ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-1511/2018-21

17 октября 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     11 октября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 октября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  судьи И.Н.Барминой,

судей   Н.В.Аносовой, И.В.Юркова, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 26.05.2022, 

рассмотрев апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-24335/2022) ПАО «Национальный Банк «Траст» на определение Арбитражного суда Калининградской области от 24.06.2022 по делу № А21-1511/2018-21 (судья Юшкарев И.Ю.), принятое

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Пятый элемент» ФИО4 

о привлечении ФИО2 

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, 

установил:

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 30.03.2018 в отношении ООО «Пятый элемент» (адрес: 238740, Калининградская обл., Краснознаменский р-н, п. Белкино, ОГРН 

<

***>; далее – Общество) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5. 

Решением суда от 16.07.2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В рамках процедуры конкурсного производства 14.07.2021 конкурсный управляющий обратилась с заявлением о привлечении ФИО2 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с него в порядке субсидиарной ответственности 9 465 936,88 руб.

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на положения статьи 9, пункта 1 статьи 61.12 ФЗ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), полагая, что в срок до 16.11.2017  ФИО2 обязан был обратиться с заявлением о банкротстве ООО «Пятый элемент». Размер ответственности представляет собой сумму требований налоговой инспекции, включенную в реестр требований кредиторов должника.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, была привлечена Межрайонная ИФНС № 2 по Калининградской области.

Определением от 24.06.2022 в удовлетворении заявления отказано. Суд первой инстанции, приняв во внимание предпринятые ответчиком мероприятия по выводу Общества из кризиса, счел недоказанным возникновение у ответчика в срок до 16.11.2017 обязанности обратиться с заявлением о признании должника банкротом. Более того, проверив расчет требования ФНС, суд первой инстанции указал, что часть этого требования возникла до заявленной конкурсным управляющим даты и не связана с деятельностью ФИО2

С апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции от 24.06.2022 обратилось ПАО «Национальный Банк «Траст», которое просит его отменить, вынести по делу новый судебный акт, которым заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности удовлетворить, полагая, что судом первой инстанции не в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; не доказаны имеющие значение для дела обстоятельства; выводы суда, изложенные в судебном акте, не соответствуют обстоятельствам дела. Согласно доводам жалобы, придя к руководству ООО «Пятый элемент» и проанализировав его экономическое состояние, ФИО2, действуя разумно и осмотрительно, не мог не понимать, что погашение Обществом задолженности перед Банком в размере 4 млрд. руб. невозможно в перспективе ближайших нескольких лет, несмотря ни на какие успехи в деятельности предприятия. Не подавая заявление о банкротстве, генеральный директор наращивал кредиторскую задолженность, в том числе и по обязательным платежам. Банк указывает, что задолженность перед ФНС России, образовавшаяся в период работы ФИО2 в должности генерального директора, была установлена судебным актом о включении данного требования в реестр требований кредиторов должника; оснований сомневаться в ее размере не имелось; судебная экспертиза не назначалась.

От Банка в материалы дела поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2, выражая согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что в ходе рассмотрения заявления Банк ни разу не высказал свое мнение по существу заявленных требований; истребуемые судом по ходатайству ответчика документы в материалы дела не представил, сославшись на их отсутствие. 

 В судебном заседании представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве. Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, апелляционный суд, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения, апелляционный суд не установил оснований для его отмены или изменения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, генеральным директором должника в период с 25.04.2017 по 16.07.2018 являлся ФИО2.

Согласно доводам конкурсного управляющего, 16.10.2017 ПАО Банк «ФК Открытие» обратился к ООО «Пятый элемент» с требованиями о досрочном исполнении обязательств в порядке досудебного урегулирования спора в рамках заключенных кредитного договора 

<

***> К от 18.05.2010 в размере 2 768 856 547,16 руб. и договора кредитной линии ЖЗОЗ-8/КЛ от 16.05.2008 в размере 1 219 175 362,81 руб., итого в размере 3 988 031 909,97 руб.

Определением от 30.03.2018 требование ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие», основанное на указанных кредитных договорах, признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Пятый элемент» с общей суммой 4 047 638 330,55 руб.

По данным бухгалтерского баланса за 2016 год совокупный финансовый результат составил минус 141 654 тыс. руб.; за 2017 год - минус 621 213 тыс. руб.

В этой связи, конкурсный управляющий, указывая на то, что за период с апреля 2017 года до 15.10.2017, руководителем не было предпринято мер по выходу предприятия из кризисной ситуации, считает, что 16.11.2017 ФИО2 обязан был обратиться с заявлением о банкротстве ООО «Пятый элемент».

ПАО Банк «ФК Открытие» 14.02.2018 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), которое определением от 21.02.2018 принято к производству.

Таким образом, в вину ответчику на основании статьи 9, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве можно поставить только обязательства, возникшие в период с 17.11.2017 по 20.02.2018.

Согласно расчету конкурсного управляющего, в указанный период у должника возникла задолженность перед ФНС России в общем размере 9 465 936,88 руб., которая была включена в реестр требований кредиторов должника определением от 12.12.2018, и которую конкурсный управляющий просит взыскать с ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности, в связи с необращением последнего в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в срок до 16.11.2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В пунктах 9 и 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 закона.

Между тем, как установлено судом первой инстанции, должник находился в убыточном состоянии задолго до вступления ФИО2 в должность генерального директора, как минимум, с 2010 года, что не препятствовало его хозяйственной деятельности, равно как и привлечению должником кредитных денежных средств в ПАО Банк «ФК Открытие» в размере 26 млн.евро и изменению его условий дополнительными соглашениями, на основании которых продлялся срок возврата кредита.

При этом, после вступления ФИО2 в должность генерального директора, им предпринимался комплекс мер по выходу должника из кризисной ситуации, по результатам которых экономические показатели деятельности должника были улучшены, кредиторская задолженность должника снизилась, была частично погашена задолженность по обязательным платежам.

Приступив к занимаемой должности ФИО2 провел модернизацию завода, в результате чего расчетная мощность была увеличена с 52 млн. усл. кирпичей до 87,7 млн. усл. кирпичей; прирост объема выпуска составил 128,4 %. Выросли качественные показатели выпускаемой продукции. Все это дало возможность получить ЕС сертификат качества продукции; темпы прироста продаж выросли, и в 2018/2017 годах составили 39% и 66%; была выстроена дистрибьюторская сеть в субъектах РФ, Казахстане и в Казани. 

В Калининградской области были заключены контракты с ТОП-6 застройщиков, что положительно отразилось на темпах продаж готовой продукции; в октябре 2017 года были увеличены цены на производимый ООО «Пятый элемент» кирпич, что позволило увеличить выручку предприятия; были уменьшены размеры скидок дилерам с 25 % до 15 %, что позволило получить дополнительный доход; произвел бартер с поставщиками готовой продукцией, что позволило значительно снизить кредиторскую задолженность; изменил систему логистики, что позволило снизить тарифы; провел иные мероприятия, направленные на сокращение расходов предприятия; произвел сокращение штата сотрудников с 252 чел до 181 чел.; значительно сократил (погасил) задолженность перед ФНС, уплатив только за три месяца до начала процедуры банкротства 17 млн. руб.; предпринимал иные меры, направленные на более эффективную работу предприятия в 2017 г.-2018 г. по сравнению с другими периодами.

Так, в результате деятельности ФИО2 объем готовой продукции на складе увеличился с 72,9 млн. руб. до 197,8 млн. руб., выручка увеличилась с 350 млн. руб. до 462 млн. руб., валовая прибыль увеличилась с 82 млн. руб. до 140 млн. руб., убыток с 145 млн. руб. сократился до 31 млн. руб., была погашена задолженность на общую сумму 1 338 млн. руб.

Апелляционным судом учтено, что по состоянию на конец 2016 года совокупные активы должника составляли 2 741 147 тыс.руб., а на конец 2017 года – 2 256 479 тыс.руб., а следовательно, обязательства перед бюджетом в размере 9 465 936,88 руб., с учетом масштаба деятельности должника, не представляют собой задолженность, оплата которой являлась невозможной для должника.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, установив, что неплатежеспособность должника не находится в причинной связи с деятельностью ФИО2, которым, напротив, осуществлялись антикризисные мероприятия по выводу должника из финансового кризиса, погашению его обязательств, увеличения объема производства и выручки, которые соответствуют критериям добросовестности и разумности, пришел к верному выводу о том, что наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, не обосновано и не доказано конкурсным управляющим, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении заявления.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с указанным выводом.

Согласно разъяснениям пункта 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Между тем, в рассматриваемом случае ответчиком обоснована добросовестность и разумность его действий, с которыми по итогам рассмотрения обособленного спора фактически согласились конкурсный управляющий и основной выгодоприобретатель настоящего заявления – ФНС России, поскольку с апелляционными жалобами указанные лица не обращались.

Кроме того, вопреки утверждению Банка, должником надлежащим образом исполнялись обязательства перед налоговой инспекцией, требование которой, включенное в реестр требований кредиторов должника, заявлено в качестве размера субсидиарной ответственности ответчика, вплоть до даты возбуждения в отношении должника процедуры банкротства.

Так, судом первой инстанции установлено, что в реестр требований кредиторов должника включено требование ФНС России только за 4 квартал 2017 года со сроком оплаты 30.03.2018. То есть срок оплаты обязательств перед бюджетом наступил после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (21.02.2018), следовательно, данная задолженность не соответствует критерию пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Согласно объяснениям ответчика, сумма налога НДС за 4 кв. 2017 года в размере 3 439 064 руб. была списана с расчетного счета должника после 25.01.2018, однако временный управляющий должника обратился в налоговый орган с заявлением о возврате суммы уплаченного налога НДС, вследствие чего налоговый орган вернул сумму НДС за 4 кв. 2017 года на счет должника обратно. Следовательно, включенная в реестр требований кредиторов должника задолженность по НДС тем более не может быть включена в расчет ответственности ответчика, ввиду отсутствия его вины в неоплате указанной задолженности.

Срок оплаты суммы налога по имуществу в размере 3 253 957 руб. также наступил после возбуждения в отношении должника процедуры банкротства – 30.03.2018.

 Кроме того, в расчет задолженности налоговой инспекции включена сумма капитализированных платежей в размере 2 225 512,59 руб., которые являются суммой страховых выплат ФИО6, которые были назначены еще в 2009 году приказами № 2500-В от 16.10.2009, № 2501-В от 16.10.2009 и проиндексированы приказом № 111-В от 07.02.2018, то есть также находятся вне пределов вины, и как следствие, ответственности ФИО2 

Таким образом, из требования ФНС России в размере 9 465 936,88 руб., наличие которого поставлено в вину ФИО2, возникновение требования, как минимум, в размере 8 918 533,59 руб. находится вне пределов вины и ответственности ФИО2 Тогда как остальная часть требования либо следует судьбе указанного требования, имея по отношению к нему акцессорный характер, либо совпадает по периоду оплаты с налогом по имуществу и НДС (30.03.2018), либо не отвечает критерию пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, с учетом неполного раскрытия ФНС сведений о периоде и составе задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника.

Также, судом первой инстанции обоснованно отмечено, указанная выше задолженность по налоговым и иным платежам, период образования которой возник после наступления даты объективного банкротства, обусловлена текущей хозяйственной деятельностью должника, выполнением мероприятий экономически обоснованного плана по выводу предприятия из кризиса, и указанная задолженность не является следствием принятия на себя должником дополнительных обязательств.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 9, пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 24.06.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Н. Бармина

 

Судьи

Н.В. Аносова

 И.В. Юрков