АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск                                                                                               Дело  № А19-19364/2019 

18.03.2021 г.

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 11.03.2021 года.

Решение  в полном объеме изготовлено 18.03.2021 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Зарубиной Т.Б., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Королевой А.В., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью "Смешарики" в лице представителя Некоммерческого партнерства "Красноярск против пиратства" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 197101, 

<

...>, литера А, помещение 10-Н, этаж 3)

к  индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 304380119000047, ИНН 

<

***>)

о взыскании 300 000 руб. – компенсации,

при участии в судебном заседании:

от истца: не явились, извещены надлежаще в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации;

от ответчика: ФИО1, паспорт;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Смешарики" в лице представителя  Некоммерческого партнерства "Красноярск против пиратства" (далее – истец, ООО «Смешарики») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1) о взыскании 300 000 руб. – компенсации за нарушение исключительных прав на произведения изобразительного искусства  - изображения персонажей анимационного сериала «Смешарики» - Крош, Копатыч, Бараш, Нюша, Лосяш. 

Также истцом заявлено требование о взыскании судебных издержек в виде стоимости выписки из ЕГРИП  на сумму 200 руб., стоимости почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в размере 207 руб. 54 коп.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что он является правообладателем исключительного права на произведения изобразительного искусства - изображения персонажей анимационного сериала «Смешарики» - Крош, Копатыч, Бараш, Нюша, Лосяш, из анимационного сериала «Смешарики». Принадлежность исключительных прав на рисунки  (изображения персонажей)  подтверждается договором заказа от 15.05.2003 № Д-СТС-0312/2015/05-ФЗ/С, заключенным между истцом  -  ООО «Смешарики» и  ФИО2, актом приемки-сдачи произведений от 15.06.2003.

Как указал истец, в ходе мониторинга сети Интернет ООО «Смешарики» стало известно о размещении на сайте http://везувий38.рф изображения торта в количестве 1 штуки на котором в виде объемных фигур изображены персонажи анимационного сериала «Смешарики» - Крош, Копатыч, Бараш, Нюша, Лосяш, что отражено в нотариальном протоколе обеспечения доказательств № 24 АА 3152190 от 28.05.2018.

Факт предложения к изготовлению и продаже товаров, нарушающих исключительные права именно ИП ФИО1, по мнению истца, подтверждается тем, что продавцом был выставлен счет на оплату № 1 от 18.06.2018, согласно которому: получатель: ИП ФИО1, ИНН получателя: 

<

***>, заказ – торт Шейх.

Разрешение на использование объектов интеллектуальной собственности путем заключения соответствующего договора ответчику не предоставлялось, в связи с чем, такое использование является незаконным.

Полагая, что ответчик своими действиями по распространению товара, нарушил принадлежащие истцу исключительные авторские права, последний обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Ответчик, не согласившись с заявленными требованиями, указал, что в лицензионном договоре отсутствуют сведения о стоимости предоставленного права использования произведений; из материалов дела не следует, что сублицензиатом за период действия сублицензии изготовлено менее 2 000 тортов, за которые   был уплачен аванс в сумме 300 000 руб.; не представлено документа о заказе торта № 14 и документов, подтверждающих его получение; по мнению ответчика реальный ущерб истца не превышает 248 руб.; заявил ходатайство о снижении компенсации ниже минимального предела в размере 5 000 руб. В обоснование заявленного ходатайства указал на наличие несовершеннолетнего ребенка, сослался на тяжелое материальное положение, сложную эпидемиологическую ситуацию.

 Ответчик указал на истечение срока регистрации на указанные истцом произведения; пояснял, что в материалах дела и у ответчика отсутствуют доверенность, выданная НП «Красноярск против пиратства» от имени Smeshariki GmbH; отсутствуют документы, подтверждающие, что срок действия исключительного права на произведение, указанное истцом продлен  и что срок действия лицензионного договора от 09.01.2008  № 0009-01/08-ММ изменен в установленном порядке после такого продления; не представлены доказательства получения ответчиком дохода от однократного размещения информации в сети интернет и пр.

Ответчик также указывал на отсутствие сведений, подтверждающих, что при заключении договоров (авторского заказа и лицензионный договор) соблюдено требование об установлении размера вознаграждения; представленные в материалы дела договоры зарегистрированы в установленном действующим законодательством порядке, с указанием даты и номера регистрации, вознаграждения за равномерное использование  выплачивалось кем-либо (ООО «Смешарики», ООО «Мармелад Медиа», ООО «Комбинат Питания Алтуфьево»); лицензиар согласовывал процесс изготовления продуктов у сублицензиата в соответствии с п. 5.4.2 лицензионного договора   № 0009-01/08-М; ООО «Мармелад Медиа» согласовывало макеты тортов, изготовленных ООО «Комбинат питания «Алтуфьево», как того требуют положения п 4.4.4 договора и приложения № 4 к нему. Представленный в дело счет № 1 от 18.06.2018 по мнению ответчика свидетельствует о заказе у него торта «Шейх», означенное истцом не опровергнуто.

Ответчик ссылался на злоупотребление истца своими правами, пояснил, что согласно пункту 4.7.1 сублецензионного договора № 10/04-15 НЛС/С от 10.04.2015заключенный между ООО «Мармелад Медиа» (лицензиат) и ООО «Комбинат питания «Алтуфьево» (сублицензиат) с учетом редакций дополнительных соглашений обязывает в рекламных и информационных материалах размещать следующую информацию «Логотип «Смешарики» и изображения персонажей анимационного сериала «Смешарики», являются зарегистрированными товарными знаками». Между тем, такая информация на сайте сублицензиата, как пояснил ответчик, отсутствует. В нарушение условий пункта 6.1 в электронной системе «Электронное правосудие» отсутствует информация о том, что лицензиат по договору № 10/04-15 НЛ/С от 10.04.2015 за обозначенное нарушение принял действия по привлечению сублицензиата к какой-либо ответственности.

Ответчик указывал на то, что договоры, заключенные между ООО «Смешарики», ООО «Мармелад Медиа», ООО «Комбинат питания Алтуфьево» являются притворными, указывал, что ООО «Комбинат питания Алтуфьево» согласно официального сайта http://zachestnyibiznes.ru/company/ul не вел деятельность в 2018 году, следовательно не мог исполнять  условия договора, в том числе отраженного в доп. соглашениях, что подтверждено в рамках дела №А13-14186/2018; в материалах дела доказательства того, что указанные юридические лица реально совершали действия по исполнению договоров. пояснил, что предлагал  истцу заключить мировое соглашение.

Кроме того, ответчик указал, что доказательства того, что размещение изображения торта в сети Интернет осуществлялось более, чем один раз; с учетом положений постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П истцом не приведено критериев сопоставимости; истцом не представлено расчета компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности, а именно размещение на сайте информации потенциальной, творческой возможности ИП ФИО1; пояснил, что изготовление тортов на заказ не является основным видом его деятельности; контррасчет  ответчик представить не имеет возможности, поскольку продукция им не изготавливалась. Ответчик полагает, что им обоснована несправедливость и несоразмерность размера компенсации, просит суд учесть положения постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П; полагает, что размер компенсации определенный им на основании п. 3 ст. 1301 ГК РФ в сумме 2 480 руб. (496*5) является одновременно минимальным и максимальным.

По мнению ответчика, истребуемые документы подтвердят, что ИП ФИО1 использовала изображения персонажей анимационного сериала «Смешарики» тем способом, который предусмотрен сублицензионным договором от 10.04.2015 № 10/04-15 НЛ/С.

Истец в судебное заседание явку полномочного представителя не обеспечил, указал на возможность рассмотрения дела в его отсутствие, направил в материалы дела письменные пояснения и дополнительные документы.

Ответчик требования не признает, тезисно озвучил свои возражения, указал на отсутствие оснований для взыскания компенсации.

Определением суда 27.01.2021 по ходатайству ответчика от ООО «Комбинат питания Алтуфьево» истребованы доказательств: 1) всех документов, подтверждающих оплату минимального аванса за период с 10.04.2015по 31.07.2018; 2) оригинал-макеты, направленные сублицензиатом лицензиату на согласование; 3) письменное согласование всех оригинал-макетов лицензиатом, размещенных на официальном сайте ООО «Комбинат питания Алтуфьево»; 4) акты приема-передачи оригинал-макетов; 5) информацию об объеме продукции, изготовленной и реализованной за период действия договора, сопоставимую с информацией представляемой в ФНС России.   

К дате настоящего судебного запрошенные судом документы не поступили.

Ответчик полагает, что дело может быть рассмотрено по имеющимся доказательствам, на необходимость дожидаться ответов и поступления от ООО «Комбинат питания Алтуфьево» документов не указал.

Исследовав материалы дела с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ООО «Смешарики» является обладателем исключительных прав на произведения изобразительного искусства  -  рисунки (изображения) персонажей: «Крош», «Копатыч», «Бараш», «Нюша», «Лосяш» из анимационного сериала «Смешарики».

Принадлежность исключительных прав на рисунки  (изображения персонажей)  подтверждается договором заказа от 15.05.2003 №Д-СТС-0312/2015/05-ФЗ/С, заключенным между истцом - ООО «Смешарики» и ФИО2, актом приемки-сдачи произведений от 15.06.2003.

В соответствии с условиями договора заказа от 15.05.2003 №Д-СТС-0312/2015/05-ФЗ/С, которым автор обязался разработать образы, имена, логотип, произведения фирменного стиля для проекта «Смешарики» для их использования в Brandbook и в иных проектах заказчика. 

На основании пунктов 1.2 и 1.3 указанного договора все работы по созданию произведений выполняются автором на основании принадлежащей заказчику творческой концепции анимационного сериала «Смешарики». 

Под творческой концепцией сериала подразумевается описание жанровой модели, основного сюжета описания персонажей и их среды обитания, в виде иллюстраций и текстового материала, которые дают полное представление о внешнем виде, характере персонажей и мире, в котором они живут. 

В пункте 1.4 договора № 15/05-ФЗ/С от 15.05.2003 его стороны предусмотрели, что все имущественные авторские права на произведения, т.е. исключительные права на их использование любым образом, включая переделку и внесение других изменений, принадлежат заказчику (ООО «Смешарики»). 

Авторские права, переходящие к заказчику в соответствии с настоящим договором, являются исключительными. 

О передаче исключительных прав заказчику также указано в разделе 4 договора (пункты 4.1 – 4.5.1). 

При этом согласно пункту 4.1 договора исключительные права на весь срок действия авторских прав переходят к заказчику с момента подписания акта приема-передачи произведений. 

По акту приема-передачи от 15.06.2003 ФИО2 передал Обществу рисунки (изображения) персонажей анимационного сериала «Смашарики» и права на них, в том числе: «Крош», «Ёжик», «Бараш», «Лосяш», «Копатыч», «Пин», «Нюша», «Совунья», КарКарыч». В данном акте содержатся изображения (рисунки) данных персонажей. 

Таким образом, Общество является обладателем исключительных авторских прав на изображения (рисунки) персонажей анимационного сериала «Смешарики», в том числе персонажей «Крош», «Копатыч», «Бараш», «Нюша», «Лосяш».

Как указал истец, в ходе мониторинга сети Интернет ООО «Смешарики» стало известно о размещении на сайте http://везувий38.рф изображения торта в количестве 1 штуки на котором в виде объемных фигур изображены персонажи анимационного сериала «Смешарики» - Крош, Копатыч, Бараш, Нюша, Лосяш, что отражено в нотариальном протоколе обеспечения доказательств № 24 АА 3152190 от 28.05.2018.

Факт предложения введения в гражданский оборот, т.е. изготовление и предложение к продаже товаров, нарушающих исключительные права именно ИП ФИО1, по мнению истца, подтверждается тем, что продавцом был выставлен счет на оплату № 1 от 18.06.2018, согласно которому: получатель: ИП ФИО1, ИНН получателя: 

<

***>, заказ – торт Шейх.

Полагая, что фактом предложения к продаже товара без согласия правообладателя нарушены принадлежащие ему исключительные права, истец направил в адрес ответчика претензию  о нарушении исключительных прав с требованиями выплаты компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности и прекращении дальнейшей реализации товара, оставленную последним без удовлетворения, что явилось основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Рассмотрев материалы дела, суд  признал иск  (с учетом уточнения) подлежащим частичному   удовлетворению.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации, результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана  (интеллектуальной собственностью) являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации, на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом (пункт 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо  от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения.

В силу пункта 3 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко-  или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

На основании части 7 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным в пункте 3 этой же статьи.

Согласно абзацу 2 пункта 29 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 №5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее  -  постановление Пленума №5/29) под персонажем следует понимать часть произведения, содержащую описание или изображение того или иного действующего лица в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Охрана авторским правом персонажа произведения предполагает, в частности, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать персонаж любым способом, в том числе путем переработки (подпункт 9 пункта 2 статьи 1270 Кодекса).

Таким образом, использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации произведения может осуществляться только с разрешения правообладателя (автора) или уполномоченного им лица.

Предложение к продаже товара, на котором имеется изображение, сходное до степени смешения с произведением (персонажем), используемым без разрешения его автора или уполномоченного им лица, является нарушением авторского права.

Материалами дела подтверждается, что на основании заключенного с автором авторского договора заказа № 15/05-ФЗ/С от 15.05.2003 истец является обладателем исключительных прав на персонажи анимационного сериала «Смешарики», в том числе: «Крош», «Копатыч», «Бараш», «Нюша», «Лосяш».

В силу статьи 1288 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору авторского заказа одна сторона (автор) обязуется по заказу другой стороны (заказчика) создать обусловленное договором произведение науки, литературы или искусства на материальном носителе или в иной форме.

Договором авторского заказа может быть предусмотрено отчуждение заказчику исключительного права на произведение.

В случае, когда договор авторского заказа предусматривает отчуждение заказчику исключительного права на произведение, которое должно быть создано автором, к такому договору соответственно применяются правила названного Кодекса о договоре об отчуждении исключительного права, если из существа договора не вытекает иное.

В силу пункта 3 статьи 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.

Пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации также предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно статье 1285 Гражданского кодекса Российской Федерации автор или иной правообладатель передает или обязуется передать принадлежащее ему исключительное право на произведение в полном объеме приобретателю такого права на основании договора об отчуждении исключительного права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1234 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору об отчуждении исключительного права одна сторона (правообладатель) передает или обязуется передать принадлежащее ему исключительное  право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации в полном объеме другой стороне (приобретателю).

Договор заключается в письменной форме и подлежит государственной регистрации в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Несоблюдение письменной формы или требования о государственной регистрации влечет недействительность договора (пункт 2 статьи 1234 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Между тем, в силу пункта 4 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не  требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей. 

Таким образом, поскольку Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрена государственная регистрация результата интеллектуальной деятельности  -  произведения изобразительного искусства, достаточно заключения договора в письменной форме.

Исключительные права могут передаваться авторами по различным основаниям: по договору авторского заказа (статья 1288 Гражданского кодекса Российской Федерации), по договору об отчуждении исключительного права (абзац 2  пункт 1 статьи 1240 Гражданского кодекса Российской Федерации), по лицензионному договору (абзац 3 пункта 1 статьи 1240 Гражданского кодекса Российской Федерации), в порядке создания служебного произведения (статья 1295 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Следовательно, заключив договор авторского заказа с автором  - художником, истец приобрел исключительные права на спорные изображения в полном объеме. 

Как установлено судом, следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, истец является правообладателем изображений персонажей «Крош», «Копатыч», «Бараш», «Нюша», «Лосяш».

При этом ответчиком не представлены доказательства наличия у него прав на использование названного произведения изобразительного искусства.

Факт предложения к продаже ответчиком спорного торта подтверждается совокупностью представленных в дело доказательств, в том числе выставлением Счета на оплату №1 от 18.06.2018, согласно которому: Получатель: ИП ФИО1, ИНН получателя: 

<

***>, а также протоколом обеспечения доказательств № 24 АА 3152190 от 28.05.2018, составленного посредством нотариального осмотра сайта http://везувий38.рф.

Предложение к изготовлению и продаже кондитерских изделий с произведениями изобразительного искусства - изображениями персонажей, права на которых принадлежат истцу, на сайте в сети Интернет является способом использования объектов интеллектуальной собственности.

Ответчик полагает, что протокол обеспечения доказательств не отвечает требованиям относимости, допустимости и достоверности доказательств доказательства того, что ФИО3 является сотрудником ООО «Смешарики» или Некоммерческого партнерства «Красноярск против пиратства» истцом не представлены, следовательно, ФИО3 не является заинтересованным лицом.

Однако данный довод ответчика несостоятелен, поскольку ФИО3 обратился к нотариусу для обеспечения доказательств как представитель истца, что подтверждается доверенностью от 01.02.2018.

Вопреки доводу ответчика, п. 21 Регламента совершения нотариусами нотариальных действий, устанавливающий объем информации, необходимой нотариусу для совершения нотариальных действий, и способ ее фиксирования (утв. решением Правления ФНП от 28.08.2017 № 10/17, приказом Минюста России от 30.08.2017 № 156) не установлено, что нотариус данные сведения должен зафиксировать в протоколе обеспечения доказательств. Сведения о заявителе нотариусом в протоколе были отражены.

Ответчик указывает, что данные о компьютере: процессор Intel(R) Core(TM)i3-4360 @3.70GHZ 3.70GHZ - не позволяют идентифицировать компьютер, с которого производился осмотр сайта.

Между тем, суд полагает необходимым отметить, что порядок осмотра доказательств не определен действующим нотариальным законодательством. Нормативными правовыми актами не установлено требование указывать характеристики и иные идентифицирующие данные компьютера, с которого производится осмотр сайта.

Ответчик указывает, что при замещении временно отсутствующего нотариуса другим лицом издается соответствующий приказ.

Согласно положениям статьи 20 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (утв. ВС РФ 11.02.1993 N 4462-1), временно отсутствующего нотариуса замещает, как правило, помощник нотариуса, который соответствует требованиям частей первой и второй статьи 2 настоящих Основ, за исключением требования о наличии стажа работы по юридической специальности. При невозможности замещения нотариуса его помощником или при отсутствии у нотариуса помощника замещение временно отсутствующего нотариуса может осуществляться иным соответствующим требованиям частей первой и второй статьи 2 настоящих Основ лицом. Факт замещения временно отсутствующего нотариуса другим нотариусом отражается в удостоверительной надписи.

В протоколе обеспечения доказательств № 24 АА3152103 от 21.05.2018 в удостоверительной надписи имеется указание на замещение временно отсутствующего нотариуса другим лицом.

При этом на официальном сайте Министерства юстиции России в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (http://notaries.minjust.ru/#/registry/list) размещены в открытом доступе сведения о нотариусах и лицах, их заменяющих.

Согласно сведениям данного реестра, ФИО4 является лицом, наделенным правом замещать временно отсутствующего нотариуса ФИО5 (http://notaries.minjust.ru/#/registry/writeout/view/db1be720-b3bd-468d-b2f8-40052e30eb21).

Довод ответчика о том, что протокол не пронумерован не соответствует обстоятельствам дела: нумерация листов произведена в правом верхнем углукаждого листа (кроме первого), является сквозной и содержит 14 листов, как и указано напоследнем листе.

Ответчик указывает на «явную визуальную несостыковку в шрифте, которымнаписано время фиксации, так в Приложении № 8 цифры «1» расположены на разных уровнях по отношению к цифре «3», между числами «13» и «31» отсутствует двоеточие, легкоразличаемое в других приложениях».

Данный довод ответчика, по мнению суда, очевидно является домыслом, поскольку в Приложении № 8 протокола обеспечения доказательств время фиксации страницы сайта - 13:29. Никаких визуальных несовпадений в шрифте не имеется, цифры расположены на одном уровне, двоеточие между числами присутствует.

Ответчик заявляет, что представленный истцом в материалы дела счетна оплату № 1 от 18.06.2018 не подтверждает изготовление ответчиком тортас изображениями персонажей из мультфильма «Смешарики».

Данный счет был представлен, как доказательство осуществления ответчиком деятельности по изготовлению и продаже кондитерских изделий (тортов). В совокупности с протоколом обеспечения доказательств № 24 АА 3152190 от 28.05.2018 данный документ является доказательством того, что ответчик предлагал к изготовлению и продаже товары, нарушающие исключительные права ООО «Смешарики».

Как разъяснено в пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия (пункт 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков,  утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482)).

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях (пункт 43 Правил № 482).

В пункте 7.1.2.2 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на  товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденных Приказом Роспатента от 24.07.2018 № 128, указано, что при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, суд считает, что на спорном торте изображены персонажи, сходные до степени смешения с персонажем «Крош», «Копатыч», «Бараш», «Нюша», «Лосяш».

В соответствии с пунктом 1 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 

2)   в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Требование истца о взыскании компенсации основано на положениях подпункта 3 пункта 1 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, т.е. в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Обращаясь в суд с требованиями  истец заявил о взыскании компенсации в сумме 600 000 руб, ссылаясь на стоимость лицензии по сублицензионному договору № 10/04-15 НЛ/С от 10.04.2015 между ООО Мармелад Медиа» и ООО «Комбинат питания Алтуфьево».

В ходе рассмотрения дела по существу истцом было заявлено ходатайство об уточнении исковых требований и снижении размера компенсации до однократной стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель, до суммы 300 000 руб. 

В пункте 43.2 Постановления № 5/29 разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Об этом указано в абзаце втором пункта 43.3 постановления № 5/29.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 43.4 постановления № 5/29, если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав или товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование, то при определении размера компенсации за основу следует принимать вознаграждение, обусловленное лицензионным договором, предусматривающим простую (неисключительную) лицензию, на момент совершения нарушения. 

В обоснование размера взыскиваемой компенсации истцом представлен сублицензионный договор № 10/04-15 НЛ/С о передаче неисключительной лицензии от 10.04.2015 г., заключенный между ООО «Мармелад Медиа» (Лицензиат) и ООО  «Комбинат питания «Алтуфьево» (Сублицензиат), который предусматривает предоставление права использования произведений изобразительного искусства на простой (неисключительной) основе способами, сравнимыми со способами использования, имевшими место со сторон ы ответчика. 

Согласно п. 1.1. данного сублицензионного договора лицензиат передает сублицензиату неисключительную лицензию на использование произведений в форме продукции, изготовляемой и/или распространяемой сублицензиатом на территории, а также для упаковки и/или маркировки такой продукции. 

В соответствии с приложением №2/1 к сублицензионному договору № 10/04-15 НЛ/С о передаче неисключительной лицензии от 10.04.2015 г., формой продукции, выпускаемой сублицензиатом, являются торты «Смешарики». 

Перечень  произведений изобразительного искусства, предоставленных для использования сублицензиату, указан в Приложении №1 к сублицензионному договору № 10/04-15 НЛ/С о передаче неисключительной лицензии от 10.04.2015 г. 

Право ООО «Мармелад Медиа» на заключение сублицензионного договора № 10/04-15 НЛ/С о передаче неисключительной лицензии от 10.04.2015 г. подтверждается лицензионным договором № 0009-01/08-ММ от 09.01.2008 г. о передаче неисключительной лицензии, заключенным между ООО «Смешарики» (Лицензиар) и ООО «Мармелад Медиа» (Лицензиат).

П. 3.2. сублицензионного договора № 10/04-15 НЛ/С о передаче неисключительной лицензии от 10.04.2015 г. установлено, что в счет причитающегося вознаграждения, указанного в п. 3.1. настоящего Договора,

Сублицензиат выплачивает  Лицензиату аванс в размере 300 000 (Триста тысяч) рублей 00 копеек.

Исходя из этого, Общество рассчитало компенсацию в сумме 600 000 рублей (300 000 рублей х 2), впоследствии снизив ее до 300 000 руб.

Ответчик, возражая против иска, сослался на злоупотребление  истца своими правами, выраженное в неисполнение условий лицензионного договора.

Между тем, какие-либо действия в отношениях с ООО «Комбинат питания «Алтуфьево», а также выполнение ООО «Комбинат питания «Алтуфьево» условий договора также не имеет значения для настоящего спора, в рамках настоящего спора рассматриваются требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав.

В соответствии с пунктом 62 постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения (абзац третий пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответчик ссылался на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020№ 40-П.

Так, согласно положениям постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П, снижение размера компенсации «с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака)».

Между тем, истец уменьшил размер исковых требований, снизив размер компенсации до однократной стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель, т.е. до 300 000 руб.

 Кроме того, указанное постановление Конституционного Суда Российской Федерации относится к положениям статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик заявлял о снижении компенсации, ссылаясь на тяжелое материальное положение, а также сложившуюся эпидемиологическую обстановку.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Такие действия суда нарушают принцип равноправия сторон в процессе судопроизводства, установленный пунктом 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и принцип состязательности сторон, установленный частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме   того,   Постановлением   Конституционного   Суда   РФ   №   28-П от 13.12.2016 определен перечень обстоятельств, которые необходимо учитывать суд при определении размера компенсации и его снижения ниже пределов установленных статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации (от 10 000 до 5 000 000).

Следовательно, Постановлением и статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации  закреплены обстоятельства для снижения размера компенсации согласно подпункту 1 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в то время как истец избрал вид компенсации на основании подпункта 3 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Ответчик полагает, что плата за неправомерное использование произведения должна определяться исходя из стоимости произведенной продукции, однако это не соответствует обстоятельствам дела и положениям действующего законодательства РФ.

Истцом в настоящем деле избран вид компенсации на основании подпункта 3 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть компенсация в виде двукратной стоимости права использования произведения. 

Пунктом 3 сублицензионного договора № 10/04-15 НЛ/С от 10.04.2015 между ООО «Мармелад Медиа» и ООО «Комбинат питания Алтуфьево» установлен минимальный размер вознаграждения (300 000 руб.) за право использования произведений. Следовательно, двукратная стоимость права использования произведений изобразительного искусства составляет 600 000 руб..

Согласно п. 3.3 договора № 10/04-15 НЛ/С от 10.04.2015, аванс (минимальный размер вознаграждения) является невозвратным, то есть не подлежит возвращению вне зависимости от того, будет ли реализована сублицензиатом продукция в указанном объеме и будет ли расторгнут договор по инициативе любой из сторон.

Таким образом, данный аванс представляет собой сумму, которую в любом случае получает правообладатель вне зависимости от любых обстоятельств.

Контррасчет ответчика основан на основании подпункта 2 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть на стоимости контрафактных экземпляров произведения («исходя из стоимости произведенной продукции»).

Как указал Суд по интеллектуальным правам в постановлении от 29.04.2019 по делу № А05-10586/2018, суд не вправе самостоятельно изменять вид компенсации. Ответчик же в своем контррасчете вид компенсации изменил.

Ответчик ссылается на эпидемиологическую ситуацию и отсутствие дохода.

Обстоятельства, связанные с введением на территории Российской Федерации ограничительных мер, направленных на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения, принятых в связи с коронавирусом (COVID-19), сами по себе не свидетельствуют о наличии оснований для применения судом такой экстраординарной меры, как снижение размера компенсации ниже низшего предела, установленного законодателем.

Документов, подтверждающих отсутствие прибыли за период, предшествующий введению указанных ограничительных мер (в том числе, в результате ведения предпринимательской деятельности по дополнительным видам деятельности), ответчиком суду не представлено. Указывая на то, что деятельность, приносящая доход, им не ведется, ответчик не представил в суд документального подтверждения сведений о размере дохода, об отсутствии у него источников дохода, иных доказательств, позволяющих суду сделать вывод о тяжелом материальном положении ответчика. На дату рассмотрения дела ответчик деятельность не прекратил.

Само по себе включение деятельности ответчика в число наиболее пострадавших областей в условиях коронавируса не может однозначно свидетельствовать о тяжелом материальном положении последнего.

Обстоятельства, возникшие после допущенного нарушения, в том числе сложная эпидемиологическая ситуация вызванная распространением новой коронавирусной инфекции, не могут быть приняты в качестве обстоятельств для снижения компенсации в рамках рассматриваемого Постановления. Более того, указанное обстоятельство может подлежать учету при определении вопроса об отсрочке или рассрочке исполнения судебного акта.

Таким образом, суд, основываясь на вышеизложенных нормах права, определяя размер компенсации, учитывает фактические обстоятельства дела, количество нарушений, сохранив баланс прав и законных интересов сторон, считает правильным требования уточненные (уменьшенные) истца удовлетворить с полном объеме в сумме 300 000 руб. При этом суд считает, что данная компенсация соответствует степени допущенного ответчиком нарушения, размеру возможных убытков истца, является разумной и справедливой.

К доводам ответчика о том, что торт им не изготавливался суд относится критически, поскольку само по себе предложение к изготовлению и продаже кондитерских изделий с произведениями изобразительного искусства - изображениями персонажей, права на которые принадлежат истцу, на сайте в сети Интернет является способом использования объектов интеллектуальной собственности. Осуществление такого использования без согласия на то правообладателя является незаконным.

Суд по интеллектуальным правам в постановлении от 29.04.2019 по делу № А05-10586/2018 указал, что каталог ответчика «является предложением к продаже товаров по образцам, содержащимся в каталогах, проспектах, буклетах, представленными в фотографиях и других информационных материалах» (стр. 14 постановления).

Согласно статьям 1259, 1273, 1286 Гражданского кодекса Российской Федерации введение товара в гражданский оборот на территории Российской Федерации может выражаться, в том числе в предложениях к продаже либо оказанию услуг по его изготовлению.

Исходя из положений статей 437, 497 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор розничной купли-продажи может быть заключен на основании ознакомления покупателя с образцом товара либо с предложенным продавцом описанием товара посредством каталогов, проспектов, буклетов, фотоснимков, средств связи (телевизионной, почтовой, радиосвязи и других) или иными способами, исключающими возможность непосредственного ознакомления потребителя с товаром либо образцом товара при заключении такого договора (дистанционный способ продажи товара). При этом содержащее все существенные условия договора предложение, из которого усматривается воля лица, делающего предложение, заключить договор на указанных в предложении условиях с любым, кто отзовется, признается офертой (публичная оферта).

На основании п. 8 Правил продажи товаров по образцам (утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 21.07.1997 № 918), демонстрация образцов товаров в месте продажи признается публичной офертой независимо от того, указаны ли существенные условия договора, за исключением случаев, когда продавец явно определил, что товары не предназначены для продажи. Продавец обязан заключить договор с любым лицом, выразившим намерение приобрести товар, выставленный в месте продажи.

Учитывая данные положения законодательства, Суд по интеллектуальным правам указал: «судам нижестоящих инстанций следовало в совокупности оценить доводы истца и представленные им доказательства, подтверждающие не только размещение ответчиком в каталоге предложения к продаже торта, содержащего персонажей «Нюша» и «Бараш», и единичный факт изготовления по заказу представителя истца, но и саму возможность его изготовления по заказу любого лица, выразившего намерение пробрести товар» (стр.15 постановления).

В настоящем деле способ использования ответчиком объектов интеллектуальной собственности истца соответствует способу использования, зафиксированному в лицензионном договоре № 0009-01/08-ММ от 09.01.2008 и сублицензионном договоре № 10/04-15 НЛ/С от 10.04.2015.

Допущенное ответчиком нарушение является длящимся и состоит в предложении товара к изготовлению и продаже по запросу любого заинтересованного лица.

Ответчик заблуждается, полагая, что к его действиям применимы положения договоров, которые заключены не с ним.

Кроме того, истцом размер компенсации в виде двукратного размере стоимости использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель, определен на основании условий п. 3.3 договора № 10/04-15 НЛ/С от 10.04.2015: аванс (минимальный размер вознаграждения) является невозвратным, то есть не подлежит возвращению вне зависимости от того, будет ли реализована сублицензиатом продукция в указанном объеме и будет ли расторгнут договор по инициативе любой из сторон.

Таким образом, данный аванс представляет собой сумму, которую в любом случае получает правообладатель вне зависимости от любых обстоятельств (в том числе вне зависимости от того, какое количество товаров было реализовано).

Данный довод истца подтверждается и имеющейся судебной практикой: постановлением Суда по интеллектуальным правам от 29.04.2019 по делу № А05-10586/2018, решением Арбитражного суда Томской области от 13.06.2019 по делу № А67-1980/2019 (оставлено без изменения вышестоящими инстанциями), решением Арбитражного суда Иркутской области от 16.10.2019 по делу № А19-4730/2019 (оставлено без изменения вышестоящими инстанциями).

Более того, в процессе рассмотрения спора по существу истцом размер компенсации был уменьшен.

Истцом заявлены почтовые расходы в связи с отправлением претензии и искового заявления в размере 207 руб. 54 коп.

В подтверждение несения данных расходов истцом представлены почтовая квитанция от 18.06.2019 с описью вложения в ценное письмо на сумму 207 руб. 54 коп.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (части 1, 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).

В связи с изложенным, расходы на приобретение представленного в материалы дела доказательства в размере 207 руб. 54 коп. отвечают установленным статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации критериям судебных издержек.

В случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (пункт 4 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1).

Обязанность по представлению суду при подаче искового заявления документов, подтверждающих направление другим лицам, участвующим в деле, копий искового заявления и приложенных к нему документов, а также выписок из  ЕГРЮЛ и/или ЕГРИП с указанием сведений о месте нахождения или месте жительства истца и ответчика частью 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложена на истца, следовательно, понесенные представителем истца расходы в связи с отправлением претензии и искового заявления, а также за предоставление сведений из ЕГРИП в отношении ответчика признается судом судебными издержками, связанными с рассмотрением дела применительно к статье 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Обязанность по представлению суду при подаче искового заявления документов, подтверждающих направление другим лицам, участвующим в деле, копий искового заявления и приложенных к нему документов, а также выписок из ЕГРЮЛ и/или ЕГРИП с указанием сведений о месте нахождения или месте жительства истца и ответчика частью 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложена на истца, следовательно, понесенные представителем истца расходы в связи с отправлением претензии и искового заявления в сумме 207 руб. 54 коп. и в связи с получением выписки из ЕГРИП на сумму 200 руб. признаются судом судебными издержками, связанными с рассмотрением дела применительно к статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, истцом при обращении в суд произведена уплата государственной пошлины в сумме 15 000 руб. на основании платежного поручения от 30.07.2019 № 5190, указанные расходы относятся к судебным по правилам статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебные расходы и издержки подтверждены документально.

Поэтому на основании статьи 110  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца следует взыскать 9 000 руб. – расходов по оплате государственной пошлины, 207 руб. 54 коп. – почтовых расходов и 200 руб. - судебных расходов по получению выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей.

Доводы ответчика о том, что с него уже взыскивалась стоимость выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в деле А19-20699/2018 суд признает несостоятельными, поскольку  в деле № А19-20699/2018 с ответчика взыскивалась стоимость выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, полученной истцом 07.06.2018, тогда как в настоящем деле истец просит взыскать с ответчика стоимость выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, полученной 11.06.2019.

Излишне уплаченная истцом сумма госпошлины в размере 6 000 руб. подлежит возврату истцу из бюджета Российской Федерации на основании статьи 104 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Смешарики» 300 000 руб. – компенсации, 9 407 руб. 54 коп. – судебные расходы (в том числе 9 000 руб. – расходы по оплате государственной пошлины, 407 руб. 54 коп. – судебные издержки).

Возвратить Обществу с ограниченной ответственностью «Смешарики» из бюджета Российской Федерации  государственную пошлину в сумме 6 000 руб. 

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия, и по истечении  этого  срока  вступает  в  законную силу.

Судья                                                                                                                        Т.Б. Зарубина