АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Большая Московская улица, дом 73, Великий Новгород, 173020

http://novgorod.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Великий Новгород

Дело № А44-7210/2023

08 июля 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 24 июня 2024 года

Решение в полном объеме изготовлено 08 июля 2024 года

 

Арбитражный суд Новгородской области в составе: судьи  Высокоостровской А.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Васильевой Е.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению:

общества с ограниченной ответственностью «ПроектФинанс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 141402, 

<

...> стр. 21, пом. 44)

к обществу с ограниченной ответственностью «Валдайская косметика» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 174361, 

<

...>)

о взыскании 10 112 400,0 руб.

третьи лица:

общество с ограниченной ответственностью «Сила Технологий» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, юридический адрес: 197342, г. Санкт - Петербург, ул. Свердобольская, д. 65, литера А, пом. 2-Н, офис 8А);

ФИО1

при участии

от истца: ФИО2 - представителя по доверенности от 24.04.2023;

от ответчика: ФИО3 - представителя по доверенности от 02.02.2024, удостоверение; ФИО4 - представителя по доверенности от 02.02.2024, удостоверение;

от третьего лица: представитель не явился;

от ФИО1: ФИО1 - паспорт;

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ПроектФинанс» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Новгородской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Валдайская косметика» (далее - ответчик) о взыскании 10 112 400,0 руб. задолженности, а также расходов по оплате государственной пошлины.

Определением суда от 06.12.2023 исковое заявление принято к производству арбитражного суда, назначено предварительное судебное заседание на 10.01.2024.Кроме того, указанным определением суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Сила Технологий» (далее – третье лицо-1, ООО «Сила Технологий», Общество).

Предварительное судебное заседание неоднократно откладывалось в связи с необходимостью предоставления дополнительных доказательств, а также в связи с направлением запросов об истребовании сведений.

В судебном заседании 09.02.2024 представить истца заявил письменное ходатайство в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о фальсификации доказательств, представленных ответчиком, а именно: счетов-фактур (универсальных передаточных документов) от 15.07.2021, от 16.07.2021, от 17.07.2021, от 18.07.2021, от 19.07.2021 и договора поставки № 14/07-1 от 14.07.2021.

Суд предложил ответчику исключить указанные документы из числа доказательств.

Ответчик возражал против исключения указанных документов из числа доказательств.

Суд разъяснил представителям сторон уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательств по делу, о чем отобрана подписка.

В связи с заявлением о фальсификации истцом было заявлено о назначении по делу комплексной почерковедческой и технико-криминалистической экспертизы, проведение которой истец просил поручить проектно-экспертному бюро «Аргумент».

Рассмотрение ходатайства откладывалось.

Суд определением от 03.04.2024 назначил дело к судебному разбирательству на 13.05.2024.

Суд определением от 13.05.2024 привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО1.

Судебное разбирательство откладывалось с целью вызова свидетелей и истребования доказательств, последнее до 24.06.2024.

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Кроме того, поддержал заявление о фальсификации доказательств, а именно: договора поставки №14/07-1 от 14.07.2021 и универсальных передаточных документов от 15.07.2021, от 16.07.2021, от 17.07.2021, от 18.07.2021, от 19.07.2021, а также поддержал ходатайство о назначении экспертизы, проведение которой просил поручить проектно-экспертному бюро «Аргумент».

Ответчик в судебном заседании с требованиями истца не согласился по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление и дополнительных пояснениях, возражал против назначения по делу судебной экспертизы, указав, что не настаивает на том, что подпись на договоре и УПД выполнена самим ФИО1, поскольку при подписании указанных документов не присутствовал, получил документы уже в подписанном виде с проставленной печатью ООО «Сила Технологий», кем и когда была проставлена подпись на указанных документах ему не известно. Вместе с тем, как полагает ответчик, указанный факт с учетом последующего одобрения сделки Обществом, не имеет существенного значения для рассмотрения дела.

ФИО1 в судебном заседании поддержал требования истца, указав, что товар от ответчика он не получал, договор и спорные УПД не подписывал.

ООО «Сила Технологий» в судебное разбирательство своего представителя не направило, о месте и времени рассмотрения дела извещено надлежащим образом.

Рассмотрев ходатайство истца о назначении экспертизы, принимая во внимание позицию ответчика, который не настаивал на подписании спорных УПД и договора именно ФИО1, учитывая, что фактически в обоснование своих доводов ответчик ссылается на иные обстоятельства, суд установил отсутствие оснований для назначения почерковедческой экспертизы, в связи с чем, в ее проведении было отказано.

Иных заявлений и ходатайств от сторон не поступило.

На основании части 3 статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие третьего лица.

Заслушав пояснения сторон, исследовав доказательства, материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, ООО «Сила Технологий» на основании выставленных ООО «Валдайская косметика» счетов (Т. 2 л.д. 4-6), перечислило последнему денежные средства в размере 10 112 400,0 руб. по платежным поручениям от 14.07.2021 № 217, 218, 219,221, 222, 223, от 15.07.2021 № 226, 227 за поставку товара.

Поскольку товар поставлен не был, 30.09.2023 третье лицо направило в адрес ответчика требование о возврате денежных средств в связи с утратой интереса к поставке товара (Т. 1 л.д. 19-22).

01.11.2023 между истцом (цессионарий) и ООО «Сила Технологий» (цедент) заключен договор уступки права требования (цессии), по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял в полном объеме право требования денежных средств к ООО «Валдайская косметика» (ИНН 

<

***>, должник); сумма основного долга составляет 10 112 400,0 руб.

08.11.2023 в адрес ответчика направлено уведомление об уступке права требования указанной задолженности ООО «ПроектФинанс» (Т. 1 л.д. 24-27).

Поскольку денежные средства ответчиком перечислены не были, ООО «ПроектФинанс» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Возражая против требований истца, ответчик указал, что между ответчиком и третьим лицом-1 был заключен договор поставки № 14/07-1 от 14.07.2021. Во исполнение указанного договора ответчик поставил третьему лицу-1 товар на взыскиваемую сумму, что подтверждается подписанными и скрепленными печатями организаций универсальными передаточными документами. Каких-либо претензий по качеству и количеству поставленного товара в адрес ответчика в установленные сроки не поступило. Таким образом, заявленные требования не являются обоснованными.

Третьи лица полагали требования истца обоснованными, указывали, что товар фактически поставлен не был, договор не заключался, на договоре и представленных ответчиком в подтверждение поставки УПД проставлена подпись не ФИО1, а иного лица, печать организации по состоянию на 14 и 15.07.2021 имела иной вид.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе и вследствие неосновательного обогащения.

В силу норм статьи 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и иных оснований, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Статьями 309, 310 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии с пунктом 2 статьи 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 3 указанной статьи письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи  438 ГК РФ, согласно которому совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.д.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

В соответствии со статьей 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, к которым отнесен предмет, условия, названные в законе, или иных правовых актах как существенные. При этом необходимым условием факта заключения является акцепт стороной оферты, направленной другой.

Пунктом 3 статьи 455 ГК РФ предусмотрено, что условие договора о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара.

Анализ взаимоотношений между ответчиком и Обществом позволяет сделать вывод о наличии договорных отношений, связанных с договором поставки, к которому применяются нормы договора о поставке, при отсутствии соответствующих правил - общие положения о купле-продаже (параграфы 1, 3 главы 30 ГК РФ).

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

Согласно пункту 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Пунктом 3 статьи 487 ГК РФ предусмотрено, что в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В пункте 1 статьи 388 ГК РФ установлено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 390 ГК РФ при уступке цедентом уступаемое требование должно существовать в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием.

Таким образом, передача несуществующего права не порождает у цессионария права требования к должнику.

Согласно пункту 1 статьи 390 ГК РФ цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования.

Если объектом уступки является ничтожное (несуществующее) на момент цессии право, это означает отсутствие какого-либо распорядительного эффекта цессии (определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2021 N 45-КГ20-30-К7, 2-2578/2019).

Таким образом, недействительность требования, переданного по договору цессии, является основанием для отказа в удовлетворении требований цессионария к должнику.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Из части 2 статьи 9 АПК РФ следует, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как следует из условий договора уступки права требования (цессии) от 01.11.2023, истцу третьим лицом (ООО «Сила Технологий») передано право требования с ответчика денежных средств в размере 10 112 400,0 руб.

Указанная задолженность, как указано в исковом заявлении, возникла в связи с неисполнением ответчиком обязательства по поставке товара.

Факт перечисления ответчику ООО «Сила Технологий» денежных средств в указанном размере подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями от 14.07.2021 № 217, 218, 219,221, 222, 223, от 15.07.2021 № 226, 227 и ответчиком не оспаривался.

Также материалами дела подтверждается и сторонами, в т.ч. третьим лицом, не оспаривался факт наличия между сторонами отношений по поставке.

Спор между сторонами возник по факту исполнения ответчиком своего обязательства по поставке товара.

Так, истец и третьи лица утверждали, что товар на полученную предоплату ответчиком поставлен не был, договор и УПД, подтверждающие факт поставки являются сфальсифицированными, поскольку подписаны не ФИО1, а иным неизвестным лицом, подтвердить тождественность печати, проставленной на спорных документах, печати, принадлежащей Обществу, не представляется возможным, при этом из пояснений бухгалтера ООО «Сила Технологий» следует, что печать в том виде, в котором была проставлена на спорные документы, была изготовлена на 2 месяца позднее даты, указанной в спорных документах. В отношении отражения спорных поставок в налоговой отчетности, в т.ч. в книге покупок, пояснили, что поставки были отражены в связи с обязанностью, поскольку имелся факт перечисления денежных средств, в дальнейшем, когда поставки не подтвердились, бухгалтеру было дано поручение внести исправления в отчетность, чего сделано не было. Однако, по мнению истца и третьих лиц, внесение указанных сведений в бухгалтерскую и налоговую отчетность не подтверждает факт поставки товара. Также истец указал, что ответчиком не подтвержден факт того, что спорный товар имелся в наличии на дату поставки и мог быть поставлен третьему лицу.

Ответчик, возражая против требований истца, утверждал, что его обязательства по поставке товара на сумму предоплаты исполнены в полном объеме. В подтверждение своих доводов представил договор поставки, а также УПД, на которых проставлены печати организаций и подписи директора ответчика и, как указано в документах, ФИО1. Представитель ответчика также указал, что из объяснений сотрудников ООО «Валдайская косметика» следует, что УПД перед отгрузкой товара были направлены в электронном виде (неподписанные) представителю Общества ФИО5 для подписания данных УПД со стороны Общества и передачи оригиналов УПД при фактическом получении товара. В дальнейшем, при фактическом получении товара, ответчику представителем Общества были переданы УПД в 2-х экз., подписанные со стороны Общества и с печатью Общества, в свою очередь, ответчик, подписав данные экземпляры УПД, осуществил отгрузку товара Обществу, оставив 1 экз. УПД у себя, а второй передав представителю Общества. Кроме того, ответчик указал, что из сведений из книги покупок (8 раздел) об операциях, отражаемых ООО «Сила Технологий» за 3 кв. 2021, представленных 26.10.2021, 09.11.2021, 12.11.2021, 29.11.2021 в налоговый орган, следует, что ООО «Сила Технологий» приняло к учету счета-фактуры (УПД) № СТех0001 от 15.07.2021 на сумму 2 160 000 руб., № СТех0002 от 16.07.2021 на сумму 2 160 000 руб., № СТех0003 от 17.07.2021 на сумму 2 160 000 руб., № СТех0004 от 18.07.2021 на сумму 2 160 000 руб., № СТех0005 от 19.07.2021 на сумму 1 472 400 руб., полученные от ООО «Валдайская косметика». Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ООО «Сила Технологий» в лице генерального директора ФИО1, отрицая в ходе судебного разбирательства факт подписания договора и вышеуказанных счетов-фактур (УПД), тем не менее, отразило спорные операции в бухгалтерской отчетности в полном соответствии с представленными ООО «Валдайская косметика» документами, и представило неоднократно (26.10.2021, 09.11.2021, 12.11.2021, 29.11.2021) сведения о них в налоговый орган в 2021 году, и получило налоговый вычет. Таким образом, сдавая в налоговый орган налоговую отчетность, содержащую информацию по спорным операциям, генеральный директор ООО «Сила Технологий» ФИО1 указанными действиями фактически одобрил сделки по приобретению товара у ООО «Валдайская косметика» по спорным УПД. На момент сдачи налоговой отчетности у генерального директора ООО «Сила Технологий» не возникало возражений по указанным УПД и суммам в них, ООО «Сила Технологий» не оспаривало их и признавало действительность данных операций, принимая их к своему налоговому учету. В отношении довода истца о том, что данные операции были отражены по причине перечисления предоплаты, что являлось обязанностью Общества, представитель ответчика пояснил, что данная ссылка является несостоятельной, поскольку в данном случае операции был присвоен код «01», что свидетельствует о фактическом приобретении товара, в то время как при отражении оплаты в счет предстоящих поставок в соответствии Правилами ведения книги покупок, применяемой при расчетах по налогу на добавленную стоимость, утвержденной постановлением Правительства РФ от 26.12.2011 № 1137, операции должен быть присвоен код «02».

ФИО1, выступая как от имени ООО «Сила Технологий», являясь директором Общества до 18.03.2024, так и в последующем от себя лично, также пояснял, что договор поставки с ответчиком в виде единого документа не оформлялся и им не подписывался, как не подписывались и спорные УПД, оплата была произведена на основании выставленных ответчиком счетов Стех0001, 0002, 0003. Товар приобретался для дальнейшей поставки в Китай, все переговоры велись через ФИО6 (изначально ФИО1 пояснял, что представить сведения о ФИО6 не представляется возможным, поскольку он в Обществе не работает, телефон утрачен, но впоследствии в ходе рассмотрения дела, сведения были представлены). Пояснил, что из объяснений бухгалтера Общества следует, что договор в бухгалтерию не поступал, в декларацию и книгу покупок сведения были внесены в связи с произведенными ранее оплатами, данные по поставке были получены по телефону в бухгалтерии поставщика, печать на спорных УПД и последнем листе договора была проставлена ею после 24.09.2021 по просьбе приехавшего в офис курьера, печать, проставленная на документах похожа на ту, которая была заказана 24.09.2021. При этом также указал, что им были даны указания бухгалтеру об аннулировании данной операции, однако это поручение выполнено не было в связи с внесением записи о недостоверности адреса, а затем и блокировкой счета.

При рассмотрении дела истец заявил о фальсификации представленных ответчиком договора и УПД в порядке статьи 161 АПК РФ.

С целью проверки указанного заявления истец заявил ходатайство о назначении по делу почерковедческой экспертизы, поставив перед экспертами следующие вопросы:

1) Выполнена ли подпись в разделе 9 «Юридические адреса и реквизиты сторон» в договоре поставки №14/07-1 от 14.07.2021 от имени генерального директора ООО «Сила Технологий» ФИО1 самим ФИО1 или иным лицом?

2) Выполнены ли подписи и рукописный текст от имени ФИО1 в графах 15, 16 и 18 УПД с номерами СТех0001 от 15.07.2021, СТех0002 от 16.07.2021, СТех0003 от 17.07.2021, СТех0004 от 18.07.2021, СТех0005 от 19.07.2021 самим ФИО1 или иным лицом?

Рассмотрев заявление истца о фальсификации документов, а также ходатайство о назначении судебной экспертизы суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Применительно к статье 161 АПК РФ заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.

Заявление о фальсификации доказательства должно иметь процессуальный смысл в виде влияния последствий своего удовлетворения на исход дела, то есть на характер принятого по его результатам решения суда.

По смыслу статьи 161 АПК РФ фальсифицированным доказательством являются любые недостоверные, а также полученные с нарушением федерального закона письменные или вещественные доказательства. Причем, такое нарушение должно исходить именно со стороны процесса, которое представило данные доказательства. "Фальсификация доказательств" предполагает совершение лицом, участвующим в деле, или его представителем, умышленных действий, направленных на искажение действительного содержания объектов, выступающих в арбитражном процессе в качестве доказательств, путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл и содержащих ложные сведения.

Статья 161 АПК РФ обязывает арбитражный суд принять предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, при этом не ограничивая суд в выборе способов проверки, так суд вправе назначить экспертизу либо проверить достоверность доказательств иными мерами, в том числе используя другие доказательства, имеющиеся в материалах дела.

Из приведенной нормы права следует, что назначение экспертизы является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств. При этом АПК РФ не исключает возможности проверки судом заявления о фальсификации другими способами. Выбор мер, направленных на проверку достоверности заявления о фальсификации, находится в компетенции суда.

Как следует из части 1 статьи 82 АПК РФ, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний.

Таким образом, назначение судебной экспертизы является правом суда, которым он пользуется при возникновении необходимости применения специальных познаний в целях исследования юридически значимых обстоятельств по делу и получения относимых и допустимых доказательств.

В силу общих правил части 2 статьи 64 и части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Фактически проверка заявления о фальсификации доказательства сводится к оценке оспариваемых доказательств до принятия окончательного судебного акта по делу. Заявление о фальсификации может проверяться не только с помощью экспертного исследования документа, но и путем оценки совокупности имеющихся в материалах дела доказательств.

Определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.

В данном случае основанием для ходатайства о назначении экспертизы явилось заявление ФИО1 о том, что подпись на спорном договоре и УПД выполнена не им.

При визуальном сравнении подписей, выполненных от имени ФИО1 на спорном договоре и УПД и документах, поступивших в суд от иных организаций – контрагентов Общества, в т.ч. из банков, а также образцах подписей, отобранных в суде, невозможно однозначно установить, что они принадлежат одному лицу - ФИО1.

Вместе с тем, из пояснений ответчика следует, что он не настаивает на том, что подписи от имени ФИО1 на спорных документах выполнены непосредственно ФИО1, а не другим лицом, поскольку при проставлении указанных подписей представители ответчика не участвовали, печати на спорных УПД проставлены сотрудником третьего лица-1, что следует из пояснений бухгалтера. По мнению ответчика, факт того, что подписи на спорных документах не принадлежат ФИО1 не свидетельствует о том, что Общество не получало товар, указанный в УПД, поскольку впоследствии товар был отражен как принятый в книгах покупок и получен налоговый вычет. Проставленная на спорных документах печать принадлежит Обществу.

Как следует из представленных в материалы дела оспариваемых договора поставки и УПД, помимо подписи, проставленной от имени ФИО1, о фальсификации которой заявлено, также проставлена печать Общества. В рамках настоящего дела о проверке подлинности проставленной на спорных документах печати не заявлено. Из пояснений бухгалтера Общества следует, что она проставляла печать Общества на последний лист договора и УПД.

При этом доводы истца и третьего лица о том, что именно та печать, оттиск которой был проставлен на оспариваемых документах, была изготовлена позднее указанных на документах дат, надлежащими доказательствами не подтверждены, представленный в материалы дела скриншот электронной переписки сотрудника Общества (Т. 4 л.д. 39) об этом не свидетельствует.

Частью 1 статьи 182 ГК РФ определено, что сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Действия работников представляемого по исполнению обязательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, могут свидетельствовать об одобрении, при условии, что эти действия входили в круг их служебных (трудовых) обязанностей, или основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац 2 пункта 1 статьи 182 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, УПД заверены печатью Общества.

Факт принадлежности печати, оттиск которой имеется в универсальных передаточных документах Обществу, не оспорен. Достоверных доказательств того, что на дату поставки указанная печать Общества еще не была изготовлена, в материалы дела не представлено.

Приемка продукции (по количеству и качеству) удостоверяется подписями уполномоченных лиц и печатью получателя на экземпляре накладной в момент передачи и передается поставщику.

В представленных в материалы дела УПД содержится подпись лица, принявшего товар, которая заверена печатью Общества.

Факт проставления оттиска печати покупателя свидетельствует о том, что полномочия лица, получившего товар, следовали из обстановки. Выдача печати лицу, осуществлявшему приемку продукции, постановка ее на первичных учетных документах также является подтверждением полномочий представителя.

Юридическое значение печати организации заключается в удостоверении ее оттиском подлинности подписи лица, управомоченного представлять юридическое лицо во внешних отношениях, а также того факта, что соответствующий документ исходит от юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота и субъектом предпринимательского права.

При этом риск последствий распоряжения печатью юридического лица лицом, у которого печать не должна находиться, несет само юридическое лицо. Ответственность за действия, в том числе, по использованию печатей Общества, а также за надлежащее хранение печати несет само юридическое лицо.

Использование определенной печати Общества с той или иной целью является внутренним делом Общества и не должно приводить в замешательство третьих лиц.

Кроме того, в целях проверки заявления истца о фальсификации и по ходатайству ответчика судом в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 26 по Санкт-Петербургу были истребованы книги покупок и продаж ООО «Сила Технологий» за период с 01.01.2021 - 09.02.2024.

Из анализа поступивших от налогового органа сведений (содержатся на материальном носителе Т. 2 л.д. 69) следует, что ООО «Сила Технологий» приняло к учету товар, полученный от ООО «Валдайская косметика» на основании УПД № СТех0001 от 15.07.2021 на сумму 2 160 000 руб., № СТех0002 от 16.07.2021 на сумму 2 160 000 руб., № СТех0003 от 17.07.2021 на сумму 2 160 000 руб., № СТех0004 от 18.07.2021 на сумму 2 160 000 руб., № СТех0005 от 19.07.2021 на сумму 1 472 400 руб.. При этом даты и суммы, указанные в оспариваемых УПД, отражены Обществом в полном соответствии с представленными в материалы дела ответчиком первичными документами. Также из данных документов следует, что Обществом сведения о спорных поставках отражались несколько раз (с учетом последующего уточнения суммы).

Пунктом 1 статьи 183 ГК РФ установлено, что при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку.

В пункте 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1 и 2 статьи 183 ГК РФ).

Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности).

Таким образом, отражение хозяйственной операции по приобретению товара по спорному договору в книге покупок Общества за третий квартал 2021 года свидетельствует об одобрении сделки и ее исполнении в части принятия товара заказчиком, а, следовательно, вопрос наличия полномочий у лица, подписавшего УПД, действовать от имени Общества при последующем одобрении им таких действий, не имеет правового значения.

На основании изложенного, учитывая, что позиция ответчика основывается на иных обстоятельствах, принимая во внимание доказательства последующего одобрения сделки, суд полагает, что установление обстоятельств принадлежности подписи на спорных УПД и договоре ФИО1, не имеет существенного значения для рассмотрения спора, в связи с чем оснований для назначения почерковедческой экспертизы не имеется.

В отношении довода истца о том, что спорные операции были отражены по причине перечисления предоплаты, что являлось обязанностью Общества, суд полагает необходимым отметить, что действительно, как верно заметил представитель ответчика, в данном случае операции был присвоен код «01», что свидетельствует о фактическом приобретении товара, в то время как при отражении оплаты в счет предстоящих поставок в соответствии Правилами ведения книги покупок, применяемой при расчетах по налогу на добавленную стоимость, утвержденной постановлением Правительства РФ от 26.12.2011 № 1137, операции должен быть присвоен код «02».

Также, вопреки доводам истца, в материалах дела содержатся доказательства того, что у ответчика имелась реальная возможность поставки спорного товара Обществу (Т. 2 л.д. 110-144).

Кроме того, суд отклоняет доводы истца о том, что заявок на поставку товара от Общества не поступало.

Как поясняли представители ответчика и ФИО1, о поставке товара велись переговоры, т.е. заявки были устными, что также не противоречит условиям договора, содержащего печать Общества. Из материалов дела также не следует, что между ответчиком и Обществом имелась договоренность о поставке товара только на основании письменных заявок последнего и в более поздние периоды.

Ссылка истца на отсутствие транспортных накладных, в данном случае, не опровергает факта поставки спорного товара Обществу, при том, что сам факт поставки оформлен УПД и отражен в бухгалтерской и налоговой документации Общества.

Суд также полагает необходимым отметить, что в судебных заседания ФИО1, являясь генеральным директором ООО «Сила Технологий», неоднократно утверждал, что печати, проставленные на представленных ответчиком УПД и договоре, не принадлежат организации «Сила Технологий», печать такого вида в Обществе отсутствует.

Между тем, при рассмотрении дела, по ходатайству ответчика были запрошены документы Общества от других организаций и банков. Из представленных документов следует, что Обществом неоднократно при оформлении документов с иными контрагентами использовался именно такой оттиск печати, какой проставлен на оспариваемых документах (Т. 3 л.д. 76-102, 117-118, 149-159).

При этом ФИО1, являясь генеральным директором Общества и подписывая документы, на которых данный оттиск печати проставлен, не мог не знать о наличии у Общества печати такого вида.

После получения документов, из которых явно следовало, что от имени Общества на иных документах с контрагентами проставлялась печать аналогичная той, которая проставлена на оспариваемых документах, позиция третьего лица изменилась.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель). Таким поведением является в частности поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

В настоящем случае, возражения ответчика против факта поставки товара со ссылкой на то, что ни договор на поставку товара, ни товарные накладные не подписаны со стороны ответчика, противоречат представленным доказательствам.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что факт поставки товара в адрес Общества подтвержден совокупностью представленных доказательств.

Таким образом, поскольку поставка товара на всю сумму предоплаты осуществлена ответчиком Обществу в июле 2021 года, по состоянию на дату заключения между истцом (цессионарий) и ООО «Сила Технологий» договора уступки права требования от 01.11.2023, задолженность у ответчика перед Обществом отсутствовала.

Как указано выше, в силу абзаца второго пункта 2 статьи 390 ГК РФ при уступке цедентом уступаемое требование должно существовать в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием.

Таким образом, передача несуществующего права не порождает у цессионария права требования к должнику.

Если объектом уступки является ничтожное (несуществующее) на момент цессии право, это означает отсутствие какого-либо распорядительного эффекта цессии (определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2021 N 45-КГ20-30-К7, 2-2578/2019).

Таким образом, недействительность требования, переданного по договору цессии, является основанием для отказа в удовлетворении требований цессионария к должнику.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Проанализировав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца.

В соответствии со статьей 168 АПК РФ при вынесении решения суд распределяет судебные расходы.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Истцом за рассмотрение иска уплачена государственная пошлина в размере 73 562,0 руб., что подтверждается платежным поручением № 33 от 24.11.2023.

Расходы по уплате госпошлины с учетом отказа в исковых требованиях относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок  со дня его принятия.

 

Судья

А.В. Высокоостровская