АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А39-3228/2021

11 ноября 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28.10.2024.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П.,

судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.

 

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц 

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

 

на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 28.11.2023  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2024

по делу № А39-3228/2021 

 

по заявлению конкурсного управляющего 

общества с ограниченной ответственностью «Жилстройкоммунинвест» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 

ФИО2 

к обществу с ограниченной ответственностью «Строй С»

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

ФИО1

о признании сделок недействительными

и о применении последствий их недействительности 

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Жилстройкоммунинвест» (далее – Общество, должник) его конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Мордовия с заявлением о признании недействительными сделками соглашения№ 145/16-СРК-ЗС о замене стороны в обязательствах в договоре лизинга от 04.09.2018, заключенного должником, обществом с ограниченной ответственностью «Строй С» (далее – общество «Строй С») и обществом с ограниченной ответственностью «Балтийский лизинг» (далее – общество «Балтийский лизинг») в части оплаты встречного исполнения Обществу, и договора купли-продажи от 16.09.2021, заключенного обществом «Строй С» и ФИО1 в отношении автомобильного крана КС-45717-1Р, 2014 года выпуска, VIN XVN45717RE1000768, и о применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника убытков в размере 3 518 274 рублей 30 копеек.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество «Балтийский лизинг». 

Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 28.11.2023, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2024, удовлетворил заявление конкурсного управляющего в полном объеме. 

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит следующие доводы.

Суды двух инстанций пришли к неверному выводу о наличии у Общества признаков неплатежеспособности на дату заключения оспоренного договора. Ссылка судов на решения Арбитражного суда Республики Мордовия от 21.01.2020 по делу № А39-6508/2019 и от 29.05.2020 по делу № А39-287/2020 не подтверждает факт неплатежеспособности должника, поскольку момент возникновения задолженности не определяется датой заключения договоров. В материалы дела представлены бухгалтерские балансы, подтверждающие, что по состоянию на 31.12.2018 и 31.12.2019 Общество не отвечало признаку неплатежеспособности, вело активную хозяйственную деятельность, имело прибыль, позволяющую рассчитываться по обязательствам.  

Соглашение о замене стороны по договору лизинга от 04.09.2018 № 145/16-СРК-ЗС заключено в обычной хозяйственной деятельности, должник получил равноценное встречное предоставление. Должник и ответчик заключили договор купли-продажи от 04.09.2018, по условиям которого общество «Строй С» уплатило должнику 319 200 рублей 19 копеек, то есть остаточную стоимость автомобильного крана. Общество «Строй С» пять месяцев оплачивало лизинговые платежи обществу «Балтийский лизинг».  

На момент заключения соглашения от 04.09.2018 и договора купли-продажи от 16.09.2021 ФИО1 не являлась аффилированным к должнику лицом. После расторжения брака с бывшим руководителем Общества ответчик утратил признаки аффилированности по смыслу пункта 2 статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Суды необоснованно отклонили представленный ФИО1 отчет независимого оценщика – общества с ограниченной ответственностью «Титул» № 857/2021 об оценке рыночной стоимости автомобильного крана, сославшись на то, что он не опубликован в реестре СМАО. В Федеральном законе от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» не раскрыты случаи, когда опубликование отчета является обязательным. 

Отзывы на кассационную жалобу в суд округа не поступили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, общество «Балтийский лизинг» (лизингодатель) и Общество (лизингополучатель) заключили договор лизинга от 18.11.2016 № 145/16-СРК, по условиям которого лизингодатель обязался оказать лизингополучателю финансовую услугу по приобретению в собственность лизингополучателем крана автомобильного  2014 года выпуска, бывшего в употреблении, у общества с ограниченной ответственностью «Бизнес Авто», предоставить его лизингополучателю на 24 месяца, а лизингополучатель, в свою очередь, обязался принять имущество в качестве объекта финансовой аренды (предмета лизинга) за плату во временное владение и пользование; возместить затраты лизингодателя, связанные как с приобретением имущества и передачей прав владения и пользования им лизингополучателю, так и с оказанием других предусмотренных настоящим договором услуг, а также уплатить доход (вознаграждение) лизингодателя от инвестиционной деятельности, выплачивая лизингодателю авансовый и периодические лизинговые платежи в общей сумме 5 755 280 рублей 40 копеек Выкупная цена имущества 1000 рублей.

Должник (лизингополучатель), общество «Строй С» (новый лизингополучатель) и общество «Балтийский лизинг» (лизингодатель) заключили соглашение от 04.09.2018 № 145/16-СРК-ЗС о замене стороны по договору лизинга, в силу которого лизингополучатель передал новому лизингополучателю в полном объеме все свои права и обязанности по договору лизинга от 18.11.2016 № 145/16-СРК, заключенному между лизингодателем и лизингополучателем. В результате перенайма произошла замена лизингополучателя в обязательствах, возникших из договора лизинга, новым лизингополучателем.

В соответствии с пунктами 2.1, 2.1.1., 2.1.2., 2.1.3. соглашения к новому лизингополучателю наряду с иными обязанностями лизингополучателя перешли обязанности по уплате денежных средств в общей сумме 320 319 рублей 70 копеек, из которых 319 200 рублей – лизинговые платежи, 119 рублей 51 копейка процентов, начисленных за нарушение сроков внесения лизинговых платежей, 1000 рублей – выкупная стоимость предмета лизинга. 

После полной уплаты лизинговых и иных платежей, лизингодатель по договору купли-продажи транспортного средства от 18.01.2019 № 145/16-СРК-ДКП передал автомобильный кран обществу «Строй С». 

Общество «Строй С» в лице председателя ликвидационной комиссии ФИО1 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключили договор купли-продажи от 16.09.2021, в соответствии с которым продавец передал покупателю спорный автомобильный кран за 1 220 000 рублей. 

Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 06.04.2021 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества, решением от 25.03.2022 признал должника несостоятельным (банкротом), ввел в отношении него процедуру конкурсного производства, утвердил конкурсным управляющим ФИО2

Посчитав, что соглашение от 04.09.2018 и  договор от 16.09.2021 представляют собой единую сделку, заключенную в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными сделками. 

Удовлетворив заявления, суды двух инстанций исходили из того, что сделки заключены аффилированными лицами в период наличия у Общества признаков неплатежеспособности без равноценного встречного предоставления.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не установил правовых оснований для их отмены.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с тридцать вторым абзацем статьи 2 Закона о банкротстве вред имущественным правам кредиторов представляет собой уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно второму абзацу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных абзацами 3 – 5 вышеназванного пункта.

Дело о несостоятельности (банкротстве) Общества возбуждено 06.04.2021, соглашение о замене стороны в договоре лизинга заключено 04.09.2018, договор купли-продажи – 16.09.2021, то есть в пределах трехлетнего периода подозрительности, установленного в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для правильного разрешения заявления об оспаривании цепочки последовательно совершенных сделок с имуществом должника необходимо учитывать позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031(6).

Высшая судебная инстанция указала, что при отчуждении имущества (передаче денежных средств) должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П).

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества. Такая цепочка сделок как притворная единая сделка в силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса ничтожна, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве с возвратом в конкурсную массу незаконно отчужденного имущества должника по правилам статьи 61.6 того же закона.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды двух инстанций установили, что ФИО1 (конечный приобретатель автомобильного крана) являлась учредителем, а впоследствии, на момент совершения сделки по продаже транспортного средства, также и председателем ликвидационной комиссии общества «Строй С» (первоначального приобретателя крана). ФИО1 с 2013 года состояла в браке с бывшим руководителем должника ФИО3 Брак расторгнут 20.06.2017. Бывшие супруги имеют общих детей ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Судебные инстанции сочли, что ФИО1 по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве является лицом, аффилированным к должнику. 

Вопреки позиции ответчика, расторжение брака между ФИО1 и ФИО3 не исключает факта заинтересованности сторон вследствие родственных связей и наличия общих детей. 

Довод ФИО1 о том, что в период с 2018 по 2019 год должник активно вел хозяйственную деятельность, имел прибыль и не отвечал признакам неплатежеспособности, а задолженность перед обществом «Стройконтракт-М» образовалась существенно позднее, противоречит материалам дела.  

Должник в период заключения цепочки взаимосвязанных сделок, направленных на вывод из конкурсной массы ликвидного имущества,  имел неисполненные обязательства перед обществом «Стройконтракт-М» по договорам на выполнение работ от 07.05.2018 в общей сумме 7 106 089 рублей. Указанная задолженность взыскана решениями Арбитражного суда Республики Мордовия от 21.01.2020 по делу № А39-6508/2019 и от 29.05.2020 по делу № А39-287/2020 и послужила основанием для возбуждения в отношении Общества настоящего дела о несостоятельности (банкротстве).

Из решений по указанным делам, размещенных в свободном доступе в информационной системе «Картотека арбитражных дел» следует, что акты выполненных работ по договорам с обществом «Стройконтракт-М» датированы 03.12.2018 и 29.12.2018. Выполненные работы не были оплачены, что опровергает позицию ФИО1  о финансовой состоятельности должника и наличии у него возможности  исполнять принятые на себя обязательства вплоть до 31.12.2019. 

Договор купли-продажи от 16.09.2021 заключен после введения в отношении Общества процедуры наблюдения (определение от 05.08.2021). 

Совокупность установленных по делу обстоятельств позволила судам двух инстанций прийти к выводу о том, что прикрываемая сделка по отчуждению автомобильного крана конечному приобретателю ФИО1 является недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как она совершена в период неплатежеспособности должника, в отношении заинтересованного лица; в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку должник, внесший существенную часть лизинговых платежей, не получил от общества «Строй-С» встречного исполнения, возможность взыскания денежных средств с последнего утрачена в связи с его ликвидацией, о чем другая сторона сделки (конечный приобретатель транспортного средства), согласно предусмотренной в законе презумпции, знал или должен был знать.

Ссылка ФИО1 на то, что она уплатила обществу «Строй-С» рыночную стоимость автомобильного крана, подтвержденную отчетом независимого оценщика от 10.09.2021, правомерно отклонена судами первой и апелляционной инстанции.

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие реальную оплату ФИО1 автомобильного крана обществу «Строй С». Договор купли-продажи от 16.09.2021 предусматривал осуществление расчетов безналичным способом. Ответчик не представил чеков, квитанций, платежных поручений, выписок с расчетных счетов, которые могли бы свидетельствовать о реальном перечислении денежных средств продавцу.  

Более того, ФИО1 являлась участником данного общества со 100 процентами доли в уставном капитале, то есть в силу пункта 1 статьи 58 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» – единственным лицом, которое могло претендовать на получение оставшегося имущества ликвидируемого юридического лица, в том числе и денежных средств, уплаченных по договору купли-продажи от 16.09.2021. 

С учетом изложенного тот факт, что суды не приняли в качестве доказательства отчет об оценке автомобильного крана,  не имеет существенного значения для рассмотрения заявления конкурсного управляющего. 

Доводы, изложенные ФИО1 в кассационной жалобе, направлены на иную оценку представленных в материалы дела доказательств и установленных на основании их исследования обстоятельств. Между тем переоценка представленных в материалы дела доказательств в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

С учетом изложенного оснований для отмены состоявшихся судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Обжалованные судебные акты приняты при правильном применении норм права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по спору фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, влекущих в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловную отмену судебных актов, суд округа не установил.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 3000 рублей и расходы по ее уплате относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 28.11.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2024 по делу № А39-3228/2021  оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

В.П. Прыткова

 

 

 Судьи

 

Е.В. Елисеева

С.В. Ионычева