ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-49896/15

29 января 2018 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  22 января 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 января 2018 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей Катькиной Н.Н., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Москва»: ФИО2 представитель по доверенности № 436 от 28.11.2016 г. (л.д. 99),

от Межрайонной Инспекции ФНС России № 10 по Московской области: ФИО3 представитель по доверенности № 22-23/952 от 19.09.2017 г.,

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Орехово-Зуевская Стекольная Компания» ФИО4: ФИО5 представитель по доверенности от 11.12.2017 г.; ФИО6 представитель по доверенности от 18.12.2017 г.,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Москва»на определение Арбитражного суда Московской области от 24октября2017 года по делу № А41-49896/15, принятое судьей Денисовым А.Э., по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок, по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Орехово-Зуевская Стекольная Компания» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 15 сентября 2015 года общество с ограниченной ответственностью «Орехово-Зуевская стекольная компания» (далее – ООО «ОЗСК», должник) признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7 

Определением Арбитражного суда Московской области от 31 мая 2016 года конкурсным управляющим ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» утверждена ФИО4 (далее – конкурсный управляющий ФИО4).

Конкурсный управляющий ФИО4 23 мая 2017 года обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительными сделок – платежей, совершенных должником в пользу ООО «Газпром межрегионгаз Москва» по платежным поручениям от 10 января 2014 года № 24, от 30 января 2014 года № 64, от 30 января 2014 года № 65, от 19 февраля 2014 года № 96, от 28 марта2014 года № 390, от 31 марта 2014 года № 391, от 28 февраля 2014 года № 201, от 04 марта 2014 года № 34на общую сумму 48 870 959 руб. 57 коп. и применении последствий их недействительности в виде взыскания с ООО «Газпром межрегионгаз Москва» указанной суммы в конкурсную массу должника (л.д. 5-9).

Определением Арбитражного суда Московской области от 24 октября 2017 года заявленные требования удовлетворены. Сделки, а именно платежи, совершенные                   ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» в пользу ООО «Газпром межрегионгаз Москва»,  на общую сумму в размере 48 870 959 руб. 57 коп. признаны недействительными. Применены последствия недействительности сделки: взыскано с ООО «Газпром межрегионгаз Москва» в пользу ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» 48 870 959 руб. 57 коп. (л.д. 83-86).

Не согласившись с указанным судебным актом, ООО «Газпром межрегионгаз Москва» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований (л.д. 88-97).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ООО «Газпром межрегионгаз Москва» доводы своей апелляционной жалобы поддержал, просил определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт.

Представитель конкурсного управляющего ФИО4 против доводов апелляционной жалобы возражал в полном объеме, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Рассмотрев материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в судебном заседании, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отмене обжалуемого определения суда и отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) закреплено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В обоснование заявленного требования, конкурсный управляющий ФИО4 ссылалась на следующие обстоятельства.

ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» платежными поручениями № 24 от 10 января 2014 года на сумму 20 000 000 руб.; № 64 от 30 января 2014 года на сумму 2 000 000 руб.; № 65 от 30 января 2014 года на сумму 9 929 373 руб. 70 коп.; № 96 от 19 февраля 2014 года на сумму 1 000 000 руб.; № 390 от 28 марта2014 года на сумму 4 300 681 руб. 67 коп.; № 391 от 31 марта 2014 года на сумму 8 628 904 руб. 20 коп. перечислило ООО «Газпром межрегионгаз Москва» денежные средства на общую сумму 45 858 959 руб. 57 коп. за ООО «Имеди 2000» в счет оплаты за поставленный газ.

Также ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания», платежными поручениями №201 от 28 февраля 2014 года на сумму 1 512 000 руб., № 34 от 04 марта 2014 года на сумму 1 500 000 руб. перечислило ООО «Газпром межрегионгаз Москва» денежные средства на общую сумму 3 012 000 руб. за ЗАО «Орехово-Зуевская стекольная компания» в счет оплаты за поставленный газ.

Таким образом, согласно представленным в материалы дела платёжным поручениям, ООО «Газпром межрегионгаз Москва» получило денежные средства в сумме 48 870 959 руб. 57 коп. от ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» в счет оплаты долга третьих лиц (ООО «Имеди 2000» и ОАО «Орехово-Зуевская стекольная компания») за поставку газа.

Оспаривая платежи, конкурсный управляющий считает их недействительными по основаниям, предусмотренными пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 года № 63, для признания сделки недействительной на основании пункта 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд не может признать сделку недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Исходя из вышеизложенного, для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в обязательном порядке подлежит доказыванию факт неплатежеспособности и недостаточности имущества должника на момент ее совершения.

В подтверждение неплатежеспособности должника на момент совершения сделок конкурсный управляющий сослался на сведения бухгалтерского баланса должника на 31 декабря 2013 года, согласно которому активы должника составляли 45,389 млн. руб., следовательно сделки по перечислению денежных средств превышали 20% балансовой стоимости активов должника.

Действительно, по состоянию на 31 декабря 2013 года активы должника составляли 45,389 млн. руб.

Суд первой инстанции правомерно сделал вывод о том, что спорные сделки превышали 20% балансовой стоимости активов должника на последнюю отчетную дату, предшествующую совершению сделок, и сумма перечислений по платежным поручениям превышала балансовую стоимость активов общества. 

А так же правомерно суд первой инстанции установил, что оспариваемые  платежи, совершенные с 10 января 2014 года по 04 марта 2014 года на сумму 48 870 959,57 руб., являются подозрительными сделками согласно положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и были совершены  с нарушением порядка применения статьи 313 ГК РФ, во взаимосвязи с особенностями применения статьи 10 ГК РФ в связи с возбуждением в отношении должника и третьих лиц дел о банкротстве.  

Таким образом, довод заявителя апелляционной жалобы о том, что в период перечисления денежных средств в 2014 году активы должника составляли 757,213 млн. руб., и каждый платеж в отдельности не превышал 20% балансовой стоимости активов должника, является необоснованным и отклоняются апелляционным судом, в связи с указанными обстоятельствами. 

Судом первой инстанции установлено, что у ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» на момент совершения платежей отсутствовали обязательства перед                 ООО «Газпром межрегионгаз Москва», доказательств получения встречного эквивалентного предоставления от ООО «Газпром межрегионгаз Москва» в материалы дела не представлено, что свидетельствует о безвозмездности платежей.

В силу разъяснений абзаца 4 пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, ООО «Газпром межрегионгаз Москва» не доказаны обстоятельства неосведомлённости о причинении вреда должнику и его кредиторам в результате принятия платежей от ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» в счет исполнения обязательств третьих лиц. 

Так, согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Судом первой инстанции установлено, что сумма требований, включённых в реестр требований кредиторов должника, составила 654 211 976 руб. 96 коп., в связи с чем, денежные средства, перечисленные ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» в пользу ООО «Газпром межрегионгаз Москва» за третьих лиц, могли быть использованы на погашение задолженности перед кредиторами должника, что существенно нарушает их права и интересы. 

Таким образом, в результате совершения оспариваемых сделок, без получения эквивалентного встречного предоставления, у должника возникла неплатежеспособность и недостаточность имущества, о чем свидетельствует его задолженность перед другими кредиторами.

Кроме того, в рамках настоящего дела о банкротстве, определением Арбитражного суда Московской области от 07.12.2015 требования ООО «Газпром межрегионгаз Москва» включены в реестр кредиторов третьей очереди ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» с суммой требований 22 681 006 руб. 14 коп. основного долга, 123 504 руб. 07 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 34 311 руб. 44 коп. расходов по оплате госпошлины.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что целями законодательства о банкротстве является защита прав и законных интересов кредиторов, то осуществление платежей должником до возбуждения производства по делу о его банкротстве, направленных на погашение долга третьего лица, оказало предпочтение ООО «Газпром межрегионгаз Москва» перед другими кредиторами и повлияло на ход процедуры банкротства в ущерб интересам должника и конкурсных кредиторов, что свидетельствует об экономической необоснованности действий ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» и о злоупотреблении правом.

На момент совершения спорных платежей третьи лица – ООО «Имеди 2000» и ОАО «Орехово-Зуевская стекольная компания», за которые ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» исполняло денежные обязательства, отвечали признаку неплатежеспособности и не могли в свою очередь погасить перед ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» образовавшуюся задолженность на общую сумму 48 870 959 руб. 57 коп.

Таким образом, суд первой инстанции правильно установил наличие оснований для квалификации оспариваемой сделки как подозрительной (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) с применением последствий недействительности, однако, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника, необоснованно пришел к выводу о том, что срок исковой давности не пропущен. 

В суде первой инстанции ООО «Газпром межрегионгаз Москва» заявлено ходатайство о применении срока исковой давности (л.д. 29-31).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год (п. 2 ст. 181 ГК РФ). 

Согласно п. 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки на основании ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» может быть подано в течение годичного срока исковой давности. 

В соответствии со ст. 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки. 

В соответствии со ст. 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. Если основание недействительности сделки связано с нарушением, совершившим ее от имени должника арбитражным управляющим Закона о банкротстве, исковая давность по заявлению о ее оспаривании исчисляется с момента, когда о наличии оснований для ее оспаривания узнал или должен был узнать следующий арбитражный управляющий.

В п. 26 постановления Пленума Верховного суда РФ 12.11.2001 № 15, Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм гражданского кодекса РФ об исковой давности» указано, что если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требований именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Решением Арбитражного суда Московской области от 15 сентября 2015 года    ООО «ОЗСК» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7 

Определением Арбитражного суда Московской области от 31 мая 2016 освобожден от исполнения обязанностей, конкурсным управляющим утверждена  ФИО4

В соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены Законом о банкротстве. В соответствии с положениями указанной нормы в круг полномочий конкурсного управляющего входит, в том числе оспаривание сделок должника.

В Постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) п. 32 Высшим судом указывается, что при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Начало течения срока давности следует исчислять с момента, когда о наличии соответствующих оснований к оспариванию сделки узнал или должен был узнать первоначально утвержденный конкурсный управляющий. 

Из материалов дела следует, что конкурсный управляющий ФИО7 предпринимал меры по возврату денежных средств, а именно дважды обращался с иском о взыскании с ООО «Газпром межрегионгаз Москва» суммы оспариваемых платежей, в размере 48 870 959 руб. 57 коп., как неосновательного обогащения. Определением Арбитражного суда города Москвы от 11 марта 2016 года по делу № А40-20057/16, определением Арбитражного суда города Москвы от 05 мая 2016 года по делу № А40-76797/16 исковое заявление конкурсного управляющего ФИО7 от 23 января 2016 года принято к производству.

Таким образом, принимая во внимание то обстоятельство, что конкурсный управляющий ФИО7 был осведомлен о факте перечисления спорных денежных средств не позднее 23 января 2016 года (дата подачи искового заявления), а заявление конкурсного управляющего ФИО4 о признании сделок недействительными поступило в Арбитражный суд Московской области 23 мая 2017 года (л.д. 5), указанное заявление подано за пределами годичного срока исковой давности.

Доводы конкурсного управляющего и выводы суда первой инстанции о том, что конкурсный управляющий ФИО4 не могла знать о наличии оснований для оспаривания сделок, в связи с неполучением ею документов бухгалтерского учета от предыдущего конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, поскольку обладающий необходимой квалификацией и профессионализмом управляющий обязан был установить предмет сделки, запросить необходимые документы (банковская выписка по счетам должника) и провести соответствующий анализ. Составление лишь 24.03.2017 аудиторского заключения о бухгалтерской (финансовой) отчетности должника за 2013-2015 годы также не должно приниматься во внимание для исчисления срока исковой давности. У конкурсного управляющего ФИО4 отсутствовали серьезные препятствия для добросовестного исполнения возложенных на нее обязанностей. На момент утверждения ФИО4 конкурсным управляющим должника в производстве Арбитражного суда города Москвы находились дела № А40-20057/16,  № А40-76797/16 о взыскании с ООО «Газпром межрегионгаз Москва» суммы оспариваемых платежей, в размере 48 870 959 руб. 57 коп. Соответствующие сведения были опубликованы в открытом доступе в информационной сети Интернет в том, числе на сайте http://kad.arbitr.ru. Действуя разумно и проявляя требующуюся осмотрительность, конкурсный управляющий должен был установить наличие этих обстоятельств (оснований для оспаривания сделки). 

Согласно второму абзацу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено истцом, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Изложенные выше обстоятельства свидетельствует о том, что конкурсным управляющим должника пропущен срок исковой давности на подачу заявления о признании сделок недействительными с применением последствий недействительности. 

При изложенных обстоятельствах, определение Арбитражного суда Московской области от 24 октября 2017 подлежит отмене (пункт 1 части 1 статьи 270 АПК РФ). В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительной, следует отказать.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 270, 271, пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 24 октября 2017 года по делу № А41-49896/15 – отменить. 

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Орехово-Зуевская стекольная компания» ФИО4 о признании сделки недействительной – отказать.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий судья

В.П. Мизяк

Судьи

Н.Н. Катькина

В.А. Мурина