АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077,  http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

М О Т И В И Р О В А Н Н О Е 

Р Е Ш Е Н И Е

г. Томск                                                                                                    Дело № А67- 2150/2021 

03.06.2021

Резолютивная часть решения изготовлена 24.05.2021.  

Арбитражный суд Томской области в составе судьи Токарева Е. А., 

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению компании «Harman  International  Industries,  Incorporated» («Харман  Интернешнл  Индастриз, Инкорпорейтед»)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>  ОГРНИП 312701706000223) 

о взыскании 125 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN), а также 1350,00 руб. судебных издержек по приобретению контрафактного товара, 545,08 руб. судебных издержек на отправку почтовой корреспонденции ответчику, 200,00 руб. судебных издержек в связи с получением выписки из ЕГРИП,

без вызова сторон,

УСТАНОВИЛ:

компания «Harman  International  Industries,  Incorporated» («Харман  Интернешнл  Индастриз, Инкорпорейтед») (далее – Компания, истец) обратилась в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, ответчик) о взыскании 125 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN). Кроме того, истец просит взыскать с ответчика 1350,00 руб. судебных издержек по приобретению контрафактного товара, 545,08 руб. судебных издержек на отправку почтовой корреспонденции ответчику и 200,00 руб. судебных издержек в связи с получением выписки из ЕГРИП.

Исковые требования обоснованы статьями 1259, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы нарушением ответчиком исключительных прав на использование товарных знаков.

Определением суда от 25.03.2021 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Лица, участвующие в деле, о принятии искового заявления, возбуждении производства по делу и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства извещены арбитражным судом надлежащим образом (л.д. 22), в том числе публично, путем размещения информации на сайте суда.

От ответчика отзыв на иск не поступил.

Истец представил письменные пояснения по делу (л.д. 46-52).

В соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства, без вызова сторон, по имеющимся в нем доказательствам.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд считает, что исковые требования Компании подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарных знаком по свидетельствам Российской Федерации № 237220, № 266284, зарегистрированных среди прочего для товаров 9-го класса «наушники, аппаратуру для записи, передачи и воспроизведения звуков» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков.

Как указывает истец, 26.09.2018 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар (наушники) (далее - товар № 1). 

На товаре № 1 содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 266284 (JBL).

Факт розничной продажи указанного товара подтверждается товарным чеком от 26.09.2018 (л.д. 37), видеозаписью процесса приобретения товара (л.д. 34), а также самим товаром.

14.03.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар (наушники) (далее - товар № 2). 

На товаре № 2 содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 266284 (JBL).

Факт розничной продажи указанного товара подтверждается кассовым чеком от 14.03.2019 (л.д. 38), видеозаписью процесса приобретения товара (л.д. 34), а также самим товаром.

27.03.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар (наушники) (далее - товар № 3). 

На товаре № 3 содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 266284 (JBL).

Факт розничной продажи указанного товара подтверждается товарным чеком от 27.03.2019 (л.д. 39), видеозаписью процесса приобретения товара (л.д. 34), а также самим товаром.

27.07.2020 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар (наушники) (далее - товар № 4). 

На товаре № 4 содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN).

Факт розничной продажи указанного товара подтверждается товарным чеком от 27.07.2020 (л.д. 40), видеозаписью процесса приобретения товара (л.д. 34), а также самим товаром.

Ссылаясь на нарушение исключительных прав на товарные знаки, Компания 04.09.2019 и 27.01.2021 направила ответчику претензии с требованиями устранить нарушение и выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки (л.д. 42, 43).

Неисполнение ответчиком требований претензий послужило основанием для обращения Компании в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии со статьей 1225 ГК РФ правовая охрана предоставляется результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации (интеллектуальная собственность), в том числе и товарным знакам.

На товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (пункт 1 статьи 1477 ГК РФ). На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (статья 1479 ГК РФ).

Факт принадлежности истцу исключительных прав на товарный знак № 266284 (JBL) и на товарный знак № 237220 (HARMAN) подтвержден свидетельствами на товарный знак (знак обслуживания) и ответчиком не оспорен.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

Согласно пункту 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Сравнив товарный знак № 266284 (JBL) с изображением на приобретенных у ответчика товарах №№ 1, 2, 3, 4 и упаковке данных товаров, сравнив товарный знак № 237220 (HARMAN) с изображением на приобретенном у ответчика товаре № 4 и упаковке данного товара, суд приходит к выводу о наличии у них сходства, приводящего к смешению указанных товаров со спорными товарными знаками с точки зрения потребителей.

Продажа ответчиком товара (наушников) с использованием обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN), обладателем исключительных прав на использование которого является истец, подтверждается кассовыми/товарными чеками, диском с видеозаписями осуществления покупки данных товаров, самим товаром.

Согласно статье 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, то представленные истцом чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения, лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам по делу. 

В материалы дела истцом представлены оригиналы кассовых/товарных чеков (л.д. 37-40), содержащие реквизиты ответчика, также на чеках указана дата продажи, наименование товара и цена товара. Кассовый или товарный чек применительно к статьям 65, 67, 68 АПК РФ и статье 493 ГК РФ является достаточным доказательством надлежащего заключения договора купли-продажи. Доказательств ведения торговли иным лицом, пояснений относительного того, каким образом кассовый/товарный чек с реквизитами ответчика был передан покупателю, ответчик в материалы дела не представил. 

Судом также обозревались представленные истцом видеозаписи (л.д. 34). Суд пришел к выводу, что они были произведены в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12, 14 ГК РФ. На видеозаписях последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данные видеозаписи поддельными или не соответствующими статьям 67 - 68 АПК РФ отсутствуют. Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 152.1 ГК РФ не требуется согласия гражданина для обнародования и дальнейшего использования изображения, полученного при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, в том числе открытых судебных заседаниях, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования. Как следует из представленных истцом в материалы дела видеозаписей, объектом съемки являлся процесс приобретения контрафактного товара. Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12 и 14 ГК РФ и корреспондирует норме части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Видеозаписи содержат весь процесс приобретения товара лицом, представляющим интересы истца, в торговой точке ответчика, а также изображение приобретенного товара и кассового/товарного чека, выданного продавцом при реализации товара.

О фальсификации доказательств (видеозаписей и кассовых/товарных чеков) в соответствии со статьей 161 АПК РФ ответчиком не заявлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что представленные истцом доказательства в совокупности содержат необходимые идентифицирующие сведения о продавце и реализованном товаре, а также о факте его реализации. 

Поскольку ответчиком не представлены доказательства наличия у него прав на использование товарных знаков № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN) следует признать, что реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и нарушает принадлежащие ему исключительные права на товарный знак.

Истец считает, что ответчиком допущено пять нарушений исключительных прав истца в различных торговых точках.

Из материалов дела следует, что закупки аналогичного товара были совершены истцом:

- 26.09.2018 в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: 

<

...> – товар № 1;

- 14.03.2019 в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: 

<

...> – товар № 2;

- 27.03.2019 в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: 

<

...> – товар № 3;

- 27.07.2020 в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: 

<

...> – товар № 4.

На товарах №№ 1, 2, 3 содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 266284 (JBL).

На товаре № 4 содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN).

Посчитав, что ответчиком допущено четыре нарушения исключительных прав на товарный знак № 266284 (JBL) и одно нарушение исключительных прав на товарный знак  № 237220 (HARMAN), истец просит взыскать с ответчика компенсацию в размере 100 000,00 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266284 (JBL) и компенсацию в размере 25 000,00 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак № 237220 (HARMAN) (т.е. по 25 000,00 руб. за каждое нарушение исключительных прав на товарный знак, исходя из вида компенсации - в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей).

Между тем судом принято во внимание следующее.

Согласно разъяснению, изложенному в пункте 36 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, компенсация в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за незаконное использование товарного знака при введении в оборот товаров взыскивается за каждый случай нарушения. При этом одним случаем нарушения является одна сделка купли-продажи (оформленная одним чеком) независимо от количества проданных товаров, на которые нанесен один и тот же товарный знак, либо несколько последовательных сделок купли-продажи товара (оформленных отдельными чеками).

Последовательное приобретение аналогичных товаров в течение непродолжительного времени (до момента обращения с первым иском о взыскании компенсации) у одного продавца свидетельствует о совершении нескольких последовательных сделок купли-продажи, что в соответствии с вышеприведенным разъяснением высшей судебной инстанции следует рассматривать как один случай нарушения.

Таким образом, предложение ответчиком к продаже товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца, и их приобретение на основании последовательных сделок купли-продажи можно рассматривать как одно нарушение исключительных прав истца на спорные товарные знаки.

Судом установлено, что закупка аналогичного товара (наушников) – товара № 1 и № 2, была совершена истцом в одной и той же торговой точке ответчика 26.09.2018 и 14.03.2019. При этом претензия направлена истцу 04.09.2019, т.е. после приобретения двух товаров.

Согласно правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2015 по делу № А03-14243/2014, в случае, если закупки товаров производились в течение короткого промежутка времени, по всем фактам после осуществления первой закупки ответчик не предупреждался истцом о нарушении исключительных прав на товарные знаки, требований о прекращении нарушения прав истца ответчику не поступало, реализация ответчиком такого товара может рассматриваться как один случай незаконного использования товарных знаков истца.

С учетом содержания пункта 65 Постановления № 10 для целей (выявления) единства правонарушения существенное правовое значение имеет констатация наличия единства намерений правонарушителя при совершении нескольких последовательных гражданско-правовых сделок в короткий интервал времени, связанных с реализацией контрафактных товаров из одной партии.

В соответствии с пунктом 65 Постановления № 10 компенсация является мерой ответственности за факт нарушения, охватываемого единством намерений правонарушителя.

Распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров).

При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

При доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации.

В случае если лицо, привлеченное к ответственности за правонарушение, продолжает после этого совершать противоправные действия того же характера, оно вновь может быть привлечено к ответственности за те деяния, которые совершены после привлечения к ответственности.

Судом установлено, что в результате проведения двух закупок в одной и той же торговой точке ответчика в непродолжительный период времени истцом у ответчика были приобретены одинаковые товары (наушники) - товар № 1 и № 2 по одной цене (250,00 руб.). Принимая во внимание изложенное, у суда отсутствуют основания полагать, что товар № 1 и № 2 принадлежит к различным партиям товара. 

Приняв во внимание, что спорные товары № 1 и № 2 являются аналогичными друг другу, после первой закупки (26.09.2018) ответчик не предупреждался истцом о нарушении его прав на товарный знак, впервые о своих претензиях (требованиях) истец уведомил ответчика путем направления претензии по почте только 04.09.2019 (то есть после совершения второй покупки), суд сделал вывод о последовательности совершенных сделок и наличии единого намерения (умысла) продавца при их осуществлении.

Суд полагает, что истец, не уведомив ответчика после первой покупки о необходимости прекращения нарушения своих прав, по существу действовал неразумно и недобросовестно, искусственно моделируя обстоятельства, влекущие увеличение размера компенсации.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что реализация ответчиком в одной торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, товара (наушников) – товара № 1 и № 2, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 266284 (JBL), на основании последовательных сделок купли-продажи, представляет собой одно нарушение.

Таким образом, судом установлено четыре нарушения исключительных прав истца:

- одно нарушение исключительных прав на товарный знак № 266284 (JBL) в результате продажи товаров № 1 и № 2 в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: 

<

...>;

-  одно нарушение исключительных прав на товарный знак № 266284 (JBL) в результате продажи товара № 3 в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: 

<

...>;

- одно нарушение исключительных прав на товарный знак № 266284 (JBL) в результате продажи товара № 4 в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: 

<

...>;

- одно нарушение исключительных прав на товарный знак № 237220 (HARMAN) в результате продажи товара № 4 в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: 

<

...>.

В связи с этим суд пришел к выводу о правомерности взыскания компенсации только за нарушение исключительных прав, допущенное при первой реализации ответчиком товара в каждой из трех торговых точек.

Аналогичная правовая позиция закреплена в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 28.10.2015 № С01-740/2015 по делу № А68-5875/2014.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, исходя из характера нарушения (подпункт 1); в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой, исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (подпункт 2).

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом (абзац 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 401 ГК РФ, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 ГК РФ определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таких доказательств ответчик не представил.

В силу статьи 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке.

Следовательно, приобретая товар, а затем, реализуя его, ответчик принял все риски, связанные с введением в оборот данного товара.

Как следует из пункта 59 Постановления № 10, в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Согласно пункту 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Истец рассчитал компенсацию в размере 25 000,00 руб. за каждое нарушение исключительных прав товарный знак, исходя из вида компенсации - в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей.

В обоснование размера заявленной компенсации истец ссылается на то, что наличие в розничных магазинах контрафактных товаров по демпинговым ценам ведет к расторжению действующих лицензионных контрактов и невозможности поиска правообладателем новых партнеров; потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, поскольку данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатами правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно; правообладатель теряет прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введенной в гражданский оборот продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами правообладателя либо непосредственно правообладателем. Помимо этого указывает, что стоимость партии поставки при заказе товаров, выпускаемых под товарным знаком «JBL», для последующей реализации в рознице составляет 500 000,00 руб.; бренд JBL является одним из самых запрашиваемых в поисковой системе Гугл; торговые точки ответчика входят в сеть сервисных центров РСТТомск.

Согласно пункту 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

По требованиям о взыскании компенсации суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных ГК РФ, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Вместе с тем, в пункте 64 Постановления № 10 разъяснено, что положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на: несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец; несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Следует также учитывать, что компенсация является мерой ответственности за факт нарушения, охватываемого единством намерений правонарушителя.

Снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом нормы абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, содержащейся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П, а также разъяснений, приведенных в Постановлении № 10) и при условии, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

При этом сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами. Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

Ответчик о снижении компенсации не заявил, доказательств, влекущих снижение размера компенсации ниже минимального предела установленного законом, не представил.

Таким образом, применительно к обстоятельствам данного дела суд полагает, что совокупность обстоятельств, позволяющих суду снизить размер компенсации ниже минимального, установленного законом, предела, отсутствует.

Между тем, учитывая, что обязанность определить размер компенсации и выявить обстоятельства для ее снижения в пределах, установленных ГК РФ, с учетом фактических обстоятельств дела, возложена на суд, последний не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного законом.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе, носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд считает, что заявленный истцом размер компенсации (по 25 000,00 руб. за каждое нарушение исключительных прав товарный знак), не отвечает принципу разумного и справедливого подхода к определению размера компенсации, учитывая иные установленные по делу обстоятельства (по сведениям с сайта «kad.arbitr.ru» на момент вынесения решения по настоящему делу вступившие в законную силу судебные акты о привлечении ответчика к гражданской, административной ответственности за нарушение исключительных прав отсутствуют; отнесение деятельности ответчика к микропредприятию (по сведениям из общедоступного сайта Федеральной налоговой службы «rmsp.nalog.ru», Единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства); отсутствие доказательств причинения значительного ущерба интересам правообладателя, в отсутствие доказательств истца об обратном), носит избыточный характер. 

Принимая во внимание характер допущенного ответчиком правонарушения, необходимость сохранения баланса прав и охраняемых законом интересов сторон спора, учитывая, что целью компенсации является возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения, восстановления имущественного положения пострадавшей стороны, а не наказания ответчика, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию - по 10 000,00 руб. за каждое нарушение исключительных прав на товарный знак, исходя из минимального предела, установленного в подпункте 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, итого - 40 000,00 руб., из них: 30 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266284 (JBL), 10 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 237220 (HARMAN), учитывая, что судом установлено 3 нарушения исключительных прав на товарный знак № 266284 (JBL) и 1 нарушение исключительных прав истца на товарный знак № 237220 (HARMAN).  

По мнению суда, компенсация в общей сумме 40 000,00 руб. является  соразмерной последствиям нарушения и соответствует принципу разумности и справедливости с учетом характера допущенного нарушения и иных установленных по делу обстоятельств. Взыскание такой суммы компенсации позволяет не только возместить стороне (истцу) убытки, в связи с неправомерным использованием, принадлежащего ему товарного знака при осуществлении ответчиком предпринимательской деятельности, но и удержать ответчика от нарушения интересов истца в будущем.

При этом, суд особо отмечает, что в силу абзаца второго пункта 3 статьи 1252 ГК РФ снижение размера компенсации до минимального размера возможно без заявления ответчика об этом. Заявление ответчика является необходимым условием для снижения компенсации ниже установленного законом минимального размера (абзац 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

Таким образом, исковые требования подлежат удовлетворению частично.

Истцом также заявлено требование о взыскании 4750,00 руб. государственной пошлины за рассмотрение иска, 1350,00 руб. судебных издержек по приобретению контрафактного товара, 545,08 руб. судебных издержек на отправку почтовой корреспонденции ответчику и 200,00 руб. судебных издержек в связи с получением выписки из ЕГРИП.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если Федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Перечень судебных издержек, предусмотренный положениями АПК РФ, не является исчерпывающим.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», понесенные истцом расходы в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости.

Расходы истца по оплате государственной пошлины в размере 4750,00 руб., на оплату почтовых услуг в размере 545,08 руб. и на получение выписки из ЕГРИП в размере 200,00 руб. подтверждены материалами дела, признаны судом обоснованными в заявленном истцом размере и подлежащими распределению по правилам главы 9 АПК РФ.

Расходы истца на приобретение контрафактного товара в размере 1350,00 руб. признаны судом обоснованными в размере 1100,00 руб. (1350,00 руб. – 250,00 руб.), учитывая, что суд пришел к выводу, что продажа товаров № 1 и № 2 (стоимостью 250,00 руб. каждый) в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, образует одно нарушение исключительных прав на товарный знак № 266284 (JBL), а компенсация подлежит взысканию только за нарушение исключительных прав, допущенное при первой реализации ответчиком товара в данной торговой точке. Таким образом, распределению по правилам главы 9 АПК РФ подлежат расходы истца на приобретение контрафактного товара в размере 1100,00 руб.

Таким образом, в силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы по иску – расходы по уплате государственной пошлины, стоимость приобретенного вещественного доказательства, почтовые расходы – относятся на ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям.

При этом суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства истца о возложении на ответчика судебных расходов в порядке части 1 статьи 111 АПК РФ вне зависимости от результатов рассмотрения дела, поскольку по смыслу указанной нормы суд возлагает на лицо, нарушившее обязательный досудебный порядок, негативные последствия в виде отнесения судебных расходов, в случае, если судебный спор возник именно вследствие данного нарушения.

Само по себе бездействие ответчика по досудебному урегулированию спора с неизбежностью не влечет вывода о злоупотреблении последним своими правами и, соответственно, о наличии оснований для отнесения на него всех судебных расходов независимо от результатов рассмотрения дела.

Из материалов дела не следует, что в случае направления ответчиком ответа на претензию судебное разбирательство не было бы инициировано истцом, и, как следствие, не возникло бы судебного спора.

Следовательно, отсутствует причинно-следственная связь между бездействием ответчика, выразившемся в отсутствии ответа на претензию истца, либо отказе в ее удовлетворении, и возникновением судебного спора.

Учитывая положения, предусмотренные в пункте 4 статьи 1252 ГК РФ, суд считает, что вещественное доказательство (наушники) обладает признаками контрафактного товара. В связи с чем, в соответствии со статьей 80 АПК РФ товар (вещественные доказательства) подлежит уничтожению после вступления решения в законную силу.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 228, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>  ОГРНИП 312701706000223) в пользу Компании «Harman  International  Industries,  Incorporated» («Харман  Интернешнл  Индастриз, Инкорпорейтед») 30 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266284 (JBL), 10 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 237220 (HARMAN), 1520,00 руб. в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины, 352,00 руб. в возмещение судебных издержек на приобретение доказательств, 174,43 руб. в возмещение судебных издержек на направление ответчику претензии и искового заявления, 64,00 руб. в возмещение судебных издержек в связи с получением выписки из ЕГРИП, всего 42 110,43 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Вещественные доказательства (наушники, 4 шт.), приобщенные к материалам настоящего дела, уничтожить после вступления решения суда в законную силу и истечения рока на его кассационное обжалование.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

Судья                                                                                                    Е.А. Токарев