СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                            Дело № А45-18458/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 марта 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего      Сбитнева А.Ю.,

судей:                                     Фаст Е.В.,

                                               Фроловой Н.Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сперанской Н.В. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1 (07АП-4479/22(4)), ФИО2 (07АП-4479/22(5)) на определение от 27.12.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-18458/2021 (судья Кыдырбаев Ф.А.) о несостоятельности (банкротстве) должника – ФИО1, 

принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании договора купли-продажи от 03.05.2018, заключенного между ФИО1 и ФИО2, недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 515 000 рублей, из которых 297 500 руб. – стоимость автомобиля на май 2018г., 217 500 рублей – убытки, вызванные последующим изменением стоимости автомобиля, 

третьи лица – ФИО4, ФИО5,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1. - ФИО6 по доверенности от 14.12.2021;

от ФИО2 – не явился;

от ФИО7 - ФИО8 по доверенности от 21.07.2022 (подключение к веб-конференции не обеспечено);

от иных лиц – не явились;

У С Т А Н О В И Л:

в деле о несостоятельности ФИО1 определением от 27.12.2024 удовлетворено заявление финансового управляющего ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи от 03.05.2018, заключенного между ФИО1 и ФИО2, ФИО9 последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 468 000 рублей, из которых 238 000 руб. – рыночная стоимость автомобиля по состоянию на 03.05.2018, 230 000 рублей – убытки, вызванные последующим изменением стоимости автомобиля.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1, ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение суда.

В обоснование доводов апеллянты указывают, что финансовым управляющим пропущен срок на оспаривание сделки. 

Выражая несогласие с обжалуемым определением, апеллянты полагают, что судом необоснованно установлено оставление транспортного средства за должником и его постоянное пользование ФИО1, исходя из сведений представленных ГИБДД.

Однако апелляционные жалобы мотивированы тем, что денежные средства от ФИО2 были получены, автомобиль находился во владении покупателя, и последний имел финансовую возможность приобрести спорный автомобиль, в связи с чем, нельзя признать сделку мнимой.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО7 представлен отзыв на апелляционную жалобу.

В судебном заседании лица, участвующие в деле поддержали ранее изложенные позиции.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность обжалуемого определения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между должником и ФИО2 был заключен договор купли-продажи от 03.05.2018, в соответствии с которым продавец передает в собственности покупателя, а покупатель принимает и оплачивает транспортное средство марки Honda CRV (1997 г.в., номер кузова RD1120005).

Определением суда от 18.10.2024 назначена судебная экспертиза с целью определения рыночной стоимости спорного автомобиля: Honda CRV (1997 г.в., номер кузова RD1120005). 

От экспертной организации поступило заключение эксперта, согласно которому рыночная стоимость автомобиля на дату продажи равна 238 000 руб., а на дату оценки – 468 000 руб.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции указал, что ФИО1 и ФИО2, будучи фактически заинтересованными лица, в целях сокрытия имущества должника от возможного обращения взыскания, заключили мнимую сделку по отчуждению автомобиля, фактически оставшегося во владении должника.

Рассмотрев материалы дела повторно в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции соглашается с правильностью выводов суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, исходит из следующих норм права.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) дано разъяснение о том, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

При этом с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием Сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с часть 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Для констатации ничтожности сделки по этому основанию, помимо злоупотребления правом со стороны должника, необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны о противоправных целях должника.

При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом). Презумпция добросовестности является опровержимой.

В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что лица, ее заключившие действовали не добросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, а не для причинения вреда кредиторам.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25), мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными.

Занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 N 308-ЭС16-11018).

Как следует из материалов дела, дело о банкротстве должника возбуждено 11.08.2021, оспариваемая сделка совершена 03.05.2018, то есть за пределами трехлетнего срока подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что должник ФИО1 и ФИО2 являются фактически заинтересованными лицами. Судом установлено, что ФИО10 (бывшая супруга сына должника, сноха должника ФИО1) является крестницей (крестная дочь) умершей супруги ФИО2

Из чего следует, что аффилированность сторон сделки влияет на распределение бремени доказывания при рассмотрении иска о признании ее недействительной. 

На стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение не противоречащей закону цели (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 N 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(1), N 306- ЭС16-17647(7), от 25.05.2017 N 306-ЭС16-19749 и т.д.). 

Применение к аффилированным лицам наиболее высокого стандарта доказывания собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных конкурирующих за конкурсную массу должника независимых кредиторов, что предопределяет значительную вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

Суд первой инстанции также полагает, что факт заинтересованности между Юдиным В.Л и ФИО2, доверительности и согласованности позиции подтверждается также фактом выдачи ФИО2 доверенности представителю ФИО1 – ФИО11 на представление его интересов в настоящем обособленном споре.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что наличие общих представителей не свидетельствует о подконтрольности доверителей этим представителям. Институт представительства, в том числе и судебного, является лишь инструментом для осуществления гражданских прав и обязанностей, и не подменяет собой понятий заинтересованности. Однако указанное обстоятельство правомерно учтено судом первой инстанции в обоснование доводов о заинтересованности в совокупности с иными существенными и обоснованными доводами.

Вместе с тем судом первой инстанции установлено, что после подписания договора купли-продажи от 03.05.2018 спорный автомобиль остался в распоряжении должника ФИО1

Согласно сведением, размещенным на сайте Российского союза автостраховщиков, в период с февраля 2018г. собственником спорного автомобиля являлся ФИО1, который заключил договор ОСАГО с ПАО «Ренессанс Страхование» № ХХХ0025055085. С 03.05.2018 собственником спорного автомобиля стал ФИО2, который заключил договор ОСАГО с ПАО САК «Энергогарант» №ХХХ0038517008, регион использования автомобиля указан: Новосибирская область, число лиц, допущенных к управлению, – двое, в том числе должник. Согласно предоставленным АО «Альфастрахование» сведениям страховые полисы ОСАГО оформлялись от имени ФИО2 (собственника автомобиля по документам), при этом среди 2-х лиц, допущенных к управлению автомобилем, указаны ФИО2 и ФИО1 

В декабре 2023г. кредитор ФИО7 заявлял ходатайство об истребовании у ПАО САК «Энергогарант» (полисы ОСАГО № ХХХ0038517008, № ХХХ0062049797) и других страховых компаний сведения о лицах, допущенных к управлению спорным автомобилем, и о плательщиках страховой премии по всем полисам ОСАГО. При заслушивании судом ФИО1 относительно данного ходатайства последний (в лице представителя) под аудиопротокол подтвердил факт его допуска к управлению спорным автомобилем после продажи ФИО2, в связи с чем кредитор согласился с судом об отсутствии необходимости истребовать от страховых компаний страховые полисы. 

Вопреки мнению подателя жалобы, в материалах дела отсутствуют доказательства передачи со стороны ФИО2 денежных средств в счет оплаты стоимости автомобиля.

Копия расписки ФИО2 о получении от ФИО1 100 тыс. руб. не обладает признаками достоверности и достаточности в связи с фактической заинтересованностью сторон и возможностью оформить для суда любые документы. Оригинал расписки не предоставлен.

Ответчик не представил достоверных доказательств осуществления оплаты указанного имущества (реальной передачи денежных средств, в том числе снятия денежных средств со счетов, или иных подтверждающих документов совершения расчетов).

После отчуждения автомобиля должник фактически не утратил контроль над спорным имуществом, осуществлял фактическое владение им, и продолжал пользоваться этим имуществом, как лицо, допущенное к управлению транспортного средства согласно полисам обязательного страхования автогражданской ответственности (ОСАГО). Целесообразность отчуждения актива в пользу другого лица при условии сохранения за должником возможности управления транспортным средством, не обоснована.

Продажа автомобиля с оставлением его у продавца не характерна для обычных условий гражданского оборота, когда лицо приобретает автомобиль и оставляет его продавцу по устной договоренности с документами (свидетельство о регистрации транспортного средства, ПТС) и доверенностью на право управления, при этом оформив страховой полис ОСАГО, вписав туда в числе лиц, имеющих право управления автомобилем продавца.

Судом обоснованно изложено, что пояснения должника о передаче спорного автомобиля на хранение с правом пользования без вознаграждения и возмещения расходов (на обслуживание, за хранение) и по устной договоренности при отсутствии подтверждающих доказательств подтверждают факт заинтересованности, и недоступность для обычных участников гражданского оборота.

Сведения, предоставленные ГИБДД по Новосибирской области, о маршрутах движения спорного автомобиля подтверждают факт эксплуатации автомобиля именно ФИО1, и не подтверждают факт эксплуатации автомобиля ФИО2 Доказательства нахождения ФИО2 в г. Новосибирске в день фиксации нарушений ПДД и в даты фиксации перемещений автомобиля по г. Новосибирску и области не предоставлены.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции обоснованно учтены пояснения должника о том, что он по просьбе ФИО2 иногда управлял автомобилем для доставки тяжело больной супруги последнего, что было опровергнуто данными о перемещении автомобиля, предоставленными ГИБДД, – ни разу автомобиль не зафиксирован у лечебного учреждения.

С учетом совокупности установленных по делу обстоятельств, учитывая, что и управляющий должника, и кредитор опровергали факт реальности правоотношений должника с ответчиком по сделке, суд первой инстанции исходил из того, что должником и ответчиком не опровергнута совокупность доказательств отсутствия встречного предоставления по сделке, доказательства в объеме, исключающем сомнения в безвозмездности сделки, не предоставлены, возражения управляющего и кредитора в части нелогичного и неразумного экономического поведения ответчика (проживающего в ЯНАО, оставившего автомобиль после покупки продавцу) не опровергнуты.

После переоформления автомобиля на лицо, связанное родственными связями (ФИО2) должник продолжал его эксплуатировать, что подтверждено страховыми полисами ОСАГО (где должник указан в качестве лица, допущенного к управлению) и материалами ГИБДД, из которых следует, что автомобиль передвигался круглогодично по территории Новосибирска и области, по маршрутам, от и к дому должника, в то время как ФИО2 проживал в Ямало-Ненецком автономном округе (исходя из места его регистрации).

В то же время не представлены доказательства, не позволяющие ФИО2 пользоваться автомобилем ввиду заболевания, из которых последний обращался с просьбами к должнику для осуществления поездок.

Судом первой инстанции отмечено, что доказательства приезда ФИО2 в г. Новосибирск (исходя из его места регистрации в Ямало-Ненецком автономном округе) и эксплуатации автомобиля именно ФИО2 (в дни фиксации штрафов и в даты фиксации перемещений автомобиля по г. Новосибирску и области) с учетом повышенного стандарта доказывания не предоставлены.

Суд первой инстанции полагал, что продажа должником спорного автомобиля ФИО2 (03.05.2018) была произведена в целях недопущения обращения взыскания на имущество после принятия 27.03.2018 к производству Ленинским районным судом г. Новосибирска искового заявления ФИО7 к ФИО1 о взыскании убытков, причиненных пожаром, произошедшим 29.10.2017 по вине должника.

Как установлено судом первой инстанции, факт причинения ущерба по вине Юдиных зафиксирован службой ФПС ГУ МЧС РФ в установленном порядке. Вина Юдиных в возникновении пожара (очаг пожара возник в надворной постройке – бане вследствие аварийной работы электрической проводки), в результате которого сгорел дом П-вых, установлена постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 12.03.2018. 

Определением Ленинского районного суда г. Новосибирска от 27.03.2018 в рамках обеспечения исковых требований, был наложен арест на имущество ФИО1 в пределах исковых требований. 

Доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о неправомерности выводов суда, что к дате совершения сделки (03.05.2018) ФИО1, знавший о своей вине в причинении пожаром (29.10.2017г.) ущерба дому П-вых, получил повестку, исковое заявление, а также определение суда о наложении ареста на имущество. Воспользовавшись отсутствием постановления судебного пристава о наложении ареста на имущество, ФИО1 произвел отчуждение спорного автомобиля на фактически заинтересованное лицо ФИО2

Судом первой инстанции также учтен довод ФИО1 на то, что приставы не зафиксировали спорный автомобиль в пользовании ФИО1, указав, что данное обстоятельство не опровергает мнимость сделки по отчуждению автомобиля. Поскольку пристав располагал сведениями из ГИБДД об отсутствии в собственности ФИО1 транспортных средств и не производил их розыск. 

Признав экспертное заключение надлежащим доказательством, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о применении последствий недействительности сделки.

При рассмотрении настоящего дела не представлено суду убедительных доказательств недобросовестности последующих приобретателей ФИО4 и ФИО5, напротив, ими представлены доказательства их добросовестности. 

Из представленных в материалы дела документов усматривается, что ни должник, ни ответчик ФИО2 не являются аффилированными лицами по отношению к ФИО4 и ФИО5 

В соответствии с п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. 

Согласно заключению эксперта рыночная стоимость автомобиля на дату продажи равна 238 000 руб., а на дату оценки – 468 000 руб.

Довод ФИО1 о завышении судебным экспертом рыночной стоимости спорного автомобиля несостоятелен, поскольку данное экспертное заключение соответствует требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ, отражает все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, основанные на материалах дела. 

Экспертное заключение отвечает требованиям действующего законодательства, в связи с чем признано судом надлежащим доказательством, а несогласие сторон с позицией эксперта не свидетельствует о факте неправильного определения цены спорного автомобиля. Выводы, сделанные по результатом судебной экспертизы, подкрепленные рядом иных документов, не могут быть преодолены выводами внесудебного экспертного исследования, составленного исключительно по инициативе должника, заинтересованного в исходе дела.

Ссылка должника на дефектную ведомость ООО «Авангард» №П3П0027154 от 15.02.2018г., после заявления кредитора 17.10.2024 о фальсификации этого документа (из которого следует, что заказчик ФИО12 предоставил ООО «Авангард» автомобиль HONDA CR-V, 1997 г.в., г.р.з. Р576ХР154, полученный ФИО4 29.02.2024, о чем ни ФИО12, ни ООО «Авангард» никак не могли знать 15.02.2018г.) и согласия ФИО13 с исключением данной ведомости из числа доказательств несостоятельна.

Согласно сложившемуся в судебной практике подходу, срок исковой давности начинает течь с момента, когда первое уполномоченное на предъявление иска лицо узнало или должно было узнать о нарушении этой сделкой прав кредиторов должника, об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), а не исключительно с момента ее совершения либо утверждения первого конкурсного управляющего. (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21.08.2024 N Ф04-3540/2024 по делу N А45-25815/2020, определение ВС РФ от 25.09.2017 N 308-ЭС16- 15881(3)).

Заявление об оспаривании сделки с автомобилем было подано финансовым управляющим в суд 02.10.2023 после анализа информации, полученной по итогам направления запросов в ГИБДД, РСА, АО «Альфастрахование». Требование кредитора о направлении запросов в отношении автомобиля марки Honda CRV госномер Р 183 ВМ 50 прилагалось к заявлению.

Следовательно, для оспаривания подозрительных сделок важна осведомленность управляющего не только о факте сделки, но и ее условиях, что дает возможность управомоченному лицу установить основания оспаривания.

Таким образом, срок исковой давности для оспаривания сделки финансовым управляющим не пропущен. Довод должника о начале течения срока исковой давности с момента введения процедуры несостоятелен.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, признав недействительным договор купли-продажи, поскольку сторонами не опровергнуты мотивы заключения договора без выбытия транспортного средства из владения должника в отсутствие доказательств встречного предоставления по сделке.

Между тем, доводы апелляционной жалобы сводятся к повторению позиции, изложенной в суде первой инстанции и обоснованно отклоненной судом, и также не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как, не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права, а выражают лишь несогласие с ними. Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 27.12.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-18458/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью состава суда, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети Интернет.

Председательствующий                                                                                    А.Ю. Сбитнев

Судьи                                                                                                                   Е.В. Фаст

                                                                                                                             Н.Н. Фролова