ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-43095/2018

город Ростов-на-Дону

09 октября 2019 года

15АП-16370/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 октября 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Чотчаева Б.Т.,

судей Ковалевой Н.В., Маштаковой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии: 

от общества с ограниченной ответственностью «Аксайский подводник»: представитель ФИО2 по доверенности от 30.07.2018, удостоверение,

от ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 12.07.2018, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Аксайский подводник» 

на решение Арбитражного суда Ростовской области от 29.07.2019 по делу                 №А53-43095/2018 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Аксайский подводник» 

к ФИО3 

о взыскании убытков, 

принятое в составе судьи Овчаренко Н.Н.,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Аксайский подводник» (далее – истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО3 (далее – ответчик, ФИО3) о взыскании убытков в размере 5 767 695 рублей.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 29.07.2019 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, истец обжаловал его в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В апелляционной жалобе истец просит решение арбитражного суда первой инстанции от 29.07.2019 отменить, принять новый судебный акт.

По мнению заявителя жалобы, отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к неверному выводу о недоказанности наличия в действиях директора недобросовестности, а также не принял во внимание, что взаимоотношения сторон строились с «фирмами-однодневками». 

В представленном в материалы дела отзыве истец просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель истца в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представитель ответчика в судебном заедании просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, по основаниям, изложенным в отзыве.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения принятого судом первой инстанции решения и удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, общество зарегистрировано Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №26 по Ростовской области 05.06.2008, обществу присвоен ОГРН 

<

***>.

Учредителем общества является ФИО5 с долей 25% в уставном капитале, а 75% доли в уставном капитале принадлежит обществу, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ по состоянию на 26.12.2018                             №ЮЭ9965-18-11962078.

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, общество указывает, что ФИО3 решением общего собрания участников от 01.12.2008 был избран директором общества.

Общее собрание участников общества на основании протокола от 14.05.2018 №2, рассмотрев заявление ФИО6 об увольнении по собственному желанию, приняло решение о расторжении трудового договора. На основании решения общего собрания, вновь избранный директор общества издал приказ  от 28.05.2018 №11-к об увольнении ФИО3 с 28.05.2018.

В соответствии с решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №11 по Ростовской области от 17.05.2017 №08-15/11 в отношении общества была проведена выездная налоговая проверка.

Решением от 18.01.2018 №08-15/12 общество было привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения. В ходе проведенной выездной налоговой проверки установлено, что у контрагента ООО «Главстройспецмонтаж», договор с которым был подписан директором ФИО3 на сумму 22 144 973 рубля 24 копейки, на выполнение работ по капитальному ремонту газопроводов, отсутствуют необходимые условия для достижения результатов соответствующей экономической деятельности: основные средства и производственные активы, необходимая численность, счета-фактуры подписаны неуполномоченным лицом и т.п. Совокупность всех фактов свидетельствовала об отсутствии реальности совершения соответствующих хозяйственных операций. По результатам анализа движения денежных средств в ООО «Главстройспецмонтаж» по расчетному счету, налоговая инспекция усмотрела транзитный характер движения денежных средств, создание указанного предприятия исключительно с целью перевода денежных средств. Таким образом, счета-фактуры, оформленные от имени ООО «Главстройспецмонтаж», на основании которых общество предъявило к вычету НДС в 2017 году в сумме                           3 378 047 рублей, не соответствуют требованиям статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации, так как содержит недостоверную и заведомо ложную информацию. Опрошенный в ходе проведения мероприятий налогового контроля ФИО3 не представил доказательства того, каким-образом его контрагент выполнял для общества работы, поименованные в первичных документах, оформленных от имени данного контрагента при отсутствии у него технических, трудовых ресурсов. К аналогичным выводам в ходе осуществления мероприятий налогового контроля пришла налоговая инспекция и в отношении контрагента ООО «Билдинг Крафт», договор с которым оформлен на сумму 14 602 442 рубля           61 копейка, и с ООО «Юнис Строй», сумма договора с которым составила сумму 868 494 рубля 61 копейка.

По мнению истца, достоверно зная о том, что работы по указанным контрактам фактически выполнялись силами и средствами общества, денежные средства в размере 43 383 605 рублей 46 копеек были перечислены вышеуказанным контрагентам. Помимо этого, доначисленный налог на НДС на указанные предприятия взысканы решением ИФНС №11 по Ростовской области с общества.

По состоянию на 17.01.2018 налоговой инспекцией была доначислена необоснованная налоговая выгода в виде вычета по НДС, штраф и пеня, в частности, недоимка составила 4 742 811 рублей, сумма штрафа составила 43 383 рубля, пени в сумме 981 504 рубля, всего на общую сумму 5 767 695 рублей общество уплатило в бюджет.

На основании выводов, содержащихся в решении Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №11 по Ростовской области от 18.01.2018                  №08-15/12, истец полагает, что ФИО3 как руководитель юридического лица за период с 01.12.2008 по 28.05.2018, причинил обществу ущерб в сумме                      5 767 695 рублей.

В адрес ФИО3 была направлена претензия от 31.08.2018 об обязании оплатить убытки в сумме 5 767 695 рублей, которая оставлена без ответа и удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно частям 1, 2 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

Часть 1 статьи 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает перечень дел, отнесенных к специальной подведомственности арбитражных судов, к которым, в числе прочих, относятся дела по спорам, указанным в статье 225.1 названного Кодекса, то есть дела по корпоративным спорам.

Исходя из части 2 статьи 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указанные в части 1 названной статьи Кодекса дела рассматриваются арбитражным судом независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возникли спор или требование, юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане.

Спор о взыскании убытков с директора подведомствен арбитражному суду как связанный с деятельностью юридического лица и с управлением им (статья 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела по искам учредителей, участников, членов юридического лица о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок.

В силу части 4.1 статьи 38 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исковое заявление или заявление по спору, указанному в статье 225.1 данного Кодекса, подается в арбитражный суд по месту нахождения юридического лица, указанного в статье 225.1 данного Кодекса.

На основании пунктов 1, 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Возмещение убытков лицом, исполняющим обязанности единоличного исполнительного органа общества (директор, генеральный директор), в случае его недобросовестных или неразумных действий, предусмотрено положениями статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон №14-ФЗ).

Согласно пункту 3 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое положение общества с ограниченной ответственностью и права и обязанности его участников определяются настоящим Кодексом и законом об обществах с ограниченной ответственностью.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Закона №14-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган этого общества, члены коллегиального исполнительного органа, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 стать 44 Закона №14-ФЗ).

Согласно пункту 5 статьи 44 Закона №14-ФЗ с иском о возмещении убытков причиненных обществу единоличным исполнительным органом общества, вправе обратиться в суд общество или его участник.

В соответствии со статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками, вину причинителя вреда.

В пунктах 1 - 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление №62) разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Согласно пункту 6 постановления №62 по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу толкования правовых норм, приведенных в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 №12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей, Таким образом, обязанность доказывания наличия оснований для привлечения руководителя общества к ответственности лежит на заявителе (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 4 постановления №62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В пункте 3 статьи 44 Закона №14-ФЗ установлено, что при определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В силу пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются, поэтому доказывать недобросовестность и неразумность действий единоличного исполнительного органа общества, повлекших за собой причинение убытков, должен истец.

Привлечение исполнительного органа к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Таким образом, привлечение к ответственности руководителя юридического лица зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа. Руководитель не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал исходя из обычных условий делового оборота, либо в пределах разумного предпринимательского риска.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.н.) и представить соответствующие доказательства.

Согласно пунктам 12 - 14 постановления Пленума Верховного Суда Гражданского кодекса Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» с учетом общих положений о применении ответственности в виде убытков, установленных статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, и приведенных выше норм следует, что для вывода о возникновении у ответчика обязательства по возмещению убытков по иску общества необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии с пунктом 2 постановления №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные истцом доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности истцом наличия убытков, обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, а также самого факта вины директора.

Истец в качестве доказательств причинения убытков обществу ссылается на решение решении Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №11 по Ростовской области от 18.01.2018 №08-15/12, при этом, пояснений какие конкретно корпоративные права истца были нарушены ФИО3, истец суду не представил.

ФИО3 возражая против исковых требований, указал, что требования истца, по сути, сводятся не к возмещению убытков, причиненных действиями ответчика, а к компенсации налоговых платежей, подлежащих уплате истцом. ФИО3 считает, что общество исполнило свою прямую обязанность по выплате НДС в бюджет, что не может являться убытками от управления ФИО3 Само по себе наличие решения налогового органа о привлечении к ответственности на совершение налогового правонарушения, вынесенное в отношении общества, не может являться доказательством наличия вины руководителя в причинении убытков. Также ФИО3 указал, что при наличии допущенных налогоплательщиком нарушений по уплате обязательных платежей ответственность несет хозяйствующий субъект, без права отнесения вины на единоличный исполнительный орган общества, а начисленные налоговым органом пени не являются убытками для общества, поскольку являются компенсацией потерь бюджета вследствие уплаты налога в более поздний срок. В течение всего периода просрочки, денежные средства, составляющие сумму неуплаченного налога, находились на счете общества, могли ими пользоваться в предпринимательской деятельности для получения соответствующей экономической выгоды. ФИО3 утверждает, что обязанность по перечислению налогов не может быть возложена на директора, поскольку предусмотрена действующим законодательством и не зависит от действий (бездействий) руководителя организации.

В ходе рассмотрения настоящего иска, ФИО3 заявил о пропуске истцом трехгодичного срока исковой давности.

ФИО3 суду пояснил, что из материалов дела (л.д. 31 т. 1) следует, что на момент заключения и исполнения договоров с ООО «Главстройспецмонтаж», ООО «Билдинг Крафт», ООО «Юнис Строй» должность главного инженера общества занимал ФИО7, который также являлся участником общества. На сегодняшний день ФИО5 является директором общества и единственным участником, именно ФИО5 является лицом, действующим от имени общества и представляющим его интересы. Также ФИО3 считает, что ФИО5 в силу своих должностных обязанностей, безусловно, знал или, по крайней мере, действуя разумно и добросовестно, должен был знать о заключенных договорах и их исполнении. По мнению ФИО3, безусловным доказательством осведомленности ФИО5 о заключении договоров с ООО «Главстройспецмонтаж», ООО «Билдинг Крафт», ООО «Юнис Строй», отраженными в решении налогового органа №08-15/12, являются его показания, данные им в рамках налоговой проверки, в которых он поясняет, как и каким образом осуществлял выбор контрагентов при заключении договоров (т. 1, л.д. 30-31, 53).

Другие участники общества ФИО8 и ФИО9 также занимали руководящие должности в организации: ФИО8 - директор по маркетингу, ФИО9 - директор по производству.

ФИО3 произвел анализ представленных в материалы дела должностных инструкций, которыми считает, что должностные обязанности ФИО3 (директора) и ФИО8 (директора по маркетинг) являются идентичными.

Кроме того, ФИО3 считает, что истец должен был узнать о заключении договоров с указанными контрагентами и их исполнении не позднее 01.12.2014 (договор от 01.12.2014 №32-14), то есть, задолго до даты вынесения решения налоговым органом о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, в связи с чем, ФИО3 считает, что сок исковой давности должен исчисляться с 01.12.2014.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к верному выводу о том, что срок исковой давности по требованию о взыскании убытков с директора в данном случае начинается со дня, когда о нарушении со стороны ФИО3 как директора общества, могли знать участники данного общества ФИО9, ФИО8, ФИО5 и ФИО3, доля которых составляла по 25% уставного капитала, доля которых после выхода из состава участников общества Рыбака Г.А., ФИО8 и ФИО3 перешла к обществу, что подтверждено записью ГРН 6186196161508 от 22.11.2018 и решением Арбитражного суда Ростовской области от 02.07.2019 по объединенному делу №А53-33938/2018 о взыскании действительной доли в уставном капитале общества.

Однако, как верно указал суд первой инстанции, в рассматриваемой ситуации ни ФИО5, ни ФИО9, ни ФИО8, не являются заявителями по настоящему иску о взыскании убытков с бывшего директора общества ФИО3

В рассматриваемой ситуации, заявителем является само общество, которое  участвовало с ходе указанной налоговой проверки, пользовалось предусмотренными налоговым законодательством правами, знакомилось с принятым 18.01.2018 Межрайонной ИФНС России №11 по Ростовской области решением №08-15/12, то трехгодичный срок исковой давности не истек.

С учетом доводов сторон, имеющихся доказательств, суд первой инстанции установил, что заместителем Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №11 по Ростовской области советника государственной гражданской службы Российской Федерации 3 класса ФИО10 принято решение от 17.05.2017 №08-15/11 о проведении выездной налоговой проверки за период с 01.01.2014 по 31.12.2016 по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты: налога на прибыль организации, налога на добавленную стоимость, налога на доходы физических лиц, налога на имущество организаций и транспортного налога.

Согласно Решению №08-15/12 о привлечении к ответственности за совершение налогового нарушения от 18.01.2018, по результатам проведенных мероприятий налогового контроля в акте выездной налоговой проверки от 12.12.2017 №08-15/46 предложено привлечь общество к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неуплату и неполную уплату сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы.

Обществом 12.01.2018 было представлено ходатайство по акту выездной проверки, в котором общество просило снизить сумму штрафных санкций в связи с нахождением в трудном финансовом положении, а отраженные в акте проверки правонарушения совершены налогоплательщиком неумышленно, общество является добросовестным налогоплательщиком, исчисляет и уплачивает налоги в установленном законодательством Российской Федерации порядке, а также ведет бухгалтерский учет в соответствии с имеющимися правилами, доначисленные суммы налогов и пеней по результатам выездной налоговой проверки на основании акта проверки от 12.12.2017 №08-15/46 частично оплачены.

Налоговый орган счел ходатайство общества подлежащим удовлетворению и снизить размер штрафных санкций в восемь раз, учитывая сложившуюся правоприменительную практику арбитражных судов.

В соответствии со статьей 109 Налогового кодекса Российской Федерации в связи с истечением сроков давности привлечения к ответственности к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неполную уплату налога на добавленную стоимость: за 2 квартал 2014 в сумме 14 916 рублей, за 3 квартал 2014 в сумме 49 441 рубля, налоговый орган предложил уплатить указанные в пункте 1.3 решения недоимку в сумме 4 742 811 рублей, пени в сумме 981 504 рубля 16 копеек и штрафы в сумме 43 383 рублей, вести необходимые исправления в документы бухгалтерского и налогового учета.

Согласно сообщениям Межрайонной ИФНС №11 по Ростовской области от 27.12.2017 №8975, от 27.12.2017 №8976 налоговым органом приняты решения от 27.12.2017 №6833 и от 27.12.2017 №6832 о зачете обществу налога на прибыль организаций (за исключением КГН), зачисленного в бюджет субъекта Российской Федерации в сумме 2 700 000 рублей и на сумму 304 620 рублей (т. 1, л.д. 87, 88).

Общество перечислило в бюджет штраф в сумме 43 383 рублей по платежному поручению от 26.01.2018 №000047, пени по НДС на основании акта налоговой проверки от 1212.2017 №08-15/46 в сумме 963 285 рублей по платежному поручению от 25.12.2017 №001254, пени по НДС в сумме 18 219 рублей 16 копеек по платежному поручению от 26.01.2018 №000048 (т. 1, л.д.                  89-91).

Решение №08-15/12 о привлечении к ответственности за совершение налогового нарушения от 18.01.2018 налогоплательщиком не обжаловалось.

Согласно статье 23 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги.

Согласно статье 247 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком.

Налог на прибыль организаций - это прямой налог, его величина прямо зависит от конечных финансовых результатов деятельности организации. Налог начисляется на прибыль, которую получила организация, то есть на разницу между доходами и расходами. Прибыль - результат вычитания суммы расходов из суммы доходов организации - является объектом налогообложения. Правила налогообложения налогом на прибыль определены в главе 25 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно положениям статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации недоимкой является сумма налога или сумма сбора, не уплаченная в установленный законодательством о налогах и сборах срок. Таким образом, исходя из смысла данного понятия, отнесение суммы недоимки к убыткам общества является ошибочным, поскольку данная сумма по своей правовой природе не относится к штрафным санкциям, а является суммой обязательного налогового платежа просроченного к оплате, но подлежащего в любом случае оплате налогоплательщиком.

Таким образом, при наличии допущенных налогоплательщиком нарушений по уплате обязательных платежей ответственность несет хозяйствующий субъект, без права отнесения вины на единоличный исполнительный орган общества.

Начисленные налоговым органом пени не являются убытком для общества, поскольку являются компенсацией потерь бюджета вследствие уплаты налога в более поздний срок. В течение всего этого периода денежные средства, составляющие сумму неуплаченного налога, находились на счете истца, могли использоваться в предпринимательской деятельности и приносить экономическую выгоду.

Таким образом, правовой механизм пени представляет собой лишь перенос экономической выгоды от поздней уплаты налога с налогоплательщика на бюджет, при этом, обязанность по перечислению НДФЛ не может быть возложена на директора, поскольку предусмотрена действующим налоговым законодательством и не зависит от действий (бездействия) руководителя организации.

В свою очередь, начисленные налоговым органом пени являются компенсацией потерь бюджета вследствие уплаты налога в более поздний срок. В течение периода просрочки, денежные средства, составляющие сумму неуплаченного налога, находились на счете истца, могли или использовались в предпринимательской деятельности для получения соответствующей экономической выгоды.

Однако, сам факт уплаты обществом налоговых платежей не свидетельствует о причинении обществу убытков на сумму уплаченных налогов, поскольку под налогом понимается обязательный, индивидуально безвозмездный платеж, взимаемый с организаций и физических лиц в форме отчуждения принадлежащих им на праве собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления денежных средств в целях финансового обеспечения деятельности государства и (или) муниципальных образований.

Как верно указал суд первой инстанции, налог, начисленный обществу, не является мерой налоговой ответственности.

В соответствии с частью 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, сформулированными в абзацах 3, 4 пункта 12 Постановления от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Рассмотрение обособленного спора в виде взыскания убытков с лица, исполнявшего обязанности руководителя должника, производится по общим правилам искового производства и должно быть подчинено таким основополагающим задачам судопроизводства как защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, справедливое публичное судебное разбирательство в разумный срок независимым и беспристрастным судом (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, из указанного Решения №08-15/12 о привлечении к ответственности за совершение налогового нарушения от 18.01.2018 не следует, что налоговым органом установлены обстоятельства, свидетельствующие о непосредственном участии ФИО3 в разработке тех или иных схем уклонения от уплаты налогов, получения необоснованной налоговой выгоды, привлечения его к уголовной ответственности за неуплату налогов (статья 199 Уголовного кодекса Российской Федерации), равно как и обстоятельства, свидетельствующие о том, что действия (бездействия) ФИО3 были направлены на причинение вреда возглавляемому им обществу, в том числе.

Исследовав материалы дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии доказательств того, что действия ФИО3 являлись неразумными или недобросовестными, были нарушены обычные процедуры выбора контрагентов, либо они были специально созданы ФИО3 с целью избежать ответственности сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности общества; доказательств, подтверждающих непосредственное участие ФИО3 в разработке тех или иных схем уклонения от уплаты обязательных платежей (налоговых взносов), направленности его действий на получение необоснованной выгоды или причинение предприятию убытков, а также вины ФИО3, истец суду не представил.

В ситуации, когда руководителем принято конкретное решение, вызвавшее дальнейшие претензии со стороны государственных органов и штрафы для организации, необходимо выяснить, предполагало ли принимаемое решение заведомое отклонение от предписаний закона (недобросовестное принятие решения), или имелась ли объективная возможность предвидеть, что реализация такого решения повлечет риск ненадлежащего исполнения нормативных требований (неразумное принятие решения).

Истец, в нарушении норм статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказал, что ФИО3 не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для принятия решения о заключении сделок информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, совершил сделки с заведомо неспособными исполнить обязательство лицами, и не принимал необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо (в данном случае целью заключения договоров были работы, которые фактически были произведены).

Из разъяснений Министерства финансов Российской Федерации, изложенных в письме от 10.04.2009 №03-02-07/1-177, следует, что к мерам, предпринимаемым налогоплательщиком в целях подтверждения добросовестности его контрагента и свидетельствующими о его осмотрительности и осторожности при выборе контрагента, относится не только получение копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверка факта занесения сведений о контрагенте в единый государственный реестр юридических лиц, но и получение доверенности или иного документа, уполномочивающего то или иное лицо подписывать документы от лица контрагента.

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО3 проявил должную осмотрительность и осторожность при выборе контрагентов, удостоверился в личности лиц, подписавших договоры и иные документы, а также в наличии у них соответствующих полномочий.

Начисленные налоговым органом пени являются компенсацией потерь бюджета вследствие уплаты налога в более поздний срок. В течение периода просрочки, денежные средства, составляющие сумму неуплаченного налога, находились на счете общества, могли или использовались в предпринимательской деятельности общества для получения соответствующей экономической выгоды.

В соответствии с пунктом 1 статьи 6 и пункта 2 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 №402 «О бухгалтерском учете» (далее – Закон №402) руководитель несет ответственность за надлежащую организацию бухгалтерского учета, а главный бухгалтер (бухгалтер при отсутствии в штате должности главного бухгалтера) - за ведение бухгалтерского учета, своевременное представление полной и достоверной бухгалтерской отчетности.

Пунктом 8 статьи 7 Закона №402 предусмотрен порядок ведения бухгалтерского учета в случае возникновения разногласий в отношении ведения бухгалтерского учета между руководителем экономического субъекта и главным бухгалтером или иным должностным лицом, на которое возложено ведение бухгалтерского учета.

Из материалов дела следует, что у директора ФИО3 и главного бухгалтера общества не возникло разногласий относительно отражения спорных фактов хозяйственной деятельности, и директор не давал лицу, ответственному за ведение бухгалтерского учета, письменных распоряжений, повлекших начисление спорных сумм пени и штрафа.

Суд первой инстанции также отметил, что ФИО3 на момент подачи налоговых деклараций и затребованных налоговым органом документов, не скрывал информацию о совершенных сделках, сведения о выполненных работах отражены в бухгалтерской отчетности, представленной в налоговый орган сразу после подписания актов КС-2.

При таких обстоятельствах отсутствуют достаточные основания утверждать о преднамеренности и недобросовестности действий ФИО3 как директора общества.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 постановления №62 арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как, возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО3 при осуществлении своих полномочий действовал с намерением причинить убытки обществу. Доказательства того, что причиной доначисления обществу пени и привлечения его к ответственности в виде штрафа послужили действия ФИО3, намеренно допустившего искажения документов в целях занижения налоговой базы и уменьшения размера подлежащего уплате налога, не имеется.

Действия ФИО3 как директора общества не выходили за пределы обычного делового оборота и разумного предпринимательского риска.

Как верно установил суд первой инстанции, в материалах дела отсутствуют факты наличия у общества убытков, недобросовестного поведения ФИО3, совершения им умышленных действий в ущерб интересам общества, а, следовательно, причинения действиями ФИО3 убытков обществу.

Истец не доказал совокупность обстоятельств, являющихся основанием для возложения на ФИО3 ответственности в виде взыскания убытков.

Доказательства того, что в период, когда ФИО3 являлся дмретором общества (с 01.12.2008 по 28.05.2018) деятельность общества являлась убыточной, не имеется, равно как и доказательств привлечения общества к административной ответственности по вине директора с 01.12.2018 и по настоящее время.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.01.2017 по делу №А09-13098/2015 №310-ЭС16-18066, квалификация налоговым органом действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась для директора очевидной, что не позволяет сделать вывод об отсутствии в действиях директора разумности и наличии недобросовестности.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления №62 арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Взыскание санкций само по себе не может быть отождествлено с причинением лицу убытков.

Данные выводы суда подтверждаются сложившейся судебной практикой (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.03.2012 №ВАС-2117/12, постановления Арбитражного суда Поволжского округа от 15.05.2015 по делу №А65-19589/2014, Арбитражного суда Центрального округа от 25.11.2016 по делу №А35-10263/2015, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2018 по делу №А53-40190/2017).

Поскольку материалы дела не содержат достаточных доказательств, позволяющих установить наличие совокупности всех условий для возложения на ФИО3 гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, постольку в удовлетворении исковых требований отказано правомерно.

Судом первой инстанции верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, дана правильная оценка доказательствам и доводам участвующих в деле лиц.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению решения, апелляционной инстанцией не установлено.

Расходы по государственной пошлине по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя жалобы. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 29.07.2019 по делу                 №А53-43095/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано через арбитражный суд первой инстанции в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого постановления, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Б.Т. Чотчаев

СудьиН.В. Ковалева

Е.А. Маштакова