ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения арбитражного суда,  

не вступившего в законную силу 

 № 11АП-15428/2024

Дело № А55-26151/2018

г. Самара

29 декабря 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2024 года Постановление в полном объеме изготовлено 29 декабря 2024 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Машьяновой А.В., судей Бондаревой Ю.А., Львова Я.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ромадановым А.А., с участием:  

от ООО "ЮК "Самара" - ФИО1, доверенность 13.05.2021, 

от к/у ООО "Самарский деловой центр" - ФИО2, доверенность от 17.12.2024,  

ФИО3, доверенность от 24.08.2024, иные лица не явились, извещены, 

 рассмотрев в открытом судебном заседании 18 декабря 2024 года в помещении суда в зале  

 № 2 апелляционную жалобу ООО "ЮК "Самара" на определение Арбитражного суда Самарской  

области от 28 августа 2024 года, вынесенное по результатам рассмотрения жалобы ООО "ЮК  

"Самара" на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО5 М-ны  

Александровны и взыскании убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "Самарский деловой центр", 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 20.09.2019 ООО «Самарский деловой центр» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 10.02.2022 ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО5.  

ООО «Юридическая компания «Самара» обратилось в арбитражный суд с жалобой, согласно которой просило признать ненадлежащим исполнение обязанностей конкурсного управляющего ФИО5, выразившегося в следующем:  

- необоснованное перечисление денежных средств в адрес ИП ФИО6 (ОГРНИП 

<

***>) в размере 995 000 руб.;  

- необоснованное перечисление денежных средств в адрес ИП ФИО6 (ОГРНИП 

<

***>) в размере 8 760 000 руб.;  

- необоснованное перечисление денежных средств в адрес ООО Частная охранная организация «Беркут» (ИНН 

<

***>) в размере 8 752 258 руб.  

- взыскать с ФИО5 в пользу ООО «Самарский деловой центр» 18 507 258 руб. в возмещение убытков.  

Определениями Арбитражного суда Самарской области от 12.10.2023, 15.11.2023, 25.04.2024  

к участию в рамках обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены - Управление Росреестра по Самарской области, Союз арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная столица», ООО «Международная страховая группа» (ООО «МСГ») ИНН 

<

***>, АО «Д2 Страхование» ИНН 

<

***>, ООО «Британский страховой дом» (ООО «БСД») ИНН 

<

***>, ИП ФИО6, ООО ЧОО «Беркут».  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.11.2023 судом принято уточнение, согласно которому ООО «ЮК «Самара» просило признать ненадлежащим исполнение обязанностей конкурсного управляющего ООО «Самарский деловой центр» ФИО5, выразившегося в следующем: необоснованное перечисление денежных средств в адрес ИП ФИО6 в размере 995 000 руб. по договору на помывку окон фасада № 33 от 20.04.2023; необоснованное перечисление денежных средств в адрес ИП ФИО6 в размере 10 220 000 руб. по договору возмездного оказания услуг по содержанию территории общего пользования от 31.07.2022; необоснованное перечисление денежных средств ООО ЧОО «Беркут» ИНН 

<

***>, в размере 10 112 258 руб. по договору б/н/22-Ф на оказание охранных услуг от 05.06.2022. Взыскать с ФИО5 в пользу ООО «Самарский деловой центр» 21 327 258 руб. в счёт возмещения убытков.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.08.2024 жалоба ООО «ЮК «Самара», оставлена без удовлетворения.  

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ООО "ЮК "Самара" обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит его отменить.  

В обоснование апелляционной жалобы, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ, указывая на отсутствие в материалах дела документальных доказательств, подтверждающих выполнение работ/оказание услуг по спорным договорам; не обоснована необходимость помывки окон при обращении арендаторов; ИП ФИО6 не представила договоры на оказание услуг промышленного альпинизма; суд первой инстанции необоснованно отклонил ходатайство заявителя об истребовании из уполномоченного органа сведений по движении денежных средств по счетам ИП ФИО6; письма арендаторов, выражающие благодарность за надлежащую помывку окон и охране здания, по мнению кредитора, не свидетельствуют о выполнении работ/оказании услуг по спорным договорам.  

 Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2024 апелляционная жалоба оставлена без движения.  

После устранения заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления апелляционной жалобы без движения, определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 18.12.2024.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

10.12.2024 от конкурсного управляющего ООО "Самарский деловой центр" в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.  

До начала судебного заседания от представителя ООО "ЮК "Самара" поступило письменное ходатайство об истребовании дополнительных документальных доказательств.  

Рассмотрев заявленное ходатайство об истребовании дополнительных документальных доказательств порядке ст.ст. 159, 66 АПК РФ, апелляционный суд отказывает в его в удовлетворении, поскольку не усматривает правовых оснований для его удовлетворения.  

В ходе судебного заседания представитель ООО "ЮК "Самара" поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции.  

Представители конкурсного управляющего ООО "Самарский деловой центр" возражали  

против доводов апелляционной жалобы, просили оставить без изменения определение суда первой инстанции.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Как следует из материалов дела, определением суда от 05.07.2019 требования ООО «СРУБ» включены в реестр требований кредиторов должника третьей очереди в размере 55 327 757,52 руб.  

Определением суда от 05.07.2019 требования ООО «КИНАП-Фитнес» включены в реестр требований кредиторов должника третьей очереди в размере 35 965 154,81 руб.  

Определением суда от 09.12.2019 произведена замена кредитора ООО «СРУБ» с требованием в размере 55 327 757,52 руб., а также замена кредитора ООО «КИНАП-Фитнес» с требованием в размере 35 965 154,81 руб. на правопреемника - ООО «Ю.К. «Самара».  

Определением суда от 02.08.2021 с учетом определения от 24.08.2021 об исправлении опечатки произведена замена кредитора ООО «Ю.К. «Самара» с требованием в размере 22 823 228 руб. на правопреемника – ФИО7  

После проведения общего собрания кредиторов должника от 22.06.2023, на повестку дня которого было вынесено рассмотрение отчета конкурсного управляющего, ООО «Ю.К. Самара» как конкурсный кредитор запросило у должника ряд документов, по результатам ознакомления, с которыми кредитор пришел к выводу, что отдельные сделки были заключены конкурсным управляющим с целью причинения убытков и уменьшения конкурсной массы должника, в обоснование чего привел следующие доводы.  

Между ООО «Самарский деловой центр» (Заказчик) и ИП ФИО6 (Исполнитель) был заключен договор на помывку окон фасада № 33 от 20.04.2023, по условиям которого Заказчик поручил, а Исполнитель принял на себя выполнение мойки окон фасада по адресу: 

<

...>, включая обеспечение расходными материалами и необходимым оборудованием, а Заказчик принял на себя обязательство оплатить эти работы.  

В соответствии с п.3.1 названного договора размер платы за пользование услугами составляет 995 000 руб.  

Пунктом 3.2 договора установлено, что Заказчик производит предоплату в размере 100% путем перевода средств на расчетный счет Исполнителя не позднее 1-го рабочего дня с момента выставления счета.  

Заказчик полностью оплатил услуги по договору. 

Заявитель указывал, что запросил у должника документы, подтверждающие исполнение со стороны ИП ФИО6 обязательств по договору.  

Конкурсный управляющий представил акт № 27 от 31.05.2023, содержащий наименование услуги «мойка окон фасада по адресу: 

<

...> по договору № 33 от 20.04.2023».  

По мнению конкурсного кредитора, из содержания акта невозможно определить, какие именно действия, связанные с мойкой окон фасада на сумму 995 000 руб. были совершены ИП ФИО6, равно как и само ценообразование по договору.  

Также конкурсный кредитор указал на то, что у него вызвало подозрение условие договора о необходимости внесения 100% предоплаты Заказчиком до начала оказания услуги.  

Кроме того, кредитор указал в жалобе, что конкурсным управляющим в ответ на его запрос были предоставлены сведения о сотрудниках ООО «Самарский деловой центр» в виде штатного расписания и списка сотрудников, согласно которым в штате должника имеется административно- клининговый отдел, состоящий из 9 (девяти) сотрудников, в том числе 4 (четырех) уборщиц, 3 (трех) администраторов по режиму и начальника административно-клинигового отдела.  

Данные обстоятельства вызвали у кредитора сомнение в целесообразности и необходимости привлечения для выполнения функций, возложенных на сотрудников должника, сторонней организации, которая, по его мнению, дублирует выполнение трудовых функций штатных сотрудников, получая при этом предоплату стоимости в разы превышающую суммарную заработную плату указанных сотрудников.  

Также кредитор, полагая, что здание, расположенное по адресу: 

<

...> на момент заключения и исполнения спорного договора не являлось собственностью должника, не находилось у него во владении и пользовании по договору аренды, на этом основании также усомнился в целесообразности и обоснованности несения таких расходов за счет имущества или конкурсной массы должника.  

В связи с этим кредитор уплаченную исполнителем заказчику сумму в размере 995 000 руб. рассматривает как убытки, причиненные конкурсным управляющим должнику.  

Кроме того, между должником (заказчик) и ИП ФИО6 (исполнитель) заключен договор от 31.07.2022 возмездного оказания услуг по содержанию (уборке) территории, в соответствии с которым заказчик оплачивает исполнителю работы/услуги по содержанию территории общего пользования по адресу: 

<

...>, общей площадью 25 358 кв.м.  

При этом стоимость работ/услуг определяется из расчета 28,79 руб. за 1 кв.м. убираемой территории. Общая стоимость услуг составляет 730 000 руб. ежемесячно.  

В соответствии с положениями договора о порядке приемки и сдачи работ, отчетным периодом устанавливается 1 (один) месяц. В срок не позднее 3 (трех) рабочих дне по окончании отчетного периода Исполнитель предоставляет Заказчику на подписание Акт приемки выполненных работ/оказанных услуг в двух экземплярах, счет-фактуру и счет на оплату. В течение 2 (двух) рабочих дней после получения Акта приемки выполненных работ/оказанных услуг Заказчик обязан подписать и направить один экземпляр Исполнителю либо при наличии недостатков в качестве оказываемых услуг предоставить Исполнителю мотивированный отказ от его подписания.  

Заявитель указывал, что запросил у должника документы, подтверждающие исполнение со стороны ИП ФИО6 обязательств по договору.  

Конкурсный управляющий представил акты: № 1 от 31.01.2023, № 7 от 28.02.2023, № 15 от 31.03.2023, № 23 от 30.04.2023, № 30 от 31.05.2023, содержащие наименование услуги «уборка прилегающей территории по адресу: 

<

...> по договору от 31.07.2022 за месяц».  

По мнению кредитора, из содержания указанных актов невозможно определить, какие именно действия, связанные с исполнением своих обязательств по договору на сумму 730 000 руб., были совершены ИП ФИО6, равно как и само ценообразование по договору.  

Кредитор также указал в жалобе, что конкурсным управляющим в ответ на его запрос были предоставлены сведения о сотрудниках ООО «Самарский деловой центр» в виде штатного  

расписания и списка сотрудников, согласно которым в штате должника имеется административно-клининговый отдел, состоящий из 9 (девяти) сотрудников, в том числе 4 (четырех) уборщиц, 3 (трех) администраторов по режиму и начальника административно- клинигового отдела.  

Данные обстоятельства вызвали у конкурсного кредитора сомнение в целесообразности и необходимости привлечения для выполнения функций, возложенных на сотрудников трудового коллектива должника, сторонней организации, которая, по его мнению, дублирует выполнение трудовых функций штатных сотрудников, получая при этом оплату в разы превышающую суммарную заработную плату сотрудников.  

В заявлении об увеличении требований, кредитор указывал, что за период с даты заключения данного договора и по состоянию на 20.10.2023 должником выплачена Исполнителю денежная сумма в размере 10 220 000 руб., которые заявитель жалобы рассматривает как убытки, причиненные должнику.  

Также кредитор указывал, что между должником (Заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Беркут» (Исполнитель) был заключен договор № б/н/22-Ф от 05.07.2022 на оказание охранных услуг, в соответствии с п.1.1 которого Исполнитель принял на себя обязательства оказывать Заказчику следующие услуги: охрану объектов и (или) имущества, а также обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования антитеррористической защищенности; консультирование и подготовку рекомендаций по вопросам правомерной защиты от посягательств в срок, предусмотренный договором, согласно техническому заданию.  

В соответствии с п.4 приложения № 1 к договору «Техническое задание на оказание охранных услуг» общие требования к оказанию услуг установлены 1 (одним) постом вооруженной охраны и 2 (двумя) постами вооруженной охраны. Все посты являются стационарными, круглосуточными, одинарными. Для всех постов график несения службы – все дни недели, включая выходные и праздничные дни (с понедельника по воскресенье) – 24/7. При этом круглосуточный одинарный пост охраны представляет собой место, на котором сотрудник охраны исполняет обязанности в 24-часовом режиме с предоставлением времени для приема пищи (2 часа) и отдыха (не менее 4 часов). Таким образом, одновременно в течение суток на охраняемом объекте находятся не более 3-х сотрудников охранной организации.  

В своей жалобе кредитор отметил, что техническим заданием никак не конкретизируются и не устанавливаются конкретные виды услуг по консультированию и подготовке рекомендаций по вопросам правомерной защиты от посягательств в срок, предусмотренный договором, согласно техническому заданию. Заявитель указал, что ему непонятно, какие именно рекомендации, по вопросам защиты от каких посягательств необходимы были конкурсному управляющему.  

В соответствии с п.5.1 договора цена договора определяется из стоимости оказанных услуг за один календарный месяц в размере 680 000 руб.  

Заявитель указывал, что в период с 24.05.2021 по 22.08.2022 услуги охранной организации оказывало ООО ЧОО «Сила» по договору на оказание охранных услуг от 24.05.2021. В соответствии с приложением № 2 к указанному договору стоимость охранных услуг составила 160 000 руб. в месяц, то есть в 4 (четыре) раза дешевле, чем стоимость услуг организации, привлеченной конкурсным управляющим ФИО5  

При этом согласно приложению № 1 к договору с ООО «ЧОО «Сила» на объекте также устанавливались 3 (три) поста охраны, которые функционировали круглосуточно 7 (семь) дней в неделю.  

Конкурсный кредитор со ссылкой на отчет конкурсного управляющего должника от 20.10.2023 в заявлении об увеличении требований указывал, что за период действия вышеуказанного договора должнику причинен ущерб в сумме 10 112 258 руб., который выразился в необоснованном перечислении сумм по указанному выше договору.  

Согласно заявлению кредитора об увеличении требований, общий размер ущерба, причиненный действиями конкурсного управляющего должника по состоянию на 20.10.2023, выразившийся в необоснованном перечислении ИП ФИО6 денежных средств в размере 995 000 руб., необоснованном перечислении ей же денежных средств в размере 10 220 000 руб.,  

необоснованном перечислении ООО ЧОО «Беркут» денежных средств в размере 10 112 258 руб., составляет 21 327 258 руб.  

В дополнениях к указанным доводам жалобы относительно заключения указанных договоров между должником и ИП ФИО6 кредитор указывал на то, что в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в общем доступе отсутствуют сведения о наличии у ИП ФИО6 в штате сотрудников, имеющих допуск к работам, связанным с промышленным альпинизмом, а также отсутствуют сведения о наличии у нее штатных сотрудников, что необходимо для выполнения работ и оказания услуг по договорам, заключенным с должником.  

Также заявитель жалобы со ссылкой на ответ МИФНС России № 21 по Самарской области от 11.03.2024 № 13-029/00624дсп, данный по запросу арбитражного суда об исполнении ИП ФИО6 в период с 2022 по 2024 годы обязанности налогового агента в отношении физических лиц, указывал, что ФИО8, в отношении которой ИП ФИО6 производила налоговые отчисления за 2023-2024, является с 2015 года сотрудником должника по трудовому договору на должности начальника административно-клинингового отдела.  

Дополнительно конкурсный кредитор отмечал, что на момент заключения и исполнения договоров с ИП ФИО6 в штате самого должника имелись и до настоящего времени имеется 9 (девять) сотрудников административно-клинингового отдела, общий размер фонда оплаты труда которых составляет 143 125 руб., в связи с чем ему представляется неясным, в чем имелась целесообразность привлекать для выполнения работ стороннюю организацию со штатом 3 (три) человека, установив ей вознаграждение в размере 730 000 руб. ежемесячно.  

Также кредитор, полагая, что никаких доказательств исполнения ИП ФИО6 доказательств по заключенным между ней и должником договорам в материалы дела представлено не было, считает указанные сделки мнимыми (п.1 ст.170 ГК РФ), совершенными лишь для вида с одной единственной целью – причинить убытки должнику и вывести из конкурсной массы денежные средства в пользу заинтересованных лиц.  

Кроме того, заявитель жалобы, ссылаясь на полученные им заключения ООО «Эксперт» № 165-31-21-156 от 21.02.2024, № 165-31-21-157 от 21.02.2024, № 165-31-21-158 от 21.02.2024 указывал, что рыночная стоимость охранных услуг объекта, расположенного по адресу: г. Самара

<

...>, оказанных в период с июля 2022 по май 2023 составляет 336 000 руб. в месяц; рыночная стоимость услуги на помывку окон фасада составляет 529 697 руб., а рыночная стоимость услуг по содержанию территории, оказанных в период с июля 2022 по декабрь 2022 года составляет 324 000 руб. в месяц, в связи с чем полагает, что вышеуказанные договоры заключены по цене в 2-2,5 раза превышающей рыночную стоимость аналогичных работ (услуг).  

Указанные обстоятельства по мнению конкурсного кредитора являются основанием для удовлетворения жалобы о признании действий (бездействия) конкурсного управляющего неправомерными и о взыскании с него убытков.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался следующим.  

В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве кредиторы, уполномоченный орган вправе обращаться в арбитражный суд с жалобами о нарушении их прав и интересов, в том числе и на действия (бездействие) арбитражных управляющих.  

По смыслу указанной нормы права, основанием удовлетворения жалобы на действия арбитражного управляющего является установление арбитражным судом факта несоответствия этих действий (бездействия) требованиям действующего законодательства, требованиям разумности и добросовестности и нарушение такими действиями прав и законных интересов заявителя.  

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: кредитор должен указать нормы права, которым не соответствуют оспариваемые действия (бездействие), а также обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о  

соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 АПК РФ).  

В соответствии с положениями п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

Таким образом, жалоба на действия арбитражного управляющего может быть удовлетворена при установлении арбитражным судом:  

- или факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей);  

- или факта несоответствия этих действий требованиям разумности; - или факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности.  

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве. Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в действиях, не причиняющих вреда кредиторам, должнику и обществу.  

Интересы должника, кредиторов и общества считаются соблюденными при условии соответствия действий (бездействия) арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, регламентирующих деятельность арбитражного управляющего по осуществлению процедур, применяемых в деле о банкротстве.  

Оценка действий (бездействие) арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.  

Неразумное и недобросовестное осуществление арбитражным управляющим своих прав, а также невыполнение возложенных на него обязанностей, являются основаниями для признания его действий (бездействия) незаконными.  

Цель конкурсного производства заключается в последовательном проведении мероприятий по формированию конкурсной массы и ее реализации для проведения расчетов с кредиторами.  

В статьях 20.3 и 129 Закона о банкротстве определен круг прав и обязанностей конкурсного управляющего, невыполнение которых является основанием для признания действий и бездействия конкурсного управляющего незаконными.  

Действуя разумно и добросовестно в интересах должника, кредиторов и общества, конкурсный управляющий в силу имеющихся у него полномочий и компетенции должен определить стратегию конкурсного производства в отношении должника, в том числе возможность использования его имущества, учитывая, в частности, исключение возможности необоснованного простоя имущества, которое может приносить доход в период осуществления мероприятий по его оценке, подготовке к реализации, наличие объективных предпосылок к продаже предприятия как единого имущественного комплекса.  

Как следует из материалов дела, на основании договора аренды недвижимого имущества от 15.05.2019, заключенного с ФИО9, ООО «Самарский деловой центр» является арендатором нежилого здания (корпус 100) площадью 11 945,10 кв.м., находящегося по адресу: г. Самара, Октябрьский район, ул. Лесная, 23, офисные помещения которого являются предметом договоров аренды, заключенных между должником и третьими лицами.  

Из представленных в материалы дела писем ООО «Клемси Рус» от 12.04.2023, ООО «Нефтегаз комплектация» от 06.04.2023, ООО «СМП Волга» от 05.04.2023 следует, что к должнику как к арендодателю офисных помещений обратились арендаторы с просьбой организовать помывку окон фасада, имеющих высокую степень загрязненности по окончании зимнего сезона.  

Конкурсным управляющим были получены коммерческие предложения на проведение работ по помывке окон фасада по адресу 

<

...>: от ООО «ГК «Престиж» со стоимостью услуг 1 500 000 руб. и сроком выполнения работ 16-20 дней; от ИП  

ФИО10 со стоимостью услуг 1 200 000 руб. и сроком выполнения работ 12-15 рабочих дней.  

Вместе с тем, договор на помывку окон фасада № 33 от 20.04.2023 между должником и ИП ФИО6 на выполнение указанного вида работ заключен по цене 995 000 руб., то есть на более выгодных условиях, чем были предложены другими потенциальными контрагентами.  

Согласно акту № 27 от 31.05.2023 работы, обозначенные как «мойка окон фасада по адресу: 

<

...> по договору № 33 от 20.04.2023» были приняты Заказчиком без претензий по объему, качеству и сроку оказания услуг.  

Кредитором не доказан факт того, что на дату выполнения работ имелись более выгодные коммерческие предложения от организаций с аналогичным перечнем услуг, которые были бы готовы заключить договор и оказать соответствующие услуги.  

Доводы конкурсного кредитора от том, что из содержания акта невозможно определить, какие именно действия, связанные с мойкой окон фасада, были совершены ИП ФИО6, равно как и ценообразование по договору, были отклонены судом первой инстанции, поскольку предмет договора сформулирован сторонами четко и недвусмысленно, в акте выполненных работ их наименование приведено в соответствии с п.1.1 договора, в связи с чем детальное перечисление действий которые предпринял Исполнитель для мойки окон фасада, не требуется, поскольку совокупность таких действий относится к способу исполнения обязательства, выбор которого является прерогативой стороны, на которую исполнение данного обязательства возложено договором.  

Условие п.3.2 договора о внесении предоплаты в размере 100% не противоречит гражданскому законодательству, в то время как заявителем не приведено доводов о том, что подписание договора с указанным условием является отклонением от обычной хозяйственной деятельности и свидетельствует о неразумности и (или) недобросовестности действий конкурсного управляющего.  

Что касается доводов заявителя о том, что у должника имеются сотрудники административно-клинингового отдела, то данное обстоятельство, как указал суд. не может служить доказательством необоснованности заключения спорного договора. Из представленных в материалы дела документов следует, что в штате должника числится 3 (три) уборщицы служебных помещений. Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции, конкурсным управляющим была привлечена сторонняя организация для выполнения специфического вида и объема работ – помывки окон с внешней стороны 9-этажного здания (фасад), что не входит в должностные функции и обязанности уборщиц служебных помещений, а кроме того, требует допуска к работам, связанным с промышленным альпинизмом.  

Согласно п.2.2.1 договора на помывку окон фасада № 33 от 20.04.2023 Исполнитель имеет право привлекать третьих лиц к выполнению обязательств по договору, в связи с чем доводы заявителя жалобы о том, что в штате ИП ФИО6 отсутствуют сотрудники, обладающие допусками к производству работ, связанных с промышленным альпинизмом, не имеют правового значения, поскольку договором не предусмотрена обязанность Исполнителя оказать услуги лично и (или) исключительно силами сотрудников, числящихся в его штате.  

Также судом было установлено, что между должником, как Заказчиком, и ИП ФИО6, как Исполнителем, заключен договор возмездного оказания услуг по содержанию территории от 31.07.2022.  

Предметом договора является содержание (уборка) территории общего пользования по адресу: 

<

...>, общей площадью 25 358 кв.м., на которой осуществляет деятельность Заказчик.  

Исполнитель обязался в течение всего срока действия договора выполнять работы и оказывать услуги по содержанию территории в объеме и согласно условий, указанных в Приложении № 1 к договору, которым установлены виды работ по поддержанию санитарного состояния на прилегающей территории: уборка проезжей части, пешеходных зон, парковок, тротуаров, подметание дорог, сбор мелкого мусора, поливка территории, ремонт и замена тротуарной плитки, покраска и побелка бордюров, выполнение работ по восстановлению асфальтового покрытия, установка разделительных столбиков, ремонт ограждений, помывка мусорных контейнеров, покраска мусорных контейнеров, дезинсекция мусорных площадок,  

заправка урн пакетами, мойка урн снаружи, очистка урн от мусора, замена мусорных баков, выкашивание газонов, контроль и уход за зелеными насаждениями, высадка цветов и покраска вазонов и др. (в летний период), а также уборка территорий ручным способом ежедневно в течение дня, подметание территории от свежевыпавшего снега, обработка пешеходных зон, тротуаров и проезжей части дорог антигололедной смесью, очистка лестниц от наледи, уборка с применением спецтехники, перемещение снега на специально отведенную площадку, очистка контейнерных площадок и др. (зимний период). Данным приложением № 1 также регламентирована периодичность выполнения тех или иных работ – ежедневно, по мере необходимости, 1 (один) раз в неделю и др.  

Общая стоимость услуг определена в размере 730 000 руб. ежемесячно.  

Из представленных в материалы дела актов оказанных услуг № 1 от 31.01.2023, № 7 от 28.02.2023, № 15 от 31.03.2023, № 23 от 30.04.2023, № 30 от 31.05.2023 следует, что услуги под наименованием «уборка прилегающей территории по адресу: 

<

...> по договору от 31.07.2022 за месяц» были приняты Исполнителем без претензий по объемам, качеству и сроку оказания услуг.  

Суд также отклонил доводы заявителя о том, что из актов оказанных услуг невозможно определить, какие именно действия совершены Исполнителем, равно как и ценообразование к договору, поскольку предмет договора в общем виде указан соответствующем разделе договора, конкретные же виды работ, их периодичность подробно регламентированы в приложении № 1 к договору, в связи с чем отсутствие в ежемесячных актах выполненных работ их перечисления не является обстоятельством, указывающим на неясность выполненного объема работ, учитывая, что ежемесячная плата является фиксированной, а не сдельной.  

Таким образом, подписание актов выполненных работ с оговоркой о том, что Заказчик принял работы без претензий по объему, качеству и сроку, указывает на то, что Исполнителем выполнялся весь объем работ, предусмотренный договором.  

Суд также учитывал, что ранее между должником и ИП ФИО11 был заключен договор от 15.11.2021 возмездного оказания услуг по благоустройству и содержанию территории с аналогичным предметом и ежемесячным вознаграждением Исполнителя в размере 735 382 руб., т.е. даже больше на 5 382 руб. ежемесячно.  

Таким образом, действующий договор с ИП ФИО6 от 31.07.2022 заключен с условием о более выгодной цене, соответственно, основания для оценки действий конкурсного управляющего как неразумные и недобросовестные у суда отсутствуют.  

Кредитором не доказан факт того, что на дату выполнения работ имелись более выгодные коммерческие предложения от организаций, оказывающих услуги по содержанию территории, которые были бы готовы заключить договор и оказать соответствующие услуги.  

Доводы заявителя жалобы о том, что один из штатных сотрудников ИП ФИО6 – ФИО8 – также является штатным сотрудником должника на должности начальника административно-клинингового отдела, как указал суд, не свидетельствует том, что в заключении договора отсутствовала необходимость, поскольку исполнение договора осуществляется рабочим персоналом, а должность ФИО8 административно-управленческая.  

Более того, трудовые функции и обязанности ФИО8 в разных местах работы не пересекаются, заключение трудовых договоров о работе по совместительству допускается с неограниченным числом работодателей (ст. 282 ТК РФ).  

Доводы заявителя жалобы о том, что в штате должника имеются сотрудники административно-клинингового отдела также были отклонены судом, поскольку в обязанности уборщиц служебных помещений не входит выполнение работ по благоустройству и содержанию территории общего пользования.  

Доводы кредитора относительно мнимости сделок между должником и ИП ФИО6 и их совершении с единственной целью вывода из конкурсной массы денежных средств в пользу заинтересованных лиц, вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ, никакими доказательствами, как указал суд, не подтверждены и не соответствуют предмету спора согласно заявленному требованию.  

Из материалов дела также не усматривается что ИП ФИО6 является заинтересованным по отношению к должнику лицом, а также то, что стороны совершали сделки лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия (п.1 ст.170 ГК РФ).  

Из представленных в материалы дела ИП ФИО6, а также налоговым органом документов следует, что Исполнитель по вышеуказанным договорам имел в штате дворников, в отношении которых производил налоговые отчисления; кроме того, были представлены сведения о лицах – ФИО12 и ФИО13, которые имели допуск к проведению работ, связанных с промышленным альпинизмом. Указанные обстоятельства подтверждаются также письмами арендаторов ООО «Самарский деловой центр» в ответ на запрос конкурсного управляющего.  

Также между ООО "Самарский деловой центр" (Заказчик) и ООО ЧОО "Беркут" (Исполнитель) заключен договор № б/н/22-Ф от 05.07.2022 на оказание охранных услуг, согласно которому Исполнитель обязался оказать Заказчику следующие услуги: охрана объекта и (или) имущества, а также обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности; консультирование и подготовка рекомендаций Заказчику по вопросам правомерной защиты от противоправных посягательств в срок, предусмотренный договором, согласно техническому заданию (приложение № 1) к договору, а Заказчик обязуется принять и оплатить указанные услуги на условиях, предусмотренных договором.  

Приложением № 1 к договору «Техническое задание на оказание услуг» определены, в частности, общие требования к оказанию услуг и установлено, что охрана осуществляется тремя постами охраны – невооруженным (один пост) и вооруженным (два поста). Все посты являются стационарными, круглосуточными. Техническим заданием определяется их дислокация с конкретизацией функционала охраны, требований к качественным характеристикам и безопасности услуг, требований соответствия Исполнителя нормативным документом.  

Согласно п.5.1 договора стоимость охранных услуг за один календарный месяц определена в размере 680 000 руб.  

Заявитель также указывал, что техническим заданием никак не конкретизируются и не устанавливаются конкретные виды услуг по консультированию и подготовке рекомендаций по вопросам правомерной защиты от посягательств. Заявителю непонятно, какие именно рекомендации, по вопросам защиты от каких посягательств необходимы были конкурсному управляющему.  

Суд первой инстанции признал данные доводы несостоятельными, поскольку из смысла и содержания договора следует, что консультационные услуги являются сопутствующими охранным; в указанной части обязательство Исполнителя сформулировано путем указания на характер оказываемой услуги - консультирование и подготовка рекомендаций, а также объект консультирования - вопросы правомерной защиты от противоправных посягательств, что подразумевает возможность получения любых консультаций и рекомендаций в зависимости от тех или иных обстоятельств.  

Относительно ежемесячного вознаграждения Исполнителя за оказываемые им по договору охранные услуги в размере 680 000 руб. заявитель указал на то, что в период с 24.05.2021 по 22.08.2022 данный вид услуг оказывало ООО ЧОО «Сила» по договору на оказание охранных услуг от 24.05.2021, которым также было предусмотрено наличие круглосуточно функционирующих трех постов охраны, однако, стоимость охранных услуг была определена в размере 160 000 руб., что в четыре раза дешевле, чем по договору с ООО ЧОО «Беркут».  

Отклоняя доводы заявителя в указанной части, конкурсный управляющий отметил, что предыдущий контрагент, с которым был заключен договор на оказание охранных услуг (ООО «ЧОО «Сила») ненадлежащим образом исполнял возложенные на него обязанности, что послужило поводом для расторжения с ним договора, в подтверждение чего представил акт проверки выполнения договорных обязательств от 17.05.2022, из которого следует, что фактически на объекте Заказчика осуществляет работу один пост охраны вместо трех, а кроме того установлен ряд других обстоятельств, свидетельствующих о ненадлежащем исполнении принятых охранной организацией обязательств, что в совокупности свидетельствует о недостаточности мер безопасности, предпринимаемых на объекте.  

Кроме того, конкурсным управляющим в отзыве обращено внимание на то, что территория, на которой осуществляет деятельность должник, представляет собой развлекательный комплекс с наличием в нем ресторанов, баров, кафе, ночных клубов, что является криминогенным фактором и свидетельствует о необходимости уделять особое внимание качеству оказания охранных услуг с целью охраны имущества и лиц от противоправных посягательств.  

На основании поступивших в адрес конкурсного управляющего коммерческих предложений ООО ЧОО «Флагман» № 44 от 08.04.2022 (предложенная цена договора - 820 000 руб.) и ООО ЧОО «Беркут» (предложенная цена договора - 680 000 руб.), последним было выбрано наиболее выгодное предложение, в результате чего заключен вышеуказанный договор.  

При указанных обстоятельствах действия конкурсного управляющего по заключению договора на оказание охранных услуг с ООО ЧОО «Беркут» соответствуют сложившимся обстоятельствам, особенностям имущественного комплекса, на котором осуществляет деятельность должник и, в конечном счете, закрепленной в абзаце пятом пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве возложенной на него обязанности по принятию мер к сохранности имущества должника.  

В дополнении к жалобе заявитель указывал, что для установления рыночной стоимости работ и услуг по спорным договорам, заключенным должником с ИП ФИО6 и ООО ЧОО «Беркут», он обратился в экспертную организацию ООО «Эксперт» и получил следующие заключения эксперта ФИО14: № 165-31-21-156 от 21.02.2024 о том, что рыночная стоимость охранных услуг объекта, расположенного по адресу: 

<

...>, оказанных в период с июля 2022 по май 2023 года составляет 336 000 руб. в месяц; № 165-31-21157 от 21.02.2024 о том, что рыночная стоимость услуги на помывку окон фасада здания, расположенного по адресу: 

<

...>, оказанных в мае 2023 года составляет 529 697 руб.; № 165-31-21-158 от 21.02.2024 о том, что рыночная стоимость услуги по содержанию территории, расположенной по адресу: 

<

...>, оказанных в период с июля 2022 года по декабрь 2022 года, составляет 324 000 руб.  

Оценивая данные заключения в качестве доказательств, приведенных в обоснование доводов жалобы, с позиции их достоверности и достаточности на основании ст.71 АПК РФ, суд первой инстанции указал следующее.  

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 АПК РФ подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.  

В основу представленных заключений об итоговой стоимости услуг положены сведения о стоимости аналогичных услуг на основе данных о цене за единицу измерения (квадратный метр) безотносительно к характеристикам объекта в целом, что представляется некорректным без сравнения с сопоставимым объектом-аналогом.  

Это объясняется тем, что объект должника обладает определенным набором специфических характеристик и представляет собой имущественный досугово-развлекательный комплекс, расположенный на берегу р. Волга в исторической части города Самара с высокой степенью ежедневной проходимости, состоящим из восьми корпусов (зданий) общей площадью 28 242,3 кв.м. и 12 земельных участков общей площадью 47 424 кв.м., а офисное нежилое здание (корпус 100) имеет общую площадь 11 945,10 кв.м., что обусловливает наличие ряда других факторов, помимо площади, влияющих на возможность того или иного контрагента принять на себя исполнение тех или иных обязательств, а также на формирование итоговой цены по определенному виду работ (услуг).  

Ни эксперт, ни указанные в заключениях организации осмотр объекта не осуществляли. 

Аналоги эксперта проверить не представляется возможным. Также те или иные ценовые показатели организаций, выбранных экспертом, безотносительны к конкретному объекту и не указывают на наличие бесспорного намерения специалиста заключить договор по ценам, указанным на сайте соответствующей организации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», а также на дату выполненных работ.  

Таким образом, информация, содержащаяся в представленных заявителем экспертных заключениях, не может безусловно свидетельствовать о возможности заключения с организацией, оказывающей аналогичные услуги, договора с условием о цене, обозначенной экспертом в  

качестве рыночной, в связи с чем содержащиеся в данных заключениях выводы не могут являться доказательством заключения договоров на нерыночных условиях.  

Также судом приняты во внимания выводы рецензента, который отметил, что заключения эксперта не соответствуют требованиям законодательства в части нормативной базы для определения рыночной стоимости услуг, требованиям ФЗ № 135 «Об оценочной деятельности в Российской Федерации». Требования, предъявляемые к отчету об оценке, экспертом не соблюдены. Объект оценки не идентифицирован надлежащим образом, нет отнесения Объекта оценки к рынку услуг г. Самары. Объекты-аналоги выбраны без надлежащего объяснения ценообразующих факторов Объекта оценки. Отсутствует выборка аналогичных предложений в регионе Объекта оценки. Не соблюдены требования логичности, объемности исследований, проверяемости результатов. Кроме того, рецензент отмечает, что в Федеральном законе «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (N 73-ФЗ от 31 мая 2001 года) отсутствует понятие досудебной экспертизы.  

В рецензии также указано на не соблюдение требований Федеральных стандартов оценки (ФСО), в частности: эксперт не идентифицировал объект оценки – услуга; не привел ценообразующие факторы стоимости Объекта оценки (ст. 5 ФСО V); не обосновал отнесение услуг к какому-либо сегменту; не привел выполненный анализ и обзор рынка, к которому отнесен Объект оценки; не мотивировал выбор объектов-аналогов (ст. 10 ФСО III); использовал информацию после даты оценки, не приведя обоснования и не сделав допущение (ст. 12 ФСО III), неверно исчислил корректирующий коэффициент инфляции или не исчислил вовсе для интервальных значений.  

Принимая во внимание вышеперечисленные нарушения, а именно не соблюдение экспертом норм и требований федерального стандарта оценки «Процесс оценки ФСО III», а также стандартов «Подходы и методы оценки (ФСО V)» и «Отчет об оценке ФСО VI» (утверждены Приказом Минэкономразвития России «Об утверждении федеральных стандартов оценки и о внесении изменений в некоторые приказы Минэкономразвития России о федеральных стандартах оценки» № 200 от 14.04.2022), рецензент пришел к выводу, что полученный результат стоимости объекта оценки в заключениях эксперта не обоснован и не достоверен.  

Учитывая изложенные обстоятельства, выводы эксперта в заключениях, не признаны судом обоснованными в связи с чем были отклонены.  

Применительно к заключенным договорам суд указал на следующее. 

В отношении договора № 33 от 20.04.2023 на помывку окон фасада и договора от 05.07.2022 на оказание охранных услуг при выборе контрагента конкурсный управляющий руководствовался конкретными коммерческими предложениями от организаций, выразивших готовность оказать услуги на объекте, и в указанных случаях договоры были заключены на наиболее выгодных для должника условиях, что свидетельствует о добросовестности и разумности действий конкурсного управляющего; что касается договора возмездного оказания услуг от 31.07.2022 по содержанию территории, то в рассматриваемом случае цена договора 730 000 руб. в месяц практически аналогична цене договора от 15.01.2021 (735 382 руб.) о том же предмете, который был заключен в период исполнения обязанностей предыдущим конкурсным управляющим, что также свидетельствует о том, что действия вновь назначенного конкурсного управляющего не отклонялись от стандартов разумности и добросовестности.  

Обеспечение сохранности имущества должника, соблюдение мер безопасности на объекте, содержание (уборка) территории, клининговые услуги являются неотъемлемыми элементами процесса повседневной финансово-хозяйственной деятельности должника и входят в основной круг обязанностей конкурсной управляющего (п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве), направлены на сохранение/увеличение привлекательности объекта, пополнение конкурсной массы.  

Применительно к конкретному должнику выполненные работы суд признал обязательными, которые разумный и добросовестный управляющий не вправе игнорировать, так как в заключении договоров существовала объективная необходимость.  

Сделки заключены конкурсным управляющим в пределах рыночной стоимости, кроме того, на наиболее выгодных условиях по сравнению со всеми иными существовавшими вариантами, иного заявителем не доказано.  

Действия конкурсного управляющего не повлекли негативных последствий, напротив, позволили сохранить и пополнить конкурсную массу.  

Исследовав и оценив доводы сторон и имеющиеся в материалах дела доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что заявителем не доказана недобросовестность и неразумность, неправомерность действий конкурсного управляющего.  

В нарушение статьи 65 АПК РФ заявителем жалобы не представлены доказательства нарушения конкурсным управляющим положений Закона о банкротстве, а также прав и законных интересов заявителя жалобы в результате действий конкурсного управляющего.  

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ доказательства, представленные лицами, участвующими в рассмотрении настоящего обособленного спора, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что обязанности конкурсного управляющего в деле о банкротстве ООО «Самарский деловой центр», исполнялись ФИО5 надлежащим образом, действия конкурсного управляющего соответствуют принципам добросовестности и разумности, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения жалобы в части признания ненадлежащим исполнения обязанностей конкурсного управляющего.  

Требование кредитора о взыскании убытков с конкурсного управляющего суд также посчитал не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.  

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).  

Из разъяснений, содержащихся в п. 48 постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.  

В пункте 2 статьи 15 ГК РФ определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, причинившего вред, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом (статья 1064 ГК РФ).  

Таким образом, предусмотренная приведенными нормами права мера ответственности носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.  

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 11 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.  

В данном случае, поскольку совокупность обстоятельств, необходимых для признания действий (бездействия) конкурсного управляющего неправомерными материалами дела не подтверждена, не имеется оснований и для взыскания с него убытков, т.к. заявителем не доказаны  

ни факт их возникновения и наличия, ни размер, ни причинно-следственная связь между действиями конкурсного управляющего и возникновением убытков.  

На основании изложенного, суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения жалобы кредитора.  

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, при этом считает необходимым отметить следующее.  

В соответствии с нормами Закона о банкротстве, участие арбитражного управляющего в деле о банкротстве должника является обязательным.  

Пунктом 1 статьи 20 Закона о банкротстве установлено, что арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую названным Федеральным законом профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой.  

Основной круг обязанностей (полномочий) арбитражного управляющего определен положениями статьи 20.3, 143, 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания его действий и бездействия незаконными.  

Согласно п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

Права и обязанности конкурсного управляющего обусловлены целями конкурсного производства, которое применяется к должнику с целью соразмерного удовлетворения требований кредиторов (ст. 2 Закона о банкротстве).  

Статьей 60 Закона о банкротстве, предусмотрена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав.  

При этом признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего возможно при установлении факта нарушения такими действиями арбитражного управляющего определенных прав и законных интересов заявителя жалобы, а также предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав заявителей.  

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания распределяется следующим образом: заявитель обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает его права и законные интересы, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.  

Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.  

В конкурсном производстве деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований.  

Преследуя эту цель, арбитражный управляющий должен с одной стороны предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункты 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве).  

С другой стороны деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в  

деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов.  

Для признания действия или бездействия арбитражного управляющего незаконными в порядке статьи 60 Закона о банкротстве необходимо установить:  

- нарушение конкретного закона или иного правового акта (абзацы 4, 5 пункта 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - постановление N 35) при исполнении конкретной обязанности, установленной законом для соответствующей процедуры банкротства должника (Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.06.2011 N ВАС-3883/11 по делу N А68-9940/08);  

- обстоятельства, подтверждающие реальное (а не потенциальное) нарушение прав и/или законных интересов именно заявителя, а не иных лиц (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 08.02.2017 N 309-3016-19854 по делу N А50П-615/2014);  

- признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего должно предполагать устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав заявителя жалобы (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.07.2016 N 301-3015-9258 (2));  

- обстоятельства, подтверждающие, что предполагаемые нарушение прав или законных интересов заявителя жалобы явились следствием конкретных обжалуемых действий (бездействия) самого арбитражного управляющего (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 N 307-ЭС15-16415 по делу N А66-2324/2014), а не вызваны объективными обстоятельствами или действиями (бездействием) третьих лиц (Определение Верховного Суда РФ от 29.10.2018 N 305-ЭС18-16703);  

- наличие причинно-следственной связи между обжалуемыми действиями (бездействием) арбитражного управляющего и предполагаемым нарушением прав и интересов заявителя жалобы.  

Из указанных норм права следует, что при рассмотрении арбитражным судом жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего законодателем предусмотрена возможность признания таких действий (бездействия) незаконными лишь в том случае, если судом установлено, какими конкретными действиями арбитражного управляющего по неисполнению или ненадлежащему исполнению обязанностей, обжалуемыми заявителем, нарушены те или иные права подателя жалобы, и это неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей повлекло или могло повлечь за собой убытки для должника либо его кредиторов.  

В соответствии с ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 1, 2 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ).  

Приняв во внимание изложенные нормы законодательства о банкротстве, а также оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ относимость, допустимость и достоверность каждого имеющегося в материалах дела доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания обжалуемых действий (бездействия) конкурсного управляющего должником не отвечающими требованиям действующего законодательства о банкротстве.  

Предпринятые конкурсным управляющим ФИО5 действия соответствуют принципу целесообразности, законности, добросовестности и разумности. Нарушение прав и законных интересов должника и кредиторов судом не установлено.  

Доказательств объективной возможности более эффективной и разумной реализации мероприятий конкурсного производства заявителями в нарушение п. 5 ст. 20.7 Закона о банкротстве и ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ, не представлено.  

При таких обстоятельствах, основания для признания незаконными действий (бездействия) ФИО5, на которые указывает заявитель, отсутствуют, действия конкурсного управляющего в рассматриваемом деле отвечают критериям разумности и добросовестности.  

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.  

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого в части по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.  

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 28 августа 2024 года по делу № А5526151/2018 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий А.В. Машьянова  

 Судьи Ю.А. Бондарева  

 Я.А. Львов