﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-5511/2021-ГК

г. Пермь

04 июня 2021 года

Дело № А60-50961/2020

Резолютивная часть постановления объявлена  02 июня 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  04 июня 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего 	Дружининой Л.В.

судей  	Кощеевой М.Н., Григорьевой Н.П.

при ведении протокола судебного заседания секретарём Моор О.А.

при участии:

от истца, Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области-  Чепурин А.В., представитель по доверенности от 27.07.2020, Жуков А.В., представитель по доверенности от 25.09.2020 г.; ответчиков, Старицина А.В., Морозова А.В., Рукавишникова Н.Н.- Кугелев Г.Г., представитель по доверенностям от 05.10.2020, от 03.10.2020,  от 29.01.2021;

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области 

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 03 марта 2021 года 

по делу №А60-50961/2020,

по иску Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области (ОГРН 1036602648928, ИНН 6658065103)

к Бедераку Анатолию Аркадьевичу, Тарасову Владимиру Викторовичу, Мустафаеву Махиру Алимардановичу, Морозову Алексею Валерьевичу, Старицыну Андрею Викторовичу, Рукавишникову Никите Николаевичу, Плотниковой Светлане Ивановне,

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие Волтарс» (ОГРН 1036603989421, ИНН 6661077998), общество с ограниченной ответственностью «Аксиома» (ОГРН 1136658037229, ИНН 6658446821), общество с ограниченной ответственностью «ВекторМед» (ОГРН 1169658051045, ИНН 6671041944), общество с ограниченной ответственностью «А-Медикал Групп» (ОГРН 1176658114940, ИНН 6685143216), общество с ограниченной ответственностью «Медицинский центр» (ОГРН 1169658093560, ИНН 6658490524), общество с ограниченной ответственностью «Спектр» (ОГРН 1035400513224, ИНН 5401205798), инспекция Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга (ОГРН 1046602689495, ИНН 6658040003),

о признании договоров недействительными,

установил:

Управление Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области (далее- Свердловское УФАС России, истец) обратилось в арбитражный суд о признании недействительными договоров доверительного управления и о применении последствий недействительности сделки, предусмотренных п. 1 ст. 167 ГК РФ, а именно: 

- договора доверительного управления 100 % долей в уставном капитале ООО «Аксиома» от 30 ноября 2015 г. между Бедераком Анатолием Аркадьевичем и Морозовым Алексеем Валерьевичем;

 - договора доверительного управления 100 % долей в уставном капитале ООО «А-Медикал Групп» от 7 декабря 2017 г. между Бедераком Анатолием Аркадьевичем и Морозовым Алексеем Валерьевичем;

 - договора доверительного управления 100 % долей в уставном капитале ООО «Медицинский центр» от 17 августа 2016 г. между Бедераком Анатолием Аркадьевичем и Рукавишниковым Никитой Николаевичем;

 - договора доверительного управления 100 % долей в уставном капитале ООО «Вектор Мед» от 29 апреля 2016 г. между Бедераком Анатолием Аркадьевичем и Старицыным Андреем Викторовичем;

- договора доверительного управления 100 % долей в уставном капитале ООО «Аксиома» от 30 ноября 2015 г. между индивидуальным предпринимателем Бедераком Анатолием Аркадьевичем и Морозовым Алексеем Валерьевичем; 

- договора доверительного управления 100 % долей в уставном капитале ООО «А-Медикал Групп» от 7 декабря 2017 г. между индивидуальным предпринимателем Бедераком Анатолием Аркадьевичем и Морозовым Алексеем Валерьевичем;

- договора доверительного управления 100 % долей в уставном капитале ООО «Медицинский центр» от 17 августа 2016 г. между индивидуальным предпринимателем Бедераком Анатолием Аркадьевичем  и Рукавишниковым Никитой Николаевичем; 

- договора доверительного управления 100 % долей в уставном капитале ООО «Вектор Мед» от 29 апреля 2016 г. между индивидуальным предпринимателем Бедераком Анатолием Аркадьевичем и Старицыным Андреем Викторовичем; - Договор доверительного управления 100 % долей в уставном капитале ООО «НПП Волтарс» от 30 ноября 2015 г. между индивидуальным предпринимателем Бедераком Анатолием Аркадьевичем и Тарасовым Владимиром Викторовичем, Мустафаевым Махиром Алимардиновичем;

 - договора доверительного управления 100 % долей в уставном капитале ООО «Спектр» от 30 ноября 2015 г. между индивидуальным предпринимателем Бедераком Анатолием Аркадьевичем и Плотниковой Светланой Ивановной.

Определением суда от 01.12.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора  привлечена ИФНС по Верх- Исетскому району г. Екатеринбурга.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.03.2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

Истец, не согласившись с принятым решением, подал апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить, исковые требования удовлетворить.

В доводах апелляционной жалобы, ссылаясь на условия п. 3.2 договоров доверительного управления, заключенных между Бедераком А.А. и обществами «Аксиома», «А- Медикал Групп», «Вектор Мед», «Медицинский центр», согласно которому  вознаграждение доверительного управляющего составляет чистая прибыль общества по итогам работы за год, направляемая по решению участника на выплату дивидендов по итогам работы за год, указывает на то, что правомочие по распределению чистой прибыли общества между участниками  не перешло к доверительному управляющему. Тем самым, считает, что имеет место совместное  использование долей в размере 100% уставного капитала все общества и доли в таких уставных капиталам фактически  не были переданы в доверительное управление  Бедераку А.А. 

Кроме того, исходя из формулировки условия п. 3.2 указанным договоров, предусматривающей, что вознаграждение доверительного управляющего составляет чистая прибыль, доказывает, что в соответствии с п. 3 ст. 1015 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- Гражданский кодекс)  доверительный управляющий  не может быть выгодоприобретателем по договору доверительного управления имуществом.

В отношении остальных оспариваемых договоров доверительного управления долями обращает внимание на отсутствие в материалах дела доказательств согласованности сторонами размера вознаграждения.

Указывает на мнимый характер оспариваемых сделок, что подтверждается, в частности, отсутствием внесенных в ЕГРЮЛ сведений об обременении долей; о наличии таких договоров сведения на загружались на электронную площадку  при участии обществ в закупочных процедурах; не представлено доказательств исполнения договоров. Представленные в материалы дела решения  об одобрении крупных сделок Бедераком А.А. не могут, по мнению истца, являться надлежащими  доказательствами ввиду неисполнения предусмотренной  п. 3 ст. 67.1 Гражданского кодекса обязанности по нотариальному удостоверению.

В судебном заседании апелляционного суда представитель истца на доводах апелляционной жалобы настаивал, просил жалобу удовлетворить.

Ответчики, ИП Бедерак А.А., Морозов А.В., Старицин А.В., Рукавишников Н.Н., ООО «НПП Волтарс», ООО «Аксиома», ООО «А- Медикал Групп», ООО «Вектор Мед», ООО «Спектр» направили письменные отзывы на апелляционную жалобу, в которых возразили против ее удовлетворения по основаниям, изложенным в отзыве.

Представитель ответчиков в судебном заседании апелляционного суда поддержал доводы, изложенные в жалобе, решение суда просил оставить без изменения.

От третьего лица письменный отзыв на жалобу не поступил, явка представителя в судебное заседание апелляционного суда не обеспечена.

Апелляционным судом жалоба рассмотрена в соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ в отсутствие третьего лица,  извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, 19.12.2019 Управлением Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области было принято Решение № 066/01/11-160/2019, согласно которому в действиях ООО НЛП «Волтарс», ООО «Медицинский центр», ООО «Аксиома», ООО «А-Медикал Групп», ООО «Вектор Мед», ООО «Спектр» были выявлены факты нарушений п. 2 ч. 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, выразившегося в создании картелей - достижении соглашений между хозяйствующими субъектами-конкурентами, а именно:

ООО «Аксиома» и ООО «Медицинский центр» в аукционах №№ 0362100032017000109, 0362100032017000154, 0362100032017000191, 0362100032017000188, 0162200011817000922, 139200000117010776, 339300000317000130, 339300000317000131,387200009117003288;

ООО «Аксиома» и ИП Ноговицын М.В. в аукционах №№ 0362200059617000111, 0362200059617000114, 0362200059617000115, 0362200059617000116;

ООО «Аксиома» и ООО «НПП Волтарс» в аукционе № 0362200071717000493;

ООО «НПП Волтарс» и ИП Ноговицын М.В. в аукционе № 0162200011818000178;

ООО «Спектр» и ООО «Вектор Мед» в аукционах №№ 0362200059617000102,0362200059617000103,0362200059617000104,0362200059 617000117, 0362200059617000118, 0362200059617000119, 0162200011818002564;

ООО «Аксиома» и ООО «Спектр» в аукционах №№ 0162200011817002111;

ООО «АМГ» и ООО «Медицинский центр» в аукционе № 0162200011818000997;

ООО «Вектор Мед» и ООО «Аксиома» в аукционах №№ 0362200059617000120, 0362200059617000121, 0362200059617000130;

ООО «Вектор Мед» и ООО «Медицинский центр» в аукционах №№ 0362200059617000105, 0362200059617000108, 0162200011817002379, 0869200000217000236, 0162200011818003021, 0362200059617000128, 0362200059617000106, 0362200059617000109, 0162200011817002470, 0162200011817002330, 0262100002918000306, 0362200059617000129, 0362200059617000107, 0362200059617000110, 0162200011816002016, 0869200000216001987, 0262100002918000310, 0262100002918000311, 0869200000218001916, 0869200000218003134, что привело к поддержанию цен на торгах.

В обоснование подконтрольности, и, как следствие, отсутствие факта нарушения антимонопольного законодательства при рассмотрении дела № 066/01/11-160/2019 в Свердловское УФАС России ООО НПП «Волтарс», ООО «Аксиома», ООО «Медицинский центр», ООО «Вектор Мед», ООО «АМедикал Групп» были представлены копии следующих договоров доверительного управления Бедераком Анатолием Аркадьевичем 100 % долей в этих Обществах, заключенных соответственно:

- 30.11.2015 с Морозовым Алексеем Валерьевичем, единственным участником ООО «Аксиома»;

- 07.12.2017 с Морозовым Алексеем Валерьевичем, единственным участником ООО «А-Медикал Групп»;

- 17.08.2016 с Рукавишниковым Никитой Николаевичем, единственным участником ООО «Медицинский центр»;

- 29.04.2016 с Старицьшым Андреем Викторовичем, единственным участником ООО «Вектор Мед».

Истец, ссылаясь на нарушение сделками публичных интересов - нарушении пункта 2 части 1 статьи 11 Федерального закона «О защите конкуренции», ничтожности договоров (мнимости) обратился в арбитражный суд с требованиями  о признании  договоров доверительного управления, заключенных между  ответчиками недействительными.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции сослался на обстоятельства, установленные во не вступившем в законную силу судебном акте по делу №А60-18730/2020, а также на иные решения судов, в которых исследовались обстоятельства заключения оспариваемых сделок (по делу №А76-35886/2019, №12-488/2020, №12668/2020, №12-143/2020, №12-106/2021), не усмотрел оснований для выводов о мнимом характере сделок.

Согласно п. 1 ст. 53 АПК РФ В случаях, предусмотренных федеральным законом, государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы вправе обратиться в арбитражный суд в защиту публичных интересов.

В соответствии с п.п.  «б» п. 6 статьи 23 Закона о защите конкуренции антимонопольному органу предоставлено право обращаться в  арбитражный суд с исками о признании недействительными полностью или частично договоров, не соответствующих антимонопольному законодательству.

Как разъяснено в п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 №2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» судам необходимо учитывать, что данное право может быть реализовано антимонопольным органом при состоявшемся факте бездействия лица по устранению выявленных нарушений антимонопольного законодательства.

Отсюда следует, что основанием для обращения антимонопольного органа в арбитражный суд с требованиями о признании сделки, не соответствующей антимонопольному законодательству недействительной является установление факта бездействия лица по устранению выявленных нарушений антимонопольного законодательства.

Поводом для обращения в арбитражный суд с рассматриваемым иском послужили обстоятельства, установленные Свердловским УФАС России и изложенные в решении от 19.12.2019 г., в котором антимонопольный орган установил нарушения ответчиками п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции, выразившиеся в создании картелей- достижении соглашений между хозяйствующими  субъектами- конкурентами, направленных на поддержание цен в аукционах.

В ходе рассмотрения дела антимонопольным органом ответчики свои возражения мотивировали тем, что не являются конкурентами, поскольку входят в одну группу лиц с одним контролирующим их лицом А.А. Бедераком на основании  представленных в материалы дела  договоров доверительного управления, заключенных между Бедераком А.А. и ООО «Аксиома», ООО «СМТ», ООО «Медицинский центр», ООО «Вектор Мед», ООО «АМГ», ООО «НПП Волтарс».

Согласно решению, антимонопольным органом установлено, что в период проведения  рассматриваемых по делу торгов в форме аукциона поименованные общества  реализовывали заранее согласованную данными участниками стратегию поведения, а именно: участвовали  в аукционах  в составе двух  хозяйствующих субъектов «парами», которые имитировали ценовую конкуренцию, снижая нижнюю минимальную цену контракта  от 0,5% до 5%., что свидетельствует также от отказа от активной ценовой конкуренции. Кроме того, установлены  формальные и неформальные связи между указанными обществами, их аффилированность.

По результатам рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства, Свердловский УФАС России пришел к выводу о том, что представленные в дело договоры  доверительного управления не свидетельствуют о переходе  А.А. Бедераку права распоряжения  долями в понимании ст. 209 Гражданского кодекса.

	С учетом установленных антимонопольным органом обстоятельств было принято решение о признании фактов нарушений п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции, выразившихся  в создании картелей- достижении соглашений между хозяйствующими  субъектами- конкурентами.

Принятое Свердловским УФАС России решение от 19.12.2019 г. является предметом рассмотрения в деле №А60-18730/2020.

Тем самым, по мнению истца, совершение оспариваемых сделок являлось целью выйти аффилированной группы лиц из- под действия нормы п. 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

В соответствии с названной нормой признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к:

1) установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат) и (или) наценок;

2) повышению, снижению или поддержанию цен на торгах;

3) разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков);

4) сокращению или прекращению производства товаров;

5) отказу от заключения договоров с определенными продавцами или покупателями (заказчиками).

Как следует из текста искового заявления, действия ответчиков квалифицированы по п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции как действия, которые могут привести к поддержанию цен на торгах.

Вместе с тем,  из обстоятельств проведенных аукционов, при проведении которых ответчиком вменяются нарушения антимонопольного законодательства, следует, что заказчиком определялась нижняя минимальная цена приобретаемых товаров. При этом понятие имитации конкурентной деятельности и незначительное снижение минимальной цены, установленной заказчиком, не может само по себе свидетельствовать о злоупотреблении своими правами со стороны ответчиков- участников аукционов. Наличие между ними соглашения при таких обстоятельствах, не препятствует участию в аукционах иных лиц с предложениями более низкой цены товаров.

Согласно ч. 7 ст. 11 Закона о защите конкуренции положения п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции  не распространяются  на соглашения между хозяйствующими  субъектами, входящими  в одну группу лиц, если одним из таких хозяйствующих субъектов в отношении другого  хозяйствующего субъекта установлен контроль либо если такие хозяйствующие субъекты находятся под контролем одного лица.

Согласно ч. 8 ст. 11 Закона о защите конкуренции под контролем понимается  возможность  физического или юридического лица прямо или косвенно (через юридическое лицо или через несколько юридических лиц) определять  решения, принимаемые другим юридическим лицом, посредством одного или нескольких следующих действий:

распоряжение более чем пятьюдесятью процентами общего

 количества голосов, приходящихся  на голосующие акции (доли), составляющие уставный (складочный) капитал юридического лица;

осуществление функций исполнительного органа юридического

 лица.

По смыслу  положений части 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции приведенное  в этой норме понятие контроля не ограничено  исключительно приобретением права собственности. Контроль физического или юридического лица осуществляется распоряжением более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов либо посредством осуществления  функций  исполнительного органа юридического лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» лицо, являющееся контролирующим  лицом общества, либо лицо, имеющее право давать  обществу обязательные  для него указания, признается  заинтересованным  в совершении  обществом сделки. Контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться  в силу участия в подконтрольной организации, в том числе, на основании договоров доверительного управления имуществом.

Согласно части 1 статьи 1012 Гражданского кодекса, по договору  доверительного управления и имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне  (доверительному управляющему) на определенный срок  имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется  осуществлять управление этим имуществом в интересах доверителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

Как следует из оспариваемых договоров доверительного управления, Бедераку А.А.  как доверительному управляющему в доверительное управление переданы  100% долей в уставном капитале обществ с правами управления обществом, осуществляемыми участником.

В силу указанных договоров  доверительный управляющий  наделен правом голосовать  на общих собраниях участников обществ, участвовать в управлении обществ, осуществляя  права участника, выдвигать  кандидатуры  в органы управления обществ, выполнять  иные юридические  и фактические  действия, вытекающие  из права собственности на долю в уставном капитале  обществ.

Таким образом, договор доверительного управления имуществом подпадает под критерий части 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

Правовая позиция относительно правомерности создания группы юридических лиц, подконтрольной одному лицу посредством заключения с ним договоров доверительного управления подтверждена позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 №306-ЭС19-25279.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса  мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Если же стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то признать такую сделку мнимой нельзя, даже если первоначально они не имели намерения ее исполнять.

Следовательно, в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении сделки по уступке прав требования.

В соответствии с пунктом 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Обосновывая мнимый характер оспариваемых сделок, истец в исковом заявлении в основании своих выводов ссылался на редакцию пунктов 3.2 договоров доверительного управления, которым предусмотрено, что вознаграждение доверительного управляющего  составляет чистая прибыль общества по итогам работы за год, направляемая по решению участника на выплату дивидендов по итогам работы за 2018 год. При этом, как указывает истец, в соответствии с п. 3 ст. 1015 Гражданского кодекса  доверительный управляющий  не может быть выгодоприобретателем по договору доверительного управления имуществом.

В соответствии со ст. 431 Гражданского кодекса при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Вместе с тем, буквальное толкование пункта 3.2 договоров доверительного управления не позволяет сделать вывод о том, что в качестве вознаграждения доверительному управляющему будет выплачиваться вся чистая прибыль общества, а по сути является порядком определения вознаграждения доверительного управляющего. Иного из материалов дела не следует и при отсутствии доказательств злонамеренности сторон при заключении оспариваемых договоров, не может быть истолковано апелляционным судом иным образом.

В подтверждение факта исполнения оспариваемых договоров доверительного управления ответчиком Бедераком А.А. в материалы дела были представлены отчеты доверительного управляющего за период с 2016 по 2018 г.г., протокол №20/01 от 13.01.2020 совещания участников обществ «НПП Волтарс», «Медицинский центр», «Аксиома», «АМГ», «СМТ», «Вектор Мед», «Спектр», собранного по инициативе Бедерака А.А., решение №27/19 от 23.01.2019 г. доверительного управляющего об одобрении крупной сделки с ПАО Банк «Открытие», решение №25/18 от 20.12.2018 г. доверительного управляющего об одобрении совершения  директором  ООО «Аксиома» и ООО «АМГ» от имени обществ  сделки с ПАО Банк «Открытие» в форме поручительства за ООО «НПП Волтарс» перед банком по кредитному договору от 20.12.2018 г., решения №16/17 от 31.07.2017 г., №19/17 от 21.12.2017 г.  доверительного управляющего об одобрении совершения директором ООО «Медицинский центр» от имени общества сделки с АО «Райффайзенбанк», решение №14/ОС от 11.01.2017 г. доверительного управляющего  об одобрении совершения исполнительным директором ООО «НПП «Волтарс» сделок от имени общества по результатам  открытых аукционов в электронной форме  на торговых площадках.

Оснований для выводов о недостоверности указанных доказательств, подтверждающих исполнение договоров доверительного управления, у апелляционного суда также не имеется. 

Доводы апелляционной жалобы о ничтожности решений доверительного управляющего по одобрению сделок по причине неисполнения обязанности, предусмотренной ст. 67.1 Гражданского кодекса о нотариальном удостоверении таких решений, апелляционным судом рассмотрены и отклонены, поскольку в рамках рассматриваемого иска в предмет оценки не входит установление действительности принятых доверительным управляющим решений.

Тем самым, с учетом приведенных, а также иных имеющихся в деле доказательств в их совокупности, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для выводов о мнимом характере оспариваемых сделок.

Иные доводы апелляционной жалобы отклонены апелляционным судом как не являющиеся основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного, безусловных оснований считать, что  заключение оспариваемых сделок было исключительно следствием достигнутого между ответчиками  соглашения как  хозяйствующими субъектами – конкурентами, в целях  создания перечисленные в пунктах 1-5 части 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции последствий, апелляционный суд не усматривает.

Решение суда от 03.03.2021г. является законным. Оснований, предусмотренных статьёй 270 АПК РФ для отмены (изменения) судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Апелляционная жалоба ответчика удовлетворению не подлежит. Государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 03 марта 2021 года по делу №А60-50961/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

Председательствующий  

 Судьи 

Л.В. Дружинина

 

М.Н. Кощеева 

Н.П. Григорьева