ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

19.12.2023

Дело № А40-264766/18

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 декабря 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 19 декабря 2023 года

 

            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Е.А. Зверевой, П.М. Морхата,

при участии в заседании: 

от АКБ «Держава» ПАО – ФИО1, по доверенности № 82 от 28.12.2022, срок до 31.12.2023,

от САУ «Созидание» - ФИО2, по доверенности от 31.08.2023, срок 1 год,

от АО «АКБ Международный финансовый клуб» - ФИО3, по доверенности № 101 от 27.12.2021, срок 3 года,

от арбитражного управляющего  ФИО4 – ФИО4, лично, паспорт РФ,

рассмотрев 14.12.2023 в судебном заседании кассационную жалобу АКБ «Держава» ПАО

на постановление от 22.08.2023

Девятого арбитражного апелляционного суда,

об отмене определения Арбитражного суда города Москвы от 22.05.2023 и об отказе в удовлетворении заявления АКБ «Держава» (ПАО) о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего ФИО4, о взыскании убытков в размере 650 000 рублей, отстранении арбитражного управляющего ФИО4 от исполнения обязанностей,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Неолант», 

 

установил:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.03.2021 должник - АО «Неолант» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4.

            Конкурсный кредитор - АКБ «Держава» ПАО обратился в с Арбитражный суд города Москвы с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего должником ФИО4, в которой просил отстранить последнего от исполнения возложенных на него обязанностей, а также взыскать с него в пользу должника убытки в размере 650 000 рублей.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.05.2023 признано незаконным бездействие конкурсного управляющего ФИО4, выразившееся в неисполнении решения и предписания ФАС России от 14.10.2021 по делу №34/01/8-69/2019 о нарушении законодательства в сфере государственного оборонного заказа, ФИО4 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, с ФИО4 в пользу должника взыскано 650 000 рублей убытков.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 22.05.2023 отменено, в удовлетворении заявления АКБ «Держава» (ПАО) о признании незаконными бездействия конкурсного управляющего ФИО4, о взыскании убытков в размере 650 000 рублей, отстранении арбитражного управляющего ФИО4 от исполнения обязанностей – отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом суда апелляционной инстанции, ПАО АКБ «Держава» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023 и оставить в силе определение Арбитражного суда города Москвы от 22.05.2023. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 08.12.2023 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судья В.З. Уддина заменена на судью Е.А. Звереву.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены отзывы арбитражного управляющего ФИО4, Союза АУ «Созидание».

С учетом полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных  статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также пунктом 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» суд округа отказывает в приобщении к материалам дела приложенного к отзыву ФИО4 дополнительного доказательства – копии акта сверки расчетов.

В судебном заседании представители ПАО АКБ «Держава» и АО «АКБ Международный финансовый клуб» кассационную жалобу поддержали.

Представитель САУ «Созидание», арбитражный управляющий ФИО4 возражали против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Судами установлены следующие обстоятельства.

19.11.2018 принято к производству заявление ООО «АП КВАРК» о признании должника банкротом, возбуждено производство по настоящему делу.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2018 в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2019 в отношении должника введена процедура банкротства – внешнее управление, внешним управляющим утвержден ФИО4

            Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.03.2021 в отношении должника прекращена процедура внешнего управления, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

            В период конкурсного производства ФАС России в отношении должника вынесено решение от 14.10.2021 по делу №34/01/8-69/2019 о нарушении законодательства в сфере государственного оборонного заказа, которым должник признан нарушившим часть 3 статьи 8 Федерального закона от 29.12.2012 № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе» (далее – Закон о государственном оборонном заказе).

            На основании указанного решения должнику выдано обязательное для исполнения предписание о перечислении в срок не позднее трех месяцев с даты выдачи предписания в федеральный бюджет дохода в размере в размере 57 972 219,57 рублей, полученного вследствие нарушения законодательства в сфере государственного оборонного заказа.

            Постановлением ФАС России от 11.02.2022 №34/04/14.55.2-390/2021 должник привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 14.55.2 Кодекса Российской Федерации (далее – КоАП РФ) об административных правонарушениях с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 650 000 руб.

            Законность указанных решения, предписания и постановления подтверждена вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 17.06.2022 по делу № А40-291678/21.

            Конкурсный кредитор, полагая, что незаконным бездействием конкурсного управляющего по неисполнению указанных решения  и предписания ФАС России должнику причинены убытки в связи с привлечением Общества  к административной ответственности по статье 14.55.2 КоАП РФ,  обратился в суд с  жалобой на бездействие управляющего,  в которой просил отстранить ФИО4 от исполнения возложенных на него обязанностей, а также взыскать с него 650 000 рублей в счет возмещения причиненных должнику убытков в виде расходов по уплате административного штрафа.

            Суд первой инстанции, удовлетворяя жалобу конкурсного кредитора, исходил из доказанности факта ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей, повлекшего причинение должнику убытков в размере 650 000 рублей, из доказанности вины ФИО4 и наличия причинно-следственной связи.

            Суд апелляционной инстанции не согласился с указанными выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

            Так, апелляционный суд указал, что из содержания постановления ФАС России от 11.02.2022 №34/04/14.55.2-390/2021 следует, что должник был привлечен к административной ответственности за совершение действий, запрещенных законодательством в сфере государственного оборонного заказа, повлекших ненадлежащее исполнение государственного контракта по государственному оборонному заказу, что подтверждается решением ФАС России от 14.10.2021 по делу №34/01/8-69/2019, в котором  установлено, что АО «Неолант» в нарушение части 3 статьи 8 Закона о государственном оборонном заказе не обеспечило надлежащее исполнение обязательств по договору поставки с ФГУП «ПО Маяк, заключенному в целях исполнения государственного контракта от 30.11.2015 № 1КЗК/35-31 на поставку продукции по государственному оборонному заказу, в части передачи получателю в установленный срок (31.10.2018) работоспособного оборудования, что привело к срыву предприятием сроков исполнения государственного контракта.

            Также решением установлено использование обществом бюджетных денежных средств в размере 57 972 219,57 руб. на цели, не связанные с исполнением обязательств по поставке продукции, на основании чего ему выдано предписание о перечислении в федеральный бюджет незаконно полученного дохода в указанном размере.

            Таким образом, суд апелляционной инстанции отметил,  что вывод суда первой инстанции о том, что должник был привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 14.55.2 КоАП РФ с наложением штрафа в размере 650 000 рублей  в результате неисполнения арбитражным управляющим ФИО4 решения и предписания ФАС России от 14.10.2021 по делу №34/01/8-69/2019, не соответствует основаниям привлечения к административной ответственности, приведенным в постановлении административного органа: ответственность за невыполнение в срок законного предписания (постановления, представления, решения) органа, должностного лица, осуществляющего государственный надзор (контроль) предусмотрена статьей 19.5 (часть 7.1) КоАП РФ.

            Суд апелляционной инстанции согласился с доводами ФИО4 о недоказанности его непосредственной причастности к  тем действиям, за совершение которых должник и был привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 14.55.2 КоАП РФ,  поскольку они имели место в период исполнения должником договора поставки (с 24.03.2016 по 16.11.2018), когда в отношении него еще не были введены какие-либо процедуры банкротства, не было возбуждено и дело о банкротстве АО «Неолант» на дату расторжения договора поставки – 16.11.2018,. а дело о банкротстве возбуждено 19.11.2018.

            Таким образом, суд апелляционной инстанции посчитал, что ФИО4 не имел возможности каким-либо образом влиять на исполнение должником указанного договора поставки, в том числе расходование должником перечисленных ему по указанному договору предприятием денежных средств.

            В связи с изложенным суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что взыскав с управляющего убытки в виде суммы назначенного должнику административного штрафа в размере 650 000 рублей, суд первой инстанции, по существу переложил на него ответственность за действия, совершенные прежним руководством должника, к которым ФИО4 не имеет никакого отношения.

            По мнению апелляционного суда, материалами дела не подтверждено совершение непосредственно управляющим ФИО4 каких-либо неправомерных действий, повлекших причинение убытков должнику, не подтверждена вина ФИО4 и причинно-следственная связь между его действиями (бездействием) и наступлением неблагоприятных последствий для Общества.

            Суд апелляционной инстанции также отметил, что суд первой инстанции не принял во внимание наличие судебных актов, содержащих противоположные выводы по вопросу об очередности удовлетворения требования о возврате указанных денежных средств.

            Так, суд указал, что  в деле № А40-291678/21 установлено, что обязательство должника по возврату незаконно полученного дохода возникло в момент фиксации ФАС России нарушения законодательства о гособоронзаказе, то есть 14.10.2021, в связи с чем оно относится к текущим платежам и подлежит удовлетворению вне очереди.

            В свою очередь, в деле №А40-219763/22 суды  четырех инстанций пришли к противоположному выводу о том, что указанное обязательство возникло до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, в связи с чем оно относится к реестровым требованиям и подлежит удовлетворению в очередности, установленной законодательством о банкротстве.

            Кроме того, суд апелляционной инстанции акцентировал внимание на том, что  именно вменяемое административным органом и кредитором бездействие ФИО4 не повлекло непосредственно причинение должнику убытков: Общество привлечено к административной ответственности за совершение действий, нарушающих законодательство о гособоронзаказе, а не за неисполнение предписания о перечислении в бюджет дохода, полученного в результате указанного нарушения.

            Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что у суда первой инстанции не было оснований для удовлетворения жалобы кредитора на указанное бездействие, отстранения ФИО4 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником и взыскания с него убытков в заявленном размере.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд апелляционной инстанции правильно определил правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установил все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришел к правильным выводам по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно пункту 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 Обзора практики рассмотрения споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 N 150).

Пунктами 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушение, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

По смыслу указанных норм и разъяснений лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие полного состава правонарушения: факт причинения убытков, противоправное поведение лица, действиями (бездействием) которого причинены убытки, причинную связь между указанными действиями (бездействием) и убытками, размер убытков, а также принятие мер по разумному уменьшению размера понесенных убытков.

Привлечение лица к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков возможно только при доказанности всей совокупности вышеперечисленных условий, отсутствие хотя бы одного из элементов состава гражданского правонарушения исключает возможность привлечения к имущественной ответственности.

Причинно-следственная связь между нарушением права и причинением убытков должна быть прямой; единственной причиной, повлекшей неблагоприятные последствия для истца в виде убытков, являются исключительно действия (бездействия) ответчика и отсутствуют какие-либо иные обстоятельства, повлекшие наступление указанных неблагоприятных последствий. Убытки истца являются прямым необходимым следствием исключительно действий (бездействия) ответчика, а именно в результате действий (бездействия) ответчика (причина) наступили неблагоприятные последствия для истца в виде убытков (следствие).

Исходя из смысла указанных норм права, кредитор, заявляя требование о взыскании убытков, должен доказать неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим обязанностей конкурсного управляющего должником, наличие и размер причиненных убытков, причинно-следственную связь между ненадлежащим исполнением обязанностей и причиненными убытками, их размер.

            Исходя из положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, данных пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, признается датой возникновения обязательства по возмещению вреда независимо от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу решение суда или иного органа, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника.

            В данном случае суд апелляционной инстанции правомерно указал, что вред государству был причинен в момент совершения должником действий по нецелевому расходованию денежных средств по договору поставки, а не в момент фиксации указанного нарушения антимонопольным органом (выдачи предписания о возврате неправомерно израсходованных денежных средств), в связи с чем на спорное требование распространяются положения Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» о требованиях, подлежащих включению в реестр.

В соответствии с  Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 30.10.2023 № 50-П Конституция Российской Федерации, гарантируя в России единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержку конкуренции, свободу экономической деятельности, относит к числу прав и свобод, признание, соблюдение и защита которых являются обязанностью государства, право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской, иной не запрещенной законом экономической деятельности и право частной собственности, охраняемое законом и включающее в себя право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими (статья 2; статья 8, часть 1; статья 34, часть 1; статья 35, части 1 и 2).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 15 (часть 2), 17, 19, 45 (часть 1), 71 (пункты "а", "в", "о"), 72 (пункты "б", "к" части 1) и 76 (части 1 и 2) следует, что для защиты прав и свобод человека и гражданина, для обеспечения законности, правопорядка, государственной и общественной безопасности законодатель не только может, но и должен использовать все доступные ему средства, включая установление ответственности за противоправные деяния.

В связи с этим в Гражданском кодексе Российской Федерации он отнес к способам защиты гражданских, в том числе имущественных, прав возмещение убытков (статья 12) и предусмотрел, что лицо, чье право нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков (пункт 1 статьи 15).

Согласно Конституции Российской Федерации в России признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности (статья 8, часть 2). Следовательно, защите в рамках гражданско-правового регулирования подлежат имущественные права не только граждан, но и публично-правовых образований, включая само государство, как потерпевших от правонарушений, связанных с неуплатой налогов, невозможность получения которых публично-правовым образованием может расцениваться как утрата им определенного имущественного права.

В свою очередь, регулируя отношения банкротства, законодатель призван обеспечить их участникам справедливое соотношение прав и обязанностей, отвечающее их разумным ожиданиям, потребностям рынка, социально-экономической ситуации в стране, не ущемляющее свободу экономической деятельности и не подавляющее предпринимательскую инициативу, а также предусмотреть такие условия привлечения к налоговой, административной, уголовной и гражданско-правовой ответственности на основе принципов равенства, пропорциональности и правовой определенности, которые были бы соразмерны тяжести содеянного и последствиям нарушения обязанностей, в том числе обязательств перед бюджетами, не допуская ограничения прав и свобод вопреки закрепленным в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации целям.

В Постановлении от 8 декабря 2017 года N 39-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в силу статьи 8 ГК Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают, в частности, вследствие причинения вреда другому лицу в том числе действиями, в результате которых публично-правовое образование - потерпевшее лицо лишается возможности получить имущество в бюджет от юридического лица.

К обязательным платежам, согласно статье 2 Закона о банкротстве, относятся налоги, сборы и иные обязательные взносы, в том числе штрафы и пени за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате налогов, сборов и иных обязательных взносов в бюджет соответствующего уровня бюджетной системы Российской Федерации или государственные внебюджетные фонды, а также административные штрафы и штрафы, введенные уголовным законом. Как гласит пункт 2 его статьи 11, органы исполнительной власти и организации, наделенные в соответствии с законодательством Российской Федерации правом взыскания задолженности по обязательным платежам, вправе участвовать в судебных заседаниях по рассмотрению обоснованности требований по этим платежам и оснований для включения этих требований в реестр требований кредиторов.

Правоприменительная практика, во многом опираясь на буквальный смысл действующих норм, исходит из того, что если невозможность исполнения обязанности должника по уплате штрафа наступила в связи с виновными действиями контролирующих лиц (в том числе теми, которые привели к формированию данной задолженности), то указанные лица несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника в части соответствующих штрафов.

Правовое регулирование, предусматривающее включение штрафов в состав налоговой задолженности, было предметом оценки Конституционного Суда Российской Федерации. В Постановлении от 8 декабря 2017 года N 39-П он признал не противоречащими Конституции Российской Федерации статью 15, пункт 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации и подпункт 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации в той мере, в какой по своему конституционно-правовому смыслу эти положения,  в том числе не могут использоваться для взыскания с физических лиц штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика, поскольку понимание подлежащего возмещению вреда,  как включающего в себя не только недоимку и пени, но и штрафы, не уплаченные организацией, не может быть распространено на случаи возмещения ущерба, причиненного бюджетной системе лицами, подвергшимися уголовному преследованию за налоговые преступления и вследствие этого привлеченными к деликтной ответственности. При этом Конституционный Суд Российской Федерации основывался на своей правовой позиции, сформулированной в Постановлении от 17 декабря 1996 года N 20-П, о том, что взыскание всей суммы сокрытого или заниженного дохода (прибыли) и различного рода штрафов по своему существу выходит за рамки налогового обязательства как такового, носит не восстановительный, а карательный характер и является наказанием за налоговое правонарушение, т.е. за предусмотренное законом противоправное виновное деяние, совершенное умышленно либо по неосторожности.

Воспроизведя эту позицию, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что вред, причиняемый налоговыми правонарушениями, заключается в непоступлении в бюджет соответствующего уровня неуплаченных налогов (недоимки) и пеней.

Конституционный Суд Российской Федерации вынес Постановление от 8 декабря 2017 года N 39-П по жалобам граждан, которые были руководителями и бухгалтером организаций, имевших задолженность по уплате налогов, и денежные суммы с которых взыскивались в порядке возмещения ущерба, причиненного бюджету в результате совершения налогового преступления. Тем не менее, деликтный характер субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника, позволяет распространить правовую позицию, выраженную в названном Постановлении, и на правоотношения, ставшие предметом исследования по настоящему делу.

Различие в порядке привлечения к гражданско-правовой ответственности при взыскании сумм налоговой задолженности организаций с физических лиц, контролирующих деятельность этих организаций, не является столь существенным, чтобы оно обусловливало разницу в подходе к определению размера взыскиваемых денежных средств: в одном случае - с учетом выводов Конституционного Суда Российской Федерации без суммы штрафов, а в другом - с учетом суммы штрафов. В обоих случаях ответственность носит деликтный характер и требуется установить все элементы состава гражданского правонарушения. При этом субъективное усмотрение государственных органов (будь то органы прокуратуры или налоговые органы) в выборе конкретного механизма защиты интересов бюджета не должно приводить к столь значительным последствиям для имущественного положения физического лица, виновного в невозможности полного погашения требований кредиторов организации-налогоплательщика.

Принципам справедливости и соразмерности во всяком случае не отвечала бы ситуация, когда лица, чьи действия по уклонению от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, получили негативную уголовно-правовую оценку, не несут бремя уплаты штрафа за налоговое правонарушение, наложенного на эту организацию (в том числе при ее прекращении или при установлении, что она является фактически недействующей), а контролирующие должника лица, чьи действия такую оценку не получили, данное бремя в порядке субсидиарной ответственности за действия организации-должника при ее банкротстве несут.

Вышеуказанные выводы Постановления  Конституционного Суда Российской Федерации от 30.10.2023 № 50-П  могут быть по аналогии применены к настоящим спорным правоотношениям с учетом выводов апелляционного суда и конкретных фактических обстоятельств настоящего спора, исходя из того, что в настоящем деле не была доказана кредитором вина арбитражного управляющего ФИО4 в нарушении законодательства  в сфере государственного оборонного заказа -  часть 3 статьи 8 Федерального закона от 29.12.2012 № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе», в результате чего АО «Неолант» было привлечено к административной ответственности по части 1 статьи 14.55.2 КоАП РФ,  а также наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) управляющего ФИО4 и наступившими для Общества последствиями.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы апелляционного суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

В данном случае доводы ПАО АКБ «Держава» сводились к тому, что ФИО4 исполнял обязанности внешнего и конкурсного управляющего должника в период, когда ФАС России рассматривал дело №34/01/8-69/2019 о признании должника нарушившим ч. 3 ст. 8 Закона о государственном оборонном заказе и дело №34/04/14.55.2-390/2021 о  признании должника нарушившим ст. 14.55.2 КоАП РФ с наложением штрафа в 650 000 рублей, и не передал документы ФАС России по незаконному расходованию Обществом денежных средств на сумму 57 972 219,57 рублей.

Суд апелляционной инстанции мотивированно отклонил довод кредитора  о том, что  ФИО4 не передавал документы ФАС России, что привело к наложению штрафа, поскольку ранее такой довод уже был заявлен  в рамках иного обособленного спора, исследован судами трех инстанций и отклонен как необоснованный, в силу следующего.

Так, в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 09.08.2023 по настоящему делу указано (стр.8-10):

«В отношении доводов о незаконности действий конкурсного управляющего, выразившиеся в представлении в ФАС России запрашиваемой документации судами установлено следующее.

Как указано выше запрос о предоставлении документов в адрес должника было направлено определение комиссии ФАС России 06.11.2020 № 34/96853/20 о необходимости представить в срок до 16.11.2020 документы и сведения о деятельности должника.

...основная часть истребованных документов и сведений была подготовлена и направлена АО «Неолант» в ФАС России письмом от 13.11.2020 № 131120-01-П, на основании информации представителя должника присутствующим на комиссии, то есть до получения по почте 16.11.2020 определения ФАС России от 06.11.2020 № 34/96853/20.

Данные обстоятельства были установлены судом при рассмотрении дела № А40-226/21-21-1 и изложены в определении от 06.04.2021.

Таким образом, внешний управляющий в целях исполнения требования комиссии ФАС России, изложенные в определении комиссии ФАС России 06.11.2020 г. № 34/96853/20, письмом от 13.11.2020 № 131120-01-П направил часть истребованных документов.

Что касается части не направленных документов, то суды учли, что, как указывает конкурсный управляющий, расчеты стоимости работ, не делались и, соответственно, не могли быть представлены, так как АО «Неолант» на выполнение работ в рамках договора от 24.03.2016 № УК-1094с, заключенного с ФГУП «ПО «МАЯК», в качестве подрядчиков привлекало организации по прямому указанию ФГУП «ПО «МАЯК», после изучения им предложений по договорной цене работ, условий оплаты, и сроков выполнения работы, полученных в ответ на запросы АО «Неолант».

Суды признали, что, учитывая установленный п. 1 ст. 20.3 Закона о банкротстве семидневный срок на предоставление сведений по запросу арбитражного управляющего, сроки доставки почтовой корреспонденции (не менее 3 суток в 1 адрес) и время необходимое на проведение расчетов (1 день), АО «Неолант» запрошенную информацию по счетам в срок до 16.11.2020, по указанным объективным причинам, представить не имело возможности.

Помимо этого, истребуемый ФАС РФ у должника акт сверки взаиморасчетов с ФГУП «Маяк» по договору поставки от 24.03.2016 представлен подписанным только со стороны должника с приложением квитанции об отправке данного акта сверки в адрес ФГУП «Маяк», так как акт сверки на дату одностороннего отказа от указанного договора не составлялся.

Таким образом, в адрес ФАС России были направлены только те документы и сведения, которые имелись у должника, при этом суд апелляционной инстанции учитывает, что часть запрашиваемых документов по объективным причинам представить было невозможно..».

Таким образом, суд апелляционной инстанции учитывал, что вступившим в законную силу и не обжалованным судебным актом установлен факт надлежащего исполнения ФИО4 обязанностей конкурсного управляющего, в том числе факт предоставления документов в ФАС России.

Кроме того, суд апелляционной инстанции исходил из того, что заявитель ошибочно полагает, что имеется причинно-следственная связь между наложением штрафа и вынесением решения и постановления ФАС России, в то время как указанные обстоятельства возникли не по воле ФИО4, он не мог повлиять на вынесение ФАС России конкретных ненормативных актов, а само их вынесение не обусловлено неправомерным поведением ФИО4, связано с действиями предыдущих руководителей должника.

Так, судом установлено, что ФАС России в отношении АО «Неолант» в июле 2019 г. возбуждено дело №34/01/8-69/2019. В решении от 27.10.2021 по делу №34/01/8-69/2019 ФАС России установлено, что АО «Неолант» допущены нарушения, выразившиеся в совершении действий, повлекших неисполнение государственного контракта №1КЗК/35-31 от 30.11.2015, а именно: нарушены сроки поставки продукции, согласованные ФГУП «ПО «Маяк» и АО «Неолант»; программа приемо-сдаточных испытаний продукции; сборка и приемо-сдаточные испытания продукции.

Поскольку   ФАС   России   признала   неправомерными   действия   должника, выразившиеся в неисполнении государственного контракта, очевидно, по обоснованному мнению апелляционного суда,  что эти действия могли быть совершены только до одностороннего отказа контрагента от договора, ведь именно с этого момента прекращены правоотношения между сторонами. Основанием для подобного расторжения послужили действия АО «Неолант», которые происходили в период с 30.11.2015 (дата заключения договора) по 07.11.2018 (дата расторжения договора). В указанный период времени ФИО4 не имел отношения к действиям, которые совершал должник, АО «Неолант» не был признан несостоятельным (банкротом).

Суд апелляционной инстанции установил, что в соответствии с решением ФАС России от 27.10.2021 по делу №34/01/8-69/2019 АО «Неолант» признано нарушившим пп. 3 ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 29.12.2012 № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе», согласно которому «запрещаются действия (бездействие) исполнителя, влекущие за собой необоснованное завышение цены на продукцию по государственному оборонному заказу, неисполнение или ненадлежащее исполнение государственного контракта, контракта, в том числе действия (бездействие), направленные на использование полученных по государственному контракту, контракту средств на цели, не связанные с выполнением государственного оборонного заказа». То есть, как указал апелляционный суд, ФАС России установила, что в период действия договора АО «Неолант» ненадлежащим образом расходовал средства, направленные на выполнение государственного заказа. В этот период ФИО4 не являлся руководителем должника, акты сверки расчетов не подписывал.

В соответствии с ч. 1.2-2 ст. 28.1 КоАП РФ поводом к возбуждению дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 14.55.2 КоАП РФ, является принятие комиссией федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по государственному контролю (надзору) в сфере государственного оборонного заказа, решения, которым установлен факт нарушения законодательства РФ в сфере государственного оборонного заказа.

В данном случае суд апелляционной инстанции установил, что производство по делу №34/04/14.55.2-390/2021 возбуждено ФАС России на основании решения по делу 34/01/8-69/2019, которым установлены даты нарушения со стороны АО «Неолант».  В  рамках дела  №34/04/14.55.2-390/2021 ФАС России вынесла постановление 11.02.2022, в котором на АО «Неолант» наложен штраф в размере 650 000 рублей ввиду нарушения ч.1 ст. 14.55.2 КоАП РФ («совершение головным исполнителем, исполнителем действий (бездействия), запрещенных законодательством Российской Федерации в сфере государственного оборонного заказа, если такие действия (бездействие) приводят или могут привести к необоснованному завышению цены на продукцию по государственному оборонному заказу, неисполнению или ненадлежащему исполнению государственного контракта по государственному оборонному заказу или договора, заключенного в целях выполнения государственного оборонного заказ»).

Апелляционный суд также исходил из того, что  как в деле №34/01/8-69/2019, так и в деле №34/04/14.55.2-390/2021 речь идет об одном и том же нарушении должника, выразившемся в неисполнении государственного контракта в период существования обязательственных отношений между субъектами (до одностороннего отказа ФГУП «Маяк» от договора), а ФИО4 предпринимал все зависящие от него действия по оспариванию решения и предписания ФАС России по делу №34/01/8-69/2019, постановления от 11.02.2022 по делу №34/04/14.55.2-390/2021 об административном правонарушении, однако в удовлетворении заявления в рамках дела А40-291678/21 отказано.

Ссылка кассатора на то, что требования ФАС являются текущими, не подтверждает и не может подтверждать причинно-следственную связь между поведением ФИО4 и последствиями в виде наложения на должника штрафа, а также не свидетельствует о противоправности действий (бездействия) ФИО4, так как судом апелляционной инстанции с учетом ранее вынесенных  судебных актов установлено, что все зависящие действия для защиты интересов должника  управляющий ФИО4 совершил.

Кроме того, предметом рассмотрения по делу № А40-291678/21 являлся не вопрос о правовой природе причитающихся в федеральный бюджет сумм, а законность выданных ФАС России решения, предписания и постановления.

Следует отметить, что в рамках дела № А40-219763/2022 исковое заявление ФАС России к должнику о взыскании в федеральный бюджет 57 972 219,57 рублей оставлено без рассмотрения.

При этом Верховный суд РФ в определении от 06.10.2023 № 305-ЭС23-18595 (стр.2) указал:

«Установив, что указанный договор расторгнут с 16.11.2018 и что с 19.11.2018 в отношении общества возбуждено дело о банкротстве № А40-264766/2018, применив позицию, изложенную в пункте 7 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, суд пришел к выводу о том, заявленное антимонопольным органом по настоящему делу требование не относится к текущим платежам и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве».

В рамках дела о банкротстве подобные требования не заявлялись, Верховный Суд РФ, по мнению апелляционного суда, фактически определил правовую природу спорных  требований в качестве реестровых, то есть в любом случае дата их возникновения (а следовательно, и дата совершения правонарушения) не наступает раньше возбуждения процедуры банкротства, так как в силу ст. 5 Закона о банкротстве текущими платежами являются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Диспозиция ст. 14.55.2 КоАП РФ, пп. 3 ч. 3 ст. 8 Закона об оборонном заказе сформулированы таким образом, что ответственность за подобные нарушения наступает именно в период совершения административного правонарушения - действия договоров (контрактов). Определение правовой природы подобных платежей как не текущих (следовательно, реестровых или зареестровых), на что указал Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 06.10.2023 № 305-ЭС23-18595 также свидетельствует о том, что момент совершения правонарушения наступил раньше, чем введение в отношении должника процедур банкротства и назначения ФИО4 временным, внешним и конкурсным управляющим.

С учетом вышеизложенного,  суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судом фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами суда и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023 по  делу №А40-264766/18 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

            Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

            Судьи:                                                                     Е.А. Зверева 

                                                                                              П.М. Морхат