-Усинск» арендовало как минимум 2 земельных участка. Добросовестный руководитель в обычных экономических условиях не будет платить с 01.03.16 по 19.02.20 каждый месяц по 250 000 – 300 000 руб., а в общей сумме 13 264 500 руб. за земельный участок стоимостью 287 689,71 руб. (арендовалась только половина земельного участка стоимостью 575 379,42 руб.). При этом, ФИО9 являлась коммерческим директором и в соответствии с должностной инструкцией относится к руководящему составу.

Конкурсный управляющий полагает, что сделки между ООО «ССТ-Усинск» и ФИО4 по субаренде/аренде земельного участка заключены на нерыночных условиях в ущерб правам и интересам должника и его кредиторов, направлены исключительно на перевод активов общества в виде денежных средств в пользу недобросовестных ФИО6 и ФИО4, то есть, по своей сути, прикрывали вывод активов общества под видом исполнения обязательств по договорам.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО6 отмечает, что выводы рецензента являются надуманными. Рецензент указывает в 8 пункте исследования, что: «Эксперт якобы не привел в подтверждение рыночных данных по рынку аренде производственных баз. Между тем, на стр. 27 заключения приведены аналоги объектов сравнения. Доказательств того, что имелись иные аналоги, которые экспертом не отражены в заключении, не представлено. Кроме того, рецензент не опровергнул выводы эксперта своими расчетами или рыночными данными. Рецензент, в отличие от эксперта, не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Ходатайств о вызове в суд рецензента и о его допросе в качестве специалиста конкурсным управляющим не заявлялось. Эксперт был допрошен в судебном заседании и ответил на все поставленные перед ним вопросам. Эксперт с учетом буквального понимания поставленного перед ним судом вопроса с учетом обстоятельств дела правильно оценил рыночную стоимость 0,72 га земельного участка. Здание, рыночную стоимость арендной платы, которого просит оценить конкурсный управляющий, в аренду не сдавалось и предметом договора аренды не являлось. Здание использовалось в своей предпринимательской деятельности ИП ФИО9, она лишь позволяла должнику пользоваться теплым боксом в здании склада. Тем самым вопрос о размере рыночной стоимости арендной платы здания склада, который конкурсный управляющий ставит перед судом для назначения дополнительной экспертизы, является необоснованным, так как склад в аренду не сдавался, предметом договора аренды и заявленных требований не является. ФИО6 также обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что из выписки из ЕГРИП, содержащейся в открытом доступе следует, что ФИО4 осуществляет предпринимательскую деятельность с 21.10.2008 года, то есть задолго до заключения спорных договоров. ФИО9 в материалы дела представлены доказательства ее финансовой самостоятельности и наличия возможности за счет собственных доходов арендовать земельный участок, выкупить его и облагородить, а также построить на нем здание склада. Земельный участок был предоставлен ИП ФИО9 администрацией МО ГО «Усинск» еще в 2014 году, а сдавать его в субаренду Должнику ИП ФИО9 начала лишь в 2016 году. Из представленных администрацией МО ГО «Усинска» документов следует, что земельного участка был предоставлен в аренду исключительно для строительства на нем объекта недвижимости. Реальность оспариваемых договоров подтверждена совокупностью доказательств, представленных в материалы дела. Заключение оспариваемых договоров и аренда земельного участка были вызваны производственной необходимостью. Арендуемый земельный участок (база) в частности использовался Обществом под стоянку и обслуживание транспортных средств, принадлежащих Обществу, как на праве собственности, так и на праве аренды. В подтверждение доводов к материалам дела были приобщены договора, на основании которых в период аренды (субаренды) земельного участка. 

ФИО4 в отзыве на жалобу настаивает на том, что судом первой инстанции обоснованно принято в качестве надлежащего доказательства заключение эксперта №48323-23 от 08.11.2023, подготовленное индивидуальным предпринимателем ФИО8 Конкурсный управляющий не учитывает, что суд первой инстанции, ставя перед экспертом соответствующий вопрос, разумно исходил из необходимости оценить рыночную стоимость именного переданного должнику в аренду земельного участка на основании договора аренды №4/01/19А от 01 января 2019. По мнению ответчика 2, судом первой инстанции обоснованно отказано в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего о проведении дополнительной экспертизы для исследования рыночной стоимости арендной платы по состоянию на 01 января 2018 года. Неисполненные денежные обязательства, требования по которым включены в реестр требований кредиторов и до настоящего времени не удовлетворены, начали образовываться с июня 2018 года; на момент заключения договора субаренды от 01 января 2018 года таких обязательств у должника не существовало, что неоднократно подтверждалось судами. ФИО4 отмечает, что заключенный должником и ответчиком договор аренды земельного участка является экономически обоснованной и рыночной сделкой должника. Разница в стоимости аренды по договору аренды между ответчиком администрацией муниципального образования городского округа «Усинск» и договору субаренды между ответчиком и должником не может учитываться для подтверждения нерыночного характера заключенного договора аренды. Согласно позиции Минэкономразвития России и ФАС в Письме № 19491-ЕЕ/Д05И, № АК/32618/14 от 14 августа 2014 года, органы местного самоуправления при передаче муниципального имущества в аренду вправе устанавливать размер ставки арендной платы, отличающийся от рыночной стоимости, определенной оценщиком (ниже или выше ее уровня), а для случаев заключения договоров аренды муниципального имущества на торгах по собственному усмотрению устанавливают в качестве начальной (минимальной) цены договора арендную плату или плату за заключение договора, размер которых определяется в ходе проведения конкурса или аукциона. Таким образом, муниципальное имущество может быть сдано в аренду по цене, отличающейся от рыночной. Конкурсный управляющий не учитывает, что ответчиком, на земельном участке были проведены многочисленные работы по размежеванию, кадастровые работы, работы по расчистке земельного участка на собственные средства ответчика. При расчете и установлении арендной платы по договорам субаренды принимались во внимание также затраты на обслуживающий персонал, поскольку необходимость наличия такого персонала на земельном участке во многом была продиктована запросами должника о поддержании необходимого уровня охраны и обслуживания базы и земельного участка. В связи с вышеуказанным стоимость субаренды по умолчанию не могла составлять сумму равную стоимости аренды по договору между ответчиком и Администрацией. Конкурсный управляющий не учитывает, что договор аренды земельного участка между ответчиком и администрацией муниципального образования городского округа «Усинск» был заключен задолго до возникновения у должника потребности в его аренде, а именно в 2014 году. При его заключении между администрацией муниципального образования городского округа «Усинск» и ответчиком изначально была достигнута договоренность о будущем строительстве ответчиком на территории земельного участка базы автотранспорта с последующим выкупом соответствующего земельного участка. Аренда ответчиком спорного земельного участка имела своей единственной целью обеспечение осуществления ответчиком его предпринимательской деятельности. 

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 30.01.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 31.01.2024.

В судебном заседании конкурсный управляющий и представитель ответчиков поддержали свои правовые позиции.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее ‒ АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие представителей неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 25.11.2014 между администрацией МО ГО «Усинск» (арендодатель) и ИП ФИО4 (арендатор) заключен договор №4295/14 аренды земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> кадастровый номер 11:15:0101004:15, площадью 1,4437 га.

Договор действует с момента государственной регистрации и заключается до 27.10.2017.

Вид разрешенного использования - под строительство базы автотранспорта. Годовая арендная плата составляет 244 654,92 руб., за период аренды в 2014 году -43 568,68 руб.

На основании передаточного акта от 25.11.2014 земельный участок передан ФИО4 (л.д. 104 т.д. 1).

Оплата ФИО4 арендных платежей по договору от 25.11.2014 №4295/14 подтверждается платежными поручениями и выписками Сбербанка от 17.12.2014 № 59, от 25.03.2015 № 22, от 25.06,2015 № 47, от 09.10,2015 № 66, 16.10.2015 № 67, от 25.12,2015 № 90, от 15.03.2016 № 32, от 21.06.2016 № 78, от 22.09.2016 № 124, от 16.12.2016 № 175, от 22.03.2017 № 39, от 23.06.2017 № 99, от 25.09.2017 № 142, от 14.12.2017 № 190, от 23.03.2018 № 67, от 04.07.2018 № 143.

На указанном земельном участке в соответствии с выданным Администрацией МО ГО «Усинск» разрешением 25.08.2016 № 11-RU11304000-61-2016 ИП ФИО4 построен склад, площадью 319,9 кв.м.

В соответствии с дополнительным соглашением от 30.03.2018 изменен вид разрешенного использования - производственная деятельность: предприятия I и II класса вредности и ниже, различного профиля, требующие большегрузного или железнодорожного транспорта, адрес земельного участка 

<

...>. Условия дополнительного соглашения применяются к отношениям сторон с 07.03.2018 (л.д. 105 т.д. 1).

04.07.2018 между администрацией МО ГО «Усинск» (арендодатель) и ИП ФИО4 (арендатор) на основании постановления администрации МО ГО «Сыктывкар» от 02,07,2018 заключен договор № 2550/18 купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> кадастровый номер земельного участка 11:15:0101004:15, площадью 1,4437 га.

Стоимость договора купли-продажи земельного участка на основании пункта 2.1 договора составила 575 379 руб. 42 коп.

Платежным поручением от 11.07.2018 №150 ИП ФИО4 произведена оплата по договору от 04.07,2018 № 2550/18 в размере 575 379 руб. 42 коп.

01.03.2016 между ООО «ССТ-Усинск» (субарендатор) и ИП ФИО4 (субарендодатель) заключен договор субаренды № 2/16, по условиям которого субарендодатель обязуется предоставить субарендатору земельный участок, кадастровый номер земельного участка 11:15:0101004:15, площадью 0,72 га, расположенный по адресу: 

<

...> во временное владение и пользование за плату. Границы участка, передаваемого в аренду по договору, обозначены на местности (л.д. 37 т.д. 1).

Срок договора субаренды согласован сторонами в пункте 2.1 - с 01.03.2016 по 31.12.2016; стороны договорились, что арендная плата начисляется с 01.03.2016.

Согласно пункту 2.4 договора стоимость арендной платы составляла 250 000 руб. в месяц.

На основании передаточного акта от 01.03.2016 земельный участок площадью 0,72 га передан ООО «ССТ - Усинск» (л.д. 39 т.д. 1).

Дополнительным соглашением № 1 от 01.01.2017 стороны согласовали продлить срок действия субаренды до 31.12.2017 (л.д. 39 т.д. 1).

Согласно выписке по счету должника в период с 02.09.2016 по 03.10.2019 ООО «ССТ-Усинск» перечислило ФИО4 денежные средства в размере 10 401 500 рублей со ссылкой в назначении платежа на договор субаренды № 2/16 от 01.03.2016.

01.01.2018 между ООО «ССТ - Усинск» (субарендатор) и ИП ФИО4 (субаредодатель) заключен договор субаренды №1/18, по условиям которого субарендодатель обязуется предоставить субарендатору земельный участок, кадастровый номер земельного участка 11:15:0101004:15, площадью 0;72 га, расположенный по адресу: 

<

...> во временное владение и пользование за плату. Границы участка, передаваемого в аренду по Договору, обозначены на местности (л.д. 40 т.д. 1).

Срок договора субаренды согласован сторонами в пункте 2.1 - с 01.01.2018 по 31.10.2018.

Согласно пункту 2.4 договора стоимость арендной платы составляет 250 000 руб.

Имущество передано по  акту от 01.01.2016 (л.д. 42 т.д. 1).

Согласно выписке по счету должника ООО «ССТ-Усинск» перечислило ФИО4 денежные средства в размере 1 453 000  рублей со ссылкой в назначении платежа на договор субаренды № 1/18от 01.01.2018 (период с 11.04.2018 по 19.09.2018) и денежные средства в размере 355 000 рублей со ссылкой в назначении платежа на договор субаренды № 1/01/18 от 01.01.2018 (период с 11.04.2018 по 19.12.2018).

01.01.2019 между ООО «ССТ-Усинск» (арендатор) и ИП ФИО4 (арендодатель) заключен договор аренды № 4/01/19А, по условиям которого арендодатель обязуется предоставить арендатору земельный участок, кадастровый номер земельного участка 11:15:0101004:15, площадью 0,72 га, расположенный по адресу: 

<

...> во временное владение и пользование за плату. Границы участка, передаваемого в аренду по Договору, обозначены на местности (л.д. 42 т.д. 1).

Срок договора аренды согласован сторонами в пункте 2.1 - с 01.01.2019 по 31.12.2019.

Согласно пункту 2.4 договора стоимость арендной платы составляет 300 000 руб.

На основании передаточного акта от 01.01.2016 имущество передано (л.д. 44 т.д. 1).

В соответствии с дополнительным соглашением № 1  от 01.01.2019 к договору аренды земельного участка № 4/01/19А арендатору предоставлено право пользоваться теплым боксом, находящимся на арендуемом земельном участке, хранить там свои материалы и производить работы. Стоимость пользования данным помещением включена в стоимость аренды земельного участка (т. 7 л.д. 34).

Согласно выписке по счету должника в период с 10.04.2019 по 19.02.2020 ООО «ССТ-Усинск» перечислило ФИО4 денежные средства в размере 1 055 000  рублей со ссылкой в назначении платежа на договор аренды № 4/01-19А от 01.01.2019.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 22.03.2021 в отношении ООО «ССТ – Усинск» введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда Республики Коми 18.10.2021 ООО «ССТ-Усинск» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

Указанные выше обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного управляющего в арбитражным суд с рассматриваемым в рамках настоящего спора заявлением о признании сделок недействительными и применении их последствий.

Установив отсутствие факта причинения вреда имущественным правам как должника, так и его кредиторов, Арбитражный суд Республики Коми отказал в удовлетворении требований заявителя.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ‒ Постановление № 63) поименованы виды сделок, которые могут оспариваться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве). Так по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента); выплата заработной платы, в том числе премии.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ‒ Постановление № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления № 63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Дело о банкротстве ООО «ССТ-Усинск» возбуждено 21.01.2021.

Следовательно, в пределах трехлетнего срока для оспаривания сделки заключен лишь договор аренды от 01.01.2019, остальные сделки, заявленные конкурсным управляющим в качестве недействительных, могут быть оспорены только по общим основаниям гражданского законодательства.

Конкурсный управляющий настаивает на недействительности сделок на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьей 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац 4 пункта 4 Постановления № 63).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее ‒ Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 Постановления № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы.

Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу. В связи с этим, для квалификации действий как совершенных со злоупотреблением правом должны быть представлены доказательства того, что, совершая определенные действия, сторона намеревалась причинить вред другому лицу.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Независимо от основания для оспаривания сделки ключевым признаком, позволяющим квалифицировать сделку в качестве недействительной, является установления факта причинения вреда правам кредиторов должника путем уменьшения имущественной сферы последнего.

Конкурсный управляющий настаивал на том, что цена аренды (и субаренды) земельного участка необоснованно завышена, что свидетельствует о принятии ответчиками мер по выводу денежных средств должника.

Определением от 28.08.2023 Арбитражный суд Республики Коми назначил экспертизу по определению рыночной стоимости. Перед экспертом был поставлен вопрос: какова рыночная стоимость арендной платы по состоянию на 01.01.2019 земельного участка с кадастровым номером 11:15:0101004:15, расположенного по адресу 

<

...> с учетом и без учета дополнительного соглашения № 1 от 01.01.2019?

Экспертом представлено заключение № 48323-23, в котором эксперт пришел к выводу о том, что рыночная стоимость арендной платы по состоянию на 01.01.2019 земельного участка с кадастровым номером 11:15:0101004:15, расположенного по адресу: 

<

...> с учетом и без учета дополнительного соглашения № 1 от 01.01.2019 составляет 332 000 рублей.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий возражает против принятия данного заключения в качестве допустимого доказательства по делу. Заявитель считает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего о назначении повторной экспертизы по данному вопросу.

Отклоняя указанные доводы жалобы, суд апелляционной инстанции руководствовался следующим.

Согласно части 2 статьи 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Вместе с тем согласно части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (пункт 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»). Оценка доказательств осуществляется судом при принятии решения (статья 168 АПК РФ).

В качестве доказательств недостоверности представленного заключения эксперты и обоснования необходимости назначения повторной экспертизы конкурсный управляющий ссылался на рецензию от 05.12.2023 № 1-011223.

Исследовав содержание экспертного заключения № 48323-23, рецензии от 05.12.2023 № 1-011223, показаний эксперта, данных в судебном заседании 19.12.2023, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 рецензии на странице 8 заключения указано, что участок частично выложен железо-бетонными дорожными плитами. Однако фотографии объекта представлены в зимний период, участок покрыт снегом, соответственно, покрытия не видно. Установить покрытие при помощи спутниковых снимков Яндекс Карт также не представляется возможным. Данные обстоятельства свидетельствуют об указании экспертом недостоверной информации.

Суд апелляционной инстанции полагает, что сам по себе факт невозможности определения покрытия из представленных фотографий при учете того, что экспертом производился осмотр объекта на месте, что является более информативным, не свидетельствует о недостоверности указанных сведений. 

Более того, суд учитывает, что, указывая на данное обстоятельство как на нарушение, рецензент не приводит обоснование того, как частичное наличие или отсутствие плит влияет на стоимость аренды земельного участка. Доказательств того, что отсутствие плит ведет к невозможности использования земельного участка по его назначению, в материалы дела не представлено. Кроме того, как следует из заключения эксперта, им применялся сравнительный метод и у объектов аналогов учитывалось наличие отсыпки на земельном участке, а не железо-бетонных дорожных плит.

Согласно пункту 2 рецензии на странице 9 заключения в таблице эксперт указывает в коммуникациях ‒ электроэнергия. Однако на странице 33 заключения в таблице эксперт ссылается на наличие отопления у объекта оценки. 

В судебном заседании 19.12.2023 эксперт пояснил, что на дату оценки отопление помещения осуществлялось с использованием электроприборов. На дату осмотра помещения оно уже было подключено к системе центрального отопления. В разрешении на строительство также имеется указание на автономное электрическое теплоснабжение.

В пункте 3 рецензии рецензент ссылается на то, что на страницах 27-29 заключения в таблице 12 эксперт производит расчет стоимости аренды земельного участка площадью 0,72 га, когда площадь земельного участка номером 11:15:0101004:15 составляет 14 437 кв.м.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что предметом спорных договоров является непосредственно земельный участок площадью 0,72 га. Необходимость определения стоимости арендной платы всего земельного участка, принадлежащего ФИО4, отсутствует.

Пункт 4 рецензии содержит указание на то, что на страницах 27-29 заключения в таблице 12 экспертом указаны разные данные по улучшениям на участке объекта оценки и объектов аналогов, что свидетельствует о наличии противоречий и введении в заблуждение.

В данной части суд апелляционной инстанции отмечает, что единственное отличие от иных объектов содержит аналог № 2, на данном земельном участке имеется ж/д ветка. На странице 28 заключения эксперта в связи с наличием ж/д ветки к земельному участку ‒ аналогу № 2 применена корректировка отношения удельной цены земельных участков под индустриальную застройку с ж/ веткой к удельной цене аналогичных земельных участков без ж/д ветки.

Таким образом, применением корректировки экспертом нивелировано указанное различие в улучшениях сравниваемых объектах недвижимости.

Согласно пункту 5 рецензии на странице 31 заключения в таблице 13 экспертов применена скидка на торг 11,5% (для цен предложений), вместо 9,3% (для арендных ставок).

В судебном заседании эксперт пояснил, что заявленная им скидка на торг находится в рамках расширенного диапазона скидки. Применение данной скидки на торг соответствует условиям рынка, поскольку аналогичных сделок совершается небольшое количество и арендодатель вынужден делать большую скидку. В связи с чем применение скидки на торг в размере 11,5% не повлияло на достоверность выводов эксперта. Более того, применение в данном случае экспертом большей скидки, которая уменьшает итоговую стоимость аренды, не может нарушать права конкурсного управляющего.

В пункте 6 рецензент ссылается на то, что на странице 9 заключения в таблице описания здания эксперт указывает, что здание имеется без отделки, в графе состояние стоит прочерк. Однако на странице 31, 32 заключения в таблице 13 эксперт указывает состояние отделки объекта оценки как удовлетворительное.

В судебном заседании эксперт пояснил, что сэндвич-панели, из которых сделаны стены исследуемого здания, имеют с обеих сторон металлическое покрытие. Указанное покрытие не имеет и само по себе не требует дополнительной отделки. При указании в последующем удовлетворительного состояния отделки экспертом имелось в виду удовлетворительное состояние покрытия сэндвич-панелей, которое не требует ремонта, покраски и так далее.

В пункте 7 рецензент указывает в качестве нарушения следующее. На страницах 31, 32 заключения в таблице 13 для объекта аналога № 2 стены указаны как капитальные, корректировка не введена. Вместе с тем данный фактор влияет на рыночную стоимость здания.

Эксперт пояснил, что здание выполнено из металлических сэндвич-панелей и имеет железо-бетонное основание. Согласно сведениям иных источников, имеются корректировки, допускающие оценку аналогичных зданий на одном уровне со зданиями из кирпича.  Более того, названные материалы используются также для улучшения зданий с капитальными типом стен.

Более того, суд апелляционной инстанции отмечает, что в данном случае предметом оспариваемых договоров аренды не являлось здание, на основании дополнительного соглашения от 01.01.2019 арендатору предоставлено право пользоваться теплым боксом, находящимся на арендуемом земельном участке, хранить там свои материалы и производить работы. Стоимость пользования данным помещением включена в стоимость аренды земельного участка.

В пункте 8 рецензент отмечает, что на странице 35 заключения экспертом указано, что земельный участок и здание представляют собой производственную базу. Также эксперт указал, что, проанализировав рынок объектов оценки, сделан вывод, что при расчете стоимости аренды аналогичных объектов, арендодатели принимают во внимание за единицу измерения площадь земельного участка, если плотность застройки составляет 0,33-069. Однако эксперт  не привел в подтверждение данных по рынку аренды производственных баз. Также отсутствует подтвержденная информация относительно принятия стоимости единицы измерения площади земельного участка за стоимость промышленной базы.

Вместе с тем, на странице 22 заключения все используемые в отчете корректировки подтверждены на актуальность рынку недвижимости специалистами рынка: организациями Этажи-Усинск, Крепость. Также содержатся ссылки на контактные данные. В судебном заседании эксперт также пояснил, что данная информация является общедоступной.

Таким образом, нарушения, заявленные в рецензии от 05.12.2023 № 1-011223, либо не нашли своего подтверждения в материалах дела, либо не свидетельствуют о допущенных экспертом ошибках, влияющих на конечные результат определения стоимости аренды земельного участка.

В указанной части суд апелляционной инстанции отмечает, что представленная конкурсным управляющим рецензия не является по своему содержанию заключением эксперта, а представляет собой мнение иных лиц относительно экспертного заключения, которые при его формировании  не связаны техническими нормами и правилами, требованиями законодательства. Специалисты в рамках подготовки данных заключений не предупреждаются об уголовной ответственности за недостоверность отраженных сведений.

Само по себе мнение других исследователей не может исключать доказательственного значения экспертного заключения по результатам судебной экспертизы, поскольку такие заключения представляют собой рецензию, мнение относительно проведенной экспертизы иным субъектом, которым не может придаваться приоритетное значение.

Профессиональная подготовка и квалификация эксперта ФИО8, составившего заключение, подтверждены представленными в дело документами, которые исследованы судом первой инстанции при назначении экспертизы и выборе экспертной организации.

Заявлений об отводе эксперта в порядке, предусмотренном статьи 23 АПК РФ, по основаниям, предусмотренным статьей 21 АПК РФ, в том числе о наличии личной, прямой или косвенной заинтересованности эксперта в исходе дела либо наличии иных обстоятельств, которые могут вызвать сомнения в его беспристрастности, лицами, участвующими в деле, не заявлялось.

Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Несогласие конкурсного управляющего с результатами экспертизы, методикой ее проведения, с выводами эксперта само по себе не означает недействительность заключения эксперта.

Экспертом сделаны выводы на основании представленных на исследование документов; выводы последовательны, логичный и не противоречивы,  сделаны экспертом с использованием утвержденных методик; в заключении отражены причины, по которым эксперт пришел к тем или иным выводам.

Данное заключение соответствует требованиям закона, в связи с чем, обоснованно принято судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства, подлежащего оценке в совокупности с иными доказательствами, представленными в настоящий обособленный спор.

Доводы жалобы конкурсного управляющего о том, что экспертом не дан ответ на вопрос, какова стоимость аренды исключительно земельного участка и какова стоимость аренды земельного участка вместе с нежилым помещением, подлежат отклонению.

В своем заключении эксперт указал, что плотность застройки оцениваемого участка составляет 0,05, то есть наличие здания площадью 319,9 кв.м. на земельном участке 0,72 га не увеличивает стоимость аренды относительно аналогичного участка, но без здания на таком участке.

В судебном заседании эксперт также дополнительно пояснил, что в связи с низкой плотностью застройки земельного участка само по себе наличие здания на стоимость аренды участка не влияет, а может лишь рассматриваться как дополнительное конкурентное преимущество.

Как отмечалось ранее, в соответствии с частью 2 статьи 87 АПК РФ основаниями для назначения повторной экспертизы являются возникновение сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличие противоречий в выводах эксперта.

Ни тех, ни иных обстоятельств судом апелляционной инстанции не установлено. Следовательно, у Арбитражного суда Республики Коми отсутствовали основания для назначения повторной экспертизы по данному вопросу.

Более того, конкурсный управляющий воспользовался возможностью представления в суд отчетов об оценке №02-011223-1 от 05.12.2023 (право аренды земельного участка; дата оценки 01.01.2019), № 02-011223-2 от 05.12.2023 (право аренды земельного участка; дата оценки 01.01.2018), № 02-011223-3 от 05.12.2023 (право аренды нежилого здания; дата оценки 01.01.2019).

Оценивая возможность применения выводов эксперта ФИО8, сделанных в заключении № 48323-23, и выводов оценщика ФИО7, отраженных в приведенных выше отчетах, суд апелляционной инстанции учитывает, что экспертом ФИО8 в качестве аналогов использовались объекты, а также оценивались коммерческие предложения исключительно в населенном пункте места расположения земельного участка. 

ФИО7 исследовались объекты и предложения по разным населённым пунктам Республики Коми: Усинк, Печора, Вылгорт, Сосногорск, Пажга.

Кроме того, в отличие от эксперта, оценщик ФИО7 в своем исследовании оценивал не земельный участок площадью 0,72 га, а земельный участок площадью 14 437 кв.м. Из приведенных результатов видно, что стоимость аренды земельного участка площадью 0,72 га определена как цена за 1 кв.м. земельного участка большей площади, умноженная на необходимую площадь в 0,72 га.

Между тем в судебном заседании эксперт ФИО8 отмечал, что чем больше площадь земельного участка, тем меньше стоимость 1 кв.м данного участка.

Указанная позиция подтверждена и оценщиком в его отчетах: «при прочих равных условиях большие по площади земельные участки могут продаваться по более низкой в перерасчете на единицу площади цене, что обуславливается большим сроком экспозиции. Это связано с тем, что большие земельные участки требуют больших начальных инвестиций, что сужает круг потенциальных покупателей и, следовательно, спрос на большие земельные участки».

По мнению суда апелляционной инстанции, определение стоимости аренды меньшего по площади в 2 раза земельного участка исходя из стоимости 1 кв.м большего участка, искажает полученные оценщиком результаты.

В связи с чем, сведения, отраженные в представленных конкурсным управляющим отчетах, не могут однозначно свидетельствовать об их достоверности.

Кроме того, ФИО6 также представлял в материалы дела отчет № 0123NU0241 от 16.02.2023, предметом оценки в котором также выступал земельный участок площадью 0,72 га.

В указанном отчете эксперт пришел к выводу о том, что стоимость права аренды земельного участка по состоянию на 01.03.2016 составляла 267 000 рублей; на 01.01.2018 ‒ 263 000 рублей; на 01.01.2019 ‒ 357 000 рублей.

Учитывая, что рыночная стоимость является примерной величиной, выводы оценщика в отчете от 16.02.2023 и эксперта в заключении относительно стоимости права аренды земельного участка по состоянию на 01.01.2019 имеют лишь незначительное отличие и не рассматриваются судом апелляционной инстанции как противоречащие друг другу.

Оценив приведенные выше обстоятельства в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает необходимым руководствоваться заключением эксперта № 48323-23 при определении рыночной стоимости земельного участка по состоянию на 01.01.2019.

Согласно части 1 статьи 87 АПК РФ при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий настаивает на необходимости назначения дополнительной экспертизы и определения стоимости арендной платы по состоянию на 01.01.2018.

Между тем, вопрос об определении рыночной стоимости по состоянию на 01.01.2018 перед экспертом в определении Арбитражного суда Республики Коми от 28.08.2023 не ставился, следовательно, не может расцениваться как пробел в представленном в суд заключении.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что, как было указано выше, согласно отчету № 0123NU0241 от 16.02.2023 стоимость права аренды спорного земельного участка по состоянию на 01.01.2018 составляла 263 000 рублей.

Невозможность принятия результатов данной оценки лицами, участвующими в деле, не обоснована.

Более того, в заключении № 48323-23 эксперт указывал на стабильность и относительную неизменность цен на исследуемые объекты недвижимости в г. Усинске.

Оснований считать, что действительная стоимость аренды существенно отклонялась от известных из данных документов значений, судом апелляционной инстанции не установлено.

Подводя итог изложенному, Второй арбитражный апелляционный суд также не установил оснований для назначения по делу дополнительной экспертизы, тем более, что в суде апелляционной инстанции соответствующее ходатайство заявлено не было.

С учетом того, что размер согласованной арендой платы по спорным договорам не превышал рыночную стоимость права аренды, основания считать, что стоимость аренды для должника была завышена и это привело к нарушению прав кредиторов последнего, у суда апелляционной инстанции отсутствуют. Доводы конкурсного управляющего об обратном подлежат отклонению.

В данном случае апелляционный суд учитывает, что стоимость аренды муниципального земельного участка определяется расчетным методом на основании использования установленной кадастровой стоимости земельного участка и коэффициентов, утвержденных уполномоченным органом местного самоуправления.

При таких обстоятельствах, оснований для признания оспариваемых конкурсным управляющим сделок недействительными на основании положений статей 10, 168 ГК РФ, статьи 61.2 Закона о банкротстве апелляционным судом не установлено.

Как отмечалось ранее, конкурсный управляющий также настаивает на мнимости спорных сделок.

По мнению заявителя, правоотношения складывались непосредственно между ООО «ССТ-Усинск» и Администрацией; включение в данную цепочку ФИО4 имело своей целью исключительно вывод денежных средств должника через аффилированного лица.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления № 25).

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 02.04.2008 между ООО «ССТ - Усинск» (работодатель) и ФИО4 (работник) заключен трудовой договор №7, в соответствии с которым работодатель поручает, а работник принимает на себя выполнение трудовых обязанностей в должности менеджера отдела продаж; договор заключен на неопределенный срок; на основании приказа от 02.04.2008 ФИО4 принята на должность (л.д. 64, 66 т.д. 1).

В соответствии с дополнительным соглашением №2 от 07.02.2011 работодатель поручает, а работник принимает на себя выполнение трудовых обязанностей в должности начальник отдела продаж ООО «ССТ - Усинск»; на основании приказа от 07.02.2011 ФИО4 переведена на должность и.о. Начальника отдела продаж (л.д. 68-69 т.д. 1).

В соответствии с дополнительным соглашением №4 от 01.06.2013 ФИО4 переведена на должность директора по экономике в АУП ООО «ССТ - Усинск» (л.д. 71 т.д. 1).

В соответствии с дополнительным соглашением №5 от 03.02.2014 ФИО4 переведена на должность коммерческого директора ООО «ССТ - Усинск» (л.д. 72 т.д. 1). В соответствии с должностной инструкцией коммерческого директора, директор выполняет следующие должностные обязанности: организует руководство материально-техническим снабжением предприятия, деятельностью по хранению, транспортировке и сбыту продукции, координирует разработку и составление перспективных и текущих планов материально-технического обеспечения и сбыта продукции, и др.

Возникновение признаков неплатежеспособности должника неоднократно было предметом исследования по иным обособленным спорам.

Суды пришли к выводу о том, что неисполненные денежные обязательства, требования по которым включены в реестр требований кредиторов и до настоящего времени не удовлетворены, начали образовываться с июня 2018 года (задолженность перед ООО «ССТЭнергомонтаж», требования которого включены в реестр требований кредиторов, возникла с 15.06.2018). Основания для иных выводов в рамках настоящего обособленного спора судом апелляционной инстанции не установлены.

В подтверждение реальности того, что именно ФИО4 являлась сначала непосредственным арендатором, а затем и собственником земельного участка, ответчиком 2 в материалы дела представлены следующие сведения.

ФИО4 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 16.10.2008. Основным видом деятельности является деятельность автомобильного грузового транспорта.

Договор аренды земельного участка № 4295/14  от 25.11.2014 между ФИО4 и Администрацией заключен за полтора года до договора субаренды от 01.03.2016 между ФИО4 и должником.

Как было предусмотрено изначально, земельный участок предоставлялся ФИО4 под строительство базы автотранспорта, что согласуется с видами деятельности ФИО4 как индивидуального предпринимателя.

В материалах дела имеется акт выбора земельного участка предпринимателю ФИО4 под строительство базы автотранспорта; расчет предельных (минимальных) размеров земельных участков, где заказчиком указана ФИО4; выданное ФИО4 разрешение на строительство от 25.08.2016; выданное ФИО4 разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 05.10.2017.

ФИО4 также были заключены следующие договоры:

‒ договор №11-СТ-14 на оказание транспортных услуг от 01.11.2014 с ИП ФИО10, согласно которому ИП ФИО10 оказывал услуги бульдозера; 

‒ договор об осуществлении технологического присоединения базы автотранспорта к объектам электросетевого хозяйства от 23.01.2015 № 56-00078П/15 с ОАО «МРСК Северо-Запада»;

‒  договор № 27/ПМ подряда на выполнение кадастровых работ в отношении земельного участка от 17.04.2015 с ИП ФИО11;

‒ договор поставки № 134 оборудования электротехнического назначения от 12.02.2016 с ООО «Трансна.ру»;

‒ договор № 11-5-11-92/062 на выполнение работ по изготовлению технического плана от 30.08.2017 с АО «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ»;

‒ договор № 09-17 на монтаж кровельного укрытия ангара по производственной базе по ул. Заводская, участок 22 от 01.09.2017 с ИП ФИО12;

‒ договор № 113 на поставку и монтаж промышленных секционных ворот от 24.11.2017 с ООО «Радиант».

Факт оказания услуг, поставки товаров со стороны контрагентов ответчика 2 и оплаты данных услуг и товаров со счета ФИО4 подтвержден представленными в материалы дела документами.

Указанные договоры свидетельствуют о фактическом осуществлении ФИО4 мероприятий по созданию и оснащению на спорном земельном участке базы автотранспорта.

Кроме того, ФИО4 также предоставляла автобазу и земельный участок в пользование и аренду иным контрагента помимо должника.

Так, например, ФИО4 и ООО ГСИ Волгоградская фирма «НЗМ» заключен договор временного ответственного хранения № У1601 от 29.05.2018, согласно которому ответчик 2 осуществляла временное хранение ТМЦ в помещении, находящемся по адресу: г. Усинск, промзона, ул. Заводская, д. 22б.

ФИО4 и ООО «Магистраль» заключен договор временного ответственного хранения № 039Р-20 от 15.10.2020, согласно которому ответчик 2 осуществляла временное хранение ТМЦ в помещении, находящемся по адресу: г. Усинск, промзона, ул. Заводская, д. 22б.

ФИО4 и ФИО13 заключен договор аренды № 3/2018А земельного участка от 20.09.2018, согласно которому ФИО13 был предоставлен в аренду земельный участок площадью 1800 кв.м. по адресу: 

<

...>.

01.01.2020, 01.01.2022 между ФИО4 и ФИО13 заключены новые договоры аренды земельного участка аналогичного содержания.

Также ФИО4 заключен трудовой договор № 6 от 18.04.2016 с ФИО14, согласно которому последняя была принята на должность начальника базы автотранспорта.

Ответчиком 2 в материалы дела также представлены доказательства уплаты налогов в отношении спорного имущества, а также фактического несения коммунальных расходов на электроснабжение.

Таким образом, вопреки мнению конкурсного управляющего, в материалы дела представлены достаточные доказательства несения ФИО4 бремени содержания земельного участка и осуществления распоряжения им, что соответствует ее правовому положению как собственника земельного участка.

Настаивая на мнимости сделки, конкурсный управляющий обращает внимание на аффилированность должника в лице руководителя ФИО6 и ФИО4 и отсутствие у ответчика 2 денежных средств на оплату аренды и последующее приобретение в собственность земельного участка.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что сама по себе аффилированность сторон в отсутствие иных пороков сделки не является основанием для признания спорных договоров недействительными.

Относительно финансовой возможности ФИО4 осуществить мероприятия по аренде муниципального земельного участка, его выкупу и строительству базы, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Как отмечалось ранее, стоимость арендной платы в пользу Администрации составляла 244 654 рублей в год. 

Согласно справкам о доходах ФИО4 её совокупный доход в 2016 году составил 1 705 162 рубля 45 копеек; в 2017 году ‒ 1 114 557 рублей 77 копеек; в 2018 году ‒ 1 015 360 рублей 82 копейки. 

Также ФИО4 представлены сведения о заключении ей кредитных договоров с ПАО «Сбербанк»  от 10.07.2014  на сумму 80 720 рублей; от 22.09.2015 на сумму 100 000 рублей;  от 12.04.2016 на сумму 319 082 рублей; от 13.01.2017 на сумму 350 000 рублей; от 23.10.2018 на сумму 106 587 рублей; от 29.10.2018 на сумму 143 282 рубля; от 14.05.2018 на сумму 108 536 рублей; от 29.11.2018 на сумму 214 923 рубля.

Кроме того, ФИО4 состоит в браке с ФИО15 Согласно справкам о доходах 2-НДФЛ доход супруга составил в 2015 году 1 040 568 рублей; в 2016 году ‒ 1 006 188 рублей; в 2017 году  ‒ 1 153 297 рублей.

Также ФИО4 представлены декларации по налогу, уплачиваемому ей как индивидуальным предпринимателем в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2014-2017 годы, которые также подтверждают наличие у ответчика доходов.

Таким образом, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания полагать, что ФИО4 не имела финансовой возможности по оплате аренды и выкупной цены земельного участка.

Доказательства обратного суду не представлены, следовательно, основания полагать, что расходы, связанные с арендой и последующим выкупом земельного участка несла не ФИО4, а сам должник, отсутствуют.

Абстрактный факт потенциальной возможности заключения должником напрямую с Администрацией договора аренды земельного участка не может быть положен основу признания договоров аренды и перечислений по ним  недействительными. Должник, являясь самостоятельным хозяйствующим субъектом,  сам определяет стратегию ведения бизнеса.

Относительно цели заключения спорных договоров аренды и субаренды ФИО6 пояснял, что 28.02.2017 Обществом заключен договор с ООО «ЗНСМ» № 149-17/2Т на выполнение электромонтажных работ; 15.03.2017 с ООО СК «РОСС» № 92-2017-Р по строительству промыслового нефтепровода; 31.05.2017 - с ООО «ЗНСМ» на проектные, строительно-монтажные и пуско-наладочные работы № 428-17-Т, 09.08.2017 - с ООО «ЗНСМ» на обустройство кустовой площадки, 20.09.2017 - с ООО «ЗНСМ» на обустройство куста скважин № 696-17-Т, 20.09.2017 - с ООО «ЗНСМ» на обустройство Харьягинского месторождения №№ 697-17-Т, 698-17-Т, 699-17-Т 03.10.2017 - с ООО «БЭМП» № 8147 на выполнение пуско-наладочных работ, от 18.10.2017 - с ООО «ЗНСМ» на выполнение работ на объекте Блок-бокс системы плавного безударного пуска насосных агрегатов № 832-17-Т и № 833-17-Т на выполнение работ на объекте Система подготовки и закачки воды, и другие. 

С целью исполнения обязательств подрядчика по указанным и иным договорам Обществу требовались производственные базы для выполнения работ, в связи с чем, в том числе, и был арендован спорный земельный участок.

 На арендуемом у ИП ФИО4 земельном участке ООО «ССТ-Усинск» осуществлялась его хозяйственная деятельность. В течение всего срока аренды на земельном участке ООО «ССТ-Усинск» ежедневно проводились различные работы сотрудниками Общества по ремонту и монтажу, ремонту автотранспорта, погрузочно-разгрузочные работы, изготовлению и складированию строительных материалов и иные виды работ.

Указанные пояснения не опровергнуты со стороны конкурсного управляющего.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что ООО «ССТ-Усинск» также арендовало иные земельные участки подлежит отклонению, поскольку данные участки были расположены за пределами Республики Коми.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности со стороны заявителя мнимости спорных договоров.

При данных обстоятельствах основания для удовлетворения жалобы конкурсного управляющего и отмены оспариваемого определения суда первой инстанции отсутствуют. Доводы жалобы сводятся к несогласию заявителя с выводами суда первой инстанции, положенными в обоснование принятого по делу судебного акта, что само по себе не может служить основанием для его отмены.

Апелляционная жалоба конкурсного управляющего удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 258, 268–271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 27.12.2023 по делу № А29-15315/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Специальные системы и технологии – Усинск» ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

А.С. Калинина

ФИО16

ФИО1