ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-1151/2024

21 марта 2024 г.                                                                                 Дело № А55-37064/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2024 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 марта 2024 г.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Мальцева Н.А., Поповой Г.О.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства

 

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №4

апелляционную жалобу ФИО2

на определение  Арбитражного суда Самарской области от 22 декабря 2023 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО2 о признании сделки недействительной

в рамках дела № А55-37064/2022

о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Форт-Гарант», 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО «СВВ-Групп» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Форт-Гарант» (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 08.12.2022 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 16.02.2023 в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО4.

Объявление об открытии в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 38(7483) от 04.03.2023.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 07.07.2023 должник признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просил признать договор уступки (цессии) от 09.08.2021, заключенный между ООО СК «Форт-Гарант и ФИО2, недействительным, применить последствия недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 22 декабря 2023 года заявление удовлетворено частично.

Признан недействительной сделкой договор уступки (цессии) от 09.08.2021, заключенный между ООО СК «Форт-Гарант» и ФИО2.

Применены последствия недействительности сделки в виде возложения на ФИО2 обязанности возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GLA250 4 MATIC, 2019г.в., индивидуальный номер (VIN) 

<

***>, цвет серый, государственный регистрационный номер 

<

***>.

Отказано в удовлетворении заявления арбитражного управляющего ФИО3 в части требований о взыскании с ФИО2 в пользу должника ООО СК «Форт-Гарант» судебной неустойки в размере 3 000 руб. за каждый день просрочки исполнения судебного акта до даты его исполнения в соответствии со ст.308.3 ГК РФ.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 22 декабря 2023 года, отказать в удовлетворении заявленного требования.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 февраля 2024 года апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 14 марта 2024 года.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От конкурсного управляющего ФИО3 поступил отзыв, в котором возражает против удовлетворения апелляционной жалобы.

От ФИО2 поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

В соответствии с пунктом 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Апелляционная коллегия признала ходатайство необоснованным и подлежащим отклонению, поскольку препятствия для рассмотрения апелляционной жалобы отсутствуют, материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу, изложенные в ходатайстве об отложении причины не служат основаниями для отложения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 22 декабря 2023 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО2 о признании сделки недействительной в рамках дела № А55-37064/2022, в связи со следующим.

В ходе проведения процедур банкротства конкурсным управляющим установлено, что в период с 24.03.2020 по 21.08.2021 на балансе должника значилось транспортное средство МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GLA250 4 MATIC, 2019 года выпуска, индивидуальный номер (VIN) 

<

***>, цвет серый, государственный регистрационный номер 

<

***>.

Указанное транспортное средство было приобретено должником по договору лизинга № 2624/2020 от 11.03.2020, заключенного с ООО «Каркаде».

В соответствии с п.1.1. договора лизинга Лизингодатель посредством заключения договора купли-продажи обязуется приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем   продавца - ООО «МБ-ИРБИС» автомобиль МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GLA250 4 MATIC, 2019 года выпуска, индивидуальный номер (VIN) 

<

***>, которое обязуется предоставить лизингополучателю в лизинг по настоящему договору лизинга за плату во временное пользование и пользование.

Факт передачи ООО СК «Форт-Гарант» (лизингополучатель) транспортного средства МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GLA250 4 MATIC, подтверждается подписанными сторонами актом приема-передачи предмета лизинга по договору лизинга № 2624/2020 от 11.03.2020. Лицом, выступающий со стороны лизингополучателя выступал ФИО2.

В соответствии с п 1.1. договора уступки (цессии) от 09.08.2021 ООО СК «Форт-Гарант» (цедент) уступает, а ФИО2 (цессионарий) принимает права и обязанности по договору лизинга № 2624/2020 от 11.03.2020, заключенного между цедентом и ООО «Каркаде», в объеме, существующем на момент настоящего договора в силу.

Пунктом 1.2. договора установлено, что за уступаемые права и обязанности по договору лизинга цессионарий выплачивает денежную сумму в размере 10 000,00 руб. (стоимость согласована сторонами в соответствии с п.1.1. договора).

Полагая, что договор уступки подлежит признанию недействительной сделкой, конкурсный управляющий обратился с настоящим заявлением в суд.

В силу положений статьи 665 ГК РФ в корреспонденции со статьей 2 Закона N 164-ФЗ получение лизингодателем лизинговых платежей обусловлено предоставлением им другой стороне встречного исполнения - предмета лизинга и использования его лизингополучателем на срок лизинга.

Таким образом, оспариваемый конкурсным управляющим Договор уступки является сделкой по уступке прав и переводу обязанностей по договору выкупного лизинга, который заключен в соответствии с положениями пункта 2 статьи 615, пункта 1 статьи 382, статьи 384, пункта 1 статьи 391 ГК РФ.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)         сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правамкредиторов;

б)        в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правамкредиторов;

в)        другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Из материалов дела следует, заявление о признании должника банкротом принято к производству определением Арбитражного суда Самарской области от 08.12.2022, оспариваемая конкурсным управляющим сделка совершена должником 09.08.2021, то есть в течение периодов подозрительности, установленных пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По смыслу положений статьи 2 Закона N 164-ФЗ и статьи 665 ГК РФ под договором лизинга понимается договор, в соответствии с которым арендодатель (лизингодатель) обязуется приобрести в собственность указанное арендатором (лизингополучателем) имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование.

Поскольку в параграфе 6 главы 34 ГК РФ не установлены специальные правила о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга, к спорным правоотношениям подлежит применению статья 615 ГК РФ, в соответствии с которой в результате перенайма происходит замена арендатора в обязательстве, возникшем из договора аренды, поэтому перенаем должен осуществляться с соблюдением норм гражданского законодательства об уступке требования и переводе долга.

В силу установленной пунктом 3 статьи 423 ГК РФ презумпции названная договорная конструкция является возмездной.

Согласно пункту 1 статьи 28 Закона о лизинге под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Из материалов дела следует, что на момент совершения оспариваемой сделки должник обладал признаками неплатежеспособности и имел неисполненные обязательства перед иными кредиторами ООО «СВВ-ГРУПП» в размере 1 713 452,80 руб., ООО «ГК «Изол-Профи» в размере 2 919 415,40 руб., неустойка в размере 1 434 128,80 руб., ФНС России.

Оспариваемый договор уступки (цессии) от 09.08.2021 не содержит сведений о рыночной стоимости транспортного средства и остатке платежей по договору лизинга.

Напротив, в пункте 2.1.1 договора указано, что задолженность перед лизингодателем отсутствует.

Согласно полученных от ООО «Каркаде» сведений, ООО СК «Форт-Гарант» свою обязанность по выплате лизинговых платежей в адрес лизингодателя выполнено в полном объеме в размере 2 748 539,21 руб.

При этом на основании договора уступки (цессии) от 09.08.2021 должник переуступил свои права и обязанности по договору лизинга № 2624/2020 от 11.03.2020 гражданину ФИО2 по стоимости 10 000 руб.

Вместе с тем, обязательства по оплате 10 000,00 руб. ФИО2 по оспариваемому договору уступки не исполнены, денежные средства на счет должника не поступили. Доказательств обратного суду не представлено.

Доводы о том, что транспортное средство приобреталось исключительно самим ответчиком и формально было оформлено на должника отклоняются судебной коллегией, поскольку доказательств оплаты должнику полной стоимости транспортного средства и лизинговых платежей материалы дела не содержат.

Указанные утверждения ответчика не подтверждены в порядке ст.65, ст.67 АПК РФ.

Кроме того, материалы дела не содержат обоснований экономической целесообразности в подобном способе приобретения транспортного средства.

Как указывалось ранее, оспариваемая сделка совершена между заинтересованными лицами поскольку ответчик являлся сотрудником должника - заместителем директора, что подтверждается приказом о приеме на работу от 01.11.2019, личной карточкой от 15.01.2020.

Доводы о том, что ответчик не мог оказывать влияние на хозяйственную деятельность должника отклоняются судебной коллегией, поскольку не имеют правового значения при рассмотрении настоящего обособленного спора.

В рассматриваемом случае аффилированность означает осведомленность об имущественном состоянии должника и возможном причинение вреда кредиторам должника. 

При этом необходимо отметить, что  в определении от 31.07.2017 по делу N 305-ЭС15-11230 Верховный Суд Российской Федерации сформулировал следующие правовые позиции:

- цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ;

- при признании судом цепочки сделок притворными как прикрывающими сделку между первым продавцом и последним покупателем возврат имущества от конечного покупателя ее первоначальному продавцу осуществляется с использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска;

- в рамках дела о банкротстве по требованию о признании нескольких сделок единой сделкой (пункта 2 статьи 170 ГК РФ), совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов банка (пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), течение срока исковой давности начинается с того момента, когда временная администрация, конкурсный управляющий реально имели возможность узнать не только о самом факте совершения оспариваемых сделок, но и том, что они являются взаимосвязанными, притворными и действительно совершены в целях причинения вреда кредиторам;

- споры о признании недействительной сделки, которую прикрывает цепочка последовательно совершенных сделок, по основаниям, предусмотренным положениями Закона о банкротстве, относятся к компетенции арбитражного суда, рассматривающего дела о банкротстве.

Как разъяснено в п. 2 постановления Пленума ВАС РФ N 17, особенностью договора выкупного лизинга является то, что право собственности на предмет лизинга, перешедшее лизингодателю от продавца, сохраняется за лизингодателем временно как способ обеспечения того, что лизингополучатель исполнит свое обязательство по возврату (возмещению) предоставленного лизингодателем финансирования и выплате соответствующего вознаграждения (платы за финансирование).

В связи с этим по смыслу ст. 309 ГК РФ и п. 1 ст. 28 Закона о лизинге уплата лизингополучателем всех лизинговых платежей в согласованные сторонами сделки сроки полностью удовлетворяет материальный интерес лизингодателя в размещении денежных средств. С названного момента в силу п. 4 ст. 329 ГК РФ право собственности на предмет лизинга переходит от лизингодателя к лизингополучателю автоматически, если иной момент не установлен законом (п. 2 ст. 218, ст. 223 ГК РФ).

В такой ситуации с учетом п. 1 ст. 422 ГК РФ для перехода права собственности на предмет лизинга заключения отдельного договора купли-продажи не требуется, в том числе в случае, если договор лизинга содержит противоположные положения, обусловливающие переход права собственности соблюдением иных условий, не связанных с надлежащим исполнением обязательств лизингополучателем (подписание отдельного договора купли-продажи, составление акта приема-передачи имущества, получение согласия лизингодателя и т.п).

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

При этом действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Прикрывающие сделки и операции ничтожны независимо от признания их таковыми судом в силу прямого указания пункта 1 статьи 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 11.07.2017 N 305-ЭС-172110 по делу N А40-201077/2015 о том, что Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а также притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса). Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Таким образом, в результате цепочки сделок, а именно договора уступки и последующей передачи автомобиля ответчику от лизингодателя, должник ООО "Форт-Гарант", несмотря на то, что исполнял обязанности лизингополучателя, утратил возможность получить в собственность автомобиль.

Из конкурсной массы должника безвозмездно выбыло спорное автотранспортное средство, что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов, уменьшении стоимости и размера имущества должника, а также к последствиями, приведшим или могущим привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Учитывая изложенные обстоятельства договор уступки (цессии) от 09.08.2021 правомерно признан судом первой инстанции недействительной сделкой.

В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Между тем, оснований для применения в данном случае к оспариваемым сделкам положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не имеется, поскольку указанные заявителем обстоятельства не выходят за пределы диспозиции п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям п. 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63, если сделка, признанная в порядке главы Ш. 1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения

Согласно сведениям ГИБДД спорное транспортное средство зарегистрировано за должником.

Также согласно базе РСА по состоянию на 14.12.2023 следует, что 18.08.2023 ответчиком ФИО2, 20.01.1971г.р. заключен договор страхования с АО «ОСК», на автомобиль МЕРСЕДЕС-БЕНЦ, г/н 

<

***> строк страхования 19.08.2023-18.08.2024.

На основании изложенного судом первой инстанции правомерно применены последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсным управляющим заявлено требование о взыскании с ФИО2 в пользу должника ООО СК «Форт-Гарант» судебной неустойки в размере 3 000 руб. за каждый день просрочки исполнения судебного акта до даты его исполнения в соответствии со ст.308.3 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 318 АПК РФ судебные акты арбитражных судов приводятся в исполнение после вступления их в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения, в порядке, установленном настоящим Кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы исполнительного производства.

Согласно пункту 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено данным Кодексом, иными законами или договором, либо не вытекает из существа обязательства; суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330 Кодекса) на случай неисполнения указанного судебного акта.

Как разъяснено в пунктах 31 и 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление № 7), суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска о понуждении к исполнению обязательства в натуре; судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства; удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения.

Если требование о взыскании судебной неустойки заявлено истцом и удовлетворяется судом одновременно с требованием о понуждении к исполнению обязательства в натуре, началом для начисления судебной неустойки является первый день, следующий за последним днем, установленным решением суда для исполнения обязательства в натуре.

В случае подачи истцом заявления о взыскании судебной неустойки через какое-то время после вынесения решения об исполнении обязательства в натуре взыскание судебной неустойки за период, предшествующий моменту рассмотрения судом вопроса о ее взыскании, не допустимо, поскольку ретроспективное взыскание судебной неустойки не соответствует той цели, на которую она в первую очередь направлена -стимулирование должника к совершению определенных действий или воздержанию от них. Целью судебной неустойки не является восстановление имущественного положения истца в связи с неисполнением судебного акта об исполнении обязательства в натуре (абзац 2 пункта 28 постановления № 7).

Целью института судебной неустойки является защита прав кредитора по не денежному обязательству в натуре путем присуждения ему денежной суммы на случай неисполнения должником судебного акта в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства. Судебная неустойка является дополнительной мерой воздействия на должника, мерой стимулирования и косвенного принуждения.

По смыслу приведенных норм и в соответствии со статьей 65 АПК РФ, обращаясь с заявлением о взыскании судебной неустойки взыскатель должен доказать факт неисполнения соответствующего судебного акта.

При этом по смыслу разъяснений, приведенных в пункте 33 постановления № 7, факт неисполнения или ненадлежащего исполнения решения суда устанавливается судебным приставом-исполнителем.

Принимая во внимание, что присуждение неустойки в размере 3 000 руб. за каждый день неисполнения судебного акта по день фактического исполнения при наличии позиции ответчика о возможности исполнить судебный акт установленным в нем способом не соответствует цели законодательного регулирования института судебной неустойки - побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, суд первой инстанции правомерно оставил требование конкурсного управляющего без удовлетворения.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 22 декабря 2023 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО2 о признании сделки недействительной в рамках дела № А55-37064/2022 оставить без изменения,  апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                            Е.А. Серова

 

Судьи                                                                                                          Н.А. Мальцев

 

Г.О. Попова