АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-8139/2021

Дело № А72-14914/2018

г. Казань

26 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 сентября 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Минеевой А.А.,

судей Богдановой Е.В., Герасимовой Е.П.,

при участии представителей:

конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2, доверенность от 15.12.2021,

общества с ограниченной ответственностью «Поволжская аутсоринговая компания» - ФИО3, доверенность от 09.01.2023,

общества с ограниченной ответственностью «УК Альфаком» – ФИО4, доверенность от 09.01.2023, 

в отсутствие:

иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 17.03.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023

по делу № А72-14914/2018

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Альфаком-У» о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Альфаком-У»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Альфаком-У» (далее – ООО «Альфаком-У», должник) его конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, в котором, с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АльфакомУ» бывшего руководителя должника ФИО5 по обязательствам ООО «АльфакомУ», возникшим в период с 01.05.2013 по 14.09.2018 на сумму 147 740 767 руб. 50 коп.; взыскать с ФИО5 в пользу ООО «Альфаком-У» 147 740 767 руб. 50 коп.; привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АльфакомУ» в солидарном порядке контролирующих лиц ООО «Альфаком-У», в том числе бывшего руководителя должника ФИО5, участников должника ФИО6, ФИО7 по обязательствам ООО «Альфаком-У», возникшим в период с 08.08.2017 по 14.09.2018 на сумму 62 241 662 руб. 67 коп.; взыскать в солидарном порядке с бывшего руководителя должника ФИО5, участников должника ФИО6, ФИО7 в пользу ООО «Альфаком-У» 62 241 662 руб. 67 коп.

От ПАО «Т Плюс» поступило заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в котором просит суд привлечь к субсидиарной ответственности ФИО5, ООО «Транспортно-механическая компания», ООО «Альфа Комм», ООО «Аварийная коммунальная служба», ООО «Ульяновск Благоустройство», точный размер которой подлежит установлению по результатам окончания конкурсного производства и окончания анализа выписок по счетам должника и агентов.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 10.08.2021 заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения. 

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 17.03.2023 заявления конкурсного управляющего ООО «Альфаком-У», ПАО «Т Плюс» удовлетворены частично. С ФИО5 в пользу ООО «Альфаком-У» взысканы убытки в размере 974 671 руб. 41 коп. В остальной части в удовлетворении заявлений отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 17.03.2023 в обжалуемой части оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий должником обратился в суд с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Ульяновской области от 17.03.2023, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023 отменить в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Альфаком-У» и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в соответствии со статьями 274, 284 и 286 АПК РФ правомерность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, заслушав явившихся в судебное заседание представителей, судебная коллегия окружного суда не находит оснований для отмены принятых по спору судебных актов, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчиками действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности), что согласуется с правовым подходом, отраженным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006, пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

При этом нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно выписке из ЕГРЮЛ с 2012 до введения в отношении ООО «Альфаком-У» процедуры конкурсного производства ФИО5 являлся генеральным директором общества, учредителями должника являются: ФИО6 с размером доли в уставном капитале – 50%, ФИО7 с размером доли в уставном капитале - 50 %.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указал на то, что должник входил в группу компаний, объединенную по кругу участников; привлеченные должником подрядные организации являются заинтересованными по отношению к должнику лицами, в связи с чем усматривается взаимозависимость между должником и платежным агентом. Конкурсный управляющий считает, что контролирующие должника лица построили бизнес-модель, направленную на получение прибыли привлеченными подконтрольными юридическими лицами подрядчиками и аккумулирование кредиторской задолженности на должнике ООО «Альфаком-У», с последующей ликвидацией должника и сохранением контроля над его основными активами - многоквартирными домами, денежные средства собственников которых являются для них непосредственным источником прибыли. 

Как указывает конкурсный управляющий, согласно бухгалтерской отчетности ООО «Альфаком-У» на 31.12.2012 размер активов составлял 89 945 тыс. руб., в то время как размер кредиторской задолженности согласно балансу составил 142 067 тыс. руб., при этом капитал и резервы имели отрицательное значение, что в совокупности позволяет сделать вывод о том, что по состоянию на 31.12.2012 ООО «Альфаком-У» отвечало признакам недостаточности имущества. 

Задолженность ООО «Альфаком-У» перед кредиторами начала возникать задолго до возбуждения дела о признании несостоятельным (банкротом) должника – 14.09.2018, что подтверждается вступившими в законную силу решениями судов, которые в последующим легли в основу включения требований кредиторов в реестр требований кредиторов должника. 

С учетом отрицательных финансовых индикаторов у должника за 2012 год и выявлением признаков недостаточности имущества ООО «Альфаком-У», у бывшего руководителя ФИО5 с 01.05.2013 возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника. 

Конкурсный управляющий полагает установленной причинно-следственную связь между бездействием ФИО5, выразившемся в неподаче заявления о признании должника банкротом, и возникшей невозможностью удовлетворить требования кредиторов в полном объеме. 

По мнению конкурсного управляющего, ФИО6 и ФИО7, являясь учредителями должника в силу положений пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве были обязаны инициировать созыв внеочередного общего собрания участников должника.

Пунктом 9.5 устава ООО «Альфаком-У» предусмотрено ежегодное собрание не позднее чем через 4 месяца после окончания финансового года, т.е. не позднее 30 апреля. 

Как указывает конкурсный управляющий, признаки недостаточности имущества у должника возникли не позднее 31.03.2013, следовательно, ФИО6 и ФИО7, действуя разумно и добросовестно, являясь участниками ООО «Альфаком-У» по состоянию на 29.07.2017, не могли не знать об отрицательных финансовых индексах в отчетности общества и признаках недостаточности имущества. 

В этой связи конкурсный управляющий полагает, что субсидиарная ответственность ФИО6 и ФИО7 возникла через 10 дней с даты появления у каждого из них обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), то есть с 08.08.2017. 

Конкурсный управляющий также сослался на искажение бывшим руководителем должника ФИО5 бухгалтерской отчетности общества. 

Кроме того, по мнению управляющего, бывшим руководителем общества велась ненадлежащая работа по взысканию дебиторской задолженности с населения, что усугубило финансовое положение общества. 

ФИО5 за три года до признания должника несостоятельным (банкротом) совершил ряд подозрительных сделок с аффилированными юридическими лицами (с ООО «Аварийно-коммунальная служба» (определение суда от 24.09.2021), с ООО «УК Альфаком» (определение суда от 30.09.2021), с ООО «Ульяновск благоустройство» (определение суда от 20.10.2021), с ООО «АЛЬФА КОММ» (определение суда от 24.09.2021), с ООО «Транспортно-механическая компания» (определение суда от 19.10.2021). Указанные сделки не признаны судом недействительными, однако, по мнению конкурсного управляющего и конкурсного кредитора ПАО «Т Плюс», усугубили неплатежеспособность должника и привели его к банкротству.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявления частично, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО5 убытков в размере дебиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности в сумме 974 671 руб. 41 коп. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции исходил из недоказанности обстоятельств, необходимых для привлечения к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд по результатам рассмотрения апелляционной жалобы конкурсного управляющего, который просил отменить определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявленных требований, не усмотрел оснований для отмены судебного акта, в связи с чем оставил его без изменения в обжалуемой части.

Придя к такому выводу, апелляционный суд исходил из следующего.

Конкурсный управляющий в своем заявлении указывал дату, когда руководитель должника должен обратиться с заявлением о собственном банкротстве – 01.05.2013, то есть ранее даты вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ. 

В статье 9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ)  перечислены случаи, когда руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, указанной в определении от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670 (3) по делу А12-18544/2015, и смысла разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума №53), обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным. 

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию, момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. 

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2013 №14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства, такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве и негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности, тем более при осуществлении деятельности по управлению и эксплуатации жилищного фонда. 

В пункте 19 постановления Пленума №53 разъяснено, что доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями).

Как следует из материалов дела (выписка из ЕГРЮЛ), должник – ООО «АльфакомУ» являлся управляющей компанией, осуществлял деятельность по управлению эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

Основной целью деятельности должника являлось содержание общего имущества и обеспечение проживающих в нем собственников коммунальными услугами. 

Из материалов основного дела о банкротстве следует, что основная часть кредиторской задолженности ООО «Альфаком-У» представляет собой задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, которая возникла вследствие несвоевременной и неполной оплаты со стороны потребителей полученных коммунальных ресурсов. 

Согласно реестру требований кредиторов должника в него включены требования следующих организаций: ПАО «Т Плюс», АО «Ульяновскэнерго», ООО «ПАК», ООО «Газпром газораспределение Ульяновск», ФНС России, УМУП «Ульяновскводоканал», ООО «Ульяновск Благоустройство», ООО «Аварийная коммунальная служба», ООО «Транспортно-механическая компания», ООО «ГазСервис», ООО «Альфа Комм», МУП «УльГЭС», ООО «Альппромстрой», УМУП «Городской теплосервис», ООО «Ресурс», то есть в подавляющем большинстве в реестр требований кредиторов должника входят ресурсносбжающие организации и организации, деятельность которых связана с обслуживанием  жилищного фонда, а также налоговый орган.

Ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью потребителей (граждан, юридических лиц) является обычной для функционирования управляющих организаций, в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги потребители постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией. 

В связи с этим сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом). 

Соответственно специфика функционирования подобного рода организаций такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2017 №306-ЭС16-20500).

Единственные источники финансирования деятельности должника - это платежи за коммунальные услуги от населения, которое в большинстве своем, несвоевременно, со значительными задержками и не в полном объеме производит оплату жилищно-коммунальных услуг.

В свою очередь, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, то такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015).

Как отметил суд, доказательства заключения сделок, признанных в последствии недействительными, в материалы дела не представлено. 

По заявлениям конкурсного управляющего ООО «Альфаком-У» о признании недействительными сделок должника Арбитражным судом Ульяновской области по делу №А72-14914/2018 вынесены судебные акты об отказе в удовлетворении заявленных требований. Постановлениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда по делу №А72-14914/2018 судебные акты суда первой инстанции оставлены без изменений, вступили в законную силу. 

Апелляционный суд в рассматриваемом случае согласился с выводом суда первой инстанции о том, что субсидиарный ответчик – ФИО5 действовал добросовестно и разумно, рассчитывая на погашение дебиторской задолженности за коммунальные услуги от населения с целью последующего погашения кредиторской задолженности перед поставщиками ресурсов.

Как указал суд, наступление самого факта банкротства недостаточно для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, данный факт также не может свидетельствовать о наличии у него вины в банкротстве и причинно-следственной связи между его бездействием и таким банкротством, так как причиной банкротства должника могут быть обстоятельства, не связанные с конкретными действиями (или бездействием) ответчика.

Согласно правовому подходу, содержащемуся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2016 № 309-КГ16-9974, денежные средства населения, предназначенные для перечисления ресурсоснабжающим и обслуживающим организациям, не являются денежными средствами должника и имеют целевое назначение - оплата оказанных ресурсоснабжающими организациями жилищно- коммунальных услуг и услуг по управлению жилым фондом. 

Кроме того, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.06.2017 № 303-ЭС17-5967 также приведен правовой подход, согласно которому должник не является собственником денежных средств, полученных за конкретный коммунальный ресурс поставщиком этого ресурса напрямую от потребителей.

Управляющая компания как исполнитель коммунальных услуг не имеет собственного экономического интереса в приобретении коммунальных ресурсов и фактически действует как посредник между потребителями коммунальных услуг и ресурсоснабжающими организациями (определение Верховного Суда Российской Федерации от 18.08.2016 №305-ЭС16-3833). 

С учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.09.2019 по делу № 303-ЭС-3370 (7), посредническая функция должника – управляющей компании заключается в аккумулировании поступающих от населения денежных средств с последующим перечислением их ответчику.

Учитывая изложенное, суд указал, что сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом).

Соответственно специфика функционирования подобного рода организаций такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества должника (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2017 №306-ЭС16-20500).

Суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о том, что само по себе наступление объективного банкротства должника обусловлено внешними факторами, в частности снижением платежной дисциплины потребителей управляющей компании в условиях кризисных экономических явлений, что не означает автоматического наличия вины руководителя в невозможности погашения требований кредиторов и достаточности непосредственно заявления о такой вине со стороны конкурсного управляющего без представления прямых или косвенных доказательств совершения контролирующими лицами действий (их бездействия), которые и могли стать причиной объективного банкротства.

Как указал суд, ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Сам факт наличия кредиторской задолженности не свидетельствует о противоправности действий должника, поскольку изменение таких показателей как дебиторская, кредиторская задолженности является обычным в процессе осуществления хозяйственной деятельности, тем более такого юридического лица, как управляющая компания, так как указанные показатели зависят исключительно от платежеспособности населения.

Суд посчитал, что несвоевременное, по мнению конкурсного управляющего, исполнение ФИО5 обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника само по себе не привело к наступлению дополнительных негативных последствий.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о недоказанности наличия совокупности условий, необходимых и достаточных для привлечения ответчика ФИО5 к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Также суд с учетом установленных по делу обстоятельств отказал в привлечении к ответственности по данному основанию участников общества ФИО6 и ФИО7

В отношении довода о необходимости привлечения к субсидиарной ответственности по мотиву искажения бывшим руководителем должника бухгалтерской отчетности апелляционный суд указал следующее.

Из разъяснений, данных в пункте 24 постановления Пленума №53, следует, что, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать то, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Вместе с тем в материалах дела соответствующие доказательства отсутствуют.

Довод управляющего о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков со ссылкой на сделки, приведшие к банкротству должника, апелляционный суд отклонил ввиду его недоказанности. 

Как отметил суд, в соответствии с пунктом 7 постановления Пленума №53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

В связи с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. 

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. 

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 №307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий. По смыслу абзаца третьего пункта 16 постановления Пленума №53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

В пункте 23 постановления Пленума №53 разъяснено, что в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

Апелляционный суд посчитал, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, оценил их, установил все имеющие значение для дела обстоятельства и сделал правильные выводы по существу требований, отказав в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ООО «Транспортно-механическая компания», ООО «Альфа Комм», ООО «Аварийная коммунальная служба», ООО «Ульяновск Благоустройство» по данному основанию.

Ссылку на то, что названные ответчики являются выгодоприобретателями от незаконных действий ФИО5, ФИО7, ФИО8 и по этому признаку относятся к лицам, подлежащим привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, апелляционный суд признал основанной на ошибочном толковании норм права. Суд указал, что обстоятельства, установленные в деле о банкротстве должника, не подтверждают их статус как выгодоприобретателей в соответствии со смыслом, придаваемым разъяснениями, данными в пункте 7 постановления Пленума №53.

Суд посчитал, что ООО «Транспортно-механическая компания», ООО «Альфа Комм», ООО «Аварийная коммунальная служба», ООО «Ульяновск Благоустройство» не получили незаконную выгоду от недобросовестного поведения контролирующих должника лиц (то есть общества не являются потенциальными выгодоприобретателями банкротства должника). 

В этой связи апелляционного суда признал правомерным отказ суда первой инстанции в привлечении ООО «Транспортно-механическая компания», ООО «Альфа Комм», ООО «Аварийная коммунальная служба», ООО «Ульяновск Благоустройство» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов первой и апелляционной инстанций правомерными.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению в их совокупности, исходя при этом из их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи. Исключительные полномочия по оценке доказательств имеются только у судов первой и апелляционной инстанций.

Вывод судов об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности соответствует установленным ими обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, нормам права.

Довод о том, что бывшим руководителем должника ненадлежащим образом велась работа по взысканию дебиторской задолженности, был предметом рассмотрения суда первой инстанции.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, установив, что на дату передачи документации бывшим руководителем должника имелась дебиторская задолженность с истекшим сроком исковой давности на сумму 974 671 руб. 41 коп., суд взыскал с ФИО5 в пользу ООО «Альфаком-У» убытки в данном размере.

Приведенные в жалобе доводы об искажении бывшим руководителем бухгалтерской отчетности, о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц за неподачу заявления о банкротстве должника получили надлежащую правовую оценку суда апелляционной инстанции.

Таким образом, доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, поскольку по существу направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 АПК РФ.

Предусмотренных статьей 288 АПК РФ оснований для изменения или отмены судебных актов кассационной инстанцией не выявлено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ульяновской области от 17.03.2023 в обжалуемой части и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023 по делу № А72-14914/2018 оставить без изменений, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                      А.А. Минеева

 

Судьи                                                                                    Е.В. Богданова

 

                                                                                              Е.П. Герасимова