АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А18-125/2021

г. Краснодар

10 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 9 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 августа 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Бабаевой О.В., судей   Ташу А.Х. и Трифоновой Л.А., в отсутствие  в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания "Неон"» (ИНН 

<

***>, ОГРН             

<

***>) и ответчика – публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» на решение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 07.10.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 по делу № А18-125/2021, установил следующее. 

ООО «Строительная компания "Неон"» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ПАО «Россети Северный Кавказ» (далее – компания) о взыскании 7 465 316 рублей 99 копеек убытков, причиненных незаконным отключением электрической энергии с 27.09.2019 по 02.10.2019.

Исковые требования мотивированы неправомерным поведением ответчика, выразившимся в полном ограничении режима потребления электрической энергии на объекте общества, что привело к возникновению у последнего убытков. Неправомерность поведения ответчика подтверждается вступившими в законную силу судебными актами по делу № А18-1642/2019.

Решением от 07.10.2021, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 06.04.2022, иск удовлетворен. 

В кассационной жалобе компания просит отменить судебные акты и отказать в иске. По мнению заявителя, ограничение режима потребления электрической энергии произведено 27.09.2019 (в пятницу) в 15 часов 00 минут, при этом 28.09.2019 и 29.09.2019 являлись выходными днями, подача электроэнергии на объект возобновлена 01.10.2019 в 15 часов 00 минут,  следовательно,  судами неверно установлен период простоя деятельности общества. Истец ссылается на то, что производил закупку асфальта для выполнения работ по государственному контракту у сторонних организаций ввиду отключения собственной технологической линии по производству асфальта от энергоснабжения, однако представил в материалы дела универсальные передаточные документы, датированные 27.09.2019 и 02.10.2019, то есть до ограничения режима потребления электрической энергии и после его возобновления ответчик имел необходимость в приобретении асфальта у сторонних организаций в связи с недостаточной производственной мощностью собственного завода по производству асфальта, поэтому эти затраты не могут быть отнесены к убыткам, причиненным незаконным отключением электрической энергии. Кроме того, истец не представил в материалы дела доказательства того, что в спорный период фактически осуществлял работы по укладке асфальта во исполнение обязательств по государственному контракту. Истец представил табели учета рабочего времени на своих работников, однако не доказал, что местом их работы является асфальтовый завод, при этом 28.09.2019 и 29.09.2019 приходились на нерабочие дни. Истец не доказал, что расходы работодателя по выплате заработной платы являются для него убытками. 

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.07.2022 рассмотрение кассационной жалобы компании откладывалось в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 08.08.2022 в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Алексеева Р.А. на судью Трифонову Л.А. После произведенной в составе суда замены, рассмотрение кассационной жалобы начато с начала.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты надлежит отменить по следующим основаниям. 

Как установлено судами, 04.02.2016 компания (гарантирующий поставщик) и общество (потребитель) заключили договор энергоснабжения № 0602021000128.

23 апреля 2019 года представители компании в присутствии ФИО1 провели проверку средств учета электрической энергии общества, в ходе которой составили акт № ИнФю001410бу о безучетном потреблении. В акте зафиксировано проведение несанкционированного программирования электронной памяти счетчика. Прибор учета потребителя снят для проведения экспертизы.

Согласно заключению эксперта от 14.06.2019 № 1008-1197, проведенной по поручению компании, все энергетические параметры счетчика являются недостоверными по причине отсутствия месячных срезов в электронной памяти и несанкционированного программирования электронной памяти счетчика. На конструкцию счетчика не оказывалось воздействие внешнего постоянного магнитного поля. Счетчик не соответствует требованиям нормативной документации, так как пломбы, которыми он опломбирован, имеют повреждения. Вмешательство в работу счетчика выражается в несанкционированном программировании его электронной памяти, что могло привести к искажению данных об объеме потребления. На конструкции счетчика не считывается его заводской номер, что является нарушением ГОСТ 8.584-2004 «Счетчики электрической энергии переменного тока. Методика проверки».

На основании акта от 23.04.2019 № ИнФю001410бу компания рассчитала объем безучетно потребленной электроэнергии в размере 4 415 040 кВт/ч и направила уведомление от 19.07.2019 № 3856 о полном ограничении режима потребления электроэнергии.

В связи с неоплатой обществом задолженности 27.09.2019 в 15 часов 00 минут введено полное ограничение режима потребления электроэнергии.

Общество обратилось с заявлением о принятии обеспечительных мер, в котором просило запретить компании вводить полное (частичное) ограничение подачи электрической энергии по договору от 04.02.2016 № 0602021000128 и восстановить подачу электрической энергии.

Определением Арбитражного суда Республики Ингушетия от 01.10.2019 по делу № А18-1642/2019, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2019 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 16.07.2020, заявление общества удовлетворено. Компании запрещено вводить полное (частичное) ограничение подачи электроэнергии по договору энергоснабжения от 04.02.2016 № 0602021000128 на объекте общества асфальтный завод по адресу: г. Карабулак промзона, в точках поставки: ПС 35/16 Карабулак 1-СШ 15 10, ПС 35/16 Карабулак 1-СШ 15 6, ПС 110/35/6 Плиево 1-СШ 5 13, ПС 35/6 Карабулак 1-СШ 15 6. На компанию возложена обязанность возобновить поставку электроэнергии по адресу: ПС 35/16 Карабулак 1-СШ 15 10, ПС 35/16 Карабулак 1-СШ 15 6, ПС 110/35/6 Плиево 1-СШ 5 13, ПС 35/6 Карабулак 1-СШ 15 6.

2 октября 2019 года в 15 часов 00 минут энергоснабжение объекта общества возобновлено.

Решением от 24.10.2019 по указанному делу, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 10.03.2020 и постановлением суда округа от 29.07.2020, иск общества о признании незаконными действий по отключению электрической энергии и о понуждении компании исключить из стоимости объема отпущенной электроэнергии стоимость безучетного потребления удовлетворен. Суды исходили из того, что доказательства, подтверждающие неисправность прибора учета электроэнергии, вмешательства в работу измерительного комплекса и искажения данных о фактическом объеме потребления электроэнергии, не представлены; акт о безучетном потреблении электроэнергии от 23.04.2019 № ИнФю001410бу не является надлежащим и достоверным доказательством, подтверждающим безучетное потребление электроэнергии, ответчиком неправомерно произведен расчет безучетного потребления компанией электроэнергии, ограничение и отключение подачи электроэнергии на объекты общества.

Ссылаясь на ненадлежащее исполнение компанией обязательств по договору энергоснабжения от 04.02.2016 № 0602021000128, повлекшее причинение убытков, а также неисполнение в добровольном порядке требования об их возмещении, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

В основание исковых требований общество указало на то, что в период отключения электроэнергии оно было лишено возможности осуществлять деятельность по производству асфальта на собственном заводе и для выполнения работ по государственному контракту вынуждено было закупать асфальт у сторонних организаций по цене, превышающей фактические затраты общества на его изготовление (общая стоимость закупленного асфальта – 23 277 984 рубля (9 699,16 т х 2400 руб.); стоимость производства 9 699,16 т. асфальта на собственном оборудовании – 16 256 277 рублей 11 копеек (9 699,16 т х 1 676,05 руб.); размер убытков общества составил 7 021 706 рублей 89 копеек = 23 277 984 – 16 256 277,11). Кроме того, истец сослался на то, что понес убытки за период вынужденного простоя специализированной техники в виде лизинговых платежей с 27.09.2019 по 02.10.2019 по договорам финансовой аренды (лизинга) № ОВ/КОН-15938-40-01 и ОВ/КОН-15938-41-01 (договоры в материалы дела не представлены, даты договоров в процессуальных документах истца не указаны) в сумме 364 427 рублей 88 копеек (лизинговый платеж по договору «ОВ/КОН-15938-40-01 в месяц составляет 1 105 167 рублей 17 копеек, по договору № ОВ/КОН-15938-41-01 – 1 841 945 рублей 29 копеек), а также убытки в виде оплаты труда 32 работников в период простоя (с 27.09.2019 по 02.10.2019) в сумме 79 182 рублей 22 копеек (т. 2, л. 95, 96).

Удовлетворяя иск, суды руководствовались статьями 15, 547 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон № 35-ФЗ) и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства, исходили из наличия причинной связи между действиями ответчика и требуемыми расходами.

Между тем суды не учли следующее.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 1 статьи 547 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения сторонами обязательств по договору энергоснабжения сторона, нарушившая обязательство, обязана возместить причиненный в результате этого реальный ущерб. Реальным ущербом являются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Нарушение порядка ограничения режима потребления электрической энергии и необоснованность действий по введению ограничения режима потребления влечет возникновение у потребителя права на взыскание убытков (пункт 3 статьи 39 Закона № 35-ФЗ).

В предмет доказывания по требованию о взыскании убытков входит: факт причинения убытков, их размер, наличие причинной связи между виновными действиями (бездействием) ответчика и причиненными убытками.

Общество указывает на то, что было лишено возможности осуществлять деятельность в период отключения электроэнергии, в связи с этим понесло реальный ущерб в размере 79 182 рублей 22 копеек в виде оплаты труда 32 работников в период простоя (с 27.09.2019 по 02.10.2019) в сумме 79 182 рублей 22 копеек (т. 2, л. 95 – 96).

Из содержания представленных в материалы дела табелей учета рабочего времени за сентябрь и октябрь 2019 года следует, что в обществе установлена 6-дневная рабочая неделя (воскресенье выходной день) с  7-часовым графиком работы с понедельника по пятницу и 5-часовым рабочим днем в субботу. Простой в указанных табелях учета рабочего времени не зафиксирован (коды «РП», «НП» или «ВП»), работникам 27.09.2019, 30.09.2019 – 02.10.2019 проставлен (код «Я» – продолжительность работы в дневное время) 7-часовой рабочий день,  28.09.2020 – 5-часовой рабочий день, а 29.09.2020 – выходной день (код «В»), при этом несколько работников, включенных истцом в расчет убытков,  находились на больничном (ФИО2 (повар) 27.09.2019 – 30.09.2019, ФИО3 (машинист) 28.09.2019 – 30.09.2019, 01.10.2019, 02.10.2019).

Расчет убытков истец производит путем деления должностного оклада на количество дней в сентябре и октябре 2019 года и умножения полученной суммы на количество дней простоя, при этом дни простоя истцом включено 27.09.2019 (ограничение режима потребления электрической энергии произведено в 15 часов 00 минут), а также 29.09.2019 (воскресенье).  

В силу статей 2, 22 и 136 Трудового кодекса Российской Федерации выплата заработной платы является обязанностью работодателя, возникающей в результате заключения трудового договора между работником и работодателем.

Оплата труда работников является не убытками истца как субъекта гражданских правоотношений, а его законодательно установленными расходами как работодателя (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации), поэтому требование общества о возмещении расходов по оплате простоя работников за время ограничения потребления электрической энергии неправомерно.

Выполнение такой обязанности обществом обусловлено характером взаимоотношений, сложившихся с его работниками, следовательно, возникшие в связи с этим расходы работодателя не могут быть признаны убытками, поскольку их несет не субъект гражданских правоотношений.

Кроме того, убытки носят компенсационный характер и представляют собой санкцию за нарушение права конкретного лица, а не возмещение за выполнение данным лицом обязанности, возложенной на него законом.

При этом истец занял противоречивую позицию относительно возможности осуществления деятельности предприятием в период отключения электроэнергии, указывая, с одной стороны, что приостановление обществом работ в рамках государственного контракта от 13.07.2018 № 1001687 было невозможно, поэтому общество осуществляло деятельность в указанные дни, производило работы, закупало асфальт у сторонних производителей, с другой стороны, отмечал, что  отключение электроэнергии повлекло простой техники, приобретенной в лизинг, и всех работников общества, указанных в табелях учета рабочего времени за сентябрь и октябрь 2019 года. 

Истец, обосновывая исковые требования, не определился с позицией, которой он придерживается, привел в качестве оснований для возникновения убытков различные последствия, вызванные неправомерным поведением ответчика (противоречащие друг другу).

В  материалы дела представлен акт от 02.10.2019, которым оформлен простой техники с государственными регистрационными знаками В496ХН126, В422ХН126, В502ХН126, В435ХН126, В491ХН126 (вид техники не указан) и 32 работников общества (водители, инженеры, геодезисты, машинисты экскаватора, автогрейдера и катка и др.). Однако обосновывая исковые требования в части взыскания 7 021 706 рублей 89 копеек убытков, истец приводит довод о  том, что производственная деятельность общества не прекращалась, выполнялись работы по государственному контракту от 13.07.2018 № 1001687, связанные реконструкцией и строительством автодороги, закупался асфальт для выполнения работ.   

 Взыскивая с компании в составе убытков уплаченные обществом за период простоя спецтехники лизинговые платежи, учитывая, что предметы договоров лизинга в период отключения электроэнергии на объекте обществе не использовались по назначению по вине компании, при этом расходы по уплате лизинговых платежей произведены лизингополучателем, суды исходили из обоснованности возложения на гарантирующего поставщика обязанности по возмещению убытков по этому виду расходов. 

Между тем договоры финансовой аренды (лизинга) № ОВ/КОН-15938-40-01 и ОВ/КОН-15938-41-01 не исследовались судами (в материалах дела отсутствуют), расчет убытков в этой части истцом не раскрыт (вид техники не указан, состав лизинговых платежей не раскрыт, неиспользование обществом техники в ходе выполнения работы по государственному контракту от 13.07.2018 № 1001687 не доказано). 

Согласно пункту 5 статьи 15 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон № 164-ФЗ) по договору лизинга лизингополучатель обязуется выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и сроки, предусмотренные договором лизинга.

Исходя из пункта 1 статьи 28 Закона № 164-ФЗ под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

Экономический интерес лизингодателя лежит в возмещении стоимости предмета лизинга за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности, при этом право собственности лизингодателя на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», пункты 2, 28 Закона № 164-ФЗ).

Установление в договоре символической выкупной цены, приближенной к нулевой, означает, что действительная выкупная цена вошла, в числе прочего, в состав определенных сделкой периодических лизинговых платежей.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее – Обзор от 27.10.2021), платежи по договору выкупного лизинга по общему правилу включают в себя сумму предоставленного лизингодателем финансирования и вознаграждение за названное финансирование, зависящее от продолжительности пользования им. Данные платежи не могут быть разделены на плату за пользование предметом лизинга и его выкупную стоимость.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 10 Обзора от 27.10.2021, лизинговые платежи не могут быть взысканы в качестве убытков с продавца по смыслу статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием причинно-следственной связи. На продавца не могут быть переложены риски несения неблагоприятных последствий, связанных с использованием лизингополучателем привлеченных денежных средств для целей приобретения товара и необходимостью уплаты лизингополучателем вознаграждения за предоставленное лизингодателем кредитование, поскольку его уплата не является обычным последствием допущенного продавцом нарушения.

Суд округа, применяя по аналогии указанные разъяснения к установленным по делу обстоятельствам, считает, что лизинговые платежи, уплаченные лизингодателю за период невозможности пользования предметом лизинга, не могут быть включены в состав убытков (реального ущерба) лизингополучателя, подлежащих взысканию с гарантирующего поставщика, незаконно ограничившего режим энергопотребления или прекратившего подачу электроэнергии потребителю. 

Таким образом, выплаченная работникам общества вследствие простоя заработная плата и лизинговые платежи, уплаченные лизингодателю за период невозможности пользования предметом лизинга, не могут быть включены в состав убытков (реального ущерба) общества по смыслу статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием причинно-следственной связи. В указанной части судебные акты надлежит отменить, в удовлетворении исковых требований о взыскании 443 610 рублей 10 копеек (364 427 рублей 88 копеек + 79 182 рубля 22 копейки) отказать. 

Относительно требований общества о взыскании 7 021 706 рублей 89 копеек убытков, дело в этой части подлежит направлению на новое рассмотрение, поскольку обстоятельства, связанные с несением обществом расходов на закупку асфальта у поставщиков, судами в процессе рассмотрения дела не устанавливались; довод компании о том, что такая закупка осуществлялась в рамках обычной хозяйственной деятельности общества как до, так и после спорного периода, поскольку производственные мощности  собственной технологической линии по производству асфальта не позволяли изготовить асфальт в необходимом количестве не рассмотрен; возможности производственных мощностей технологической линии по производству асфальта, принадлежащей обществу, и обоснованность закупки асфальта в день введения ограничения режима энергопотребления – 27.09.2019 (введено в 15 часов 00 минут), не исследованы; обстоятельства фактического выполнения обществом в спорный период работ, связанных с укладкой асфальта в рамках государственного контракта от 13.07.2018 № 1001687, не устанавливались; исполнительная документация, подтверждающая выполнение истцом работ по устройству покрытия в спорный период, не исследовалась (акты по форме КС-2, общий журнал работ и специальные журналы работ, акты  (протоколы)  проверки, акты освидетельствования скрытых работ, акты входного контроля); оценка противоречивому поведению истца не дана и в связи с этим наличие у общества производственных, трудовых, технических и иных ресурсов, необходимых для производства работ в рамках государственного контракта от 13.07.2018 № 1001687 в спорный период с учетом зафиксированных в акте простоя от 02.10.2019 обстоятельств (оформление простоя по 5 единицам техники и 32 работникам) не исследовалось. 

При изложенных обстоятельствах выводы судебных инстанций в указанной части сделаны при не полном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела.

Принимая во внимание, что допущенные нарушения могут быть устранены только при повторном рассмотрении дела в суде первой инстанции, кассационная инстанция, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты, считает необходимым направить дело на новое рассмотрение в части взыскания 7 021 706 рублей 89 копеек убытков. 

При новом рассмотрении суду надлежит устранить отмеченные недостатки, установить фактические обстоятельства по делу, правильно применить нормы материального и процессуального прав и принять законный и обоснованный судебный акт. Ввиду направления дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов подлежит рассмотрению с учетом результата разрешения спора по существу.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 07.10.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 по делу № А18-125/2021 отменить.

В удовлетворении исковых требований о взыскании 443 610 рублей 10 копеек убытков отказать.

В остальной части названные судебные акты по делу № А18-125/2021 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Ингушетия.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий

                                            О.В. Бабаева

 

Судьи

                                        А.Х. Ташу

 

                                               Л.А Трифонова