2269/2023-45574(2) 

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-50791/2021

город Ростов-на-Дону

12 мая 2023 года

15АП-4929/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 03 мая 2023 года  

Полный текст постановления изготовлен 12 мая 2023 года  Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Димитриева М.А.,  

судей Николаева Д.В., Сулименко Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции  директора ООО «Независимый Расчетный Центр» ФИО2, лично,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «Независимый Расчетный Центр» на определение  Арбитражного суда Краснодарского края от 28.02.2023 по делу № А32-50791/2021  об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов по заявлению  общества с ограниченной ответственностью «Независимый Расчетный Центр» в  рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Управляющая компания - Краснодар Региональный центр 23»  (ИНН: 

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Управляющая компания - Краснодар Региональный центр 23»  (далее – должник) общество с ограниченной ответственностью «Независимый  Расчетный Центр» (далее – заявитель) обратилось в Арбитражный суд  Краснодарского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов  должника сумму задолженности в размере 70 131,97 руб.  

Определением от 28.02.2023 суд отказал в ходатайстве об отложении  судебного заседания. Отказал в удовлетворении заявления ООО «Независимый  Расчетный Центр» об установлении размера требований кредитора.  

Общество с ограниченной ответственностью "Независимый Расчетный  Центр" обжаловало определение суда первой инстанции в порядке,  предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просило отменить судебный акт, принять  новый.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом первой инстанции не в  полном объеме исследованы представленные документы. Судом первой инстанции  не учтено, что для расчета начислений платежей жителям, необходимо  осуществлять расчет, учет и начисления в специализированной программе, при  помощи которой возможно производить выгрузку платежей из банков, выгрузку  информации на ГИС ЖКХ в соответствии с требованиями законодательства РФ по  каждому лицевому счету ежемесячно. Между ООО «НРЦ», подрядчиками и  банками были заключены договоры в целях исполнения обязательств по договорам  заключенным между ООО «УК Краснодар РЦ 23» и ООО «НРЦ». Судом первой  инстанции не учтено, что для аккумулирования денежных средств, поступающих  от населения в счет оплаты жилищных услуг и дальнейшего перечисления на счета  контрагентов ООО «УК Краснодар РЦ 23», был открыт специальный банковский  счет ООО «НРЦ», согласно договору № 1 от 01.11.2021 года и данные  доказательства приобщались к материалам дела. Судом первой инстанции не  учтено, что ООО «УК Краснодар РЦ 23» производило оплаты по договорам № 1 от  01.11.2021 года и № 2 от 10.01.2022 года и данные договоры конкурсным  управляющим не расторгались. Конкурсным управляющим с даты введения  процедуры конкурсного управления (12.08.2022), не запрашивались сведения и  данные по исполнению договоров заключенных между ООО «НРЦ» и ООО «УК  Краснодар РЦ 23», договора конкурсным управляющим не расторгались и данные  услуги продолжали оказываться. Судом первой инстанции не учтено, что  конкурсным управляющим и представителем кредитора ООО «ОН ЛИФТС  СЕРВИС» не направлялись в адрес ООО «НРЦ» отзывы, ходатайства, дополнения  в сроки установленные законодательством РФ. Судом первой инстанции не учтено,  что договор № 1 от 01.11.2021 года был заключен до даты процедуры банкротства  ООО «УК Краснодар РЦ 23» и деятельность ООО «УК-Краснодар РЦ 23» велась  до октября 2022 года в соответствии с требованиями Жилищного законодательства,  к компаниям занимающимися деятельностью по управлению многоквартирными  домами.  

В судебном заседании директор ООО «Независимый Расчетный Центр»  ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил  определение суда отменить.  

Иные лица, участвующие в деле, представителей в судебное заседание не  направили, о времени судебного заседания извещены надлежащим образом.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи  156 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу без участия не явившихся  представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о  времени и месте судебного разбирательства.  

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется  Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном  главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав  представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной  инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит  удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  ООО «ОН ЛИФТС СЕРВИС» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края  

с заявлением о признании ООО «Управляющая компания – Краснодар  Региональный центр 23» несостоятельным (банкротом).  

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2022  требования признаны обоснованными, в силу чего в отношении должника введена  процедура, применяемая в деле о банкротстве – конкурсное производство,  конкурсным управляющим утвержден ФИО3  

Согласно сведений, размещенных на официальном источнике (Издательский  дом – «КоммерсантЪ»), сообщение о введении в отношении должника процедуры  банкротства опубликовано 20.08.2022.  

Общество с ограниченной ответственностью «Независимый Расчетный  Центр» (далее – заявитель) обратилось в суд с заявлением о включении в реестр  требований кредиторов должника сумму задолженности в размере 70 131,97 руб.  

В подтверждение образовавшейся задолженности кредитор ссылается на то,  что между должником и кредитором заключены следующие договоры.  

Договор от 01.11.2021 на оказание информационных услуг, согласно  которому ООО «Независимый Расчетный Центр» предоставляет следующие  услуги: начисление собственникам платы, изготовление платежных документов,  прием от потребителей платежей за выполнение работ/услуг, перечисление  поступивших ДС, ведение лицевых счетов потребителей и прочие.  

Принципал обязуется оплатить Агенту вознаграждение в размере и в  порядке, которые установлены в п.п. 3.1, 3.2 настоящего договора.  

Согласно п. 3.1 договора агентское вознаграждение составляет 4,5% от  начисленной суммы потребителем за услуги, указанные в пункте 1.1.1 настоящего  договора.  

Согласно п. 3.2. договора выплата агентского вознаграждения  осуществляется путем ежемесячного перечисления в размере 100 % на счет Агента  в срок до 5 числа месяца, следующего за расчетным, суммы, указанной в п. 3.1  настоящего договора и является первоочередной.  

Свои обязательства по договору Агент выполнил в полном объеме, о чем  свидетельствуют Акты выполненных работ, подписанные Принципалом без  предъявления претензий.  

Договор от 10.01.2022 на оказание услуг по информированию и работе с  должниками, согласно которому ООО «Независимый Расчетный Центр»  предоставляет следующие услуги: комплекс мероприятий по предупреждению и  погашению задолженности, уведомления по средствам телефонной связи о  наличии задолженности, подготовка текста уведомления о соблюдении сроков  оплаты, направление квитанций и прочие.  

Согласно п. 1.1 по настоящему договору Исполнитель обязуется  осуществлять по поручению и от имени Заказчика мероприятий по  информированию и работе с задолжниками за жилищно-коммунальные услуги  (далее по тексту договора - Должники) в связи с исполнением Должниками  обязательств по оплате жилищно-коммунальных услуг, оказываемых Заказчиком.  Заказчик обязуется оплатить проведенные Исполнителем мероприятия в  соответствии с п. 4 Договора.  

Согласно п. 3.1 договора Заказчик уплачивает Исполнителю вознаграждение  ежемесячно, в сроки, предусмотренные настоящим договором. Вознаграждение за  информирование и работе с задолжниками по оплате жилищно-коммунальных  услуг потребителей Заказчика, определяется в размере 40 000 рублей ежемесячно.  

Согласно п. 3.2. Заказчик ежемесячно производит оплату вознаграждения  путем перечисления денежных средств на расчетный счет Исполнителя в течение 5  (пяти) рабочих дней с момента выставления Счета.  

В связи с нарушением обязанностей по оплате услуг по вышеуказанным  договорам ООО «УК-Краснодар РЦ 23» перед ООО «Независимый Расчетный  Центр» образовалась задолженность в размере 70 131 руб. 97 коп., о чем  свидетельствуют акты сверок, подписанные между Сторонами на 31.07.2022 года и  на 31.08.2011 года.  

К заявлению о включении в реестр требований кредиторов были приложены:  копии поименованных договоров, копии актов выполненных работ, копии актов  сверки взаимных расчетов.  

Таким образом, у должника перед заявителем образовалась задолженность  по исполнению встречных обязательств по договорам оказания услуг в общем  сумме 70 131 руб. 97 коп., в связи с чем кредитор обратился в суд с  соответствующим заявлением.  

Возражения против удовлетворения требований кредитора сводились к  следующему.  

Руководителем и участником ООО "НРЦ" являлась ФИО4. При этом контролирующим должника лицом выступал  ФИО5. Указанные лица ранее находились в брачных  отношениях.  

Кроме того, конкурсным управляющим ставится под сомнение реальность  хозяйственных связей между кредитором и должником ввиду отсутствия  надлежащих подтверждающих документов, кредитором не раскрыта  экономическая целесообразность заключения спорных договоров, при наличии у  должника в штате сотрудников, которые могли обеспечить оказание услуг,  тождественных услугам, оказываемых кредитором.  

В штате должника на конец апреля 2022 года состояло 4 сотрудника (ФИО5, ФИО6, Е.В. Тильман, Н.Б. Ходжава).  

Документация, представленная в обоснование заявленного требования не  является исчерпывающей, отсутствуют иные, предусмотренные законодательством  первичные документы, более того должник на момент подписания спорных  договоров уже имел неисполненные обязательства перед иными кредиторами, что  подтверждается материалами настоящего дела о банкротстве.  

Судом первой инстанции сделан вывод о мнимости сделок, положенных в  основание заявленных требований, поскольку установленные факты  свидетельствуют о создании кредиторской задолженности с участием  контролирующих и аффилированных лиц для последующего включения в реестр  требований кредиторов в ущерб независимым кредиторам, должнику и всему  обществу в целом. Экономическую целесообразность сделок между ООО "НРЦ" и  должником отсутствует.  

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной  инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал  в удовлетворении заявления, исходя из следующего.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ  "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи  223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются по правилам, предусмотренным  

названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление  размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в  порядке, предусмотренном статьей 100 названного Федерального закона. Реестр  требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты  опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии  конкурсного производства.  

Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе  предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего  управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему  управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих  обоснованность указанных требований документов. Указанные требования  включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований  кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных  требований в реестр требований кредиторов.  

В силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве установлено, что  возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в  арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей  (участников) должника или представителем собственника имущества должника -  унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в  реестр требований кредиторов.  

При этом требования кредиторов, по которым не поступили возражения,  рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия  оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам  рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе  во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов. Указанные  требования могут быть рассмотрены арбитражным судом без привлечения лиц,  участвующих в деле о банкротстве.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка  обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом  независимо от наличия разногласий относительно этих требований между  должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с  одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При  установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить  из того, что установленными могут быть признаны только требования, в  отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности.  

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве  не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые  ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными  другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими  обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих  представленные возражения относительно существа заявленных требований; также  

при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или  арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои  требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости  доказывания таких обстоятельств.  

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов  лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о  включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально-правовых интересов заявителя.  

Согласно пункту 1 статьи 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора  прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед  кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным  обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности,  позволяющие установить документальную обоснованность этих требований.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации,  изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры  банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур  банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц  (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его  учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении  требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть  признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные  доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом  обоснованности требований является недопущение включения в реестр  необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению  прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а  также должника и его учредителей (участников).  

Суду при проверке их обоснованности необходимо исследовать и оценить  первичные документы, подтверждающие факт наличия долга на заявленную  сумму.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений.  

Принимая во внимание сложившуюся судебную практику по аналогичным  спорам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2016 по  делу N 305 -ЭС16-2411), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу,  что недопустимо ограничиваться проверкой соответствия копий представленных  документов установленным законом формальным требованиям.  

Исследование разумных версий происхождения задолженности, выдвинутых  лицами, участвующими в деле, отвечает задачам судопроизводства в арбитражных  судах (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и  позволяет не допустить включение в реестр необоснованных требований.  

Понятие повышенного стандарта доказывания раскрыто применительно к  различным правоотношениям, из которых возник долг, в том числе к отношениям  аффилированных с должником лиц, в периодических и тематических обзорах  судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденных  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (пункт 15 Обзора N 1  

(2017) от 16.02.2017; пункт 20 Обзора N 5 (2017) от 27.12.2017, пункт 17 Обзора N  2 (2018) от 04.07.2018, пункт 13 Обзора от 20.12.2016), а также в судебных актах  Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам (определения  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации N 305-ЭС16-20992 (3), N 305-ЭС16-10852, N 305-ЭС16-10308, N 305- ЭС16-2411, N 309-ЭС17-344, N 305-ЭС17-14948, N 308-ЭС18-2197, N 305-ЭС18- 3009, N 310-ЭС17-20671).  

В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо  учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например,  искусственное создание задолженности для последующею необоснованного  включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества  должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в  интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно  оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не  стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается  судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность  намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки  совокупности согласующихся между собой доказательств.  

При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит  учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие  о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор,  анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора,  отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности,  установление экономической оправданности совершаемых сделок (Определение  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ, Верховного  суда РФ от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060, N А32-16155/2011).  

С учетом заявленных возражений относительно реальности возникновения  долга, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания,  то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по  сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом, то есть основанием  к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера  задолженности (определения Верховного Суда Российской Федерации от  13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305- ЭС16-20992).  

Требования заявителя основаны на том, что во исполнение условий  договоров оказания услуг за период с декабря 2021 по август 2022 заявитель оказал  ООО «Управляющая компания - Краснодар Региональный центр 23» услуги на  сумму 70 131,97 рублей.  

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации  по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию  заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить  определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской  Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке,  которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.  

Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации  обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с  условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.  

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее  изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных  законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Между тем, процедуры банкротства имеют повышенные требования к  доказыванию, при установлении требований кредиторов, суду надлежит по  существу проверить реальность правоотношений, на основании которых возникла  задолженность, с учетом доводов об аффилированности, заявителю надлежало  представить доказательства, очевидно позволяющие установить наличие  задолженности.  

В обоснование реальность правоотношений, заявителем представлены копии  договоров оказания услуг, копии актов выполненных работ, копии актов сверки  взаимных расчетов, подписанные обеими сторонами правоотношений.  

Вместе с тем, учитывая возражения лиц, участвующих в деле, реальность  хозяйственных не подтверждена.  

Согласно п. 26 Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 ст. 71 и п. 3 - 5 ст. 100 Закона о банкротстве  проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом  независимо от наличия разногласий относительно этих требований между  должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с  одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При  установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить  из того, что установленными могут быть признаны только требования, в  отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности.  

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью  вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения  долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания  каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих  кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в  реестр включалась только реально существующая задолженность.  

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного  стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в  реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную  проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым  гражданским процессом.  

Рассматривая обособленный спор об установлении требования кредитора  при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого  требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в  силу положений ст.с.71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку  обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных  доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.  

Целью такой проверки является недопущение включения в реестр  необоснованных требований, что в ситуации недостаточности имущества  должника приводило бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов,  конкурирующих между собой за получение удовлетворения требований, а также  должника и его учредителей (участников), законный интерес которых состоит в  наиболее полном и справедливом погашении долгов.  

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как  следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств,  связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются  повышенные требования (пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам,  связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и  применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). Повышенные критерии  доказывания обоснованности требований связаны с необходимостью соблюдения  баланса между защитой прав кредитора, заявившего свои требования к должнику,  и остальных кредиторов, требования которых признаны обоснованными. При  представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса  (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с  ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего  переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В  частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть  разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в  процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного  Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16- 20056(6).  

Если кредитор и должник действительно являются аффилированными, к  требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт  доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор  должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку  общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность  представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по  существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего  распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и  уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов,  приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда  Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301- ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.  

В суде первой инстанции управляющим и кредитором заявлен довод о  наличии признаков аффилированности между должником и заявителем. Указанный  довод заявителем не опровергнут.  

Применительно к пункту 1 Обзора судебной практики разрешения споров,  связанных с установлением в процедурах банкротства требований  контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020,  аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального  комплекта документов в подтверждение реальности отношений. Он должен  исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся  заключения и исполнения самой сделки. При этом аффилированный кредитор не  имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора  дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой  он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости  сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода  доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии  которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные  оппоненты (статьи 9 и 65 АПК РФ).  

Предметом договоров, заключенных 01.11.2021 г., 10.01.2022 г., являлось  оказание информационных услуг.  

Сумма задолженности по указанным выше договорам за 2021-2022 гг.,  составила 70 131,97 руб. при установленной в договорах помесячной оплате услуг.  Таким образом, с момента заключения договоров оплата исполнителю не  перечислялась.  

На дату подписания договоров у общества с ограниченной ответственностью  «Управляющая компания -Краснодар Региональный центр 23» имелись признаки  банкротства.  

Как верно указал суд первой инстанции наличие в материалах дела  подписанных обеими сторонами актов выполненных работ и актов сверки  взаимных расчетов, не свидетельствует о реальности оказанных услуг в связи со  следующим.  

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с  применением Главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"  (далее - постановление N 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве  специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и  61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении  которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168  Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении  требования, основанного на такой сделке.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации, сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать  соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная  норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского  оборота.  

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон  правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые  последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов.  Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей,  сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.  Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно  порождаемых такой сделкой гражданскоправовых последствий является  достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного  Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411).  

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи  заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего  поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать  реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в  составленных ими документах, не стремятся (определения Верховного Суда  Российской Федерации от 11.07.2017 по делу N А40-201077/2015, от 06.07.2017 по  делу N А32-19056/2014).  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной  цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели  намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и  обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для  квалификации сделки как ничтожной.  

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на  мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только  тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно  недостаточно.  

При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов,  подтверждающих его исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой  соответствия копий документов установленным законом формальным  требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного  учета, а также иные доказательства.  

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для  включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из  доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание  искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку,  следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия  фактических отношений по соответствующим правоотношениям. Целью такой  проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и  недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое  включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов,  имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей  (участников).  

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить  для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").  

Судом первой инстанции отмечено, что заявителем до даты введения  процедуры банкротства в отношении ООО «Управляющая компания - Краснодар  Региональный центр 23» не предпринимались действия по взысканию платы по  договорам оказания услуг.  

В свою очередь, со стороны заявителя также не представлены документы,  свидетельствующие о досудебном (судебном) урегулировании имеющейся  задолженности, несмотря на то, что уже после не внесения ООО «Управляющая  компания - Краснодар Региональный центр 23» первого платежа по договорам  оказания услуг у кредитора возникло право взыскания задолженности.  

Совокупность вышеуказанных обстоятельств свидетельствует об отсутствии  у сторон интереса к совершенной сделке и, как следствие, подтверждают вывод  кредитора и конкурсного управляющего, что такая сделка была совершена только  для вида, не породила соответствующих правовых последствий. Целью такой  сделки мог являться вывод денежных средств в пользу третьего лица в ущерб  интересам иных кредиторов.  

Суд первой инстанции пришел к верному выводу, что совокупность  представленных суду доказательств свидетельствует о том, что ООО  «Независимый Расчетный Центр» услуги по договорам оказания информационных  услуг в пользу ООО «Управляющая компания - Краснодар Региональный центр  23» не оказывало, в связи с чем, правом требования не обладает.  

При указанных обстоятельствах, поскольку заявитель не представил  надлежащих доказательств, подтверждающих возникновение и наличие у  должника денежного обязательства и задолженности в заявленной сумме, суд  первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.  

Доводы заявителя жалобы со ссылкой на представленные документы при  рассмотрении настоящего заявления, а именно копии счетов-квитанций, копии  квитанций за капитальный ремонт, копии договоров, справок, протоколов и иные  документы, не опровергают правомерность вывода суда первой инстанции о том,  что заявитель не оказывал должнику соответствующие услуги.  

Суд апелляционной инстанции отдельно отмечает, что нахождение  контролирующих должника и кредитора лиц в брачных отношениях вне  зависимости от даты их прекращения свидетельствует об аффилированности  сторон, возможности создания формального (искусственного) документооборота.  

Кредитор не обосновал причины создания общества и передачи ему части  функций управляющей компании и вывода актива через заключение договоров  возмездного оказания услуг в его пользу.  

Иные доводы со ссылкой на то, что заявителем были открыты специальные  лицевые счета, расчетные счета для обслуживания спорных договоров,  заключенных между ООО «НРЦ» и должником ООО «УК Краснодар РЦ 23»,  договоры от 01.11.2021 и 10.01.2022 не расторгались, договор от 01.11.2021 был  заключен до даты введения процедуры банкротства в отношении должника, не  имеют определяющего правового значения для правильного разрешения  настоящего обособленного спора и отклоняются апелляционным судом как  необоснованные.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что модель правового поведения  управляющей компании, заключающаяся в передачи части своих функций  сторонним организациям, созданным контролирующими ее лицами отклоняется от  стандарта поведения среднестатистической управляющей компании в гражданском  обороте. С точки зрения среднестатистической управляющей компании оказание  услуг населению осуществляется ей самой с привлечением работников данной  компании по трудовым договорам. Передача части функций по оказанию услуг  сторонней организации вместо принятия в штат управляющей компании  дополнительных работников имеет своей целью вывод актива и его защиту от  обращения взыскания по долгам соответствующей управляющей компании, что  недопустимо. В данном случае свобода экономической деятельности как  конституционный принцип и свобода договора как основное начало гражданского  законодательства не могут использоваться в целях, нарушающих принцип  добросовестности в рамках осуществления своих гражданских прав.  

В целом доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов  суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся  исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что  не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.  

Само по себе несогласие с выводами суда не является основанием для  отмены судебного акта.  

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и  оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный  судебный акт.  

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при  рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с  соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, не имеется.  

При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения  обжалуемого судебного акта отсутствуют.  

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену обжалуемого акта (ч. 4  ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом  апелляционной инстанции не установлено.  

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной  жалобы отсутствуют.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.02.2023 по делу   № А32-50791/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный  суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня  вступления в законную силу настоящего постановления.  

Председательствующий М.А. Димитриев  

Судьи Д.В. Николаев 

Н.В. Сулименко