ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Суворова, 

<

...>, тел. / факс 

<

***> 

 E-mail: i № fo@21aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А83-742/2023

29 сентября 2025 года

г. Севастополь

 Резолютивная часть постановления оглашена 22 сентября 2025 года  

Полный текст постановления составлен 29 сентября 2025 года 

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Котляровой Е.Л.,  

судей Вахитова Р.С., ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания до объявленного перерыва секретарем судебного заседания Межевой К.С., после объявленного перерыва секретарем судебного заседания Черемисиной В.В.,  

в присутствии в судебном заседании до объявленного перерыва:  

от общества с ограниченной ответственностью «Пожарная безопасность»  

(ОГРН: 

<

***> – ФИО2, представителя по  

доверенности от 21.07.2025, 

от конкурсного управляющего ФИО3 – ФИО4  

Ларисы Николаевны, представителя по доверенности от 12.01.2025, 

ФИО5, 

от общества с ограниченной ответственностью «Бастион» - ФИО6  

Сергеевича, представителя по доверенности б/н от 15.05.2025 (посредством системы  

онлайн-заседаний), 

в присутствии в судебном заседании после объявленного перерыва::  

от общества с ограниченной ответственностью «Пожарная безопасность»  

(ОГРН: 

<

***> – ФИО2, представителя по  

доверенности от 21.07.2025, 

от конкурсного управляющего ФИО3 – ФИО4  

Ларисы Николаевны, представителя по доверенности от 12.01.2025, 

ФИО5, ФИО7, 

рассмотрев апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Пожарная безопасность» в лице конкурсного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Крым от 20.03.2025 по делу № А83-742/2023 в рамках обособленного спора  

по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО3  

к ФИО5 (ИНН 

<

***>), Обществу с ограниченной ответственностью «Пожарная безопасность» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)  

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 17 246 804,31 руб.  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «Пожарная безопасность» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Крым 12.01.2023 обратилось ООО «Кубаньгазэнергосервис» с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Пожарная безопасность» несостоятельным (банкротом).  

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 01.07.2024 ООО «Пожарная безопасность» признано несостоятельным (банкротом) и введена в отношении должника процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО3.  

В суд первой инстанции 04.09.2024 от конкурсного управляющего поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ООО «Пожарная безопасность» (далее – Общество, ответчик) по обязательствам должника ООО «Пожарная безопасность» (далее – Должник), ООО «Пожарная безопасность» просило взыскать солидарно в пользу должника 17 246 804,31 руб.  

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 20.03.2025 в удовлетворении требований отказано.  

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.  

Жалоба мотивирована тем, что судебный акт является незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального прав, вынесен при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела.  

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что судом первой инстанции не приняты меры, направленные на установление исчерпывающих обстоятельств по делу, не была дана оценка таким доказательствам как полная идентичность оттисков печатей, логотипов и фирменных бланков должника и ответчика. По мнению конкурсного управляющего ФИО3 недобросовестные действия ФИО5 по созданию зеркальной должнику организации были направлены на безвозмездный перевод уже устоявшегося и слаженного бизнес-механизма на новую, подконтрольную ФИО5 организацию, имеющую полную идентичность с должником по всем отличительным критериям юридического лица.  

Определением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2025 настоящая апелляционная жалоба принята к производству суда апелляционной инстанции и назначена к рассмотрению.  

Суд в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) разместил информацию о совершении процессуальных действий по делу на сайте Двадцать первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет (http://21aas.arbitr.ru/).  

В своих отзывах ответчики ФИО5 и ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>) просили оставить определение суда первой инстанции без изменений, в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, указывают на необоснованность доводов конкурсного управляющего относительно недобросовестности действий при создании ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>) и полной идентичности должника и ответчика ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>). Кроме того, ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>) также отмечало, что ответчик не является контролирующим должника лицом и не получал выгоду от деятельности должника, утверждения заявителя о том, что ответчик фактически перевел действующие договора должника с его контрагентами на новое общество, носят предположительный характер и должны подтверждаться документально.  

Судебное заседание откладывалось, в порядке статьи 158 АПК РФ. 

В судебном заседании в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 22 сентября 2025 года до 15 часов 40 минут.  

После объявленного перерыва, лица, участвующие в деле, поддержали свои правовые позиции.  

Представитель конкурсного управляющего, ФИО7 (в качестве кредитора) просили судебный акт в обжалуемой части отменить, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ООО «Пожарная безопасность» по обязательствам должника удовлетворить.  

ФИО5 против удовлетворения жалобы возражал, считает, что правовые оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должника отсутствуют, поскольку последним не доказан весь состав условий для привлечения его к субсидиарной ответственности. Также указал, что отзыв от представителя ФИО8, который согласился с доводами конкурсного управляющего в полном объеме и указал на обоснованность заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, является ошибочными, также сообщил, что ФИО8 более не является его представителем.  

Ответчик ООО «Пожарная безопасность» просил оставить судебный акт без изменения.  

Определение Арбитражного суда Республики Крым от 20.03.2025 по делу № А83-742/2023 обжалуется в части не привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в порядке пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ввиду чего законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверяется судом апелляционной инстанции в части, в порядке части 5 статьи 268 АПК РФ.  

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266, 268, 272 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, в обжалуемой части, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ) о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.  

Согласно статье 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1).  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4).  

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункт 5).  

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что контролирующим должника лицом может быть признано не только то лицо, которое напрямую определяло действия должника, но и лицо, которое извлекало выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения непосредственно контролирующих должника лиц.  

Из материалов дела и выписки из ЕГРЮЛ следует, что в качестве юридического лица должник ООО «Пожарная безопасность» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) зарегистрировано 28.04.2014. Учредителем должника с момента создания общества до 15.10.2019 являлся ФИО9. С 16.10.2019 единственным участником должника является общество с ограниченной ответственностью «Крымский регистратор».  

Как следует из материалов регистрационного дела в отношении Должника, ФИО5 в период с создания общества – 28.04.2014 (решение № 1 единственного участника от 21.04.2024) по 02.03.2020 (приказ № 1 от 02.03.2020 о прекращении (расторжении) трудового договора) являлся руководителем должника, в дальнейшем полномочия руководителя должника исполнялись: ФИО10 в период с 15.05.2020 по 27.12.2020, ФИО11 с 28.12.2020 по 08.04.2021 (приказ № 6 от 08.04.2021 о прекращении полномочий директора), при этом, данное лицо, было указано в графе «лицо, имеющее право без доверенности действовать от имени юридического лица» вплоть до даты введения процедуры конкурсного производства в отношении должника с пометкой о недостоверности сведений.  

Основным видом деятельности ООО «Пожарная безопасность» является «43.21 Производство электромонтажных работ».  

Учитывая вышеуказанные нормы права, разъяснения Пленума, а также фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО5, будучи руководителем Должника в период с общества 28.04.2014 по 02.03.2020, являлся контролирующим должника лицом.  

Из заявления конкурсного управляющего усматривается, что основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, предусмотрены подпунктом 2 пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве. Конкурсным управляющим было указано, что документация должника не была передана ему, в результате чего существенно затруднено проведение процедуры банкротства, что привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов должника.  

Согласно пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:  

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;  

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.  

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.  

Согласно доводам конкурсного управляющего, неисполнение ФИО5 обязанности по передаче управляющему документации и имущества должника влечет  

невозможность формирования конкурсной массы должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.  

Как установлено судом апелляционной инстанции, в рассматриваемом деле, судом были признаны обоснованными требования следующих кредиторов:  

 АО КБ «Интерпромбанк» в размере 992 824,18 руб. (определение от 16.10.2023), требования возникли из соглашения от 14.02.2018 о предоставлении банковской гарантии;  

 ФНС России в размере 57 046,34 руб. (определение от 23.10.2023), задолженность образовалась в связи с неуплатой обязательств по страховым взносам за отчетные периоды 2019 года - 1 квартала 2020 года;  

 Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Крым в размере 63 105,14 руб. (определение от 17.10.2024), требования по пени в связи с просрочкой обязательств по выполнению государственного контракта на выполнение работ по монтажу автоматической системы пожаротушения в помещениях ТФОМС Республики Крым № 267 от 01.10.2018;-  ООО «Бастион» в размере 4 659 552,37 руб. (определение от 27.11.2023), требования возникли из дилерских договоров № 1/032017 от 03.01.2017, и № 1/032018 от 03.01.2018;  

 ООО «Инвест Плюс» в размере 2 548 394,92 руб. (определение от 16.10.2023), требования возникли из договора № ПМ-43К на монтажные и пуско-наладочные работы систем автоматической пожарной сигнализации и оповещения о пожаре от 03.05.2018.  

Таким образом, перечисленные обязательства перед кредиторами, чьи требования признаны обоснованными судом, возникли по договорам, заключенным и исполнявшимся в период, когда руководителем общества являлся ответчик ФИО5  

Вместе с тем, после ФИО5 полномочия руководителя должника исполнялись: ФИО10 в период с 15.05.2020 по 27.12.2020, ФИО11 с 28.12.2020 по 08.04.2021.  

Суд пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к ответственности за неисполнение обязанности по передаче документации, поскольку, материалами дела подтверждается, что ФИО5 на момент введения в отношении общества соответствующей процедуры банкротства директором должника не являлся. Доказательств фактического нахождения документов общества у ответчика ФИО5 материалы спора не содержат. Ответчик ФИО5 указывает, что после своего увольнения, все документы, печати, бухгалтерская документация были оставлены по месту фактического нахождения офиса должника. В ходе процедуры наблюдения, временный управляющий должника с ходатайством об истребовании к последнему руководителю также не обращался. Судом первой инстанции было указано, что конкурсным управляющим сведений об обращении с ходатайством об истребовании к последнему руководителю ФИО11 не представлено, сведения об истребовании у ФИО5 документов в порядке искового производства (корпоративный спор) также отсутствуют. При этом, как усматривается судом, обществом сдавалась бухгалтерская отчетность за 2020 год.  

В тоже время, суд апелляционной инстанции отмечает, что в данной части судебного акта суда первой инстанции, доводов жалобы не приведено, судебный акт в части отказа о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве не обжалуется.  

В настоящем обособленном споре рассматривались требования к ФИО5 и ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невозможность полного погашения требований кредиторов на основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Конкурсным управляющим было заявлено о недобросовестном поведении по созданию «зеркальной» компании и перевода активов должника на нее.  

 В силу требований пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

Рассматривая спор по существу и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ и общедоступных сведений в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» судебной коллегией установлены следующие обстоятельства: общество ООО «Пожарная безопасность» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 06.04.2020. Основной вид деятельности – ОКВЭД 43.21 «Производство электромонтажных работ» (аналогичный должнику основной вид деятельности).  

Учредителями общества выступили ФИО12 (33,4 %) и ФИО13 (66,6 %).  

09.09.2022 в составе учредителей общества ФИО12 заменила ФИО14 с тем же размером доли в уставном капитале (33,4 %).  

С 06.12.2024 ФИО13 выбыла из состава учредителей ООО «Пожарная безопасность» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).  

ФИО5 исполнял обязанности руководителя ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>) с 27.09.2021 по 10.12.2024.  

В настоящее время генеральным директором и единственным участником общества является ФИО14.  

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.  

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.  

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода,  

получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.  

Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим.  

Как разъяснено в пункте 3 Постановления № 53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.  

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.  

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 – 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.  

Процесс доказывания того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих его лиц по общему правилу лежит на заявителе требования (статья 65 АПК РФ), но упрощен законодателем для заявителей посредством введения ряда опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При этом доказывать можно как непосредственное причинение вреда контролирующим лицом, например, путём совершения им порочных сделок (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), так и опосредованное – через доказывание сокрытия следов причинения вреда (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Непредставление контролирующим лицом сведений о причинах неисполнения подконтрольным лицом обязательства и мотивах принятия деловых решений свидетельствует о попытке ответчика скрыть противоправное поведение.  

Поскольку законодательство о банкротстве прямо предписывает контролирующему должника лицу активное процессуальное поведение при опровержении косвенных доказательств заявителя о наличии негативных последствий от его недобросовестных действий (бездействия) (пункт 2 статьи 61.15, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве), то задачей судов при рассмотрении таких споров является  

разъяснение ответчикам необходимости предоставления возражений по существу под угрозой принятия решения не в их пользу (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.09.2025 № 307-ЭС25-1939 (1)).  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО5 пояснил, что решение об увольнении из ООО «Пожарная безопасность» (Должник), принято после смены учредителя.  

Судом принято во внимание, что ФИО13 (учредитель общества с 06.04.2020 по 06.12.2024, с долей в размере 66,6 %), является супругой брата ФИО5, что не отрицалось ответчиком.  

Как установлено судом апелляционной инстанции, на момент создания ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>) ответчик ФИО5 в состав органов управления не входил.  

Как было указано, генеральным директором Общества ФИО5 назначен с 27.09.2021. С 10.12.2024 полномочий руководителя ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>) исполняла ФИО14  

Судебная коллегия полагает необходимым указать на отсутствие доказательств недобросовестности в действиях ФИО5, выразившимися в увольнении с должности руководителя Должника с 02.03.2020 и трудоустройство, более чем через полгода, 27.09.2021 в общество, с основным видом деятельности аналогичным Должнику. Принимая во внимание опыт работы последнего в сфере организации пожарной безопасности, его решение продолжить работу в указанной сфере после увольнения с должности директора Должника является логичным и не содержащим признаков нанесения вреда должнику.  

Конкурсный управляющий также указывает, что «зеркальная» организация по отношению к должнику была зарегистрирована в преддверии его банкротства.  

В обоснование данного довода конкурсный управляющий ссылается на данные финансового анализа, проведенного управляющим, согласно которому указано, что невозможно восстановить платежеспособность Должника, в связи с тем что, на протяжении 2021, 2022, 2023 г. не ведется хозяйственная деятельность предприятия, нет финансово – материальной базы, сведенья в ЕГРЮЛ о юридическом адресе Должника и его руководителе не достоверны, бухгалтерская и налоговая отчетность не предоставляется в налоговые органы, должник отвечает признакам отсутствующего.  

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (часть 4 статьи 15 АПК РФ).  

В рассматриваемом случае, исходя из показателей отчетности должника, размещенной в открытом доступе (ресурс БФО, https://bo.nalog.ru), усматривается, что размер кредиторской задолженности на протяжении 2018-2020 годов не превышал размер активов должника, который, в свою очередь, существенно за три года не уменьшался, а размер убытков в 2020 году по сравнению с 2019 уменьшился.  

При таких обстоятельствах судебная коллегия критически относится к доводам конкурсного управляющего относительно того, что «зеркальная» организация по отношению к должнику была зарегистрирована в преддверии банкротства самого должника, поскольку не представлено доказательств того, что по состоянию на 06.04.2020 должник находился в состоянии глубокого финансового кризиса. Более того, из материалов дела усматривается, что должник продолжал финансовую активность (деятельность) в 2020 году.  

Судом апелляционной инстанции из материалов дела также было установлено несоответствие идентификационного номера налогоплательщика (ИНН) ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>), содержащемся в анализе финансового состояния должника, а также несоответствие адреса ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>) в бухгалтерском (финансовом) отчете должника. В судебном заседании суда апелляционной инстанции, конкурсным управляющим были даны пояснения относительно допущения описок в указании вышеуказанных сведений.  

Кроме того, доводы конкурсного управляющего относительно «перехода» основного объема заказчиков Должника к «зеркальному» Обществу не подтверждаются материалами дела. В условиях конкуренции и предпринимательского риска, не представлено суду доказательств недобросовестного и намеренного введения ФИО5 в заблуждение таких заказчиков с целью переоформления существующих договоров с Должником на новое общество.  

Судом первой инстанции обосновано отмечено, что заключение контрактов с основными контрагентами у ответчика ООО «Пожарная безопасность» были произведены по результатам публичных конкурсных процедур в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее Закон № 44-ФЗ) и Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц»: ООО «Международный аэропорт Симферополь», ФГБОУ МДЦ «Артек», Воинская часть, ЦССИ ФСО России в Республике Крым.  

Согласно пунктов 1, 2 статьи 7, пункта 1 статьи 8 Закона № 44-ФЗ в Российской Федерации обеспечивается свободный и безвозмездный доступ к информации о контрактной системе в сфере закупок, контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок, открытость и прозрачность информации, указанной в части 1 статьи 7 настоящего закона обеспечиваются, в частности, путем ее размещения в единой информационной системе.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 24 Закона № 44-ФЗ победителем конкурса признается участник закупки, который предложил лучшие условия исполнения контракта и заявка на участие в закупке которого соответствует требованиям, установленным в извещении об осуществлении закупки, документации о закупке.  

Ответчиком ООО «Пожарная безопасность» даны письменные пояснения (17.07.2025) относительно процесса заключения договоров со своими контрагентами (в том числе с теми, которые ранее вели деятельность с должником).  

Доводы заявителя жалобы относительно идентичности оттисков печатей, логотипов и фирменных бланков ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>) и Должника также не могут служить основанием для признания действий ответчиков недобросовестными. Судом апелляционной инстанции принимается во внимание «обобщенность» наименования «Пожарная безопасность» для компании в сфере предоставления услуг по организации пожарной безопасности. К аналогичным выводам суд пришел и в отношении фирменных бланков должника и оттисков печатей. Формальная схожесть идентифицирующих двух организаций, при рассматриваемых обстоятельствах, не свидетельствуют о недобросовестности действий ответчиков. Так, логотип Должника на оттиске печати общества в той же степени идентичен эмблеме Министерства Российской Федерации по чрезвычайным ситуациям.  

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ, полагает, что доказательства создания «зеркального» общества, совершения согласованных действий, которые привели к фактическому прекращению осуществления должником хозяйственной деятельности в 2020 году, аккумулированию  

долговой нагрузки на нем и возникновению признаков объективного банкротства не представлено. Модели ведения хозяйственной деятельности, при которой в случае возникновения у компании финансовых затруднений создается новая организация, на которую переводится хозяйственная деятельность старой, в рассматриваемом споре, не усматривается.  

В рассматриваемом случае ответчики воспользовались своим правом на предоставление необходимых возражений и пояснений, опровергающих доводы заявления о привлечении их к субсидиарной ответственности.  

Доводы конкурсного управляющего, что контракты ответчиком ООО «Пожарная безопасность» (ИНН 

<

***>) были заключены с использованием деловой репутации общества Должника не нашел своего подтверждения.  

Таким образом, отсутствует связь между действиями ответчиков и негативными последствиями у Должника.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции полагает необходимым обратить на возражения лиц участвующих в деле о том, конкурсным управляющим не приведены доводы в отношении бывшего учредителя должника ФИО9, относительно взаимоотношения между должником и аффилированного к должнику кредитора – ООО «Бастион», учредителем и руководителем которого является ФИО9, среди видов деятельности ООО «Бастион» по ОКВЭД значится, в том числе, аналогичный вид деятельности с должником и ответчиком (код 43.21 Производство Электромонтажных работ).  

При таких обстоятельствах, изучив материалы обособленного спора, доводы апелляционной жалобы и пояснения участников судебного процесса, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции законного и обоснованного судебного акта и отсутствии правовых оснований для удовлетворения рассматриваемой жалобы.  

Применительно к фактическим обстоятельствам дела, все доводы апеллянта сводятся, прежде всего, к переоценке имеющихся в деле доказательств, получивших надлежащую оценку суда первой инстанции, а также к неправильному толкованию норм законодательства о банкротстве.  

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (части 4 статьи 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе на основании статьи 110 АПК РФ относятся на заявителя в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы.  

Как следует из материалов дела, определением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2025 удовлетворено ходатайство заявителя о предоставление отсрочки уплаты государственной пошлины.  

Таким образом, с ООО «Пожарная безопасность» подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 30 000,00 руб.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Крым от 20.03.2025 по делу № А83-742/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Пожарная безопасность» в лице конкурсного управляющего ФИО3 оставить без удовлетворения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Пожарная безопасность» в доход федерального бюджета судебные расходы, связанные с рассмотрением апелляционной жалобы в размере 30 000,00 руб.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий одного месяца, в порядке, установленном статьей 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Е.Л. Котлярова  

Судьи Р.С. Вахитов 

 ФИО1 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 27.05.2025 14:32:20

Кому выдана Вахитов Роман Салихжанович