ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-114531/2022

10 марта 2025 года

г. Санкт-Петербург

/субс.

Резолютивная часть постановления оглашена 25 февраля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объёме  10 марта 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Н.А.Морозовой, 

судей А.В. Радченко, М.В. Тарасовой,

при ведении протокола секретарём судебного заседания Д.С. Беляевой,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 29.03.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-38620/2024) ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2024 по обособленному спору № А56-114531/2022/субс., принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Прима-Дона» ФИО4 о привлечении ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Прима-Дона»,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Шахтинский электромеханический завод специального машиностроения» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Прима-Дона» несостоятельным (банкротом).

Определением от 18.11.2022 суд первой инстанции принял заявление к производству и возбудил дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением от 24.01.2023 (резолютивная часть от 19.01.2023) арбитражный суд признал заявление кредитора обоснованным, ввёл в отношении ООО «Прима-Дона» процедуру наблюдения, утвердил временным управляющим ФИО4 – члена ассоциации саморегулируемая организация «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие».

Сведения о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 28.01.2023 №16. 

Решением от 18.05.2023 (резолютивная часть от 11.05.2023) суд признал должника несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него конкурсное производство, утвердил в должности конкурсного управляющего ФИО4

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 27.05.2023 №93. 

Конкурсный управляющий 24.01.2024 подал в арбитражный суд заявление о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Прима-Дона» ФИО3 и ФИО1.

Определением от 18.11.2024 суд первой инстанции привлёк к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3, в удовлетворении остальной части заявления отказал, приостановил производство в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

Не согласившись с законностью судебного акта, ФИО3 направил апелляционную жалобу, настаивая на пропуске управляющим срока исковой давности по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, на отсутствии доказательств того, что отказ в передаче документов должника повлёк причинение вреда имущественным правам кредиторов, а также на причинении вреда имущественным правам кредиторов действиями ФИО1

В судебном заседании представитель ФИО1 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, явку представителей не обеспечили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для проведения судебного заседания в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Исходя из пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В пункте 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве закреплено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как усматривается из выписки Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России №24 по г. Санкт-Петербургу в отношении должника, с 11.04.2017 по 26.03.2019 руководителем должника являлся ФИО3, а с 27.03.2019 по 18.11.2019 соответствующие функции выполнял ФИО1

Следовательно, на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве означенные субъекты являлись контролирующими должника лицами в период исполнения своих полномочий.

В апелляционной жалобе ФИО3 настаивает на пропуске управляющим срока исковой давности по предъявленным требованиям.

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Как разъяснено в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление №53), предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что какой-либо из кредиторов узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к ответственности до того, как об этом объективно могли узнать иные кредиторы, по заявлению контролирующего должника лица исковая давность может быть применена к части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, приходящейся на такого информированного кредитора (пункт 1 статьи 200 ГК РФ, абзац первый пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Как уже приводилось выше, должник признан несостоятельным (банкротом) решением арбитражного суда от 18.05.2023, в то время как конкурсный управляющий обратился с настоящим заявлением 24.01.2024, то есть, в пределах предусмотренного пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срока. 

При таком положении апелляционный суд признал несостоятельным суждение апеллянта о пропуске управляющим срока исковой давности на подачу настоящего заявления.

Относительно оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Как видно из материалов дела, вступившим в законную силу определением от 05.12.2023 по обособленному спору №А56-114531/2022/истр.6 арбитражный суд обязал ФИО3 передать конкурсному управляющему документы и товарно-материальные ценности должника.

В апелляционной жалобе ФИО3 ссылается на формальный подход суда первой инстанции, ссылаясь на фактическое отсутствие у него истребуемой документации. 

В то же время, определение арбитражного суда от 05.12.2023 по истребованию документов и товарно-материальных ценностей не было обжаловано в апелляционном порядке и вступило в законную силу.

Кроме того, данным определением установлено наличие документации именно у должника.

Поскольку судом истребованы первичные и бухгалтерские документы, в которых отражены сведения об имуществе и дебиторской задолженности ООО «Прима-Дона», суд пришёл к правильному выводу о том, что отказ в передаче данных документов существенным образом затруднил проведение процедуры банкротства должника.

Апеллянт также указывает, что последним руководителем должника являлся ФИО1, в связи с чем истребуемая документация должника находится у него.

В то же время, в материалы дела не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие фактическую передачу истребуемой документации ФИО1, в частности акт приёма-передачи документов.

Кроме того, не установлено фактическое предоставление ФИО1 доступа к банковским счетам должника, совершение им операций от имени должника, а также участие в хозяйственной деятельности должника иным образом с 27.03.2019.  

Данные обстоятельства также уже являлась предметом оценки арбитражного суда в рамках обособленного спора №А56-114531/2022/истр.6.

В этой связи суд первой инстанции пришёл к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований к ФИО1 в исследуемой части.

Помимо этого, суд первой инстанции установил, что в конце 2018 года, первом квартале 2019 года, то есть в период руководства ФИО3, должником получен товар от различных поставщиков на общую сумму 10 413 868 руб. 50 коп., в том числе от следующих юридических лиц: 

- общества с ограниченной ответственностью «Юг Регион Трейдинг» на сумму 5 098 245 руб. 76 коп.; 

- индивидуального предпринимателя ФИО5 на сумму 1 801 055 руб.; 

- общества с ограниченной ответственностью «Запчасть А» на сумму 498 685 руб. 46 коп.; 

- общества с ограниченной ответственностью «Автолига» на сумму 699 842 руб. 84 коп.; 

- общества с ограниченной ответственностью «ТД «Начало» на сумму 1 800 350 руб. 44 коп.

Означенные обстоятельства подтверждаются счетами-фактурами, представленными конкурсным управляющим в материалы дела.

Согласно сведениям книги продаж за первый квартал 2019 года полученный товар не реализован, а отражённые в ней сведения касаются операций другого характера с иными организациями (общество с ограниченной ответственностью «МСК-Транс», общество с ограниченной ответственностью «Ростовтрансавто»).

При этом основные продажи произведены в  адрес обществ с ограниченной ответственностью «Рамбола», «Арзанас» и «Флагман-МСК», которые, исходя из представленных Федеральной налоговой службы сведений, обладают признаками недействующих юридических лиц.

В этой связи отражение фактов поставки продукции в адрес перечисленных субъектов не может являться надлежащим доказательством реальности таких поставок.

Как уже указывалось выше, в период с 11.04.2017 по 26.03.2019 руководителем должника являлся ФИО3

Какие-либо мотивированные пояснения относительно судьбы поставленного в адрес должника товара ФИО3 не приведены, доводы управляющего об утрате данного имущества вследствие действий ФИО3 не опровергнуты, в связи с чем суд правомерно посчитал существование условий для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В апелляционной жалобе ФИО3 также указывает на уклонение суда первой инстанции от оценки договора уступки прав требований 01.04.2019, заключённого ФИО6 и повлекшим причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов должника.

Как усматривается из материалов дела и установлено арбитражным судом, между ООО «Прима-Дона» (цедент) и ИП ФИО7 (цессионарий) 01.04.2019 заключён договор уступки прав требований №2, по которому цедент уступил цессионарию принадлежащее ему право требования к обществу с ограниченной ответственностью «Меридиан» в размере 66 672 373 руб., возникшее вследствие исполнения договора поставки угля от 01.11.2017 №01-11/2017 вместе с правом требования договорных и законных процентов в виде неустойки, пени, штрафов, а цессионарий принял такое право требования. 

В соответствии с пунктом 3.1. данного договора стоимость уступаемых прав требований составляет 1 350 000 руб. 

По акту №1 приёма-передачи документов к договору должник передал предпринимателю документы, подтверждающие наличие прав требований. 

ООО «Меридиан» частично погасило требования в пользу ИП ФИО7 на сумму 26 170 500 руб.

В то же время в материалы дела представлено заключение специалиста №87/2024-ПЧИ (почерковедческое исследование), в соответствии с которым подпись в договоре уступки прав требований от 01.04.2019 выполнена не самим ФИО1, а иным лицом.

Выводы данного заключения специалиста не были опровергнуты лицами, участвующими в деле.

Данные обстоятельства также уже являлись предметом оценки судов первой и апелляционной инстанций в рамках обособленного спора №А56-114531/2022/сд.4, которыми установлено, что спорный договор цессии был заключён не ФИО1

В материалы настоящего спора не представлено документов об обратном. 

Кроме того, ФИО3 не пояснил, ввиду чего в период его руководства должником он не принял мер по взысканию с ООО «Меридиан» задолженности, возникшей ещё в 2017-2018 годах, тем самым предоставив неоправданную отсрочку по оплате за поставленный товар.

Более того, апеллянт также не раскрыл обстоятельств обоснованности получения 10 420 000 руб. от ООО «Шахтинский электромеханический завод специального машиностроения» и их использования в деятельности должника, при том, что именно данная задолженность послужила поводом для инициирования дела о банкротстве ООО «Прима-Дона».

Следовательно, приведённый выше довод апеллянта также подлежит отклонению как не имеющий правового значения в рамках настоящего обособленного спора.

Проанализировав всё выше изложенное, суд первой инстанции правомерно признал доказанным наличие условий для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества ФИО3, отказав в притязаниях управляющего в остальной части.

Арбитражный суд вынес законный и обоснованный судебный акт, оснований, включая процессуальных для отмены или изменения которого, апелляционная инстанция не выявила.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2024 по делу №  А56-114531/2022/субс. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи

А.В. Радченко

 М.В. Тарасова