Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-1542/2020

16 июня 2020 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июня 2020 года. Полный текст  постановления изготовлен 16 июня 2020 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего     Пичининой И.Е.

судей                                       Воронцова А.И., Ротаря С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 29.08.2019  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу  Захарова Егора Константиновича

на определение от  17.02.2020

по делу № А73-21766/2018 (вх.65155)

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению финансового управляющего ФИО5 

к ФИО4

о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок

третьи лица: ФИО6, ФИО7

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца г. Хабаровск, дата смерти: 14.07.2017)

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 14.12.2018 по заявлению Акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» (далее - Банк) возбуждено производство по настоящему делу о признании ФИО8 (далее - должник) несостоятельным (банкротом). 

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 19.02.2019 (резолютивная часть от 12.02.2019) умерший гражданин-должник ФИО8 признан банкротом, в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО5 (далее - финансовый управляющий, заявитель). Этим же судебным актом при банкротстве умершего гражданина-должника применены правила параграфа 4 главы Х Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

28.05.2019 финансовый управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании сделок должника, в котором заявитель просил на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признать недействительными сделки должника – договоры купли-продажи транспортных средств от 07.04.2016:

- автомобиля «Ниссан Дизель» государственный регистрационный знак 

<

***> 1995 года изготовления, шасси (рама) № ВКR66Е-7740602, двигатель дизельный № 4 HF1 340997, цвет серый, 

- автомобиля «Ниссан ФИО9», государственный регистрационный знак 

<

***> 1994 года изготовления, шасси (рама) №СМ89ЕS00289, двигатель дизельный № FE6-133078В, цвет белый, 

- автомобиля марки «TOYOTA SUCCED», 2005 года изготовления, кузов № NCР51-0096847, двигатель бензиновый № 1NZ-В663937, цвет белый,

заключенных между должником и ФИО4 (далее - ответчик), и применить последствия недействительности сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу. 

В части применения последствий недействительности сделок просил применить последствия недействительности договора купли-продажи от 07.04.2016 автомобиля «Ниссан Дизель» государственный регистрационный знак 

<

***> 1995 года изготовления, шасси (рама) № ВКR66Е-7740602, двигатель дизельный № 4 HF1 340997,  цвет серый, в виде взыскания с ответчика рыночной стоимости данного транспортного средства в сумме 555 000 руб.

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 25.06.2019 к участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, ФИО7.

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 17.02.2020 заявление финансового управляющего удовлетворено в полном объёме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить судебный акт, отказав в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы заявитель приводит доводы о том, что заключенные сделки не имели цели причинения имущественного вреда кредиторов. Ссылается на наличие у должника имущества в размере достаточном для погашения обязательств кредиторов,  указывает, что на момент совершения сделок требование о досрочном возврате кредита ООО «Восход-Стройкомплекс» не было предъявлено, которое также не представлено в материалы дела. По мнению заявителя, требования к ООО «Восход-Стройкомплекс» могли быть удовлетворены на момент заключения сделок за счёт имущества основного должника. Заявитель ссылается на бездействие финансового управляющего по реализации имущественных прав должника, что не обеспечивает пополнение конкурсной массы. Считает подтвержденными материалами дела  наличие финансовой возможности у ответчика на приобретение  имущества и факт передачи денежных средств представителю должника.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий должника ФИО5 возражает против доводов заявителя, считает жалобу необоснованной, просит определение суда оставить без изменения.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ФИО2 поддержал апелляционную жалобу заявителя, считая её подлежащей удовлетворению, а определение суда – отмене с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных  участвующий в деле лиц, не обеспечивших явку представителей, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Законность и обоснованность судебного акта проверены апелляционным судом в порядке главы 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между должником (продавец) и ответчиком (покупатель) заключено три договора купли-продажи транспортного средства от 07.04.2016, по условиям которых продавец продает, а покупатель приобретает принадлежащие продавцу транспортные средства: 

- автомобиль «Ниссан Дизель» государственный регистрационный знак 

<

***> 1995 года изготовления, шасси (рама) № ВКR66Е-7740602, двигатель дизельный № 4 HF1 340997, цвет серый; 

- автомобиль «Ниссан ФИО9», государственный регистрационный знак 

<

***> 1994 года изготовления, шасси (рама) № СМ89ЕS00289, двигатель дизельный № FE6-133078В, цвет белый;

- автомобиль марки «TOYOTA SUCCED», 2005 года изготовления, кузов № NCР51-0096847, двигатель бензиновый № 1NZ-В663937, цвет белый (далее – Транспортные средства);

по цене 10 000 руб. каждое (пункты 1.1, 3.1).

В соответствии с паспортами транспортных средств, органами ГИДББ осуществлена регистрация нового собственника– ФИО4 на основании договоров от 26.03.2016 с указанием в особых отметках сведений о договорах купли-продажи от 07.04.2016, заверенных подписями сторон данных договоров.

Согласно сведениям о регистрационных действиях, приложенным к письму УМВД России по Хабаровскому краю от 08.04.2019, одно из Транспортных средств, а именно: автомобиль «Ниссан Дизель» 1995 года изготовления, отчуждено ФИО4 далее. Так, в качестве собственников Транспортного средства зарегистрирован ФИО6, а затем – ФИО7

Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что денежные средства по договорам фактически не передавались, целью совершения сделок являлся вывод ликвидного имущества должника с целью избежать дальнейшего обращения взыскания на спорное имущество, обратился в арбитражный суд с настоящими заявлениями.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 2, 19, 61.1, 61.2, 61.6, 213.9, 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее -  Закон о банкротстве), пришёл к выводу, что указанные сделки по своему характеру фактически направленны на сокрытие ликвидного имущества от взыскания путём передачи сыну должника (заинтересованному лицу) в предбанкротный период, когда должнику было известно о прекращении исполнения обязательств по кредитным договорам, в котором должник выступал поручителем подконтрольного лица.

Возражая против выводов суда первой инстанции в апелляционной жалобе заявитель приводит доводы о том, что судом сделан ошибочный вывод об отсутствии финансовой возможности, о реальности договоров и факта исполнения обязательств по ним, а также об отсутствии цели совершения сделок по причинению вреда имущественным интересам кредиторов, так как на момент их совершения должник не отвечал признакам несостоятельности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

  В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанныхсделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для признания сделки недействительной по основанию п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В рассматриваемом случае договоры купли-продажи заключены в период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, что не оспаривается участвующими в деле лицами.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу решением Хабаровского районного суда Хабаровского края от 24.11.2016 по делу № 2-2507/2016 с ФИО8 в пользу Банка взыскана задолженность по данному кредитному договору от 21.07.2014 № 147001/0176, заключенному между Банком и должником, в размере 7 305 846,41 руб., из которых: 6 687 825,08 руб. – основной долг; 616 021,33 руб. – проценты за пользование кредитом; 2 000 руб. – пени, а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 44 729,23 руб.

Названным судебным актом установлено,  что взысканная по кредитному договору от 21.07.2014 № 147001/0176 задолженность образовалась по состоянию на 31.03.2016 (то есть до заключения оспоренных в рамках рассматриваемого спора сделок). Здесь же отмечено, что Банк в своем заявлении сослался на то, что просрочки по оплате основного долга и процентов допущены должником с октября 2015 года, в связи с чем Банком неоднократно направлялись должнику уведомления о погашении задолженности, а также письменное требование о досрочном исполнении кредитных обязательств (исх. № 075-49-07/65 от 25.02.2016), которые остались со стороны должника без надлежащего удовлетворения.

Взысканная решением суда общей юрисдикции от 24.11.2016 задолженность в полном объеме с учетом произведенных Банком доначислений по состоянию на 22.11.2018 включена в реестр требований кредиторов должника, принятым в рамках настоящего дела о банкротстве должника решением от 19.02.2019.

Кроме того, между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Восход-Стройкомплекс» заключен кредитный договор от 14.11.2014 № 1221/9070/0009/119/14, в обеспечение исполнения обязательств по которому с должником заключен договор поручительства от 14.11.2014 № 12/9070/0009/119/14П05. В связи с неисполнением кредитных обязательств участниками сделки решением Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная палата» по делу № Т/ХБК/16/2879 от 15.07.2016 с должника солидарно с иными лицами взыскана задолженность по договору кредитования от 14.11.2014 № 1221/9070/0009/119/14 в размере 22 644 974,25 руб., из них 18 947 000 руб. - основной долг, 1 344 108,60 руб. - проценты за пользование кредитом, 2 158 865,65 - неустойка, 195 000 руб.- третейский сбор. На основании решения третейского суда Железнодорожным районным судом г. Хабаровска вынесено определение о выдаче исполнительного листа, а также о взыскании судебных расходов в размере 375 руб. Задолженность, взысканная решением третейского суда осталась не погашенной в полном объеме.

К заявлению ПАО «Сбербанк России» о включении требований в размере 22 644 974,25 руб. приложено требование от 01.04.2016, адресованное должнику, о досрочном возврате суммы кредита, процентов за пользование кредитом и уплате неустойки, в котором отмечено, что по состоянию на 01.04.2016 обязательства по кредитному договору от 14.11.2014 № 1221/9070/0009/119/14 ООО «Восход-Стройкомплекс» исполнены не в полном объеме, допущена просрочка задолженности. 

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 21.06.2018, вынесенным в рамках дела № А73-13049/2016 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Восход-Стройкомплекс», установлено, что общество прекратило погашение кредитных обязательств перед ПАО «Сбербанк России» с марта 2016 года (стр. 16 решения третейского суда от 15.07.2016№ Т/ХБК/16/2879).

Таким образом, в силу положений статьи 69 АПК РФ подтверждается фактическое прекращение исполнения обязательств должником с октября 2015 года. Кроме того, должник, являясь учредителем ООО «Восход-Стройкомплекс» и поручителем по его обязательствам, на момент совершения оспариваемой сделки был осведомлён о прекращении исполнения обязательств ООО «Восход-Стройкомплекс» по кредитам с марта 2016 года, а также о финансовом состоянии контролируемого лица, которое впоследствии было признано банкротом в рамках дела № А73-13049/2016. Следовательно, должник как руководитель и поручитель знал о последствиях в виде обязанности по солидарному погашению долга.

В предбанкротный период, являясь осведомлённым о наличии значительного объёма обязательств, должник произвел отчуждение недвижимого имущества по договорам дарения от 27.05.2016 (3 сделки), от 23.06.2016 (2 сделки) в пользу ответчика, которые впоследствии признаны недействительными определением Арбитражного суда Хабаровского края от 19.06.2019. 

В мотивировочной части названного судебного акта отмечено, что представитель ответчика, принимавший участие в судебном заседании арбитражного суда 19.06.2019, отвечая на вопросы суда, пояснил, что после реализации транспортных средств и недвижимого имущества у должника иного движимого и недвижимого имущества не осталось (кроме имущества, переданного в залог Банку).

Принимая во внимание положения статей 2, 61.2 Закона о банкротстве, исходя из реальных обстоятельств дела, судом первой инстанции правомерно установлено, что должник на момент совершения сделки прекратил исполнение обязательств по кредитным договорам, был осведомлён о предстоящем привлечении к солидарной ответственности по договору поручительства, следовательно, фактически обладал признаком неплатёжеспособности, а в результате совершения оспариваемых сделок по выводу активов, начал обладать признаком недостаточности имущества.

В силу положений статьи 19 Закона о банкротстве, что не оспаривается участвующими в деле лицами, ответчик как сын должника, входил с последним в одну группу лиц и являлся заинтересованным, следовательно, был информирован как о финансовом состоянии должника, так и о целях совершения сделок, предполагавших вывод всей ликвидной массы имущества.

Вред имущественным правам и интересам кредиторов, как верно указано судом  первой инстанции, состоял в безвозмездной передаче имущества, что следует из отсутствия доказательств уплаты денежных средств.

Кроме того, апелляционная коллегия отмечает, что указанная в оспариваемых сделках цена имущества в размере 10 000 руб. за единицу транспортного средства - также по своей сути являлась заниженной по сравнению с ценой, предполагаемой к оплате по рыночным условиям, согласно представленным финансовым управляющим объявлениям по продаже аналогичных транспортных средств по техническим характеристикам в схожий период, с учетом даты  заключения сделок.

Из позиции ответчика, а также исходя из условий отчуждения транспортного средства – автомобиля «Ниссан Дизель» государственный регистрационный знак 

<

***> 1995 года изготовления, шасси (рама) № ВКR66Е-7740602, двигатель дизельный № 4 HF1 340997, цвет серый; проданного ответчиком ФИО6, а затем проданного ФИО7; следует, что обстоятельства существенного занижения цены транспортных средств по условиям договора  не оспариваются.

Возражая против выводов суда первой инстанции, заявитель ссылается на отчуждение имущества фактически по иной цене:

- автомобиля «Ниссан Дизель» государственный регистрационный знак 

<

***> 1995 года изготовления, шасси (рама) № ВКR66Е-7740602, двигатель дизельный № 4 HF1 340997, цвет серый, по стоимости 650 000 руб.;

- автомобиля «Ниссан ФИО9», государственный регистрационный знак 

<

***> 1994 года изготовления, шасси (рама) №СМ89ЕS00289, двигатель дизельный № FE6-133078В, цвет белый, по стоимости 600 000 руб.; 

- автомобиля марки «TOYOTA SUCCED», 2005 года изготовления, кузов № NCР51-0096847, двигатель бензиновый № 1NZ-В663937, цвет белый, по стоимости 300 000 руб.

В подтверждение данных доводов заявителем были представлены расписки от 07.04.2016 о получении денежных средств ФИО10 от ответчика в интересах должника.

Положениями ст. 10 ГК РФ установлена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений.

Вместе с тем, при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) установлены повышенные стандарты доказывания при рассмотрении заявлений сторон, в том числе, при доказывании наличия правоотношений с должником.

Так, исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018, арбитражный управляющий и кредиторы должника должны заявить доводы и (или) указать на доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и кредитором в обоснование наличия задолженности. Бремя опровержения этих сомнений лежит на кредиторе как на лице, которое при наличии фактических отношений имеет возможность для подтверждения своей позиции и опровержение разумных сомнений.

С учетом данных разъяснений и при наличии возражений финансового управляющего на заключении сделок в условиях заинтересованности при одновременно выведении всего ликвидного имущества должника из конкурсной массы, суд первой инстанции определением от 25.09.2019 предложил ответчику представить письменные доказательства,  подтверждающие наличие у него на дату совершения спорной сделки финансовой возможности передачи должнику денежных средств в размере, указанном в расписках от 07.04.2016, а также доказательства расходования должником этих денежных средств (с учетом заинтересованности между сторонами сделки).

Во исполнение требований суда первой инстанции ответчиком представлены выписки с расчётного счёта и мемориальные ордера.

Проверяя указанные документам по правилам части 1 статьи 64, части 2 статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что они не могут быть признаны надлежащими доказательствами, подтверждающими оплату по договору.

Раскрывая конструкцию заключения и исполнения договора, при котором сделки совершались между должником и заинтересованным лицом, а исполнение производилось в пользу должника через ФИО10, действовавшего на основании доверенности, ответчик и ФИО10 пояснили, что в связи с болезнью ФИО8 и частым нахождением на лечении, в том числе за пределами Российской Федерации, была оформлена генеральная доверенность у нотариуса, на основании которой ФИО10 по указанию должника совершал сделки по отчуждению имущества, выполнял иные поручения.

Денежные средства от покупателя в счёт оплаты по договорам получены ФИО10 в наличной форме в размерах, указанных в расписках от 07.04.2016. После получения денежные средства хранились у ФИО10 до тех пор, пока должник не давал поручение перевести определенные суммы на его счет для оплаты стоимости лечения. Для этих целей в АО «АльфаБанк» на имя ФИО10 должником была оформлена доверенность. Поскольку перевод денежных средств со счёта ФИО10 на счёт должника проходил долго в связи с проверками, осуществляемыми банком в соответствии с ФЗ № 115 «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». 

По словам ФИО10, он порой прибегал к помощи ФИО4 (сына), через счёт которого и  переведены денежные средства на счёт должника. Денежные средства, вырученные от продажи транспортных средств и полученные в результате хозяйственной деятельности должника, по указанию самого должника на его расчётный счет сразу не перечислялись, лишь при необходимости оплаты лечения должника и в нужное время по поручению должника часть денежных средств переводились на его счёт.

ФИО10 денежные средства должника получены не только от продажи автомобилей, но и из других источником, в частности хозяйственной деятельности, прибыль от которой причиталась должнику, что обуславливает перечисление денежных средств в размере большем, чем передано по оспариваемым сделкам.

В подтверждение пояснений ФИО10 о перечислении им денежных средств должнику в дело представлены платежные поручения от 29.08.2016, 07.09.2016, 31.10.2016, 03.11.2016 о перечислении на расчетный счет должника денежных средств в суммах 544 500 руб., 151 000 руб., 186 000 руб., 750 000 руб., и доверенность от 01.02.2016, выданная должником и заверенная подписью работника АО «Альфа-Банк», согласно которой представитель должника – ФИО10 уполномочен распоряжаться денежными средствами, находящимися на счете должника.

Вместе с тем, указанные пояснения относительно порядка заключения и исполнения договора, при которых должник был вынужден прибегнуть к помощи поверенного ввиду нахождения на лечении и невозможности самостоятельно получить расчёт,  противоречат представленным в дело доказательствам и существу сделок.

Судом первой инстанции обращено внимание на заключение сделок и совершение передачи денежных средств в один день – 07.04.2016, при этом, договоры по отчуждению имущества были подписаны должником лично, в свою очередь, получение денежных средств и подписание расписок от лица должника – производилось ФИО10 Также учтено, что договоры дарения от 24.03.2016, 16.05.2016, оставление отметок на ПТС спорных транспортных средств - совершались должником лично, без участия поверенного.

При этом, выданная ФИО10 доверенность содержала право на совершение сделок от имени должника, а также на совершение регистрационных действий.

Таким образом, принимая во внимание нахождение ФИО10 в родственных отношениях с ответчиком, а следовательно, наличие общего экономического интереса, противопоставленного интересам независимых кредиторов, доводы ответчика и показания ФИО10 правомерно  критически оценены судом, как противоречащие обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Аналогичные выводы о несоответствии пояснений свидетеля и ответчика относительно совершённой сделки следуют и применительно к действиям по расходованию средств должником.

Из всех платежных поручений о переводе денежных средств на расчетный счет должника (представленных в подтверждение позиции ответчика со ссылкой на пояснения свидетеля о расходовании полученных от ответчика денежных средств на нужды лечения должника путем их перечисления ФИО10 на счет должника) лишь одно на сумму 544 500 руб. содержит ссылку на плательщика ФИО10, все остальные платежные документы свидетельствуют о перечислении денежных средств со счета самого ответчика (сына должника). Платежные поручения в назначении платежей содержат ссылки на перечисление денежных средств, на возврат займа, что не позволяет соотнести их с оплатой по спорным договорам.

В нарушение ст. 65 АПК РФ доказательств того, что денежные средства передавались от ФИО10 ответчику, для последующего перечисления должнику,  также не было представлено.

Учитывая изложенные расхождения в позиции ответчика и пояснения свидетеля с представленными в дело доказательствами, поставлены под сомнения обстоятельства наличия денежных средств в наличной форме у ответчика для передачи ФИО10 в целях расчёта с должником.

Из представленных ответчиком доказательств следует, что в период с 29.10.2015 по 23.03.2016 ответчиком сняты со счёта денежные средства в суммах 40 000 руб., 100 000 руб., 160 000 руб., 300 000 руб., 300 000 руб. 351 000 руб., 300 000 руб. 

В отсутствие доказательств, подтверждающих финансовую возможность ответчика производить длительный период, предшествовавший единовременному расходованию денежных средств в размере 1 550 000 руб., с учётом необходимости несения ответчиком расходов на личные потребности (нужды) как физического лица, обоснованы выводы суда относительно неподтверждённости ответчиком аккумулирования денежных средств в достаточном размере в длительный период времени, предшествовавший заключению оспариваемой сделки.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что суд обязан при постановке вопроса о финансовой возможности истребовать доказательства наличия всех доходов ответчика, в том числе, затраченных на собственные (личные) нужды,  противоречат положениям статей 9, 65 АПК РФ, в силу которых лицо, ссылающееся на наличие финансовой возможности заключения сделки, обязано представлять самостоятельно доказательства в количестве, позволяющем однозначно установить обстоятельства дела.

 

Принимая во внимание данные обстоятельства, во взаимосвязи и в совокупности, судом первой инстанции правомерно сделан вывод о совершении оспариваемых сделок  в отсутствие встречного предоставления с целью сокрытия имущества должника от взыскания в период наличия у него признаков неплатёжеспособности,  с заинтересованным лицом, что является достаточным основанием для признания сделок недействительными применительно к п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Доводов и возражений относительно применения положений ст. 167 ГК РФ, ст. 61.6 Закона о банкротстве в части последствий недействительности сделок – апелляционная жалоба не содержит.

 Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, являются верными, основанными на правильном применении норм материального и процессуального права. 

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 АПК РФ относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд       

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Хабаровского края от 17.02.2020 по делу №А73-21766/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

И.Е. Пичинина

 

Судьи

А.И. Воронцов

 

 

       С.Б. Ротарь