ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-15943/2017

13 сентября 2018 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  06 сентября 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 сентября 2018 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бодунковой С.А.

судей  Брежневой О.Ю., Шаровой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-8816/2018) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 01 июня 2018 года по делу № А70-15943/2017 (судья Целых М.П.), вынесенное по заявлению ФИО2 об установлении требований к должнику в размере 10 924 981 руб. 66 коп., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Тюменьнефтегазпромсервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в судебном заседании представителей:  

от ФИО2 - представитель ФИО3 по доверенности от 06.04.2018, сроком на один год,

установил:

в Арбитражный суд Тюменской области обратилось общества с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «Симплекс» о признании несостоятельным (банкротом) общество с ограниченной ответственностью «Тюменьнефтегазпромсервис» (далее – ООО «Тюменьнефтегазпромсервис», должник). 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.12.2017 заявление ООО Научно-производственное предприятие «Симплекс» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Тюменьнефтегазпромсервис» принято к производству.

Определением суда от 16.04.2018 (резолютивная часть от 12.04.2018) в отношении ООО «Тюменьнефтегазпромсервис» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО4.

Сведения о несостоятельности (банкротстве) должника опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ»  №70 от 21.04.2018.

В Арбитражный суд Тюменской области 26.04.2018 (нарочно) обратился ФИО2 с заявлением об установлении требований к должнику в размере 10 924 981 руб. 66 коп. на основании  решения Центрального районного  суда от 09.01.2018 по делу №2-8242/2017.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 01.06.2018 прекращено производство по заявлению ФИО2 в части включения  60 000 руб. в реестр требований кредиторов должника. Отказано ФИО2 во включении требований в реестр требований кредиторов ООО «Тюменьнефтегазпромсервис». Требования ФИО2 признаны обоснованными в размере  10 415 000 руб. долга, 170 488 руб. 71 коп. процентов на сумму долга, 279 492 руб. 95 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами с 05.12.2017 по 11.04.2018 и  подлежащими удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Тюменьнефтегазпромсервис», а также после удовлетворения требований незаинтересованных лиц, чьи требования учтены за реестром.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда в части отказа во включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО2, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления в данной части.

В обоснование апелляционной жалобы её податель указывает следующее:

- суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание пояснения и доказательства ФИО2, раскрывающие экономические мотивы избрания конструкции заемных обязательств, а не увеличения уставного капитала;

- для увеличения уставного капитала требовалось согласие второго участника общества ФИО5 с долей участия 50%, такого согласия не было, сам ФИО2 не мог единолично принять такого решения;

- предоставление займа – наиболее оперативный способ финансирования по сравнению с увеличением уставного капитала;

- ФИО2 предоставлял займы с учетом наличия налоговых преференций;

- гражданско-правовая природа обязательств, вытекающих их заемных отношений, была установлена судом общей юрисдикции (решение Центрального районного суда города Тюмени от 09.01.2018 по делу №2-8242/2017);

- суммы займа, предоставляемые должнику ФИО2 являлись незначительными;

- отказ во включении требования ФИО2 нарушает права не привлеченного третьего лица ФИО6, который предоставил займ ФИО2 с целью пополнения оборотных средств ООО «Тюменьнефтегазпромсервис».

Представитель ФИО2 в заседании суда поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда в части отказа во включении требования в реестр требований кредиторов отменить, заявление ФИО2 в данной части удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Изучив материалы обособленного спора, доводы апелляционной жалобы, отзыва на неё, выслушав представителей, участвующих в деле лиц, проверив законность и обоснованность определения суда в порядке статей 266, 268 АПК РФ, апелляционный суд не находит оснований для его отмены или изменения.

В силу пункта 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

При наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов (пункт 3 статьи 71 Закона о банкротстве).

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований.

Заявленные кредитором требования основаны на том, что  решением Центрального районного суда  г. Тюмени от 09.01.2018 по делу №2-8242/2017 исковые требования ФИО2  удовлетворены  частично. ООО «Тюменьнефтегазпромсервис» в пользу ФИО2 взысканы  денежные средства:

 по договору займа №1 от 09.02.2017 в размере 500 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 10.08.2017 по 04.12.2017 в сумме 13 767, 12 руб.

по договору займа № 2 от 13.02.2017 в размере 490 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 14.08.2017 по 04.12.2017 в сумме 13 008, 49 руб.

по договору займа № 3 от 15.02.2017 в размере 500 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 16.09.2017 по 04.12.2017 в сумме 9 205,48 руб.

по договору займа № 20 от 31.03.2017 в размере 450 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 31.09.2017 по 04.12.2017 в сумме 6 700, 68 руб.

по договору займа № 21 от 03.04.2017 в размере 150 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 04.10.2017 по 04.12.2017 в сумме 2 128, 77 руб.

по договору займа № 22 от 12.04.2017 в размере 500 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 13.10.2017 по 04.12.2017 в сумме 6 047, 94 руб.

по договору займа 23 от 13.04.2017 в размере 390.000 рублей, проценты на сумму долга за период с 02.09.2017 по 04.12.2017 в сумме 8.526, 57 руб.

по договору займа № 24 от 17.04.2017 в размере 300.000 рублей, проценты на сумму долга за период с 02.09.2017 по 04.12.2017 в сумме 6.558,91 руб.

по договору займа № 25 от 17.04.2017 в размере 470.000 рублей, проценты на сумму долга за период с 02.09.2017 по 04.12.2017 в сумме 10.275,62 руб.

по договору займа № 25 от 18.04.2017 в размере 280 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 02.09.2017 по 04.12.2017 в сумме 6 121,65 руб.

по договору займа № 26 от 20.04.2017 в размере 445 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 02.09.2017 по 04.12.2017 в сумме 9.729,05 руб.

по договору займа № 27 от 21.04.2017 в размере 100 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 02.09.2017 по 04.12.2017 в сумме 2 186,30 руб.

по договору займа № 28 от 24.04.2017 в размере 455 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 02.10.2017 по 04.12.2017 в сумме 6 669,18 руб.

по договору займа № 29  от 26.04.2017 в размере 1 055 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 11.10.2017 по 04.12.2017 в сумме 13 252,53 руб.

по договору займа № 30 17.05.2017 в размере 300 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 02.10.2017 по 04.12.2017 в сумме 4 397,26 руб.

по договору займа № 31 от 18.05.2017 в размере 700 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 02.10.2017 по 04.12.2017 в сумме 10.260,27 руб.

по договору займа № 32 от 19.05.2017 в размере 340 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 02.10.2017 по 04.12.2017 в сумме 4 983,57 руб.

по договору займа № 33 от 20.06.2017 в размере 2 999 000 рублей, проценты на сумму долга за период с 11.10.2017 по 04.12.2017 в сумме 37 559,32 руб.

Также с ООО «Тюменьнефтегазпромсервис» в пользу  ФИО2  взыскана государственная пошлина в размере 60 000  руб.

Решение вступило в законную силу 17.02.2018, выдан исполнительный лист серия ФС № 020173332.

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Из абзаца 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве следует, что разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

То есть из содержания приведенных норм следует, что при наличии решения суда, подтверждающего состав и размер требований кредитора, арбитражный суд определяет лишь возможность их предъявления в процессе дела о несостоятельности (банкротстве) и их очередность.

В данном случае наличие вступившего в законную силу судебного акта подтверждает обоснованность заявленного требования и освобождает от обязанности доказывать требование по праву и по размеру другими доказательствами.

При этом, как следует из разъяснений, изложенных в пункте 24 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить.

Поскольку, не представлено в материалы дела доказательств отмены указанного судебного акта или исполнения его должником, суд в рамках дела о банкротстве лишен возможности сделать выводы об отсутствии на стороне должника обязательства.

Выводы суда первой инстанции о том, что взысканная решением Центрального районного суда  г. Тюмени от 09.01.2018 по делу №2-8242/2017 государственная пошлина в размере 60 000 руб. является текущим требованием, предметом апелляционного обжалования не являются, в связи с чем не подлежат переоценке судом апелляционной инстанции (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Относительно требования кредитора о включении требования 10 415 000 руб. долга, 170 488 руб. 71 коп. процентов на сумму долга, 279 492 руб. 95 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами с 05.12.2017 по 11.04.2018 в реестр требований кредиторов суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что оно не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника в силу следующего.

Из материалов дела  усматривается, что  ФИО2 является директором ООО «Тюменьнефтегазпромсервис» с 30.11.2012 и  участником Общества с долей участия в 50%.

При этом  заемные денежные средства были предоставлены  ФИО2 Обществу в период  с 09.02.2017 по  20.06.2017.

Согласно общедоступному источнику «Картотека арбитражных дел» в 2016-2017 в производстве арбитражных судов находились дела о взыскании денежных средств с должника (№А56-27999/2016, А07-18004/2016, А07-29090/2016, А70-3019/2017 и т.д.). В такой ситуации судом первой инстанции верно указано на наличие финансовых трудностей у Общества в указанный период.

Из материалов дела усматривается, что заемные денежные средства были использованы Обществом для  оплаты материалов,  выплаты зарплаты работникам  (договор займа № 27 от 21.04.2017, № 29 от 26.04.2017).

Кредитором указано на то, что заменые денежные средства имели целевой характер для  пополнения оборотных средств общества.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определениях Верховного Суда РФ от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1) и № 308-ЭС17-1556 (2) по делу № А32-19056/2014, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Кроме того, необходимо учитывать, что пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.

При этом если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4, 5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

Суд первой инстанции, установив заинтересованность кредитора и должника наличие между ними корпоративной связи, предложил раскрыть экономические мотивы выбора конструкции займа. 

Представитель ФИО2 пояснял, что займы предоставлялись  на пополнение оборотный средств Общества; расходовались на нужды Общества (выплата зарплаты, расчет с подрядчиками, командировочные).

Соответственно, судом первой инстанции обоснованно указано, что дополнительное финансирование в виде предоставления денежных средств по договорам займа, с учетом доказанности факта заинтересованности должника и кредитора, необходимо рассматривать именно как выбранная участником  форма выхода из кризисной финансовой ситуации должника путем увеличения оборотных средств общества (докапитализация).

Доводы подателя жалобы не свидетельствуют о гражданско-правовой природе заемных отношений в силу следующего.

Как указано самим ФИО2 он использовал такой способ финансирования общества как займа, поскольку для увеличения уставного капитала требовалось согласие второго участника общества ФИО5 с долей участия 50%, такого согласия не было, сам ФИО2 не мог единолично принять такого решения. Кроме того, денежные средства предоставлялись именно в качестве займа с учетом наличия налоговых преференций, а именно при определении налоговой базы по налогу на прибыль не учитываются доходы в виде средств, которые были получены по договорам займа; операции по предоставлению займов не облагаются НДС; проценты по займам можно отнести на расходы с соблюдением требований статьи 26 НК РФ.

Между тем, тот факт, что оказание финансовой помощи обществу, ФИО2 обратил в займ, не свидетельствует о том, что данные отношения носят гражданско-правовой характер, а не корпоративный. 

Апелляционный суд не исключает того, что формально денежные средства обществу предоставлены в качестве займа, в том числе, чтобы получить налоговые преференции, избежать необходимости получения согласия второго участника общества для увеличения уставного капитала. При этом, цель предоставления займа, наличие у должника просроченных неисполненных обязательств, а также статус заемщика не позволяют прийти к выводу о гражданско-правовых отношениях между заемщиком и должником.

Кроме того, как указано самим кредитором, часть денежных средств предоставленных должнику в качестве займа, были получены ФИО2 от гражданина ФИО6 по договору займа от 10.01.2017. В договоре указано, что заём являлся целевым. Цель предоставления займа: для пополнения оборотных средств ООО «Тюменьнефтегазпромсервис».

При этом, кредитором не раскрыта именно такая схема предоставления займа, если займодавец ФИО6 изначально был проинформирован куда будут направлены денежные средства, по какой причине заём не был предоставлен напрямую обществу, без участия ФИО2 кредитором не указано.

О механизме увеличения оборотных денежных средств должника  путем заключения договоров займа свидетельствует и тот факт, что заём предоставлялся  именно беспроцентно, расходовался заём на погашение задолженности по  заработной плате перед подрядчиками. В свою очередь, как следует из представленного кредитором договора займа между ФИО6 и ФИО2, последнему денежные средства переданы при условии выплаты процентов.

Довод подателя жалобы о том, что гражданско-правовая природа обязательств, вытекающих их заемных отношений, была установлена судом общей юрисдикции (решение Центрального районного суда города Тюмени от 09.01.2018 по делу №2-8242/2017), апелляционным судом отклоняется.

При вынесении данного решения судом устанавливался сам факт предоставления ФИО2 ООО «Тюменьнефтегазпромсервис», правовая природа отношений между данными лицами с точки зрения гражданско-правовых, либо корпоративных отношений не устанавливалась. Взыскание судом общей юрисдикции в пользу ФИО2 задолженности, квалифицированной как возникшей из заемных правоотношений,  не препятствует при включении требования кредитора в реестр требований кредиторов, не переоценивая обоснованность требования и его размер,  с учетом заявленных доводов и возражений оценить сделку по передаче денежных средств должнику применительно к положениям пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации как ничтожную, прикрывающую иную сделку.  

При таких обстоятельствах, предоставляя подобное финансирование в финансово тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что спорное требование по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве не является требованием конкурсного кредитора, не может быть включено в реестр требований кредиторов, так как подлежит учету в качестве корпоративного.

В силу изложенного, требования ФИО2 в размере  10 415 000 руб. долга, 170 488 руб. 71 коп. процентов на сумму долга, 279 492 руб. 95 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами с 05.12.2017 по 11.04.2018 правомерно признаны судом первой инстанции обоснованными  и  подлежащими удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Тюменьнефтегазпромсервис», а также после удовлетворения требований незаинтересованных лиц, чьи требования учтены за реестром.

Довод подателя жалобы о том, что отказ во включении требования ФИО2 нарушает права, не привлеченного третьего лица ФИО6, который предоставил заём ФИО2 с целью пополнения оборотных средств ООО «Тюменьнефтегазпромсервис», апелляционным судом отклоняется в силу следующего.

Статус третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в арбитражном процессе регулируется статьей 51 АПК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда. 

Согласно части 3 указанной статьи о вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, либо о привлечении третьего лица к участию в деле или об отказе в этом арбитражным судом выносится определение. 

По смыслу названной нормы права основанием для привлечения к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является доказанность того, что оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются его права или обязанности.

Для того, чтобы быть привлеченным к участию в процессе, лицо должно иметь очевидный материальный интерес, то есть после разрешения дела судом у таких лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон.

Между тем, из материалов дела не следует, что судебный акт, которым заканчивается рассмотрение настоящего дела, может повлиять на права или обязанности ФИО6, правоотношения между ФИО6 и ФИО2

Установленные судом фактические обстоятельства для ФИО6 преюдициального значения не имеют, поскольку он не является лицом, участвующим в деле.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал во включении требования заявителя в реестр требований кредиторов и признал его требований подлежащим удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Тюменьнефтегазпромсервис», а также после удовлетворения требований незаинтересованных лиц, чьи требования учтены за реестром.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь изменение или отмену определения суда первой инстанции.

Апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 01 июня 2018 года по делу № А70-15943/2017 (судья Целых М.П.) оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-8816/2018) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

С.А. Бодункова

Судьи

 

О.Ю. Брежнева

Н.А. Шарова