ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИе

Дело № А14-8260/2016

г. Воронеж

8 декабря 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 1 декабря 2017 года

        Постановление в полном объеме изготовлено 8 декабря 2017 года

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи

                   Яковлева А.С.,

судей

                                 Сурненкова А.А.,

                         ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО2,

при участии:                     

от муниципального образования городской округ город Воронеж в лице муниципального казенного учреждения городского округа город Воронеж «Городская дирекция дорожного хозяйства и благоустройства»: ФИО3, представителя по доверенности б/н от 03.07.2017;

от общества с ограниченной ответственностью «Мостинжсервис»:  ФИО4, директора на основании приказа №05-к от 08.10.2012; ФИО5, представителя по доверенности №004 от 26.04.2016;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу муниципального образования городской округ город Воронеж в лице муниципального казенного учреждения городского округа город Воронеж «Городская дирекция дорожного хозяйства и благоустройства» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на решение Арбитражного суда Воронежской области от 10.04.2017 по делу № А14-8260/2016 (судья Стеганцев А.И.) по иску муниципального образования городской округ город Воронеж в лице муниципального казенного учреждения городского округа город Воронеж «Городская дирекция дорожного хозяйства и благоустройства» к обществу с ограниченной ответственностью «Мостинжсервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании неустойки,

УСТАНОВИЛ:

муниципальное образование городской округ город Воронеж в лице муниципального казенного учреждения городского округа город Воронеж «Городская дирекция дорожного хозяйства и благоустройства» (далее – МКУ «ГДДХ и Б», истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Мостинжсервис» (далее – ООО «Мостинжсервис», ответчик) о взыскании неустойки в сумме 5 220 095 руб. 44 коп.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 10 апреля 2017 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, МКУ «ГДДХ и Б» обратилось в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой ссылаясь на незаконность и необоснованность решения суда первой инстанции, просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

В судебном заседании апелляционной инстанции 01.12.2017 представитель МКУ «ГДДХ и Б» поддержал доводы апелляционной жалобы, представители ООО «Мостинжсервис» с доводами апелляционной жалобы не согласились, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

        Заслушав мнения представителей истца и ответчика, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, дополнений к ней и отзывов на нее с дополнениями, судебная коллегия находит апелляционную жалобу подлежащей частичному удовлетворению, а решение суда первой инстанции – отмене в части, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 16.07.2015 между истцом (заказчик) и ответчиком (подрядчик) на основании протокола рассмотрения единственной заявки № 0131300000615000724 от 30.06.2015 был заключен муниципальный контракт № 2Мо-ПП-15 на выполнение работ для нужд заказчика, в соответствии с условиями которого подрядчик обязался по заданию заказчика выполнить работы по планово-предупредительному ремонту мостов и путепроводов в 2015 г. (приложение № 1.1-1.2 – ведомость объемов работ, приложение № 5 – техническое задание) и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязался принять результат работы и оплатить его. 

Согласно пункту 3.1 контракта, цена подлежащих выполнению работ составляет 18 311 047 руб. 66 коп., в том числе НДС 2 793 210 руб. 66 коп. Смета является неотъемлемой частью контракта (приложение № 2 – сводный сметный расчет стоимости, приложение № 2.1-2.2 – локальный сметный расчет). 

В пункте 3.2 контракта в качестве источника финансирования контракта названы бюджет городского округа город Воронеж на 2015 год, субсидии из областного бюджета на 2015 год.

Пунктом 4.3 контракта установлен срок выполнения работ: со дня подписания контракта по 31 декабря 2015 года, согласно сетевому плану-графику выполнения работ с детализированными календарными сроками выполнения работ, представленному подрядчиком при заключении контракта (приложение № 3 – сетевой план-график выполнения работ). 

В п. 11.3 контракта определен срок его действия: со дня подписания контракта по 31.12.2015.

Сторонами подписаны приложения к контракту № 1.1 «Ведомость объемов работ. Планово-предупредительный ремонт путепроводов в 2015 г.», № 1.2 «Ведомость объемов работ. Планово-предупредительный ремонт мостов в 2015 г.», № 2.1 «Локальный сметный расчет (локальная смета) на планово-предупредительный ремонт путепроводов в 2015 году», № 2.2 «Локальный сметный расчет (локальная смета) на планово-предупредительный ремонт мостов в 2015 году», № 3 «Сетевой план-график выполнения работ. Планово-предупредительный ремонт мостов и путепроводов в 2015 г.», № 4 «Перечень мостов и путепроводов городского округа г. Воронеж».

18 ноября 2015 года сторонами было заключено дополнительное соглашение № 1 к данному контракту, в соответствии с которым стороны внесли изменения в контракт от 16.07.2015, в том числе уменьшив цену работ. 

Так, на основании п. 3.1 контракта в редакции дополнительного соглашения № 1 цена подлежащих выполнению работ по контракту составляет 18 112 723 руб. 88 коп., включая НДС. Смета является неотъемлемой частью контракта (приложение № 2 – сводный сметный расчет стоимости, приложение № 2.1-2.2 – локальный сметный расчет). 

11 декабря 2015 года стороны заключили дополнительное соглашение № 2 к контракту, в соответствии с которым п. 3.1 контракта был изложен в следующей редакции: цена подлежащих выполнению работ составляет 17 827 899 руб. 02 коп., в том числе НДС 2 719 510 руб. 02 коп. Смета является неотъемлемой частью контракта (приложение № 2 – сводный сметный расчет стоимости, приложение № 2.1-2.2 – локальный сметный расчет). 

15 декабря 2015 года стороны подписали дополнительное соглашение № 3 к контракту, в соответствии с которым п. 3.1 договора был изложен в следующей редакции: цена подлежащих выполнению работ составляет 17 642 887 руб. 10 коп., в том числе НДС 2 688 542 руб. 10 коп. Смета является неотъемлемой частью контракта (приложение № 2 – сводный сметный расчет стоимости, приложение № 2.1-2.2 – локальный сметный расчет). 

28 декабря 2015 года сторонами было подписано дополнительное соглашение к контракту № 4, которым стороны продлили срок выполнения оставшихся работ и срок действия контракта. 

В соответствии с п. 4.3 контракта в редакции дополнительного соглашения № 4 срок выполнения работ: со дня подписания контракта по 30 июня 2016 года, согласно сетевому плану-графику выполнения работ с детализированными календарными сроками выполнения работ, представленному подрядчиком при заключении контракта (приложение № 3 – сетевой план-график выполнения работ).

Согласно п. 11.3 контракта в редакции дополнительного соглашения № 4, срок действия контракта: со дня подписания контракта по 31.12.2016.

В пункте 3.2 контракта в редакции дополнительного соглашения № 4 в качестве источника финансирования контракта назван бюджет городского округа город Воронеж на 2016 год.

Приложение № 3 к контракту (сетевой план-график выполнения работ) и приложение № 5 (техническое задание к контракту) стороны договорились читать в новой редакции: приложение № 1 (сетевой план-график выполнения работ) и приложение № 2 (техническое задание к дополнительному соглашению).

Сторонами в ходе исполнения контракта были подписаны акты приемки выполненных работ ф. КС-2 от 24.11.2015 № 1 за период с 27.08.2015 по 24.11.2015 на сумму 417 766 руб. 02 коп., от 24.11.2015 № 2 за период с 27.08.2015 по 24.11.2015 на сумму 50 347 руб. 05 коп., от 14.12.2015 № 3 за период с 13.08.2015 по 14.12.2015 на сумму 4 650 304 руб. 48 коп., от 15.12.2015 за период с 13.08.2015 по 15.12.2015 на сумму 3 679 899 руб. 62 коп.

Как следует из решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Воронежской области от 30.09.2016 № 02-16/1671, 13.04.2016 МКУ «ГДДХ и Б» было принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта с ООО «Мостинжсервис» в связи с нарушением условий контракта. Решением от 30.09.2016 № 02-16/1671 Управление Федеральной антимонопольной службы по Воронежской области признало в действиях МКУ «ГДДХ и Б» нарушение требований частей 8 и 9 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе), выразившееся в неправомерном принятии решения от 13.04.2015 об одностороннем отказе от исполнения контракта.

5 июля 2016 года стороны заключили дополнительное соглашение № 5 к контракту, в котором стороны на основании предписания  Управления Федеральной антимонопольной службы по Воронежской области признали отмену решения от 13.04.2015 об одностороннем отказа от исполнения контракта и пришли к соглашению о расторжении муниципального контракта № 2Мо-ПП-15 от 16.07.2015 с момента подписания дополнительного соглашения.

Ссылаясь на нарушение сроков выполнения работ по контракту, заказчик обращался к подрядчику с претензиями от 18.05.2016 №1060/1/ГДДХБ и №1061/1/ГДДХБ, в которых просил оплатить неустойку за нарушение срока окончания работ по замене деформационных швов на Северном мостовом комплексе в размере 930 568 руб. 09 коп., за нарушение срока окончания работ по восстановлению части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) на Северном мостовом комплексе в размере 2 149 141 руб. 50 коп., а также за нарушение начального срока выполнения работ, производство которых было перенесено на 2016 год в соответствии с дополнительным соглашением № 4 к контракту, в размере 2 140 385 руб. 85 коп. 

Неисполнение в добровольном порядке требований претензий послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что контракт не содержит в себе указания на промежуточные сроки производства работ. Как отметил суд, в представленном в материалы дела сетевом плане-графике (приложение к контракту) имеется указание на виды работ, при этом сторонами не было предусмотрено выполнение отдельных этапов работ по данному контракту, стоимость этапов также не согласована. В связи с вышеизложенным суд посчитал, что спорным контрактом возможность начисления неустойки за нарушение сроков выполнения отдельных этапов работы не согласовывалась. 

Судебная коллегия полагает указанный вывод суда области необоснованным, руководствуясь следующим.

       Исходя из существа заявленных истцом требований и правовой природы отношений, вытекающих из муниципального контракта от 16.07.2015 № 2Мо-ПП-15, к возникшему спору подлежат применению нормы главы 25 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств, главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации о договорах подряда, а также положения Закона о контрактной системе. 

В силу п. 1 ст. 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. 

В соответствии со статьей 763 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд. По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд (далее – государственный или муниципальный контракт) подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату. 

На основании ч. 8 ст. 3 Закона о контрактной системе государственный контракт, муниципальный контракт – договор, заключенный от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации (государственный контракт), муниципального образования (муниципальный контракт) государственным или муниципальным заказчиком для обеспечения соответственно государственных нужд, муниципальных нужд. 

Согласно п. 1 ст. 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). 

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы. 

В п. 4.3 контракта сторонами установлен срок выполнения работ: со дня подписания контракта по 31 декабря 2015 года, согласно сетевому плану-графику выполнения работ с детализированными календарными сроками выполнения работ, представленному подрядчиком при заключении контракта (приложение № 3 – сетевой план-график выполнения работ). 

Пунктом 4.4 контракта предусмотрено, что начальные, сроки выполнения отдельных этапов и конечные сроки выполнения работы устанавливаются в соответствии с сетевым планом-графиком выполнения работы, являющимся неотъемлемой частью контракта (приложение №3 – сетевой план-график выполнения работ); подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и сроков отдельных этапов выполнения работы.

В соответствии с п. 9.4 контракта в случае просрочки поставщиком (исполнителем, подрядчиком) обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (исполнителем, подрядчиком) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (исполнителю, подрядчику) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней). 

Порядок расчета пени установлен п. 9.5 указанного контракта. 

В силу п. 9.5 контракта пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (исполнителем, подрядчиком) обязательства, предусмотренного контрактом (приложение № 3 – сетевой план-график выполнения работ), и устанавливается в размере не менее одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком (исполнителем, подрядчиком).

В соответствии с п. 1 ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Из анализа положений контракта, в частности, пунктов 4.3, 4.4, 9.5 контракта, следует, что стороны установили ответственность как за нарушение начального и конечного сроков, так и за нарушение сроков выполнения отдельных этапов работ.

Кроме того, судебная коллегия во внимание то, что ответчик в ходе исполнения контракта также исходил из согласования сторонами производства отдельных работ поэтапно, с детализацией конкретных этапов работ в приложении № 3 к контракту. Данное обстоятельство подтверждается перепиской сторон, в том числе письмом ответчика от 18.12.2015 № 40, а также правовой позицией ООО «Мостинжсервис» в рамках дела № А14-1291/2016, в ходе рассмотрения которого последнее уменьшило размер исковых требований о взыскании с МКУ «ГДДХ и Б» задолженности по оплате выполненных работ по муниципальному контракту от 16.07.2015 № 2Мо-ПП-15 на размер неустойки за нарушение промежуточных сроков выполнения работ по замене деформационных швов на путепроводе на ПК-45 и по исправлению повреждений откоса низовой части Чернавского моста с добавлением грунта и укреплением засевом трав, удержанной заказчиком на основании п. 3.17 контракта, в сумме 48 652 руб. 04 коп.

Соответственно, начисление истцом неустойки за нарушение сроков выполнения отдельных этапов работ не противоречит положениям контракта.

Истцом заявлены требования о взыскании 930 568 руб. 09 коп. неустойки за нарушение сроков выполнения работ, относящихся к этапу «Замена деформационных швов на Северном мостовом комплексе», за период с 01.11.2015 по 15.12.2015. 

В соответствии с сетевым планом-графиком работы по данному этапу подлежали выполнению в срок с 01.09.2015 по 31.10.2015. 

Согласно приложению № 1.2 к контракту «Ведомость объемов работ», при производстве работ по замене деформационных швов на Северном мостовом комплексе подлежали установке деформационные швы типа «Маурер» D-50, D-80, D-100. Данное обстоятельство также отражено в локальном сметном расчете на планово-предупредительный ремонт мостов в 2015 году, сетевом плане-графике выполнения работ, техническом задании на планово-предупредительный ремонт мостов в 2015 году, из которых усматривается, что в состав работ входил демонтаж изношенных деформационных швов на Северном мостовом комплексе и установка новых деформационных швов типа «Маурер» D-50, D-80, D-100.

10 ноября 2015 года ООО «Мостинжсервис» обратилось к МКУ «ГДДХ и Б» с письмом, в котором просило пересогласовать конструкции деформационных швов типа «Maurer» на деформационные швы типа СК-80 с аналогичными техническими показателями, изготавливаемые российским предприятием ООО «НПП СК МОСТ», в связи с программой Правительства РФ по импортозамещению, а также поздними сроками поставок и завышенной ценой деформационных швов типа «Maurer» по сравнению со сметными.

В письме от 11.11.2015 № 2881/1ГДДХиБ, адресованном ответчику, истец указал на согласование замены подлежащих установке деформационных швов типа «Maurer» на деформационные швы типа СК-80, без ухудшения технических характеристик конструкции швов и без увеличения сметной стоимости выполняемых работ, при условии предоставления экспертного заключения по анализу сравнительных характеристик деформационных швов.

Письмом от 14.12.2015 № 38 ответчик гарантировал предоставление истцу экспертного заключения проведенного сравнительного анализа мостовых деформационных швов «Маурер» и СК-80 до 25.12.2015, отметив, что договор на проведение экспертизы был заключен с АО «Центр нормативов и качества строительства», экспертное заключение находится в стадии оформления.

Дополнительным соглашением от 15.12.2015 № 3 стороны внесли изменения в контракт, уменьшив цену работ. Как пояснили стороны в ходе рассмотрения дела, снижение цены стало следствием экономии ввиду согласования замены подлежащих установке деформационных швов марки «Маурер» на деформационные швы СК-80. 

Из материалов дела следует, что работы по этапу «Замена деформационных швов на Северном мостовом комплексе» заключались в замене разрушенных конструкций деформационных швов Северного мостового комплекса на новые конструкции деформационных швов.

Согласно научно-техническому отчету от 2007 г. по теме «Предпроектное обследование Северного мостового комплекса через Воронежское водохранилище», составленному государственным образовательным учреждением высшего профессионального образования «Воронежский государственный архитектурно-строительный университет», а также акту периодического осмотра мостов и путепроводов городского округа г. Воронеж, проведенного на основании приказа от 18.11.2016 № 02-09-126 «О проведении осеннего осмотра мостовых сооружений», ранее на Северном мостовом комплексе были установлены деформационные швы К-8-160. Как указано в научно-техническом отчете по теме «Предпроектное обследование Северного мостового комплекса через Воронежское водохранилище», деформационные швы над устоями и промежуточными опорами запроектированы с металлическим окаймлением заполненного типа К8 с резиновыми амортизаторами; по концам неразрезной ветви пролетного строения на опорах ОП29 и ОП34 деформационные швы выполнены по специальному проекту с двойными резиновыми амортизаторами для обеспечения повышенных деформаций. При зимнем осмотре в 2006 году на опоре ОП29 величина сквозного зазора между уголками стального окаймления деформационного шва составила 220 мм как на левом, так и на правом строении.

В акте периодического осмотра мостов и путепроводов городского округа г. Воронеж, проведенного на основании приказа от 18.11.2016 № 02-09-126 «О проведении осеннего осмотра мостовых сооружений», также указано, что на Северном мостовом комплексе над опорами установлены деформационные швы К-8.

Таким образом, при производстве работ по ремонту на Северном мостовом комплексе планировалась замена деформационных швов К-8 на деформационные швы изначально типа «Маурер», а впоследствии – типа СК-80.

Согласно пояснениям ответчика, установленные на Северном мостовом комплексе и подлежавшие замене конструкции деформационных швов относятся к многопрофильным, в то время как согласованные сторонами деформационные швы типа «Маурер», а затем – типа СК-80 являются однопрофильными.

Как указал ответчик, ООО «Мостинжсервис» 4 сентября 2015 года приступило к выполнению названных работ на Северном мостовом комплексе, однако разборка первых метров многопрофильного деформационного шва К-8-160 показала, что однопрофильные деформационные швы установить невозможно, так как указанный вид деформационных швов объединяется с балками пролетного строения монолитным бетоном, а деформационные швы К-8-160 в данной конструкции объединяются с балками пролетного строения с помощью закладных деталей, установленных в балки заводом-изготовителем. Из пояснений ответчика следует, что для установки однопрофильного деформационного шва требовалось разобрать полку балок пролетного строения на 1,5 метра от оси моста в каждую сторону, в то время как разборка несущих конструкций балок, находящихся в рабочем положении, запрещена; для выполнения данного вида работ необходимо положительное заключение экспертизы с последующей разработкой проекта производства работ проектной организацией. Согласно пояснениям подрядчика, он неоднократно обсуждал сложившуюся ситуацию в рабочем порядке с заказчиком с выездом на место работ. Как указал подрядчик, поскольку заказчик в течение длительного времени не предпринимал никаких действий по решению данного вопроса, ООО «Мостинжсервис», понимая необходимость срочного ремонта аварийного моста, предложило свое техническое решение, для реализации которого требовалось изменить конструкцию деформационного шва СК-80 так, чтобы была возможность объединения деформационного шва с балками пролетного строения закладными деталями.

Как отметил ответчик, в указанных целях ООО «Мостинжсервис» обращалось в ООО НПП «СК МОСТ», являющееся производителем деформационных швов СК-80, с просьбой изготовить индивидуальные деформационные швы, но получило ответ о том, что деформационные швы с креплением через закладные детали в настоящий момент не применяются в железобетонном мостостроении. Поскольку попытки переделать имеющиеся стандартные деформационные швы СК-80 на предприятиях города Воронежа оказались безуспешными, как утверждает ответчик, ООО «Мостинжсервис» было вынуждено закупить специальное оборудование, изготовить необходимую оснастку (кондуктор), привлечь сторонних специалистов (сварщиков) высокой квалификации и приступить к изготовлению опытного образца, после чего подрядчик заказал необходимое количество деформационных швов СК-80 и приступил к изготовлению и установке.

Из пояснений ответчика следует, что на осуществление вышеуказанных действий потребовалось два месяца, после чего ООО «Мостинжсервис» обратилось к МКУ «ГДДХ и Б» с письмом о согласовании замены типа деформационных швов. 

Согласно пояснениям ответчика, в период с 12 ноября по 15 декабря 2015 года было выполнено работ по замене 61,5 м.п. деформационных швов. Как следует из выполненных работ № 4 от 15.12.2015, по указанному акту подрядчиком были сданы, а заказчиком приняты работы по замене деформационных швов на Северном мостовом комплексе на сумму 3 679 899 руб. 62 коп. 

Дополнительным соглашением № 4 от 28.12.2015 объемы невыполненных работ были перенесены на 2016 год.

Письмом от 11.03.2016 № 28 ООО «Мостинжсервис», ссылаясь на опыт проведения работ по замене деформационных швов в 2015 году, показавший, что каждый участок деформационного шва на Северном мостовом комплексе потребовал индивидуального решения ввиду размеров и конструкций, запросило у МКУ «ГДДХ и Б» чертежи с размерами по высоте и количеству закладных  деталей по каждому участку деформационного шва для их заказа у завода-изготовителя.

МКУ «ГДДХ и Б» в ответ в письме от 16.03.2016 №431/ГДДХиБ ссылалось на то, что перед началом работ 13.10.2015 заказчиком был согласован представленный подрядчиком проект производства работ по замене деформационных швов на Северном мостовом комплексе, и указало на отсутствие у ООО «Мостинжсервис» объективных причин, препятствующих исполнению обязательств по контракту. В письме от 16.03.2016 №431/ГДДХиБ истец также отметил, что разработка проекта требуется для проведения всего комплекса работ по ремонту моста, а для выполнения работ только по замене деформационных швов достаточно наличия проекта производства работ, содержащего решения по организации производства и технологии строительно-монтажных работ. 

Таким образом, чертежи (проектные решения на выполнение работ) заказчиком не были предоставлены.

Учитывая непредставление заказчиком проекта на указанные виды работ и возникающие риски по разрушению деформационных швов от воздействия температур, подрядчик посчитал дальнейшее производство работ по замене деформационных швов на Северном мостовом комплексе нецелесообразным.

В подтверждение своей правовой позиции о необходимости представления заказчиком проектной документации ответчик указывает на п. 8.1 утвержденного Федеральным дорожным агентством Отраслевого дорожного методического документа ОДМ 218.2.025-2012 «Деформационные швы мостовых сооружений на автомобильных дорогах», согласно которому замена швов на новые может производиться при содержании мостового сооружения, если речь идет о конструкциях закрытого типа и несложных конструкциях заполненного типа; для замены швов сложных конструкций разрабатывают проект. 

В соответствии с Распоряжением Федерального дорожного агентства от 09.06.2010 № 384-р отраслевой дорожный методический документ является актом, разъясняющим методологию и положения нормативных правовых актов технического регулирования и (или) содержащим технические рекомендации в области дорожного хозяйства, в том числе содержания автомобильных дорог и искусственных сооружений на них.

Истец в обоснование своего отказа предоставить проектные решения ссылался на то, что по смыслу п. 5.2.1 Отраслевого дорожного методического документа «Методические рекомендации по ремонту и содержанию автомобильных дорог общего пользования», принятого и введенного в действие письмом Государственной службы дорожного хозяйства Министерства транспорта Российской Федерации от 17.03.2004 г. N ОС-28/1270-ис, разработка проекта производства работ требуется только для проведения капитального ремонта, в то время как подлежащие выполнению подрядчиком в рамках заключенного сторонами контракта работы по замене деформационных швов на Северном мостовом комплексе относятся к ремонту, а не к капитальному ремонту.

Между тем, в Отраслевом дорожном методическом документе «Методические рекомендации по ремонту и содержанию автомобильных дорог общего пользования» не имеется положений, в которых бы прямо указывалось о том, что разработка проектной документации может осуществляться только при проведении капитального ремонта. При этом рекомендации, приведенные в п. 5.2.1 Отраслевого дорожного методического документа «Методические рекомендации по ремонту и содержанию автомобильных дорог общего пользования», в соответствии с которыми капитальный ремонт искусственных сооружений включает в себя, в том числе предпроектное обследование сооружения с предложениями по его восстановлению и составление проекта капитального ремонта, не противоречат п. 8.1 ОДМ 218.2.025-2012 «Деформационные швы мостовых сооружений на автомобильных дорогах», согласно которому для замены швов сложных конструкций разрабатывают проект.

Также судебной коллегией принято во внимание следующее.

В суде апелляционной инстанции истец не отрицал, что установленные на Северном мостовом комплексе и подлежащие замене деформационные швы являются многопрофильными, в то время как согласованные сторонами деформационные швы «Maurer», а впоследствии – типа СК-80 относятся к однопрофильным.

При этом в письме от 16.03.2016 №431/ГДДХиБ заказчик в ответ на обращение подрядчика о предоставлении чертежей с размерами по каждому участку деформационного шва указал, что «в соответствии с п. 8.1.2 ОДМ 218.2.025-2012 «Деформационные швы мостовых сооружений на автомобильных дорогах» (издан на основании Распоряжения Росавтодора 07.08.2012 N 561-р), замена деформационных швов на новые может проводиться при содержании мостового сооружения в конструкциях закрытого типа и несложных конструкциях заполненного типа, к которым, в соответствии с  ОДН 218.2.025-2012, относятся однопрофильные швы типа К-8 и Maurer (с одним резиновым компенсатором), а также СК-80. Эти работы учитываются при планировании планово-предупредительных ремонтов (ППР) на мостовых сооружениях на основании результатов диагностики; для замены швов более сложных конструкций, к которым относятся конструкции многопрофильных ДШ типа К-8 и Maurer, разрабатывают проект. Основанием для определения вида работ для восстановления работоспособности конструкций деформационных швов является оценка их технического состояния, определяемая в соответствии с ОДН 218.017.2003 «Руководство по оценке транспортно-эксплуатационного состояния мостовых конструкций». 

Таким образом, заказчик в письме от 16.03.2016 №431/ГДДХиБ подтвердил необходимость разработки проекта в случае производства работ по замене деформационных швов сложных конструкций.

При несовершении заказчиком действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или существа обязательства, до совершения которых исполнитель государственного (муниципального) контракта не мог исполнить своего обязательства, исполнитель не считается просрочившим, а сроки исполнения обязательств по государственному (муниципальному) контракту продлеваются на соответствующий период просрочки заказчика (п. 10 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской федерации 28.06.2017).

Подрядчик не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора в соответствии с пунктом 3 статьи 405, пунктом 1 статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 9 статьи 34 Закона о контрактной системе.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что истцом в нарушение положений ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не опровергнуты доводы подрядчика о невозможности выполнения работ, относящихся к этапу «Замена деформационных швов на Северном мостовом комплексе», по причинам, зависящим от заказчика. Соответственно, истцом не доказано наличие оснований для привлечения подрядчика к ответственности за просрочку выполнения названных работ.

Также истцом были заявлены требования о взыскании неустойки за нарушение начальных сроков выполнения работ, в отношении которых сторонами было принято решение о переносе их производства на 2016 год.

Как было указано выше, 28 декабря 2015 года сторонами было подписано дополнительное соглашение к контракту № 4, которым стороны продлили срок выполнения работ по 30 июня 2016 года. 

Таким образом, стороны согласовали перенос оставшихся невыполненными работ на 2016 год.

В силу пп. 6 ч. 1 ст. 95 Закона о контрактной системе изменение существенных условий контракта при его исполнении не допускается, за исключением их изменения по соглашению сторон в следующих случаях: случаях, предусмотренных пунктом 6 статьи 161 Бюджетного кодекса Российской Федерации, при уменьшении ранее доведенных до государственного или муниципального заказчика как получателя бюджетных средств лимитов бюджетных обязательств. При этом государственный или муниципальный заказчик в ходе исполнения контракта обеспечивает согласование новых условий контракта, в том числе цены и (или) сроков исполнения контракта и (или) количества товара, объема работы или услуги, предусмотренных контрактом. 

В обоснование соответствия законодательству о контрактной системе дополнительного соглашения № 4 к контракту истцом были представлены в суд апелляционной инстанции сведения об объеме бюджетного кредита бюджету городского округа город Воронеж за счет средств дорожного фонда Воронежской области на проектирование, строительство, реконструкцию, капитальный ремонт, ремонт и содержание автомобильных дорог общего пользования местного значения, а также на капитальный ремонт и ремонт дворовых территорий многоквартирных домов, проездов к дворовым территориям многоквартирных домов в городском округе город Воронеж в 2015 году  по состоянию на 27.11.2015 года; сведения  об объеме бюджетного кредита бюджету городского округа город Воронеж за счет средств дорожного фонда Воронежской области на проектирование, строительство, реконструкцию, капитальный ремонт, ремонт и содержание автомобильных дорог общего пользования местного значения, а также на капитальный ремонт и ремонт дворовых территорий многоквартирных домов, проездов к дворовым территориям многоквартирных домов в городском округе город Воронеж в 2015 году по состоянию на 16.12.2015 года; копия уведомления № 72 от 17.12.2015 г. об изменении росписи расходов и лимитов бюджетных обязательств; а также информация об остатках лимитов бюджетных обязательств по МКУ «ГДДХиБ» по состоянию на 01.01.2016.

Проанализировав указанные документы, апелляционный суд оснований для вывода о неправомерности изменения сторонами срока исполнения контракта № 2Мо-ПП-15 от 16.07.2015 в настоящем случае не усматривает.

Из представленных истцом пояснений от 08.11.2017 следует, что неустойка за 2016 год была начислена за невыполнение работ по замене деформационных швов на Северном мостовом комплексе (8 шт.*12,3м.п.), по восстановлению части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс, по исправлению повреждений откоса низовой части Чернавского моста с добавлением грунта и укреплением засевом трав, а также по замене деформационных швов типа Маурер на мосту через реку Усманка в пос. Боровое.

Между тем, работы по исправлению повреждений откоса низовой части Чернавского моста с добавлением грунта и укреплением засевом трав не отражены в сетевом плане-графике выполнения работ (приложение № 1 к дополнительному соглашению к контракту № 4 от 28.12.2015), при этом стороны в ходе рассмотрения дела поясняли, что производство данного вида работ было полностью завершено в 2015 году. Таким образом, оснований для начисления неустойки за нарушение начального срока выполнения указанного вида работ в 2016 году у истца не имелось. 

Также судебная коллегия приходит к выводу о необоснованности начисления неустойки за нарушение начального срока выполнения работ по  замене деформационных швов типа «Маурер» на мосту через реку Усманка в пос. Боровое.

Как следует из материалов дела, на заседании технического совета 02.12.2015 по вопросам выполнения ремонтных работ на Северном мостовом комплексе и на мосту через р. Усманка пос. Боровое в рамках контракта № 2МО-пп-15 от 16.07.2015 «Планово-предупредительный ремонт мостов и путепроводов в 2015 году» у руководителя управления дорожного хозяйства ФИО6, проводившемся с участием заместителя руководителя КУВО «Территориальное дорожное агентство», заместителя руководителя управления дорожного хозяйства, директора и заместителя директора МКУ «ГДДХ и Б» и директора ООО «Мостинжсервис», был рассмотрен, в том числе вопрос о целесообразности проведения работ по замене деформационных швов типа «Маурер» на мосту через реку Усманка в пос. Боровое. Директором МКУ «ГДДХ и Б» было предложено не приступать к работам по замене швов на посту в пос. Боровое в связи с возникшими техническими трудностями. В ходе обсуждений техническим советом было принято решение, в частности, об исключении работ по  замене деформационных швов на мосту через реку Усманка в пос. Боровое из подлежащих выполнению в рамках контракта № 2МО-пп-15 от 16.07.2015.

Таким образом, заказчик на заседании технического совета 02.12.2015 подтвердил нецелесообразность выполнения работ по замене деформационных швов на мосту через реку Усманка в пос. Боровое.

С учетом изложенного, истцом не доказано наличие оснований для привлечения подрядчика к ответственности за нарушение начального срока выполнения названных работ, а равно работ по замене деформационных швов на Северном мостовом комплексе, в отношении которых заказчик не представил соответствующих нормативных обоснований, подтверждающих свою правовую позицию о возможности выполнения спорного вида работ в отсутствие необходимых проектных решений.

Также истцом начислена неустойка за нарушение конечного срока выполнения работ по восстановлению части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) на Северном мостовом комплексе.

В обоснование причин задержки в выполнении работ по восстановлению части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северного мостового комплекса ответчик ссылается на то, что в ходе производства данных работ выяснилось, что выравнивающий слой заданной толщины 0-30 мм уложить бетоном невозможно. Как указывает ответчик, ООО «Мостинжсервис» нашло замену бетону, изготовило контрольные образцы из СМ 999 и произвело испытания на прочность после 7 и 28 суток, как того требует технологический регламент по работе с бетоном, из-за чего пришлось начать работы по восстановлению консолей на месяц позже. После получения положительного результата подрядчик обратился к заказчику с письмом от 12 августа 2015 года с просьбой заменить материал для выравнивающего слоя с бетона В22,5 на сухую смесь СМ 999 с аналогичными показателями, однако, по утверждению ответчика, замена материала была согласована только 11 декабря 2015 года, о чем подписано дополнительное соглашение № 3 к контракту. 

Из пояснений ответчика следует, что задержка в выполнении названных работ была обусловлена некорректным техническим заданием и длительным согласованием замены материала, при этом было выполнено 76% от согласованного объема работ; дальнейшее выполнение бетонных работ, а также наклейка гидроизоляции и укладку асфальтобетона стали невозможными в связи с наступившим зимним периодом. 

Вместе с тем, ранее 12 августа 2015 года подрядчик о наличии препятствий в выполнении данного вида работ заказчик не предупреждал. 

Как видно из материалов дела, письмом от 12.08.2015 ООО «Мостинжсервис» обратилось к МКУ «ГДДХ и Б» с просьбой заменить материал для выравнивающего слоя с бетона В22,5 на сухую смесь СМ 999  с аналогичным показателем прочности на сжатие в связи с затруднением укладки бетона из-за неравномерности по толщине выравнивающего слоя на Северном мостовом комплексе.

Также 12 августа 2015 года ООО «Мостинжсервис» обратилось к МКУ «ГДДХ и Б» с письмом, в котором, указав, что в связи со сложностью изготовления заводом-изготовителем металлического компенсатора и окаймления консоли тротуарной части толщиной 1,5 мм, установка которых на Северном мостовом комплексе предусмотрена контрактом, просило пересогласовать на лист оцинкованный, толщиной 0,8 мм, на освободившиеся средства предложило приобрести и использовать герметик «Технониколь» на битумной основе, для герметизации стыков металлического окаймления, во избежание попадания влаги, в количестве 1 т. 

Согласно отметкам входящей корреспонденции истца, названные письма были получены МКУ «ГДДХ и Б» 18.08.2015.

Как следует из материалов дела, на заседании технического совета по вопросу проведения производства работ по восстановлению части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) на Северном мостовом комплексе, проводившемся 19.08.2015 с участием заместителя руководителя КУВО «Территориальное дорожное агентство», руководителя управления дорожного хозяйства администрации городского округа город Воронеж, директора и заместителя директора МКУ «ГДДХ и Б», директора ООО «Мостинжсервис», был рассмотрен, в том числе вопрос о пересогласовании листа оцинкованного толщиной 1,5 мм на лист оцинкованный толщиной 0,8 мм, об использовании для надежной герметизации узлов металлического окаймления консоли тротуара герметика «Технониколь» на битумной основе в количестве 1 т, использовании для проведения работ по устройству выравнивающего слоя вместо бетона фр. 5-20 сухой смеси СМ 999 с аналогичным показателем прочности М300.

В ходе обсуждений было согласовано внесение изменений в сметную документацию с перерасчетом сметной стоимости в связи со сложностью изготовления заводом-изготовителем листа оцинкованного толщиной 1,5 мм на лист оцинкованный толщиной 0,8 мм; использование для надежной герметизации узлов металлического окаймления консоли тротуара герметика «Технониколь» на битумной основе; использование для проведения работ по устройству выравнивающего слоя вместо бетона фр. 5-20 сухой смеси СМ 999.

Таким образом, доводы ответчика о длительном согласовании замены материала для выравнивающего слоя опровергаются представленными в дело доказательствами.

Кроме того, из пояснений ответчика следует, что замена материала для выравнивающего слоя с бетона В22,5 на сухую смесь СМ 999 с аналогичными показателями, была согласована только 11 декабря 2015 года.

Между тем, из имеющегося в деле акта выполненных работ № 3 от 14.12.2015 на сумму 4 650 304 руб. 48 коп. следует, что работы выполнялись в период с 13 августа 2015 года по 10 декабря 2015 года. В журнале выполнения работ также указано, что подрядчик приступил к выполнению работ по восстановлению части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северного мостового комплекса 13 августа 2015 года.

При этом в письменных пояснениях ответчик указывал, что в период с 13.08.2015 по 30.09.2015 им было выполнено работ по восстановлению части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северного мостового комплекса на сумму 1 439 726 руб., а в период с 01.10.2015 по 30.10.2015 – на сумму 2 012 045 руб. Как утверждает ответчик, объем и стоимость данных работ определены по актам освидетельствования скрытых работ с № 1 от 13.08.2015  по № 30 от 30.09.2015 и с № 31 от 01.10.2015 по № 84 от 30.10.2015, а также на основании локального сметного расчета, утвержденного дополнительным соглашением № 3 от 15.12.2015 к контракту. Однако акты освидетельствования скрытых работ в суд представлены не были.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает необоснованными доводы ответчика о наличии оснований для освобождения подрядчика от ответственности за нарушение сроков выполнения работ по этапу «Восстановление части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс».

Пунктом 1 ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно ст. 330 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения обязательств должник обязан уплатить кредитору установленную договором неустойку (пени, штраф).

В силу ч. 4 ст. 34 Закона о контрактной системе в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

Как указано в ч. 7 ст. 34 Закона о контрактной системе, пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере, определенном в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, но не менее чем одна трехсотая действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

В соответствии с частью 6 статьи 34 Федерального закона №44-ФЗ в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней). 

Пунктом 4.3 муниципального контракта стороны установили срок выполнения работ – со дня подписания контракта по 31 декабря 2015 года, приложением № 3 к контракту сторонами утвержден сетевой план-график выполнения работ, согласно которому сроки производства этапа работ «Восстановление части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс» – с 16.07.2015 по 30.09.2015. 

Как следует из акта ф. КС-2, работы по указанному этапу были завершены подрядчиком 14.12.2015 (т. 2, л.д. 98-102).

Нарушение сроков выполнения этапа работ «Восстановление части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс» ответчиком в ходе рассмотрения дела не оспаривалось.

С учетом изложенного, начисление истцом неустойки за просрочку исполнения ответчиком названных обязательств признано апелляционным судом правомерным.

В силу п. 9.5 муниципального контракта пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (исполнителем, подрядчиком) обязательства, предусмотренного контрактом (приложение №3 – сетевой план-график выполнения работ), и устанавливается в размере не менее одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком (исполнителем, подрядчиком), и определяется по формуле:

П = (Ц - В) x С,

где:

Ц - цена контракта;

В - стоимость фактически исполненного в установленный срок поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства по контракту, определяемая на основании документа о приемке товаров, результатов выполнения работ, оказания услуг, в том числе отдельных этапов исполнения контрактов;

С - размер ставки.

7. Размер ставки определяется по формуле:

,

где:

 - размер ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени, определяемый с учетом коэффициента К;

ДП - количество дней просрочки.

 Коэффициент К определяется по формуле:

,

где:

ДП - количество дней просрочки;

ДК - срок исполнения обязательства по контракту (количество дней).

При К, равном 0 - 50 процентам, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,01 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени.

При К, равном 50 - 100 процентам, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,02 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени.

При К, равном 100 процентам и более, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,03 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени.

Из приложенного к исковому заявлению расчета следует, что размер неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ по этапу «Восстановление части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс» определен заказчиком исходя из общей цены контракта без учета стоимости этапов работ, а также работ, фактически выполненных подрядчиком. 

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 N 263-О и Постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 15.07.2014 N 5467/14, неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором. Суд должен установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Таким образом, неустойка по своей правовой природе носит компенсационный характер и не может служить средством извлечения прибыли и обогащения кредитора. 

Начисление неустойки на общую сумму договора без учета надлежащего исполнения части работ противоречит принципу юридического равенства, предусмотренному пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку создает преимущественные условия кредитору, которому, следовательно, причитается компенсация не только за не исполненное в срок обязательство, но и за те работы, которые были выполнены надлежащим образом. 

Между тем, превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции. 

Действующее гражданское законодательство допускает исполнение обязательства по частям (статья 311 Гражданского кодекса Российской Федерации), и стороны в рассматриваемом случае такую возможность предусмотрели.

При наличии в договоре промежуточных сроков выполнения работ применение мер ответственности без учета исполнения подрядчиком своих обязательств по договору не соответствует требованиям статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации. Установление расчета неустойки от цены договора независимо от нарушения, а не от стоимости неисполненного в срок обязательства противоречит принципу соразмерности ответственности тяжести нарушения. 

Иной подход ставил бы, по сути, в равное положение лицо, нарушившее обязательство путем просрочки выполнения работ в полном объеме, и лицо, допустившее нарушение сроков выполнения работ в сколь угодно незначительной части, что не отвечает критериям разумности и справедливости, как основополагающим принципам гражданского права.

Правовая позиция по вопросу проведения расчета неустойки от стоимости неисполненных в срок обязательств, а не от цены договора сформулирована Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в Постановлениях Президиума от 22.05.2012 N 676/12, от 15.07.2014 N 5467/14 и поддержана Верховным Судом Российской Федерации в Определениях от 17.12.2015 N 305-ЭС15-16387, от 16.12.2015 N 307-ЭС15-15798, от 13.01.2016 N 301-ЭС15-17380, от 08.04.2016 N 310-ЭС16-1769, от 03.08.2016 N 310-ЭС16-7242.

Таким образом, приложенный к исковому заявлению расчет неустойки не был принят судебной коллегией. 

В суд апелляционной инстанции истцом был представлен расчет неустойки, произведенный исходя из стоимости не выполненных в срок работ, согласно которому, размер неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ по этапу «Восстановление части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс» за период с 01.10.2015 по 14.12.2015 (75 дней) составляет 575 475 руб. 18 коп.

Ответчиком в ходе рассмотрения дела возражений относительно порядка осуществления истцом расчета, в том числе количества дней просрочки, размера примененной ставки рефинансирования, не заявлено.

Проверив представленный истцом расчет, суд апелляционной инстанции установил, что период просрочки определен истцом верно, расчет неустойки произведен исходя из стоимости работ, отраженной в акте ф. КС-2 от 14.12.2015 № 3.  

Принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств сдачи работ по этапу «Восстановление части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс» ранее 14.12.2015, апелляционный суд полагает заявленные истцом требования о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения указанных работ в размере 575 475 руб. 18 коп. обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Также истцом были заявлены требования о взыскании неустойки за нарушение начального срока выполнения работ по этапу «Восстановление части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс». Из претензии от 18.05.2016 № 1061/1/ГДДХБ, приложенного к исковому заявлению расчета, пояснений истца следует, что при обращении в суд области с иском неустойка за нарушение начального срока выполнения работ, производство которых было перенесено сторонами на 2016 год, рассчитывалась за период с 12.01.2016 по 30.04.2016. 

Между тем, согласно сетевому плану-графику (приложение № 1 к дополнительному соглашению № 4 к контракту), указанные работы подлежали выполнению в период с 01.04.2016 по 31.05.2016.

Следовательно, оснований для начисления неустойки до 01.04.2016 у истца не имелось.

При этом расчет неустойки был произведен истцом исходя из общей цены контракта без учета стоимости работ, выполненных подрядчиком в установленный срок.

В суд апелляционной инстанции истцом были представлены письменные пояснения, в которых отражена стоимость работ по этапу «Восстановление части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс», подлежащих выполнению подрядчиком в 2016 году, в размере 1 502 432 руб. 64 коп.

Размер стоимости невыполненных работ по этапу «Восстановление части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс» ответчиком не оспаривался.

Ответчиком возражений относительно методики осуществления истцом расчета, в том числе количества дней просрочки, размера примененной ставки рефинансирования, не заявлено.

В судебное заседание 01.12.2017 истцом был представлен расчет неустойки за нарушение начального срока исполнения работ по контракту согласно дополнительному соглашению № 4 от 28.12.2015 исходя из стоимости невыполненных работ по каждому этапу, в котором в отношении этапа «Восстановление части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс» неустойка начислена за период с 02.04.2016 по 31.05.2016.

Между тем, в ходе рассмотрения дела МКУ «ГДДХ и Б» не уточняло размер исковых требований, при этом требования о взыскании неустойки за период с 01.05.2016 по 31.05.2016 истцом не заявлялись. 

Согласно произведенному судом апелляционной инстанции расчету, размер неустойки за нарушение начального срока работ по этапу «Восстановление части элементов с добавлением арматуры и с последующим бетонированием этого участка (консолей тротуарных плит, торцов балок и т.д.) Северный мостовой комплекс» за период с 01.04.2016 по 30.04.2016 составляет 49 580 руб. 28 коп. 

В суде апелляционной инстанции ответчиком было заявлено о несоразмерности начисленной истцом неустойки и о ее снижении на основании ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.

В силу пункта 72 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 5 статьи 330, статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 6.1 статьи 268, часть 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В суде первой инстанции ответчик о несоразмерности взыскиваемой неустойки последствиям нарушения обязательства не заявлял.

При таких обстоятельствах оснований для применения апелляционным судом положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Размер государственной пошлины по делу составляет 49 100 руб.

Истец освобожден от уплаты государственной пошлины на основании подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 333.17 Налогового кодекса Российской Федерации ответчики признаются плательщиками государственной пошлины в случае, если решение суда принято не в их пользу и истец освобожден от ее уплаты.

Исходя из результатов рассмотрения иска, с ответчика в доход федерального бюджета надлежит взыскать 5 877 руб. 27 коп. государственной пошлины за рассмотрение искового заявления.

С учетом частичного удовлетворения жалобы, с ответчика в доход федерального бюджета подлежат взысканию 359 руб. 10 коп. государственной пошлины за рассмотрение за рассмотрение апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст. ст. 110, 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу муниципального образования городской округ город Воронеж в лице муниципального казенного учреждения городского округа город Воронеж «Городская дирекция дорожного хозяйства и благоустройства» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) удовлетворить частично. 

Решение Арбитражного суда Воронежской области от 10.04.2017 по делу № А14-8260/2016 отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований муниципального образования городской округ город Воронеж в лице муниципального казенного учреждения городского округа город Воронеж «Городская дирекция дорожного хозяйства и благоустройства» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Мостинжсервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  неустойки в сумме 625 055 руб. 46 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мостинжсервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу муниципального образования городской округ город Воронеж в лице муниципального казенного учреждения городского округа город Воронеж «Городская дирекция дорожного хозяйства и благоустройства» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) неустойку в сумме 625 055 руб. 46 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мостинжсервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 5 877 руб. 27 коп.

В остальной части решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мостинжсервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 359 руб. 10 коп.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья А.С. Яковлев

Судьи                                                 А.А. Сурненков

                                                                                           ФИО1