СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2555/2020(5)-АК

Дело № А60-46287/2019

11 октября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 октября 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Макарова Т.В., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

в отсутствие лиц, участвующих в деле, которые о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 11 июля 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительной сделки, заключенной между ФИО3 и ФИО7, и применении последствий недействительности сделки, 

вынесенное в рамках дела № А60-46287/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (далее также – должник) (ИНН 

<

***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5, публичное акционерное общество «Промсвязьбанк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

установил:

07.08.2019 в Арбитражный суд Свердловской области обратился ФИО6 с заявлением о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 14.08.2019, возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.10.2019 (резолютивная часть решения объявлена 23.10.2019) ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2, являющийся членом Ассоциации "Национальная организация арбитражных управляющих".

07.07.2021 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего (с учетом измененных требований от 10.01.2022, принятых в порядке статьи 49 АПК РФ) о признании недействительными: 

1) договора купли-продажи от 30.05.2017 в отношении 1/10 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение, площадью 103 кв.м, кадастровый № 66:41:0404012:2420, расположенное по адресу: 

<

...>, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 в пользу ФИО4 и ФИО3 солидарно 799 000 руб.;

2) договора дарения от 03.11.2017 и применении последствий недействительности сделки в виде возложения на ФИО7 обязанности возвратить ФИО3 жилой дом, площадью 94,2 кв.м, кадастровый №66:41:0201004:202, и земельный участок, площадью 794 кв.м, кадастровый №66:41:0201004:179, расположенные по адресу: г. Екатеринбург, Береговая (пос. Палкино), д. 18а.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.01.2022 выделено в отдельное производство заявление финансового управляющего об оспаривании договора дарения от 03.11.2017. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.07.2022 (резолютивная часть определения объявлена 05.07.2022) отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Не согласившись с указанным судебным актом, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления финансового управляющего, поскольку спорная сделка совершена между заинтересованными лицами, в результате ее совершения кредиторам причинен вред, поскольку супруга должника отказывается передавать 50 % полученных денежных средств по спорной сделке и не имеет для этого финансовой возможности, а также в связи с тем, что в результате совершения спорной сделки искусственно создана ситуация наличия у должника единственного жилья, что по мнению финансового управляющего, свидетельствует о злоупотреблении правом, что должно было быть самостоятельно квалифицировано судом первой инстанции. Кроме того, финансовый управляющий ссылается в апелляционной  жалобе на не рассмотрение судом первой инстанции его ходатайства об истребовании доказательств, подтверждающих финансовую состоятельность должника, его супруги и дочери на период спорной сделки. 

Финансовый управляющий в судебное заседание не явился, просил дело рассмотреть в его отсутствие. Ходатайство финансового управляющего о рассмотрении дела в его отсутствие порядке статьи 159 АПК РФ рассмотрено и удовлетворено.

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, отзывы на апелляционную жалобу не представили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X настоящего Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. 

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: 

о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; 

об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, изложенных в пунктах 5, 6, 7, 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Постановление № 63), следует, что в силу этой нормы (пункт 2 статьи 61.2) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 указанного постановления).

Цель причинения вреда имущественным правам кредитов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (пункты 5 и 6 Постановления № 63).

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 Постановления № 63). 

Конструкция права собственности на недвижимость по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации. 

Сам по себе факт совершения сделки с заинтересованным лицом не является безусловным основанием для признания его недействительным, если материалами дела не будет доказана совокупность обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной и применении последствий ее недействительности на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что согласно Выписке из государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним переход права собственности на 1/10 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение, площадью 103 кв.м, кадастровый № 66:41:0404012:2420, зарегистрирован 16.08.2017.

Настоящее дело о банкротстве возбуждено 14.08.2019, оспариваемая сделка совершена 16.08.2017, то есть в период, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

16.08.2017 недвижимое имущество – 1/10 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение, площадью 103 кв.м, кадастровый №66:41:0404012:2420, зарегистрированное на имя супруги должника ФИО3, было отчуждено по договору купли-продажи в пользу своей дочери ФИО7 

Право собственности на спорный объект недвижимости зарегистрировано за ФИО3 25.01.2017.

Таким образом, право собственности на спорное имущество возникло в период действия брака между ФИО3 и должником, поскольку брак между супругами ФИО8 заключен 17.09.1976, расторгнут 23.12.2019.

При таких обстоятельствах суд  первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что отчужденное недвижимое имущество является совместно нажитым имуществом должника и его супруги.

Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено (пункт 1, 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ)).

В соответствии с пунктом 2 статьи 256 ГК РФ, пунктом 1 статьи 36 СК РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также полученное одним из супругов во время брака в дар или в порядке наследования, а также по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце четвертом пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши.

Из приведенных выше положений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака.

Имущество, приобретенное одним из супругов в браке по безвозмездным гражданско-правовым сделкам (например, в порядке наследования, дарения, приватизации), не является общим имуществом супругов.

Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, также исключает такое имущество из режима общей совместной собственности.

Сведений о том, что режим совместной собственности супругов на указанное имущество не распространяется, в материалы дела не представлено.

Поскольку спорное недвижимое имущество было приобретено ответчиком в период брака с должником и доказательств установления в отношении него режима раздельной собственности супругов не представлено, спорное имущество считается общим имуществом супругов.

Согласно пункту 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Исходя из оснований заявленного требования, финансовому управляющему надлежало доказать, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве наличие у сторон намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, фактическое причинение такого вреда неправомерными действиями участников сделок, осведомленность ответчика о соответствующей цели должника.

Финансовый управляющий в обоснование настоящего заявления указал, что на момент совершения спорной сделки должник обладал признаками неплатежеспособности, так как заочным решением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 11.03.2019 по делу № 2-1278/2019 установлено, что задолженность должника перед ФИО6 возникла в период с 29.09.2016 по 12.10.2016. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) и включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.10.2019 требования ФИО6 в размере 1 000 000 руб. долга, 69 636,99 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 13 548 руб. расходов по уплате государственной пошлины включены в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись денежные средства в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств, в материалы дела не представлены.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности.

Кроме того, из материалов дела следует, что стороны оспариваемой сделки на момент ее совершения находились между собой в отношениях заинтересованности, поскольку ФИО7 является дочерью должника ФИО4, что следует из ответа Управления записей актов гражданского состояния Свердловской области от 21.07.2021.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь ввиду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

Из материалов дела следует, что ФИО7 и ФИО3 приобрели спорное жилого помещение, кадастровый номер 66:41:0404012:2420, расположенное по адресу: 

<

...> на основании договора № ИЧ-193-119А уступки прав (перевода долга) по договору о порядке выплаты паевого взноса № ИЧ-193-119 от 02.07.2014. ФИО7 – в размере 9/10 доли в праве, ФИО3 - в размере 1/10 доли в праве. 

ФИО7 и ФИО3 была исполнена обязанность по выплате пая по договору, что подтверждается справкой о выплате паевого взноса от 17.10.2016. Подписан акт приема-передачи помещения от 17.10.2016. 

11.09.2015 жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, общей площадью 103 кв. м поставлено на кадастровый учет с присвоением кадастрового номера 66:41:0404012:2420, а в январе 2017 года произошла первичная регистрация права собственности на указанный объект недвижимости за ФИО7 – в размере 9/10 доли в праве, а за ФИО3 - в размере 1/10 доли в праве. 

30.05.2017 между ФИО3 и ФИО7 был заключен нотариально-заверенный договор купли-продажи доли в вышеуказанном жилом помещении. 

Согласно договору купли-продажи от 30.05.2017 ФИО3 передала, а ФИО7 приняла в свою собственность и оплатила 1/10 долю в праве общей долевой собственности на жилое помещение. 

Согласно условиям указанного договора цена купли-продажи объекта составила 500 000 руб. (пункт 3 договора), оплачиваемых в следующем порядке: 

66 974  руб. оплачено покупателем продавцу за счет собственных средств, что продавец подтверждает их получение; 

денежная сумма в размере 433 026 руб. оплачиваются за счет средств материнского капитала, право на получение которого удостоверено государственным сертификатом на материнский капитал, серии МК-6 №0637771, выданным Государственным учреждением - Управлением Пенсионного Фонда Российской Федерации в Чкаловском районе г.Екатеринбурга 05.12.2014 на имя ФИО7 , путем перечисления указанной суммы на расчетный счет ФИО3 

Исходя из справки о состоянии финансовой части лицевого счета от 16.05.2017 ФИО7, Пенсионным фондом России были перечислены на расчетный счет ФИО3 денежные средства в размере 433 026 руб.

Факт произведения оплаты по оспариваемому договору купли-продажи лицами, участвующими в деле, по существу не оспорен.

Впоследствии указанное жилое помещение приобретено ФИО5 у ФИО7 на основании нотариально удостоверенного договора купли-продажи квартиры от 26.07.2021. 

Согласно указанному договору цена купли-продажи объекта составила 7 990 000 руб. (пункт 2.1 договора). Сумма в размере 990 000 руб. выплачена покупателем за счет собственных средств, а сумма в размере 7 000 000 руб. была оплачена покупателем за счет кредитных средств, предоставляемых Банком ВТБ (ПАО) по кредитному договору № 

<

***> от 09.07.2021.

Вместе с тем, по мнению финансового управляющего, спорная сделка – договор купли-продажи от 30.05.2017 совершена при неравноценном встречном исполнении, поскольку кадастровая стоимость объекта недвижимости составляет 6 022 245,06 руб.,  соответственно 1/10 доля составит 602 224,5 руб.

Оценив фактические обстоятельства и представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильнмоу выводу об отсутствии доказательств неравноценности встречного исполнения, поскольку сведения о кадастровой стоимости имущества, представленные финансовым управляющим, отражают стоимость по состоянию на 06.06.2021, тогда как отчуждение имущества по спорной сделке было произведено 30.05.2017.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно отметил, что кадастровая стоимость отражает общий для территории экономический эквивалент стоимости объектов и не может являться безусловным доказательством несоответствия цены сделки ее рыночным условиям.

Также судом первой инстанции проверен и обоснованно отклонен довод финансового управляющего о том, что квартира по адресу: 

<

...> впоследствии была приобретена  ФИО5 по цене 7 990 000 руб. по взаимосвязанной сделке, поскольку указанная сделка заключена 26.07.2021, а оспариваемый договор был заключен более чем за четыре года до указанной даты.

Суд первой инстанции правильно исходил из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что цена спорного имущества существенно занижена по сравнению с его рыночной стоимостью.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что материалами дела подтверждено произведение покупателем оплаты по спорному договору по цене, соответствующей рыночной.

Представленные в материалы дела документы подтверждают реальность совершения оспариваемой сделки между сторонами, доказательства обратного в материалы дела не представлено (статья 65 АПК РФ). 

Поскольку оспариваемая сделка является действительной, реальной, она привела к предусмотренному законодательством в отношении сделок данного вида правовому результату, на достижение которого и была направлена воля сторон при ее заключении, и в материалах дела отсутствуют доказательства того, что оспариваемая сделка совершена в отсутствие встречного представления с целью причинения вреда кредиторам, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего.

При этом, суд первой инстанции на основании пункта 1 статьи 38 СК РФ обоснованно разъяснил финансовому управляющему право на обращение в суд общей юрисдикции с иском о взыскании части средств, полученных от продажи спорного имущества, поскольку оно являлось совместной собственностью супругов. 

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права, не опровергают выводов суда первой инстанции, по существу направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

При этом положения пункта 1 статьи 10 ГК РФ предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Соответственно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Однако такие доказательства финансовым управляющим должника не представлены, материалами дела не подтверждается наличие у сторон спорной сделки по продаже из совместной собственности супругов Заложных 1/10 доли в праве собственности на спорную квартиру умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда имущественным правам кредиторов (отсутствие иных добросовестных целей).

Само по себе наличие родственных отношений между сторонами сделки не является основанием для признания спорной сделки недействительной, учитывая, что спорная сделка носила реальный характер, имущественный вред кредиторам не причинен, поскольку в совместную собственность должника и его супруги поступили денежные средства, неравноценность встречного предоставления финансовым управляющим не доказана.  

Вопреки доводам апелляционной жалобы финансовая возможность ФИО7 по оплате подтверждена достаточными доказательствами, а именно: нотариальным удостоверением спорного договора, а также справкой о состоянии лицевого счета, согласно которой Пенсионным фондом России перечислены на расчетный счет ФИО3 денежные средства по материнскому капиталу. 

При таких обстоятельствах, в отсутствие доказательств того, что финансовый управляющий лишен возможности самостоятельно получить из налоговых органов сведения о доходах в отношении сторон спорной сделки, а также в отсутствие обоснования о том, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этими доказательствами, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения ходатайства финансового управляющего об истребовании дополнительных доказательств (часть 4 статьи 66 АПК РФ).

 Неуказание в обжалуемом судебном акте результата по итогам указанного ходатайства финансового управляющего не является основанием для его отмены (часть 3 статьи 270 АПК РФ).

Таким образом, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Следовательно, определение суда первой инстанции должно быть оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном  подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Согласно статье 59 Закона о банкротстве судебные расходы в деле о банкротстве относятся на имущество должника.

Поскольку определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2022 финансовому управляющему предоставлена отсрочка от уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе, государственная пошлина подлежит взысканию за счет конкурсной массы должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 11 июля 2022 года по делу № А60-46287/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения с. Галкино Камышловского р-на Свердловской обл., место регистрации г. Екатеринбург, 

<

...>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 рублей. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

Т.В. Макаров 

 

Л.В. Саликова