, № 09АП-73314/2019

Дело № А40-111305/15

г. Москва

20 января 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2020 года  

Постановление

 изготовлено в полном объеме 20 января 2020 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи И.М. Клеандрова, судей В.С. Гарипова, В.В. Лапшиной, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2,  ФИО3, ООО «Аренда и Недвижимость», ФИО4, ФИО5  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2019  по делу № А40-111305/15, принятое судьей С.С. Истоминым,  

о привлечении ФИО5, ФИО4,  ФИО2, ФИО3, ООО «Аренда и  недвижимость» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО  «Соло-И»; приостановлении производства по объединенному заявлению до окончания  формирования конкурсной массы и проведения расчетов с кредиторами.,  

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Соло-И»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

при участии в судебном заседании: от ФИО2 – ФИО6 по дов. от 21.06.2019 

от к/у ООО «Соло-И» - ФИО7, ФИО8 по дов. 26.12.2019  ФИО3 – лично, паспорт  

Иные лица не явились, извещены. 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14 февраля 2017 года ООО  «Соло-И» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным  (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим должника утвержден ФИО9  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2019 ФИО5, ФИО4, ФИО2,  ФИО3, ООО «Аренда и недвижимость» привлечены к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Соло-И».  

Приостановлено производство по объединенному заявлению до окончания  формирования конкурсной массы и проведения расчетов с кредиторами.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2, ФИО3,  ООО «Аренда и Недвижимость», ФИО4, ФИО5 обратились в  Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которой  просят оспариваемое определение Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2019  отменить и принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении  заявления о привлечении апеллянтов к субсидиарной ответственности.  

В обоснование отмены судебного акта заявители апелляционных жалоб считают,  что судом неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, счел  установленными не доказанные по делу обстоятельства, неправильно применены  нормы материального и процессуального права.  

В судебном заседании представитель ФИО2, ООО «Аренда и  Недвижимость» поддержал доводы апелляционных жалоб.  

ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме. 

Представитель конкурсного управляющего возражал на доводы апелляционной  жалобы в полном объеме.  

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте  слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба  рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228- ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на  официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена  апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке  ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства,  проверив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены  обжалуемого определения, исходя из следующего.  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях" в Федеральный закон «О  несостоятельности (банкротстве)» были внесены изменения, вступающие в силу со дня  его официального опубликования (текст Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ  опубликован на официальном интернет-портале правовой информации  (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017, в «Российской газете» от 04.08.2017 № 172, в Собрании  законодательства Российской Федерации от 31.07.2017 № 31 (часть I) ст. 4815.  

В силу п. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение  заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей  до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), которые  поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №  266-ФЗ).  

Рассматриваемые действия предполагаемого контролирующего лица были  совершены в период 2014-2015гг. - до появления в Федеральном законе «О  несостоятельности (банкротстве)" главы III.2, в период, когда порядок привлечения к  субсидиарной ответственности регламентировался ст. 10 Федеральный закон «О  несостоятельности (банкротстве)».  

В соответствии с п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную  ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по  уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по  требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в  результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения  текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную  массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего  должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного  имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица,  существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет  контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника.  

В соответствии с п. 5 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) заявление о привлечении  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям,  предусмотренным настоящим Федеральным законом, а также заявление о возмещении  должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его  органами управления (членами его органов управления), по основаниям,  предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается  арбитражным судом в деле о банкротстве должника.  

В силу п. 2 ст. 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» нарушение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок,  которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой  субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом  возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим  после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего  Федерального закона.  

Согласно п.п. 1, 2 ст. 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель  должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если  удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к  невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по  уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими  кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества.  

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях,  предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем  через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

По смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность  руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда  находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в  рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном  возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества  должника.  

Как видно из материалов дела, на данный период - август 2014г. у должника  имелась непогашенная задолженность: - перед бывшими работниками Общества на  сумму 681 735,23 руб. (Решение Пресненского районного суда Москвы по делу 2- 7446/2013); -по иску ОАО «Королевская СК» (дело № А40-17948/13-100-172) - сумма  взыскания 11 751,44 руб. Дата принятия судебного акта - 16.04,2013г., период  возникновения задолженности - сентябрь 2011г.; - по иску ТСЖ «Каскад» (дело № А40- 29429/2013) - сумма взыскания 272 586.37 руб. Дата принятия судебного акта -  

09.08.2013г., период возникновения задолженности - январь-декабрь 2011г.; - по иску  Министерства имущественных отношений Архангельской области ( № А40-5610/12-7- 53) - сумма взыскания 2 010 880,31 руб. и 33 054 руб. Дата принятия судебного акта -  18.04.2012г., период возникновения задолженности - январь 2009г.- июнь 2011г.; -по  иску Департамента имущественно-земельных отношений г. Ростова-на-Дону ( № А40- 12230/11-10-101) - сумма взыскания 569 931,78 руб. Дата принятия судебного акта -  07.07.2011г., период возникновения задолженности - январь 2007г.- декабрь 2012г.  

В реестр требований кредиторов должника в настоящее время включены  требования следующих кредиторов: -АО «Ростовводоканал» - задолженность перед  которым возникла в период с июля 2013 года по август 2015 года в размере 89 726 руб.  59 коп., и пени за просрочку оплаты в размере 50 763 руб. 51 коп. -Комитет по  управлению имуществом города Батайска - задолженность перед которым возникла в  период 21.12.2010 г. по 06.10.2014г. в размере 139 903 руб. 86 коп. долга, 117 987 руб.  57 коп. пени. - Администрации города Твери за период с 01.04.2012г. по 31 12.2014г в  размере 41 250 руб., пени в размере 17 475 руб. 01 коп.  

В соответствии с п. 4 ст. 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» пока не  доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом)  вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии  одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или)  отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о  введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой  организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют  или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством  Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии  с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в  результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 01.06.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с  применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при  разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников)  юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его  имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого  юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его  действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица  могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда  несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или  иными действиями.  

Из материалов дела следует, что после введения процедуры конкурсного  производства ни генеральный директор Общества в лице ФИО5, ни ее  заместитель ФИО4 не осуществили своей прямой обязанности,  предусмотренной ст. 126 Закона о банкротстве, по передаче конкурсному  управляющему всей бухгалтерской и иной документации.  

Кроме того, ФИО4 также подлежит признанию контролирующим  должника лицом в порядке ст. 61.10 Закона о банкротстве, принимая во внимание  наличие у него доверенности с широким кругом полномочий, его пояснения в  судебном заседании, согласно которым делами общества он занимался лично.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления № 53 по общему  правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника  является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для  

исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1  ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического  контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия)  формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с  лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в  капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица,  привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником,  проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных  деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие  экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица,  определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию  контролирующим должника.  

П. 4 Постановления № 53 разъясняет, что по смыслу взаимосвязанных  положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10  Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства  о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший  место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков  банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние  должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период,  предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме  удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей,  из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его  активов (далее - объективное банкротство).  

Согласно п. 6 Постановления № 53 руководитель, формально входящий в состав  органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее -  номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление  другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по  указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего  соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не  утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает  потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального  руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за  его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы  управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).  

Факт не передачи указанной документации был установлен в рамках  рассмотрения настоящего дела и конкурсному управляющему был выдан 14.02.2017  соответствующий исполнительный лист ФС № 017551723, который до настоящего  времени остается без исполнения.  

Из материалов дела усматривается, что размер дебиторской задолженности по  состоянию на 2014г. составлял 25 690 000 руб., на 2013г. – 28 407 000 руб., на 2012г. –  27 293 000 руб.  

Реестр требований кредиторов должника составляет 31 579 865,22 руб., из них 1  657 526,66 руб. во второй очереди и 13 064 873,68 руб. основного долга в третье  очереди.  

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия ФИО10 и ФИО4, поскольку презумпция абз. 4 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве не  опровергнута, подтверждается материалами дела, в связи с чем указанные лица  подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Суд первой инстанции обоснованно пришел выводу, что к моменту возбуждения  производства по делу о несостоятельности Общества по заявлению гр. ФИО11  (Определение суда от 13.07.2015г.) у Общества остался нереализованным 1 объект  

недвижимости, расположенный в Московской обл., г. Королев, мкр. Болшево, ул.  Пушкинская, д. 13, пом. XXII, обремененный залогом Банка - ООО КБ «Ленд-Банк».  

К этому периоду 10 объектов недвижимости продано, в т.ч аффилированным с  гр. ФИО4 лицам, таким как: - объекты недвижимости, расположенные в г.  Архангельске, окр. Ломоносовский, пл. Ленина, д. 4, Ростове-на-Дону, Батайск,  М.Горького 152/ул. Куйбышева 143, 

<

...>, 

<

...> были проданы гр. ФИО2, который по данным  сайта ФНС России аффилирован с ФИО4 посредством участия в ряде  юридических лиц, в том числе ООО «Первая судоходная компания», ООО «МК  Недвижимость» где ФИО4 выступает в качестве участника, а ФИО2 в  качестве руководителя; - Объекты недвижимости, расположенные в 

<

...>, -были переданы по договору об отступном ФИО3  (сыну ФИО4); -Объекты, расположенные в г. Саратове - были переданы по  договору об отступном ООО «ГазСтройПром», в котором генеральным директором  являлся гр. ФИО12, а ФИО4 в свою очередь участником.  

Последняя сделка по отчуждению недвижимости в г. Твери, г. Архангельске и г,  Батайске Ростовской области была заключена 01.08.2014г. (договор об отступном  между ООО «Соло-И и ИП ФИО2).  

При этом объект в г. Тверь были перепроданы ФИО2 в пользу ООО  «Аренда и недвижимость», руководителем которого является ФИО13, который в  свою очередь являлся руководителем ООО «Колосок», участником которого являлся  ФИО4 Также в ООО «ГК Недвижимость» ФИО13 и ФИО2  являются собственниками 5-% долей участия в обществе каждый, что в совокупности  свидетельствует об их аффилированности.  

При этом в отношении указанных объектов установлено существенное  занижение стоимости при их реализации, в том числе в рамках дел № А40-41070/14,   № А40-180197/15, А66-11352/16, а также судебными актами об оспаривании сделок в  настоящем деле.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления № 53 по общему  правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника  является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для  исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1  ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического  контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия)  формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с  лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в  капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица,  привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником,  проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных  деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие  экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица,  определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию  контролирующим должника.  

При этом п. 4 Постановления № 53 разъясняет, что по смыслу взаимосвязанных  положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10  Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства  о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший  место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков  банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние  должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период,  предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме  удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей,  

из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его  активов (далее - объективное банкротство).  

В соответствии с ч. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:  1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом  исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной  комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными  лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций  акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества  с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов  в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать  (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или  недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского  кодекса Российской Федерации.  

Согласно правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472 (4,5,7) конечный бенефициар,  не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в  раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает  наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с  подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или  локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты  поведения.  

В результате совершенных сделок ООО «Соло-И» утратило все свои ликвидные  активы, при этом основанием к их выводу послужили сделки с аффилироваными  лицами, приведшие к существенному приросту имущества указанных лиц и  банкротству должника, суд приходит к выводу, что ФИО2, ФИО3 и  ООО «Аренда и недвижимость» являлись контролирующими должника лицами и в  результате их действий наступило банкротство Общества.  

Проверив и оценив все представленные в материалы дела доказательства,  руководствуясь положениями статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 22  Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых  вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации», суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии  оснований для привлечения ФИО5, ФИО4, ФИО2,  ФИО3, ООО «Аренда и недвижимость» к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника.  

При вынесении оспариваемого определения суд первой инстанции пришел к  обоснованному выводу, что «ФИО4 также подлежит признанию  контролирующим должника лицом в порядке ст. 61.10 Закона о банкротстве, принимая  во внимание наличие у него доверенности с широким кругом полномочий, его  пояснения в судебном заседании, согласно которым делами общества он занимался  лично». Данный вывод подтверждается пояснениями самого ФИО4, который  в судебном заседании суда первой инстанции пояснил, что ООО «Соло-И»  принадлежит ему и он осуществлял руководство данной компанией. Об этом  свидетельствует протокол судебного заседания при использовании аудиозаписи.  

Привлекая к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО2,  ООО «Аренда и недвижимость» суд обоснованно учел, что в результате совершенных  сделок ООО «Соло-И» утратило все свои ликвидные активы, при этом основанием к их  выводу послужили сделки с аффилироваными лицами, приведшие к существенному  приросту имущества указанных лиц и банкротству должника. Таким образом, суд  

пришел к выводу, что Колякин А.Н., Мартынов К.О. и ООО «Аренда и недвижимость»  являлись контролирующими должника лицами и в результате их действий наступило  банкротство Общества.  

ФИО13, являющийся генеральным директором ООО «Аренда и  недвижимость» также являлся генеральным директором в ООО «Колосок», где  единственным участником был ФИО4, который имел право давать ФИО13 обязательные для исполнения последним указания.  

Пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве установлено, что в целях настоящего  Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику  признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006  года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо,  которое является аффилированным лицом должника.  

Согласно пункта 2 и 3 данной статьи Закона о банкротстве, заинтересованными  лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:  

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров  (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган  управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные  лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения  производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации  финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо  лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять  действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце  втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;  лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в  соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах  юридических лиц.  

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53  «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве» предусмотрено, что если необходимой причиной  объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло  третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции,  закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой  контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность,  предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем  должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).  

Подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что пока  не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника  лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного  поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

Судом первой инстанции установлено и не опровергнуто представителем  апеллянта ФИО6, что ФИО3, ФИО2 и ООО «Аренда и  недвижимость» извлекали выгоду из незаконного или недобросовестного своего  поведения, подтверждением которого является приобретение имущества по  заниженной в несколько раз цене  

Положения п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №  53 не могли применяться судами при рассмотрении иных дел вне рамок дела о  банкротстве. Наличие выводов судов по спорам с участием должника, сделанных  судами без учета постановлений Пленума ВАС РФ, касающихся рассмотрения дел о  банкротстве, не лишает суд в рамках дела о банкротстве прийти к иным выводам с  учетом всех обстоятельств дела и представленным доказательствам.  

В связи с чем, довод ООО «Аренда и недвижимость» об отсутствии  аффилированности с должником и Колякиным А.Н. суд апелляционной инстанции  признает несостоятельными.  

Ссылки апеллянта на преюдициальное значение судебных актов по иным делам,  рассмотренным в порядке искового производства, в данном случае не имеют правового  значения.  

Поскольку, согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного  Суда Российской Федерации от 06.10.2016 № 305-ЭС16-8204, суд вправе на основании  представленных в материалы дела доказательств и приведенных доводов сторон  прийти к иным выводам, чем сделанные в ранее рассмотренных делах, приведя  соответствующие мотивы.  

Согласно материалам дела до настоящего момента не все мероприятия по  проведению конкурсного производства в отношении должника окончены: ведется  работа по формированию конкурсной массы. Таким образом, суд приходит к выводу,  что на текущий момент определить размер субсидиарной ответственности не  представляется возможным  

Согласно ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно  ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Доводы апелляционных жалоб не опровергают выводы суда, положенные в  основу определения, и не могут служить основанием для отмены или изменения  обжалуемого определения суда первой инстанции.  

Судебный акт принят при правильном применении норм материального права,  содержащиеся выводы не противоречат установленным по делу фактическим  обстоятельствам и имеющимся доказательствам.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи  270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не  установлено.  

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда  первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела  и конкретных обстоятельствах, доводы лиц, участвующих в деле правильно оценены,  выводы сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.  

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального  Кодекса Российской Федерации  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 05.11.2019 по делу № А40- 111305/15 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2,  ФИО3, ООО «Аренда и Недвижимость», ФИО4, ФИО5  – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: И.М. Клеандров  Судьи:  В.С. Гарипов  

 В.В. Лапшиной