ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-53185/2018

Дело № А40-147348/17-95-194

г. Москва

19 ноября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 19 ноября 2018 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.С. Гарипова, 

судей И.М. Клеандрова, Р.Г. Нагаева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу 

ФИО2 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 04 сентября 2018 года 

об отказе в признании недействительным решения собрания кредиторов ООО «Брэнд» от 28.04.2018 по заявлению ФИО2,

по делу № А40-147348/17-95-194, вынесенное судьей Свириным А.А. 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Брэнд» - Гарус М.А., по дов. от 11.10.2018 г.,

от ФИО2 - ФИО3, ФИО4, по дов. от 18.01.2018 г.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.04.2018 в отношении ООО «БРЭНД» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего ООО «БРЭНД» назначен ФИО5 (ИНН 

<

***>), член Ассоциации ПАО ЦФО; сообщение опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 206 от 03.11.2017.

Судом рассмотрено заявление ФИО2 о признании недействительным решения собрания кредиторов ООО «Брэнд» от 28.04.2018.

Арбитражный суд города Москвы определением от 04 сентября 2018 года в удовлетворении заявления ФИО2 о признании недействительным решения собрания кредиторов ООО «Брэнд» от 28.04.2018 отказал.

Не согласившись с принятым определением, ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить определение Арбитражного суда г. Москвы от 04.09.2018 г. по делу № А40-147348/17 и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование своей позиции ФИО2 ссылается на нарушение норм права.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель ФИО2 поддержал доводы и требования апелляционной жалобы, представитель конкурсного управляющего ООО «Брэнд» возражал против ее удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалобы в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ. 

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что определение Арбитражного суда города Москвы подлежит отмене. 

Судом первой инстанции установлено, что 28.04.2018 состоялось первое собрание кредиторов должника, на котором присутствовали шесть конкурсных кредиторов, в том числе ФИО6 и ФИО7, требования которых были включены судом в третью очередь реестра требований кредиторов должника определениями от 13.11.2017.

При этом заявитель приобщил в материалы дела постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2018, согласно которому требования ФИО6 и ФИО7 были включены во вторую очередь реестра требований кредиторов.

На основании изложенного, ФИО2 полагает, что первое собрание кредиторов должника от 28.04.2018 подлежит признанию недействительным, поскольку с учётом постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2018 требования проголосовавших ФИО6 и ФИО7 не являются денежными обязательствами, подлежат учёту во второй очереди и, соответственно, данные лица не обладали правом голосовать на собрании кредиторов.

Руководствуясь ст. ст. 15, 32, 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суд первой инстанции требование оставил без удовлетворения, исходя из следующего. 

В настоящем случае, в повестку дня собрания кредиторов должника входили вопросы, которые отнесены Законом о банкротстве к компетенции первого собрания кредиторов, кроме того, заявитель на выход собрания кредиторов за пределы компетенции также не ссылается, в связи с чем суд пришел к выводу о том, что нарушений пределов компетенции первого собрания кредиторов в данном случае не допущено.

Порядок принятия решений собранием кредиторов определен в п. 1 и п. 2 ст. 15 Закона о банкротстве. Согласно п. 1 указанной нормы решения собрания кредиторов по вопросам, поставленным на голосование, принимаются большинством голосов от числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, присутствующих на собрании кредиторов, если иное не предусмотрено указанным Законом.

Положениями п. 2 ст. 15 Закона о банкротстве определен исчерпывающий перечень решений, которые принимаются большинством голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, требования которых включены в реестр требований кредиторов. 

Президиум ВАС РФ в п. 4 Информационного письма от 20.12.2005 № 97 указал, что такие решения принимаются большинством голосов не от числа присутствующих на собрании кредиторов, а от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов в соответствии с реестром требований кредиторов. К такому решению относится принятие решения об обращении в арбитражный суд с ходатайством о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Судом установлено, что на оспариваемом собрании кредиторов присутствовали представители кредиторов, обладающие 100 % голосов от числа кредиторов, имеющих право голоса, в связи с чем кворум, необходимый для признания собрания кредиторов должника от 28.04.2018 правомочным, имелся, решения собрания кредиторов приняты большинством голосов от общего количества голосов конкурсных кредиторов.

Исходя из положений п. 1 ст. 12 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в п. 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», участниками собрания кредиторов с правом голоса являются конкурсные кредиторы, требования которых включены в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов. Поскольку определение о включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов подлежит немедленному исполнению, право на участие в собрании кредиторов с правом голоса возникает у кредитора с момента вынесения определения о включении его требований в реестр.

В рассматриваемом случае на дату проведения спорного собрания требования ФИО6 и ФИО7 были включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника на основании судебных актов арбитражного суда. На момент проведения собрания кредиторов названные лица обладали статусом конкурсных кредиторов и, как следствие, правом на участие в собрании с правом голоса.

Доводы заявителя об обратном со ссылкой на то обстоятельство, что требования отмеченных лиц основаны на трудовых правоотношениях, суд первой инстанции признал ошибочными.

Пункт 6 ст. 16 Закона о банкротстве устанавливает специальное правило, согласно которому требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем только на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

На момент проведения спорного собрания определения суда о включении требований ФИО6 и ФИО7 в третью очередь реестра требований кредиторов отменены не были.

Данный вывод основан, в том числе, на п. 14 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017)».

Таким образом, поскольку на момент проведения собрания требования кредиторов ФИО6 и ФИО7 были признаны судом обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов, то по состоянию на дату проведения первого собрания кредиторов указанные лица являлись кредиторами должника и обладали правами участников собрания кредиторов.

Следовательно, основания, предусмотренные пунктом 4 статьи 15 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для признания решений собрания кредиторов недействительными, отсутствуют.

При этом суд первой инстанции также отмечает, что для признания рассматриваемого заявления обоснованным заявителю необходимо доказать, какие конкретно права и законные интересы заявителя нарушены оспариваемым решением собрания кредиторов.

Однако конкретных нарушений прав ФИО2 по тексту заявления не указано.

В отношении остальных доводов и доказательств, приведенных и представленных лицами, участвующими в деле, суд первой инстанции указывает, что они не приняты ко вниманию в силу их малозначительности, безосновательности, а также в связи с тем, что, по мнению суда, они отношения к рассматриваемому делу не имеют и (или) не могут повлиять на результат его рассмотрения.

Однако апелляционный суд полагает правомерными доводы апелляционной жалобы и требования ее заявителя. 

28.04.2018 г. состоялось первое собрание кредиторов ООО «Брэнд», в котором принимали участие представители следующих кредиторов Должника:

1. Представитель ФИО2 - ФИО8;

2. Представитель ООО «Бизнес Территория» - ФИО9;

3. Представитель ООО «Дон» - ФИО9;

4. Представитель ООО «Солод» - ФИО4;

5. Представитель ФИО10  - ФИО11-С;

6. Представитель ФИО6 - ФИО11-С;

В повестку дня данного собрания кредиторов входил вопрос об определении кандидатуры арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из числа членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего.

В силу абз. 8 ст. 2 Закона о банкротстве, конкурсными кредиторами являются кредиторы по денежным обязательствам.

При этом денежным обязательством признается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

Однако требования ФИО7 и ФИО6 вытекают не из гражданско-правовых сделок, а из заключенных ими трудовых договоров, которые регулируются не гражданским, а трудовым законодательством. Вследствие этого требования данных кредиторов не являются денежными обязательствами в смысле законодательства о банкротстве, а сами ФИО7 и ФИО6 не являются конкурсными кредиторами.

Исходя из положений п. 1 ст. 12 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в п. 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», участниками собрания кредиторов с правом голоса являются конкурсные кредиторы, требования которых включены в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов. Поскольку определение о включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов подлежит немедленному исполнению, право на участие в собрании кредиторов с правом голоса возникает у кредитора с момента вынесения определения о включении его требований в реестр (абз. 1 стр. 3 Определения).

Таким образом, исходя из вышеприведенной правовой позиции ВАС РФ, определения суда данного рода лишь включают требования кредиторов, которые являются конкурсными в силу наличия у них денежного требования к должнику.

Однако определение суда не может изменять статус кредитора по сравнению с тем, как он определен в Законе о банкротстве - в том случае, если кредитор не является конкурсным, он не может приобрести соответствующий статус на основании определения суда в противоречие с прямыми положениями норм права.

Таким образом, определение суда лишь включает требования конкурсных кредиторов в реестр требований, но не определяет кредиторов как конкурсных в то время, когда они не могут обладать таким статусом.

Применительно к настоящему делу ни ФИО6, ни ФИО7 не являлись конкурсными кредиторами на момент проведения собрания, поскольку иной подход напрямую бы противоречил положениям Закона о банкротстве, а измененное судом апелляционной инстанции определение суда о включении в третью очередь реестра требований кредиторов не могло поменять статус указанных кредиторов.

Согласно п. 3 ст. 12 Закона о банкротстве конкурсный кредитор, уполномоченный орган обладают на собрании кредиторов числом голосов, пропорциональным размеру их требовании к общей сумме требований по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, включенных в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Однако ввиду того, что требования ФИО6 и ФИО7 вытекают не из гражданско-правовых, а из трудовых правоотношений, они не являются требованиями по денежным обязательствам. Соответственно, учитывая отсутствие у данных кредиторов требований по денежным обязательствам, у них также отсутствует и число голосов, пропорциональное размеру их требований к общей сумме требований по денежным обязательствам.

ФИО2 и ООО «Солод» по вопросу повестки дня голосовали за утверждение кандидатуры арбитражного управляющего ФИО12 (ИНН 

<

***>, регистрационный № в сводном государственном реестре арбитражных управляющих - 7880), члена некоммерческого партнерства «Объединение арбитражных управляющих «Авангард», юридический адрес: 105062, 

<

...>, комн. 8, 9, 10), а не ФИО5.

ФИО2 в заявлении о признании недействительным решения собрания кредиторов ООО «Брэнд» от 28.04.2018 г. указал, что ввиду участия в голосовании собрания представителя ФИО6 и ФИО7 произошло и изменение соотношения голосов кредиторов. Так, ФИО2 и ООО «Солод» имели голоса в количестве 37,3 и 9,7 соответственно, что в общей сложности дало данным кредиторам лишь 47 голосов».

Также заявителем было указано, что при участии в собрании кредиторов лишь вышеперечисленных кредиторов третьей очереди, в действительности имеющих права на участие в нем, была бы утверждена та кандидатура арбитражного управляющего, голос за которую отдали ФИО2 и ООО «Солод», поскольку совокупный размер их требований к Должнику более чем в 2 раза превышает размер требований ООО «Дон» и ООО «Бизнес Территория».

Таким образом, оспариваемым собранием кредиторов ООО «Брэнд» от 28.04.2018 г. было нарушено право ФИО2 на возможность определять кандидатуру конкурсного управляющего должника.

Таким образом, вследствие принятия участия в собрании кредиторов неправомочных на голосование по вопросам повестки дня кредиторов, были нарушены как нормы Закона о банкротстве в части состава участников собрания кредиторов, так и права и законные интересы ФИО2 как конкурсного кредитора ООО «Брэнд».

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 04 сентября 2018 года по делу №А40-147348/17 отменить.

Признать недействительным решение собрания кредиторов ООО «Брэнд» от 28.04.2018, оформленное протоколом № 01 от 28.04.2018, об определении кандидатуры арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из числа членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего ФИО5, члена Ассоциации «СРО ПАУ ЦФО»

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:В.С. Гарипов

Судьи:И.М. Клеандров

Р.Г. Нагаев