СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-17793/2021(1,2)-АК

Дело № А50-7231/2021

16 марта 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 марта 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 марта 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чухманцева М.А.,

судей                                 Мухаметдиновой Г.Н., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,   

при участии:

финансового управляющего ФИО2, паспорт,

от должника ФИО3– ФИО4, паспорт, доверенность от 06.09.2021;

от ответчика ФИО5 – ФИО6, паспорт, доверенность от 11.10.2021;

от ответчика ФИО7 – ФИО8, паспорт, доверенность от 12.02.2021;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО2, должника – ФИО9 

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 03 декабря 2021 года 

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными сделками договоров займа от 06.10.2016 № 06/10/2016 и залога от 06.10.2016, заключенных между ИП ФИО5 и должником;

договора купли – продажи имущества на торгах от 26.05.2021 №148Т, заключенного ООО «Капитал 59» и ФИО7, а также перечисления МОСП по ИПРД УФССП России по Пермскому краю денежных средств в пользу ИП ФИО5,

вынесенное в рамках дела № А50-7231/2021

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО9,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ООО «Капитал 59», МОСП по ИПРД УФССП России по Пермскому краю, Управление федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Пермскому краю,  

 

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 02.04.2021 принято к производству заявление ФИО10 о признании ФИО9 (далее – должник) несостоятельной (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 01.06.2021 (резолютивная часть от 25.05.2021) в отношении ФИО9 введена процедура реализации имущества; финансовым управляющим утверждена ФИО2, член саморегулируемой организации Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс».

Финансовый управляющий 15.09.2021 обратился в суд с заявлением о признании договора купли-продажи имущества на торгах от 26.05.2021 № 148Т, заключенного обществом с ограниченной ответственностью «Капитал 59» (далее – общество «Капитал 59») и гражданином ФИО7, недействительной сделкой, а также признании недействительной записи о государственной регистрации перехода права собственности, осуществленной Управлением Росреестра 21.06.2021 за № 59:01:4410111:608-59/089/2021-7.

Суд в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлек общество «Капитал 59»; МОСП по ИПРД УФССП России по Пермскому краю; Управление Росреестра по Пермскому краю.

22.09.2021 финансовым управляющим в Арбитражный суд Пермского края подано заявление о признании недействительными сделками договора залога от 06.10.2016, заключенного индивидуальным предпринимателем ФИО5 (далее – предприниматель ФИО5) и ФИО9, а также перечисления МОСП по ИПРД УФССП России по Пермскому краю денежных средств в размере 3 227 960 руб. в пользу данного предпринимателя.

Определением суда от 27.09.2021 данное заявление принято к производству и назначено к совместному рассмотрению с первым из поступивших заявлений управляющего на 13.10.2021.

Судом приняты уточнения в порядке статьи 49 АПК РФ, в связи с чем предметом рассмотрения являлись требования:

- о признании договоров займа от 06.10.2016 № 06/10/2016 и залога от 06.10.2016, заключенных предпринимателем ФИО5 и ФИО9, недействительными (ничтожными) сделками на основании статей 10, 168, 170, пункта 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -  ГК РФ);

- договора купли-продажи имущества на торгах от 26.05.2021 № 148Т, заключенного обществом «Капитал 59» и гражданином ФИО7, недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в силу норм статей 10, 168 ГК РФ;

- перечисления МОСП по ИПРД УФССП России по Пермскому краю денежных средств в размере 3 227 960 руб. в пользу предпринимателя ФИО5 недействительной сделкой по статьей 61.3 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 03.12.2021 (резолютивная часть от 25.11.2021) в удовлетворении требований финансового управляющего должника ФИО9 о признании недействительными сделками договоров займа от 06.10.2016 № 06/10/2016 и залога от 06.10.2016, заключенных индивидуальным предпринимателем ФИО5 и ФИО9, договора купли-продажи имущества на торгах от 26.05.2021 № 148Т, заключенного ООО «Капитал 59» и ФИО7, а также перечисления МОСП по ИПРД УФССП России по Пермскому краю денежных средств в размере 3 227 960 руб. в пользу индивидуального предпринимателя ФИО5 отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий должника ФИО2, должник ФИО9 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда от 03.12.2021 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований. 

Должник в жалобе ссылается на то, что Прокуратурой Мотовилихинского района г. Перми установлено нарушение ИП ФИО5 требований ФЗ «О потребительском кредите (займе)», выразившееся в предоставлении гражданам займов под проценты в период 2015-2016 г.г. не менее 4-х раз в год, не имея права на оказание услуг по предоставлению потребительских займов. Именно в указанный период ИП ФИО5 были предоставлены займы должнику, что впоследствии явилось основанием для признания ее банкротом. Кроме того, из заключений ТПП Пермского края №146, № 147 от 07.02.2020 следует, что размер взимаемых процентов по нецелевому кредиту, обеспеченному залогом недвижимого имущества, завышен; должник не могла физически погашать договор займа исходя из ее уровня дохода на 2016 г. Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии в действиях ИП ФИО5 злоупотребления правом.

Финансовый управляющий в жалобе указывает на то, что суд неправомерно не признал притворными сделками договоры займа и залога между должником и ИП ФИО5, поскольку целью предоставления займа являлось не получение дохода от процентов, а приобретение переданного ФИО9 в залог имущества. Ответчиком в 2015-2016 г.г. не запрашивались у должника документы о ее платежеспособности. Ответчиком в сумму основного долга по второму договору были включены проценты по первому займу, а на эту сумму, значительно увеличенную, снова начислены проценты. Суд ошибочно применил положения закона о преюдиции решения Свердловского районного суда г. Перми по делу № 2-5/2020, поскольку не исследовались нарушения ст. 170 ГК РФ. Суд также неправомерно не признал действия судебного пристава по перечислению денежных средств, вырученных от продажи имущества должника недействительными по ст. 61.3 Закона о банкротстве. Делая вывод о том, что в состав конкурсной массы включен еще один объект залога и финансовым управляющим не представлен расчет по текущим обязательствам, суд нарушил главный принцип института банкротства - всестороннее формирование конкурсной массы за счет имущества должника и распределение вырученных денежных средств между кредиторами. По мнению заявителя, ответчик должен возвратить в конкурсную массу денежные средства в размере 10% от стоимости реализованного имущества, или 322 796 руб., при этом, на указанную сумму кредитор имеет право включиться в реестр требований кредиторов по общим основаниям - в ч. 2 третьей очереди реестра требований кредиторов.

От ответчиков ИП ФИО5, ФИО7 поступили отзывы, в которых возражают против доводов апелляционных жалоб должника и финансового управляющего. 

В судебном заседании финансовый управляющий доводы апелляционных жалоб поддержала. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным. Просит определение отменить, апелляционные жалобы удовлетворить.

Представители ответчиков возражают против удовлетворения апелляционных жалоб по основаниям, изложенным в письменных отзывах, просят апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, определение без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса  Российской  Федерации  (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом апелляционной инстанции в обжалуемой части в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалоб.

Как следует из материалов  дела,  между ИП ФИО5 (заимодавец) и ФИО9 (заемщик) был заключен договор займа от 29.01.2015 №29/01/2015, по условиям которого заимодавец передал заемщику  денежные средства в размере 100 000 руб. под 6% процентов в месяц сроком на 1 год, до 29.01.2016.

Договор займа обеспечен залогом 3-комнатной квартиры общей площадью 61 кв.м с кадастровым номером 59:01:4410111:608, расположенной по адресу: 

<

...>, на основании договора залога недвижимого имущества от 29.01.2015.

Сторонами определена залоговая стоимость имущества (стоимость предмета ипотеки) равной 3 000 000 (три миллиона) руб. (пункт 1.3 указанного договора залога).

Между сторонами заключены дополнительные соглашения к договору займа от 29.01.2015 № 29/01/2015:

- от 11.11:2015 на сумму 120 000 руб. до 11.11.2016;

- от 11.02.2016 на сумму 100 000 руб. до 11.02.2017;

- от 17.05.2016 на сумму 130 000 руб. до 17.05.2017;

- от 01.06.2016 на сумму 150 000 руб. до 01.06.2017;

- от 03.08.2016 на сумму 145 000 руб. до 03.08.2017.

04.10.2016 ИП ФИО5 выдана справка о полном исполнении всех обязательств по договору займа от 29.01.2015 № 29/01/2015 и всех соглашений к нему. 

При этом 06.10.2016 между ФИО9 (заемщик) и ИП ФИО5 (заимодавец) заключен новый договор займа № 06/10/2016, по условиям которого заимодавец передает заемщику денежные средства в размере 854 000 руб. на срок до 06.12.2017.

На данном договоре имеется расписка ФИО9 о получении указанной суммы полностью.

Сторонами по договору согласована процентная ставка за пользование займом - 84 % годовых (7 % в месяц). Приложением № 1 к договору является график платежей.

Пунктом 4.1 договора займа № 06/10/2016 установлена неустойка за нарушение сроков возврата займа в размере 1 % от невозвращенной в срок суммы займа и процентов за пользование займом за каждый день просрочки.

В качестве обеспечения возврата суммы займа, процентов за пользование, неустойки и иных обязательных платежей ФИО9 представила ИП ФИО5 в залог то же недвижимое имущество, сторонами подписан договор залога от 06.10.2016.

Стороны определили залоговую стоимость имущества (стоимость предмета ипотеки) равной 3 200 000 (три миллиона двести тысяч) руб. (пункт 2.1 названного договора залога).

Данный договор залога прошел государственную регистрацию.

В связи с ненадлежащим исполнением заемщиком своих обязательств ИП ФИО5 обратился с исковым заявлением о взыскании с ФИО9 денежных средств по договору займа от 06.10.2016 № 06/10/2016 и об обращении взыскания на заложенное имущество.

В свою очередь, ФИО9 предъявила встречные требования о признании договора займа от 06.10.2016 № 06/10/2016 незаключенным, недействительным, в частности его пункта 4.6.

Решением Свердловского районного суда г. Перми от 03.06.2020 по делу № 2-5/2020 исковые требования предпринимателя ФИО5 удовлетворены частично: с ФИО9 в пользу предпринимателя взысканы задолженность по договору займа от 06.10.2016 № 06/10/2016 в размере 854 000,00 руб. основного долга, 1 457 479,72 руб. процентов за пользование займом, начисленных за период с 07.10.2016 по 14.11.2018, с последующим их начислением в размере 7% ежемесячно до момента фактического исполнения обязательства по возврату займа, 400 000,00 руб. неустойки, начисленной за просрочку возврата займа и уплаты процентов за период с 07.01.2017 по 14.11.2018, с последующим начислением неустойки в соответствии с ключевой ставкой Банка России, действующей в соответствующие периоды, до момента фактического исполнения обязательства по возврату займа.

Обращено взыскание на заложенное недвижимое имущество: жилое помещение - 3-х комнатную квартиру общей площадью 61,0 кв.м, кадастровый номер 59:01:4410652:460, расположенную по адресу: 

<

...>, принадлежащую на праве собственности ФИО9, посредством продажи с публичных торгов, с установлением начальной продажной стоимости квартиры в размере 3 760 000 рублей.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО9 к предпринимателю ФИО5 отказано в полном объеме.

Данный судебный акт вступил в законную силу.

На основании указанного  решения Свердловским районным судом г. Перми выдан исполнительный лист от 28.09.2020 № ФС024312208, 30.10.2020 МОСП по ИПРД УФССП России по Пермскому краю возбуждено исполнительное производство № 64551/20/59046-ИП.

Названное имущество должника 12.03.2021 передано на торги.

Уполномоченным лицом по проведению торгов на основании государственного контракта от 19.01.2021 №1 являлось общество «Капитал 59».

Обществом «Капитал 59» торги проведены, на основании протокола от 06.05.2021 № 2/28 победителем признан ФИО7, с которым указанным обществом заключен договор купли-продажи от 26.05.2021.

Переход права собственности на квартиру к ФИО7 зарегистрирован 21.06.2021.

Ссылаясь на то, что при заключении договоров займа с должником предприниматель ФИО5 действовал недобросовестно, фактически выдавал денежные средства в займ под чрезмерно высокие проценты, осознавая объективную невозможность последующего их возврата заемщиком с учетом уровня ее дохода, намеренно увеличивал задолженность, преследуя целью обеспечения возможности последующего обращения взыскания на указанную квартиру, финансовый управляющий ссылается на ничтожность договора залога по статьям 10, 168 ГК РФ.

Указывая, что сама должник, получая займ на кабальных условиях, исходила из тяжелых жизненных условий, финансовый управляющий полагает займ недействительной сделкой по пункту 3 статьи 179 ГК РФ.

Кроме того, ссылаясь на то, что фактически при оформлении договора займа от 06.10.2016 денежные средства не передавались ФИО9 предпринимателем ФИО5, управляющий считает данный договор притворной сделкой (статья 170 ГК РФ).

Заключенный впоследствии с ФИО7 договор купли-продажи имущества на торгах от 26.05.2021, по мнению финансового управляющего, является недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку заключен уже после возбуждения производства по настоящему делу, регистрационные действия по переходу права собственности совершены при наличии действующих обеспечительных мер, принятых определением суда от 01.06.2021, и данная сделка повлекла причинение вреда имущественным правам кредиторов должника. 

Оспаривая передачу предпринимателю ФИО5 как взыскателю денежных средств, вырученных от реализации принадлежащей должнику квартиры, финансовый управляющий указывает, что в результате соответствующего перечисления данный кредитор получил преимущественное удовлетворение своих требований уже в период после возбуждения настоящего дела о банкротстве.

Отказывая в признании оспариваемых сделок недействительными, суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для удовлетворения заявленных требований. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб и отзывов на нее, выслушав участников процесса, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 названного Закона, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

В соответствии с п. 2 ст. 61.2  Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В п. 5 постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63)  разъяснено, что п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз.32 ст.2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно п.6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз.2-5 п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п.7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 в силу абз.1 п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст.19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания при оспаривании подозрительных сделок должника по п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомлённости другой стороны сделки об указанной цели должника на момент её совершения.

Согласно п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в п.1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

В силу п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим п. 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Согласно п. 11 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.3, в связи с чем, наличия иных обстоятельств, предусмотренных п. 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В п. 12 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если: 

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатёжеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатёжеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учётом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счёту должника (в том числе скрытой); осведомлённость кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств (предоставление отступного, зачёт и т.п.), относятся к случаям, указанным не в абзаце третьем, а в абзаце пятом п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 10 постановления Пленума ВАС РФ № 63 применяя указанный перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий. Поскольку данный перечень является открытым, предпочтение может иметь место и в иных случаях, кроме содержащихся в этом перечне. При этом, бремя доказывания того, что сделка влечёт или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем её лице.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума ВАС РФ № 60 от 30.07.2013) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки. По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, на который ссылается финансовый управляющий, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу приведенной нормы притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения пункта 2 статьи 170 ГК РФ недостаточно.

В силу пункта 3 статьи 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно приведенной норме права для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом на крайне невыгодных для него условиях, совершена вынужденно - вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства.

При этом, пострадавшая сторона должна доказать причинно-следственную связь между стечением у него тяжелых обстоятельств и совершением им сделки на крайне невыгодных для него условиях; осведомленность другой стороны об указанных обстоятельствах и использование их к своей выгоде.

В пункте 11 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии со статьей 179 Гражданского кодекса Российской Федерации к элементам состава, установленного для признания сделки недействительной как кабальной, относится заключение сделки на крайне невыгодных условиях, о чем может свидетельствовать, в частности, чрезмерное превышение цены договора относительно иных договоров такого вида. Вместе с тем, наличие этого обстоятельства не является обязательным для признания недействительной сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной.

В соответствии с Информационным письмом Президиума ВАС РФ от 10.12.2013 №162 обязательными элементами состава кабальной сделки являются:

стечение тяжелых обстоятельств у потерпевшего;

крайняя невыгодность условий совершения сделки для потерпевшего;

причинная связь между стечением у потерпевшего тяжелых обстоятельств и совершением сделки на крайне невыгодных для него условиях;

осведомленность контрагента потерпевшего о перечисленных обстоятельствах и использование сложившегося положения.

Только при наличии в совокупности указанных выше признаков сделка может быть оспорена по мотиву ее кабальности. Самостоятельно каждый из признаков в отдельности не является основанием для признания сделки недействительной как кабальной.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений, при этом лицо, участвующее в деле, несет риск наступления последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий (статья 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

 Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ).

При этом вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле (часть 3 статьи 69 АПК РФ).

Проанализировав основания заявленных требований в совокупности с представленными документами и пояснениями сторон по сделке, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствия оснований для удовлетворения заявленных требований.   

В рассматриваемом случае суд первой инстанции верно определил, что 

доводы о недействительности договора займа от 06.10.2016 по основаниям того, что данная сделка носила кабальный характер, заключена на крайне невыгодных для ФИО9 условиях вследствие стечения тяжелых обстоятельств и того, что другая сторона по сделке сознательно использовала эти обстоятельства в своих интересах, понуждая заключить оспариваемый договор займа, являлись предметом исследования Свердловского районного суда г. Перми, по результатам чего были отклонены с указанием на отсутствие доказательств, подтверждающих соответствующие обстоятельства.

Оснований для признания данного договора недействительным по пункту 3 статьи 179 ГК РФ в этой связи суд общей юрисдикции не усмотрел.

Не усмотрел суд и оснований  констатировать ничтожность как указанного договора займа, так и договора залога от 06.10.2016, как акцессорной сделки, по статьям 10, 168, 170 ГК РФ.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 № 30-П и определении от 06.11.2014 № 2528-О введение института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. 

Факты, установленные при рассмотрении другого дела, носят преюдициальный характер вплоть до их опровержения другим судом по другому делу или в ином судопроизводстве (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2004 № 2045/04, от 25.07.2011 № 3318/11).

Вопреки доводам жалобы, в рассматриваемом случае финансовым управляющим, оспаривающим сделки займа и залога по статьям 10, 168, пункту 2 статьи 170, пункту 3  статьи 179 ГК РФ в совокупности, не представлено доказательств, посредством которых возможно было бы преодолеть свойство преюдициальности фактических обстоятельств, установленных Свердловского районного суда г. Перми в рамках дела № 2-5/2020.

В частности, как верно указал суд первой инстанции, не представлено доказательств того, что предприниматель ФИО5 каким-либо образом принуждал ФИО9 к получению займов в определенных размерах частями на протяжении период времени, начиная с 2015 года и на определенных условиях, в том числе о передаче в залог недвижимого имущества в счет обеспечения исполнения заемных обязательств.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

Суд первой инстанции верно отметил, что заемные сделки на невыгодных условиях совершались должником по своему волеизъявлению и с иными лицами, в частности с ООО «МФО «Джет Мани Микрофинанс».

Ссылка на наличие на момент заключения должником договоров займа и залога в 2016 году признаков неплатежеспособности правомерно отклонена судом первой инстанции, поскольку, во-первых, данное обстоятельство не нашло своего подтверждения с учетом включенных в реестр требований иных кредиторов должника (периода времени образования долга перед ними), а, во-вторых, даже при наличии соответствующих обстоятельств это не подтверждает недобросовестность действий предпринимателя ФИО5 по отношению к должнику.

Установление определенного процента за пользование суммой займа само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны займодавца, поскольку размер процентной ставки по договору был согласован сторонами.

Наличие на стороне заемщика заблуждения относительно природы оспоренной сделки (договора займа), ее существенных условий, судом не установлено.

Установление размера процентной ставки и согласование с заемщиком способа обеспечения исполнения обязательств соотносится с осуществлением предпринимательской деятельности по предоставлению займов, характеризующейся, с одной стороны, направленностью на извлечение прибыли, а, с другой, постоянным риском невозврата денежных средств по тем или иным причинам.

Также суд апелляционной инстанции на основании пункта 12.2 Постановления Пленума ВАС РФ №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указывает на то, что сам по себе факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может расцениваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника; оспаривающее сделку лицо должно предоставить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

В случаях, когда законодательство или кредитный договор предусматривают получение кредитной организацией от заемщика документов о финансовом положении, судам следует, в том числе, учитывать, имелись ли в представленных документах конкретные сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из пояснений представителя ответчика, публичные ресурсы для целей установления платежеспособности ФИО9 при выдаче займа проверялись, никаких требований к должнику в 2016 году кредиторы не заявляли (распечатка с сайта ФССП России, картотека арбитражных дел на сайте www.arbitr.ru), а также сведениями должника о наличии места работы в ООО «Своя квартира» с доходом, позволявшим исполнять ей обязательства перед ответчиком. Платежеспособность должника также подтверждена в представленной ею ООО МФО «Джет Мани Микрофинанс» в анкете при получении кредита.

Соответствующие доводы жалобы об обратном суд апелляционной инстанции отклоняет, как необоснованные.

Судом первой инстанции также не установлено оснований недействительности оспариваемого договора займа от 06.10.2016 по признаку притворности.

Суд, оценив в совокупности собранные по делу доказательства, пришел к правомерному выводу о том, что заключение указанного договора фактически являлось перекредитованием ФИО9, предусматривающим погашение возникшей по ранее заключенным с предпринимателем ФИО5 заемным сделкам (договору займа от 2015 года и дополнительным соглашениям к нему) задолженности. 

Непосредственно сама должник не отрицала, что полностью предшествующие займы не возвратила ИП ФИО5, доказательств обратного в материалы дела не представлено, суду апелляционной инстанции не доказано.  

Доводы жалобы о том, что целью предоставления займа являлось не получение дохода от процентов, а приобретение переданного ФИО9 в залог имущества не нашли своего подтверждения исходя из обстоятельств дела и представленных доказательств.

Кроме того, решением Свердловского районного суда г. Перми по делу №2-4/2020 было сделано суждение и дана оценка по заключению договора займа, его денежности и заключению договора залога. Договор займа признан заключенным, действующим и подлежащим исполнению.

Проанализировав вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания договоров займа от 06.10.2016 № 06/10/2016 и залога от 06.10.2016, заключенных предпринимателем ФИО5 и ФИО9, недействительными.

При этом, как следует из пояснений, данных в суде первой инстанции представителем должника и финансовым управляющим, сам по себе факт наличия заемных правоотношений между ФИО9 и предпринимателем ФИО5, берущих свое начало в 2015 году, не оспаривается, оспаривается факт выдачи займа в конкретной сумме по последующему договору от 2016 года, что, в свою очередь, установлено вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции.

Доводы жалобы о том, что Прокуратурой Мотовилихинского района г. Перми было установлено нарушение ИП ФИО5 требований ФЗ «О потребительском кредите (займе)» подлежат отклонению, поскольку в данном случае Прокуратурой вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ИП ФИО5

При этом решением Свердловского районного суда г. Перми по делу № 2-5/2020 в удовлетворении встречных исковых требований ФИО9 к ФИО5 о признании договора займа от 06.10.2016 № 06/10/2016 недействительным и незаключенным отказано.

Кроме того, наличие сведений о возбуждении уголовного дела в отношении предпринимателя ФИО5 в суде общей юрисдикции, приговора по которому был бы обязательным для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом, на момент рассмотрения обособленного спора не установлено. Не представлено и доказательств возбуждения уголовного дела в отношении указанного лица правоохранительными органами. 

Финансовым управляющим оспорен договор купли-продажи имущества на торгах от 26.05.2021 №148Т, заключенный обществом «Капитал 59» и гражданином ФИО7, по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168 ГК РФ, ссылаясь на то, что он заключен 26.05.2021, то есть после оглашения резолютивной части решения о признании ФИО9 несостоятельной (банкротом), а регистрационные действия, связанные с переходом права собственности на квартиру, совершены 21.06.2021 после вынесения определения суда по настоящему делу от 01.06.2021 о принятии обеспечительных мер.

 Между тем в рамках настоящего дела и в частности в ходе судебного разбирательства по данному обособленному спору торги, по результатам которых с ФИО7 заключен названный договор, финансовым управляющим не оспариваются, доводов о наличии  при их проведении существенных нарушений, повлиявших на результаты публичных торгов, в частности, на формирование стоимости реализованного имущества и на определение победителя торгов, не приводится.

Судом первой инстанции не установлено наличие в действиях ФИО7 признаков злоупотребления гражданскими правами.

В указанной части судебный акт сторонами не оспаривается, в связи с чем, законность судебного акта в соответствующей части предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции не является.

Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что сделки по перечислению в пользу ИП ФИО5 денежных средств, вырученных от продажи  квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, совершены после возбуждения производства по настоящему делу и повлекли преимущественное удовлетворение требований указанного ответчика, оспаривает указанные перечисления по статье 61.3 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае оспариваемое перечисление повлекло погашение требований предпринимателя ФИО5, обеспеченных залогом, денежные средства данный кредитор должника получил за счет выручки от реализации предмета залога в рамках исполнительного производства.

По общему правилу, признание судом сделки недействительной не может повлечь ухудшение положения залогового кредитора в той части, в которой обязательство было прекращено без признаков предпочтения. При этом в случае невозможности осуществления натуральной реституции в рамках применения последствий недействительности сделки с залогового кредитора взыскиваются денежные средства только в размере обязательств, погашенных с предпочтением.

Правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества при несостоятельности физического лица - залогодателя, изложены в пункте 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве.

На основании статьи 213.27 Закона о банкротстве требования кредиторов по денежным обязательства по гражданско-правовым сделкам подлежат удовлетворению в составе третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

Согласно пункту 1 статьи 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя). Аналогичное регулирование предусмотрено пунктом 1 статьи 50 Федерального закона от 16.07.1998 №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)».

В соответствии с абзацем 6 пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются за счет стоимости предмета залога в порядке, установленном статьей 138 данного Закона.

Доводы жалобы о возврате ответчиком в конкурсную массу денежных средств в размере 10% от стоимости реализованного имущества, или 322 796 руб. с правом на включение в реестр требований кредиторов в этой же сумме по общим основаниям являются несостоятельными.

Согласно разъяснениям пункта 29.3 Постановления Пленума ВАС РФ №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при оспаривании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) - необходимо учитывать следующее.

Такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца пятого пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности:

а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве;

б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

В данном случае судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что кредиторы с требованиями первой и второй очередей удовлетворения у должника ФИО9 отсутствуют, а какие-либо расходы, связанные с делом о банкротстве, к моменту получения ИП ФИО5 исполнения в свою пользу с учетом даты введения в отношении должника процедуры банкротства объективно еще не были понесены. 

Обстоятельств и доказательств того, что после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения текущих платежей и расходов в деле о банкротстве, имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов, не приведено и не представлено.

Таким образом, оснований для выводов о наличии у исполнения, полученного предпринимателем ФИО5, признаков предпочтения, а, соответственно, для вывода о необходимости применения положений статьи 61.3 Закона о банкротстве, у суда первой инстанции не имелось.

Анализ вышеуказанных обстоятельств свидетельствует о том, что выводы суда первой инстанции в указанной части являются верными.

Доводы финансового управляющего о том, что   договор купли-продажи имущества на торгах от 26.05.2021 №148Т, заключенный обществом «Капитал 59» и гражданином ФИО7, заключен 26.05.2021, то есть после оглашения резолютивной части решения о признании ФИО9 несостоятельной (банкротом), а регистрационные действия, связанные с переходом права собственности на квартиру, совершены 21.06.2021 после вынесения определения суда по настоящему делу от 01.06.2021 о принятии обеспечительных мер, не могут сами по себе являться достаточными основаниями для признания договора недействительным, поскольку обстоятельства дела не свидетельствуют об осведомленности кредитора, организатора торгов, победителя торгов, регистрирующего органа и судебного пристава-исполнителя о признании должника банкротом и принятии судом обеспечительных мер в отношении имущества должника. При этом, как следует из пояснений Управления Росреестра по Пермскому краю, ограничения в отношении спорного имущества были внесены в ЕГРН своевременно 23.06.2021 после получения определения суда о принятии обеспечительных мер.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на её заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 03 декабря 2021 года по делу № А50-7231/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

М.А. Чухманцев 

 

Судьи

 

Г.Н. Мухаметдинова 

 

 

Т.Ю. Плахова