АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

10 ноября 2023 года

Дело №

А56-128121/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего  Яковца А.В., судей  Кравченко Т.В., Троховой М.В., 

при участии от ФИО7 представителя ФИО1 (доверенность от 30.08.2023), от ФИО2 представителя ФИО1 (доверенность от 09.06.2022),  от ФИО3 представителя ФИО1 (доверенность от 29.12.2020),  от ФИО4 представителя  ФИО5 (доверенность от 22.11.2021), от некоммерческой организации «Фонд развития Центра разработки и коммерциализации новых технологий» представителя ФИО6  (доверенность от 12.05.2022), 

рассмотрев 07.11.2023 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу ФИО7 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2023, а также кассационные жалобы ФИО4 и ФИО8 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.08.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2023 по делу № А56-128121/2018/суб., 

у с т а н о в и л:

некоммерческая организация «Фонд развития Центра разработки и коммерциализации новых технологий», адрес: 121205, Москва, Луговая ул., д. 4, территория инновационного центра «Сколково», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Фонд «Сколково»), обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии света» (далее – Общество, должник), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 24.10.2018 заявление Фонда «Сколково» принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве Общества.

Определением суда от 19.12.2018 заявление Фонда «Сколково» признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО9.

Решением суда от 17.04.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО9

Конкурсный управляющий ФИО9 08.11.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества  ФИО7, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО4, ФИО8, ФИО3, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО2. 

Заявитель также просил приостановить рассмотрение вопроса о размере субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 15.03.2021 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом, конкурсным управляющим утвержден ФИО26.

Определением суда первой инстанции от 01.08.2022 ФИО4 и ФИО8 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, рассмотрение обособленного спора в части установления размера субсидиарной ответственности  приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в  удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2022 определение от 01.08.2022 в  обжалуемой части отменено,   в удовлетворении заявления в части привлечения ФИО4 и ФИО8 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества отказано.

Постановлением  Арбитражного суда Северо-Западного округа от 10.02.2023 постановление апелляционного суда от 31.10.2022 отменено, дело направлено в апелляционный суд на новое рассмотрение.

Постановлением апелляционного суда от 04.08.2023 определение суда первой инстанции от 01.08.2022 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО7 отменено, в указанной части  принят новый судебный акт, которым установлено наличие оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам  Общества; в остальной части определение от 01.08.2022 оставлено без изменения.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе ФИО7 просит отменить постановление от 04.08.2023 в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что ФИО7, являвшийся генеральным директором Общества  до 26.02.2016, в силу положений статьи 2 Федерального закона от 26.20.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), не может быть отнесен  к контролирующим должника лицам.

Как полагает ФИО7, в рамках настоящего обособленного спора фактически рассматривается поданное в арбитражный суд 28.11.2019  заявление управляющего  о взыскании с ответчиков убытков, причиненных должнику в связи с совершением сделок, в том числе с аффилированными лицами, в связи с чем суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что конкурсным управляющим не доказаны противоправность действий (бездействия) ФИО7 и наличие у Общества убытков.

Податель жалобы указывает, что ФИО7 заявлял о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании убытков. 

ФИО7 также указывает, что не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с отсутствием у конкурсного управляющего документов бухгалтерского учета и отчетности должника, поскольку не являлся лицом, на которое возлагалась обязанность по передаче названных документов конкурсному управляющему; полагает, что суд апелляционной инстанции необоснованно отклонил его довод о том, что ФИО7 не мог самостоятельно принимать решения о расходовании денежных средств Общества.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе ФИО4 просит отменить определение от 01.08.2022 и постановление от 03.03.2023 в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на  то, что  у ФИО4 отсутствовала возможность погасить обязательства Общества перед Фондом «Сколково», поскольку в период, когда ФИО4 являлся генеральным директором акционерного общество «ПХК» (далее – АО «ПКХ»), исполнявшего обязанности единоличного исполнительного органа Общества, денежные средства на счетах должника отсутствовали.

По мнению ФИО4, заключение Обществом договора купли- продажи оборудования от 17.03.2016 также необоснованно признано  судами первой и апелляционной инстанций основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе ФИО8 просит отменить определение от 01.08.2022 и постановление от 03.03.2023 в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на  то, что  у ФИО8  отсутствовала возможность погасить обязательства Общества перед Фондом «Сколково», поскольку в период, когда ФИО8 являлся генеральным директором АО «ПХК», исполнявшего обязанности единоличного исполнительного органа Общества, денежные средства на счетах должника отсутствовали; указывает, что последняя расчетная операция по счету Общества проведена 26.02.2016, то есть более чем за 11 месяцев до того, как ФИО8 был назначен генеральным директором АО «ПХК».

Как полагает ФИО8, то обстоятельство, что  он  не обращался к участнику Общества с просьбой о предоставлении дополнительного финансирования, не привело к банкротству должника и к невозможности погашения требований кредиторов.

В жалобе также указано, что определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.02.2016 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) АО «ПХК» № А56-1473/2016, определением суда от 21.03.2017 в отношении АО «ПХК» введено наблюдение, решением суда  от 27.09.2017 АО «ПХК» признано несостоятельным (банкротом).

В представленном в электронном виде отзыве Фонд «Сколково»  считает определение суда первой инстанции от 01.08.2022 в части привлечения ФИО4 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и постановление апелляционного суда от 04.08.2023 законными и обоснованными, просит оставить их  без изменения, а кассационные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО7, представляющий также интересы ФИО2 и ФИО3,  поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе ФИО7; согласился с доводами, содержащимися в кассационных жалобах ФИО4 и ФИО8

Представитель ФИО4 поддержал доводы, приведенные в его  кассационной жалобе и в кассационной жалобе  ФИО8 

Представитель Фонда «Сколково» возражал против удовлетворения кассационных жалоб.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом уведомлены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ  не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Общество создано  по решению закрытого акционерного общества «Оптоган», впоследствии преобразованного в акционерное общество «ПХК», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>,  в лице генерального директора ФИО3 от 28.02.2011 № 1, зарегистрировано  в качестве юридического лица 11.03.2011 и первоначально имело наименование  «Оптоган. Новые технологии света».

ФИО7 осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа Общества в период с 23.02.2012 по 25.02.2016.

С 26.02.2016 и до принятия судом к производству заявления о признании Общества несостоятельным (банкротом) (24.10.2018) полномочия единоличного исполнительного органа должника осуществлялись управляющей организацией, которой являлось АО «ПХК».

Согласно уставу АО «ПХК» принятие решений по вопросам, отнесенным к компетенции высшего органа управления, и осуществление прав, возникающих в связи с принадлежностью АО «ПХК» 100%  долей в уставном капитале Общества, отнесено к компетенции совета директоров АО «ПХК».

ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО2  являлись членами  совета директоров АО «ПХК».

В период с 17.03.2016 по 08.02.2017 генеральным директором АО «ПХК» являлся ФИО4, в период с 09.02.2017 по 29.10.2017 –  ФИО8 

Обществом и Фондом «Сколково» 29.09.2011 заключено соглашение № 29 о предоставлении гранта в сумме 148 200 000 руб. в 3 этапа на реализацию инновационного проекта.

Период реализации инновационного проекта определен с 01.10.2011 по 31.03.2013. 

По условиям соглашения Общество обязалось после получения суммы гранта в установленные сроки осуществить реализацию предусмотренного соглашением проекта, израсходовав средства гранта целевым образом на мероприятия, указанные в календарном плане, в противном случае – по требованию Фонда «Сколково» возвратить полученные денежные средства. 

В ходе этапа 3 реализации инновационного проекта (с 01.07.2012 по 31.03.2013) и по его окончании у должника остались неизрасходованными на цели реализации проекта средства гранта денежные средства в  сумме 28 405 534,95 руб.; часть средств гранта (1 106 337 руб.) израсходована на цели, не связанные с реализацией инновационного проекта.

Как установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2016 по делу № А40-204844/15, остаток гранта израсходован Обществом за пределами срока реализации инновационного проекта.

 В обоснование требований  о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурсный управляющий сослался на то, что причиной банкротства должника послужило неисполнение обязательств по возврату Фонду «Сколково» средств гранта, полученного на основании соглашения от 29.09.2011 № 29, в сумме 28 405 534,95 руб. при наличии у должника соответствующей возможности вплоть до 2016 года.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии  предусмотренных абзацем первым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным отношениям редакции оснований для привлечения  ФИО4 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества; в удовлетворении заявления в остальной части суд первой инстанции отказал.

Не согласившись с определением суда первой инстанции от 01.08.2022, ФИО4 и ФИО8 обратились в суд апелляционной инстанции с апелляционными жалобами, в которых просили отменить указанное определение полностью.

В представленном отзыве Фонд «Сколково» возражал против удовлетворения апелляционных жалоб ФИО4 и ФИО8, просил отменить определение от 01.08.2022 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО7, ФИО10, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО19, ФИО20, ФИО2, ФИО11, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО23 и ФИО24, принять в указанной части новый судебный акт, которым привлечь перечисленных ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Приняв  во внимание, что апелляционные жалобы на определение от 01.08.2022  в части отказа в удовлетворении заявленных требований не подавались, апелляционный суд посчитал, что проверке подлежит  законность и обоснованность названного определения лишь в части привлечения  ФИО4 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, в связи с чем постановлением от 31.10.2022  отменил определение от 01.08.2022 в обжалуемой части и отказал в удовлетворении заявления в части привлечения ФИО4 и ФИО8 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Постановлением  от 10.02.2023 суд кассационной инстанции отменил постановление от 31.10.2022 и направил дело в апелляционный суд на новое рассмотрение.

По результатам нового рассмотрения постановлением от 04.08.2023 апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции от 01.08.2022 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО7, принял  в указанной части  новый судебный акт, которым установил наличие оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; в остальной части определение от 01.08.2022 оставлено без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность определения от 01.08.2022 и постановления от 04.08.2023 исходя из доводов, приведенных в кассационных жалобах, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»  (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной  статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ  о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ,  независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В обоснование требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурсный управляющий сослался на то, что причиной банкротства должника послужило неисполнение обязательств по возврату Фонду «Сколково» средств гранта, полученного на основании соглашения от 29.09.2011 № 29, в сумме 28 405 534,95 руб. при наличии у должника соответствующей возможности вплоть до 2016 года.

Поскольку предписание о возврате средств гранта направлено Фондом «Сколково» должнику 24.03.2014, суд первой инстанции пришел к выводу, что к спорным отношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

В соответствии с абзацем первым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в такой редакции если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ  статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако  основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся  в абзаце первом пункта 4 указанной статьи, не устранены и в настоящее время содержатся в  пункте 1  статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В  силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части требования о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО7, полномочия которого прекратились задолго до принятия судом к производству заявления о банкротстве Общества, не может быть отнесен к контролирующим должника лицам.

Апелляционный суд, в силу части 1 статьи 268 АПК РФ повторно рассмотрев настоящий обособленный спор, не согласился с выводами суда первой инстанции в указанной части.

Как установлено апелляционным судом, ФИО7, являясь генеральным директором должника, допустил нецелевое расходование средств гранта в размере 1 106 337 руб. и  растрату остатка гранта в размере 28 405 534,95 руб. в период с 04.04.2013 по 31.10.2014, что подтверждается выпиской об операциях по расчетному счету Общества,  приложенной к заявлению конкурсного управляющего.

Апелляционный суд также установил, что ФИО7 не возвратил остаток гранта при наличии такой возможности в связи с поступлением на счет должника от аффилированных с ним лиц 29 479 526,83 руб.

Установив перечисленные обстоятельства, апелляционный суд заключил, что такие  действия (бездействие) ФИО7 не соответствуют принципам разумности и добросовестности, привели к банкротству Общества и невозможности погашения требований кредиторов.

С учетом изложенного постановлением от 04.08.2023 апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции от 01.08.2022 в части отказа в привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, принял  в указанной части  новый судебный акт, которым установлено наличие оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Основания не согласиться с выводами апелляционного суда, послужившими основанием для принятия постановления от 04.08.2023 в указанной части, у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Приведенный в кассационной жалобе ФИО7 довод   о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании убытков, не может быть принят.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 данной  статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Аналогичная норма содержится в пункте 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве в действующей редакции.

Общество признано несостоятельным (банкротом) решением суда от 17.04.2019; с заявлением  о привлечении контролировавших Общество лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий ФИО9 обратился в арбитражный суд  08.11.2019.

При таком положении основания считать, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности, отсутствуют.

Содержащийся в кассационной жалобе ФИО7 довод о том, что он не может быть отнесен  к контролирующим должника лицам, поскольку являлся генеральным директором Общества  до 26.02.2016, также не принимается.

Как видно из постановления от 04.08.2023, устанавливая наличие оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, апелляционный суд исходил из того, что его полномочия как генерального директора Общества прекратились менее чем за три года до возбуждения производства по делу о банкротстве Общества (24.10.2018).

Основания не согласиться с указанным выводом апелляционного суда у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО4 являлся генеральным директором АО «ПХК» с 17.03.2016 по 08.02.2017, ФИО8 –  с 09.02.2017 по 09.10.2017. Поскольку АО «ПХК» с 26.02.2016 по 24.04.2019 осуществляло функции единоличного исполнительного органа Общества, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, заключил, что ФИО4 и ФИО8  также относятся к числу контролирующих должника лиц.

Суд первой инстанции также установил, что по договору от 17.03.2016, заключенному ФИО4 от имени Общества с ООО «Оптоган», отчуждено оборудование для изготовления пластиковых линз способом горячего прессования, ввезенное должником на таможенную территорию Российской Федерации с возмещением Фондом «Сколково» затрат на уплату таможенных платежей в сумме 2 907 393,58 руб.

В результате указанной сделки возможность использовать оборудование, при ввозе которого Фонд «Сколково» возместил таможенные платежи, необоснованно получило аффилированное по отношению к должнику лицо, не участвующее в реализации проекта, в то время как у Общества, не получившего какого-либо встречного исполнения по сделке, возникла обязанность  возвратить  Фонду «Сколково»  полученное возмещение.

В соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой  к спорным правоотношениям, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ  статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако  основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся  в абзаце третьем пункта 4 указанной статьи, не устранены и в настоящее время содержатся в подпункте 1 пункта 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2  указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 данной статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В результате оценки доказательств, представленных при рассмотрении настоящего обособленного спора, суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд, о наличии предусмотренных абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой  к спорным правоотношениям редакции оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суды также указали, что  ФИО4 при наличии вступивших в законную силу судебных актов о взыскании с Общества задолженности в пользу Фонда «Сколково» вопреки установленному корпоративному порядку (пункт 7.3 Положения о порядке расходования денежных средств Общества», утвержденного решением единственного участника должника от 12.09.2011) не запросил у единственного участника дополнительное финансирование для погашения этого долга, не принимал мер по предотвращению кризисной ситуации, что выходит за рамки разумного и добросовестного поведения.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, соответствуют представленным доказательствам и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве.

Приведенный в кассационной жалобе ФИО4 довод о том, что  заключение договора купли-продажи оборудования от 17.03.2016 необоснованно признано  основанием для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, не может быть принят.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 Постановления № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как полагает суд кассационной инстанции, заключение договора купли-продажи оборудования от 17.03.2016  обоснованно признано судами первой и апелляционной инстанций основанием для применения презумпции доведения Общества до банкротства в результате совершения  данной сделки.

Основанием для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника послужил вывод суда первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, о том, что ФИО8  при наличии вступивших в законную силу судебных актов о взыскании с Общества задолженности в пользу Фонда «Сколково» вопреки установленному корпоративному порядку (пункт 7.3 Положения о порядке расходования денежных средств Общества», утвержденного решением единственного участника должника от 12.09.2011) не запросил у единственного участника дополнительное финансирование для погашения этого долга, не принимал мер по предотвращению кризисной ситуации, что выходит за рамки разумного и добросовестного поведения.

По мнению суда кассационной инстанции, привлекая ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, суды первой и апелляционной инстанций не учли следующие обстоятельства.

Как видно из материалов дела, ФИО8 являлся генеральным директором АО «ПХК», выполнявшего функции единоличного исполнительного органа Общества, с 09.02.2017 по 29.10.2017.

Из выписки об операциях по расчетному счету Общества, приложенной к заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности, поданному в электронном виде, не следует, что в указанный период на счете Общества имелись денежные средства и совершались какие-либо операции.

В отличие от пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения пункта 1 названной статьи, равно как и положения абзаца первого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным правоотношениям редакции не содержат презумпции, касающейся наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием)  контролирующих должника лиц и банкротством контролируемой организации.

Таким образом, соответствующие обстоятельства подлежат доказыванию по общим правилам, установленным процессуальным законодательством.

По мнению суда кассационной инстанции, то обстоятельство, что ФИО8 не запросил у единственного участника должника дополнительное финансирование для погашения взысканной с Общества в пользу Фонда «Сколково» задолженности, не может быть признано достаточным для вывода о наличии причинно-следственной связи между бездействием ФИО8 и банкротством Общества.

Необходимо также учесть, что согласно сведениям, содержащимся в электронной системе «Картотека арбитражных дел», определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.02.2016 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) АО «ПХК» № А56-1473/2016, определением суда от 21.03.2017 в отношении АО «ПХК» введено наблюдение, решением суда  от 27.09.2017 по указанному делу  АО «ПХК» признано несостоятельным (банкротом).

С учетом изложенного выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, следует признать не  соответствующими фактическим обстоятельствам дела и основанными на неправильном применении норм Закона о банкротстве, что в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены определения от 01.08.2022 и постановления от 04.08.2023 в указанной части.

Так как обстоятельства, необходимые для принятия решения по существу заявления конкурсного управляющего в названной части, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основе полного и всестороннего исследования представленных доказательств, суд кассационной инстанции считает необходимым, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления в указанной части.

Поскольку постановлением от 04.08.2023 апелляционный суд правомерно отменил определение суда первой инстанции от 01.08.2022 в части отказа в привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и обоснованно установил  наличие оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника, постановление от 04.08.2023 в остальной части следует оставить без изменения, а кассационные жалобы ФИО7 и ФИО4 – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.08.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2023 по делу № А56-128121/2018/суб. в части привлечения ФИО8  к субсидиарной ответственности по обязательствам  общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии света» отменить.

В удовлетворении заявления в этой части отказать.

В остальной части постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2023 по делу № А56-128121/2018/суб. оставить без изменения, а кассационные жалобы ФИО7 и ФИО4 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

 

Т.В. Кравченко

 М.В. Трохова