АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-40880/2021

г. Краснодар

15 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 мая 2024 года

            Постановление в полном объеме изготовлено 15 мая 2024 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Артамкиной Е.В., судей Зотовой И.И. и Калуцких Р.Г., при участии в судебном заседании от истца – департамента имущественных отношений Краснодарского края (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 09.01.2024), ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Дюна» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 07.03.2023), в отсутствие третьего лица – управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, рассмотрев кассационную жалобу департамента имущественных отношений Краснодарского края на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.05.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2023 по делу № А32-40880/2021, установил следующее.

Департамент имущественных отношений Краснодарского края (далее – департамент) обратился в арбитражный суд к ООО «Дюна» (далее – общество) со следующими исковыми требованиями:

– обязать общество освободить и привести земельный участок с кадастровым номером 23:33:0106002:23 площадью 12 062 кв. м в первоначальное состояние, существовавшее до нарушения права, путем сноса (демонтажа) самовольно возведенных строений и сооружений, а именно:

гостевой дом площадью 48,4 кв. с кадастровым номером 23:33:0106002:1444;

гостевой дом площадью 48,4 кв. с кадастровым номером 23:33:0106002:1442;

забор протяженностью 493 м с кадастровым номером 23:33:0106002:1445;

эстакада площадью 59,1 м с кадастровым номером 23:33:0106002:1443;

 

подпорная стена;

металлический гараж;

два металлических вагончика;

навес;

металлический объект;

– признать отсутствующим зарегистрированное право собственности общества на объекты с кадастровыми номерами 23:33:0106002:1444, 23:33:0106002:1442, 23:33:0106002:1445, 23:33:0106002:1443;

– снять с государственного кадастрового учета объекты с кадастровыми номерами 23:33:0106002:1444, 23:33:0106002:1442, 23:33:0106002:1445, 23:33:0106002:1443;

– указать в резолютивной части судебного акта, что решение является основанием для управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю снять с государственного кадастрового учета объекты с кадастровыми номерами 23:33:0106002:1444, 23:33:0106002:1442, 23:33:0106002:1445, 23:33:0106002:1443, а также основанием для погашения записи о праве собственности;

– взыскать с общества в пользу департамента 100 тыс. рублей судебной неустойки за каждый день по истечении десятидневного срока с момента вступления решения суда в законную силу и до момента полного исполнения судебного акта.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (далее – управление). 

Решением от 29.05.2023, оставленным без изменения постановлением от 29.12.2023, в удовлетворении исковых требований отказано. Судебные акты мотивированы тем, что общество приобрело у ФИО3 объекты с кадастровыми номерами 23:33:0106002:1444, 23:33:0106002:1442, 23:33:0106002:1445, 23:33:0106002:1443 по договору купли-продажи от 07.05.2020, зарегистрированному в ЕГРН 12.05.2020. В свою очередь, ФИО3 приобрел указанные объекты у ФИО4 Департамент обращался к ФИО4 с иском о признании спорных объектов самовольными постройками. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 19.02.2019 (дело № 33-6232/2019) вынесенное заочное решение Туапсинского районного суда от 02.08.2018 в части удовлетворения исковых требований департамента имущественных отношений Краснодарского края отменено. В указанной части по делу принято новое решение. В удовлетворении исковых требований департамента к ФИО4 об истребовании из чужого незаконного владения ФИО4 земельного участка с кадастровым номером 23:33:0106002:23, расположенного по адресу: Краснодарский край, Туапсинский район, шт. Новомихайловский, правый берег р. Нечепсухо, в районе б/о «Бригантина», о признании самовольными постройками гостевых домов: с кадастровыми номерами 23:33:0106002:1444 и 23:33:0106002:1442 площадью 48,4 кв. м, расположенных на земельном участке с кадастровым номером 23:33:0106002:23 и их сносе, признании отсутствующим права собственности ФИО4 на капитальный забор с кадастровым номером 23:33:0106002:445 протяженностью 493 м и эстакаду с кадастровым номером 23:33:0106002:1443 площадью 59,1 кв. м, расположенных на земельном участке с кадастровым номером 23:33:0106002:23, отказано. Суды, сославшись на преюдициально установленные судом общей юрисдикции обстоятельства по указанному делу, отказали департаменту в иске.

В кассационной жалобе департамент просит отменить решение и постановление, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. Заявитель указывает, что спорные строения являются самовольными, возведенными на не предоставленном для строительства земельном участке, принадлежащем с 1988 года на праве собственности Краснодарскому краю, без получения разрешения на строительство. Суды неправомерно сослались на положения статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку дело № 33-6232/2019 рассмотрено по иску департамента к ФИО4, а не к обществу. В свою очередь, в дело № 2-547/2017 департамент не привлекался. Доводы иска судами не проверены, представленные в дело доказательства не исследованы; судебной экспертизе оценка не дана.

В отзыве на кассационную жалобу общество сослалось на несостоятельность ее доводов

В судебном заседании представитель департамента настаивал на доводах жалобы, представитель общества просил судебные акты оставить в силе.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как установили суды, по результатам проверки государственным казенным учреждением Краснодарского края «Кубаньземконтроль» от 26.03.2021 № 154 земельного участка с кадастровым номером 23:33:0106002:23 площадью 12 062 кв. м, расположенного по адресу: Краснодарский край, Туапсинский район, пгт. Новомихайловский, правый берег р. Нечепсухо, в районе б/о «Бригантина», категории земель – «земли населенных пунктов», видом разрешенного использования – «гостевой дом», установлено, что на земельном участке размещены: два гостевых дома с кадастровыми номерами 23:33:0106002:1444, 23:33:0106002:1442; эстакада с кадастровым номером 23:33:0106002:1443; забор с кадастровым номером 23:33:0106002:1445, подпорная стена; металлический гараж; два металлических вагончика; навес; металлический объект. 

На земельный участок с кадастровым номером 23:33:0106002:23, категорией «земли населенных пунктов», видом разрешенного использования – «гостевой дом» зарегистрировано право собственности субъекта Российской Федерации – Краснодарского края, о чем в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН) внесена запись от 29.11.2004 № 23-01/00-240/2004-875. 

Согласно информации, предоставленной управлением архитектуры муниципального образования Туапсинский район от 12.04.2021 № 920/03.2, сведения относительно выданных разрешений на строительство объектов в границах земельного участка с кадастровым номером 23:33:0106002:23 отсутствуют. 

Полагая, что объекты – два гостевых дома с кадастровыми номерами 23:33:0106002:1444, 23:33:0106002:1442 возведены самовольно, в отсутствие соответствующей разрешительной документации, на не предоставленном для указанных целей земельном участке, департамент обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском о сносе объектов.

Также департамент указал, что объекты – эстакада с кадастровым номером 23:33:0106002:1443 и забор с кадастровым номером 23:33:0106002:1445 не могут являться объектами недвижимого имущества, ввиду чего право собственности общества зарегистрировано неправомерно и подлежит признанию отсутствующим. 

В соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. 

Защита гражданских прав осуществляется способами, закрепленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения любого способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса).

Собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов (подпункт 2 пункта 1 статьи 40 Земельного кодекса Российской Федерации; далее – Земельный кодекс).

На основании решения суда лицо, виновное в нарушении прав собственников земельных участков, может быть принуждено к исполнению обязанности в натуре, в том числе и к сносу незаконно возведенных зданий, строений, сооружений (пункт 2 статьи 62 Земельного кодекса).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.12.2023 № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» с иском о сносе самовольной постройки, о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями вправе обратиться собственник земельного участка, обладатель иного вещного права на земельный участок, его законный владелец, иное лицо, чьи права и законные интересы нарушает сохранение самовольной постройки.

Ранее, аналогичная позиция была закреплена в пункте 22 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

С иском о сносе самовольной постройки или приведении ее в соответствие с установленными требованиями в публичных интересах вправе обратиться прокурор, уполномоченные органы публичной власти в пределах своей компетенции (часть 1 статьи 53 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 222 Гражданского кодекса самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом, осуществившим ее лицом либо за его счет (абзац 4 пункта 2 статьи 222 Гражданского кодекса).

В предмет доказывания по иску о признании постройки самовольной и ее сносе входят следующие обстоятельства: создание объекта недвижимости на земельном участке, не отведенном в установленном порядке для этих целей; строительство объекта без получения необходимых разрешений либо с существенным нарушением градостроительных норм и правил, создающим угрозу причинения вреда жизни и здоровью граждан, наличие у истца права на обращение в суд с требованием о сносе самовольной постройки.

В целях защиты публичных интересов действующее законодательство предусматривает особый порядок ведения строительства объектов недвижимости и обязывает застройщиков получать необходимые разрешения (статья 51 Градостроительного кодекса).

Частью 1 статьи 51 Градостроительного кодекса предусмотрена необходимость получения разрешения на реконструкцию объекта капитального строительства.

Выдача разрешений на строительство объектов, расположенных на территориях поселений, относится к полномочиям органов местного самоуправления поселений (пункт 5 часть 1 статьи 8 Градостроительного кодекса, подпункт 20 пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»).

Как установили суды, по договору купли-продажи от 07.05.2020, зарегистрированному в ЕГРН 12.05.2020, общество приобрело у ФИО3 два гостевых дома, эстакаду и капитальный забор, которые последний ранее приобретал у ФИО4 

 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 19.02.2019 (дело № 33-6232/2019) вынесенное заочное решение Туапсинского районного суда от 02.08.2018 в части удовлетворения исковых требований департамента отменено. В указанной части по делу принято новое решение. В удовлетворении исковых требований департамента к ФИО4 об истребовании из чужого незаконного владения ФИО4 земельного участка с кадастровым номером 23:33:0106002:23, расположенного по адресу: Краснодарский край, Туапсинский район, шт. Новомихайловский, правый берег р. Нечепсухо, в районе б/о «Бригантина», о признании самовольными постройками гостевых домов: с кадастровым номером 23:33:0106002:1444 площадью 48,4 кв. м; с кадастровым номером 23:33:0106002:1442 площадью 48,4 кв. м, расположенных на земельном участке с кадастровым номером 23:33:0106002:23 и их сносе, признании отсутствующим права собственности ФИО4 на капитальный забор с кадастровым номером 23:33:0106002:445 протяженностью 493 м и эстакаду с кадастровым номером 23:33:0106002:1443 площадью 59,1 кв. м, расположенных на земельном участке с кадастровым номером 23:33:0106002:23, отказано. Судебной коллегией установлено, что ФИО4 являлся собственником гостевого дома с кадастровым номером 23:33:0106002:1444 общей площадью 48,4 кв. м и гостевого дома с кадастровым номером 23:33:0106002:1442 общей площадью 48,4 кв. м, которые были построены в 2003 году, на основании договора, заключенного им с ФИО5 Первоначально оба нежилых здания – гостевых дома принадлежали ФИО6 14 июня 2011 года ФИО5 приобрела вышеназванные гостевые дома по договору купли-продажи, однако данный договор не был зарегистрирован в органах юстиции, поскольку ФИО6 умерла. Решением Туапсинского районного суда от 12.05.2017, вступившим в законную силу 14.06.2017, договор купли-продажи от 14.06.2011 признан заключенным, за ФИО5 признано право собственности на два гостевых дома, эстакаду и капитальный забор. 02 августа 2017 года ФИО5 подарила ФИО4 гостевые дома, договор дарения прошел регистрацию в управлении Росреестра по Краснодарскому краю. Также установлено, что за ФИО4 зарегистрировано право собственности на эстакаду и на капитальный забор, возведенные, как и гостевые дома, в 2003 году.

Таким образом, суды установили, что департамент ранее обращался в суд общей юрисдикции об истребовании из чужого незаконного владения земельного участка с кадастровым номером 23:33:0106002:23, расположенного по адресу: Краснодарский край, Туапсинский район, шт. Новомихайловский, правый берег р. Нечепсухо, в районе б/о «Бригантина», сносе самовольных построек и признании отсутствующим права собственности, зарегистрированное в ЕГРН, и ему было отказано.

Проведенной по делу судебной экспертизой установлено, что спорные объекты – гостевой дом площадью 48,4 с кадастровым номером 23:33:0106002:1444; гостевой дом площадью 48,4 с кадастровым номером 23:33:0106002:1442; забор протяженностью 493 м с кадастровым номером 23:33:0106002:1445; эстакада площадью 59, 1 кв. м с кадастровым номером 23:33:0106002:1443; подпорная стена; расположены в границах земельного участка с кадастровым номером 23:33:0106002:23.

Суды признали, что в условиях наличия вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции об отказе в сносе самовольных построек, расположенных в границах земельного участка с кадастровым номером 23:33:0106002:23, признании отсутствующим зарегистрированного права собственности на забор протяженностью 493 м с кадастровым номером 23:33:0106002:1445; эстакаду площадью 59,1 кв. м с кадастровым номером 23:33:0106002:1443, отказе департаменту в истребовании земельного участка с кадастровым номером 23:33:0106002:23, удовлетворение заявленных в рамках рассматриваемого дела требований департамента повлекло бы опровержение выводов суда общей юрисдикции о фактических обстоятельствах и противоречие принятого решения общеправовым принципам определенности, процессуальной экономии и стабильности судебных решений и их общеобязательности, породило бы конфликт судебных актов.

Таким образом, решения судов общей юрисдикции по делам № 2-547/2017 и 33-6232/2019 приняты судами в качестве судебных актов, имеющих преюдициальное значение для данного дела.

Однако суды не учли следующего.

Конституционный Суд Российской Федерации, оценивая часть 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на соответствие Конституции Российской Федерации, в Постановлении от 25.12.2023 № 60-П указал следующее.

Освобождение от доказывания по вопросу об обстоятельствах, установленных вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле, рассматриваемом арбитражным судом, основано на признании преюдициальности вступивших в законную силу судебных актов, обладающих также свойствами обязательности, неопровержимости, исключительности и исполнимости. В противном случае не исключалась бы ситуация, когда акты арбитражных судов выносились бы с отрицанием обстоятельств, ранее установленных решениями судов общей юрисдикции, что, впрочем, не предполагает придания преюдициальности судебных решений безграничного значения.

По смыслу правовых позиций, сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П и Определении от 06.11.2014 № 2528-О, при оценке преюдициальности судебных актов нужно иметь в виду следующее:

действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 90 УПК Российской Федерации, статья 61 ГПК Российской Федерации, статья 69 АПК Российской Федерации и статья 64 КАС Российской Федерации), что обусловлено вытекающим из прерогатив судебной власти наделением судебных решений законной силой;

признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на исключение конфликта, обеспечение стабильности и общеобязательности судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или в ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела, что служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности;

наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности – сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели;

введение института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства – с другой; такой баланс достигается путем установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения;

пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства;

в силу объективных и субъективных пределов действия законной силы судебного решения не могут иметь преюдициального значения обстоятельства, установленные судебными актами других судов, если этими актами дело по существу не было разрешено или если они касались таких фактов, которые не являлись предметом рассмотрения и потому не могут быть признаны установленными вынесенным по его результатам судебным актом;

федеральный законодатель вправе предусматривать различные способы опровержения преюдиции, которые при этом не могут исключаться из сферы судебного контроля с точки зрения их соответствия конституционным принципам независимости суда и обязательности судебных решений, вступивших в законную силу.

Соответственно, часть 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предполагает, что обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу, не нуждаются в повторном доказывании в рамках арбитражного судопроизводства и не могут быть отвергнуты арбитражным судом, если они имеют отношение к лицам, участвующим в рассматриваемом арбитражным судом деле (пункт 3.2 Постановления от 25.12.2023 № 60-П; определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.04.2024 № 310-ЭС23-23889).

Cогласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 21.12.2011 № 30-П, определениях от 19.07.2016 № 1379-О, от 27.02.2020 № 492-О, от 28.05.2020 № 1133-О и др., введение института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства – с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности.

Так, преюдициальность не является безграничной, а имеет свои объективные и субъективные пределы. По общему правилу, субъективные пределы преюдициальности обусловлены наличием одних и тех же лиц, участвующих в деле, или их правопреемников в первоначальном и последующем процессах. В свою очередь, объективные пределы преюдициальности касаются обстоятельств, которые входили в предмет доказывания и установлены вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному делу, вследствие чего преюдициальным является не любое обстоятельство, установленное в рамках ранее рассмотренного дела, а только то, которое являлось необходимым с учетом предмета доказывания по такому спору. Также преюдициальными не могут являться фактические обстоятельства, подтвержденные иным составом доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому право на судебную защиту его прав и свобод, суды обязаны обеспечить надлежащую защиту прав и свобод человека и гражданина путем своевременного и правильного рассмотрения дел (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.1995 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»).

Департамент, опровергая преюдициальность судебных актов для данного дела, указывал, что ни дело № 2-547/2017, ни дело № 33-6232/2019 не содержат установленных судами фактов, имеющих преюдициальное значение для данного дела.

Во-первых, при принятии судебных актов по делу № 2-547/2017 департамент не принимал участие, поскольку не привлечен к рассмотрению дела. Обстоятельств, связанных с самовольным возведением объектов, наличием у объектов признаков движимого (недвижимого) имущества и т. д., судом не устанавливалось.

Во-вторых, решение суда по делу № 33-6232/2019 мотивировано ссылками на решение суда по делу № 2-547/2017, а также принято при установленных судом следующих обстоятельствах: 

1) изначально оба нежилых здания – гостевых дома принадлежали ФИО6 14.06.2011 ФИО5 приобрела вышеназванные гостевые дома по договору купли-продажи, однако данный договор не был зарегистрирован в органах юстиции, поскольку ФИО6 умерла. Решением Туапсинского районного суда от 12.05.2017, вступившим в законную силу 14.06.2017, договор купли-продажиот 14.06.2011 признан заключенным, за ФИО5 признано право собственности на два гостевых дома, эстакаду и капитальный забор. 02 августа 2017 года ФИО5 подарила ФИО4 гостевые дома, договор дарения прошел регистрацию в управлении Росреестра по Краснодарскому краю. Также установлено, что за ФИО4 зарегистрировано право собственности на эстакаду и на капитальный забор, возведенные как и гостевые дома в 2003 году. 

2) в отношении объектов с кадастровым номером 23:33:0106002:445 и 23:33:0106002:1443 установлено следующее. Удовлетворение требования о признании права отсутствующим возможно, если истец является владеющим собственником недвижимого имущества, право которого зарегистрировано в ЕГРП, при этом не имеется возможности защиты права истца иным способом. Между тем право департамента имущественных отношений на спорные объекты недвижимого имущества в ЕГРП не зарегистрировано. Кроме того, истец, ссылаясь на то, что спорные объекты не являются объектами недвижимости, доказательств этому в материалы дела не представил, экспертные заключения в материалы дела не представил, о проведении судебной экспертизы не ходатайствовал. Обращаясь в суд, департамент имущественных отношений не привел оснований свидетельствующих о невозможности защиты права посредством иного способа защиты. Договор, на основании которого к ФИО4 перешли права на спорные объекты не оспорен. Таким образом, оснований для удовлетворения иска департамента имущественных отношений Краснодарского края о признании права ФИО4 отсутствующим не имеется.

Из указанного следует, что фактических обстоятельств, связанных со строительством (самовольным возведением) спорных объектов, судами не устанавливалось. Департамент указывает на отсутствие в судебном акте установленных фактов того, что спорные объекты обладают признаками объектов недвижимого имущества либо являются движимым имуществом, а также оснований регистрации данных объектов в ЕГРН. 

При указанных обстоятельствах, департамент полагает, что правовые выводы, сделанные в судебных актах по делам № 2-547/2017 и 33-6232/2019, не могут являться основанием для отказа в иске, без проверки приведенных департаментом обстоятельств о неправомерном (самовольном) размещении на земельном участке, принадлежащем на праве собственности субъекту Российской Федерации – Краснодарскому краю, объектов, а также незаконной регистрации в ЕГРН сооружений, не являющихся объектами недвижимого имущества.

Суд кассационной инстанции полагает, что суды, с учетом приведенных разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, неправомерно уклонились от проверки доводов департамента, положенных в основание иска об освобождении и приведении земельного участка 

с кадастровым номером 23:33:0106002:23 площадью 12 062 кв. м в первоначальное состояние, существовавшее до нарушения права.

Суд апелляционной инстанции справедливо сослался на то, что переход права собственности на спорные объекты к иным лицам не означает для собственника земельного участка возникновения права вновь обратиться в суд с требованиями, аналогичными ранее предъявленным.

Между тем, ссылка суда апелляционной инстанции на то, что департамент в данном случае не вправе оспаривать легальность спорных объектов и их статус в качестве недвижимости, поскольку иной подход привел бы к фактическому преодолению вступивших в законную силу судебных актов, сделана без учета следующего.

Как усматривается, в рамках дела № 33-6232/2019 департамент обращался с иском об истребовании земельного участка с кадастровым номером 23:33:0106002:23 площадью 12 062 кв. м и ему было отказано. Суды не учли мотивы отказа в иске об истребовании земельного участка, изложенные в определении от 19.02.2019, а также ссылку суда на допустимость защиты прав департамента иным способом защиты.

В рамках рассматриваемого спора, департамент обратился с иным исковым требованием (негаторным) – иск владеющего собственника об освобождении земельного участка с кадастровым номером 23:33:0106002:23 площадью 12 062 кв. м от объектов площадью 48,4 кв. м (гостевые дома), 59,1 кв. м (эстакада), 493 м (забор).

Суды не учли, что в рамках данного дела проведена судебная экспертиза, в том числе, в отношении технических характеристик объектов с кадастровыми номерами 23:33:0106002:1444; 23:33:0106002:1442; 23:33:0106002:1445 и 23:33:0106002:1443.

Однако суды уклонились от исследования судебной экспертизы, оценку ей не дали, возражения департамента против выводов судебной экспертизы, а именно, о действительной дате возведения объектов, фактическом не проведении экспертом обследования спорных объектов (в том числе, гостевых домов), наличии у них признаков недвижимого имущества, об отсутствии в экспертном заключении исследований о наличии у всех объектов фундамента, и т. п., не проверили. 

Суды не проверили доводы департамента об отсутствии у объектов с кадастровыми номерами 23:33:0106002:1444; 23:33:0106002:1442; 23:33:0106002:1445 и 23:33:0106002:1443 признаков недвижимого имущества, не дали оценку доводам истца о том, что исследовательской частью судебной экспертизы не подтверждаются выводы эксперта о невозможности перемещения объектов без несоразмерного ущерба.

Таким образом, обстоятельства (факты), входящие в предмет доказывания по данному иску (наличие у истца права на обращение в суд с требованием о сносе самовольной постройки, являются ли объекты недвижимым имуществом, созданы ли они и в какой период времени на земельном участке, не отведенном в установленном порядке для этих целей либо размещены объекты движимого имущества без согласия собственника земельного участка; являются ли данные объекты тождественными с объектами, зарегистрированными в ЕГРН, осуществлялось ли строительство объектов без получения необходимых разрешений либо с существенным нарушением градостроительных норм и правил, создающим угрозу причинения вреда жизни и здоровью граждан и т. д.), судами с соблюдением статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не установлены. 

В силу пункта 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения жалобы суд кассационной инстанции вправе отменить решение и апелляционное постановление и направить дело на новое рассмотрение, если выводы, содержащиеся в обжалуемых актах, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.

Основаниями для отмены решения, апелляционного постановления являются несоответствие выводов фактическим обстоятельствам, установленным судами первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (часть 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Обжалуемые департаментом судебные акты об отказе в удовлетворении требований не могут быть признаны окружным судом законными и обоснованными, принятыми на основе всестороннего, полного и объективного исследования материалов дела. 

Поскольку в силу требований части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по установлению дополнительных обстоятельств и исследованию доказательств, дело следует направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное в настоящем постановлении. В зависимости от установленного при новом рассмотрении, необходимо определить все существенные для правильного разрешения спора обстоятельства, исследовать имеющиеся в материалах дела (дополнительно представленные) доказательства, дать оценку доводам и возражениям лиц, участвующих в деле. Спор следует разрешить при правильном применении норм материального и процессуального права, результаты оценки необходимо изложить в судебном акте, приняв мотивированное и обоснованное решение в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.05.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2023 по делу № А32-40880/2021 отменить.

            Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   Е.В. Артамкина

Судьи                                                                                                                 И.И. Зотова

                                                                                                                            Р.Г. Калуцких