АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-10347/22 

Екатеринбург

27 февраля 2023 г.

 

Дело № А60-64057/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 февраля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Артемьевой Н.А.,

судей Шершон Н.В., Новиковой О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – ФИО1, истец, заявитель кассационной жалобы) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2022 по делу № А60-64057/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие: 

представитель ФИО1 – ФИО2 (удостоверение адвоката, доверенность от 28.09.2021);

представитель индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – предприниматель ФИО3, ответчик) – ФИО4 (паспорт, доверенность от 10.01.2022).

Поступивший от общества с ограниченной ответственностью «Актив» (далее – общество «Актив», ответчик)  отзыв на кассационную жалобу, судом округа не принимается и к материалам дела не приобщается, поскольку в нарушение статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) отсутствуют доказательства заблаговременного направления его лицам, участвующим в деле. Поскольку отзыв подан в электронном виде через систему подачи документов «Мой арбитр», то таковой возвращению на бумажном носителе не подлежит.

 

ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском к обществу «Актив» и предпринимателю ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0204088:172.

Определением суда от 28.01.2022 в порядке, предусмотренном статьей 51 АПК РФ, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – общество «Сбербанк»), акционерное общество «Банк Интеза», ФИО5, финансовый управляющий его имуществом – ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «АСБ и Ко» в лице конкурсного управляющего ФИО7 (далее – общество «АСБ и Ко»).

Определением суда от 06.05.2022 производство по делу приостановлено в связи с проведением оценочной экспертизы, порученной эксперту общества с ограниченной ответственностью «Негосударственный экспертно-криминалистический центр» ФИО8

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда        от 29.11.2022 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что ФИО1 восстановлен в своих правах участника общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Рифеста-Холдинг» (далее – общество «УК «Рифеста-Холдинг»), о чем свидетельствует запись в Едином государственном реестре юридических лиц от 19.11.2021, это позволило ему обратиться в суд с настоящим иском о признании договора купли-продажи № 33 от 17.12.2018, заключенного между обществом «Актив» и предпринимателем ФИО3, недействительным; вывод апелляционного суда о том, что ФИО1 обратился в суд с иском как участник общества «Актив» не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Заявитель кассационной жалобы полагает, что поскольку при рассмотрении дела              № А60-49351/2020 ФИО1 признал исковые требования в полном объеме, то вывод суда апелляционной инстанции о противоречивости и недобросовестности поведения ФИО1 путем подачи исковых требований по оспариванию данной сделки является необоснованным и подлежит исключению из мотивировочной части судебного акта. 

Заявитель кассационной жалобы указывает, что после введения наблюдения в отношении одной из компаний группы (общества «АСБ и КО»), 17.12.2018 между обществом «Актив» и предпринимателем ФИО3 заключен оспариваемый договор купли-продажи недвижимого имущества № 33 по цене 13 000 000руб., в то время как кадастровая стоимость нежилого помещения составляет 39 020 840 руб.21 коп., а рыночная стоимость более 40 000 000 руб.; настаивает, что фактически совершенная сделка направлена на сокрытие ликвидных активов группы компаний Рифеста (не только недвижимого имущества, но и материальных ценностей в виде ювелирных изделий) с целью уклонения от погашения требований кредиторов и, по сути своей, входит в целую цепочку сделок, имеющих единую конечную цель –скрыть ликвидное имущество от притязаний кредиторов и не позволить обращение на него взыскания; оформив сделку на подконтрольное лицо, ФИО5 также исключил возможность притязаний кредиторов в рамках своей процедуры банкротства с целью создания условий, при которых исполнение обязательств, вытекающих из субсидиарной ответственности, стало невозможным.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судами не дана оценка доводам истца о том, что подписание им протокола общего собрания учредителей общества «Актив» было совершено с пороком воли, при явном заблуждении и обмане; по результатам проведенного исследования медицинских документов ФИО1 установлено комплексное воздействие на головной мозг всех имеющихся у ФИО1 заболеваний, прогрессирование нарушений психики в виде когнитивных расстройств, в том числе нарушение мышления, замедленность психических процессов, нарушение способности планировать и контролировать свои действия; ФИО1, практически безвозмездно (по номинальной стоимости) передавая долю в ювелирном бизнесе группы компаний Рифеста, надеялся на погашение всех обязательств группы компаний, что гарантировал его бизнес-партнер ФИО5 при подписании документов; с учетом медицинского анамнеза ФИО1, последний был введен в заблуждение относительно истинных мотивов заключения взаимосвязанных сделок и подписания различных документов по просьбе ФИО5

Помимо прочего, по мнению заявителя кассационной жалобы, судами не принято во внимание, что в указанный промежуток времени ФИО1 не мог присутствовать на собрании участников по адресу: ул. Монтажников, д. 20, поскольку находился в ином конце города (в кафе на ул. Войкова, д. 2), что подтверждается детализацией расходов по банковской карте; согласно книге учета въезда на территорию по ул. Монтажников, д. 20, в дату собрания 05.12.2018 автомобиль ФИО1 на территорию не заезжал, в том числе и в обозначенный промежуток времени с 9.00 ч до 11.00 ч; прослеживаются признаки подделки протокола общего собрания учредителей общества «Актив» от 05.12.2018, поскольку в разделе «принятые решения» конечная сумма сделки не указана, имеется только на второй странице протокола в описательной его части, подпись ФИО1 на которой отсутствует, при этом подпись на сшивке листов документов имеет явные отличительные признаки с подписью, расположенной на 3 листе данного протокола; при предоставлении протокола общего собрания участников № 45 от 05.12.2018 не соблюдены требования подпункта 3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) о его нотариальном удостоверении.

Кроме того, заявитель полагает ошибочными выводы судов о том, что в результате реализации объекта недвижимости банк, являясь залогодержателем спорного имущества, имел право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами; действуя добросовестно и разумно, третье лицо общество «Сбербанк» в условиях несостоятельности (банкротства) общества «АСБ и КО» обязано было реализовать объекты залога именно одним из предусмотренных соглашением способом с определением начальной цены реализации с учетом не менее ее залоговой стоимости и реализовать предмет залога с торгов; банк не воспользовался предоставленным правом выбора способа реализации предмета залога, а одобрил сделку по реализации объекта недвижимости общества «Актив» по явно заниженной (относительно рыночной и залоговой) стоимости, а именно, по цене исключительно в пределах существующей задолженности; ссылки на определение рыночной цены исходя из спроса на рынке недвижимости в спорный период также являются бездоказательными, не соответствующими приведенным выше положениям закона, поскольку представленные скриншоты объявлений, размещенных ФИО5 (лицом, фактически выводившим активы компаний в свою собственность), с различных сайтов продажи объектов недвижимости относительно спорного объекта от различных дат таковыми доказательствами не являются, а лишь указывают на реализацию задуманной ранее им схемы; представленные объявления не согласуются с позицией ответчика о понижении цены на объект, поскольку объект недвижимости выставлялся в различные даты по разной стоимости (без динамики понижения цены).

Заявитель кассационной жалобы настаивает на том, что спорная сделка совершена в условиях недобросовестности общества «Сбербанк», требования которого были включены в реестр требований кредиторов общества «АСБ и КО», и которое скрыло информацию о наличии дополнительного предмета залога группы компаний в виде ювелирных изделий и драгоценных камней по существующим кредитным обязательствам на сумму более 10 млн. руб.; действуя добросовестно и разумно с должной степенью осмотрительности, предприниматель ФИО3 должен был получить полную информацию об объекте недвижимости, существующих обязательствах юридического лица, проверив, в том числе наличие претензий кредиторов к продавцу и возбужденные судебные разбирательства; отмечает, что представителем ФИО3 является ФИО9 на основании доверенности от 20.03.2019,  который также являлся представителем общества «УК «Рифеста-Холдинг» после отчуждения долей на подконтрольную ФИО5 компанию ТОО «Ника Проф»; договор купли-продажи подлежал государственной регистрации, однако доказательств осуществления такой государственной регистрации в материалы дела не представлено; вопрос платежеспособности покупателя (наличие реальной возможности совершить сделку) судами не был надлежащим образом исследован; указывает, что договор является сделкой без фактического одобрения крупной сделки истцом, как учредителем общества «УК Рифеста-Холдинг».

В отзывах на кассационную жалобу предприниматель ФИО3, общество «Сбербанк», ФИО5 просят оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Актив» зарегистрировано в качестве юридического лица 08.10.2003.

Единственным участником общества «Актив» является общество «УК «Рифеста-Холдинг», участником которого с долей 1/2 в уставном капитале является истец ФИО1; единоличным исполнительным органом общества «УК «Рифеста-Холдинг» являлся ФИО5, который                  до 11.12.2018 также являлся участником общества с долей 1/2.

Как указывает истец, между обществом «Актив» и предпринимателем ФИО3 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества № 33 от 17.12.2018, предметом которого являлось нежилое здание, состоящее из 2 (двух) этажей, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 66-66-01/876/2007-245, общей площадью 1260,5 кв. м.

Согласно пункту 3.1 договора цена объекта составила 13 000 000 руб.

Помещение принадлежало обществу «Актив» на праве собственности на основании договора № 1 от 20.02.2004, зарегистрированного Управлением Федеральной регистрационной службы по Свердловской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28.01.2008 сделана запись регистрации № 66-66-01/876/2007-245.

Обращаясь с требованием о признании договора купли продажи объекта недвижимости № 33 от 17.12.2018 недействительным (ничтожным) в соответствии со статьями 10, 168, 170 ГК РФ, истец ссылался на следующие обстоятельства.

Исполнительным органом общества «УК «Рифеста-Холдинг» являлся ФИО5, от лица которого подписан спорный договор с предпринимателем ФИО3.

ФИО1, являясь участником группы компаний Рифеста, в управленческую деятельность не вмешивался, в том числе по причине болезни, финансовая отчетность организаций свидетельствовала о прибыльности бизнеса, активы предприятий всегда имели запасы в виде драгоценных камней и ювелирных изделий, имелось дорогостоящее оборудование и недвижимость. 

Общество «Актив» является учредителем (с долей 99,9%) общества «АСБ и КО», которое решением Арбитражного суда Свердловской области                 от 26.02.2019 по делу № А60-36936/2018 признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство.

Как указал истец, в декабре 2018 года во время процедуры наблюдения обществу «АСБ и КО» от ФИО5 поступило предложение переоформить доли обществ холдинга на подконтрольных ему лиц с целью получения возможности за счет активов компании погасить требования кредиторов и задолженность по кредитным обязательствам.

Полагаясь на доверительные отношения со ФИО5 и учитывая объективную невозможность принимать активное участие в деятельности компаний группы Рифеста, ФИО1 подписал ряд документов по фактической передаче ФИО5 полного контроля за деятельностью компаний по номинальной стоимости с единственной целью – погашение возникших задолженностей перед кредиторами группы компаний.

Между тем определением Арбитражного суда Свердловской области      от 25.02.2020 по делу № А60-36936/2018 со ФИО5 и ФИО1 солидарно в пользу общества «АСБ и КО» были взысканы убытки в сумме 20 582 526 руб. 92 коп.

Истец, полагая, что спорная сделка совершена лишь для вида, с целью сокрытия актива от добросовестных кредиторов в рамках дела о банкротстве общества «АСБ и КО», по цене, явно не соответствующей рыночной стоимости объекта, и в период действия обеспечительных мер, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском. 

Истец также указал, что действия предпринимателя ФИО3, приобретающего имущество по цене, явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными с учетом наличия банкротства организации, учредителем которой являлось общество «Актив»; ответчик, находясь в сговоре со ФИО5, действовал с намерением последнего вывести имущество из-под угрозы обращения на него взыскания, либо понимал, что продавец избавляется от имущества по заниженной цене ввиду объективных неблагоприятных для него причин, как следствие, покупатель прямо или косвенно был осведомлен о противоправной цели продавца.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции проанализировал имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, пришел к выводу о том, что рыночная стоимость объекта была скорректирована с учетом отсутствия спроса по более высокой цене; денежные средства от исполнения оспариваемой сделки были направлены на погашение обязательств общества «Актив» перед обществом «Сбербанк»; совершение сделки было одобрено на общем собрании участников общества «Актив».

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции и оставил решение без изменения.

При этом суды руководствовались следующим.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 2, 3 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе; требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

Ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Из приведенных нормативных положений следует, что заинтересованным в судебной защите является лицо, имеющее законное право или охраняемый законом интерес, а предъявленный этим лицом иск выступает средством защиты его нарушенного права и законных интересов.

Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицом, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

При предъявлении иска о признании сделки недействительной лицо, не являющееся участником этой сделки, в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о том, что его права и охраняемые законом интересы нарушены при совершении сделки и избранный им способ защиты направлен на восстановление именно его прав и интересов.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

 В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Проанализировав доводы истца о заниженной стоимости отчуждения объекта недвижимости, установив, что на дату заключения спорного договора купли-продажи объект недвижимости находился в залоге у общества «Сбербанк» на основании договора ипотеки № 1 от 09.09.2016  в редакции дополнительных соглашений в обеспечение кредитного договора № 

<

***>       от 14.10.2013, № 1221/4903/0792/87919/13 от 17.12.2013, залоговая стоимость объекта определена в сумме 24 360 000 руб.; приняв во внимание пояснения ответчика ФИО3  и ФИО5 о том, что предложенная цена обусловлена необходимостью срочно реализовать данный объект недвижимости с целью погашения задолженности по просроченным банковским кредитам; отметив, что обществом «Актив» и обществом «Сбербанк» предпринимались меры по поиску покупателей на открытом рынке, начиная с цены 44 млн руб. в 2017 году с постепенным снижением в течение 2018 года до цены в 15 млн руб., результатом чего стала реализация объекта ответчику ФИО3 по цене 13 млн руб.; установив, что денежные средства, вырученные от продажи объекта, были направлены на основании платежных поручений № 445476 от 18.12.2018 и № 445 от 18.12.2018 покупателем непосредственно на счет общества «Сбербанк» в погашение задолженности общества «Актив» (поручителя и залогодателя по кредиту) и на счет акционерного общества «Банк Интеза» в погашение задолженности общества «Актив», суды первой и апелляционной инстанций констатировали, что за счет продажи предмета залога были удовлетворены требования кредиторов общества «Актив», а злоупотребление правом участников сделки не усматривается.

Отклоняя доводы истца о заниженной стоимости отчуждения со ссылкой на заключение эксперта № 43/22, установившего по результатам проведенных исследований рыночную стоимость спорного объекта недвижимости по состоянию на 17.12.2018 в размере 41 312 000 руб., суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что при постановке выводов экспертом не было учтено, что объект находился на момент продажи в залоге, у продавца отсутствовало право собственности на земельный участок под объектом, что имеет существенное значение для продажи объекта при обращении на него взыскания, а также приняли во внимание, что фактическая стоимость спорного объекта скорректирована с учетом отсутствия спроса по более высокой цене, и то, что в период экспонирования объекта в банк неоднократно обращались потенциальные приобретатели, но они были вынуждены отказаться от сделки в связи с отсутствием у собственника строения документов на землю.

Судами первой и апелляционной инстанций также установлено, что истец как учредитель общества «Актив» с долей участия 50% одобрил данную сделку, это следует из протокола общего собрания учредителей общества «Актив» № 45 от 05.12.2018, наличие подписи на данном протоколе, принадлежащей ФИО1, последним не оспорено, о фальсификации протокола не заявлено; оснований для признания протокола общего собрания участников общества «Актив» № 45 от 05.12.2018  недостоверным и ненадлежащим доказательством, судами не установлено.

Исследовав доводы истца о том, что в момент подписания протокола ФИО1 был введен в заблуждение и не мог понимать значения своих действий, мотивированные наличием у истца в спорный период когнитивных расстройств, оценив заключение специалиста ФИО10 (врача-психиатра) от 08.12.2021, отметив, что заключение составлено без осмотра пациента, на основании выписок из медицинских документов, относящихся к различным периодам, суды пришли к выводу, что относимых доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что в момент совершения сделки ФИО1 мог находиться в таком состоянии, что не понимал значения своих действий и суть происходящего, в материалы настоящего дела не представлено. 

С учетом изложенного выводы судов об отсутствии оснований для признания недействительным договора купли-продажи № 33 от 17.12.2018 являются обоснованными.

Наличия в действиях сторон оспариваемой сделки злоупотребления правом и того, что стороны при его заключении действовали с целью причинения вреда обществу, его кредиторам и истцу судами не выявлено. Иного не доказано, в материалах дела не содержится.

Вопреки суждениям ФИО1, не согласного с выводами судов об отсутствии признаков ничтожности спорной сделки, суды констатировали, что оспариваемая сделка является экономически оправданной, поскольку ее следствием явилось прекращение обязательств общества «Актив» в соответствии с договорами залога и поручительства с банками, что привело к уменьшению долга по кредитному соглашению на 13 млн руб., а также к снижению обязательств поручителей по кредитному соглашению, в том числе ФИО1 Снижение цены продажи имущества было вызвано объективными обстоятельствами, а не умыслом сторон сделки, предпринимателем ФИО3 представлены доказательства владения и пользования купленным объектом. 

Кассационная жалоба не содержит доводов, свидетельствующих о несоответствии выводов судов установленным ими обстоятельствам по делу, а изложенные в кассационной жалобе доводы заявлены без учета выводов судов, не опровергают их, а повторяют доводы, которые являлись предметом проверки судов первой и апелляционной инстанций, доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами судов, основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка.

Несогласие с их оценкой, иная интерпретация, а также неправильное толкование заявителем жалобы норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 АПК РФ).

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (части 1, 3 статьи 286 АПК РФ).

Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Правильно определив предмет судебного исследования по настоящему спору, суды первой и апелляционной инстанций надлежащим образом исследовали и оценили все представленные заявителем доводы и возражения.

При проверке законности обжалуемых судебных актов судом кассационной инстанции не установлено нарушений судами норм материального либо процессуального права, в связи с чем оснований для отмены принятых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2022 по делу         № А60-64057/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Н.А. Артемьева 

 

Судьи                                                                                    Н.В. Шершон 

 

                                                                                              О.Н. Новикова