ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№ 11АП-18655/2023

Дело № А65-32865/2022

г. Самара

18 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2024 года

 Постановление в полном объеме изготовлено 18 мая 2024 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В., 

судей Гольдштейна Д.К., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания до и после перерыва секретарем Ромадановым А.А.,

с участием:

до перерыва - конкурсный управляющий ФИО1 - лично (паспорт), от конкурсного управляющего - ФИО2, доверенность от 25.12.2023., после перерыва - не явились, извещены,

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 15 мая 2024 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ООО "Зай" на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 08 октября 2023 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, к ответчику - ООО "Зай"

 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) КФХ «Фермер»,

 

                                                              УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.01.2023 (дата объявления резолютивной части определения 23.01.2023) в отношении крестьянского (фермерского) хозяйства «Фермер», с.Черемшан Черемшанского района Республики Татарстан (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (далее - должник) введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим должника утверждена ФИО1, член Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада». Требование ООО «Агромаркет», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в сумме  4 756 368,00 рублей включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.04.2023 (дата резолютивной части 18.04.2023) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 3 месяца до 18.07.2023.

Конкурсным управляющим утвержден ФИО1, член Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о признании недействительными сделок по перечислению крестьянским (фермерским) хозяйством «Фермер» в пользу ООО «ЗАЙ», с.Новое Надырово Альметьевский район Республика Татарстан (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежных средств в общем размере 11 662 000,00 руб. и применении последствий недействительности сделок (вх. 32174).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.10.2023 заявление, удовлетворено. Признаны недействительными сделки по перечислению крестьянским (фермерским) хозяйством «Фермер» в пользу ООО «ЗАЙ» денежных средств в общем размере    11 662 000,00 рублей. С ООО «ЗАЙ» в пользу должника взыскано 11 662 000,00 рублей.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ООО "Зай" обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит его отменить. 

Одновременно заявитель ходатайствовал перед апелляционным судом о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу апелляционной жалобы, мотивируя несвоевременным опубликованием судом первой инстанции обжалуемого судебного акта.

В обоснование апелляционной жалобы, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ, указывая на реальный характер взаимоотношений сторон по сделке, совершенных в условиях обычной хозяйственной деятельности должника, что подтверждается доголвором поставки от 02.08.2021, счетами-фактурами и УПД, приложенными к апелляционной жалобе.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2023 заявителю восстановлен процессуальный срок на подачу апелляционной жалобы, апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы  с учетом отложения назначено на 06.05.2024.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

15.12.2023 от конкурсного управляющего ФИО1 в материалы дела поступили письменные возражения на апелляционную жалобу.

19.12.2023 от ООО "Зай" в материалы дела поступила письменная позиция с приложением дополнительных документальных доказательств.

12.01.2024 от кредитора ООО "Агромаркет" в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу.

22.01.2024 от конкурсного управляющего ФИО1 в материалы дела поступили письменные дополнения к возражению на апелляционную жалобу, а также заявление о фальсификации доказательств, а также ходатайство об истребовании доказательств.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2024 в судебном составе, рассматривающем настоящую апелляционную жалобу, произведена замена отсутствующего по уважительной причине судьи Львова Я.А. на судью Гадееву Л.Р. в связи с чем, рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

07.03.2024 от кредитора СХ ООО "Вахитово" в материалы дела поступили письменные возражения на апелляционную жалобу.

13.03.2024 от кредитора ООО "Элеватор Текэ Тау" в материалы дела поступили письменные возражения на апелляционную жалобу.

27.04.2024 от конкурсного управляющего ФИО1 в материалы дела поступили дополнительные письменные возражения на апелляционную жалобу.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2024 в судебном составе, рассматривающем настоящую апелляционную жалобу, произведена замена отсутствующего по уважительной причине судьи Гадеевой Л.Р. на судью Львова Я.А. в связи с чем, рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

 

Председательствующим в судебном заседании 08.05.2024 в порядке ст. 163 АПК РФ объявлен перерыв до 15.05.2024 до 12 час. 35 мин., зал № 2, информация о котором размещена в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru).

После перерыва судебное заседание было продолжено 15.05.2024 в том же составе суда.

11.03.2024 от апеллянта в материалы дела поступил оригинал договора поставки  № 2/08 от 02.08.2021, без приобщения к материалам апелляционного производства.

В ходе судебного заседания конкурсный управляющий ФИО1, учитывая, что апеллянтом не представлены оригиналы УПД и счетов-фактур, копии которых приложены к апелляционной жалобе, просил суд апелляционной инстанции не рассматривать ранее заявленные им ходатайства о фальсификации доказательств и назначении по делу судебной экспертизы.

Относительно документов, истребованных апелляционным судом у ответчика и Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан по ходатайству конкурсного управляющего ФИО1, управляющий указал, что получил от Министерства истребуемые документы, проанализировал и не установил доказательств, подтверждающих доводы апеллянта об обоснованности получения от должника спорных денежных средств. Просил рассмотреть апелляционную жалобу по имеющимся в материалах дела документам.

В ходе судебного заседания до перерыва конкурсный управляющий ФИО1 и его представитель возражали против доводов апелляционной жалобы, просили оставить определение суда первой инстанции без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих  в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 26.08.2021 по 08.06.2022 со счета должника КФХ «Фермер» на счет ответчика ООО «Зай» перечислены денежные средства в общем размере 11 662 000 руб. с указанием в качестве назначений платежей «оплата за зерно», «оплата за семена», «оплата по договору» (т. 1, л.д. 14-20).

Конкурсный управляющий ФИО1, в обоснование доводов о недействительности данных сделок и применении последствий их недействительности приведены нормы п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст.ст. 10, 168 ГК РФ. 

Исходя из позиции заявителя, оспариваемые сделки привели к отчуждению ликвидного имущества должника (денежных средств) в отсутствие встречного исполнения.

Признавая обоснованными требования конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции руководствовался следующим.

В силу п. 1 ст. 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу п. 9 Постановления Пленума № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. 

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). 

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявление о признании должника банкротом принято определением суда от 28.11.2022 (т. 1, л.д. 23). 

Оспариваемые платежи совершены в период с 26.08.2021 по 08.06.2022.

Соответственно, платежи в период с 26.08.2021 по 28.11.2021 совершены в трехлетний период до принятия заявления о признании должника банкротом и могут быть оспорены по п. 2 ст.61.2 Закона о банкротстве. 

Платежи в период с 28.11.2021 по 08.06.2022 совершены в годичный период до принятия заявления о признании банкротом и могут быть оспорены по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как указано в п. 5 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63) пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Исходя из п. 5 Постановления Пленума № 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указано в п. 6 Постановления Пленума № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Согласно указанным нормам, недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Пунктом 7 Постановления Пленума № 63 предусмотрено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Согласно ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках", аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. 

При этом согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве. Подобные факты могут свидетельствовать о подаче кредитором заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Как указано в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6) по делу N А12-45751/2015, о  наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции указал на следующие обстоятельства.

Настоящее дело о банкротстве возбуждено на основании заявления ООО «Агромаркет», которое в своем заявлении ссылалось на погашение ООО «Зай» задолженности за КФХ «Фермер» перед ООО «Агромаркет», в обоснование чего представило соответствующие платежные поручения (т. 1, л.д. 63-64). 

Исходя из представленных платежных поручений (т. 1, л.д. 63-64), ООО «Зай» погасило задолженность за КФХ «Фермер» 13.09.2022 в сумме 300 000 руб. и 16.11.2022 в сумме 300 000 руб. Из назначений платежей усматривается, что платежи совершены по письму за КФХ «Фермер».

Кроме того, ООО «Басу-Трейд» обратилось в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов крестьянского (фермерского) хозяйства «Фермер» (т. 1, л.д. 65).

 При этом в своем требовании ООО «Басу-Трейд» ссылалось на то, что между ООО «Басу-Трейд» (покупатель) и КФХ «Фермер» (поставщик) заключен договор поставки № З-З-1410/2021-01 от 14.10.2021 (т. 1, л.д. 66-67). В обеспечение обязательств поставщика КФХ «Фермер» по данному договору поставки, между ООО «Басу-Трейд» (залогодержатель) и ООО «Зай» (залогодатель) заключен договор залога № ЗЛ-14102021-1 от 14.10.2021, по условиям которого ООО «Зай» предоставило в залог ООО «Басу-Трейд» два зерноуборочных комбайна в целях надлежащего исполнения КФХ «Фермер» всех обязательств по договору поставки № З-З-1410/2021-01 от 14.10.2021 (т. 1, л.д. 68).

Кроме того, ООО «Басу-Трейд» указывало на погашение ООО «Зай» задолженности за КФХ «Фермер» перед ООО «Басу-Трейд» 13.09.2022 в сумме 100 000 руб. и 16.11.2022 в сумме 200 000 руб.

Исходя из сложившейся на уровне Верховного Суда Российской Федерации устойчивой практики, о наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам оборота. В упомянутых случаях судом на лицо, в отношении которого представлена достаточная совокупность доказательств фактической аффилированности, может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Судебной коллегии по экономическим спорам от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), от 28.05.2018 N 301-ЭС17-22652(3), от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3), от 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837 и др.).

В рассматриваемом случае совершение ответчиком ООО «Зай» сделок по погашению задолженности КФХ «Фермер» перед иными контрагентами, а также сделок по предоставлению своего имущества в залог в обеспечение исполнения обязательств поставщика КФХ «Фермер» перед иными контрагентами, свидетельствует, по мнению суда, о совершении ООО «Зай» и КФХ «Фермер» между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам оборота, т.е. о наличии фактической аффилированности между должником и ответчиком.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции признал ответчика ООО «Зай» заинтересованным лицом по отношению к должнику.    

На даты совершения оспариваемых платежей у должника КФХ «Фермер» имелись не исполненные обязательства перед следующими кредиторами. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.01.2023 (дата объявления резолютивной части определения 23.01.2023) в отношении крестьянского (фермерского) хозяйства «Фермер» введено наблюдение. Временным управляющим крестьянского (фермерского) хозяйства «Фермер» утвержден ФИО1. 

Требование ООО «Агромаркет» в сумме 4 756 368,00 рублей включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов крестьянского (фермерского) хозяйства «Фермер», определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.06.2022 по делу № А65-4026/2022. 

Как следует из данного судебного акта, между ООО "АгроМаркет" и Главой крестьянского (фермерского) хозяйства "Фермер" ФИО3 утверждено мировое соглашение, согласно условиям которого крестьянское (фермерское) хозяйство «Фермер» обязалось погасить основной долг в размере 4 564 368 рублей и убытки в размере 27 000 рублей поставкой пшеницы урожая 2022 года в срок до 31 августа 2022 года по рыночной цене, сложившейся в Черемшанском районе Республики Татарстан на дату поставки пшеницы (п.2). 

В случае непоставки ответчиком истцу пшеницы в указанный в пункте 2 настоящего соглашения срок, ответчик обязуется в срок до 10.09.2022 погасить денежными средствами следующую задолженность: - основной долг в размере 4 564 368 рублей; - убытки в размере 27 000 рублей (п.3). 

Ответчик обязался погасить истцу сумму штрафа в размере 1 000 000 рублей денежными средствами в следующем порядке: - до 30 сентября 2022 года сумму в размере 500 000 рублей; - до 30 октября 2022 года сумму размере 500 000 рублей (п.4).

Далее, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.07.2023 в третью очередь реестра требований кредиторов крестьянского (фермерского) хозяйства «Фермер», включено  требование ООО «Элеватор Текэ Тау» в размере 2 983 843,34 рублей.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.08.2022 по делу № А65-8925/2022 с Крестьянского (фермерского) хозяйства "Фермер" в пользу ООО "Элеватор Текэ Тау" взыскано 2 846 410 руб. неосновательного обогащения, 99 702, 34 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 21.09.2021 по 28.02.2022, а также 37 731 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины, а всего 2 983 843, 34 руб. 

Выдан исполнительный лист серии ФС 039316655 от 17.10.2022.

Исходя из решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.08.2022 по делу  № А65-8925/2022 (т. 1, л.д. 24-27), 02.09.2021 между истцом (покупатель) и ответчиком (поставщик) был заключен договор поставки № 178-21, по условиям которого поставщик обязуется в обусловленные договором сроки передать в собственность покупателя товар, наименование, количество, качество и ассортимент которого согласовываются сторонами с спецификациях (по форме в приложении № 1 к настоящему договору), являющихся неотъемлемой частью настоящего договора, а покупатель обязуется принять и оплатить товар (п. 1.1 договора).

К договору поставки № 178-21 от 02.09.2021 сторонами была подписана спецификация № 1 от 02.09.2021 (приложение № 1), в которой были определены: наименование товара (пшеница 5 класса); количество тонн (200); цена за единицу измерения (15 700 руб.); стоимость (3 140 000 руб.). Срок оплаты определен как 100 % предоплата; срок поставки до 20.09.2021, с учетом достигнутых договоренностей по условиям и месту поставки. Грузоотправитель: КФХ «Фермер», грузополучатель: ООО "Элеватор Текэ Тау".

Платежным поручением № 985 от 03.09.2021 истец перечислил в пользу ответчика 3 140 000 руб., с указанием назначения платежа «за пшеницу по счету № 5 от 02.09.2021 (согласно договора № 178-21 от 02.09.2021, спец. 1)».

В спецификации № 1 сторонами был определен конкретный срок поставки – 20.09.2021. Товар поставлен не был, в связи с чем ООО «Элеватор Текэ Тау» обратилось с иском в арбитражный суд, который был удовлетворен.   

Кроме того, ООО «Басу-Трейд» обратилось в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов крестьянского (фермерского) хозяйства «Фермер» в сумме 8 566 267,43 руб. (т. 1, л.д. 65). Данное требование находится в стадии рассмотрения. 

Кредитор ссылался на наличие решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.01.2022 по делу № А65-28059/2021, которым с Крестьянского (фермерского) хозяйства "Фермер" в пользу ООО "Басу-Трейд" взысканы 1 540 000 рублей долга, 531 000 рублей пени, 436 500 рублей неустойки, а также продолжить начисление неустойки с 03.11.2021 по день фактической оплаты долга с применением ставки 1,5%, 38 934 рублей платы за пользование коммерческим кредитом, а также продолжить начисление платы за пользование коммерческим кредитом с 03.11.2021 по день фактической оплаты долга с применением ставки 0,09%, 34 811 рублей в счет возмещения расходов по государственной пошлине.

Исходя из данного решения (т. 1, л.д. 28-29), между ООО «Басу-Трейд» (покупатель, истец) и КФХ «Фермер» (поставщик, ответчик) был заключен договор поставки № 3-3-1410/2021-01 от 14 октября 2021 года в соответствии с которым, поставщик обязуется передать покупателю и/или грузополучателю покупателя (элеватор, производственное предприятие, сельскохозяйственное предприятие, переработчик или иной конечный потребитель) зерно (товар), а покупатель обязуется принять товар и оплатить его стоимость в размере, в сроки и на условиях, установленных в спецификациях (Приложение №1 к настоящему Договору)

Согласно спецификации №1 от «14» октября 2021 года КФХ «Фермер» обязался поставить Рапс в количестве 150 тонн по цене 49 600 рублей за тонну, общей стоимостью 7 440 000 рублей до 16.10.2021 года. Место поставки: склады АО "Арский элеватор", расположенные по адресу: РТ, 

<

...>, доставка осуществляется силами поставщика до АО «Арский элеватор».

ООО «Басу-Трейд» оплатило 3 720 000 рублей согласно счету №10 от 14.10.2021 платежным поручением №3862 от 15.10.2021.

Между тем, ответчик свои обязательства по поставке товара не исполнил, что послужило основанием для обращения ООО «Басу-Трейд» с иском в арбитражный суд, который был удовлетворен.   

Таким образом, в период совершения оспариваемых платежей (с 26.08.2021 по 08.06.2022) у должника начала образовываться задолженность перед кредиторами, которая погашена должником не была, впоследствии наличие данной задолженности подтверждено судебными актами арбитражного суда. 

Соответственно, изложенное свидетельствует о наличии у должника КФХ «Фермер» осведомленности о будущих правопритязаниях кредиторов на имущество должника с целью возврата задолженности. 

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что в момент совершения оспариваемых сделок активов должника хватало для покрытия его долга.  

Ответчик не мог не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии КФХ «Фермер» и поэтому не имел разумных ожиданий относительно того, что обязательства должником будут исполнены. Кризисная ситуация, как правило, возникает не одномоментно, ей предшествует период снижения прибыльности, который переходит в стадию объективного банкротства. 

Должник, ответчик не представили доказательств того, что в преддверии банкротства у должника имелась реальная возможность исполнения им своих обязательств, которая была утрачена в относительно короткий промежуток времени.

Аналогичная позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 N 308-ЭС19-4372 по делу N А53-15496/2017.

Сведений о наличии у должника какого-либо иного имущества (движимого, и т.д.), за счет которого возможно было удовлетворить требования кредиторов, материалы дела не содержат. 

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что должник на дату совершения оспариваемых сделок (с 26.08.2021 по 08.06.2022) являлся неплатежеспособным, поскольку имел неисполненные денежные обязательства (прекратил расчеты) перед кредиторами, требования которых включены в реестр кредиторов должника.

Кроме того, согласно правовой позиции, выраженной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4) сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

При этом ответчик, как указал суд, знал или должен был знать о признаках неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества должника. Данная презумпция вопреки правовой позиции, изложенной в пункте 7 Постановления Пленума № 63, ответчиком не опровергнута.

Кроме того, ответчик ООО «Зай» является заинтересованным лицом по отношению к должнику КФХ «Фермер», соответственно, был осведомлен о неплатежеспособности должника на даты совершения оспариваемых сделок. 

После перечисления денежных средств должником ответчику, должника какого-либо встречного исполнения не получил.    

Кроме того, учитывая повышенный стандарт в делах о банкротстве, а также афилированность должника и ответчика, последним должны быть представлены такие документы, которые бы полностью исключили бы любые разумные сомнения в реальности долга.

При установленных обстоятельствах суд пришел к выводу, что какого-либо встречного исполнения (товар, услуги, и т.д.) должник в результате совершения оспариваемых платежей не получил, наличие такого встречного исполнения какими – либо документами (договоры, счета – фактуры, товарные накладные, книги покупок и продаж, товарно – транспортные накладные, доверенности на получение товара, и т.д.), не подтверждено.

Ответчиком либо иными лицами возражения либо иные документы не представлены, каких – либо ходатайств (о фальсификации, о назначении экспертизы и т.д.) не заявлено, иных действий, направленных на обоснование своей позиции, не совершено.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что денежные средства в сумме 11 662 000 руб. перечислены со счета должника в отсутствие какого – либо встречного исполнения.

Соответственно, сделки совершены при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Кроме того, ответчик, получив от должника денежные средства в сумме 11 662 000 руб., какого-либо встречного исполнения должнику не предоставил, что в условиях обычного гражданского оборота является не типичным, поскольку перечислению денежных средств со стороны контрагента по сделке всегда корреспондирует какое – либо встречное исполнение.   

Изложенное также свидетельствует об осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества должника.   

С учетом изложенных обстоятельств суд приходит к выводу, сделки совершены должником при наличии у последнего признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, сделки были совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, с аффилированным лицом, в отсутствие встречного исполнения, в результате их совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделок.

С учетом изложенного, по мнению суда первой инстанции, имеются основания для признания сделок недействительными по основаниям, установленным п. 1 и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Относительно возможности квалификации оспариваемых сделок как совершенных со злоупотреблением правом суд указал на следующее.   

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Пунктом 1 статьи 10 названного кодекса установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления от 30.04.2009 №32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Поскольку сделки оспариваются в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ). 

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. 

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. 

В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. 

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 следует, что для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 ГК РФ, требуется, чтобы пороки выходили за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Таким образом, из анализа вышеприведенных положений законодательства о банкротстве, регламентирующего оспаривание сделок, следует, что во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановление Пленума № 63).

По общему правилу, сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Правонарушение, заключающееся в необоснованной передаче должником имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, например, вследствие неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента должника, является основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17- 4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(8,10) и др.).

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

При этом баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом, и тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановление Пленума N 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника, обращаясь в суд с настоящим заявлением, ссылался на совершение должником оспариваемой им сделки в отсутствие встречного исполнения, с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, при наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Вмененные ответчику нарушения в полной мере укладываются в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов. 

С учетом изложенного оснований для применения к спорным отношениям статей 10 и 168 ГК РФ, не имеется.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что заявление конкурсного управляющего о признании спорной сделки недействительной (ничтожной) на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть удовлетворено только при доказанности материалами дела наличия у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Между тем, в рассматриваемом случае приведенные конкурсным управляющим в обоснование заявления полностью охватываются диспозицией нормы статьи 61.2 Закона о банкротстве, и каких-либо иных обстоятельств, которые выходили бы за пределы дефектов подозрительных сделок, конкурсным управляющим не представлено.

Поскольку каких-либо иных аргументов и доказательств в обоснование своей позиции о ничтожности сделок, которые позволили бы прийти к иным выводам по данному вопросу, финансовым управляющим в настоящем обособленном споре не заявлено и не представлено, суд приходит к выводу об отсутствии всей совокупности необходимых и достаточных условий для признания оспариваемой сделки ничтожной по основаниям статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (пункт 1 статьи 71 АПК РФ).

На основании части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статей 9 и 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе в части представления (непредставления) доказательств, заявления ходатайств о проверке достоверности сведений, представленных иными участниками судебного разбирательства, а также имеющихся в материалах дела.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) лицо обязано доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований.

В рассматриваемом споре ответчик приведенные доводы и обстоятельства, указывающие на совершение спорной сделки в ущерб интересам кредиторов, не опроверг, экономических мотивов совершения сделки по отчуждению имущества в отсутствие встречного исполнения при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами в значительном размере, при наличии осведомленности ответчика о нахождении должника в неудовлетворительном финансовом состоянии, не раскрыл.

С учетом изложенного, сделки по перечислению с расчетного счета КФХ «Фермер»  на расчетный счет ООО «Зай» денежных средств в сумме 11 662 000 руб. суд первой инстанции признал недействительными на основании  п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего обособленного спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего обособленного спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, при этом отмечает, что апеллянтом не выполнены требования суда апелляционной инстанции, истребуемые определением от 29.01.2024 и от 08.04.2024 документальные доказательства не представлены, а именно:

- оригиналы универсально-передаточных документов за период с 25.08.2021 по 30.09.2022,

- документы, обосновывающие поставки между ООО «ЗАЙ» и КФХ «Фермер» (дополнительные соглашения, заявки, приложение №, спецификации, товарные накладные, платежные поручения, акты приема-передачи, акты сверок);

           - документы, подтверждающие хранение товара (договор-основание, дополнительные соглашения, УПД, спецификации, товарные накладные, платежные поручения, акты приема-передачи, акты сверок, доказательства наличия объектов недвижимости (складов) на праве собственности));

- документы, подтверждающие доставку товара по договору между ООО «ЗАЙ» и КФХ «Фермер» (договор-основание, договоры аренды транспортных средств, акты оказанных услуг, путевые листы, товарно-транспортные накладные; счета-фактуры; универсальные передаточные акты; платежные поручения, кассовые чеки, доказательства наличия транспортных средств на праве собственности, сведения о водителях, доверенности на водителей);

           - книги покупок и продаж, авансовые отчеты, кассовые книги и отчеты за период с января 2021 г. по декабрь 2022 года включительно;

- бухгалтерскую отчетность (форма № 1, 2) за период с января 2021 г. по декабрь 2022 г. включительно;

- расшифровку дебиторской задолженности за период с января 2021 г. по декабрь 2022 г. включительно;

- оборотно-сальдовые ведомости по счетам бухгалтерского учета, в т.ч. по 60, 62 (по суб. счетам) за период с января 2021 г. по декабрь 2022 г. включительно;

- карточку счета 51, 50 за период с января 2021 г. по декабрь 2022 г. включительно.

Суд апелляционной инстанции исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, установив обстоятельства, свидетельствующие о совершении должником сделок по перечислению денежных средств в пользу аффилированного по отношению к должнику лица в общем размере 11 662 000,00 руб. при отсутствии доказательств встречного предоставления, в период подозрительности, когда у должника имелись неисполненные обязательства перед независимыми кредиторами, то есть совершение оспариваемых сделок с целью причинения вреда должнику и имущественным правам кредиторов; ответчиком не подтверждено получение должником равноценного встречного предоставления по спорным перечислениям; установлена согласованность действий сторон сделок по выводу активов должника из конкурсной массы, приходит к выводу, что суд первой  правомерно признал оспариваемые сделки недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве и применили последствия их недействительности в соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Довод заявителя о совершении спорных платежей в результате осуществления должником обычной хозяйственной деятельности, опровергается материалами дела.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

          Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 08 октября 2023 года по делу №А65-32865/2022 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ООО "Зай" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 3 000,00 руб. государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                        А.В. Машьянова 

 

Судьи                                                                                      Д.К. Гольдштейн

 

Я.А. Львов