﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-64581/2018

05 июля 2019 года

г. Санкт-Петербург

/тр.11

 

Резолютивная часть постановления объявлена     26 июня 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  05 июля 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Юркова И.В.

судей  Копыловой Л.С., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания:  Бойко К.Б.

при участии:  

представитель ООО «ПСК «Ремпуть» Сафонова О.А., доверенность от 15.03.2019, представитель ООО «ЭСМ» Сидорова С.Э., доверенность от 10.06.2019;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-8939/2019) общества с ограниченной ответственностью «Производственно-строительная компания «Ремпуть» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.03.2019 по делу № А56-64581/2018/тр.11 (судья  Семенова И.С.), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Производственно-строительная компания «Ремпуть» о включении требований в реестр требований кредиторов в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Инжпутьстрой»

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Инжпутьстрой» ООО «ПСК«Ремпуть» заявлено о включении 1 300 000 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением от 01.03.2019 арбитражный суд отказал в удовлетворении заявления ООО «ПСК «Ремпуть».

В апелляционной жалобе ООО «ПСК «Ремпуть» просит отменить определение суда в связи с тем, что, по его мнению, суд первой инстанции пришел к неправильному выводу об отсутствии оснований для включения заявленного требования в реестр требований кредиторов должника, поскольку судом не исследованы обстоятельства заключения и исполнения договора подряда от 07.09.2015 № Д-2015-0125/1. Рассматриваемый договор подряда носил реальный характер, не являлся обеспечительной сделкой либо сделкой, не предполагавшей ее исполнение одной из сторон. Подрядчик работы по договору не выполнил, документов, подтверждающих выполнение работ, не предоставил. Суд первой инстанции фактически утратил возможность оценить характер спорной сделки, ограничившись недоказанными представлениями исполняющего обязанности конкурсного управляющего о наличии аффилированности между должником и кредитором и злоупотреблением кредитором своими правами. Выводы арбитражного суда о наличии фактической аффилированности между должником и кредитором не основаны на имеющихся в материалах дела доказательствах. При этом сам факт наличия аффилированности между кредитором и должником не свидетельствует об отсутствии реальных правоотношений, вытекающих из договоров подряда, и не является основанием для отказа во включении требований в реестр требований кредиторов должника. Суд не учел,  что кредитор не утратил право на взыскание задолженности по договору. Помимо срока исковой давности законом не установлено обязательных сроков для совершения действий по взысканию дебиторской задолженности. Поскольку срок на предъявление требований о взыскании на момент обращения ООО «ПСК «Ремпуть» с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника не истек, вывод суда о том, что кредитор не совершал действий по урегулированию задолженности, возникшей из договора, является необоснованным и не может быть положен в основу судебного акта по рассматриваемому спору.

В письменных объяснениях ООО «ПСК «Ремпуть» оспаривает факт аффилированности сторон сделки и считает данный довод арбитражного управляющего не подтвержденным надлежащим образом. 

В судебном заседании представитель ООО «ПСК «Ремпуть» поддержала доводы апелляционной жалобы. Представитель ООО «ЭСМ» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Как видно из материалов дела,  соответствии с договором от 07.09.2015 №Д-2015-0125/1, заключенным между ООО «Инжпутьстрой» (субподрядчик) и ООО «ПСК Ремпуть» (подрядчик), субподрядчик обязался выполнить по заданию подрядчика строительные работы.

Платежным поручением от 16.10.2015 № 2348 ООО «ПСК Ремпуть» перечислило ООО «Инжпутьстрой» 1 300 000 руб. (аванс по данному договору). Работы по договору от 07.09.2015 №Д-2015-0125/1 субподрядчик не выполнил, акты приема-передачи работ сторонами не подписывались.

В связи с указанным ООО «ПСК Ремпуть» заявлено о включении 1 300 000 руб. задолженности в реестр требований кредиторов ООО «Инжпутьстрой».

Исследовав имеющиеся в деле доказательства и выслушав присутствовавших в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, апелляционный суд не нашел оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, установив, с учетом правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475 и Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056(6), фактическую аффилированность должника и кредитора, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что требование кредитора имеет своей целью причинение вреда интересам должника и его кредиторов, направлено на незаконное получение денежных средств из конкурсной массы и уменьшение числа голосов независимых кредиторов, в связи с чем, правомерно, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказал в удовлетворении требования ООО «ПСК «Ремпуть».

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с указанным выводом, поскольку, вопреки доводам жалобы, материалами дела подтверждается практически полная зависимость должника от кредитора. 

ООО «ПСК «Ремпуть» за период с 2015 по 2017 годы перечислило на счета ООО «Инжпутьстрой» сумму около 4 млрд. руб. То есть финансирование деятельности должника осуществлялось в основном за счет кредитора (99% всех поступлений). Таким образом, как верно отмечено судом первой инстанции, ООО «ПСК «Ремпуть» является практически единственным (за редкими исключениями) контрагентом должника. 

При этом ни постоянная смена руководства ООО «ПСК «Ремпуть» (шесть генеральных директоров за 4 года), ни допускаемые должником нарушения договорной дисциплины, не влияли на стабильность перечислений денежных средств со стороны кредитора в адрес должника. Несмотря на наличие задолженности, переплаты по договорам, заявитель с требованиями о возврате денежных средств на протяжении трех лет не обращался, в чем суд первой инстанции обоснованно усмотрел поведение, присущее экономически зависимым друг от друга лицам. 

Кроме того, материалы дела подтверждают факт совмещения одними и теми же лицами руководящих должностей в ООО «Инжпутьстрой» и в ООО «ПСК «Ремпуть», а именно, работники кредитора Николаев Р. Д., Щербаков Д. М. и Доманк С.В. одновременно являлись работниками ООО «Инжпутьстрой». Поскольку лица, участвующие в деле, не располагают кадровыми документами кредитора, а руководитель должника не передавал документы арбитражному управляющему (определение об истребовании доказательств от 24.10.2018), суд первой инстанции правомерно руководствовался косвенными доказательствами осуществления указанными лицами трудовой деятельности одновременно у должника и кредитора, а именно, представленной в материалы дела перепиской сторон, приказами о назначении ответственных лиц, доверенностями, судебными актами, протоколами участия в совещаниях РЖД субподрядчиков, а также представленной арбитражным управляющим выпиской по счету должника. 

Указанные обстоятельства, как верно указано судом первой инстанции, подтверждают фактическую аффилированность ООО «Инжпутьстрой» и ООО «ПСК «Ремпуть». 

К аналогичному выводу пришел федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции, по противодействию легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма, - Росфинмониторинг, который был раскрыт в отзыве по делу №А53-27196/2018. Так, согласно объяснениям Росфинмониторинга, ООО «ПСК Ремпуть» и ООО «Инжпутьстрой» имеют аффилированные связи с государственной корпорацией ОАО «РЖД», кроме того, до 2007 года оба предприятия располагались по одному юридическому адресу: г. Москва, ул. Скаковая, дом 32, стр.2. То обстоятельство, что должник не обладал самостоятельностью по ведению предпринимательской деятельности, а фактически действовал в интересах ООО «ПСК «Ремпуть», установлено также и постановлением заместителя прокурора Забайкальского края от 05.02.2018 о передаче уголовного дела по подследственности. 

Апелляционным судом принято во внимание предоставление должником за ООО «ПСК «Ремпуть» поручительства в размере 500 000 000 руб. перед АО «СМП Банк», а также перечисление кредитором в адрес должника полученного в АО «СМП Банк» кредита в сумме 500 000 000 руб. практически в тот же день, что подтверждает наличие внутригрупповых связей и общности хозяйственных интересов между должником и кредитором. 

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством. 

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. 

В такой ситуации суд апелляционной инстанции, принимая во внимание, что кредитором оказывалось существенное финансовое влияние на должника (94% оборота), чрезмерно высокую степень доверия кредитора при авансовании договоров, заключенных с должником, и перечисление следующих траншей по договорам в отсутствие доказательств исполнения должником работ по предыдущим, что очевидно, не может быть отнесено к рыночным условиям хозяйственной деятельности в аналогичной сфере, совпадение кадрового состава должника и кредитора, а также выводы Росфинмониторинга, заместителя прокурора Забайкальского края и Тринадцатого арбитражного апелляционного суда, изложенные в постановлении от 29.04.2019 по делу №А56-64581/2018/тр.1, соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии фактической аффилированности ООО «ПСК Ремпуть» и ООО «Инжпутьстрой». 

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов. 

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. 

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью создание подконтрольной фиктивной кредиторской задолженности для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ). 

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника. 

При этом аффилированность сторон сделки презюмирует  осведомленность контрагента должника о наличии указанной цели совершения сделки. 

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов контролирующее должника лицо объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.). 

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов. 

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на гражданско-правовых сделках требований аффилированных лиц следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и контрагентом, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.  

Постановлениями суда апелляционной инстанции от 29.04.2019 по делу №А56-64581/2018/тр.1 и от 05.06.2019 по делу № А56-64581/2018/тр.9 установлено, что движение денежных средств по счету должника производились следующим образом: 80% средств, полученных от кредитора, возвращалось последнему, 20% перечислялось на счета сомнительных юридических лиц, обладающих признаками фирм-«однодневок». Должник участвует в сделках с третьими лицами, притом, что выгодоприобретателем по сделкам являлся кредитор, в пользу которого и оказывались услуги, выполнялись работы. Отсутствие у должника собственных активов, за счет которых могли бы быть удовлетворены требования кредиторов, свидетельствуют о том, что хозяйственные операции между должником и кредитором носили фиктивный характер и совершены в целях создания правовых последствий по сделкам только у должника, прикрывая собой сделки между ООО «ПСК «Ремпуть» и конечными контрагентами. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. 

 Должник представляет собою, по сути, «транзитную» организацию, через которую ООО «ПСК «Ремпуть» проводил денежные средства в адрес фирм-«однодневок» в целях обналичивания денежных средств, а также заключал договоры с конечными контрагентами в целях исключения возникновения обязательств у самого кредитора. 

Аналогичный вывод был сделан Росфинмониторингом в деле №А53-27196/2018. Согласно заключению Росфинмониторинга, по сведениям кредитных организаций, ООО «Инжпутьстрой» осуществляет сомнительную финансово-хозяйственную деятельность, направленную на «транзит» и обналичивание денежных средств; заключаемые с ООО «Инжпутьстрой» сделки носят фиктивный характер, поскольку по требованию банков ООО «Инжпутьстрой» не представляются документы, подтверждающие реальность совершаемых сделок. 

Таким образом, перечисление кредитором в адрес должника денежных средств не имело своей целью реальное исполнение обязательств последним и носило фиктивный характер; деятельность должника полностью контролировалось высшим менеджментом ООО «ПСК «Ремпуть», а следовательно, требования данного общества не вправе конкурировать с требованиями независимых кредиторов. Якобы допущенная кредитором переплата по договору была использована кредитором в целях подачи заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что включение в реестр требований кредиторов должника осуществляется заявителем в интересах самого должника для уменьшения голосов кредиторов на собрании кредиторов с целью причинения им вреда, и такие требования в рамках дела о банкротстве предъявлены быть не могут (статья 2 Закона о банкротстве). 

Апелляционным судом принято во внимание, что в процедуре наблюдения, помимо ООО «ПСК «Ремпуть», свои требования к должнику предъявили независимые кредиторы на общую сумму около 850 млн.руб., тогда как ООО «ПСК «Ремпуть» предъявлены требования на общую сумму 1,9 млрд.руб., которые разделены на пять требований. 

Непредставление доказательств, исключающих разумные сомнения в реальности долга, может свидетельствовать о наличии в действиях инициатора спора злоупотребления правом, что является достаточным для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

 Поскольку кредитором не были представлены при рассмотрении спора по существу доказательства, исключающие разумные сомнения в реальности долга, суд первой инстанции правомерно квалифицировал действия кредитора и должника как злоупотребление правом в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и пришел к выводу о необоснованности предъявленного требования, который с учетом установленных обстоятельств представляется правильным. 

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 01.03.2019 по делу №  А56-64581/2018/тр.11 оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «ПСК «Ремпуть» - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Юрков

Судьи

     Л.С. Копылова

     И.Ю. Тойвонен