ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-8889/2020

г. Челябинск

23 ноября 2020 года

Дело № А47-9925/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 ноября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 ноября 2020 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Кожевниковой А.Г., Журавлева Ю.А.,   

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 10.07.2020 по делу № А47-9925/2017.

 

      Решением  Арбитражного суда Оренбургской области  от  30.10.2017 (резолютивная часть от   26.10.2017) индивидуальный предприниматель ФИО3, (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304561235800056), г.Оренбург, признан банкротом с введением  процедуры реализации имущества должника сроком на шесть месяцев до 26.04.2018. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО2.

      Кредитор должника ФИО4 15.03.2019 (согласно отметке экспедиции суда) обратился в арбитражный суд с  жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего  ФИО2, в которой с учетом уточнений, принятых судом, просил признать:

      1) Признать незаконным бездействие финансового управляющего ФИО2, выразившееся:    - в необоснованном затягивании процедуры реализации имущества должника, - нарушении сроков проведения инвентаризации;    - несвоевременном  проведении оценки  выявленного имущества должника, - несвоевременном обращении  в суд с ходатайством об  утверждении Положения о порядке, условиях и сроках реализации выявленного имущества должника, - неосуществлении мероприятий по закрытию расчетных счетов должника,           - неосуществлении мероприятий по выявлению имущества должника.

      2) Признать незаконным бездействие финансового управляющего ФИО2, выразившееся:    - в не проведении инвентаризации  и не включении в конкурсную массу должника движимого имущества (РБ, Абзелиловский район, Ташбулатиовский с/с, д.Якты- Куль, ул.Степная, д.5 и 

<

...>),

      3) Признать незаконным бездействие финансового управляющего ФИО2, выразившееся:    - в не проведении инвентаризации  и не включении в конкурсную массу должника недвижимого имущества (РБ, Абзелиловский район, Ташбулатиовский с/с, д.Якты- Куль, ул.Степная, д.5),

      4) Признать незаконным бездействие финансового управляющего ФИО2, выразившееся:    -в не указании в инвентаризационной описи имущества должника от 04.06.2018 полного перечня имущества, подлежащего инвентаризации.

      5) Признать незаконным бездействие финансового управляющего ФИО2, выразившееся:    - в не проведении мероприятий, направленных на выявление и включение в конкурсную массу должника имущества супруги должника ФИО5,

      6) Признать незаконным действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2, выразившееся: - в систематическом непредставлении  кредиторам должника отчетов о деятельности с периодичностью один раз в три месяца;

      7) Признать незаконными действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2, выразившиеся: - в отражении в отчетах финансового управляющего о проведении процедуры  реализации имущества в отношении должника недостоверных сведений о ходе процедуры;

      8) Признать незаконными действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2, выразившиеся:   - в не приложении к отчетам документов, на основании которых составлен отчет;

      9) Признать незаконным действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2, выразившиеся:   - не отражении в отчете обязательной информации: - о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений, - о количестве и общем размере требований о взыскании задолженности, предъявленных финансовым управляющим к третьим лицам; - о принятых мерах по обеспечению сохранности имущества должника, а также по выявлению и истребованию имущества должника, находящегося во владении у третьих лиц, -о принятых мерах по признанию сделок должника недействительными, а также по заявлению отказа от исполнения договоров должника; - о проведенной финансовым управляющим работе по закрытию расчетных счетов должника и ее результатах, - о сумме текущих обязательств  должника с указанием процедуры, применяемой в деле о банкротстве должника, в ходе которой они возникли, основания их возникновения, размера обязательств  и непогашенного остатка; - сведений о поданных на действия финансового управляющего жалобах и о результатах их рассмотрения.

      10) Признать недобросовестным поведение финансового управляющего  ФИО2, выразившееся во введении в заблуждение кредиторов и уполномоченный орган о ходе процедуры реализации имущества должника.

      11) Признать незаконным бездействие финансового управляющего ФИО2, выразившееся в неосуществлении контроля за использованием должником  имущества - базы отдыха (РБ, Абзелиловский район, Ташбулатовский с/с, д.Якты- Куль, ул.Степная, д.5) и неосуществлении контроля за использованием должником денежных средств.

      12) Взыскать с финансового управляющего  ФИО2 убытки в размере 46 012,68 руб. (с учетом уточнений) (том 3 л.д.83-96).

      Определением суда от 11.04.2019 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь», г. Санкт-Петербург.

Определением суда от 21.06.2019 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

      Определением суда от 10.07.2020 (резолютивная часть от 26.06.2020) признаны незаконными действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2, выразившиеся в следующем: - необоснованном затягивании процедуры реализации имущества должника, выразившееся в: - нарушении сроков проведения инвентаризации; - несвоевременном проведении оценки выявленного имущества должника, - несвоевременном обращении  в суд с ходатайством об  утверждении Положения о порядке, условиях и сроках реализации выявленного имущества должника, - неосуществлении мероприятий по закрытию расчетных счетов должника, - неосуществлении мероприятий по выявлению имущества должника, - не проведении инвентаризации  и не включению в конкурсную массу должника движимого имущества (РБ, Абзелиловский район, Ташбулатиовский с/с, д.Якты- Куль, ул.Степная, д.5 и 

<

...>), -не проведении инвентаризации  и не включению в конкурсную массу должника недвижимого имущества (РБ, Абзелиловский район, Ташбулатиовский с/с, д.Якты- Куль, ул.Степная, д.5), - не указании в инвентаризационной описи имущества должника от 04.06.2018 полного перечня имущества, подлежащего инвентаризации, - не проведении мероприятий, направленных на выявление и включение в конкурсную массу должника имущества супруги должника ФИО5, - систематическом непредставлении  кредиторам должника отчетов о деятельности с периодичностью один раз в три месяца; - отражении в отчетах финансового управляющего о проведении процедуры  реализации имущества в отношении должника недостоверных сведений о ходе процедуры; -не приложении к отчетам документов, на основании которых составлен отчет; -не отражении в отчете обязательной информации (о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений, о количестве и общем размере требований о взыскании задолженности, предъявленных финансовым управляющим к третьим лицам, о принятых мерах по обеспечению сохранности имущества должника, а также по выявлению и истребованию имущества должника, находящегося во владении у третьих лиц, о принятых мерах по признанию сделок должника недействительными, а также по заявлению отказа от исполнения договоров должника; о проведенной финансовым управляющим работе по закрытию расчетных счетов должника и ее результатах, о сумме текущих обязательств  должника с указанием процедуры, применяемой в деле о банкротстве должника, в ходе которой они возникли, основания их возникновения, размера обязательств  и непогашенного остатка; сведений о поданных на действия финансового управляющего жалобах и о результатах их рассмотрения); -неосуществлении контроля за использованием должником  имущества - базы отдыха (РБ, Абзелиловский район, Ташбулатовский с/с, д.Якты- Куль, ул.Степная, д.5) и неосуществлении контроля за использованием должником денежных средств, в остальной части заявленных требований отказано. 

      С  арбитражного управляющего ФИО2 в конкурсную массу взысканы убытки в размере 46 012,68 руб.

      Не согласившись с вынесенным судебным актом, арбитражный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой,  в которой просил судебный акт отменить. 

      По мнению апеллянта, вопреки выводам суда, в описи имущества должника финансовый управляющий имущество, которое не подлежит включению в конкурсную массу, указывать не обязан. Ссылка суда на заключение финансового управляющего должника ФИО6 от 09.10.2019 №01 несостоятельна, т.к. на страницах 2, 8, 24 заключения ФИО6 указывала, что недвижимое имущество состоит из двух капитальных объектов – строений незавершенного строительства, права на которые не зарегистрированы. Таким образом, оснований для включения в инвентаризационную опись указанного имущества у ответчика не имелось. 

      Выводы суда, что ответчиком не проведена инвентаризации денежных средств на счетах должника, также несостоятельны, т.к. из ответов банков следует, что остаток на них равен нулю, а ПАО «ВТБ» и вовсе указало на отсутствие у ФИО3 каких-либо банковских продуктов и карт (т.1, л.д. 88, 90-93).

      Вывод же о не указании ответчиком в инвентаризационной описи денежных средств в 12,68 руб. несостоятельны, поскольку в любом случае в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, в том числе деньги в размере установленной величины прожиточного минимума, приходящейся на самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении. Вопреки выводам суда, у финансового управляющего отсутствует обязанность по закрытию счетов гражданина-банкрота (пункт 6 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Закон о банкротстве).

      Выводы суда о том, что ответчик не обратился в суд за утверждением положения о порядке продажи земельного участка и жилого строительства, а также автомобиля KIA SAS, несостоятельны, т.к. определением суда 19.02.2018 в реестр требований кредиторов должника было включено требование ПАО АКБ «Российский капитал» на 1 424 429,70 руб., определением от 20.02.2018 – требование ПАО «МТС-Банк» на 15 155 211,13 руб., как обеспеченные залогом принадлежащего должнику имущества (автомобиль и жилой дом с расположенным под ним земельным участком соответственно). Ввиду изложенного, обязанность обращения в суд за утверждением положения о порядке продажи залогового имущества у финансового управляющего отсутствует. 

      Суд первой инстанции указал, что в материалы основного дела о банкротстве ответчиком представлено три отчета о его деятельности без доказательств их направления кредиторам. Вместе с тем, отчет ответчика от 12.01.2018 был рассмотрен собранием кредиторов должника 22.01.2018, отчет от 18.06.2018 рассмотрен 22.06.2018, доказательства направления кредиторам отчета от 30.01.2019 также представлены, при этом в периодичности предоставления своих отчетов ответчик руководствовался решением, принятым собранием кредиторов должника 22.01.2018, о необходимости проведения собраний не чаще одного раза в шесть месяцев (т.1, л.д 115). 

      Что касается непосредственно ФИО4, его кредиторское требование на сумму 4 829 607 руб. было принято судом к производству определением от 09.02.2018 и включено в реестр требований постановлением апелляционного суда  от 17.01.2019 (резолютивная часть от 15.01.2019) на 3 290 000 руб. с учетом резолютивной части от 24.04.2019 постановления Арбитражного суда Уральского округа. До момента разрешения судом требования кредитора по существу он обладает ограниченным объемом правом, необходимым лишь для реализации права на заявление возражений в отношении требований остальных кредиторов. Таким образом, до включения требования ФИО4 в реестр требований кредиторов ФИО3 право на получение отчета финансового управляющего у него отсутствовало. Отчет от 30.01.2019 направлен кредитору 25.02.2019, то есть с незначительным пропуском срока, который сам ФИО4 и определил (до 15.02.2019).

      Вывод суда о том, что в отчете ответчика от 14.11.2018 не отображены сведения о поданных на него жалобах, несостоятелен, т.к. об этих жалобах ФИО4, как их подателю, было известно.

      Оснований для взыскания убытков с ответчика у суда также не имелось.

      В данном случае ФИО3 какие-либо документы, свидетельствующие о сдаче им в наем жилого дома в Республике Башкортостан и получении от этого дохода, к заявлению о признании его банкротом не прикладывались. 

      В заявлении от 17.01.2018 должник указывал, что гарантирует, что он и его семья будут проживать и использовать указанный жилой дом по его назначению. 06.06.2018 между ответчиком и должником был заключен договор ответственного хранения жилого дома. Ответчик в суде первой инстанции неоднократно указывал, что, оставляя жилой дом за должником, не имел оснований полагать, что последний будет использовать его в коммерческих целях и скрывать полученный от этого доход. Какие-либо доказательства того, что ФИО2 было известно об извлечении должником дохода от сдачи в наем жилого дома, в деле отсутствуют. В данном случае возникновение убытков связано с недобросовестными действиями самого должника, что в последующем может учитываться при рассмотрении вопроса об освобождении его от дальнейшего исполнения обязательств. Взыскивая убытки, суд первой инстанции также не учел, что эти денежные средства не утрачены, а находятся на счете должника, т.е. в конкурсной массе, распоряжение которым осуществляет ФИО6

      Определением суда от 03.08.2020 апелляционная жалоба принята к производству суда, судебное заседание назначено на 17.09.2020.

      02.09.2020 от арбитражного управляющего поступили дополнения к апелляционной жалобе, которые приняты судом к рассмотрению.

      14.09.2020 от кредитора ФИО4  поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

      Определением суда от 17.09.2020 судебное заседание было отложено на 29.10.2020, для ознакомления представителя арбитражного управляющего с отзывом кредитора, с учетом позднего представления отзыва на апелляционную жалобу.  Впоследствии определением от 29.10.2020 судебное разбирательство отложено на 05.11.2020 по причине болезни председательствующего судьи.

Определением от 05.11.2020 в составе суда произведена замена судей Матвеевой С.В., Румянцева А.А., находящихся в отпуске, на судей Журавлева Ю.А., Кожевникову А.Г. В связи с чем, разбирательство начато сначала.

От подателя жалобы к судебным заседаниям 29.10.2020, 05.11.2020 поступили ходатайства об отложении судебного разбирательства со ссылкой на нахождение на больничном с 06.10.2020 по настоящее время, что явилось препятствием для подготовки возражений на отзыв кредитора и вновь утвержденного управляющего. Кроме того отмечено, что помощник ФИО7, участвующая ранее в судебных заседаниях, также продолжает находиться на больничном. 

К ходатайствам приложены листки нетрудоспособности на имя ФИО2, в которых указано на освобождение от работы по 26.10.2020. Документального подтверждения нахождения на больничном помощника финансового управляющего не приложено.

Ходатайство от 29.10.2020 не рассматривается ввиду утраты актуальности, поскольку судебное заседание, назначенное на 29.10.2020, было отложено.

В удовлетворении ходатайства от 05.11.2020 следует отказать, поскольку факт нахождения на больничном не подтвержден (освобождение от работы установлено лишь по 26.10.2020), документального подтверждения невозможности участия в заседании помощника финансового управляющего не подтверждено (апелляционным судом установлено, что ранее на ФИО7 была приложена справка медицинского учреждения, о том, что она посещала последнее 07.10.2020, в справке отсутствует информация о том, что пациент находится на больничном), при этом, в иных делах, находящихся в производстве апелляционного суда в тот же период, где участвует ФИО8 в качестве финансового управляющего (например, А76-9699/2017), ФИО8 представлял пояснения по существу спора.  

 Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей иных участвующих в деле лиц.

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке главы 34 АПК РФ.

      Как установлено судом и следует из материалов дела, 16.08.2017 ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании банкротом, решением Арбитражного суда Оренбургской области от 30.10.2017 по делу №А47-9925/2017 должник признан банкротом с введением в отношении него процедуры реализации имущества сроком на шесть месяцев, до 26.04.2018.

      Полагая, что имеются основания для признания отдельных действий (бездействия) финансового управляющего незаконными, взыскания с него убытков, кредитор обратился в суд с рассматриваемым требованием.

      Удовлетворяя требования, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности условий для признания оспариваемых действий (бездействия) незаконным, для взыскания убытков.

      По мнению апелляционного суда, оснований для отмены судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о  банкротстве, пунктом 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

      Разногласия между финансовым управляющим и кредиторами, в том числе по жалобам на действия (бездействие) управляющего разрешаются в порядке, предусмотренном статьей 60 Закона о банкротстве.

Согласно статье 60 Закона о банкротстве, основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей), требованиям разумности и добросовестности.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основные права и обязанности финансового управляющего установлены статьями 20.3, 213.9 Закона о банкротстве. Осуществление определенных действий в процедуре банкротства в целом должно быть направлено на достижение целей соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Оспариваемые действия (бездействия) можно разделить на два блока: связанные с мероприятиями, направленными на формирование конкурсной массы (инвентаризация, оценка, порядок продажи, реализация), связанные с информированием кредиторов о проделанной работе.

Касательно мероприятий, направленных на формирование конкурсной массы (инвентаризация, оценка, порядок продажи, реализация и т.д.) апелляционный суд отмечает следующее.

По общему правилу, в конкурсную массу гражданина включается все его имущество, имеющееся на день принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом и введении процедуры реализации имущества, а также имущество, выявленное или приобретенное после принятия указанного решения (пункт 1 статьи 213.25 Закон о банкротстве), в том числе заработная плата и иные доходы должника (пункт 1 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 48).

      Согласно разъяснениям, данным в пункте 60 постановления Пленума ВС РФ от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», предметы обычной домашней обстановки и обихода в силу абзаца четвертого части 1 статьи 446 ГПК РФ являются имуществом, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам. К таким предметам может быть отнесено минимально необходимое имущество, требующееся должнику-гражданину и членам его семьи для обеспечения реальной возможности удовлетворения повседневных бытовых потребностей в питании, отдыхе, лечении, гигиене. Вопрос об отнесении определенного имущества должника-гражданина к предметам обычной домашней обстановки и обихода разрешается с учетом конкретных обстоятельств, касающихся назначения имущества, его цены, фактического использования, наличия или возможности замены на аналогичное имущество меньшей стоимости.

В силу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника.

Применительно к процедуре реализации имущества выявление имущества должника является первым этапом формирования конкурсной массы, после которого осуществляется оценка данного имущества и его продажа. Указанные мероприятия осуществляются в срок, ограниченный сроком процедуры реализации имущества, который, по общему правилу, закрепленному в пункте 2 статьи 213.24 и пункте 2 статьи 124 Закона о банкротстве, не должен превышать шести месяцев.

Таким образом, учитывая, что срок процедуры реализации имущества ограничен шестью месяцами, финансовый управляющий обязан в разумный срок с даты введения процедуры реализации имущества предпринять меры для проведения выявления и инвентаризации имущества должника с целью продажи этого имущества в пределах шестимесячного срока процедуры реализации имущества.

При этом требования о разумности и добросовестности действий арбитражного управляющего (пункт 4 статьи 20.3. Закона о банкротстве) предполагают, что он проведет инвентаризацию имущества должника незамедлительно после введения процедуры реализации имущества, с учетом принятых срочных мер по получению необходимой информации.

В рассматриваемом случае, согласно отчету финансового управляющего от 14.11.2018, инвентаризация принадлежащего должнику имущества проводилась на основании приказа об инвентаризации имущества должника от 04.12.2017. 

      Приказом от 05.03.2018 срок проведения инвентаризации имущества продлен (стр. 3 отчета). Согласно сведениям из отчета от 14.11.2018 (страница 7), инвентаризация имущества должника завершена. В подтверждение завершения инвентаризации имущества должника, финансовым управляющим ФИО2 на сайте ЕФРСБ опубликована инвентаризационная опись имущества должника от 04.06.2018 (сообщение №2771003 от 08.06.2018). 

      Таким образом, срок проведения инвентаризации существенно нарушен, составил свыше 8 месяцев с момента введения процедуры банкротства, не обусловлен какими-либо объективными причинами, учитывая характер выявленного имущества (сведения о котором содержались в ЕГРН).

      Как следует из отчета финансового управляющего от 14.11.2018 и опубликованной на сайте ЕФРСБ инвентаризационной описи имущества должника от 04.06.2018 (сообщение № 2771003 от 08.06.2018), в ходе инвентаризации, финансовым управляющим ФИО2 выявлено следующее имущество:

      - земельный участок с кадастровым номером 02:01:101001:447 площадью 1200 кв.м., расположенный по адресу: РБ, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>;

      - объект индивидуального жилого строительства жилое 4-х этажное здание с одним подземным этажом, Литер А, инв. № 80:201:002:0002:52590, площадью 618,2 кв.м., расположенное на Земельном участке с кадастровым номером 02:01:101001:908, по адресу: РБ, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>;

      -        автомобиль KIA SAS (SPORTAGE SL SLS) VIN: 

<

***>, 2013 г.в., государственный регистрационный знак 

<

***>.

      Иного имущества и денежных средств в ходе инвентаризации, финансовым управляющим ФИО2 не выявлено.

      Так, согласно пунктам 3-4 инвентаризационной описи от 04.06.2018 за должником не регистрировались трактора и иная самоходная техника, а также маломерные суда. В соответствии с пунктом 5 инвентаризационной описи от 04.06.2018, наличные денежные средства, вклады и иное ценное имущество отсутствуют. В пункте 6 описи, имущественные права (в т.ч. дебиторская задолженность) не выявлены. В пункте 7 инвентаризационной описи, содержатся сведения, в соответствии с которыми, финансовым управляющим выявлены предметы обычной домашней обстановки, вещи индивидуального пользования, на которые, по его мнению, в силу статьи 205 Закона о банкротстве и статьи 446 ГПК РФ не может быть обращено взыскание. Перечень имущества, на которое, по мнению финансового управляющего ФИО2, не может быть обращено взыскание, в инвентаризационной описи отсутствует.

      Как верно посчитал суд первой инстанции, действуя разумно и добросовестно, финансовый управляющий ФИО2 в ходе инвентаризации имущества должника должен был отразить в инвентаризационной описи весь перечень имущества должника, включая имущество, на которое в силу положений закона не может быть обращено взыскание. В ином случае, конкурсные кредиторы лишаются возможности получить достоверную и полную информацию о принадлежащем должнику имуществе, а также ознакомиться с перечнем этого имущества, и заявлять возражения относительно не включения финансовым управляющим того или иного имущества в конкурсную массу должника.

      Как следует из материалов основного дела о банкротстве, должник зарегистрирован по адресу: 

<

...>. Кроме того, в собственности должника имеется жилое строение (база отдыха), находящаяся по адресу: Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>.

      В тоже время из отчетов финансового управляющего не усматривается, что в период инвентаризации финансовым управляющим осуществлялся выезд по вышеуказанным адресам. Из инвентаризационной описи также невозможно определить точное место проведения инвентаризации, поскольку в качестве места составления указан город Оренбург, при этом отсутствует точный адрес проведения инвентаризации.

      Из анализа отчетов финансового управляющего от 12.01.2018, от 18.06.2018 и от 14.11.2018, а также инвентаризационной описи от 04.06.2018 следует, что финансовым управляющим ФИО2 фактически не производилась инвентаризация движимого имущества, находящегося по адресам:       -        

<

...>;    -        Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>. 

      При этом база отдыха, расположенная по адресу: Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>, не является постоянным местом регистрации и проживания должника.

      23.01.2019 на сайте ЕФРСБ финансовым управляющим опубликован отчет №124/18 об определении рыночной стоимости недвижимого имущества, расположенного по адресу: Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>. (далее - отчет об оценке) (Сообщение №3406063).

      На страницах 39-40 отчета об оценке содержится фототаблица, на которой изображены комнаты обставленные мебелью, телевизоры, вентилятор, система видеонаблюдения и т.д. Указанные предметы, как верно посчитал суд первой инстанции, не являются имуществом, на которое не может быть обращено взыскание, поскольку должник проживает по адресу 

<

...>, а финансовому управляющему ФИО2 было известно, что имущество, находящееся в доме по адресу: Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>, используется должником в целях получения прибыли, так как в этом здании фактически расположена гостиница (финансовый управляющий в судебном заседании пояснял, что охрану базы отдыха осуществляет должник).

      Учитывая изложенное, следует признать, что движимое имущество (мебель, телевизоры, вентилятор, система видеонаблюдения), расположенные по адресу: Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский   с/с,   

<

...>, не включены финансовым управляющим в конкурсную массу, что указывает на неполноту проведенных мероприятий. Обоснование причин не включения имущества в инвентаризационную опись фактически не приведено, учитывая, что возможность отнесения его к предметам домашнего обихода поставлена под сомнение.

      Как верно посчитал суд первой инстанции, не проведение инвентаризации движимого имущества, находящегося по адресам: 

<

...>, и Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...> и не включение его в конкурсную массу, могло привести к уменьшению объема конкурсной массы и соответственно лишению кредиторов возможности получить удовлетворение за счет денежных средств, вырученных от его реализации.

      Кроме того, установлено, что финансовым управляющим ФИО6, в ходе исполнения своих обязанностей, осуществлен выезд по адресу: Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>, для осуществления осмотра находящегося имущества, в ходе которого на земельном участке выявлено недвижимое имущество (квалифицированное как строительные материалы), которое также не было включено в инвентаризационную опись финансовым управляющим ФИО9

      Согласно заключению №01 от 09.10.2019 о величине рыночной стоимости недвижимого и движимого имущества, принадлежащего ФИО3, выполненного по заказу ФИО6, по состоянию на 07.10.2019 рыночная стоимость недвижимого имущества (строительных материалов), принадлежащего ФИО3 и расположенного по адресу: Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>, составляет 230 000 рублей. 

      Фактическое обоснование невозможности включения в конкурсную массу данного имущества не приведено.

      Поскольку финансовый управляющий ФИО2 не включил в инвентаризационную опись названное имущество в отсутствие какого-либо разумного обоснования, данное бездействие является незаконным и  нарушает права кредиторов. 

      Из инвентаризационной описи от 04.06.2018 не следует, что финансовым управляющим ФИО2 проведена инвентаризация находящихся на расчетных счетах должника денежных средств.

      В соответствии с представленными в материалы дела сведениями, должник имеет следующие расчетные счета: -   № **5099, открытый в ПАО «Промсвязьбанк»; -      №**0291 в ООО НКО «Яндекс.Деньги» (остаток 12,68 руб.; -  № **0253 в ООО «ХКФ Банк»; -         № **3707 в ООО «ХКФ Банк»; -   № **3471 в филиале Банка ГПБ (АО) «Поволжский»; -      №**6047 в АО «Банк Оренбург».

      О существовании указанных счетов финансовому управляющему стало известно еще в ноябре 2017 года, что подтверждается копиями: уведомления от 15.11.2017 № 09-11/22438, уведомления исх. № НКО/1-2370 от 10.11.2017, уведомления исх. № 14-3-28/Б27615 от 15.11.2017, уведомления от 14.11.2017 № 53-3/56390, уведомления исх. № 72638/422250 от 09.11.2017, письма № 09-03-01/8944 от 09.11.2017.

      Согласно письму ООО НКО «Яндекс.Деньги» от 10.11.2017 №НКО/1-2370, представленному финансовым управляющим в материалы  обособленного спора № А47-9925-8/2017, должник имеет открытый счет №**0291, по состоянию на 08.11.2017 остаток на котором составляет 12,68 руб., данные денежные средства не включены в инвентаризационную опись.

      Учитывая вышеизложенное, бездействие финансового управляющего, по неосуществлению полной инвентаризации принадлежащего должнику имущества является незаконным и нарушает права кредиторов.

      При этом, финансовый управляющий длительное время не проводил оценку имущества, не обращался в суд с заявлением об утверждении положения о порядке реализации выявленного имущества.

      В соответствии с пунктом 1 статьи 213.26 Закона о банкротстве в течение одного месяца с даты окончания проведения описи и оценки имущества гражданина финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества гражданина с указанием начальной цены продажи имущества. Данное положение утверждается арбитражным судом и должно соответствовать правилам продажи имущества должника, установленным статьями 110, 111, 112, 139 настоящего Федерального закона.

      Анализ указанной нормы указывает на то, что действуя разумно и добросовестно финансовый управляющий, сразу же после завершения описи (инвентаризации) принадлежащего должнику имущества обязан организовать проведение оценки этого имущества и в течение месяца со дня ее проведения обратиться в арбитражный суд с заявлением об утверждении положения о порядках, условиях и сроках реализации имущества.

      Как следует из отчета финансового управляющего от 14.11.2018 и опубликованной на сайте ЕФРСБ инвентаризационной описи имущества должника от 04.06.2018 (сообщение № 2771003 от 08.06.2018) в ходе инвентаризации финансовым управляющим выявлено следующее имущество должника: -земельный участок с кадастровым номером 02:01:101001:447 площадью 1200 кв.м., расположенный по адресу: РБ, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>; -объект индивидуального жилого строительства жилое 4-х этажное здание с одним подземным этажом, Литер А, инв. № 80:201:002:0002:52590, площадью 618,2 кв.м., расположенное на Земельном участке с кадастровым номером 02:01:101001:908, по адресу: РБ, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>; -автомобиль KIA SAS (SPORTAGE SL SLS) VIN: 

<

***>, 2013 г.в., государственный регистрационный знак 

<

***>.

      Сведения о наличии у должника вышеперечисленного имущества представлены должником при обращении в суд с заявлением о признании его банкротом (само заявление подано 16.08.2017, документы представлены в порядке устранения обстоятельств, явившихся основанием для оставления заявления без движения – 22.09.2017).

      Согласно пункту 2 статьи  213.24 Закона о банкротстве реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев.

      Таким образом, по смыслу вышеуказанных норм, как верно посчитал суд первой инстанции, финансовый управляющий действия разумно и добросовестно, должен был осуществить оценку выявленного имущества должника и представить в арбитражный суд положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества гражданина в срок до 26.04.2018. 

      Вместе с тем, оценка земельного участка с кадастровым номером 02:01:101001:447 и объекта индивидуального жилого строительства жилое 4-х этажное здание с одним подземным этажом, Литер А, инв. №80:201:002:0002:52590, площадью 618,2 кв.м., проведена финансовым управляющим лишь в декабре 2018 года (более чем через год после введения процедуры). 

      Оценку автомобиля KIA SAS (SPORTAGE SL SLS) VIN: 

<

***>, 2013 г.в., государственный регистрационный знак 

<

***> финансовый управляющий ФИО2 провел в начале 2019 года (более чем через год после введения процедуры).

Обоснование причин столь длительного не принятия мер к оценке, утверждению порядка продажи, не приведено. Уважительность причин затягивания в проведении названных мероприятий из материалов дела не усматривается, что свидетельствует о незаконности оспариваемого бездействия. Очевидно, что затягивание названных мероприятий препятствует реализации имущества и нарушает права кредиторов на получение удовлетворения своих требований в разумные сроки. 

      Финансовый управляющий длительное время не осуществлял закрытие принадлежащих должнику расчетных счетов в кредитных организациях. 

      В материалы обособленного спора №А47-9925-8/2017 финансовый управляющий, обращаясь в арбитражный суд с заявлением об отсрочке уплаты государственной пошлины, прикладывал уведомления (6 штук), датированные первой половиной ноября 2017 года, из которых, как верно посчитал суд первой инстанции следует, что еще в ноябре 2017 года финансовому управляющему было известно о наличии 6 расчетных счетов у должника в различных банках (ПАО «Промсвязьбанк», ООО НКО «Яндекс.Деньги», ООО «ХКФ Банк», филиал Банка ГПБ (АО) «Поволжский», АО «Банк Оренбург»).

      Абзацем 2 и 3 части 6 статьи 213.25 Закона  о банкротстве  на финансового управляющего возложена обязанность по закрытию счетов гражданина в кредитных организациях.

      Таким образом, по смыслу вышеуказанных норм, финансовый управляющий действия разумно и добросовестно, должен был осуществить закрытие всех выявленных счетов должника до 26.04.2018 (до истечения срока, на который была введена процедура).

      Из отчета финансового управляющего от 12.01.2018, от 18.06.2018 и от 14.11.2018 не усматривается, что финансовый управляющий осуществил закрытие принадлежащих должнику расчетных счетов.

      Данные доводы по жалобе кредитора правомерно признаны судом первой инстанции обоснованными, так как, отчет финансового управляющего не содержит необходимых сведений, в результате данного нарушения кредиторы должника лишены возможности осуществлять контроль за расходованием денежных средств должником и финансовым управляющим.

Апелляционный суд также отмечает, что обоснование необходимости сохранения 6 счетов для должника, находящегося в процедуре банкротства -  реализация, не приведено, а из материалов дела не усматривается такой необходимости, учитывая, что по общему правилу в процедуре банкротства используется только один счет (пункт 1 статьи 133 Закона о банкротстве).

      Финансовым управляющим не осуществлены мероприятия по выявлению совместно нажитого имущества должника, нажитого им в период нахождения в браке с гражданкой ФИО5.

      В материалы основного дела о банкротстве должника при подаче заявления о признании его банкротом, приложена копия свидетельства о заключении брака I-PA № 699046, согласно которой должник состоит в зарегистрированном браке с гражданкой Гребенниковой (в девичестве ФИО15) ФИО11.

      В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 34 Семейного кодекса РФ (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

      В деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу на праве обшей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 СК РФ).

      В соответствии с абзацем первым пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина.

      Таким образом, на финансовом управляющем, лежит обязанность осуществить мероприятия по выявлению имущества, нажитого должником в период нахождения в браке с гражданкой ФИО12, но зарегистрированного не за должником, а за его супругой, и на который распространяется в силу положений статьи 34 СК РФ режим совместной собственности супругов.

      Вместе с тем, несмотря на длительной срок проведения процедуры реализации имущества должника, мероприятия по выявлению имущества должника, нажитого им в период брака, и которое зарегистрировано за супругой должника, финансовым управляющим не осуществлялись.     Аналогичные выводы можно сделать также из анализа отчетов финансового управляющего от 12.01.2018, от 18.06.2018 и от 14.11.2018.

      В тоже время, судом первой инстанции обоснованно отмечено, что супруга должника - ФИО12 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, дата присвоения ОГРНИП: 07.06.2018). Апелляционный суд отмечает, что данная регистрация осуществлена после возбуждения дела о банкротстве должника – 26.09.2017, тогда как должник утратил статус индивидуального предпринимателя с 01.09.2017, накануне возбуждения дела о банкротстве, должник выступал страхователем в отношении 6 физических лиц, в том числе ФИО12 Следовательно, не исключается перевод бизнеса должника на супругу.

От осуществления предпринимательской деятельности, супруга должника возможно получает доход, который в силу положений пункта 1 статьи 34 СК РФ по общему правилу относится к совместному имуществу супругов, и, соответственно, половина указанного дохода должна быть включена в конкурсную массу.

      Данное обстоятельство свидетельствует о том, что помимо необоснованного затягивания процедуры банкротства, финансовый управляющий не исполняет обязанности по выявлению имущества должника.

      Таким образом, не проведение финансовым управляющим ФИО2 обязательных мероприятий, предусмотренных Законом о банкротстве, свидетельствует о неправомерном и необоснованном затягивании процедуры реализации имущества должника, что приводит к существенному нарушению прав заявителя и иных кредиторов, поскольку может привести к невозможности удовлетворения их требований.

      Касательно предоставления отчетов о своей деятельности (сроки, полнота информации, в том числе приложение обосновывающих документов) апелляционный суд отмечает следующее.

      В силу абзаца двенадцатого пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан, в том числе направлять кредиторам отчет финансового управляющего не реже чем один раз в квартал, если иное не установлено собранием кредиторов.

      В силу пункта 7 статьи 213.12 Закона о банкротстве не позднее чем за пять дней до даты заседания арбитражного суда по рассмотрению дела о банкротстве гражданина финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о своей деятельности, сведения о финансовом состоянии гражданина.

      Между тем, указанная обязанность направления отчета финансового управляющего о своей деятельности кредиторам и суду не исполнена.

      Решение о признании должника банкротом и об утверждении финансового управляющего принято 26.10.2017, судебное заседание по рассмотрению вопроса о продлении или завершении срока реализации имущества должника назначено на 17.04.2018.     Соответственно за указанный период финансовый управляющий обязан был представить кредиторам и суду два отчета финансового управляющего о своей деятельности (первый - до 26.01.2018, второй - не позднее 12.04.2018).

      Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 17.04.2018 процедура реализации имущества, открытая в отношении должника, продлена на шесть месяцев до 26.10.2018, судебное заседание по рассмотрению вопроса о продлении или завершении срока процедуры реализации имущества, открытого в отношении должника, назначено на 25.10.2018. За указанный период финансовый управляющий обязан был представить кредиторам и суду два отчета финансового управляющего о своей деятельности (первый - до 26.07.2018, второй - не позднее 20.10.2018).

      Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.10.2018 процедура реализации имущества, открытая  в отношении должника, продлена на шесть месяцев до 26.04.2019, судебное заседание по рассмотрению вопроса о продлении или завершении процедуры реализации имущества, открытого в отношении должника, назначено на 23.04.2019. Соответственно очередной отчет финансовый управляющий обязан был представить кредиторам и суду до 26.01.2019.

      Однако в материалы основного дела № А47-9925/2017, финансовым управляющим представлено три отчета. При этом отсутствуют сведения о направлении указанных отчетов в адрес кредиторов, в том числе кредитора ФИО4

      Последний отчет датирован 14.11.2018, следовательно, следующий отчет должен был быть направлен кредиторам и представлен в суд не позднее 15.02.2019, однако указанная обязанность финансовым управляющим не исполнена.

      Таким образом, доводы кредитора по жалобе в данной части правомерно признаны судом обоснованными.

      Кроме того, по мнению кредитора, отчеты: от 12.01.2018,  18.06.2018 и 14.11.2018 не содержат обязательных сведений, не отражают действительный ход процедуры реализации имущества, финансовым управляющим не приложены документы, на основании которых составлен отчет.

      В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X (банкротство гражданина), регулируются, в том числе главами I - III. 1, VII (Конкурсное производство).

      Общие правила подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего утверждены постановлением Правительства РФ от 22.05.2003  № 299 (далее по тексту - Правила № 299).

      Согласно пункту 11 Правил № 299 к отчетам конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства прилагаются копии документов, подтверждающих указанные в них сведения. К отчету о результатах проведения конкурсного производства дополнительно прилагаются документы, подтверждающие продажу имущества должника, реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов и документы, подтверждающие их погашение.

      Однако в нарушение вышеуказанных положений, финансовым управляющим ни к одному из представленных отчетов не приложены документы, на основании которых они составлены, в частности: приказ об инвентаризации имущества должника от 04.12.2017, приказ о продлении сроков инвентаризации имущества должника от 05.03.2018, инвентаризационная опись имущества должника от 04.06.2018, документы, подтверждающие принятие мер по обеспечению сохранности имущества должника, анализ финансового состояния должника и заключение об отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника, документы, подтверждающие расходы, связанные с проведением процедуры реализации имущества должника (договоры, квитанции, счета, акты выполненных работ, накладные и т.д.), реестры требований кредиторов должника по состоянию на даты составления отчетов, направленные в адрес регистрирующих органов запросы и ответы на них, направленные в адрес кредитных учреждений и банков о наличии (отсутствии) открытых (действующих) счетов должника и ответы на них, выписки по счетам, отражающие движение денежных средств по ним в ходе процедуры банкротства и за три года, предшествующие подаче в суд заявления о признании должника банкротом, запрос в ИФНС России о предоставлении сведений об открытых расчетных счетах должника, уведомление должника о последствиях введения процедуры реализации имущества должника и запрос на предоставление документов и информации о финансовом положении, а также доказательства их направления в адрес должника, сведения о заключенных должником и его супругой сделках.

По мнению апелляционного суда, отсутствие таких приложений препятствует контролю за деятельностью управляющего, учитывая, что исключает возможность не только проведения проверки в отношении полноты и достоверности сведений, отраженных в отчетах, но и контролю за осуществлением фактических мероприятий, проводимых в процедуре.

      Кроме того, заслуживает внимания довод кредитора о том, что в отчетах финансового управляющего отсутствует обязательная информация.

      Согласно пункту 1 статьи 143 Закона о банкротстве конкурсный управляющий представляет собранию кредиторов (комитету кредиторов) отчет о своей деятельности, информацию о финансовом состоянии должника и его имуществе на момент открытия конкурсного производства и в ходе конкурсного производства, а также иную информацию не реже чем один раз в три месяца, если собранием кредиторов не установлено иное.

      В силу части 2 статьи 143 Закона о банкротстве в отчете конкурсного управляющего должны содержаться сведения, в том числе сведения: -о сформированной конкурсной массе, в том числе о ходе и об итогах инвентаризации имущества должника, о ходе и результатах оценки имущества должника в случае привлечения оценщика для оценки такого имущества;           -о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений; -о ходе реализации имущества должника с указанием сумм, поступивших от реализации имущества; -о количестве и об общем размере требований о взыскании задолженности, предъявленных конкурсным управляющим к третьим лицам; -о предпринятых мерах по обеспечению сохранности имущества должника, а также по выявлению и истребованию имущества должника, находящегося во владении у третьих лиц; -о предпринятых мерах по признанию недействительными сделок должника, а также по заявлению отказа от исполнения договоров должника; -о ведении реестра требований кредиторов с указанием общего размера требований кредиторов, включенных в реестр, и отдельно - относительно каждой очереди;-о проведенной конкурсным управляющим работе по закрытию счетов должника и ее результатах; -о сумме текущих обязательств должника с указанием процедуры, применяемой в деле о банкротстве должника, в ходе которой они возникли, их назначения, основания их возникновения, размера обязательства и непогашенного остатка; -иные сведения о ходе конкурсного производства, состав которых определяется конкурсным управляющим, а также требованиями собрания кредиторов (комитета кредиторов) или арбитражного суда.

      Аналогичные требования к отчету содержатся и в пункте 10 Правил №299.

      Вместе с тем, как установлено судом, в отчете финансового управляющего о проведении процедуры банкротства от 14.11.2018 не отражены следующие сведения:

      - о поданных на финансового управляющего жалобах и о результатах их рассмотрения. Между тем, 06.06.2018 (вх. № 4867/6) и 06.07.2018 (вх. № 5692/6)  кредитором ФИО4 в Управление Росреестра по Оренбургской области поданы две жалобы на действия/бездействия финансового управляющего должника ФИО2, по результатам рассмотрения указанных жалоб в отношении финансового управляющего ИП ФИО3 - ФИО2 составлен протокол об административном правонарушении №00325618 от 08.08.2018. Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 08.10.2018 по делу №А47-9926/2018 арбитражный управляющий ФИО2 привлечен к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ и ему назначено административное наказание в виде предупреждения. Однако в отчете финансового управляющего от 14.11.2018 сведения об указанной жалобе и результатах ее рассмотрения не отражены;

      - о расчетных счетах должника и сведения о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений, сведения об открытых и закрытых расчетных счетах;

      - о текущих обязательствах должника, с указанием назначения текущих платежей, оснований их возникновения, размера обязательств, размера непогашенного остатка.

      В целом, по мнению апелляционного суда,  отчеты управляющего неинформативны и, с учетом отсутствия каких-либо приложений к ним, не позволяют установить, какие значимые для процедуры банкротства мероприятия проведены, проводятся либо будут проводиться управляющим. Следовательно, данные отчеты препятствуют осуществлению контроля за деятельностью управляющего.

Касательно требования о взыскании убытков апелляционный суд отмечает следующее.

Возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса РФ, далее – ГК РФ).

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Пунктом 1 статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

      В судебном заседании установлено, что обязанность по обеспечению сохранности дома (базы отдыха), расположенного по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...>, осуществляет должник, вновь утвержденному финансовому управляющему ФИО6 передан договор ответственного хранения, заключенный между финансовым управляющим ФИО2 и должником.

      Кредитором в жалобе заявлено требование о взыскании убытков с финансового управляющего, в связи с тем, что дом (база отдыха) используется должником в качестве средства получения дохода.

      27.02.2018 (после введения процедуры реализации – 26.10.2017) между ООО «Контент Медиа» и ФИО3 заключен договор-оферта по использованию сервисов сайта www.nedoma.ru для арендодателей физических лиц. Договор заключался путем принятия ФИО3 оферты и ее акцептирования нажатием кнопки «Принимаю» на этапе размещения информации об объекте на вышеуказанном сайте. Представителем ФИО3 выступала его супруга ФИО12 ФИО3 разместил на сайте объект «Гостевой дом на Степной» с адресом: РБ, 

<

...>, которому присвоен системный идентификатор 649933.

      Согласно открытым данным сайтов www.nedoma.ru, www.booking.com, дом, расположенный по адресу: РБ, 

<

...>, сдается должником в посуточный наем под названием «Гостевой дом на Степной» или «Guest House on Stepnaya». Указанная информация является публичным предложением. 

Кроме того, между ООО «Контент-Медиа» и ФИО3 заключены дополнительные соглашения:    -о перечислении денежных средств ФИО13, -о перечислении денежных средств ФИО14. 

      Согласно представленным ООО «Контент-Медиа» документам, а именно:

      - реестру выполненных заказов (приложение № 1 к отчету агента от 31.01.2019 должник получил доход от стоимости сдачи помещений (проживания) 38 000 рублей.

      - реестру выполненных заказов (приложение № 1 к отчету агента от 28.02.2019 должник получил доход от стоимости сдачи помещений (проживания) 8 000 рублей.

      Итого, стоимость проживания составила 46 000 рублей, из них за период с 30.10.2017 по 30.04.2019 в рамках взаимоотношений по объекту № 649933: 20 072 рубля 50 копеек перечислено на счета родственников должника; 8 927 рублей 50 копеек удержано в пользу ООО «Контент-Медиа» в качестве агентского вознаграждения за услуги пользование сайтом.

      Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела ООО «Контент-Медиа» документами.

      Факт сдачи в наем вышеуказанного дома и получения должником дохода подтверждается кассовым чеком от 13.02.2019 на сумму 4 000 рублей, ваучером на подтверждение бронирования, договором аренды комнаты от 15.02.2019. За предоставление номера для проживания в нем, должником от третьих лиц получена сумма 8 000 рублей. 

      Однако сведения о поступлении и расходовании денежных средств отсутствуют, равно как отсутствуют сведения об отражении этих денежных средств в отчетах финансового управляющего.

      В то время как на финансовом управляющем в силу положений абзаца 1 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве лежит обязанность по обеспечению сохранности имущества должника, в том числе и доходов.

      Таким образом, в связи с ненадлежащим исполнением обязанностей финансовым управляющим ФИО2, кредиторам причинены убытки в размере дохода, полученного должником, и не включенного в конкурсную массу в сумме 46 000 руб.

      Поскольку деятельность финансового управляющего должна быть направлена на пополнение конкурсной массы должника, при том, что за тот период, когда база отдыха находилась на хранении у должника, последний, согласно представленным в материалы дела документам, извлекал выгоду от сдачи внаем базы отдыха, что ничем не опровергнуто и доказательства, свидетельствующие об ином, не представлены, в то время как ФИО2 не предъявил к должнику никаких требований имущественного характера,  суд первой инстанции правомерно посчитал доказанным наличие убытков.

Согласно письму ООО НКО «Яндекс.Деньги» от 10.11.2017 №НКО/1-2370, представленному финансовым управляющим в материалы обособленного спора № А47-9925-8/2017, должник имеет открытый счет №**0291, по состоянию на 08.11.2017 остаток на котором составляет 12,68 руб., однако указанные сведения в отчетах финансового управляющего также отсутствуют, имущество не включено в конкурсную массу, сведений о том, что оно учтено в счет установленного прожиточного минимума (на чем акцентировал в апелляционной жалобе внимание управляющий), не имеется.

Доводы жалобы не опровергают выводов суда.

Так, ссылки, что в описи имущества финансовый управляющий имущество, которое не подлежит включению в конкурсную массу, указывать не обязан, подлежат отклонению. Факт отнесения данного имущества к тому, что не подлежит включению в конкурсную массу, не доказан. Перечень имущества не раскрыт, тогда как документы, представленные в дело, указывают на отсутствие у отдельного имущества (в частности, находящегося на базе) статуса, не подлежащего включению в конкурсную массу. 

Ссылки на то, что на строения незавершенного строительства права не зарегистрированы, в связи с чем, оснований для включения в инвентаризационную опись указанного имущества у ответчика не имелось, подлежат отклонению. Отсутствие зарегистрированных прав на объекты незавершенные строительством не исключает возможности включения таковых в состав конкурсной массы. Доказательств принадлежности данных объектов иным лицам не имеется, а земельный участок, на котором они расположены, принадлежит должнику. Финансовым управляющим не обоснована невозможность включения имущества в конкурсную массу.

Наличие ответов банков об остатках на некоторых счетах должника, равных нулю, не указывает на необоснованность выводов суда, о том, что ответчиком не проведена инвентаризации денежных средств на счетах должника, поскольку на одном из счетов имелись средства, которые не были проинвентаризированы управляющим. Доводы апелляционной жалобы в данном случае не соответствуют фактическим обстоятельствам.

Обоснование не включения в конкурсную массу 12,68 руб. со ссылкой на прожиточный минимум не принимается, поскольку не исключало необходимости инвентаризации данной суммы. Кроме того, из отчетов управляющего не следует, что не включение данной суммы в конкурсную массу обусловлено названным финансовым управляющим обстоятельством. 

      Ссылки на то, что у финансового управляющего отсутствует обязанность по закрытию счетов гражданина-банкрота, подлежат отклонению, как не соответствующие фактическим обстоятельствам и основанные на неверном толковании норм действующего законодательства. Выше установлено, что необходимость сохранения 6 расчетных счетов для должника, находящегося в процедуре банкротства, фактическими обстоятельствами не обоснована, вместе с тем, положениями пункта 1 статьи 133 Закона о банкротстве, применимой к спорным отношениям, установлена возможность использования лишь одного счета (за исключением иных случаев, прямо оговоренных в законе).

      Не принимаются ссылки на то, что в ситуации включения в реестр требований кредиторов требований кредитора, обеспеченного залогом, исключается обязанность  обращения в суд за утверждением положения о порядке продажи залогового имущества.

      Определением суда 19.02.2018 в реестр требований кредиторов должника было включено требование ПАО АКБ «Российский капитал» на 1 424 429,70 руб., определением от 20.02.2018 – требование ПАО «МТС-Банк» на 15 155 211,13 руб., как обеспеченные залогом принадлежащего должнику имущества (автомобиль и жилой дом с расположенным под ним земельным участком соответственно). 

В силу пункта 4 статьи 213.26 Закона о банкротстве продажа предмета залога осуществляется в порядке, установленном пунктами 4, 5, 8 - 19 статьи 110 и пунктом 3 статьи 111 настоящего Федерального закона, с учетом положений статьи 138 настоящего Федерального закона с особенностями, установленными настоящим пунктом. Начальная продажная цена предмета залога, порядок и условия проведения торгов определяются конкурсным кредитором, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества. В случае наличия разногласий между конкурсным кредитором по обязательствам, обеспеченным залогом имущества гражданина, и финансовым управляющим в вопросах о порядке и об условиях проведения торгов по реализации предмета залога каждый из них вправе обратиться с заявлением о разрешении таких разногласий в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, по результатам рассмотрения которого арбитражный суд выносит определение об утверждении порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, которое может быть обжаловано.

В деле не имеется доказательств представления залоговым кредитором в разумные сроки утвержденного порядка продажи либо принятия финансовым управляющим мер к получению в разумные сроки порядка продажи, утвержденного залоговым кредитором. Так, имеющиеся письма датированы лишь 06.06.2018 (ПАО АКБ «Российский капитал», направлено почтой 09.06.2018, вручено адресату 19.06.2018) и 22.02.2019 (АО «Банк ДОМ.РФ /ПАО АКБ «Российский капитал»/; направлено 25.02.2019, получено адресатом 12.03.2020). То есть отдельные меры предприняты управляющим по истечении 4 месяцев и года с момента включения требований залоговых кредиторов в реестр, что не может указывать на разумное поведение.

Отсутствие такого порядка в течение длительного времени (учитывая момент включения требований банков в реестр, обращения в суд за разрешением вопроса) указывает на необходимость оперативного разрешения соответствующего вопроса в судебного порядке. 

Между тем, ходатайство об утверждении порядка продажи заложенного имущества одно поступило в суд 09.01.2019 (направлено по электронной почте 29.12.2018, оставлено без движения определением от 16.01.2019, принято к производству определением от 29.01.2019), другое 27.03.2019 (оставлено без движения определением от 03.04.2019, принято к производству определением от 11.04.2019).

      То обстоятельство, что отчет ответчика от 12.01.2018 был рассмотрен собранием кредиторов должника 22.01.2018, а отчет от 18.06.2018 рассмотрен 22.06.2018, не исключает обязанности их направления кредиторам и в суд. Кроме того, на сайте ЕФРСБ отсутствует информация о проведении собрания кредиторов в январе 2018 года, результатах данного собрания. А из публикации о результатах собрания от 22.06.2018 не ясно, кто из кредиторов присутствовал на собрании, а из карточки дела не следует, что отчеты представлялись в суд. В условиях отсутствия доказательств направления отчетов кредиторам, представления их в суд, право кредиторов на получение информации следует признать нарушенным.

Наличие доказательств направления кредиторам отчета от 30.01.2019 не исключает нарушений, допущенных в отношении представления отчетности за иной период. Кроме того, установлено, что отчеты не содержали необходимой информации, а также приложений.

Ссылки на то, что в периодичности предоставления своих отчетов ответчик руководствовался решением, принятым собранием кредиторов должника 22.01.2018, о необходимости проведения собраний не чаще одного раза в шесть месяцев, не принимаются. Выше отмечено, что на сайте ЕФРСБ отсутствует информация о проведении собрания кредиторов в январе 2018 года, результатах данного собрания. В отчете управляющего за 18.06.2018, 14.11.2018 отсутствует информация о созыве и проведении, результатах собрания по данному вопросу. На указанную дату 22.01.2018 в реестр было включено лишь требование ФИО15 (мать супруги), однако впоследствии судебный акт о включении требований названного лица отменен в порядке главы 37 АПК РФ (решение от 30.04.2029), в установлении требований отказано (определение от 24.07.2019). Именно названным кредитором по предложению самого финансового управляющего и была установлена периодичность представления отчетности не чаще 1 раза в 6 месяцев (т.1, л.д. 107-108). Однако данная информация не была доведена до сведения иных кредиторов, как и необходимость, и целесообразность принятия такого решения.

      То обстоятельство, что кредиторское требование ФИО4 на сумму 4 829 607 руб. было принято судом к производству определением от 09.02.2018 и включено в реестр требований постановлением апелляционного суда  от 17.01.2019 (резолютивная часть от 15.01.2019) на 3 290 000 руб. с учетом резолютивной части от 24.04.2019 постановления Арбитражного суда Уральского округа, правового значения не имеет, поскольку не исключает вышеназванных выводов относительно нарушения периодичности представления отчетности в целом кредиторам и в суд. 

Доводы о том, что отчет от 30.01.2019 направлен кредитору 25.02.2019, то есть с незначительным пропуском срока, который сам ФИО4 и определил (до 15.02.2019), подлежат отклонению. Выше установлено, что отчеты неинформативны. Следовательно, формальное направление отдельного отчета не свидетельствует о соблюдении установленных требований по раскрытию необходимой информации перед кредиторами.  

      Информированность ФИО4 о поданных им жалобах не опровергает выводов суда относительно отсутствия соответствующей информации в отчетах. Указанное, в совокупности с фактами отсутствия иной значимой информации, не соответствует требованиям Закона и нарушает права и законные интересы кредиторов. 

      Ссылки на отсутствие оснований для взыскания убытков с ответчика подлежат отклонению.

      Вопреки утверждению подателя жалобы, в дело представлены достаточные доказательства, подтверждающие сдачу имущества в наем и получение дохода. Соответствующие факты могли быть установлены финансовым управляющим, учитывая, что кредитор их установил на основании общедоступных сведений. Так, в отчете об оценке указано, что здание состоит из 64 помещений, в том числе из 23 номеров, кальянной, столовой, кухни, серверной, котельной, 16 санузлов, 2 комнат персонала, прачечной, холла, 3 кладовых, из фотоматериалов следует, что каждый номер укомплектован мебелью, техникой, в хозяйственных помещениях имеются холодильники, компьютеры, утюги, стиральные машины, пр. Информация о сдаче имущества размещена на официальных сайтах, специализирующихся на предоставлении данной информации. Имеются доказательства фактической сдачи имущества в аренду, извлечения дохода в период процедуры. В связи с чем, то обстоятельство, что самим ФИО3 какие-либо документы, свидетельствующие о сдаче им в наем жилого дома в Республике Башкортостан и получении от этого дохода, к заявлению о признании его банкротом не прикладывались, правового значения не имеют. 

      То обстоятельство, что в заявлении от 17.01.2018 должник указывал, что гарантирует, что он и его семья будут проживать и использовать указанный жилой дом по его назначению, а 06.06.2018 между ответчиком и должником был заключен договор ответственного хранения жилого дома, сами по себе не исключают вышеустановленных обстоятельств, не препятствуют взысканию убытков.       Формально действия по заключению договора ответственного хранения соответствуют требованиям Закона о банкротстве, однако с учетом последующих событий, в целом не отвечают критериям разумности, осмотрительности и добросовестности. При этом, при передаче на ответственное хранение не учтен характер имущества (потенциально относящегося к гостиничному комплексу) и не принято мер к проверке обеспечения сохранности этого имущества, в результате которой мог быть установлен соответствующий факт коммерческого использования имущества.

То обстоятельство, что недобросовестные действия самого должника в последующем могут учитываться при рассмотрении вопроса об освобождении его от дальнейшего исполнения обязательств, не исключают факта причинения убытков по вине управляющего, не обеспечившего надлежащий контроль за сохранностью имущества, в результате чего из конкурсной массы выбыло имущество, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов. 

Доказательств нахождения денежных средств на счете в деле не имеется, в конкурсную массу самим ответчиком они не включались, из последующих описей инвентаризации не следует их наличие. В связи с чем, доводы в указанной части подлежат отклонению, как документально не подтвержденные.

      С учетом изложенного суд апелляционной инстанции считает, что доводы жалобы кредитора нашли свое подтверждение, бездействие арбитражного управляющего ФИО2, выразившееся в ненадлежащем выполнении предусмотренных Законом о банкротстве обязанностей не отвечает требованиям добросовестности и разумности, интересам кредиторов.

Апелляционная жалоба содержит доводы, которые, не опровергая выводов суда первой инстанций, направлены на их переоценку, оснований для которой апелляционный суд не усматривает. 

Иное толкование заявителем положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствует о неправильном применении судом норм права.

Следовательно, определение отмене, а жалоба удовлетворению – не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 10.07.2020 по делу № А47-9925/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу  ФИО2  – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца  со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                            Л.В. Забутырина 

 

Судьи:                                                                        А.Г. Кожевникова      

 

                                                                                                   Ю.А. Журавлев