1360/2024-30576(2) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-119938/2021

05 марта 2024 года

г. Санкт-Петербург

/разног.1  Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2024 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 05 марта 2024 года  

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе  

председательствующего судьи Тарасовой М.В., судей Герасимовой Е.А., Кротова С.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

при участии:  от финансового управляющего – представителя ФИО2 (доверенность от  

27.11.2023),  от ПАО «Сбербанк России» - представителя ФИО3 (доверенность от  

21.10.2022),  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового  управляющего ФИО4 (регистрационный номер  13АП-548/2024) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 15.12.2023 по обособленному спору № А56119938/2021/разног.1 (судья Суворов М.Б.), принятое по заявлению ПАО «Сбербанк  России» о разрешении разногласий в рамках дела о признании индивидуального  предпринимателя ФИО5,   

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО5  обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ее несостоятельной  (банкротом).  

Определением арбитражного суда от 10.01.2022 заявление должника  принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.  

Решением арбитражного суда от 30.03.2022 должник признан банкротом, в  его отношении введена процедура реализации имущества гражданина;  финансовым управляющим утверждена ФИО4.  

Определением арбитражного суда от 02.06.2022 в третью очередь реестра  требований кредиторов ФИО5 включено требование ПАО «Сбербанк  России» (далее – Банк) в размере 4 165 760,38 рублей, в том числе 3 537 679,07  рублей задолженности; 600 805,07 рублей процентов; 27 276,24 рублей неустойки.  Часть требований Банка в размере 3 465 298,58 рублей (2 939 857,16 рублей –  

основной долг, 518 285,78 рублей – проценты, 2 268,34 рублей – неустойка на  основной долг, 4 887,30 рублей – неустойка на основной долг) признано  обеспеченным залогом квартиры № 5 площадью 63,8 кв.м с кадастровым номером  78:12:0006334:3460, расположенной по адресу: 

<

...>, стр. 2 (далее - квартира).  

Финансовым управляющим проведены открытые торги залоговым  имуществом, по результатам которых квартира реализована за 8 900 005 рублей.  

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об  исключении из конкурсной массы должника денежных средств в размере  4 743 488,45 рублей, оставшихся от реализации единственного жилья после  погашения требования залогового кредитора.  

Определением арбитражного суда от 21.03.2023 по обособленному спору   № А56-119938/2021/искл.1 в удовлетворении заявления отказано.  

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от  21.06.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда  Северо-Западного округа от 21.08.2023, судебный акт суда первой инстанции от  21.03.2023 отменен, а денежные средства в сумме 4 743 488,45 рублей от  реализации единственного жилья, оставшиеся после погашения требования  залогового кредитора, исключены из конкурсной массы ФИО5 и переданы  ей для приобретения жилья.  

Банк 29.06.2023 направил финансовому управляющему требование о  погашении ему как залоговому кредитору мораторных процентов в размере  

259 992,34 рублей за период с 30.03.2022 по 27.12.2022 в рамках процедуры  банкротства ФИО5  

В связи с неоплатой мораторных процентов 21.08.2023 Банк обратился в  арбитражный суд с заявлением о разрешении разногласий между ним и  финансовым управляющим по вопросу выплаты мораторных процентов.  

Определением от 15.12.2023 арбитражный суд разрешил разногласия,  признав обоснованной позицию Банка, обязал финансового управляющего  выплатить Банку мораторные проценты в размере 259 992,34 рублей.  

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий  обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 15.12.2023  отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении  требований Банка.  

В обоснование апелляционной жалобы финансовый управляющий ссылается  на состоявшиеся судебные акты по обособленному спору № А56-119938/2021/искл.1  и то, что 27.06.2023 передал должнику денежные средства в размере 4 743 488,45  рублей. Требование Банка о выплате мораторных процентов поступило в адрес  финансового управляющего 07.07.2023. Податель жалобы обращает внимание, что  до вынесения определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2023   № 307-ЭС22-27054 по делу № А56-51728/2020, практика расчетов с залоговым  кредитором и распределения денежных средств от реализации единственного  жилья была иная – начисление мораторных процентов осуществлялось  финансовым управляющим после удовлетворения в полном объеме требований  кредиторов в соответствии с реестром при условии достаточности денежных  средств для уплаты процентов. Мораторные проценты уплачиваются в ходе  расчетов с кредиторами одновременно с погашением основного требования до  расчетов по санкциям. Ранее судебная практика исходила из того, что правовая  природа мораторных процентов не позволяла погашать их до оставшихся  неудовлетворенными требований иных кредиторов по основному долгу. В реестр  требований кредиторов ФИО5 были включены требования еще двух  кредиторов, которые не погашались в связи с отсутствием в конкурсной массе  

денежных средств. Финансовый управляющий указывает, что действовал  добросовестно, не выплачивая Банку мораторные проценты при осуществлении  расчетов с ним, исходя из сложившейся судебно-арбитражной практики. Остаток  денежных средств от реализации имущества должника в настоящий момент  исключен из конкурсной массы, передан должнику; денежные средства в конкурсной  массе отсутствуют. Следовательно, удовлетворение требований Банка  невозможно. В данном конкретном случае суд первой инстанции должен был учесть  дату изменения правового подхода к вопросу погашения мораторных процентов  залогового кредитора и отказать Банку в удовлетворении требований.  

В отзыве Банк приводит выводы, изложенные в определении Верховного  Суда Российской Федерации от 26.06.2023 по делу № 307-ЭС22-27054, и настаивает  на том, что суд первой инстанции принял обоснованное решение, оснований для  отмены которого не имеется.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы  опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного  суда.  

В судебном заседании представитель финансового управляющего  поддержал доводы апелляционной жалобы; представитель Банка возражал по  основаниям, приведенным в отзыве.  

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного  разбирательства лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное  заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ дело  рассмотрено в их отсутствие.  

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном  порядке.  

Как следует из материалов дела, в процедуре банкротства ФИО5  продано ее единственное жилье, находящееся в залоге Банка по договору ипотеки.  Стоимость имущества позволила погасить требования Банка, обеспеченные  залогом, в результате чего ФИО5 возвращены оставшиеся после  погашения залогового требования денежные средства в размере 4 743 488,45  рублей.  

Расчеты с Банком и возврат остатка выручки должнику состоялись в июне  2023 года.  

Между тем, в июле 2023 года Банк обратился к финансовому управляющему  с требованием о погашении ему мораторных процентов, ссылаясь на позицию  Верховного Суда Российской Федерации в определении от 26.06.2023 № 307-ЭС22- 27054 по делу № А56-51728/2020.  

Неисполнение финансовым управляющим требований Банка послужило  поводом для рассмотрения разногласий в суде первой инстанции.  

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости,  допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ,  руководствуясь выводами Верховного Суда Российской Федерации в приведенном  Банком определении, суд первой инстанции обязал финансового управляющего  выплатить соответствующие мораторные проценты Банку.  

Апелляционный суд не может признать принятое судом первой инстанции  решение верным в данном конкретном случае.  

Действительно, в определении Верховного Суда Российской Федерации от  26.06.2023 № 307-ЭС22-27054 по делу № А56-51728/2020 указано на то, что  заключение договора ипотеки с конкретным залоговым кредитором не означает, что  должник отказывается от исполнительского иммунитета по требованиям всех  остальных кредиторов. По смыслу действующего законодательства  исполнительский иммунитет сохраняется в отношении долгов, не обеспеченных  

ипотекой единственного жилья. Квартира (дом), не находящаяся в ипотеке и не  относящаяся к роскошному жилью, не входит в конкурсную массу, не может быть  реализована и подлежит оставлению за гражданином для обеспечения его права  на жилище. Следовательно, у иных (неипотечных) кредиторов любой из очередей  не может сформироваться подлежащих защите разумных правовых ожиданий в  получении удовлетворения за счет ценности единственного жилья.  

Аналогичный подход применим и для ситуации, когда по требованию  залогодержателя квартира включена в конкурсную массу и после ее реализации и  погашения основного долга остались денежные средства. По общему правилу  такие средства были бы направлены иным (необеспеченным) кредиторам. Однако,  поскольку иные кредиторы не имеют права претендовать на стоимость  единственного жилья, то в силу принципа эластичности (суррогации) режим  исполнительского иммунитета должен быть распространен и на заменившую  квартиру ценность - оставшиеся денежные средства, которые следуют судьбе  замененной ими вещи.  

В результате этого находящиеся в иммунитете средства передаются только  тому лицу, на которое иммунитет не распространяется - залоговому кредитору - по  его обеспеченным требованиям более низкой очереди удовлетворения - по  выплате мораторных процентов и финансовых санкций. Оставшиеся после этого  средства в силу исполнительского иммунитета исключаются из конкурсной массы и  передаются должнику в целях обеспечения его права на жилище (первоначальный  взнос для приобретения нового жилья, аренда жилого помещения и т.д.).  

Указанный правовой подход был сформирован Верховным Судом 26.06.2023.  

Ранее же судебная практика исходила из иного механизма распределения  денежных средств от реализации залогового имущества.  

Так, из положений пункта 1 статьи 334 ГК РФ, статьи 18.1, абзаца шестого  пункта 4 статьи 134, статьи 138, пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве  следует, что требования залогового кредитора удовлетворяются за счет стоимости  предмета залога преимущественно перед другими кредиторами залогодателя.  

При этом обеспеченное залогом требование о взыскании неустойки  учитывается отдельно в реестре требований кредиторов, подлежит  удовлетворению в очередности, установленной пунктом 3 статьи 137 Закона о  банкротстве, преимущественно по отношению к необеспеченным требованиям  других кредиторов по взысканию финансовых санкций (пункт 17 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58  "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований  залогодержателя при банкротстве залогодателя", пункт 24 Обзора судебной  практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год,  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023,  пункт 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 за  2017 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  12.07.2017, определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2017   № 301-ЭС16-17271, от 12.10.2022 № 305-ЭС22-11129). Таким образом, до погашения  основного долга по необеспеченным требованиям иных кредиторов не  производятся выплаты по обеспеченным залогом финансовым санкциям.  

Такой же подход о наличии у обеспеченного требования приоритета только в  рамках своей подочереди применяется и к мораторным процентам (определение  Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 303-ЭС20-10154(2)).  

Подобное правило объяснялось тем, что в условиях, когда не погашена  основная сумма задолженности перед иными кредиторами, выплата неустойки  залоговому кредитору, уже получившему компенсацию своих имущественных  потерь по основному долгу (в том числе договорным процентам), представляется  

экономически нецелесообразной и несправедливой, нарушающей права других  лиц, пострадавших от банкротства должника. Соответственно фактическое  осуществление выплаты по неустойке в таком случае влекло бы оказание  залоговому кредитору предпочтения в нарушение принципа очередности  удовлетворения требований (статьи 61.3, 134, 142 Закона о банкротстве).  

Затем в определении от 26.06.2023 Верховный Суд Российской Федерации  указал, что содержащаяся в определении Верховного Суда Российской Федерации  от 23.08.2021 № 303-ЭС20-10154(2) правовая позиция неприменима к ситуации,  когда речь идет о залоговом имуществе, признанном единственным жильем,  поскольку в рассматриваемой ситуации при погашении мораторных процентов и  неустойки в пользу залогодержателя ему не будет оказано предпочтение, как это  могло бы иметь место, если бы предмет залога не обладал исполнительским  иммунитетом.  

Настаивая на том, что мораторные проценты должны были быть выплачены  Банку при осуществлении расчетов с ним, Банк, тем не менее, не учитывает, что  остаток выручки от реализации предмета залога уже передан должнику на  основании вступившего в законную силу судебного акта; объем денежных средств,  находящихся под исполнительским иммунитетом, установлен в обособленном  споре № А56-119938/2021/искл.1, разрешение которого в вышестоящих судах  состоялось до 26.06.2023 (то есть до изменения правового подхода), и пересмотрен  быть не может.  

В таком случае изъятие у должника денежных средств на основании выводов  Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2023 № 307-ЭС22-27054 по делу   № А56-51728/2020 в настоящий момент в данном конкретном случае невозможен;  денежных средств в конкурсной массе ФИО5 не имеется.  

Доводы Банка фактически направлены на пересмотр постановлений  Тринадцатого арбитражного апелляционного суда и Арбитражного суда Северо-Западного округа по обособленному спору № А56-119938/2021/искл.1, что  недопустимо.  

Таким образом, судебный акт вынесен при неполном выяснении  обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильном применении норм  материального права, что в соответствии с частью 1 статьи 270 АПК РФ является  основанием для его отмены.  

Существенных нарушений процессуальных норм суд апелляционной  инстанции не установил.  

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 15.12.2023 по обособленному спору № А56-119938/2021/разног.1  отменить, принять по делу новый судебный акт.  

Разрешить разногласия между финансовым управляющим и ПАО «Сбербанк  России» следующим образом.  

В удовлетворении требований ПАО «Сбербанк России» о выплате  мораторных процентов в размере 259 992,34 рублей за период с 30.03.2022 по  27.12.2022 в рамках процедуры банкротства ФИО5  отказать.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий М.В. Тарасова  Судьи Е.А. Герасимова  

 С.М. Кротов