И М Е Н Е М  Р О С С И Й С К О Й  Ф Е Д Е Р А Ц И И

Р Е Ш Е Н И Е

04 февраля 2020 годаДело № А40-194753/2019-15-1489

Резолютивная часть решения объявлена  24 января 2020 года. 

Решение в полном объеме изготовлено 04 февраля 2020 года.

Арбитражный суд в составе: судьи Ведерникова М.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Балтаевой М.Х.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

АО "ОПТИМА" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

к ООО "МЕРАТРОН" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

от третьего лица: МИНОБОРОНЫ РОССИИ (119019, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА ЗНАМЕНКА, ДОМ 19, ИНН: 

<

***>).

По встречному иску ООО "МЕРАТРОН"  к АО "ОПТИМА" о признании недействительной односторонней сделки 

о взыскании денежных средств 

и приложенные к исковому заявлению документы, 

при участии представителей сторон:

от истца – ФИО2 По дов. №37 от 27.05.2019

от ответчика – ФИО3 по дов. №1/2019 от 10.05.2019; ФИО4 По дов. б/н от 03.10.2019

от третьего лица: не явился, не извещен

УСТАНОВИЛ:

АО "ОПТИМА" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к ООО "МЕРАТРОН" о взыскании неосновательного обогащения в размере 8 000 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 18 082,19 руб. за период с 15.07.2019 по 25.07.2019, проценты за пользование чужими денежными средствами начисленные на сумму неосновательного обогащения 8 000 000 руб. с 26.07.2019 по дату фактической оплаты долга.

Наряду с изложенным, в ходе судебного разбирательства по делу, ООО "МЕРАТРОН" было заявлено встречное исковое заявление о признании недействительным односторонний отказ от Лицензионного договора №01/5-Д15/ОИ-270 от 09.12.2015 на основании претензии от 15.07.2019, признать Лицензионный договор №01/5-Д15/ОИ-270 от 09.12.2015 действующим.

В соответствии с требованиями ст. 132 АПК РФ ответчик до принятия арбитражным судом первой инстанции судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, вправе предъявить истцу встречный иск для рассмотрения его совместно с первоначальным иском. Предъявление встречного иска осуществляется по общим правилам предъявления исков. Встречный иск принимается арбитражным судом в случае, если встречное требование направлено к зачету первоначального требования; удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска; между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению дела.

На основании изложенного, учитывая, что требования основаны на положениях одного Лицензионного договора №01/5-Д15/ОИ-270 от 09.12.2015, встречный иск принят судом к рассмотрению совместно с первоначальными исковыми требованиями.

Непосредственно исследовав все представленные по делу доказательства, заслушав пояснения представителей сторон в судебном заседании, суд пришел к выводу о необоснованности требований, заявленных как в рамках первоначального искового заявления, так и в рамках встречного иска, в силу следующих обстоятельств.

В отношении первоначального искового заявления, судом установлено следующее.

Применительно к требованиям, заявленным в рамках первоначального искового заявления, истец ссылается на следующие обстоятельства.

Между АО «Оптима» (далее - Лицензиат, Истец) и ООО «Мератрон» (далее -Лицензиар, Ответчик) был заключен лицензионный договор № 01-5/Д15/ОИ-270 от 09.12.2015 (далее - Договор).

В соответствии с пунктом 1.1 Договора Лицензиар предоставил Лицензиату право использования программы ЭВМ «Система объективного контроля (СОК) Gemonid (Гемонид)» (далее - Продукт), в соответствии с перечнем и объемом (количеством) лицензий, указанном в спецификации (приложение № 1 к Договору), а Лицензиат обязался принять и оплатить предоставляемое право использования Продукта.

Согласно пункту 2.3 Договора право на использование Продукта переходит к Лицензиату с момента подписания им предоставленного Лицензиаром акта приема-передачи прав.

В соответствии с пунктом 3.1 Договора стоимость лицензий (общая сумма вознаграждения Лицензиара) составляет 25 814 998,00 рублей.

В последующем между Лицензиатом и Лицензиаром было заключено дополнительное соглашение № 1 от 30.11.2016 к Договору (далее - Дополнительное соглашение), в соответствии которым Лицензиар обязался передать Лицензиату право использования на дополнительный объем Продукта за дополнительное вознаграждение в размере 9 234 967,00 рублей.

В соответствии с пунктом 2 Дополнительного соглашения Лицензиат обязался оплатить Лицензиару дополнительную сумму вознаграждения в размере 9 234 967,00 рублей в течение пяти рабочих дней с момента подписания Дополнительного соглашения.

Как пояснил истец в ходе судебного разбирательства по делу, последний во исполнение своих обязательств, предусмотренных Дополнительным \ соглашением, перечислил Ответчику денежные средства на общую сумму 8 000 000,00 рублей платежными поручениями № 4775 от 06.12.2016 на сумму 2 000 000,00 рублей, № 5090 от 22.12.2016 на сумму 1 000 000,00 рублей, № 5298 от 30.12.2016 на сумму 2 000 000,00 рублей, № 484 от 15.02.2017 на сумму 3 000 000,00 рублей.

Между тем Ответчик не исполнил свои обязательства, предусмотренные Дополнительным соглашением, и не передал Истцу право использования на дополнительный объем Продукта.

В целях внесудебного порядка урегулирования спора Истцом в адрес Ответчика была направлена претензия от 11.02.2019 о погашении образовавшейся задолженности в указанном размере. Согласно отчету об отслеживании почтовых отправлений, данная претензия была получена Ответчиком 20.02.2019, однако оставлена без ответа.

Далее Истцом в адрес ответчика направлена досудебная претензия в которой истец по первоначальному иску уведомил ответчика о расторжении Лицензионного договора № 01-5/Д15/ОИ-270 от 09.12.2015 и потребовал возвратить денежные средства в размере 8 000 000 руб.

На основании вышеизложенного АО "ОПТИМА" обратилось в суд с настоящим иском.

Непосредственно исследовав доводы истца по первоначальному иску в указанной выше части, суд пришел к выводу об их отклонении в полном объеме, в силу следующих обстоятельств.

Первоначальные исковые требования заявлены на основании статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, в рамках рассмотрения настоящего спора, судом установлено, что оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований не имеется, в силу следующих обстоятельств.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 указанного Кодекса

Таким образом, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

Как следует из материалов дела, 09 декабря 2015 года между ОАО «Оптима» (лицензиатом) и ООО «Мератрон» (лицензиаром) был заключен лицензионный договор о предоставлении права использования программы для ЭВМ № 01-5/Д15/ОИ-270.

В последующем между Лицензиатом и Лицензиаром было заключено дополнительное соглашение № 1 от 30.11.2016 к Договору (далее - Дополнительное соглашение), в соответствии которым Лицензиар обязался передать Лицензиату право использования на дополнительный объем Продукта за дополнительное вознаграждение в размере 9 234 967,00 рублей.

Как установлено в ходе судебного разбирательства по делу, Истец по первоначальному иску предоставил претензию от 15.07.2019, которая содержит по тексту уведомление о расторжении договора со ссылкой на неисполнение договорных обязательств в порядке ст. 715 ГК РФ. Ответчик по первоначальному иску подтвердил, что претензия от ОАО «Оптима» от 15.07.2019 была им получена.

Однако, в ходе судебного разбирательства по делу судом установлено, что у истца отсутствовали правовые основания для применения норм ст. 715 ГК РФ в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с п. 2 ДС № 1 100% оплата в размере 9 234 967 рублей 00 копеек осуществляется в течении 5 (пяти) рабочих дней с даты подписания Дополнительного соглашения. По факту частичная оплата в размере 8 000 000 рублей 00 копеек произведена четырьмя платежами в период с 06.12.2016 по 15.02.2017 года, остаток подлежащий оплате 1 234 967 рублей 00 копеек не оплачен до сих пор.

В соответствии с п. 3 ДС №1 сроки передачи прав (лицензий) согласовываются сторонами дополнительно путем подписания соответствующего приложения к Договору

Как пояснили представители ответчика по первоначальному иску, истец от подписания указанного приложения уклонился, и на момент рассмотрения спора указанный документ не подписан, поскольку неоднократные попытки урегулировать данный вопрос в рабочем порядке с директором АО «Оптима» результата не принесли, в связи с чем, акт приемки - передачи работ по ДС №1 от 27 декабря 2017 года подписан АО «Оптима» не был, несмотря на то, что все указанное программное обеспечение было поставлено ООО «Мератрон» и, частично (по причине недопоставки оборудования АО «Оптима»), установлено на оборудовании систем СОТС и СКУД на объекте в период до 20 декабря 2017 года и находится в рабочем состоянии в настоящее время, о чем истцу по первоначальному иску известно.

На соответствующие вопросы суда представители ответчика также пояснили, что в процессе выполнения работ ООО «Мератрон» разработало (по просьбе АО «Оптима») специализированное программное обеспечение (СПО) для интеграции комплекса «Регламент-ПП», производства АО «Оптима», с сторонними автоматизированными системами, производства ООО «Телеформ-ИС» и ООО «Прософт- Биометрике», произвело доработки шлюзов и турникетов для обеспечения выполнения регламентов МО РФ и комплекса «Регламент-ПП», осуществило установку СПО на объекте. 

В период до декабря 2016 года, было установлено 38 лицензий различных АРМ «Gemonid», по просьбе АО «Оптима» на время разработки комплекса «Регламент-ПП» (не представлен до сих пор), а также СПО ООО «Телеформ-ИС» (вместо восьми по договору), на момент рассмотрения спора из них используется на объекте 29 шт.

Доводы АО «Оптима» о том, что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие передачу программного обеспечения по дополнительному соглашению от 30.11.2016 № 1 к лицензионному договору о предоставлении права использования программы для ЭВМ от 09.12.2015 № 01-5/Д15/ОИ-270, в т. ч. акт приема-передачи прав, не могут быть признаны судом в качестве надлежащих оснований для удовлетворения исковых требований, заявленных в рамках первоначального иска, в силу следующего.

ООО «Мератрон» осуществило передачу прав на программное обеспечение АО«Оптима», указанное обстоятельство подтверждается представленными в материалы дела первичными документами, в т. ч.: правоустанавливающими документами на программное обеспечение, журналом выполнения работ, электронной перепиской, направлением в адрес АО «Оптима» акта приема-передачи и сопроводительных (технических) документов.

Кроме того, суд признает, что направление ответчиком в адрес истца акта посредством электронной почты является допустимым, поскольку в п. 10 лицензионного договора указаны контактное лицо со стороны АО «Оптима» ФИО5 и адреса электронной почты на домене optima.ru, электронные письма с передаточными документами были направлевы контактному лицу и иным должностным лицам АО «Оптима» на их электронные адреса, что позволяет подтвердить получение истцом по первоначальному иску указанных документов.

Суд также принимает во внимание, что какие-либо возражения против приемки программного обеспечения со стороны АО «Оптима» после получения указанных документов не поступали, что свидетельствует об их приемке ответчиком по встречному иску без замечаний.

ООО «Мератрон» не заявляло доводов о незаключенности дополнительногосоглашения от 30.11.2016 № 1 к указанному лицензионному договору. 

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу положений ст. 1235 ГК РФ срок передачи права не отнесен законом к существенным условиям договора. Отсутствие условия о сроке передачи в указанном дополнительном соглашении не позволяет сделать вывод о его незаключенности. Стороны обязаны были выполнять указанное дополнительное соглашение и подписать приложение к лицензионному договору с указанием сроков передачи программного обеспечения (п. 3 дополнительного соглашения от 30.11.2015 № 1), либо определить срок иным, предусмотренным ГК РФ способом (ст. 314 ГК РФ) в случае уклонения одной из сторон от согласования и подписания данного приложения.

Доказательства того, что АО «Оптима» предлагало ООО «Мератрон» заключить (подписать) приложение к указанному лицензионному договору, либо выдвигало требование о передаче программного обеспечения не представлено.

Указание ответчика по встречному иску на то, что условие о сроке передачи не является существенным условием лицензионного договора, не имеет отношения к рассматриваемому спору.

Таким образом, суд, оценив фактические обстоятельства и представленные доказательства в совокупности, пришел к выводу, что требования удовлетворению не подлежат, поскольку спорный договор является действующим, действует до полного исполнения сторонами предусмотренных договором обязательств, в установленном порядке не расторгнут, аванс был выплачен в рамках указанного договора, обязательство по передаче программного обеспечения фактически исполнено, оснований для расторжения спорного договора в порядке ст. 715 ГК РФ не усматривается.

Таким образом, суд не усматривает оснований для применения в рассматриваемом случае норм ст. 1102 ГК РФ, в связи с чем требования истца по первоначальному иску о вызскании неосновательного обогащения подлежат отклонению.

На основании вышеизложенных обстоятельств, суд также отказывает в удовлетворении требовании о взыскании с ответчика суммы как процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 18 082,19 руб. за период с 15.07.2019 по 25.07.2019 так и процентов за пользование чужими денежными средствами начисленных на сумму 8 000 000  руб. за период с 26.07.2019 по день фактической оплаты.

Наряду с изложенным, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения требований ООО "МЕРАТРОН"  (истец по встречному иску) о признании недействительным одностороннего отказа от Лицензионного договора №01/5-Д15/ОИ-270 от 09.12.2015 на основании претензии от 15.07.2019, заявленных в рамках встречного иска, в связи со следующим.

В обоснование встречных исковых требований истец по встречному иску указал, что 30 ноября 2016 года между АО «Оптима» (лицензиатом) и ООО «Мератрон» (лицензиаром) было заключено дополнительное соглашение № 1 к лицензионному договору о предоставлении права использования программы для ЭВМ № 01-5/Д15/ОИ-270.

В соответствии с п. 2 указанного соглашения оплата передаваемых прав в объеме приложения № 1 к соглашению в сумме 9 234 967 руб. производится в течение 5 рабочих дней с момента подписания соглашения.

Согласно п. 3 указанного соглашения сроки передачи прав использования программ ЭВМ в соответствии с условиями договора и соглашения будут согласованы сторонами дополнительно путем подписания соответствующего приложения к договору.

Всего АО «Оптима» уплатило ООО «Мератрон» в соответствии с указанным соглашением 8 000 000 руб. Таким образом, условия п. 2 указанного соглашения АО «Оптима» в полном объеме не выполнено.

Какое-либо приложение к указанному договору, которое устанавливало сроки передачи программы для ЭВМ, предусмотренное п. 3 дополнительного соглашения по настоящее время не подписано, предложение о его подписание и требование о передаче программы для ЭВМ АО «Оптима» в адрес ООО «Мератрон» по настоящее время не направляло.

Как указано выше, истец по встречному иску пояснил, что программа для ЭВМ в соответствии с указанными договором (п.п. 2.1.2) и соглашением фактически была передана конечному пользователю Министерству обороны Российской Федерации, что в ходе судебного разбирательства по делу ответчик не оспаривал. 

Вместе с тем, суд считает необходимым отметить, что исходя из толкования указанного соглашения, обязательство по передаче программы для ЭВМ для ООО «Мератрон» является встречным по отношению к обязательству АО «Оптима» о внесении предоплаты (п.2 соглашения), которое АО «Оптима» исполнено не было, что предоставляет ООО «Мератрон» право на приостановление передачи программы для ЭВМ независимо от согласования сроков ее передачи.

Согласно ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований, однако, истцом доказательств, подтверждающих нарушение его прав, суду не представлено.

Судом рассмотрены все доводы истца, однако они не могут служить основанием для удовлетворения иска, обратного в материалы дела истцом не представлено.

В соответствии с п. 1 ст. 2, ч. 1 ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. 

Под заинтересованным лицом понимается лицо, утверждающее о нарушении либо оспаривании его прав и законных интересов.

Способы защиты гражданских прав определены ст. 12 ГК РФ, другими нормами Гражданского кодекса и иными законами.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса.

При этом, избранный истцом способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

Согласно ч. ч. 2, 3 ст. 53 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, организации и граждане вправе обратиться в арбитражный суд в защиту прав и законных интересов других лиц в случаях, предусмотренных положениями Кодекса и другими федеральными законами, с обязательным указанием на то, в чем заключается нарушение публичных интересов или прав и (или) законных интересов других лиц, послужившее основанием для обращения в арбитражный суд.

Судом установлено, что заявителем избран ненадлежащий способ защиты нарушенного права, а заявленный предмет встречного иска и способ защиты нарушенного права не соответствует основанию иска, обстоятельствам и характеру нарушений его права, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Как указано выше, при разрешении исковых требований по первоначальному иску, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для расторжения договора по заявленным ответчиком основаниям. При этом, требования истца по встречному иску со ссылками на незаконность односторонней сделки по своей правовой природе являются требованием о восстановлении нарушенного права, которое в рассматриваемом случае отсутствует, учитывая установление судом фактических обстоятельств применительно к необоснованности ссылок истца по первоначальному иску на наличие у последнего права на одностороннее расторжение договора в силу неисполнения ООО «Мератон» встречных обязательств по указанным выше основаниям.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

При этом Гражданский кодекс Российской Федерации в соответствии с вытекающими из Конституции Российской Федерации основными началами гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) не ограничивает в выборе способа защиты нарушенного права и не ставит использование общих гражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия способов специальных.

Граждане и юридические лица вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению с учетом статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из характера спорных правоотношений и существа нарушенного права. Определение наиболее эффективного способа защиты своих прав осуществляется самим заявителем.

При выборе способа защиты нарушенного права необходимо учитывать, что судебный акт должен обладать свойством исполнимости, в случае, если принятие решения по такому делу не позволяет восстановить нарушенные права и не изменяет сложившуюся правовую ситуацию, отказ в иске является правомерным, поскольку способ защиты не приводит к восстановлению прав и имущественных интересов лиц.

На основании изложенного, требования Истца, заявленные в рамках  встречного искового заявления, также не подлежат удовлетворению в полном объеме

В результате исследования и оценки имеющихся в деле доказательств, арбитражный суд пришел к выводу о необоснованности требований, заявленных как в рамках первоначального искового заявления, так и в рамках встречного иска.

Расходы по оплате госпошлины и проведении по делу судебной экспертизы распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ и относятся на сторон.

При таких обстоятельствах, на основании ст.ст. 4, 65, 75, 110, 121, 123, 132, 156, 167-171, 175 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Первоначальные исковые требования отклонить.

Встречные исковые требования отклонить.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в Девятом арбитражном апелляционном суде.

СУДЬЯ:М.А. Ведерников