﻿784/2020-74054(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

16 декабря 2020 года Дело № А56-35909/2019  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Корабухиной Л.И., судей Журавлевой О.Р.,  

Лущаева С.В., при участии от общества с ограниченной ответственностью «Аскон» 

Уткиной А.В. (доверенность от 01.11.2020), от общества с ограниченной  ответственностью «Прогресс» Савина Т.А. (доверенность от 22.07.2020),  

рассмотрев 16.12.2020 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу общества с ограниченной ответственностью «Аскон» на постановление  Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2020 по делу  

 № А56-35909/2019, 

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Аскон», адрес: 192102,  Санкт-Петербург, ул. Фучика, д. 4, лит. А, пом. 10Н, 12Н, ОГРН 1147847043442,  

ИНН 7810455182 (далее – Общество), обратилось в Арбитражный суд города  Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском, уточненным в порядке  статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ), о взыскании с общества с ограниченной ответственностью  «Прогресс», адрес: 199034, Санкт-Петербург, 13-я линия В.О., д. 6-8, лит. А,  пом. 49Н 50Н, ОГРН 1037835004844, ИНН 7816141030 (далее – Компания), 44  393 507 руб. 05 коп. задолженности по договору подряда от 24.10.2017  

 № 43/2017 (далее – договор), 1 064 758 руб. процентов за период с 04.01.2019  по 30.05.2019, а также 100 000 руб. расходов на оплату услуг представителя.  

Компания заявила встречный иск о взыскании с Общества 40 000 000 руб.  неустойки за просрочку выполнения работ, 33 231 741 руб. 42 коп. убытков,  

1 000 000 руб. штрафа по пункту 5.15 договора, 1 500 000 руб. штрафа по пункту  5.14 договора за невыполнение требований соблюдения правил и норм техники  безопасности и промышленной санитарии.  

Решением суда первой инстанции от 29.01.2020 первоначальный иск  удовлетворен в полном объеме: с Компании в пользу Общества взыскано  

44 393 507 руб. 05 коп. задолженности по договору, 1 064 758 руб. неустойки за  период с 04.01.2019 по 30.05.2019, 200 000 руб. в возмещение расходов по  уплате государственной пошлины. Заявление о возмещении расходов на оплату  услуг представителя удовлетворено частично в сумме 30 000 руб.  

В удовлетворении встречного иска Компании отказано полностью.  

Постановлением апелляционного суда от 17.07.2020 решение от 29.01.2020  отменено. Суд апелляционной инстанции взыскал с Компании в пользу  Общества 33 317 215 руб. 60 коп. основного долга, 150 000 руб. в возмещение  расходов по уплате государственной пошлины, 22 512 руб. расходов на оплату  услуг представителя и отказал в удовлетворении остальной части  

первоначального иска. Встречные исковые требования Компании  удовлетворены в полном объеме. С Общества в пользу Компании взыскано 40  000 000 руб. неустойки, 33 231 741 руб. 42 коп. убытков, 2 500 000 руб. штрафа,  203 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за  рассмотрение дела в судах первой и апелляционной инстанций.  

В результате зачета встречных однородных требований с Общества в  пользу Компании взысканы денежные средства в сумме 42 414 525 руб. 82 коп.,  

50 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.  

В кассационной жалобе и уточнениях к ней Общество, ссылаясь на  неправильное применение судом апелляционной инстанции норм  материального права, несоответствие его выводов обстоятельствам дела,  просит отменить обжалуемое постановление от 17.07.2020 и оставить в силе  решение суда первой инстанции.  

Как указывает податель жалобы, Компания при рассмотрении спора в суде  первой инстанции не оспаривала факт выполнения Обществом работ по  договору на сумму 67 736 680 руб. и наличие задолженности перед ним в сумме,  заявленной в первоначальном иске, а поэтому у суда апелляционной инстанции  не имелось оснований уменьшать предъявленный к взысканию долг на сумму  гарантийных удержаний и делать вывод о том, что срок их уплаты не наступил.  Общество указывает, что этот вывод не только противоречит пункту 3  дополнительного соглашения от 14.11.2018 № 2 к договору, но и не учитывает  факт досрочного прекращения договорных отношений по инициативе  генподрядчика. Также Общество считает, что апелляционный суд, сделав вывод  о наличии обязанности Компании по оплате фактически выполненных  подрядчиком работ, неправомерно отказал во взыскании процентов за  нарушение сроков оплаты работ применительно к статье 395 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Кроме того, податель жалобы  указывает на необоснованное удовлетворение апелляционным судом в полном  объеме встречного иска, поскольку им не исследованы обстоятельства вины  самого заказчика в нарушении сроков выполнения работ, не проверен на  соответствие условиям договора расчет неустойки за это нарушение, не  установлены правовые основания для взыскания в пользу Компании иных  предъявленных к взысканию штрафов, не рассмотрено заявленное Обществом  в суде первой инстанции ходатайство о снижении размера неустойки на  основании статьи 333 ГК РФ. Общество также полагает необоснованным  взыскание в пользу Компании наряду с неустойкой полной суммы убытков,  связанных с прекращением договора, поскольку считает, что апелляционным  судом не учтены положения пункта 1 статьи 394 ГК РФ о зачетном характере  неустойки и не проверен предъявленный заказчиком расчет убытков на  соответствие его положениям пункта 1 статьи 393.1 ГК РФ.  

В отзыве на кассационную жалобу Компания просит оставить обжалуемый  судебный акт без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения,  считая приведенные в ней доводы несостоятельными.  

Определением суда кассационной инстанции от 25.11.2020 в порядке  статьи 158 АПК РФ рассмотрение кассационной жалобы откладывалось на  16.12.2020 на 11 час. 00 мин. и продолжено в прежнем судебном составе.  

В судебном заседании представитель Общества поддержал доводы  кассационной жалобы, а представитель Компании – свои возражения на них.  

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном  порядке.  

Как следует из материалов дела, между Компанией (генподрядчик) и  Обществом (подрядчик) 24.10.2017 заключен договор, согласно которому  

подрядчик обязался собственными силами и средствами или с привлечением  третьих лиц выполнить разработку рабочей конструкторской документации  (далее - РКД), согласовать РКД с АО «МФК «Лахта Центр», с генподрядчиком и  со всеми заинтересованными инстанциями, обеспечить ее комплектацию,  произвести строительно-монтажные работы, осуществить авторский надзор за  строительно-монтажными работами, произвести пусконаладочные работы,  сдачу всех работ АО «МФК «Лахта Центр», генподрядчику и всем  заинтересованным инстанциям, ввод в эксплуатацию результата работ по  строительству декоративных фасадных конструкций и ограждения территории  автоматизированной газовой котельной для инженерного обеспечения зданий и  сооружений МФК «Лахта Центр» по адресу: Санкт-Петербург, Лахтинский пр., д.  2, корп. 3, лит. А и Лахтинский пр., участок 10 (южнее дома 2, корп. 2, лит. Ж), в  соответствии с Техническим заданием (приложение № 1) и иной исходной  документацией, представление которой генподрядчиком предусмотрено  положениями договора и приложениями к нему.  

Генподрядчик, в свою очередь, обязался принять и оплатить надлежащим  образом выполненные работы в соответствии с условиями договора.  

Согласно пункту 3.1 договора цена работ определена сторонами в сумме  146 109 476 руб. 20 коп., в том числе 18% НДС (22 287 886 руб. 20 коп.).  

Дополнительным соглашением от 24.10.2017 № 1 (далее – дополнительное  соглашение № 1) стороны уменьшили цену договора до 83 400 000 руб. в связи  с исключением работ по установлению металлоконструкций для фасадной  облицовки и сетки. Указанным соглашением сторонами внесены изменения в  Техническое задание (приложение № 1) и Календарный план выполнения работ  (приложение № 2).  

Пунктом 3.4.1 договора (в редакции дополнительного соглашения от  14.11.2018 № 2) стороны предусмотрели возможность авансирования работ  генподрядчиком на основании заявок (счетов) подрядчика на закупку  материалов напрямую поставщикам, согласованным с генподрядчиком.  

В силу установленного пунктом 3.6 договора порядка оплаты выполненных  работ заказчик обязался осуществить платежи за разработку РКД по  завершению соответствующего этапа при условии получения подрядчиком  согласований РКД с АО «МФК «Лахта Центр», а также со всеми  заинтересованными инстанциями и от генподрядчика получения штампа «в  производство работ», при представлении подрядчиком счета после выполнения  процедуры сдачи-приемки работ, установленной договором, и подписания  сторонами акта сдачи-приемки работ по этапу работ. Оплату генподрядчик  обязался производить в течение 10 рабочих дней после предоставления  подрядчиком всех перечисленных в договоре документов (пункт 3.6.1 договора).  

На основании представленных подрядчиком счетов, соответствующей  отчетной документации и после выполнения процедуры сдачи-приемки работ  (раздел 4), установленной договором, подписания сторонами актов о приемке  выполненных работ по форме КС-2 и справки о стоимости выполненных работ и  затрат по форме КС-3 генподрядчик обязался ежемесячно оплачивать и иные  работы в течение 10 рабочих дней после предоставления подрядчиком всех  перечисленных в пункте 3.6.2 договора документов.  

Пунктом 3.7 договора (в редакции дополнительного соглашения от  14.11.2018 № 2) стороны предусмотрели удержание генподрядчиком 15% от  каждого причитающегося подрядчику платежа в качестве гарантии исполнения  договора (гарантийное удержание), а также зачет аванса в размере 100% при  внесении каждого, причитающегося подрядчику платежа.  

В соответствии с пунктом 3.8 договора (в редакции дополнительного  

соглашения от 14.11.2018 № 2) возврат гарантийных удержаний генподрядчик  обязался произвести в следующем порядке: 66,6% - в течение 10 рабочих дней  после подписания сторонами окончательного акта сдачи-приемки работ, на  основании представляемого подрядчиком счета, оставшуюся часть в размере  33,4% - в течение 10 рабочих дней по истечении гарантийного периода,  указанного в пункте 7.4 договора (пункт 3.9 договора).  

Письмом от 18.02.2019 № 01-01-19/11 Компания уведомила Общество о  расторжении договора в одностороннем порядке на основании пункта 8.5.2  договора в связи с существенным нарушением подрядчиком сроков  производства работ.  

Указывая на то, что результат выполненных по договору работ на общую  сумму 67 736 680 руб. передан генподрядчику по актам приемки выполненных  работ по форме КС-2, от подписания части которых Компания немотивированно  уклонилась, и оплатила работы лишь частично, Общество в претензии от  18.02.2019 № 52 (том 1 л.д. 72-73) потребовало от ответчика погасить  образовавшуюся задолженность в сумме 28 003 779 руб. 13 коп.  

Поскольку данное требование оставлено Компанией без удовлетворения,  Общество обратилось в арбитражный суд с первоначальным иском о взыскании  с Компании 44 393 507 руб. 05 коп. задолженности по договору (с учетом  подлежащих выплате гарантийных удержаний), 1 064 758 руб. процентов за  пользование чужими денежными средствами за период с 04.01.2019 по  30.05.2019, а также расходов на оплату услуг представителя.  

Генподрядчик, указывая на то, что Обществом допущено существенное  нарушение сроков выполнения отдельных видов работ, в претензии от  07.05.2019 № 01-01-19/301 (том 2 л.д. 21-24) потребовал уплаты подрядчиком  начисленных на основании пункта 5.3 договора 40 000 000 руб. неустойки,  возмещения 33 231 741 руб. 42 коп. убытков, возникших из-за необходимости  заключения договора с иными подрядчиками, а также уплаты 1 000 000 штрафа  по пункту 5.15 договора и 1 500 000 руб. штрафа по пункту 5.14 договора.  

Оставление указанной претензии Обществом без удовлетворения  послужило основанием для обращения Компании в суд со встречным иском.  

Удовлетворяя первоначальный иск в полном объеме, суд первой инстанции  исходил из подтвержденной материалами дела задолженности ответчика, не  оплатившего в полном объеме работы, принятые по двусторонним, а также  односторонним актам формы КС-2, презумпция действительности которых  Компанией не опровергнута.  

Полностью отказывая Компании во встречном иске о взыскании неустойки,  убытков и штрафов, суд первой инстанции указал на отсутствие вины Общества  в нарушении сроков выполнения работ по договору; недоказанность Компанией  факта несения убытков вследствие ненадлежащего исполнения подрядчиком  обязательств по договору; отсутствие доказательств, подтверждающих  количество допущенных подрядчиком нарушений правил и норм техники  безопасности, и соответственно, обосновывающих размер штрафа по пункту  5.14 договора; недоказанность нарушения Обществом пункта 13.6 договора для  привлечения его к штрафной ответственности по пункту 5.15 договора.  

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда первой инстанции о  наличии у генподрядчика задолженности по оплате выполненных работ,  имеющим для него потребительскую ценность, тем не менее пришел к выводу о  том, что судом первой инстанции при определении размера задолженности не  учтены произведенные генподрядчиком платежи за приобретенные для  подрядчика материалы, необходимые для производства работ, а также не  принято во внимание отсутствие оснований для возврата подрядчику  

гарантийных удержаний до истечения обусловленного в договоре срока. В этой  связи суд апелляционной инстанции снизил размер взыскиваемой  задолженности по первоначальному иску до 33 317 215 руб. 60 коп. Во  взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами,  начисленными на указанную сумму задолженности, апелляционный суд отказал,  не усмотрев оснований для их начисления при наличии между сторонами спора  о соблюдении подрядчиком обусловленного договором порядка сдачи-приемки  работ, в зависимость от соблюдения которого согласно пункту 3.6 договора  поставлено начало исчисления срока для оплаты спорных работ.  

Встречный иск Компании апелляционный суд посчитал подлежащим  удовлетворению в полном объеме, поскольку не установил оснований для  освобождения Общества от ответственности за нарушение договорных  обязательств, а исковые требования генподрядчика признал законными и  обоснованными.  

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, доводы  кассационной жалобы Общества, проверив правильность применения судом  апелляционной инстанции норм материального и процессуального права,  соответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, приходит к  следующим выводам.  

В соответствии со статьей 740 ГК РФ по договору строительного подряда  подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию  заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а  заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения  работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.  

В силу пункта 1 статьи 746 ГК РФ оплата выполненных подрядчиком работ  производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в  порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда.  При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ  производится в соответствии со статьей 711 данного Кодекса.  

Как следует из положений статьи 711 ГК РФ и разъяснений, содержащихся  в пункте 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров  по договору строительного подряда», основанием для возникновения  обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача  результата работ заказчику.  

Из материалов дела судами обеих инстанций установлено, что Обществом  в подтверждение фактического выполнения работ до момента расторжения  договора представлены двусторонние и односторонние акты о приемке  выполненных работах по форме КС-2 на общую сумму 67 602 945 руб. 97 коп., а  также соответствующие им справки о стоимости выполненных работ и затрат по  форме КС-3, направленные ответчику с письмами от 29.01.2019 № 23, от  12.02.2019 № 45 (том 1 л.д. 68-69) и полученные последним 29.01.2019 и  12.02.2019.  

 Согласно заключению от 15.05.2019 № 098/2019, составленному с  участием представителей Компании и АО «МФК «Лахта Центр», фактическое  выполнение подрядчиком работ на указанную сумму ответчиком не  оспаривалось и не опровергалось.  

Исходя из положений статьи 711, 726, 740, 746 ГК РФ, а также пункта 4  статьи 753 ГК РФ, устанавливающего презумпцию действительности  одностороннего акта о приемке выполненных работ, не опровергнутую  Компанией при разрешении спора, суд первой инстанции признал обязанность  генподрядчика по оплате работ наступившей в размере, составляющем цену  

иска, а суд апелляционной инстанции – в сумме 33 317 215 руб. 60 коп.  

Как установлено апелляционным судом, суд первой инстанции, взыскивая с  ответчика по первоначальному иску 44 393 507 руб. 05 коп. задолженности по  договору, размер которой определялся истцом только за вычетом поступивших  от генподрядчика платежей в сумме 23 209 438 руб. 92 коп., необоснованно не  учел осуществленные Компанией в соответствии с пунктом 3.4.1 договора (в  редакции дополнительного соглашения от 14.11.2018 № 2) платежи в общей  сумме 935 848 руб. 73 коп. (232 312 руб. + 703 536 руб. 73 коп.) на закупку  материалов у сторонних поставщиков, которые в соответствии с пунктом 3.7  договора (в редакции дополнительного соглашения от 14.11.2018 № 2)  подлежали зачету в размере 100% в счет оплаты работ.  

Правомерность данных выводов суда апелляционной инстанции истцом по  первоначальному иску в доводах жалобы не опровергается.  

Дополнительно уменьшая сумму долга на 10 140 442 руб. 72 коп., суд  апелляционной инстанции исходил из того, что указанная сумма представляет  собой предусмотренное пунктом 3.7 договора гарантийное удержание, срок  возврата которого, несмотря на прекращение договора, не наступил.  

Вывод апелляционного суда о сохранении условий договора подряда,  обеспечивающих гарантийные обязательства подрядчика в случае расторжения  договора, если иное не установлено соглашением сторон, соответствует  разъяснениям, приведенным в абзаце втором пункта 3 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О  последствиях расторжения договора» (далее – Постановление № 35), что при  разрешении спора необоснованно не было принято во внимание судом первой  инстанции.  

Между тем апелляционный суд, уменьшая подлежащую взысканию  стоимость фактически выполненных работ (67 602 945 руб. 97 коп.) на 15%  гарантийного удержания, предусмотренных пунктом 3.7 договора, также не учел,  что пункт 3.8 договора (в редакции дополнительного соглашения от 14.11.2018  

 № 2) предусматривал возврат подрядчику 66,6 % удержанной суммы в течение  10 рабочих дней после подписания сторонами окончательного акта сдачи- приемки работ и только оставшиеся 33,4 % от суммы удержания в силу пункта  3.9 договора полагались к возврату генподрядчиком после истечения  гарантийного периода (пункт 7.4 договора), который к моменту разрешения  спора не истек.  

В данном случае апелляционный суд необоснованно не принял во  внимание, что условия пункта 3.8 договора, связывающие возврат части  гарантийного удержания с подписанием окончательного акта сдачи-приемки  работ, не отвечает признакам события, которое должно неизбежно наступить  (статья 190 ГК РФ), поскольку с расторжением договора на основании  уведомления генподрядчика от 18.02.2019 № 01-01-19/11 все обязательства  Общества по выполнению работ и окончательной сдаче работ считаются  прекращенными.  

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 10 Постановления № 35,  если к моменту расторжения договора, исполняемого по частям, поставленные  товары, выполненные работы, оказанные услуги, в том числе по ведению чужого  дела (по договору комиссии, доверительного управления и т.п.), не были  оплачены, то взыскание задолженности осуществляется согласно условиям  расторгнутого договора и положениям закона, регулирующим соответствующие  обязательства. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на  условиях, установленных договором или законом, регулирующим  соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из  

обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и  взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (пункты 3  и 4 статьи 425 ГК РФ).  

Поскольку, как установлено судами, работы, из стоимости которых  произведены гарантийные удержания в размере 15%, окончательно приняты от  подрядчика по односторонним актам формы КС-2 в январе 2019 года,  предусмотренный пунктом 3.8 десятидневный срок для возврата подрядчику  66,6% этих удержаний подлежал исчислению от даты предъявления  генподрядчику результата работ по последнему из этих актов.  

В этой связи вывод суда апелляционной инстанции о том, что для  генподрядчика не наступил срок возврата всей суммы гарантийных удержаний,  не может быть признан основанным на условиях договора, иных материалах  дела и нормах материального права.  

При указанных обстоятельствах следует признать, что действительный  размер задолженности Компании по первоначальному иску ни судом первой  инстанции, ни судом апелляционной инстанции окончательно не определен.  

Поскольку прекращение договора не освобождает стороны от  ответственности за его нарушение, суду апелляционной инстанции,  признавшему работы подрядчика принятыми генподрядчиком на общую сумму  

67 602 945 руб. 97 коп. и подлежащими оплате, несмотря на ссылки  генподрядчика на непредоставление Обществом части исполнительной  документации, следовало исходя из предусмотренных в договоре сроков оплаты  работ после их приемки и сроков возврата гарантийных удержаний установить  период просрочки Компании в оплате работ и проверить правильность  представленного Обществом расчета процентов за пользование чужими  денежными средствами, начисленных на сумму задолженности на основании  статьи 395 ГК РФ. Однако суд апелляционной инстанции этого не сделал, а суд  первой инстанции взыскал с ответчика заявленные к взысканию проценты без  установления приведенных обстоятельств и исследования доказательств о  фактической сумме основного долга генподрядчика перед Обществом.  

В этой связи выводы судов обеих инстанций в части разрешения спора по  первоначальному иску суд кассационной инстанции также считает недостаточно  обоснованными.  

Не могут быть признаны основанными на материалах дела выводы судов и  в части разрешения встречного иска.  

По смыслу пункта 1 статьи 708 ГК РФ, если иное не установлено законом,  иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет  ответственность за нарушение как начального и конечного сроков выполнения  работы, так и согласованных сторонами в договоре сроков завершения  отдельных этапов работы (промежуточных сроков).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 и пунктом 1 статьи 330 ГК РФ одним  из способов обеспечения исполнения обязательств и мерой ответственности  должника в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств  является неустойка (штраф, пени), которой признается определенная законом  или договором денежная сумма, подлежащая уплате должником кредитору, в  частности в случае просрочки исполнения.  

В рассматриваемом случае за нарушение подрядчиком сроков выполнения  работ и/или этапов работ, установленных договором, пунктом 5.3 договора  предусматривалась неустойка в размере 0,1%, от цены договора, которая  подлежала выплате генподрядчику за каждый день просрочки.  

В связи с допущенной Обществом просрочкой в выполнении работ  Компанией на основании пункта 5.3 договора начислена неустойка в общей  

сумме 40 000 000 руб.  

Полностью отказывая Компании во встречном иске в части взыскания с  Общества неустойки, суд первой инстанции исходил из отсутствия вины  подрядчика в нарушении сроков выполнения работ, однако не принял во  внимание, что в силу части 3 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее или  ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении  предпринимательской деятельности, несет ответственность за нарушение  обязательств независимо от его вины, если не докажет, что надлежащее  исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть  чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств,  наличие которых истцом не доказано.  

Установленные судом первой инстанции в решении от 29.01.2020  обстоятельства, связанные с нарушением Компанией сроков исполнения  отдельных обязательств по предоставлению фронта работ при условии  продолжения Обществом иных работ по договору, в силу положений статей 716  и 719 ГК РФ не могли служить основанием для вывода о допущенной  Обществом просрочке в выполнении работ исключительно по вине  генподрядчика (пункт 3 статьи 405, пункт 1 статьи 406 ГК РФ) и освобождения в  этой связи должника от ответственности, на что правильно указал суд  апелляционной инстанции.  

Между тем указанные обстоятельства, установленные судом первой  инстанции, согласно пункту 1 статьи 404 ГК РФ могли уменьшить размер  ответственности должника, что, в свою очередь, необоснованно не учтено  судом апелляционной инстанции, не установившим иных обстоятельств,  свидетельствующих о полном отсутствии вины генподрядчика в нарушении  сроков выполнения работ при наличии у него обязанности оказывать  подрядчику содействие в выполнении работы в случаях, в объеме и в порядке,  предусмотренных в договоре (пункт 1 статьи 718).  

Кроме того, признавая соответствующим условиям пункта 5.3 договора  представленный Компанией расчет неустойки, апелляционный суд фактически  не проверил за какой период она начислена генподрядчиком, учитывая, что в  силу разъяснений, изложенных в пункте 3 Постановления № 35 и пункта 66  Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016   № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса  Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее  - Постановление № 7), неустойка, установленная на случай ненадлежащего  исполнения должником обязанности выполнять работы по договору подряда в  установленный срок подлежит начислению только до даты прекращения этого  обязательства, то есть до даты расторжения договора.  

Из имеющегося в материалах дела расчета неустойки (том 2 л.д. 9-10) не  представляется возможным установить период ее начисления.  

Также судом апелляционной инстанции необоснованно не принято во  внимание, что неустойка в общей сумме 40 000 000 руб. начислена Компанией в  процентном отношении от цены договора отдельно по каждому виду  (наименованию) работ со ссылкой на Техническое задание, что не  соответствует условиям пункта 5.3 договора, предусматривающим взыскание  неустойки в случае нарушения подрядчиком только конечного срока выполнения  работ и/или этапов работ.  

Согласно пункту 2.3.3 договора подрядчик обязался приступить к  выполнению работ и выполнить работы в сроки, установленные Календарным  планом выполнения работ (приложение № 2 к договору).  

Из предмета договора (пункт 1.1), Технического задания (приложение № 1  

к дополнительному соглашению № 1; том 1 л.д.8-32), Календарного плана  (приложение № 2 к дополнительному соглашению № 1; том 2 л.д. 12) не  усматривается, что стороны своим соглашением определили в качестве этапов  работ выполнение подрядчиком отдельных видов и наименований работ,  входящих в состав работ по разработке РКД и строительно-монтажных работ.  

Пунктом 12 Технического задания (в редакции дополнительного  соглашения № 1), на которое указывал генподрядчик при расчете неустойки,  обозначены сроки выполнения следующих укрупненных разделов работ:  разработка и согласование РКД - до 14 недель; строительно-монтажные работы  (СМР), включая выпуск технологической и исполнительной документации, сдача  и ввод объекта в эксплуатацию - не более 33 недель. Общий срок производства  работ - не более 43 недель.  

При этом Календарным планом (том 2 л.д.12) определялось, что все  указанные проектные и строительно-монтажные работы подлежали выполнению  подрядчиком до 31.12.2018.  

В материалах дела имеется акт сдачи-приемки выполненных работ от  24.10.2018 № 1, подписанный сторонами без возражений, согласно которому  генподрядчик не имеет претензий к срокам выполнения подрядчиком работ по  разработке РКД. Между тем стоимость этих работ также поименована  Компанией при расчете неустойки.  

Из материалов дела видно, что Компанией, по сути, использовались для  начисления неустойки не Календарный план, либо Техническое задание, а  калькуляция стоимости материалов и затрат на сумму 83 400 000 руб. (том 2  л.д. 13-14), в которой обозначена стоимость материалов с разбивкой по  отдельным этапам, которая согласно содержанию пункта 2 дополнительного  соглашения № 1 подписывалась сторонами исключительно для целей  уменьшения объема и стоимости работ, но не для определения как таковых  этапов работ, сроков их выполнения и, как следствие - для применения мер  ответственности к подрядчику по пункту 5.3 договора.  

Между тем указанные обстоятельства, имеющие значение для дела, при  проверке расчета неустойки на предмет его соответствия условиям пунктов  2.3.3 и 5.3 договора судами обеих инстанций не исследовались и не получили  их правовой оценки.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции при разрешении спора в данной  части не учел, что при наличии заявления стороны о явной несоразмерности  неустойки последствиям нарушения обязательства суд на основании пункта 1  статьи 333 ГК РФ вправе уменьшить подлежащую уплате неустойку.  

В силу разъяснений, изложенных в пункте 72 Постановления № 7,  заявление ответчика о применении положений статьи 333 ГК РФ может быть  сделано при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом  апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по  правилам производства в суде первой инстанции. Бремя доказывания  несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается  на ответчика (пункт 73).  

Как следует из материалов дела, Общество при рассмотрении дела в суде  первой инстанции ходатайствовало об уменьшении заявленной Компанией  суммы неустойки на основании ст. 333 ГК РФ (том 3 л.д. 146-147) и приводило  соответствующие доводы, однако это ходатайство осталось не рассмотренным  судом первой инстанции в связи с полным отказом Компании во встречном иске.  

Поскольку возможность уменьшения неустойки предусмотрена  Гражданским кодексом Российской Федерации по заявлению должника, что им  было сделано при рассмотрении дела в суде первой инстанции, и  

соответствующее ходатайство, являясь не процессуальным, а материальным,  сохранило свою правовую значимость, оно подлежало разрешению судом  апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела в порядке  апелляционного производства (часть 1 статьи 268 АПК РФ), учитывая, что  апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с  подрядчика неустойки за просрочку выполнения работ.  

Уклонение апелляционного суда от рассмотрения данного ходатайства  свидетельствует о нарушении этой судебной инстанцией при разрешении спора  норм материального права.  

При рассмотрении встречного требования Компании о взыскании с  Общества убытков, помимо неустойки, суд первой инстанции исходил из  недоказанности Компанией самого факта их несения кредитором.  

Суд апелляционной инстанции, напротив, посчитал доказанными все  условия, необходимые для привлечения подрядчика к ответственности в виде  взыскания убытков и, основываясь на положениях статьи 15, 393 и 393.1 ГК РФ,  взыскал их с должника в полном объеме.  

Между тем выводы апелляционного суда в данной части также  представляются недостаточно обоснованными.  

Статьей 393 ГК РФ предусмотрено, что должник обязан возместить  кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим  исполнением обязательства.  

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными  статьей 15 ГК РФ, в силу которой лицо, право которого нарушено, может  требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или  договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

Под убытками согласно понимаются расходы, которые лицо, чье право  нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления  нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб),  а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных  условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено  (упущенная выгода).  

В соответствии с положениями статей 15 и 393 ГК РФ при обращении в  арбитражный суд с иском о взыскании убытков ответчику необходимо доказать  факт неисполнения или ненадлежащего исполнения должником договорных  обязательств, наличие убытков и причинно-следственную связь между  нарушением обязательств и наступившими последствиями.  

Как следует из материалов дела, Компания обосновывала и доказывала  наличие у нее убытков, связанных с нарушением Обществом договорных  обязательств, только тем, что вследствие прекращения договора по основанию  нарушения подрядчиком сроков выполнения работ генподрядчик вынужден был  для завершения всего комплекса работ привлечь к их выполнению иных  подрядчиков, заключив с ними соответствующие договоры на сумму  

26 886 728 руб. (работы по завершению обустройства фасадов) и 5 553 454 руб.  (работы по завершению устройства ограждения территории).  

В силу пункта 1 статьи 393.1 ГК РФ, примененной апелляционным судом  при разрешении спора, в случае, если неисполнение или ненадлежащее  исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и  кредитор заключил взамен его аналогичный договор, кредитор вправе  потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой,  установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары,  работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного  договора.  

В данном случае суд апелляционной инстанции, считая условия для  привлечения Общества к ответственности в виде возмещения убытков  наступившими, признал, что нарушение подрядчиком сроков выполнения работ  повлекло за собой прекращение договора и невыполнение всего комплекса  работ в полном объеме, что послужило причиной для заключения Компанией  аналогичных сделок с другими подрядчиками для завершения работ.  

При этом суд апелляционной инстанции посчитал по существу правильным  приведенный Компанией расчет убытков, в котором он путем совершения  арифметических действий сложил стоимость выполненных Обществом работ до  расторжения договора со стоимостью работ по замещающим сделкам и  уменьшил полученную сумму на стоимость работ, определенных в  первоначальном договоре (том 2 л.д. 5-6).  

Однако истцом по встречному иску и апелляционным судом необоснованно  не учтено, что при расчете убытков по правилам статьи 393.1 ГК РФ виды и  объемы работ, составляющие предмет нового (замещающего) договора  подряда, должны совпадать (быть сопоставимыми) с видами и объемами работ,  не выполненных подрядчиком по досрочно расторгнутому договору. То же  самое касается и сроков выполнения работ, то есть установленные новым  (замещающим) договором сроки должны быть сопоставимы со сроками  выполнения работ по досрочно расторгнутому договору.  

 Однако сопоставимость указанных условий первоначального и  аналогичных договоров судом апелляционной инстанции не проверена и его  правовой оценки не получила, соответствующие обстоятельства, имеющие  существенное значение для дела, судами обеих инстанций не установлены.  

Не принято во внимание апелляционным судом и то, что закон,  предоставляя кредитору право на взыскание убытков в случае,  предусмотренном статьи 393.1 ГК РФ, исчисляемых в виде разницы между  ценой, установленной в расторгнутом договоре, и ценой замещающей сделки, в  качестве специального основания для взыскания убытков, отдельного вида  гражданского правонарушения в виде прекращения договора не устанавливает.  

 Пунктом 13 Постановления Пленума № 7 разъяснено, что кредитор вправе  потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценами в  первоначальном договоре и такой замещающей сделке при условии, что  впоследствии первоначальный договор был прекращен в связи с нарушением  обязательства, которое вызвало заключение этой замещающей сделки.  

По смыслу приведенных норм и разъяснений возмещение должником  убытков в виде разницы между ценами в первоначальной и замещающей  сделке производится при условии прекращения первоначального договора.  Прекращение договора влечет прекращение обязательства должника,  связанного, в частности, с выполнением работ по договору подряда, и  отсутствие у кредитора права требования взыскания неустойки за нарушение  этого обязательства.  

В силу пункта 1 статьи 394 ГК РФ (с учетом разъяснений, приведенных в  пункте 60 Постановления № 7), если за неисполнение или ненадлежащее  исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в  части, не покрытой неустойкой (зачетная неустойка).  

Законом или договором могут быть предусмотрены случаи: когда  допускается взыскание только неустойки, но не убытков (исключительная  неустойка); когда убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки  (штрафная неустойка); когда по выбору кредитора могут быть взысканы либо  неустойка, либо убытки (альтернативная неустойка).  

В данном случае из условий договора не усматривается, что  

предусмотренная пунктом 5.3 неустойка в виде текущей санкции, начисляемой  периодически с момента нарушения подрядчиком срока выполнения работ и до  прекращения договора, действительно носила характер штрафной неустойки, а  причиненные этим нарушением убытки подлежат взысканию с подрядчика в  полной сумме сверх неустойки.  

В отсутствие такого толкования условий договора, убытки Компании по  замещающей сделке подлежали возмещению Обществом лишь в части, не  покрытой неустойкой.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции, взыскавший с Общества,  нарушившего сроки выполнения работ, одновременно 40 000 000 руб. неустойки  и 33 231 741 руб. 42 коп. убытков, необоснованно не принял во внимание, что  взыскание неустойки, как и возмещение убытков, направленное на  восстановление имущественного положения кредитора посредством уплаты  неисправным должником определенной денежной суммы, компенсирующей  имущественные последствия неисправности должника, не должно носить  характер сверхкомпенсации и служить средством обогащения кредитора.  

Между тем суд апелляционной инстанции, полностью удовлетворяя  требования Компании в части взыскания неустойки и убытков в размере,  значительно превышающем сумму его основного долга, не проверил, насколько  действия генподрядчика в этой части соответствуют принципу  добросовестности (статья 10 ГК РФ) и балансу интересов сторон договора,  учитывая, что помимо возмещения имущественных потерь вследствие  нарушения срока выполнения работ, генподрядчик пользуется результатом этих  работ, имеющим для него потребительскую ценность.  

Суд кассационной инстанции не может признать обоснованными выводы  судов обеих инстанций и в части разрешения спора о взыскании с Общества  штрафов по пунктам 5.14 и 5.15 договора, поскольку эти выводы не основаны на  толковании по правилам статьи 431 ГК РФ совокупности условий договора,  определяющим, какое именно действие/бездействие признается сторонами  правонарушением, влекущим привлечение подрядчика к ответственности в виде  уплаты указанных штрафов, и проверке доказанности Компанией оснований для  взыскания указанных штрафов.  

Без надлежащего исследования судами доказательств, имеющих  существенное значение для правильного разрешения спора, не представляется  возможным проверить обоснованность их разнонаправленных выводов,  изложенных в обжалуемых судебных актах как по первоначальному, так и по  встречному искам.  

Учитывая, что решение от 29.01.2020 и постановление от 17.07.2020,  приняты судами по неполно исследованным доказательствам, имеющим  существенное значение для дела, указанные судебные акты на основании части  1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене, а дело в соответствии с пунктом 3 части  1 статьи 287 АПК РФ - направлению на новое рассмотрение в суд первой  инстанции.  

При новом рассмотрении дела суду с учетом правовой позиции суда  кассационной инстанции следует по правилам статьи 71 АПК РФ полно и  всесторонне исследовать имеющиеся в материалах дела доказательства и  доводы сторон в их совокупности и взаимной связи, дать им правовую оценку,  после чего, установив фактические обстоятельства дела и правильно применив  к ним нормы материального права, с соблюдением норм процессуального права  - принять законное и обоснованное решение, распределив при этом судебные  расходы по делу, в том числе за рассмотрение дела в суде кассационной  инстанции.  

Руководствуясь статьей 286, пунктом 3 части 1 статьи 287 и статьей 289  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный  суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 29.01.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного  апелляционного суда от 17.07.2020 по делу № А56-35909/2019 отменить.  

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт- Петербурга и Ленинградской области.  

Председательствующий Л.И. Корабухина  

Судьи О.Р. Журавлева  С.В. Лущаев