АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6053/23 

Екатеринбург

25 сентября 2023 г.

 

Дело № А60-42610/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 21 сентября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 сентября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Новиковой О.Н., Шершон Н.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Свердловской области от 27.01.2023 по делу № А60-42610/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 09.08.2021;

индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 14.09.2021;

ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 16.11.2021.

 

Общество с ограниченной ответственностью «Альянс ТЦ» (далее – общество «Альянс ТЦ») в лице ФИО1 обратилось в арбитражный суд с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО5 и индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее - ИП ФИО3) о признании недействительными дополнительных соглашений от 01.04.2020 № 4, от 01.01.2021 № 5 к долгосрочному договору аренды нежилого помещения от 01.04.2015 № 009, заключенному между обществом «Альянс ТЦ» и ИП ФИО3; применении последствий недействительности дополнительных соглашений в виде взыскания с ИП ФИО3 в пользу общества «Альянс ТЦ» 5010000 руб.; взыскании с ФИО5 в пользу общества «Альянс ТЦ» 5010 000 руб. в счет возмещения убытков.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.01.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023, в удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит обжалуемые судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Заявитель жалобы считает, что суды не установили наличие либо отсутствие обязанности у общества предоставить ИП ФИО3 льготу по уплате арендной платы в 2020 году. Кассатор полагает, что на ИП ФИО3 не распространяются положения статьи 19 Федерального закона от 01.04.2020 № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» (далее – Закон № 98-ФЗ), поскольку его основным видом деятельности является аренда и управление собственным и арендованным недвижимым имуществом (ОКВЭД 68.20), в то же время такой вид деятельности в перечень отраслей экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, не включен; кроме того, у ИП ФИО3 отсутствует право требовать уменьшения арендной платы. Истец отмечает, что ИП ФИО3 во время действия режима повышенной готовности на территории Свердловской области использовал арендованные помещения в соответствии с условиями договора аренды, при этом отношения последнего со своими контрагентами не могут влиять на условия договора аренды с обществом «Альянс ТЦ». По мнению кассатора, поведение ИП ФИО3 по самостоятельному определению условий соглашения не отвечает требованиям разумности; ФИО5, в свою очередь, принял решение без совершения действий, направленных на получение необходимой и достаточной для принятия решения информации, в частности, не запросил у ИП ФИО3 сведения о степени снижения платы субарендатором, доказательства снижения его доходов. Такое поведение выходит за пределы исключительно деловых взаимоотношений ФИО5 и ИП ФИО3 и подтверждает наличие между ними аффилированности. 

В представленных отзывах ИП ФИО3 и ФИО5 просят отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции с учетом норм статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа оснований для отмены судебных актов не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Альянс ТЦ» зарегистрировано в качестве юридического лица 12.09.2005 Инспекцией Федеральной налоговой службы по Чкаловскому району г. Екатеринбурга.

С даты государственной регистрации ФИО1 является участником общества, в настоящее время его доля в уставном капитале составляет 4/15, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ).

Функции единоличного исполнительного органа (директора) общества с 01.08.2016 осуществляет ФИО5

Между обществом «Альянс ТЦ» (арендодатель) и ИП ФИО3 (арендатор) заключен долгосрочный договор аренды нежилого помещения 01.04.2015 № 009, по условиям которого ИП ФИО3 переданы в аренду нежилые помещения в здании по адресу 

<

...>, общей площадью 2272 кв. м, по цене 730 000 руб. в месяц, сроком до 31.03.2030 (пункты 1.1, 3.2, 6.1 договора).

Дополнительным соглашением от 01.01.2019 № 3 к договору размер постоянной части арендной платы увеличен до 750 000 руб. в месяц.

Дополнительным соглашением от 01.04.2020 № 4 к договору установлена дифференцированная ставка постоянной части арендной платы на несколько периодов в размере от 150 000 руб. до 500 000 руб. в месяц.

Дополнительным соглашением от 01.01.2021 № 5 к договору установлен размер постоянной части арендной платы в размере 520 000 руб. в месяц на период с 01.01.2021 по 31.12.2021.

По мнению ФИО1, при отсутствии объективных причин постоянная часть арендной платы для ИП ФИО3 резко снижена и ее размер в период с 01.04.2020 по настоящее время составил от 66 руб. до 228 руб. за 1 кв. м, тогда как аналогичные помещения другим арендаторам сдавались по более высокой ставке арендной платы. 

В частности, по заключенному между обществом «Альянс ТЦ» и ИП ФИО7 (арендатор) долгосрочному договору аренды нежилого помещения от 01.06.2015 № 006 последнему переданы в аренду нежилые помещения в здании по адресу 

<

...>, общей площадью 910 кв. м по цене 488 000 руб. в месяц, сроком до 31.05.2020 (пункты 1.1, 3.2, 6.1). Дополнительным соглашением от 01.04.2020 № 4 к договору определена минимальная ставка постоянной части арендной платы в сумме от 267 000 руб. до 356 000 руб., дополнительным соглашением от 01.09.2020 N 5 – в сумме 500 000 руб., то есть размер ставки постоянной части арендной платы по долгосрочному договору аренды нежилого помещения № 006 в период с 01.04.2020 по настоящее время составлял от 293 руб. до 549 руб. за 1 кв. м.

Таким образом, ФИО5 при отсутствии объективных причин, в ущерб основной цели деятельности общества «Альянс ТЦ», заключил дополнительные соглашения к договору аренды с ИП ФИО3 на условиях, существенно отличающихся от условий (в худшую сторону), на которых обществом совершаются аналогичные сделки.

Полагая, что в результате действий ФИО5 по заключению дополнительных соглашений о снижении арендной платы по договору с ИП ФИО3 обществу «Альянс ТЦ» причинены убытки в виде разницы между ставкой арендной платы, установленной дополнительным соглашением № 3, и ставками арендной платы, установленными дополнительными соглашениями № 4 и № 5, в сумме 5 010 000 руб., ФИО1 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего. 

В силу положений пункта 3 статьи 53 и пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (единоличный исполнительный орган общества), должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, а в случае причинения по его вине юридическому лицу убытков, обязано возместить таковые по требованию юридического лица либо его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей данное лицо действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью), единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно и несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Для привлечения органов управления общества к ответственности, предусмотренной статьей 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, необходимо установить, что на момент совершения действий, повлекших возникновение убытков, действия (бездействие) упомянутых органов не отвечали интересам юридического лица, а с иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом вправе обратиться в суд общество или его участник

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и так далее, временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением. 

Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

Как следует из пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

          Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применение указанной ответственности возможно при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, включая наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для общества, наличие и размер убытков, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, а недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении подобного требования.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства (пункт 1 постановление Пленума № 62).

         Критерии недобросовестности и неразумности действий директора раскрыты в пунктах 2 и 3 постановления Пленума № 62.

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента); невыгодность сделки определяется на момент ее совершения (абзац седьмой пункта 2 постановления Пленума № 62).

           Как следует из материалов дела, в качестве правового основания для признания дополнительных соглашений недействительными истец указал положения статей 10, 168, пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, при этом вопрос о наличии оснований для привлечения ФИО5 к ответственности в виде возмещения спорных убытков напрямую связан с вопросом о наличии оснований для признания недействительными спорных дополнительных соглашений.

           Согласно пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Так, арбитражным судам предписано давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 постановления Пленума № 62).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации); размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, суды первой и апелляционной инстанций заключили, что изначально между обществом «Альянс ТЦ» и предпринимателем ФИО3 сложились особые отношения по условиям предоставления последнему в аренду помещений торгового центра по сравнению с иными арендаторами, в том числе ИП ФИО7; так, проанализировав условия долгосрочных договоров аренды нежилого помещения, заключенных с ИП ФИО3 и ИП ФИО7, суды констатировали, что названные договоры заключены в один период – в пределах двух месяцев, от имени общества «Альянс ТЦ» их заключал и, соответственно, определял условия ФИО1, являвшийся в тот период руководителем (директором) общества, в то же время указанные договоры существенно различаются по ряду принципиальных условий, в частности, по договору с ИП ФИО3 арендатор вправе сдавать помещения в субаренду без письменного согласия арендодателя (пункт 2.4.3), коммунальные платежи (расходы по обеспечению помещения теплоснабжением, электроснабжением, подачей холодной и горячей воды, водоотведением, услуги за пользование телефоном и Интернет) с арендатора не взимаются (пункт 3.4.1), эксплуатационные платежи (доля арендатора в общих затратах, связных с обеспечением деятельности в зданиии функционирования оборудования и инженерных систем: систем отопления, вентиляции, водопровода и канализации (кроме оборудования, установленного арендатором самостоятельно), с содержанием мест общего пользования и прилегающей территории в надлежащем санитарном состоянии; с обеспечением безопасности и общественного порядка в местах общего пользования и на прилегающей территории, с обеспечением противопожарной безопасности здания, обслуживанием систем охранной, пожарной сигнализации и автоматического спринклерного пожаротушения, с управлением ТЦ, с обслуживанием и страхованием пассажирского и грузового лифтов) с арендатора не взимаются (пункт 3.4.2); в то время как по договору с ИП ФИО7 арендатор не вправе сдавать помещения в субаренду без письменного согласия арендодателя (пункт 2.4.3), коммунальные и эксплуатационные платежи подлежат уплате арендатором (пункты 3.4.1, 3.4.2).

С учетом изложенного суды обеих инстанций пришли к выводу о том, что условия договора с ИП ФИО3 предоставляли ему существенные преимущества, в том числе по вопросам сдачи в субаренду помещений без дополнительного согласования с обществом «Альянс ТЦ», несения коммунальных и эксплуатационных платежей, по сравнению с ИП ФИО7, при том, что последний также арендовал у общества нежилые помещения значительной площади – 910 кв. м.

Вместе с тем, разумные объяснения относительно мотивов предоставления ИП ФИО3 преференций ФИО1 в материалы дела не представлены (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По результатам изучения позиции истца о невыгодности спорных дополнительных соглашений для общества «Альянс ТЦ» суды обеих инстанций посчитали ее основанной лишь на формальном сравнении ценовых условий в аналогичных соглашениях с другими лицами, в отрыве от практики сложившихся и длительное время существовавших отношений между обществом «Альянс ТЦ», в том числе в лице ФИО1, и ИП ФИО3

Отклоняя довод ФИО1 о том, что на ИП ФИО3 не распространяются положения статьи 19 Закона № 98-ФЗ, поскольку его основным видом деятельности является аренда и управление собственным и арендованным недвижимым имуществом (ОКВЭД 68.20), однако такой вид деятельности в перечень отраслей экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, не включен, суды исходили из того, что названные положения, вопреки утверждению истца, не содержат условия об их применении исключительно к арендаторам, деятельность которых включена в перечень наиболее пострадавших отраслей.

Так, суды приняли во внимание, что доход общества «Альянс ТЦ» за период с 01.04.2020 по 31.12.2021 по договору аренды от 01.04.2015, заключенному с ИП ФИО3, составлял 10 340 000 руб.; доход ИП ФИО3 от сдачи в субаренду помещений по договору от 01.04.2015 за указанный период составил 19 894 576 руб., при этом, учитывая, что условия договора аренды от 01.04.2015 № 009 об отсутствии коммунальных и эксплуатационных платежей, а также размер арендной платы установлены самим ФИО1 при заключении указанного договора, суды констатировали, что наличие либо отсутствие обязанности оплачивать коммунальные и эксплуатационные платежи не должны учитываться при определении дохода ИП ФИО3 ввиду того, что сам ФИО1, действуя не в интересах общества, создал такую ситуацию; при заключении оспариваемых соглашений директор общества «Альянс ТЦ» не мог в одностороннем порядке изменить условия указанного выше договора аренды от 01.04.2015; в свою очередь, ФИО1, вменяя в вину директору общества отсутствие обязанности ИП ФИО3 оплачивать коммунальные и эксплуатационные платежи, пытается недобросовестно переложить ответственность на действующего директора за последствия своего ранее принятого решения, что недопустимо применительно к положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Установив, что доход ИП ФИО3 за 2019 год от сдачи помещений в аренду составлял примерно 15 569 040 руб., доход общества «Альянс ТЦ» – 9 000 000 руб., суды первой и апелляционной инстанций заключили, что доход ИП ФИО3 и в «допандемийный период» превышал доход общества «Альянс ТЦ» от сдачи помещений в аренду, при том, что первоначальный размер арендной платы по договору от 01.04.2015 был определен самим ФИО1; и, принимая во внимание, что разница между снижением арендной платы, которую получил ИП ФИО3 от общества «Альянс ТЦ», и снижением арендной платы, которую предоставил ИП ФИО3 своим субарендаторам, составляет 8,19% (34% - 25,81% = 8,19%), суды сочли, что она является несущественной, поскольку в результате заключенных дополнительных соглашений ИП ФИО3 не получил какого-либо необоснованного или несопоставимого дохода ввиду соразмерного снижения им арендной платы своим субарендаторам.

Судами, помимо прочего, отмечено, что в соответствии с пунктом 3 Постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439 «Об установлении требований к условиям и срокам отсрочки уплаты арендной платы по договорам аренды недвижимого имущества» ИП ФИО3 мог претендовать на получение отсрочки оплаты задолженности за 2020 год по арендной плате до 01.01.2021, а значит, могла сложиться ситуация, когда ИП ФИО3, начиная с 01.04.2020 до 31.12.2020, мог не платить арендную плату. 

При таком положении суды пришли к выводу о том, что в результате заключения оспариваемых дополнительных соглашений обществу «Альянс ТЦ» не был причинен существенный и явный злонамеренный ущерб со стороны директора; оспариваемые сделки заключены на основании действовавших положений законодательства, рекомендаций муниципальных и государственных органов, а также с целью исключения возникновения больших убытков; снижение дохода общества «Альянс ТЦ» вызвано объективными общеизвестными обстоятельствами, что является предпринимательским риском и, в свою очередь, не может являться основанием для взыскания убытков с директора общества. 

Таким образом, отказывая в удовлетворении иска, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела факта причинения убытков и всех необходимых и достаточных оснований для их взыскания с ответчиков, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана правовая оценка, применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебных актов; выводов судов не опровергают, о нарушении ими при принятии обжалуемых судебных актов норм права не свидетельствуют, касаются фактических обстоятельств дела и доказательственной базы по спору, тогда как переоценка таковых выходит за рамки компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных нормами статей 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а потому является недопустимой (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»); мнение кассатора о том, что приведенные им обстоятельства и доказательства судам следовало оценить иным образом, о нарушении при принятии обжалуемых судебных актов норм права не свидетельствует, в связи с чем, не может служить основанием для отмены решения и постановления.

Нарушений норм материального и (или) процессуального права, которые могли бы повлечь изменение или отмену судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 27.01.2023 по делу №А60-42610/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                             Е.А. Павлова 

 

Судьи                                                                          О.Н. Новикова 

 

                                                                                     Н.В. Шершон