ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

13.10.2020                                                                                Дело № А40-26384/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06.10.2020

Постановление в полном объеме изготовлено 13.10.2020

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Михайловой Л.В. и Тарасова Н.Н.

при участии в заседании:

от к/у ООО «Вуд Концепт» – ФИО1 по дов. от 20.08.2020;

от ФИО2 – ФИО3 по дов. от 01.04.2019,

рассмотрев в судебном заседании 06.10.2020 кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Вуд Концепт»

на определение от 17.02.2020 Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 24.07.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятые по заявлению конкурсного управляющего ООО «Вуд Концепт» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, ФИО2

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Вуд Концепт»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2017 общество с ограниченной ответственностью «Вуд Концепт» (далее – ООО «Вуд Концепт», должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника было открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявления конкурсного управляющего ООО «Вуд Концепт» и ЗАО «Грин» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик) и ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик).

В обоснование заявлений конкурсный управляющий и ЗАО «Грин», ссылаясь на положения статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, указывали, что ФИО4 не было подано заявление о признании должника несостоятельным (банкротом), не была передана бухгалтерская и иная документация общества конкурсному управляющему, а также их действиями был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок должника.

В части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности заявители указывали, что им не была передана документация общества конкурсному управляющему.

Определением Арбитражный суд города Москвы от 17.02.2020 заявление конкурсного управляющего должника было удовлетворено частично, ФИО4 был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности было отказано.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в деле о банкротстве должника судом первой инстанции было установлено, что в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ, а также корпоративной документацией должника единоличным исполнительным органом ООО «Вуд концепт» с 27.12.2007 по 12.10.2016 являлся ФИО4, с 12.10.2016 до введения конкурсного производства - ФИО2, он же являлся ликвидатором должника, в связи с чем судами был сделан вывод о наличии у ответчиков статуса контролирующих должника лиц в порядке статей 9, 10, 61.10 Закона о банкротстве.

Относительно доводов заявителя о неподаче ФИО4 заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) судом первой инстанции было установлено следующее.

Судом было установлено, что заявление должника о признании его банкротом было принято к производству суда определением суда от 20.02.2017, возбуждено производство по настоящему делу. Указанное заявление было подано от имени общества ликвидатором ФИО2

Отклоняя доводы заявителем о том, что заявление о признании должника банкротом необходимо было подавать не позднее 31.01.2013 в связи с заключением должником договоров залога от 23.11.2011 с АО АКБ «БНКВ» по кредитным обязательствам ООО «Паркгранд», суд первой инстанции указал, что само по себе заключение указанных договоров не свидетельствует о неплатежеспособности должника в указанную заявителями дату, поскольку заключение обеспечительных сделок было направлено на распределение долговой нагрузки между заемщиком и поручителями, залогодателями.

Суд установил, что определением Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2017 по делу №А40-107/2017 было принято к производству заявление ООО «Профессионал» о признании ООО «Паркгранд» несостоятельным (банкротом) и возбуждено производство по делу. 

Суд первой инстанции указал, что доказательств наличия просроченной задолженности и возможности обращения взыскания на предмет залога в более ранние периоды в материалы дела не было представлено, равно как и аналитики обязательств должника, включенных в реестр требований кредиторов, по признаку момента их возникновения для определения размера субсидиарной ответственности по обязательствам пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, что лишило суд возможности установить размер ответственности контролирующих должника лиц.

 

 

Отказывая в привлечении ответчиков за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), суд первой инстанции исходил из недоказанности момента возникновения данного условия; факта неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объема обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Проверяя доводы заявителей  о совершении ФИО4 от имени должника сделок, повлекших банкротство должника, суд первой инстанции установил, что ответчиком от имени должника были заключены следующие сделки:

- договор купли-продажи от 15.10.2014 № 10/2014-02 между ООО «Вуд Концепт» и ООО «Версатус»;

- договор купли-продажи от 27.10.2014 № 06-02/14-ДКП между ООО «Версатус», ООО «Техностройлизинг» и ООО «Вуд Концепт»; 

- договор финансовой аренды (лизинга) от 27.10.2014 № 06-02/14 между ООО «ТСЛ» и ООО «Вуд Концепт»;

- договор купли-продажи от 15.10.2014 № 10/2014-03 между ООО «Вуд Концепт» и ООО «Версатус»; 

- договор купли-продажи от 27.10.2014 № 06-03/14-ДКП между ООО «Версатус», ООО «ТСЛ» и ООО «Вуд Концепт»;

- договор финансовой аренды (лизинга) от 27.10.2014 № 06-03/14 между ООО «Техностройлизинг» и ООО «Вуд Концепт»;

- договор купли-продажи от 15.10.2014 № 10/2014-01 между ООО «Вуд Концепт» и ООО «Версатус»; 

- договор купли-продажи от 27.10.2014 № 06-01/14-ДКП между ООО «Версатус», ООО «ТСЛ» и ООО «Вуд Концепт»; 

- договор финансовой аренды (лизинга) от 27.10.2014 № 06-01/14 между ООО «Техностройлизинг» и ООО «Вуд Концепт».

Судом было установлено, что постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2019 по настоящему делу конкурсному управляющему ООО «Вуд Концепт» в удовлетворении заявления об оспаривании указанных сделок было отказано.

Установив, что согласно данным бухгалтерского баланса должника совокупный размер его активов составлял по состоянию за 2014 год – 259 043 тыс. руб., за 2015 год – 542 566 тыс. руб., за 2016 год – 444 761 тыс. руб., суд первой инстанции пришел к выводу, что указанные сделки не сопоставимы с масштабами деятельности должника, в связи с чем не могут быть признаны основанием наступления неплатежеспособности должника.

Относительно совершения ФИО4 от имени должника обеспечительных сделок, договора залога № 150(1)-3/15 от 02.10.2015, договора залога № 150-3/15 от 08.09.2015, договора поручительства № 150-П/15 от 08.09.2015, договора залога б/н от 23.11.2011 в редакциях дополнительного соглашения от 01.02.2013, дополнительного соглашения от 29.08.2014, дополнительного соглашения от 21.11.2014, договора залога № 345-3/11 от 23.11.2011 в редакции дополнительного соглашения от 21.11.2014, договора залога № 345(2)-3/11 от 15.07.2015, договора залога № 345(3)-3/11 от 20.06.2016, договора поручительства № 345(1)-П/11 от 21.11.2014 в редакциях дополнительного соглашения б/н от 16.07.2015, дополнительного соглашения б/н от 28.08.2015, договора залога б/н от 01.02.2013 в редакциях дополнительного соглашения от 17.06.2013, дополнительного соглашения от 01.09.2014, договора залога № 19-3/13 от 10.02.2014 в редакциях дополнительного соглашения б/н от 16.07.2015, дополнительного соглашения б/н от 28.08.2015, дополнительного соглашения № 1 от 31.05.2016, дополнительного соглашения №2 от 20.06.2016, договора поручительства № 19-П/13 от 01.02.2013 в редакциях дополнительного соглашения б/н от 16.07.2015, дополнительного 6 соглашения б/н от 28.08.2015, договора поручительства № 155-П/16 от 27.09.2016 в редакции дополнительного соглашения от 27.09.2016, договора поручительства № 158-П/16 от 03.10.2016, договора залога № 9-3/16 от 28.01.2016, договора залога № 9(1)-3/16 от 31.05.2016, договора залога № 9(2)-3/16 от 31.05.2016, договора поручительства № 9-П/16 от 28.01.2016, судом первой инстанции было указано, что получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является обычной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности.

Вместе с тем, установив, что согласно отчету о забалансовых счетах к промежуточному ликвидационному балансу на 31.01.2017 их размер перед АКБ «БНКВ» оставляет 451 812 193,72 руб., из них 445 732 638,40 руб. как обеспеченные залогом имущества должника, то есть в размере, превышающем совокупный размер валюты баланса должника (440 278 тыс. руб.), суд первой инстанции пришел к выводу о значительности отрицательного эффекта указанных сделок для деятельности должника.

Учитывая, что ответчиком не было представлено разумного экономического обоснования указанных обеспечительных сделок, в частности, передачи в залог имущественного комплекса, суд первой инстанции пришел к выводу, что совершение ФИО4 от имени должника указанных обеспечительных сделок послужило основанием возникновения долговой нагрузки несоответствующей размеру активов должника и, как следствие, невозможности проведения расчетов с иными кредиторами, в связи с чем привлек его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Также суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО4 убытков, причиненных должнику, поскольку установил, что по результатам инвентаризации (инвентаризационная опись основных средств № 2 от 31.12.2016) ФИО2 было выявлено отсутствие (пропажа) основных средств на сумму 225 707,09 руб.

Отказывая в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из следующего.

Судом было установлено, что ФИО2 были переданы в распоряжение конкурсного управляющего ООО «Вуд Концепт» ФИО5 оригиналы бухгалтерской и иной документации ООО «Вуд Концепт», печати и штампы, материальные и иные ценности должника, что  было признано судом подтвержденным актом приема-передачи документов, подписанным ФИО2 и конкурсным управляющим.

Также судом было учтено, что ФИО2 раскрыл больше информации, чем выявлено конкурсным управляющим по информации, представленной в разделах бухгалтерского баланса должника по состоянию на 31.12.2016.

В соответствии с разделом баланса II Оборотные активы, строками 1230 и 1240 дебиторская задолженность на дату 31 декабря 2016 суммарно составляет 30 547 000 руб.

ФИО2 раскрыл дебиторскую задолженность суммарно на 35 632 403,83 руб. Таким образом, ФИО2 раскрыл больше информации, чем отражалось по данным бухгалтерского баланса должника.

Суд также установил, что помимо передачи документов по выявленным конкурсным управляющим активам, ФИО2 предпринял меры по факту выявления пропажи имущества, принадлежащего ООО «Вуд Концепт», подав 09.03.2018 заявления о возбуждении уголовных дел (заявление о возбуждении уголовного дела в МУ МВД «Серпуховское» от 09.03.2018 - КУСП 6011; заявление о возбуждении уголовного дела в МУ МВД «Серпуховское» от 09.03.2018 - КУСП 6012).

Таким образом, ФИО2 представил информацию и документы по основным средствам в сумме, не меньшей, чем указано в данных бухгалтерского баланса.

Установив указанные обстоятельства и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу, что ФИО2 передал в адрес конкурсного управляющего все документы, которые являются основанием для выявления активов должника и целей формирования конкурсной массы, в связи с чем отказал в привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отклоняя доводы заявителей о неподаче ФИО2 заявления о признании должника (несостоятельным) банкротом суд первой инстанции, суд исходил из недоказанности момента возникновения данного условия; факта неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объема обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий ООО «Вуд Концепт», не согласившись с принятым судебным актом, обратился через суд первой инстанции в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2

В остальной части определение суда первой инстанции никем обжаловано не было.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2020 определение суда первой инстанции от 17.02.2020 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 было оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по ее заявлению судебными актами, конкурсный управляющий должника обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 и принять новый судебный акт об удовлетворении указанных требований. 

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает на доказанность обстоятельств, свидетельствующих и неисполнении ответчиком обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), и считает, что признаки объективного банкротства должника возникли в декабре 2012 года.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

В заседании суда кассационной инстанции 06.10.2020 представитель конкурсного управляющего должника поддержала доводы кассационной жалобы, просила определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении указанных требований, на вопрос судебной коллегии о возможности привлечения ФИО2, ставшего руководителем должника с 12.10.2016, за неподачу заявления о признании должника банкротом, которое, по мнению заявителя, должно было быть подано не позднее 2013 года, ответить затруднилась.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения кассационной жалобы, полагал обжалуемые определение и постановление законными и обоснованными.

На вопрос судебной коллегии об обжаловании вторым ответчиком- ФИО4 судебных актов о его привлечении к субсидиарной ответственности, представители пояснили, что сведений о подаче такой жалобы не имеется, в суд апелляционной инстанции второй ответчик также не обращался. 

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителей конкурсного управляющего должника и ответчика ФИО2, обсудив доводы кассационной жалобы и устных возражений на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность судебных актов в обжалованной конкурсным управляющим части, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к выводу об отсутствии у нее достаточных полномочий по отмене судебных актов в обжалуемой части по заявленным в жалобе доводам, направленным на установление судом кассационной инстанции иных обстоятельств, на иную оценку исследованных судами доказательств, что исключено из полномочий суда кассационной инстанции согласно положениям статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пунктах 28, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», не допускается переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности.

В отношении доводов конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения Маркова ДД.В. к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом в более ранний период, чем ФИО2 было подано соответствующее заявление в суд (13.02.2017), судебная коллегия суда кассационной инстанции отмечает следующее. 

Согласно пунктам 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Для привлечении руководителя должника к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи10, статьей 61.12 Закона о банкротстве, необходимо установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений высшей судебной инстанции, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Суды, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, исходили из недоказанности момента возникновения данного условия; факта неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объема обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Настаивая на возникновении такой обязанности у ФИО2 уже в 2013 году, так как, по мнению конкурсного управляющего, неплатежеспособность должника возникла в 2012 году (конкретная дата не указана), заявитель кассационной жалобы не учитывает, что правом иной оценки исследованных судами доказательств суд кассационной инстанции не обладает, а также не объясняет, каким образом ФИО2, ставший руководителем должника с 12.10.2016, мог подать соответствующее заявление в 2013 году.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в целом повторяют доводы, которые были предметом исследования в суде апелляционной инстанций и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебном акте мотивов их отклонения, с которой судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судами первой и апелляционной инстанций не было допущено таких нарушений норм материального и процессуального права  при рассмотрении обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебных актов при проверке их законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что определение и постановление в обжалуемой части отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2020 по делу № А40-26384/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий – судья                                                       Е.А. Петрова 

Судьи:                                                                                                        Л.В. Михайлова

                                                                                                                     Н.Н. Тарасов