АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2069/22 

Екатеринбург

16 октября 2024 г.

 

Дело № А07-8408/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 октября 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Оденцовой Ю.А., Соловцова С.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «АК-Бур Сервис» на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.11.2023 по делу № А07-8408/2020 и постановление Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 14.05.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции приняли участие: 

представитель общества с ограниченной ответственностью «СП «ВИС МОС» – ФИО6 (доверенность от 22.02.2024);

представитель ФИО5, ФИО4, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «АК-Бур Сервис» – ФИО7 (доверенности от 13.01.2024, 23.01.2024, 07.11.2023, 03.08.2023);

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «СпецМонтажТехнология» – ФИО8 лично. 

В судебном заседании в суде округа принял личное участие ФИО2 

Представитель ФИО2 – ФИО9, - которой судом кассационной инстанции было удовлетворено ходатайство об участии в рассмотрении кассационной жалобы с использованием системывеб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), к судебному заседанию в режиме «онлайн-заседание»в назначенное время не подключилась, о невозможности подключения суду не сообщила, однако в суд округа была обеспечена личная явка ФИО2

 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.08.2020 общество с ограниченной ответственностью «СпецМонтажТехнология» (далее – общество «СМТ», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО8 (далее – конкурсный управляющий, управляющий).

В Арбитражный суд Республики Башкортостан поступили самостоятельные заявления конкурсного управляющего должника и  общества с ограниченной ответственностью «СП ВИС-МОС» (далее – общество «СП ВИС-МОС», кредитор) о привлечении ФИО2 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Указанные заявления общества «СП ВИС-МОС» и конкурсного управляющего объединены судом первой инстанции в одно производство для совместного рассмотрения.

Впоследствии конкурсным управляющим были заявлены уточнения требований, согласно которым он просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО5, ФИО3, ФИО4 (далее также – ответчики) и общество с ограниченной ответственностью «АК-Бур Сервис» (далее – общество «АК-Бур Сервис», ответчик), а также взыскать с ФИО10 убытки в сумме 29 170 000 руб. Данные уточнения приняты судом первой инстанции в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.11.2023, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.05.2024, требования удовлетворены частично: признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО3, ФИО4 и общества «АК-Бур Сервис» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «СМТ». Производство по заявлениям в части установления размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В остальной части в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, общество «АК-Бур Сервис» обратились в Арбитражный суд Уральского округа с самостоятельными кассационными жалобами.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней ФИО2 просит определение суда первой инстанции от 15.11.2023 и постановление апелляционного суда от 14.05.2024 отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Заявитель жалобы возражает против выводов судов относительно наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за доведение последнего до банкротства, указывая на то, что сделки, совершение которых было вменено в вину ответчикам, являлись незначительными, в результате их совершения вреда должнику и его кредиторам причинено не было, а также на то, что сам ФИО2 участия в совершении данных сделок не принимал. Податель жалобы приводит доводы о недоказанности совершения им каких-либо неправомерных действий, повлекших предъявление к должнику несуществующих требований, либо осуществления им действий, направленных на наращивание кредиторской задолженности, акцентирует внимание на экономической эффективности осуществления им функций руководителя должника, полагая, что наступление у должника признаков банкротства с учетом объема его хозяйственной деятельности вызвано объективными обстоятельствами, находящимися вне сферы контроля ответчика. Выражая несогласие с выводами судов относительно не исполнения ответчиками обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему, ФИО2 указывает на отсутствие оснований для привлечения к ответственности по данному основанию общества «АК-Бур Сервис», ссылаясь на нахождение всей документации общества «СМТ» непосредственно у ФИО2, а не у общества «АК-Бур Сервис», отмечает, что в настоящее время данные документы передаются им судебному приставу-исполнителю в рамках исполнительного производства, обращает внимание на осуществление им сотрудничества с управляющим и оказание ему содействияв установлении фактической хозяйственной деятельности должника, настаивает на том, что непередача управляющему документации должника не вызвала существенных затруднений в проведении управляющим процедуры банкротства. Кроме того, заявитель указывает, что вменяемыев качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности обстоятельства охватываются составом убытков, в связи с чем, по мнению заявителя, у судов в данном случае не имелось оснований для удовлетворения требований. 

В своей кассационной жалобе и дополнениях к ней ФИО5, ФИО3, ФИО4 и общество «АК-Бур Сервис» ссылаются на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Податели жалобы, возражая против выводов судов, приводят доводы об отсутствии у них статуса контролирующих должника лиц, отсутствие возможности давать какие-либо обязательные для должника указания или иным образом определять его действия, отмечая, что само по себе родство контролирующих общества «СМТ» и «АК-Бур Сервис» лиц о наличии данных обстоятельств не свидетельствует, указывают на подачу ФИО5 в мае 2019 года заявления о выходе из состава участников. Заявители жалобы также не согласны с выводами судов относительно наличия оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника конкурсному управляющему, настаивают на отсутствии у ФИО5, ФИО4 и ФИО3 обязанности по хранению документации должника. Ссылаясь на содержащиеся в приговоре суда общей юрисдикции по уголовному делу выводы, в том числе относительно того, что в ходе обыска у ФИО2 были обнаружены и изъяты документы о финансово-хозяйственной деятельности должника, податели жалобы настаивают на доказанности факта нахождения документации общества «СМТ» непосредственно у его руководителя, а не у общества «АК-Бур Сервис», а также приводят доводы о не исследовании судами вопроса о том, какие непосредственно документы и в каком объеме находились у общества «АК-Бур Сервис», каким образом их непередача повлияла на возможность формирования конкурсной массы с учетом наличия у управляющего самостоятельной возможности получить все необходимые документы о деятельности должника. Помимо изложенного, ответчики полагают, что в данном случае судами надлежащим образом не исследован момент возникновенияу должника признаков объективного банкротства и причины их возникновения, управляющим и кредитором не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и невозможностью погашения требований кредиторов должника, акцентируя внимание на том, что совершение сделок, вмененных в вину ответчикам, с учетом масштаба деятельности должника не могло повлиять на его финансовое состояние, при этом указывают, что часть денежных средств по оспоренной сделке с обществом «АК-Бур Сервис» была возвращена в конкурсную массу. 

В судебном заседании суда округа конкурсный управляющийи представитель общества «СП ВИС-МОС» против доводов жалоб возражали, просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения, представили соответствующие отзывы, которые приобщены судом кассационной инстанции к материалам дела.

Дополнительные документы, приложенные к отзыву конкурсного управляющего (постановление судебного пристава-исполнителя от 12.09.2024), судом кассационной инстанции не принимаются и к материалам дела не приобщаются с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Указанные документы фактическому возврату не подлежат, поскольку поданы в электронном виде через систему подачи документов «Мой арбитр». 

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационных жалоб. Поскольку судебные акты в части отказа в удовлетворении требований не заявлены, кассационные жалобы соответствующих доводов не содержат, то законность судебных актов в обозначенной части судом округа не проверяется. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «СМТ» зарегистрировано в качестве юридического лица 07.05.2014. Участниками должника с долей участия в уставном капитале 50 % каждый с 07.05.2014 являются ФИО2, с 29.05.2014 – ФИО5 

Функции единоличного исполнительного органа общества «СМТ» с 13.03.2018 по дату открытия в отношении него процедуры банкротства исполнял ФИО2 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.12.2020 по настоящему делу на бывшего руководителя должника – ФИО2 возложена обязанность по передаче конкурсному управляющему оригиналов бухгалтерской и иной документации должника, отражающей экономическую деятельность общества, а также иных документов должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей,в том числе транспортных средств. 

Вышеуказанное определение вступило в законную силу, в целях его принудительного исполнения взыскателю 29.03.2021 выдан исполнительный лист серии ФС № 036884510, на основании которого возбуждено исполнительное производство от 21.06.2021 № 169894/21/02007-ИП. Исполнительное производство до настоящего времени не окончено. 

Кроме того, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.05.2022 по настоящему делу обязанность по передаче первичных документов о финансово-хозяйственной деятельности общества «СМТ» возложена на общество «АК-Бур Сервис». 

При этом, возлагая на указанное общество обязанность по передаче документации должника, суд учел установленные приговором мирового суда судебного участка № 1 по Кировскому району г. Уфы Республики Башкортостан от 15.06.2021 по уголовному делу № 1-11/2021 и подтвержденные обществом «АК-Бур Сервис» в судебных заседаниях обстоятельства, касающиеся наличия у обществ «СМТ» и «АК-Бур Сервис» одних и тех же бухгалтеров, осуществления ими действий по перевозке документации должника на склад общества «АК-Бур Сервис».

Для принудительного исполнения определения суда от 13.05.2022 управляющему выдан исполнительный лист от 02.06.2022серии ФС № 038360010, на основании которого 08.07.2022 возбуждено исполнительное производство № 431009/24/02007-ИП.

Согласно данным выписки из Единого государственного реестра юридических лиц участником общества «АК-Бур Сервис» с 06.04.2018 является ФИО4, исполняющий также с 29.04.2021 функции генерального директора общества. 

В ходе мероприятий процедуры банкротства конкурсным управляющим было выявлено совершение должником перечислений денежных средств в адрес различных аффилированных лиц, контролируемых семьёй Ш-вых, в том числе в адрес общества с ограниченной ответственностью «Научно-исследовательский институт экологии нефтегазовой промышленности», единственным участником которого в период с 14.01.2015 по 10.09.2020 являлся ФИО3 (отец ФИО5 и ФИО4). 

Данные сделки, в том числе с указанным обществом, были оспорены конкурсным управляющим и признаны недействительными. 

Ссылаясь на вышеизложенные обстоятельства, а также указывая на не исполнение ФИО2, обществом «АК-Бур Сервис», ФИО4, ФИО3 и ФИО5 обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской документации и имущества должника, что повлекло затруднительность выявления активов должника и невозможность погашения требований кредиторов, указывая на совершение ими действий, повлекших банкротство должника, конкурсный управляющий и кредитор обратились в арбитражный суд с рассматриваемыми заявлениями. 

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «СМТ», суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чемза три года, предшествующих возникновению признаков банкротства,а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как указано в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве, возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 названной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Установив, что ФИО5 и ФИО2 являются участниками должника с равными долями, ФИО2 с марта 2018 года также исполнял функции директора общества «СМТ», суды заключили, что в силу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве они являются лицами, контролирующими деятельность должника.

Определяя статус общества «АК-Бур Сервис», ФИО4 и ФИО3, суды приняли во внимание обстоятельства, ранее установленные в рамках дела о банкротстве при рассмотрении обособленных споров по включению требований в реестр требований кредиторов должника (обществ с ограниченной ответственностью ТК «АК Тай», «Ак Спец Сервис», «СеверТрансСервис»), истребованию документации должника у общества «АК-Бур Сервис» и по оспариванию сделок должника. 

В частности, в рамках таких споров было установлено, что между указанными организациями и должником, а также группой компаний, в которую входят общества с ограниченной ответственностью ТК «АК Тай», «Ак Спец Сервис», «СеверТрансСервис» и «АК-Бур Сервис», фактический контроль над которыми осуществляется семьей Ш-вых, а именно ФИО3, являющимся отцом ФИО4 и ФИО5, существовало множество взаимоотношений, в том числе по договорам займа, уступки прав требований, иным договорам, что также подтверждается материалами банкротного дела, при этом данные взаимоотношения в большинстве своем были формальными и документально не подтвержденными, требования указанных лиц к должнику фактически были направлены на необоснованное включение в реестр требований кредиторов должника, возможность голосовать на собраниях кредиторов должника и тем самым влиять на ход дела о банкротстве, а в случае распределения конкурсной массы - претендовать на получение денежных средств из конкурсной массы должника в ущерб иным кредиторам, которые лишатся части того, на что справедливо рассчитывают. 

Судами также учтены обстоятельства, установленные в приговоре суда общей юрисдикции от 15.06.2021 по делу № 1-11/2021, из содержания которого следует, что отец ФИО5 – ФИО3 - оказывал влияние на деятельность должника. 

С учетом этого, принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего дела о банкротстве, порядок, объем и содержание правоотношений вышеуказанных лиц, исходя из того, что отсутствие де-юре у таких лиц статуса участника общества «СМТ» само по себе применительнок разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления Пленума № 53, не может исключать наличие у них статуса контролирующих должника лиц, суды нижестоящих инстанций заключили, что общество «АК-Бур Сервис», ФИО4 и ФИО3, наравне с ФИО5 и ФИО2, имели возможность осуществлять контроль за деятельностью должника и определять его судьбу, давать обязательные к исполнению указания, то есть являлись контролирующими должника лицами в понимании статьи 61.10 Закона о банкротстве. 

Рассматривая требование конкурсного управляющего и кредитора о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за непередачу управляющему документации должника, суды руководствовались следующим.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве бывший руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлена презумпция наступления ответственности в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, доказав, в частности, что отсутствие документации должника либо ее недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Законодательством о банкротстве также предусмотрена возможность привлечения к ответственности как номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве), так и фактических (теневых). 

Исследовав обстоятельства, связанные с наличием или отсутствием оснований для привлечения ФИО2, общества «АК-Бур Сервис» и его руководителя ФИО4 к субсидиарной ответственности по заявленному основанию, суды приняли во внимание обстоятельства, установленные приговором мирового судьи судебного участка № 1по Кировскому району г. Уфы Республики Башкортостан от 15.06.2021по делу № 1-11/2021, и отраженные в приговоре показания свидетеля ФИО11, являющегося в период с 29.09.2016 по 28.04.2021 генеральным директором общества «АК-Бур Сервис». 

Так, ФИО11 в ходе рассмотрения уголовного дела пояснял, что имеет с ФИО2 рабочие отношения, супруга ФИО2 некоторое время работала в обществе «АК-Бур Сервис» в должности специалиста по тендерам, также у них с ФИО2 имеется общий знакомый ФИО3, сын которого является учредителем общества «АК-Бур Сервис»; для осуществления последним своей деятельности ему требовались бухгалтеры, на что ФИО3 посоветовал трудоустроить в общество «АК-Бур Сервис» бухгалтеров общества «СМТ», данные лица были трудоустроены в общество «АК-Бур Сервис» по совместительству с бухгалтерской работой в обществе «СМТ», однако основным местом их работы стал офис общества «АК-Бур Сервис», в который также были перевезены необходимые документы общества «СМТ». 

С учетом изложенного, исходя из того, что определениями суда от 17.12.2020 и 13.05.2020 на ФИО2 и общество «АК-Бур Сервис» была возложена обязанность по передаче конкурсному управляющему имущества должника, бухгалтерских и иных документов, отражающих его экономическую деятельность, а также товарно-материальных и иных ценностей, однако судебные акты до настоящего времени исполнены не были, бухгалтерская и иная документация должника, подтверждающая или опровергающая наличие у должника активов, конкурсному управляющему в нарушение абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве не передана, доказательств обратного в материалы дела не представлено, при этом согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности у общества «СМТ» имелись активы на сумму более 50 млн руб., представляющие собой дебиторскую задолженность, а также транспортные средства, сведений о которых также управляющему не передавалось, принимая во внимание, что отсутствие необходимых документов оказало негативное влияние на формирование конкурсной массы, в том числе повлекло невозможность взыскания имеющейся у должника в значительном размере дебиторской задолженности, суды обеих инстанций, установив наличие условий для применения предусмотренных законом презумпций, сделали вывод о доказанности оснований для привлечения ФИО2, общества «АК-Бур Сервис» и его руководителя ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы ответчиков об окончании исполнительного производства, возбужденного в отношении общества «АК-Бур Сервис» на основании определения суда от 13.05.2022, исследованы судом апелляционной инстанции и отклонены с учетом того, что окончание исполнительного производства было совершено судебным приставом-исполнителем в период рассмотрения настоящего обособленного спора, при этом данные обстоятельства ответчиками перед судом первой инстанции не раскрывались, а также с учетом принятия управляющим мер по оспариванию постановления судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства (на момент рассмотрения кассационной жалобы судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об отмене окончания исполнительного производства, исполнительное производство возобновлено).

Далее в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий и кредитор указывали на совершение ими перечислений денежных средств должника в пользу различных организаций в отсутствие на то каких-либо правовых оснований и какого-либо встречного предоставления. 

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В пункте 23 постановления Пленума № 53 указано, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

Оценивая наличие (отсутствие) оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по данному эпизоду, суды приняли во внимание обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения обособленных споров об оспаривании сделок должника, в том числес обществом «АК-Бур Сервис». 

Так, в рамках данных споров, кроме факта юридической аффилированности и родства ответчиков, судами было установлено, что с 01.09.2018 на счет должника поступили денежные средства в сумме более 180 000 000 руб., которые в течение нескольких месяцев были выведены на аффилированных и входящих в одну группу компаний с должником лиц, при этом на момент совершения должником вменяемых ответчикам в вину сделок у общества «СМТ» имелись неисполненные обязательства перед кредиторами в общей сумме 51 830 142 руб. 08 коп., что подтверждается соответствующими судебными актами о взыскании долга и включении названных требований в реестр требований кредиторов должника; должник с начала 2018 года фактически не исполнял свои обязательства перед работниками предприятия, а также предпринимателем ФИО12, акционерным обществом «Газпромнефть-ННГ», обществом с ограниченной ответственностью «РН-Ванкор», акционерным обществом «Ванкорнефть», требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника. При этом судами также было установлено, что спорные сделки совершались в отсутствие на то правовых оснований, встречного предоставления, экономический смысл их совершения сторонами не раскрывался. 

Судами также установлены факты передачи имущества (денежных средств) должника физическим лицам по недействительным сделкам после прекращения должником ведения хозяйственной деятельности и осуществления расчетов с кредиторами (обособленные споры с физическими лицами ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, иные споры).

С учетом изложенного, установив, что вышеуказанные обстоятельства в своей совокупности с сокрытием контролирующими должника лицами сведений о деятельности должника, экономической целесообразности совершения спорных сделок свидетельствуют об осуществлении ответчиками действий, направленных на вывод активов (денежных средств) общества «СМТ» на подконтрольные компании, их совершение привело к отрицательному экономическому эффекту для должника, изменению показателей его финансовой деятельности, в частности, должник с декабря 2018 года перестал вести какую-либо хозяйственную деятельность и производить расчеты с кредиторами, в том числе прекратил выплату заработной платы (за что впоследствии ФИО2 был привлечен к уголовной ответственности приговором мирового судьи судебного участка № 1 по Кировскому району г. Уфы от 15.06.2021 по делу № 1-11/2021), принимая во внимание, что после введения процедуры банкротства контролирующими должника лицами, не раскрывающими экономическую деятельность должника, умышленно продолжались осуществляться неправомерные действия путем направления в рамках дела о банкротстве несуществующих требований к должнику в целях причинения вреда кредиторам, что нашло свое отражение в определениях суда от 17.05.2022 по требованиям обществ с ограниченной ответственностью ТК «АК Тай», «СеверТрансСервис» и «АК Спец Сервис», суды признали доказанным факт причинения в результате действий ответчиков реального вреда имущественной сфере должника, наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и банкротством должника, на основании чего в отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что причиной банкротства должника явились обстоятельства, находящиеся вне сфере контроля ответчика (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), пришли к выводу о наличии в рассматриваемом случае всей совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО3, ФИО4 и общества «АК-Бур Сервис» к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов должника.

Таким образом, при принятии обжалуемых судебных актов суды первой и апелляционной инстанций исходили из совокупности установленныхпо делу обстоятельств, доказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО3, ФИО4 и общества «АК-Бур Сервис» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Суждения подателей кассационных жалоб об отсутствии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности несостоятельны. В данном случае по результатам исследования всех представленных доказательств с учетом установленных обстоятельств ведения должником собственной деятельности, совершаемых сделок, степени участия в их совершении ответчиков судами первой и апелляционной инстанции сделаны обоснованные выводы о том, что банкротство общества «СМТ» и невозможность погашения требований его кредиторов находятся в прямой причинно-следственной связи с неправомерными действиями ФИО2, ФИО5, ФИО3, ФИО4 и общества «АК-Бур Сервис». Вопреки доводам кассационных жалоб, обстоятельства, позволяющие сделать иной вывод, перед судами не раскрыты; аргументы о том, что причиной банкротства послужили объективные факторы, находящиеся вне сферы контроля контролирующих должника лиц, не обоснованы. Соответственно, оснований для вывода о том, что должник прекратил свою деятельность и не смог рассчитаться по своим обязательствам по причинам объективного характера, на которые ответчики не имели возможности оказать влияния, у судов первой и апелляционной инстанций не имелось.

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчиков, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов должника. Наличие в рассмотренном деле таких обстоятельств применительно к заявленным основаниям привлечения к субсидиарной ответственности судами первой и апелляционной инстанций установлено, конкурсным управляющим и лицами, участвующими в деле, доказано (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, судом округа отклоняются доводы заявителей относительно наличия оснований для взыскания убытков. Оснований для переквалификации заявленных требований в требование о взыскании убытков в данном случае судами не установлено, доказательств, подтверждающих наличие совокупности условий для взыскания с ответчиков убытков, не представлено.

Довод подателей жалоб о том, что совершенные сделки не являлись существенно убыточными, судом округа не принимается, поскольку сделки признаны недействительными вступившими в законную силу судебными актами по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.Кроме того, учитывая, что совокупный размер взысканных с ответчиков по сделкам в качестве последствий денежных средств составляетболее 55 млн руб., при этом размер основного долга перед кредиторами второй и третьей очереди – около 105 млн руб., указания заявителей жалоб на незначительность цены сделок, совершение которых было вменено в вину ответчикам, относительно размера неисполненных обязательств должника также признаются судом округа несостоятельными. 

Содержащиеся в кассационных жалобах доводы об отсутствии оснований для привлечения общества «АК-Бур Сервис» к субсидиарной ответственности за не передачу документации должника конкурсному управляющему в связи с нахождением таковой у ФИО2 обоснованно не приняты судами во внимание. В данном случае, как следует из материалов дела, ФИО2 на протяжении всего дела о банкротстве занимал противоречивую позицию: изначально при рассмотрении спора об истребовании документов у общества «АК-Бур Сервис», при рассмотрении настоящего спора, в том числе в кассационной жалобе, высказываясь об отсутствии у него бухгалтерской и иной документации должника, а затем настаивая на том, что данная документация находится непосредственно в его распоряжении. С учетом подобного поведения, при условии, что ни самим обществом «АК-Бур Сервис», ни его руководителем, ни остальными ответчиками обстоятельства, позволяющие судам надлежащим образом проверить деятельность должника, не раскрываются, вступившие в законную силу судебные акты об истребовании документации не исполняются, суды обеих инстанций заключили о согласованности действий ответчиков и их направленности на сокрытие от кредиторов, управляющего и суда реальных фактов деятельности должника, намеренном уклонении ответчиков от исполнения обязанности по передаче документации и, как следствие, о наличии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по данному эпизоду. Суд округа оснований для иных выводов не усматривает. 

Равным образом судом округа отклоняются и доводы кассационных жалоб об отсутствии судебных актов, возлагающих на ФИО5, ФИО4 и ФИО3 обязанности по передаче документации управляющему, поскольку наличие таковых лишь облегчает бремя доказывания обстоятельств, входящих в предмет доказывания по настоящему обособленному спору, но не является обязательным и единственным условием для подтверждения факта неисполнения руководителями должника установленной законом обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему. Наличие у конкурсного управляющего возможности самостоятельно получить документы должника, в том числе по дебиторской задолженности, из других источников не освобождает руководителей должника от обязанности по передаче документации должника управляющему. 

Изложенные в кассационных жалобах доводы относительно того, что судами не дана оценка всем возражениям ответчиков и представленным в их обоснование доказательствам, не принимаются судом кассационной инстанции, поскольку отсутствие в мотивировочной части судебных актов выводов, касающихся оценки каждого представленного в материалы дела доказательства, не свидетельствует о том, что оно не оценивалось судами.

Иные приведенные в кассационных жалобах доводы заявителей выводов судов первой и апелляционной инстанций не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Между тем иная оценка заявителями фактических обстоятельств дела, а также иное толкование ими положений закона не свидетельствуют о нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены состоявшихся судебных актов. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.11.2023 по делу № А07-8408/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.05.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «АК-Бур Сервис»– без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи                                                                                    Ю.А. Оденцова 

 

                                                                                              С.Н. Соловцов