АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

08 августа 2025 года

Дело №

А21-15694/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 04 августа 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 августа 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бобарыкиной О.А., судей Кустова А.А.,       Старченковой В.В.,

при участии индивидуального предпринимателя ФИО1 и представителя акционерного общества «Янтарьэнергосбыт» представителя ФИО2 (доверенность от 25.08.2023 № 01/44),

рассмотрев 04.08.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Калининградской области от 28.12.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2025 по делу № А21-15694/2019,

установил:

Акционерное общество «Янтарьэнергосбыт», адрес: 236016, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее – Общество), обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к индивидуальному предпринимателю ФИО1, зарегистрированному в г. Калининграде, ИНН 

<

***>, о взыскании         668 078 руб. 23 коп. задолженности за период с апреля 2017 года по ноябрь 2021 года, 695 335 руб. неустойки за нарушение сроков оплаты за период с 20.03.2018 по 05.08.2024 (с учетом моратория с 01.04.2022 по 01.10.2022) и последующим ее начислением, начиная с 06.08.2024 по день фактической уплаты задолженности, исходя из 1/130 ставки рефинансирования Банка России, действующей на день фактической оплаты за каждый день просрочки.

Определениями суда от 12.02.2020, 25.02.2020, 08.07.2020, 15.07.2020, 28.10.2020, 23.12.2020, 16.03.2022, 12.04.2022 в одно производство объединены дела № А21-15162/2019, А21-832/2020, А21-6132/2020, А21-4048/2020, А21-8744/2020, А21-12198/2020, А21-562/2022, А21-1861/2022 с присвоением делу   № А21-15694/2019

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «Янтарьэнерго», муниципальное унитарное предприятие «Озёрская управляющая компания», федеральное государственное казенное учреждение «Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Калининградской области», государственное бюджетное учреждение Калининградской области профессиональная образовательная организация «Колледж агротехнологий и природообустройства», ФИО3 (далее – Третьи лица).

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 28.12.2024, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2025, исковые требования удовлетворены в полном объеме, с предпринимателя ФИО1 в пользу Общества взыскано 668 078 руб. 23 коп. задолженности, 695 335 руб. 69 коп. неустойки за период с 20.03.2018 по 05.08.2024, и 68 350 рублей за период с 06.08.2024 по 23.12.2024 (по дату вынесения решения) с продолжением начисления пени с 24.12.2024 по день фактической уплаты основного долга, исходя из 1/130 ставки рефинансирования Банка России, действующей на день фактической оплаты долга, за каждый день просрочки.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит отменить решение от 28.12.2024 и постановление от 31.03.2025, направить дело на новое рассмотрение.

Податель кассационной жалобы указывает, что суды при рассмотрения дела вышли за пределы исковых требований, признав договор купли-продажи силового электрооборудования трансформаторных подстанций ТП-07-07, ТП-06-08, ТП 08-13, ТП 08-12 от 15.04.2017 недействительным; суды не учли обстоятельства, установленные вступившими в законную силу решениями по делам № 2-3895/2023 и А21-12822/2023, а также передачу нежилых помещений предпринимателем ФИО3 в аренду по договорам от 15.04.2017, от 29.12.2017, от 02.07.2018, от 01.06.2019, от 30.04.2020, от 01.04.2021, от 01.03.2022, от 01.02.2023 и получение ФИО3 актов об осуществлении технологического присоединения с расчетами технологических потерь; судами не дана оценка доводам предпринимателя об обращении Общества с заявлением о включении в реестр кредитора ФИО3 требований в размере 150 682 руб. 46 коп. за потребленную электроэнергию по трансформаторным подстанциям. 

ФИО1 ссылается, что судами не дана оценка доводам о взыскании с ответчика разности показаний приборов учета, а также потерь на кабельных линиях, находящихся за границами трансформаторных подстанций ТП 07-07, ТП 06-08, ТП 08-13, ТП 08-12, не исследованы причины появления значительной разницы между расходами электроэнергии ФИО1 в месяц от - 2 643 кВт до 18 296 кВт и необоснованным дополнительными расходам от 349 кВт до 3 857 кВт. Податель кассационной жалобы полагает, что расчет стоимости электроэнергии произведен истцом на основании показаний прибора учета с истекшим сроком поверки, абоненты в соответствии с заключенными с Обществом договорами оплачивают стоимость электроэнергии с учетом потерь в кабельной линии и нагрузочных потерь трансформатора, которые взыскиваются с предпринимателя повторно.

Кроме этого, податель кассационной жалобы также ссылается на отсутствие в законодательстве определения и правового регулирования понятия «имущественные комплексы», а судами не дана оценка о чрезмерно завышенного и подлежащего снижению в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) размера неустойки.

В отзыве Общество просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы, считая доводы ответчика несостоятельными.

В судебном заседании ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, а представитель Общества - доводы отзыва.

Третьи лица о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, однако представители в судебное заседание не явились, в связи с чем жалоба на основании части 3 статьи 284 АПК РФ рассмотрена в их отсутствие.  

Законность решения и постановления проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, на основании приказов Службы по государственному регулированию цен и тарифов Калининградской области (далее – Служба) от 29.11.2011 № 115-01э/11, от 30.11.2011 № 116-15э/11, с учетом изменений, внесенных приказами от 28.01.2015 № 08-02э/15, от 23.01.2017 № 08-01э/17, Общество с 01.01.2012 является гарантирующим поставщиком электрической энергии на территории Калининградской области.

Предприниматель на основании заключенного с муниципальным унитарным предприятием «Озерск ЖКХ» договора купли-продажи от 16.12.2016 № 1 с 10.04.2017 является собственником трансформаторных подстанций         ТП 07-07, ТП 08-12, ТП 08-13, ТП 06-08, расположенных по адресу: г. Озерск, Озёрский район, Калининградская область, что подтверждается представленной в материалы дела выпиской из единого государственного реестра недвижимости.

Ссылаясь на то, что собственник трансформаторных подстанций предприниматель ФИО1 не исполнил обязанность по оплате потребленной электрической энергии, Общество направило в адрес предпринимателя претензии с требованием об оплате возникшей задолженности. Наличие задолженности и оставление претензии без удовлетворения послужили основанием для обращения в суд с иском.

Руководствуясь статьями 539 и 544 ГК РФ, частью 4 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закона № 35-ФЗ), пунктом 51 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила № 861), пунктами 129, 130, 185-189 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее - Основные положения), суды первой и апелляционной инстанций  признали исковые требования обоснованными по праву и размеру.

Проверив законность принятых судебных актов и обоснованность приведенных в кассационной жалобе доводов, Арбитражный суд Северо-Западного округа не нашел основания для ее удовлетворения.

В силу пункта 1 статьи 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Согласно статье 544 ГК РФ оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учетаэнергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актамиили соглашением сторон. Порядок расчетов за энергию определяется законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Статьями 309, 310 ГК РФ установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В силу пункта 4 статьи 26 Закона № 35-ФЗ сетевая организация или иной владелец электросетевого хозяйства обязаны в установленном порядке по требованию гарантирующего поставщика (энергосбытовой, сетевой организации) оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его собственности объектах электросетевого хозяйства.

В абзаце первом пункта 129 Основных положений установлено, что потери электрической энергии, возникающие в принадлежащих иным владельцам объектов электросетевого хозяйства объектах электросетевого хозяйства, приравниваются к потреблению электрической энергии и оплачиваются иными владельцами в рамках заключенных ими договоров, обеспечивающих продажу электрической энергии (мощности) на розничных рынках, с учетом оплаты стоимости услуг по передаче электрической энергии.

Факт поставки Обществом в спорный период электрической энергии на объекты, принадлежащие на праве собственности ФИО1,  подтвержден материалам дела и предпринимателем не оспаривается.

В кассационной жалобе предприниматель ссылается на передачу нежилых помещений ФИО3 в аренду по договорам от 15.04.2017, от 29.12.2017, от 02.07.2018, от 01.06.2019, от 30.04.2020, от 01.04.2021, от 01.03.2022, от 01.02.2023 и получение ФИО3 актов об осуществлении технологического присоединения с расчетами технологических потерь. 

Вместе с тем указанный довод правомерно отклонен судом апелляционной инстанции ввиду следующего. В письме от 25.04.2017 № 9768 предприниматель ФИО1 сообщил Обществу о приобретении в собственность трансформаторных подстанций ТП 07-07, ТП 07-08, ТП 08-12, расположенных по адресу: 

<

...>, и необходимости отключения данных подстанций от электрических сетей. Письмом от 25.05.2017 № Э/СР/СЧ/7430 Общество отказало предпринимателю в отключении подстанций в связи с наличием субабонентов и, вместе с тем, направило ФИО1 оферту договора энергоснабжения, заключенного с предыдущим собственником трансформаторных подстанций. Указанный договор предприниматель не подписал и письменный отказ от заключения договора Обществу не направил.

Согласно пункту 130 Основных положений при отсутствии заключенного в письменной форме договора о приобретении электрической энергии (мощности) для целей компенсации потерь электрической энергии сетевыми организациями и иными владельцами объектов электросетевого хозяйства оплачивают стоимость фактических потерь электрической энергии, возникающих в границах зоны деятельности которых расположены объекты электросетевого хозяйства сетевой организации (иное владельцы объектов электросетевого хозяйства).

Определение объёма потребления электрической энергии объектами электросетевого хозяйства иных владельцев осуществляется в порядке, установленном пунктами 185 - 189 Основных положений, а в случае непредставления показаний, двукратного недопуска для целей проведения проверки или отсутствия приборов учета на границе таких объектов электросетевого хозяйства, если обязанность по их установке должны были выполнить иные владельцы объектов электросетевого хозяйства, определение объемов потребления электрической энергии осуществляется в соответствии с пунктом 183 настоящего документа.

Надлежащее обеспечение собственниками (владельцами) объектов электросетевого хозяйства перетока электрической энергии ее потребителям, т.е. энергопринимающим устройствам опосредованного присоединения к электрическим сетям территориальной сетевой организации через объекты электросетевого хозяйства указанных собственников (владельцев), при этом такая деятельность не может являться для них источником получения дохода, требует от них несения необходимых затрат (расходов), а также компенсации потерь (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25.04.2019 № 19-П).

Из приведенных норм права следует, что обязанность по оплате потерь электрической энергии возложена не только на сетевые организации, но и на иных законных владельцев объектов электросетевого хозяйства, к которым присоединены энергопринимающие устройства потребителей электрической энергии или иные объекты электроэнергетики.

В обоснование возражений предпринимателем представлен договор купли-продажи электрооборудования от 15.04.2017, являвшийся предметом рассмотрения по делам № А21-2986/2019 и 2-1451/2022. Исходя из правовой позиции судов наличие указанного договора признано недостаточным для перехода права собственности на трансформаторные подстанции            ФИО3 Судами по делу № А21-2986/2019 установлено, что подстанция приобретена ФИО1 как здание с трансформаторным оборудованием, которые вводились в эксплуатацию как единый объект и представляют собой сложную вещь; согласно договору от 16.12.2016 истцу  продана ТП 07-07 как объект – трансформаторная подстанция, а не как объект – здание трансформаторной подстанции, то есть объектом отчуждения являлся комплекс имущества (ТП с установленным в ней оборудованием); при продаже на торгах имущества предприятия-банкрота ТП оценивались и продавались как имущественные комплексы (специализированный имущественный комплекс по передаче электроэнергии) и доказательства того, что ФИО1 были проданы только здания ТП, а электрооборудование осталось за предприятием-банкротом, не имеется.

Процедура переоформления документов о технологическом присоединении регламентируется разделом VIII Правила № 861, в соответствии с пунктами 11, 62 которого к заявлению о переоформлении документов прилагается, помимо прочего, копия документа, подтверждающего право собственности (иного законного основания) на объект капитального строительства (техническое помещение в таком объекте капитального строительства) и (или) копия договора аренды с правом последующей собственности, оформленного с заявлением о переоформлении документации, либо иные документы, предусмотренные законом.

Необходимо отметить, что ссылка предпринимателя ФИО1 на заключенные с ФИО3 договоры от 15.04.2017, от 29.12.2017, от 02.07.2018, от 01.06.2019, от 30.04.2020, от 01.04.2021, от 01.03.2022, от 01.02.2023 и получение ФИО3 актов об осуществлении технологического присоединения с расчетами технологических потерь, является несостоятельной, так как не подтверждает факт регистрации права собственности на спорные ТП за последним. К указанному выводу правомерно пришли суды первой и апелляционной инстанций при рассмотрении данного дела. Здание трансформаторной подстанции и оборудование внутри нее являются единым производственно-технологическим комплексом, имеющим общее назначение и составляющим в совокупности сложную, неделимую вещь, используемую для приема, преобразования и распределения электроэнергии.

На основании вышеизложенного суды пришли к обоснованному выводу о том, что между сторонами сложились правоотношений по поставке электрической энергии, в связи с чем у предпринимателя возникла обязанность по оплате гарантирующему поставщику технологических потерь в трансформаторных подстанциях, потерь в кабельной линии, потерь холостого хода с трансформаторной подстанции, а также стоимости потребленной электрической энергии в размере разницы между показаниями приборов учета, установленных в трансформаторных подстанциях и объемом электроэнергии, потребленной субабонентами, подключенными от трансформаторных подстанций.

Исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения предпринимателя ФИО1 как владельца объектов электросетевого хозяйства от обязанности по оплате стоимости поставленной ему Обществом  (гарантирующим поставщиком) в целях компенсации потерь электрической энергии.

Доводы кассационной жалобы о передаче спорных объектов в аренду третьему лицу опровергаются выводами судов нижестоящих инстанций о непредставлении ответчиком относимых и допустимых доказательств, подтверждающих надлежащую передачу трансформаторных подстанций во владение иного лица. 

В кассационной жалобе предприниматель ФИО1 оспаривает произведенный Обществом расчет потребленной электрической энергии, в частности, указывает на применение неправильного тарифа при определении стоимости потерь. Указанный довод также отклоняется судом округа.

Судами первой и апелляционной инстанций правильно применены абзац 5 пункта 4, абзац 4 пункта 2, абзац 8 пункта 96 и пункт 129 Основных положений. 

Сетевые организации обязаны оплачивать стоимость потерь электрической энергии без оплаты стоимости услуг по передаче электрической энергии, а иные владельцы объектов электросетевого хозяйства оплачивают стоимость электрической энергии, приобретаемой в целях компенсации потерь, с учетом оплаты стоимости услуг по передаче электрической энергии.

Довод о двойном взыскании налога на добавленную стоимость по тарифу, указанному в счетах-фактурах, отклоняется судом округа поскольку опровергается представленными в материалы дела документами. Расчет стоимости поставленной электрической энергии правомерно произведен Обществом как разность показаний прибора учета, учитывающего поступление коммунального ресурса в принадлежащие предпринимателю ФИО1 трансформаторные подстанции, и показаний приборов учета субабонентов.

Довод кассационной жалобы о том, что расчет стоимости электроэнергии произведен Обществом на основании показаний прибора учета с истекшим сроком поверки, тщательно исследован судом апелляционной инстанции и обоснованно отклонен. У суда округа не имеется оснований не согласиться с выводами о том, что на момент проведения расчетов с предпринимателем установленные приборы учета соответствовали государственным стандартам.

В соответствии со статьями 329, 330 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой; неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно абзацу восьмому пункта 2 статьи 37 Закона № 35-ФЗ потребитель или покупатель электрической энергии, несвоевременно и (или) не полностью оплатившие электрическую энергию гарантирующему поставщику или производителю электрической энергии (мощности) на розничном рынке, обязаны уплатить ему пени в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты по день фактической оплаты.

Арифметических возражений по расчету неустойки ФИО1 не представил и кассационная жалоба не содержит.

Довод подателя жалобы о наличии оснований для снижения неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ не подлежат удовлетворению ввиду следующего.

Согласно положениям статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. 

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» критериями для установления несоразмерности неустойки в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

В данном случае истцом заявлена законная неустойка, которая исходя из статьи 330 ГК РФ и разъяснений, изложенных в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», является минимальной суммой имущественной компенсации, на которую вправе претендовать кредитор в случае нарушения обязательства. 

Следовательно, законная неустойка может быть снижена только в исключительных случаях при доказанности должником несоответствия понесенных кредиторов в результате неисполнения обязательства имущественных потерь степени нарушения ответчиком обязательства.

Вопрос о наличии или отсутствии оснований для применения указанной нормы закона арбитражный суд решает с учетом представленных доказательств и конкретных обстоятельств дела. 

Основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 ГК РФ, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 ГК РФ (пункт 72 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»). 

Судом округа не установлено нарушений или неправильного применения норм материального права в части, касающейся применения статьи 333 ГК РФ, 

Оценивая доводы подателя жалобы о несоразмерности взыскиваемой неустойки, суд округа исходит из того, что определение баланса между ее размером и последствиями нарушения обязательства относится к фактическим обстоятельствам спора, которые устанавливает суд при рассмотрении дела по существу.

Доводы, приведенные предпринимателем ФИО1 в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую правовую оценку и обоснованно отклонены судами.

Иное толкование подателем жалобы действующего законодательства Российской Федерации и иная оценка обстоятельств спора, не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права.

Оснований для отмены судебного акта, предусмотренных частью 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам (части 1 и 3 статьи 286 АПК РФ).

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Суды правильно применили нормы материального и процессуального права. В связи с этим кассационная инстанция не находит оснований для иной оценки доказательств (обстоятельств, выводов судов) и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда Калининградской области от 28.12.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2025 по делу № А21-15694/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

О.А. Бобарыкина

Судьи

А.А. Кустов

В.В. Старченкова