ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А72-11837/2021

г. Самара

28 февраля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 февраля 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 28 февраля 2022 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Морозова В.А.,

судей Барковской О.В., Деминой Е.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от истца – ФИО2, представитель (доверенность № 39/21 от 12.05.2021, диплом № 108 от 18.03.2000);

в отсутствие ответчика, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании 22 февраля 2022 года в зале № 3 помещения суда апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Сосны» на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 6 декабря 2021 года по делу №А72-11837/2021 (судья Страдымова М.В.)

по иску общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Сосны» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Ульяновская область, г.Димитровград,

к Федеральному государственному бюджетному учреждению науки «Институт гидродинамики им. М.А. Лаврентьева Сибирского отделения Российской академии наук» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Новосибирск,

о признании недействительным (ничтожным) в части пункта 12.4. договора № 2017- 01/Н/Р1 от 14.03.2017 на разработку конструкторской документации, о признании недействительным (ничтожным) договора № 2019-25/Н от 29.07.2019,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Сосны» (далее – общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению науки «Институт гидродинамики им. М.А. Лаврентьева Сибирского отделения Российской академии наук» (далее – учреждение, ответчик) о признании недействительным (ничтожным) в части пункта 12.4. договора № 2017-01/Н/Р1 от 14.03.2017 на разработку конструкторской документации, о признании недействительным (ничтожным) договора № 2019-25/Н от 29.07.2019, а также с заявлением о наложении судебного штрафа на ответчика.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 06.12.2021 в удовлетворении исковых требований отказано. Заявление общества о наложении штрафа на учреждение оставлено без удовлетворения.

Истец с решением суда не согласился и подал апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое решение отменить полностью и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме, ссылаясь на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, нарушение и неправильное применение судом норм материального права.

В судебном заседании представитель истца доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал и просил ее удовлетворить, представил возражение на отзыв ответчика на апелляционную жалобу.

Ответчик в отзыве на апелляционную жалобу с доводами жалобы не согласился и просил обжалуемое решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу истца – без удовлетворения. Ответчик в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещен надлежащим образом.

В соответствии с требованиями статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие ответчика, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверяется в соответствии со статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав доказательства по делу, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе истца, отзыве ответчика на апелляционную жалобу, возражении истца на отзыв ответчика на апелляционную жалобу, заслушав выступление присутствующего в судебном заседании представителя истца, арбитражный апелляционный суд считает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между обществом (заказчик) и учреждением (исполнитель) был заключен договор № 2017-01/Н/Р1 от 14.03.2017 на разработку конструкторской документации установки фрагментации ОТВС ГИТ-1000 (установка), изготовление и поставку узлов установки, проведение шеф-монтажных работ (далее – договор от 14.03.2017), согласно пункту 1.1. которого исполнитель обязуется по заданию заказчика на условиях договора выполнить комплекс работ по разработке конструкторской документации, своевременному изготовлению и поставке заказчику товара (оборудования), указанного в техническом задании (приложение № 1 к договору) и календарном плане (приложение № 2 к договору), проведению шеф-монтажных и шеф-наладочных работ, а также участию в испытаниях оборудования в сроки, установленные согласно календарному плану (приложение № 2 к договору), а заказчик – принять и оплатить весь комплекс работ согласно условиям договора.

Наименование работ, товара (оборудования), их количество, требование к качеству товара (оборудования), его технические характеристики, цена товара (оборудования), срок поставки товара (оборудования) и выполнения работ, срок гарантии качества на товар (оборудование), срок поставки товара (оборудования) и выполнения работ, срок гарантии качества на товар (оборудование) указаны в договоре и приложениях, указанных в пункте 12.14. договора от 14.03.2017.

Общая стоимость договора составляет 267457711 руб. 26 коп. (пункт 5.1. договора от 14.03.2017).

17.11.2017 стороны подписали дополнительное соглашение № 1 к договору от 14.03.2017, которым утвердили новую уточненную редакцию календарного плана в качестве приложения № 1 к дополнительному соглашению № 1 к договору от 14.03.2017.

01.06.2018 стороны подписали дополнительное соглашение № 2 к договору от 14.03.2017, которым дополнили порядок оплаты, установленный в пункте 5.2. договора, авансовым платежом третьего этапа календарного плана при условии предоставления исполнителем обеспечения возврата аванса согласно положениям пункта 1.1. дополнительного соглашение № 2 к договору от 14.03.2017.

19.09.2018 стороны подписали дополнительное соглашение № 3 к договору от 14.03.2017, которым утвердили окончательную (действующую) редакцию календарного плана в качестве приложения № 1 к дополнительному соглашению № 3 к договору от 14.03.2017.

Из материалов дела усматривается, что при исполнении договора от 14.03.2017 у сторон возникли разногласия по поводу выполнения его условий в части сроков выполнения работ и сроков оплаты выполненных работ, в связи с чем общество обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области к учреждению о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ (дело №А72-14019/2020).

В свою очередь, учреждением также было подано исковое заявление в Арбитражный суд Ульяновской области к обществу о взыскании неустойки за просрочку оплаты по договору от 14.03.2017 (дело №А72-7992/2021).

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 10.03.2021 по делу №А72- 14019/2020 исковые требования удовлетворены частично, с учреждения в пользу общества взыскано 1564922 руб. 17 коп. – неустойки, 53660 руб. – в возмещение государственной пошлины, в остальной части иска отказано. Решение суда вступило в законную силу.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.09.2021 по делу №А72-7992/2021 исковые требования удовлетворены частично, с общества в пользу учреждения взыскано 2905972 руб. 42 коп. – пени, 34105 руб. 00 коп. – в возмещение государственной пошлины, в остальной части иска отказано. Решение суда вступило в законную силу.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, общество просило признать пункт 12.4. договора от 14.03.2017 недействительным по следующим основаниям.

Пунктом 12.3. договора от 14.03.2017 стороны согласовали предоставление истцом ответчику в рамках договора на давальческих условиях комплектующих и материалов по номенклатуре, согласованной в приложении № 3 к договору.

В пункте 12.4. договора от 14.03.2017 стороны указали также следующее: «в случае превышения лимита по факту закупок, указанного в Приложении №3 к настоящему договору, Стороны оформляют дополнительное соглашение о возврате Заказчику превышенной суммы. В случае неиспользованной суммы лимита по факту закупок, указанного в Приложении №3 к настоящему договору, Стороны оформляют дополнительное соглашение о возврате Исполнителю неиспользованной суммы.».

Лимит стоимости давальческих материалов в приложении № 3 к договору от 14.03.2017 был указан ориентировочной суммой в 60000000 руб.

В обоснование исковых требований истец сослался на то, что пункт 12.4. договора от 14.03.2017 противоречит статье 328 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно: из условия пункта 12.4. договора от 14.03.2017 не представляется возможным однозначно определить характер встречных обязательств между сторонами по расходам истца на приобретение давальческих материалов, их размер в денежном выражении и основания для их возврата.

Кроме того, истец указал, что реализация условия пункта 12.4. договора от 14.03.2017 нарушает публичные интересы, так как в результате фиктивного увеличения расходов сторон договора на сумму выплат, необеспеченных встречным исполнением, уменьшает налогооблагаемую базу при расчете налога на прибыль.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик представил отзыв на исковое заявление и дополнение к нему, в которых указал, что включение сторонами пункта 12.4. в договор от 14.03.2017, во-первых, гарантировало не превышение суммарных затрат истца ранее оговоренной сторонами суммы в 267457711 руб. 26 коп., во-вторых, фактически устанавливает в договоре, что возможная экономия при закупке материалов распределяется в пользу ответчика, что напрямую предусмотрено пунктом 2 статьи 710 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По мнению ответчика, пункт 12.4. договора от 14.03.2017 включен на свободной основе, истец действовал своей волей и в своем интересе, без замечаний, в том числе относительно условий исполнения, но впоследствии отказался исполнять свои обязательства по договору. Условие пункта 12.4. договора от 14.03.2017 не нарушает права сторон договора, требования закона или иного правового акта, не посягает на публичные интересы. Доводы истца о снижении налогооблагаемой базы при увеличении затрат также не соответствуют действительности, поскольку при увеличении затрат истца на ту же сумму увеличиваются доходы ответчика и, соответственно, налогооблагаемая база не изменяется, налог на прибыль заплатит ответчик. Таким образом, договор от 14.03.2017 ни каким образом не посягает на публичные интересы и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Ответчик считает, что действия истца свидетельствуют о его недобросовестном поведении и о злоупотреблении своими гражданскими правами, так как при заключении договора от 14.03.2017 истцу условия пункта 12.4. были выгодны, а в настоящее время не выгодны, так как, являясь одним из соисполнителей в проекте создания опытно демонстрационного центра, истец получил от генерального заказчика всю сумму 267457711 руб. 26 коп., а остаток неиспользованного лимита истратил нецелевым образом. Поэтому истец, не желая исполнять свои обязательства по договору от 14.03.2017, подал иск о признании ничтожным в части пункта 12.4. договора от 14.03.2017. Такие действия истца по извлечению выгоды любыми способами противоречат статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в части признания пункта 12.4. договора от 14.03.2017 недействительным, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

По правилам пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды.

Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

В соответствии со статьей 180 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Согласно пункту 12.4. договора от 14.03.2017 стороны согласовали следующее: «Перечень комплектующих и материалов в ходе выполнения работ сторонами может быть уточнен. В случае превышения лимита по факту закупок, указанного в Приложении № 3 к настоящему договору, Стороны оформляют дополнительное соглашение о возврате Заказчику превышенной суммы. В случае неиспользованной суммы лимита по факту закупок, указанного в Приложении № 3 к настоящему договору, Стороны оформляют дополнительное соглашение о возврате Исполнителю неиспользованной суммы».

Как следует из материалов дела, отношения сторон по договору от 14.03.2017 были предметом рассмотрения суда по делу №А72-14019/2020.

В ходе рассмотрения данного дела судом установлено, что указанный договор является смешанным, содержащим элементы договора подряда и поставки и регулируется нормами параграфа главы 30 и главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется по заданию другой стороны (заказчик) выполнить определенную работу и сдать ее результаты заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 704 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено договором подряда, работа выполняется иждивением подрядчика - из его материалов, его силами и средствами.

Указанная статья является диспозитивной, то есть стороны могут согласовать иной порядок предоставления материалов, в том числе обязанность поставки заказчиком.

Из условий пункта 12.3. договора от 14.03.2017 следует, что обязательства по обеспечению материалами возложено на заказчика.

В письме № 15321-13/2154-32 от 24.01.2017 ответчик обосновал включение в договор условий о предоставлении давальческих материалов, при этом уведомив, что оценочная стоимость материалов составляет 60-65 миллионов рублей.

14.03.2017 стороны подписали договор на условиях уменьшения стоимости на величину лимита до 207457709 руб. 00 коп. и включения в договор условия о предоставление материалов и комплектующих на давальческих условиях по пункту 12.4. Пункт 12.4. гарантирует истцу, что суммарные затраты истца (стоимость работ по договору и стоимость давальческих материалов) не превысят первоначально оговоренную сторонами сумму 267457711 руб. 26 коп., поскольку в случае превышения лимита истцом по факту закупок согласно пункту 12.4. договора от 14.03.2017, ответчик возвращает истцу денежные средства в объеме превышения лимита.

Пунктом 1 статьи 710 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях, когда фактические расходы подрядчика оказались меньше тех, которые учитывались при определении цены работы, подрядчик сохраняет право на оплату работ по цене, предусмотренной договором подряда, если заказчик не докажет, что полученная подрядчиком экономия повлияла на качество выполненных работ.

В договоре подряда может быть предусмотрено распределение полученной подрядчиком экономии между сторонами (пункт 2 статьи 710 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 49 от 25.12.2018 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ). При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 45 Постановления № 49, по смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

Проанализировав содержание заключенного сторонами договора от 14.03.2017 по правилам статей 421, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, приведенных в пунктах 43, 45 Постановления № 49, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что пунктом 12.4. договора от 14.03.2017 сторонами установлено условие, что возможная экономия при закупке материалов распределяется в пользу ответчика, что предусмотрено пунктом 2 статьи 710 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Условие пункта 12.4. договора от 14.03.2017 не нарушает императивных норм закона, предусмотренных для договоров подряда и поставки, а также общие положения об обязательствах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 1, 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 57 от 23.07.2009 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск. При подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, в том числе о соблюдении правил его заключения, о наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших. Судам также следует иметь в виду, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело.

Из материалов дела усматривается, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ульяновской области от 10.03.2021 по делу №А72-14019/2020 исковые требования удовлетворены частично, с учреждения в пользу общества взыскано 1564922 руб. 17 коп. – неустойки, 53660 руб. – в возмещение государственной пошлины, в остальной части иска отказано.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.09.2021 по делу №А72-7992/2021 исковые требования удовлетворены частично, с общества в пользу учреждения взыскано 2905972 руб. 42 коп. – пени, 34105 руб. 00 коп. – в возмещение государственной пошлины, в остальной части иска отказано.

Следовательно, судами, которые пришли к выводу о правомерности заявленных исковых требований, оценены обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности спорного договора, в том числе о соблюдении правил его заключения.

Между тем при рассмотрении настоящего дела истец не представил каких-либо доказательств, позволяющих прийти к иному выводу.

Как правильно отметил суд первой инстанции, действия истца по предъявлению рассматриваемых исковых требований фактически направлены на преодоление силы вступивших в законную силу судебных актов по делам №А72-14019/2020 и №А72-7992/2021, а также инициированного ответчиком другого спора о взыскании задолженности и убытков по спорному договору (дело №А72-18203/2021).

Факты уклонения гражданина или юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору (пункт 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Иные доводы истца изучены и правомерно отклонены судом первой инстанции, как не имеющие отношения к существу спора, не подтвержденные материалами дела и не способные повлиять на выводы суда.

Истец также просил признать недействительным (ничтожным) договор № 2019-25/Н от 29.07.2019 по следующим основаниям.

17.07.2019 на производственной площадке ответчика была завершена комиссионная приемка последнего изделия, подлежащего поставке по договору от 14.03.2017 – «Блок рубки» (этап 3.1. календарного плана в редакции дополнительного соглашения работ № 3 к договору). Данный факт подтверждается соответствующим актом № 15321/05-05/244 от 17.07.2019 приемосдаточных испытаний блока рубки.

В обоснование исковых требований истец сослался на то, что ответчик поставил перед истцом условием отгрузки блока рубки на склад генерального заказчика (ФГУП «ГХК») исполнение его требования по возврату неиспользуемой суммы денежного лимита, образовавшегося по факту закупок давальческих материалов, предоставляемых истцом ответчику для выполнения работ по договору от 14.03.2017 на сумму 9790589 руб. 16 коп.

Учитывая возможные негативные последствия для истца по причине невыполнения (срыва) работ по госконтракту и вследствие этого неисполнения Федеральной целевой программы «Обеспечение ядерной и радиационной безопасности на 2016-2020 года и на период до 2030 года», истец, как следует из искового заявления, был вынужден заключить договор № 2019-25/Н на корректировку рабочей конструкторской и эксплуатационной документации, датированного 29.07.2019 (далее – договор от 29.07.2019), предмет договора – корректировка РКД и эксплуатационной документации блока рубки ДВЖ.356.01.00.000, т.е. изделия, изготовленного ответчиком и комиссионного принятого 17.07.2019 по акту № 15321/05-05/244 от 17.07.2019 приемосдаточных испытаний блока рубки.

Полагая, что договор от 29.07.2019 является притворной сделкой, истец просил признать его недействительным (ничтожным).

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик представил отзыв на исковое заявление и дополнение к нему.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в части признания договора от 29.07.2019 недействительным (ничтожным), суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Истец указал, что договор от 29.07.2019 заключен сторонами с целью исполнения пункта 12.4. договора от 14.03.2017, который истец считает недействительным.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ульяновской области от 10.03.2021 по делу №А72-14019/2020 установлены следующие обстоятельства, имеющие в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации преюдициальное значение для настоящего дела.

На совещании 12-13 октября 2017 совместно с представителями эксплуатирующей организации ФГУП «ГХК» была достигнута договоренность о том, что монтажная и эксплуатационная документация отделения 07 (документация предусмотренная этапом 1.1. договора) будет откорректирована на следующем этапе работ – при изготовлении оборудования, то есть в процессе исполнения этапа 3.

17.11.2017 стороны заключили дополнительное соглашение к договору и изменили срок выполнения этапа 1.1 на 01.07.2018.

Актуальные исходные данные были получены ответчиком после окончания договорных сроков выполнения этапа 1.1, а именно 16.07.2018 (письмо № 06-02/65КТ от 11.07.2018 о направлении строительного задания на камеру рубки отд.07).

Разработчиком строительного задания № ЗД-432-2017-001Э являлся истец.

Указанным письмом истец потребовал от ответчика руководствоваться требованиями строительного задания № ЗД-432-2017-001Э при корректировке конструкторской документации на установку ГИТ-1000 и входящего в установку оборудования.

Относимость письма № 06-02/65КТ от 11.07.2018 к этапу 1.1 следует из письма истца от 22.01.2019 № 02-602/87 «О согласовании монтажного чертежа Установки ГИТ-1000».

Из содержания данного письма следует, что истец в разработанной ответчиком конструкторской документации по этапу 1.1. выявил несоответствие монтажных чертежей строительному заданию (№ 06-02/65КТ от 11.07.2018) и потребовал доработать монтажный чертеж ДВЖ.356.00.00.000МЧ в соответствии со строительным заданием.

Разработка монтажного чертежа установки ГИТ-1000 предусмотрена именно этапом 1.1. календарного плана.

По вопросу доработки проектной документации в связи с новым строительным заданием состоялось совместное совещание 25.08.2017.

Кроме того, в пункте 16 резолютивной части протокола совместного совещания от 01.11.2018 зафиксировано совместное решение о рассмотрении вопроса истцом о заключении с ответчиком дополнительного соглашения по разработке эксплуатационной документации со сроком исполнения - декабрь 2018 года.

Как пояснил ответчик, истец от заключения такого соглашения уклонился. При этом из письма истца от 22.11.2018 следует, что истец требует от ответчика представить эксплуатационную документацию и монтажные чертежи при сдаче оборудования 20.12.2018.

В пункте 2.2. технического задания указано, что источником для разработки РКД является технический проект ДВЖ.356.00.00.000ТП установка ГИТ-1000 с внесением в рабочий проект необходимых изменений по составу и конструкции разрабатываемого оборудования, а также его расположения в помещении в соответствии с требованиями настоящего технического задания.

Таким образом, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ульяновской области от 10.03.2021 по делу №А72-14019/2020  установлено, что в ходе исполнения этапа 1.1. календарного плана требования к составу, конструкции и расположению оборудования были изменены истцом, что доказывается строительным заданием, направленным ответчику письмом № 06-02/65КТ. Несмотря на то, что эти изменения не были внесены истцом в техническое задание, по существу задание было изменено. Учитывая установленные обстоятельства, истец и ответчик, начиная августа с 2017 года знали о несоответствии документации, истец проводил работу по изменению строительной документации и представил уточненное строительное задание по истечению срока на выполнение этапа 1.1.

Письмом от 21.03.2019 истец направил требование корректировки РКД в соответствии с новым строительным заданием № ЗД-432-2018-001Э от 15.03.2019.

Суд по делу №А72-14019/2020 установил: учитывая, что РКД является неотъемлемой частью блока рубки и все этапы по разработке РКД были выполнены, а также что конструкторская документация передается и принимается сторонами по акту приема-передачи, возможности у ответчика передать откорректированную документацию истцу в силу отсутствия нового договора не было.

Договор от 29.07.2019 на корректировку конструкторской документации был заключен со сроком исполнения ноябрь 2019 года. Конструкторская  документация была откорректирована в соответствии с требованиями строительного задания и передана истцу по акту № 95 от 14.11.2019.

На момент начала исполнения договора от 29.07.2019 блок рубки был изготовлен, прошел испытания (заводские и заключительные приемо-сдаточные), что подтверждается актом № 15321/05-05/244 от 17.07.2019 и был готов к отгрузке.

В связи с тем, что по состоянию на 21.03.2019 ответчик не выполнил работы этапа 3.1, а истец представил новое строительное задание, блок рубки по состоянию на 17.07.2019 не мог соответствовать новым требованиям строительного задания истца, акт от 17.07.2019 не может быть признан доказательством исполнения ответчиком этапа 3.1. договора. При этом корректировка документации, следовательно, и изменения блока рубки, производились ответчиком после 29.07.2019 в результате изменения строительного задания истцом.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции сделал верный вывод, что доводы истца о притворности договора от 29.07.2019 противоречат обстоятельствам, установленным вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ульяновской области от 10.03.2021 по делу №А72-14019/2020, которые имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела.

Иные доводы истца изучены и отклонены судом первой инстанции, как не имеющие отношения к существу спора, не подтвержденные материалами дела и не способные повлиять на выводы суда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положения названного пункта являются важной конкретизацией принципа добросовестности, закрепленного в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Недобросовестными предлагается считать действия лица (прежде всего - стороны сделки), которое вело себя таким образом, что не возникало сомнений в том, что оно согласно со сделкой и намерено придерживаться ее условий.

Требование истца о признании недействительным (ничтожным) договора от 29.07.2019 предъявлено после фактического его исполнения, что при отсутствии претензий со стороны истца позволяет говорить о том, что фактически истец признавал заключение указанного договора.

Принимая во внимание, что поведение истца по исполнению оспариваемого договора давало основания полагать, что сделка действительна и реально исполняется стороной договора, а также учитывая, что истцом не было представлено доказательств, свидетельствующих о недействительности оспариваемого договора, суд апелляционной инстанции считает, что у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения исковых требований.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка. Иное толкование истцом положений гражданского законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое истцом решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, и основания для его отмены отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 101, 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Ульяновской области от 6 декабря 2021 года по делу №А72-11837/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Сосны» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.

 

Председательствующий судья

 

Судьи

В.А. Морозов

 

О.В. Барковская

 

Е.Г. Демина