ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №26-9532/2021

20 сентября 2022 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     14 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  20 сентября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Слобожаниной В.Б.,

судей  Зайцевой Е.К., Нестерова С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:  

от истца: представитель ФИО2 по доверенности от 01.04.2021;

от ответчика: представитель ФИО3 по доверенности от 25.02.2022;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-25728/2022) общества с ограниченной ответственностью «КЭР-Автоматика» на решение Арбитражного суда  Республики Карелия от 23.06.2022 по делу № А26-9532/2021 (судья Погосян А.А.), принятое

по иску общества с ограниченной ответственностью «Русский радиатор»

к  обществу с ограниченной ответственностью «КЭР-Автоматика»

о взыскании и по встречному иску об обязании, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Русский радиатор» (далее – истец, ООО «Русский радиатор») обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия (далее – суд) с иском к обществу с ограниченной ответственностью «КЭР-Автоматика» (далее – ответчик, ООО «КЭР-Автоматика») о взыскании 1 578 227 руб. 58 коп., в том числе: 993 419 руб. 58 коп. - суммы предварительной оплаты по договору подряда № 08-2918/0273А от 25.09.2018 и 584 808 руб. - неустойки за период с 03.10.2019 по 14.05.2021. 

Определением суда от 04.05.2022 к производству принято встречное исковое заявление ООО «КЭР-Автоматика» к ООО «Русский радиатор» об обязании возвратить оборудование, поставленное по договору подряда № 08- 2918/0273А от 25.09.2018. Также ООО «КЭР-Автоматика» просил присудить ООО «Русский радиатор» уплачивать в пользу ООО «КЭР-Автоматика» судебную неустойку в случае неисполнения решения суда в размере 20 000 руб. за каждый день неисполнения.

Решением суда от 23.06.2022 первоначальные и встречные исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции в части удовлетворения первоначальных исковых требований изменить, применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

В обоснование доводов жалобы ООО «КЭР-Автоматика» ссылается на то, что суд первой инстанции не дал оценку правоотношениям сторон, возникшим в связи с невозможностью исполнения договора подряда от 25.09.2018 №08-2018//0273А. Ответчик полагает, что фактически в связи с невозможностью исполнения договора подряда с начала судебного процесса по делу №А26-8450/2019 исполнение договора приостановлено. При этом, по мнению ответчика, истец утратил интерес к основному обязательству, поскольку из письма ООО «Русский радиатор» как заказчика от 27.04.2021 следует, что истец намерен расторгнуть договор с ответчиком, в связи с чем требование о взыскании неустойки следует расценивать как злоупотребление правом.  

Ответчик считает, что суд неправомерно отклонил довод ООО «КЭР-Автоматика» об утрате у заказчика интереса к исполнению договора после вынесения судебного акта по делу №А26-8450/2019 и о затягивании заказчиком процесса расторжения договора по соглашению сторон, так как из текста переписки не следует требование заказчика об исполнении договора, письма заказчика не содержат указания на способ исполнения договора с учетом письма от 30.06.2020 №0924. Вместе с тем, суд необоснованно пришел к обратному выводу о том, что утрата интереса прослеживалась в действиях подрядчика, а не заказчика, вследствие чего подрядчик должен был расторгнуть договор. Более того, как указывает ответчик, условия договора не предусматривают возможность отказа от договора со стороны подрядчика.

ООО «КЭР-Автоматика» полагает, что суд неверно пришел к выводу о том, что условия технического задания предполагали самостоятельное определение ООО «КЭР-Автоматика» как подрядчика способов выполнения задания заказчика. По мнению ответчика, данный вопрос требует специальных познаний, однако суд не назначил экспертизу по делу, не допросил специалистов и экспертов в указанной области.

Также ответчик считает, что суд первой инстанции необоснованно не применил положения статьи 333 ГК РФ.

30.08.2022 от ООО «Русский радиатор» поступил отзыв на апелляционную жалобу, приобщенный к материалам дела, согласно которому истец просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

В судебном заседании ответчик поддержал доводы апелляционной жалобы, истец возражал по мотивам, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, сторонами заключен договор подряда №08-2018//0273А от 25.09.2018 (т.1 л.д.7-19, далее – договор), по условиям которого ООО «КЭР-Автоматика» (подрядчик) обязалось поставить программно-технический комплекс (ПТК) и выполнить работы по техническому заданию ООО «Русский радиатор» (заказчик), с использованием своих материалов, механизмов и оборудования, работы по монтажу верхнего уровня автоматизации технологического процесса в здании блока вспомогательных отделений ЦПМ, расположенного по адресу: 186430, пгт. Надвоицы, ул. Заводская, 1, и сдать результат работ заказчику, а заказчик обязался принять выполненные работы и оплатить их (пункт 1.1). 

Общая стоимость выполняемых подрядчиком работ – 3 311 398 руб. 60 коп. (пункт 3.1), складывается из цены на товар с доставкой – 2 320 198 руб. 60 коп. (пункт 3.1.1) и стоимости выполнения работ – 991 200 руб. (пункт 3.1.2). Цена является твердой (пункт 3.2). 

Согласно пункту 3.3 договора расходы, связанные с получением допусков, разрешений, согласований, необходимых для выполнения работ, включены в цену договора и дополнительной оплате не подлежат.

 До начала работ выплачивается аванс в размере 993 419 руб. 58 коп., далее оплата производится в течение 30 календарных дней с момента подписания актов сдачи-приемки выполненных работ (пункты 2.4.2, 3.4). 

Срок выполнения работ – 90 календарных дней с момента получения аванса (пункт 4.1). 

В соответствии с пунктами 3.8, 5.1, 5.2 результат работ передается заказчику по акту о приемке выполненных работ по форме КС-2, справке о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3. Согласно пункту 3.5 договора до подписания акта сдачи-приемки выполненных работ подрядчик передает заказчику всю техническую и исполнительную документацию по выполненным работам. Заказчик вправе задержать оплату выполненных работ до устранения недостатков, выявленных при их приемке (пункт 3.10). 

За нарушение сроков поставки и сроков выполнения работ подрядчик уплачивает заказчику неустойку в размере 0,1% от суммы невыполненной части работы за каждый день просрочки (пункт 6.7). 

Пунктом 7.1 договора предусмотрена возможность одностороннего расторжения договора по инициативе заказчика в случае просрочки выполнения работ подрядчиком. Договор считается расторгнутым по истечении 15 календарных дней после даты направления подрядчику соответствующего уведомления.

Аванс в размере 993 419 руб. 58 коп. перечислен заказчиком по платежному поручению №981 от 11.10.2018 (т. 1 л.д. 18). Оборудование и ПО, предусмотренное спецификацией к договору, было поставлено ООО «Русский радиатор», что подтверждается транспортными накладными, а также актом проведения тестирования и приемки АСОДУ от 12.07.2019 (т.2 л.д.10-14). 

Установленный договором срок для выполнения работ по шефмонтажу истек 09.01.2019. 

Как установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Карелия от 24.01.2020 по делу №А26-8450/2019, имеющим преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора, при тестирования и приемки автоматизированной системы оперативно-диспетчерского управления производством (АСОДУ) выявлены отсутствие сетевого подключения части ранее существовавших у заказчика локальных систем (узлов) к установленному заказчиком программно-техническому комплексу и отсутствие конфигурации этих локальных систем (узлов) для передачи их в АСОДУ, что отражено в акте от 12.07.2019 (пункты 5-12 акта). Следствием указанных недостатков монтажных и пуско-наладочных работ явилась невозможность использования в производственной деятельности установленного подрядчиком программно-технического комплекса, поскольку в отсутствие связей с отдельными локальными автоматизированными системами заказчика он не отражал процессы, происходящие в локальных узлах. Следствием выявленных дефектов стала невозможность осуществления контроля и индикации неисправностей и аварий, а также невозможность осуществления мониторинга состояния производственных процессов. 

Судами трех инстанций в рамках дела № А26-8450/2019 указано, что поскольку ООО «КЭР-Автоматика» в установленный договором срок согласованные сторонами работы в полном объеме не выполнены, поэтапная сдача-приемка работ с оплатой отдельных этапов данных работ не предусмотрена, работы не завершены и цель договора не достигнута, договор считается действующим, поскольку обе стороны на расторжение договора не указывали, в одностороннем порядке от исполнения договора не отказывались, оснований для оплаты спорных работ у ООО «Русский радиатор» (заказчика) в данном случае не имелось. ООО «КЭР-Автоматика» произвело монтаж системы верхнего уровня, но не установило/не сконфигурировало программное обеспечение для работы АСОДУ с локальными системами, в связи с чем управление локальными системами не осуществляется. 

После вынесения Арбитражным судом Республики Карелия решения по делу №А26-8450/2019 между сторонами велась переписка по вопросу исполнения обязательств по договору. Письмом от 07.07.2020 №ГД/231 (т.1 л.д. 96) ООО «Русский радиатор» предложило ООО «КЭР-Автоматика» рассмотреть возможность окончания выполнения работ по договору в полном объеме в соответствии с условиями договора и технического задания к нему. В случае невозможности выполнения работ в полном объеме ООО «Русский радиатор» предложило ООО «КЭР-Автоматика» вернуть авансовый платеж с оплатой неустойки, после чего произвести демонтаж смонтированного оборудования и программного обеспечения.

По результатам проведенных между сторонами переговоров подрядчиком письмом №1233 от 24.08.2020 направлено коммерческое предложение по договору №08-2018//0273А от 25.09.2018 (т. 1 л.д. 126) о продаже системы с 50% скидкой без завершения шефмонтажных работ. 

В ответ на коммерческое предложение письмом №ГД/329 от 16.09.2020 ООО «Русский радиатор» повторно попросило рассмотреть возможность окончания полного объема работ в соответствии с условиями договора и технического задания к нему, поскольку от других подрядных организаций были получены ответы о невозможности завершения данного проекта (т.1 л.д. 132). В случае невозможности выполнения работ в полном объеме ООО «Русский радиатор» предложило ООО «КЭР-Автоматика» вернуть авансовый платеж с оплатой неустойки, после чего произвести демонтаж смонтированного оборудования. 

Исх. №1635 от 11.11.2020 ООО «КЭР-Автоматика» направило в адрес ООО «Русский радиатор» проект соглашения о расторжении договора без подписи должностного лица, уполномоченного на подписание соглашения и печати общества. С условиями, изложенными в проекте соглашения о расторжении договора, ООО «Русский радиатор» было не согласно. Более того, ранее неоднократно излагало свою позицию о дальнейших взаимоотношениях сторон в письмах (исх.№ГД/231 от 07.07.2020, исх. №ГД/329 от 16.09.2020).

На предложение о расторжении договора истец отвечал отказом, настаивая на завершении работ. Поскольку работы ООО «КЭР-Автоматика» завершены не были, письмом от 27.04.2021 №06/129 (т.1 л.д. 21, 22) ООО «Русский радиатор» отказалось от исполнения договора, уведомим его расторжении в порядке пункта 7.1 договора. 

27.04.2021 ООО «Русский радиатор» было принято решение о расторжении договора в одностороннем порядке. С учетом положений пункта 7.1 договора он считается расторгнутым с 15.05.2021. Претензией №ГД/2645 от 13.07.2021 истец потребовал возврата перечисленного по договору аванса и уплаты неустойки за период с 03.10.2019 по 14.05.2021. Поскольку сумма полученного аванса возвращена ответчиком не была, неустойка не уплачена, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском. 

Ответчик обратился в суд с встречным иском о возврате переданного оборудования и ПО. Встречное исковое заявление ООО «КЭР-Автоматика» мотивирует необходимостью определить судьбу принятого ООО «Русский радиатор» оборудования при расторжении договора, что согласуется с положениями статьи 453 ГК РФ. С замечаниями истца относительно состава и наименования переданного по договору оборудования и программного обеспечения представитель ответчика согласился, просил обязать ООО «Русский радиатор» возвратить оборудование и ПО в соответствии с номенклатурой, указанной в акте от 12.07.2019, уточнил заявленные встречные требования в данной части.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, признал первоначальные и встречные исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителей сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения и отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы (пункт 2 статьи 708 ГК РФ).

Как видно из технического задания (приложение 1 к договору), подрядчик должен был разработать автоматизированную систему оперативно-диспетчерского управления (АСОДУ), основной задачей которой является создание единого информационного пространства предприятия, с централизованным контролем работы производства, обеспечением надежной работы технологических объектов, глобальным мониторингом производственной ситуации в режиме реального времени, получением, обработкой, визуализацией и архивированием информации (пункты 1.1, 1.2).

В пункте 1.2 технического задания указано о необходимости разработки решений по технической, информационной и организационной интеграции разнородных локальных АСУ производством радиаторов. Принятые проектные решения должны базироваться на принципах применения современных технических средств контроля, сетевых средств обработки, передачи и хранения  информации (пункт 3.1 технического задания). По каждому технологическому участку должен осуществляться сбор, обработка, хранение и представление информации. АСОДУ должна решать задачи: автоматического приема и обработки входной информации, поступающей от локальных автоматизированных систем управления; автоматический учёт неисправностей технологического оборудования на участках производства; отражение мнемосхемы производства с меняющейся цветовой окраской; формирование отчётов о работе участков производства (пункт 3.2). При проектировании и разработке систем должна быть обеспечена информационная совместимость компонентов системы (пункт 3.5). 

Согласно пункту 3.8 технического задания АСОДУ производством радиаторов предполагает наличие каналов связи между оборудованием систем управления по локальной вычислительной сети (ЛВС), проектируемой другими. Поставщик при необходимости разработает необходимые требования.

 Поставщик должен передать заказчику задания по смежным частям: на обеспечение электроэнергией КТС АСОДУ, на подключение сетей Ethernet, ЛВС (пункт 3.9). 

После выполнения поэтапного и комплексного тестирования приемка системы осуществляется после её месячной опытной эксплуатации и оформляется соответствующим актом (пункт 4.1) 

Подрядчик получает все требуемые действующими стандартами, нормами и правилами разрешения и санкции на применение оборудования и программных продуктов (пункт 5); несет ответственность за все проектные работы, включая исследования по эксплуатации, анализ работоспособности компьютерного оборудования (пункт 7); отвечает за проектирование, инжиниринг, необходимые предварительные испытания, поставку, установку и шефмонтаж, пусконаладочные работы, сдачу в эксплуатацию комплекса технических средств и программного обеспечения (пункт 8.1); предоставит технические решения по реализации АСОДУ, по применяемому оборудованию и программному обеспечению (пункт 8.2); подрядчиком должны быть получены все необходимые согласования и разрешения на полноценную работу оборудования (пункт 8.3). 

Следовательно, как верно указал суд первой инстанции, перечисленные выше условия технического задания предполагали самостоятельное определение подрядчиком способов выполнения задания заказчика не только по разработке АСОДУ в целях создания единого информационного пространства предприятия, но и решений по технической, информационной и организационной интеграции разнородных локальных АСУ. 

Таким образом, заключив договор на указанных условиях, подрядчик принял на себя обязательства по получению всех допусков разрешений и согласований, необходимых для создания единого информационного пространства производства радиаторов, и несет связанные с этим риски.

В случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным (пункт 3 статьи 450 ГК РФ). При расторжении договора обязательства сторон прекращаются (пункт 2 статьи 453 ГК РФ).

Если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (пункт 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае право заказчика на односторонний отказ от исполнения договора предусмотрено пунктом 7.1 договора, в том числе в случае просрочки выполнения работ подрядчиком в установленные договором сроки.

Из материалов дела следует, что в связи с просрочкой ответчиком выполнения работ по договору, истец реализовал свое право на одностороннее расторжение договора. Уведомление о расторжении договора (27.04.2021) было направлено заказчиком за пределами конечного срока их сдачи. При таких обстоятельствах, договор на основании пункта 3 статьи 450, пункта 2 статьи 715 ГК РФ, пункта 7.1 договора считается расторгнутым с 15.05.2021.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 N 35 «О последствиях расторжения договора»  разъяснено, что по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», положения пункта 4 статьи 453 ГК РФ не исключают возможности истребовать в качестве неосновательного обогащения, полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала.

Таким образом, по смыслу пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации неотработанный авансовый платеж подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения в случае расторжения договора и (или) прекращения предусмотренных им обязательств.

Факт перечисления истцом ответчику 993 419 руб. 58 коп. подтверждается материалами дела, в частности платежным поручением №981 от 11.10.2018 (т. 1 л.д. 18), и не оспорен ответчиком.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что с расторжением договора в 2021 году у ООО «КЭР-Автоматика» отпали правовые основания для удержания перечисленных ООО «Русский радиатор» денежных средств. Право сохранить за собой авансовые платежи с этого момента прекратилось, и на основании пункта 1 статьи 1102  ГК РФ у ООО «КЭР-Автоматика» возникло обязательство по их возврату заказчику.

При этом суд первой инстанции справедливо отметил, что из писем заказчика от 07.07.2020, от 16.09.2020 усматривается, что до 2021 года ООО «Русский радиатор» сохраняло интерес к исполнению договора, настаивая на его исполнении со стороны ООО «КЭР-Автоматика» по причине отсутствия иных подрядчиков, способных завершить работы на поставленном ответчиком оборудовании. 

Довод ответчика о том, что условиями договора не предусмотрена возможность подрядчика отказаться от исполнения договора, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку ответчик мог воспользовался правом на отказ от исполнения договора путем обращения в суд с требованием о его расторжении.

Неустойкой (пеней, штрафом) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств (статья 330 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Пунктом 6.7 договора установлено, что за нарушение сроков выполнения работ подрядчик выплачивает заказчику неустойку в размере 0,1 % от суммы невыполненных обязательств за каждый день просрочки.

Доказательств отсутствия оснований для начисления неустойки за просрочку выполнения работ ответчик в материалы дела не представил (пункт 3 статьи 401 ГК РФ). 

Расчет неустойки повторно проверен судом апелляционной инстанции и признан правильным, неустойка в указанном размере обоснованно взыскана с ответчика в пользу истца за нарушение взятых на себя ответчиком обязательств.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7), подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств, является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Именно поэтому в части 1 статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что не может рассматриваться как нарушение статьи 35 Конституции Российской Федерации.

Системный анализ положений действующего законодательства о неустойке, конституционно-правовой смысл указанной нормы, изложенный в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2000 года N 263-0, позволяют прийти к выводу о том, что к основополагающим принципам российского права, в частности, относится и принцип обеспечения нарушенных прав, гарантией реализации которого является соблюдение требования о соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств, предусмотренного статьей 333 ГК РФ.

При этом необходимо отметить, что неустойка является мерой гражданско-правовой ответственности должника в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения договорных обязательств и носит компенсационный характер по отношению к возможным убыткам кредитора, направленный на восстановление нарушенных прав, а не карательный (штрафной) характер.

Таким образом, неустойка в силу статьи 333 ГК РФ по своей правовой природе носит компенсационный характер и не может являться средством извлечения прибыли и обогащения со стороны кредитора.

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, четких критериев ее определения применительно к тем или иным категориям дел, рассматриваемым спорным правоотношениям сторон законодательством не предусмотрено. В каждом отдельном случае суд по своему внутреннему убеждению вправе определить такие пределы, учитывая обстоятельства каждого конкретного дела.

В апелляционной жалобе ответчик ссылается на то, что истец длительное время не проявлял интереса к исполнению договора со стороны подрядчика, ответчик не имел возможности отказаться от договора в одностороннем порядке, истец затягивал расторжение договора, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ООО «Русский радиатор» и чрезмерности взысканной неустойки последствиям нарушения обязательства.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что ответчик не доказал факт злоупотребления правом со стороны истца, материалы дела не свидетельствуют о том, что ООО «Русский радиатор» утратило интерес к исполнению договору, следовательно, при таких обстоятельствах согласованная сторонами ставка для расчета неустойки – 0,1% от стоимости работ за каждый день просрочки  эквивалентна 36% годовых, соответствует ставке, широко применяемой в деловой практике коммерческих организаций (обычаю), в связи с чем оснований для снижения неустойки у суда первой инстанции не имелось.

В части удовлетворения встречного иска решение не обжалуется.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно удовлетворил первоначальные исковые требования в полном объеме.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, в связи с чем не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, обстоятельства, установленные статьей 270 АПК РФ в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не установлены.

В порядке статьи 110 АПК РФ расходы по уплаченной государственной пошлине по апелляционной жалобе относятся на ее подателя. 

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Карелия от 23.06.2022 по делу № А26-9532/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

В.Б. Слобожанина

Судьи

 

Е.К. Зайцева

 С.А. Нестеров