ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-165/2020

г. Саратов

23 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 марта 2021 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самохваловой А.Ю.,

судей  Грабко О.В., Макарихиной Л.А.,   

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 и ФИО3 

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 29 декабря 2020 года по делу № А12-165/2020 

по заявлению ФИО2 и ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (дата рождения: ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: С-З Тростянский Новоаннинского района Волгоградской обл., адрес: Волгоградская обл., Михайловский р., х. ФИО5, ул. Ленина, д. 34; 

<

...>, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

09.01.2020 в Арбитражный суд Волгоградской области (далее также – суд первой инстанции) поступило заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» в лице Волгоградского Отделения №8621 (далее – ПАО Сбербанк, заявитель) о признании ФИО4 (далее – ФИО4, должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением суда первой инстанции от 15.01.2020 заявление ПАО Сбербанк о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом) принято к производству. 

Определением суда первой инстанции от 19.06.2020 (резолютивная часть оглашена 19.06.2020) в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО6, член саморегулируемой организации Союз арбитражных управляющих «Авангард», требования ПАО Сбербанк в размере 3 696 511,26 руб., в том числе основной долг 2 656 472,66 руб., проценты по кредиту 1 027 545,81 руб., неустойка 12 492,79 руб., как обеспеченные залогом имущества должника, а именно квартирой, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 34:34:050061:886 включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Информационное сообщение о введении процедуры реструктуризации долгов в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» 27.06.2020. 

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 20.11.2020 (резолютивная часть оглашена 17.11.2020) ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО6. 

Информационное сообщение в газете «Коммерсантъ» опубликовано 28.11.2020.

17.09.2020 в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление ФИО2 (далее – заявитель, ФИО2) о включении требований в реестр требований кредиторов. 

17.09.2020 в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление ФИО3 (далее – заявитель, ФИО3) о включении требований в реестр требований кредиторов. 

Определением суда первой инстанции от 17.12.2020 указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

23.12.2020 от ФИО2 поступило ходатайство об уточнении требований в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил включить в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4 требования в размере 193 353,56 руб. основного долга. 

В судебном заседании от ФИО3 поступило ходатайство об уточнении требований в порядке ст. 49 АПК РФ, просил включить в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4 требования в размере 430 268,40 руб. основного долга. 

29 декабря 2020 года Арбитражным судом Волгоградской области в удовлетворении заявления ФИО2 и ФИО3 о включении требований в реестр требований кредиторов должника отказано. 

ФИО2 и ФИО3 не согласились с принятым судебным актом и обратились в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить  по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

В обоснование апелляционной жалобы указывают, что должник находился в местах лишения свободы, не имел источников доходов, в связи, с чем у него отсутствовали денежные средства для внесения платежей по договору. Вывод суда о необходимости заключения с должником какого-либо соглашения о погашении за него задолженности, не основан на нормах права, в связи с чем является незаконным.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Двенадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи, с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции не находит правовых оснований для удовлетворения поданной по делу апелляционной жалобы, исходя из нижеследующего.

  По смыслу п.4 ст.213.24 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) №127-ФЗ от 26.10.2002 в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абз. 3 п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве), то есть в порядке, предусмотренном ст. 100 настоящего ФЗ, в соответствии с которой кредиторы вправе предъявлять свои требования к должнику в течение двух месяцев с даты опубликовании сведений о признании должника банкротом. Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. 

  Возражений от должника, финансового управляющего, кредиторов на заявленные требования не поступило. 

  В обоснование заявленных требований указано, что у 21.08.2014 между ПАО «Сбербанк России» и ФИО4 заключен кредитный договор 

<

***> по программе «Приобретение готового жилья», в соответствии с которым заемщику предоставлен кредит в размере 2 720 000 руб. на срок 240 месяцев под 13,25% годовых на приобретение объекта недвижимости – квартиры, расположенной по адресу: Волгоградская обл.. г. Волгоград, ул. Циолковского, д. 29, кв. 99, кадастровый номер 34:34:050061:886. 

 Согласно п. 10, 11 договора в качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств по договору заемщик предоставляет кредитору залог (ипотека) объекта недвижимости, о чем в ЕГРП 25.12.2019 сделана запись регистрации №34-34-01/208/214-462. 

 Приобретенное за счет кредитных средств имущество является единственным жильем для сына и бывшей супруги должника, в связи с чем заявители, зная, что должник не выплачивает задолженность в срок, произвели частичное погашение задолженности зад должника путем внесения денежных средств в кассу ПАО «Сбербанк России», ФИО2 – в размере 193 353,56 руб., ФИО3 – в размере 430 268,40 руб. 

  В подтверждение представлены копии приходных кассовых ордеров (оригиналы которых суд обозревал в судебном заседании), на основании которых ФИО2 оплачивал задолженность от 06.09.2016, 27.02.2016,27.08.2015, 27.10.2016, 20.01.2017, 05.05.2017, 27.09.2018, 29.10.2018, 05.12.2017, 11.09.2017, 23.01.2018, 15.02.2017, 15.02.2017, 28.02.2017, 03.04.2017, 03.11.2017, 08.08.2017, 30.06.2017, 01.06.2017, 27.08.2015, на основании которых ФИО3 оплачивала задолженность от 27.05.2016, 27.04.2016, 27.01.2016, 30.03.2018, 27.04.2018, 28.05.2018, 27.06.2018, 27.06.2018, 27.08.2018, 06.12.2018, 01.07.2015, 04.08.2016. Также представлен договор купли-продажи квартиры от 01.10.2014, заключенный между ФИО3 (продавец) и ФИО7, (покупатель), договор ипотеки от 24.07.2014, заключенный между ФИО8 (залогодержатель) и ФИО3 (залогодатель). 

 В пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление №35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

 При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

 В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. 

 Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 23.04.2018 №305-ЭС17-6779 по делу №А40-181328/2015, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом проверка осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны (пункт 26 Постановления №35). 

 Таким образом, в деле о банкротстве включение в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими ясными и убедительными доказательствами.

В обоснование заявленных требований ФИО2 и ФИО3 ссылаются на исполнение ими за должника, который приходится им отцом и бывшим супругом соответственно, денежных обязательств перед ПАО «Сбербанк России». 

 В соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда РФ от 05.02.2018 №305-ЭС17-14948 по делу №А40-148669/2016 и в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда "дружественный" с должником кредитор инициирует судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. 

 В связи с тем, что интересы "дружественного" кредитора и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. 

 В соответствии с правовой позицией, изложенной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.12.2018 №308-ЭС17-10337 по делу №А32-16352/2016, от 11.02.2019 №305-ЭС18-17063 (2), №305-ЭС18-17063 (3), №305-ЭС18-17063 (4), №305-ЭС18-17063 (5) по делу №А40-233621/16 в условиях неплатежеспособности должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда должник в преддверии своего банкротства совершает действия (создает видимость гражданско-правовых сделок) по формированию несуществующей задолженности для включения в реестр и последующего распределения конкурсной массы в ущерб независимым кредиторам. 

 В рассматриваемом случае ФИО2 и ФИО3 являются заинтересованными лицами в силу части 3 статьи 19 Закона о банкротстве ввиду наличия у них статуса сына и бывшей супруги, соответственно. 

 В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.08.2018 №305-ЭС18-3533 по делу №А40-247956/2015 к требованию аффилированного лица должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. 

 Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306- ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 №301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. 

 Заявители ссылаются на ч. 5 ст. 313 ГК РФ, согласно которой к третьему лицу, исполнившему обязательства должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со ст. 387 ГК РФ, если права кредитора по обязательству перешли к третьему лицу в части, они не могут быть использованы им в ущерб кредитору, в частности такие права не имеют преимуществ при их удовлетворении за счет обеспечивающего обязательства или при недостаточности у должника средств для удовлетворения требований в полном объеме. 

  Права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств: 1) в результате универсального правопреемства в правах кредитора; 2) по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, если возможность такого перевода предусмотрена законом; 3) вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем; 4) при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая; 5) в других случаях, предусмотренных законом (ст. 387 ГК РФ). 

  В статье 313 ГК РФ предусмотрено, что в случае, когда исполнение обязательства возложено должником на третье лицо, последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними, а не правилами о суброгации (абзац первый пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 №54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении». Упомянутое соглашение может являться сделкой, опосредующей заемные отношения между третьим лицом и должником, договором, предусматривающим дарение третьим лицом должнику исполненного в пользу кредитора, соглашением о погашении существующего обязательства третьего лица перед должником посредством платежа третьего лица в пользу кредитора должника и т.д. 

 В данном случае, заявляя основанное на погашении задолженности по кредитному договору за должника требование, ФИО2 и ФИО3 не ссылаются на заключение с должником какого-либо соглашения об исполнении обязательств перед контрагентами должника, определяющего конкретные условия взаиморасчетов, при том, что указанное прямо предписано статьей 313 ГК РФ без каких-либо исключений, в том числе в отношении аффилированных лиц. Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

 В абзаце третьем пункта 21 Постановления №54 разъяснено, что на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может признать переход прав кредитора к третьему лицу по пункту 5 статьи 313 ГК РФ несостоявшимся, если установит, что, исполняя обязательство за должника, третье лицо действовало недобросовестно, исключительно с намерением причинить вред кредитору или должнику по этому обязательству. 

 Согласно правовой позиции, сформулированной в определениях судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2016 №302- ЭС16-2049, от 15.08.2016 №308-ЭС16-4658, в том случае, если третье лицо использовало институт, закрепленный статье 313 ГК РФ, не в соответствии с его назначением (исполнение обязательства третьим лицом), то в таких действиях прослеживаются явные признаки злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ). 

 Апелляционный суд также учитывает, что ФИО2 и ФИО3 совершались платежи на протяжении длительного времени (самый ранний платеж датирован 01.07.2015, самый поздний платеж датирован 06.12.2018). При этом каких-либо претензий и взыскании задолженности в судебном порядке заявителями не предъявлялось. 

 Заявители решили обратиться с требованиями только в процедуре банкротства ФИО4 

 Заявителями также не обосновано наличие между ними и должником возмездного характера сделки, направленной на погашение задолженности перед Банком, во исполнение которой ФИО2 и ФИО3 осуществляли платежи за должника. 

 В доказательство наличия у ФИО3 финансовой возможности осуществления заявленных платежей ею представлен договор купли-продажи квартиры от 01.10.2014 по цене 3 100 000 руб. 

 Между тем, договор заключен в 2014 году, а основная масса платежей совершена в период 2016-2018 года. Таким образом, факт того, что деньги, полученные в 2014 году, пошли на погашение задолженности в 2016-2018 годах, не подтвержден. 

 ФИО9 в доказательство наличия у него финансовой возможности осуществления заявленных платежей представлена выписка из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, согласно которой он зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 17.05.2018. 

 Данный довод также оценивается критически, так как погашение ФИО2 совершались и до указанной даты 17.05.2018. 

 В судебном заседании ФИО3, пояснила, что давала деньги сыну для того, чтобы он внес их в счет погашения задолженности перед ПАО «Сбербанк России». 

 Однако, данный факт только подтверждает безвозмездность совершаемых платежей. 

С учетом изложенного, отсутствие между ФИО4, ФИО3, ФИО2 соглашения об исполнении обязательств третьим лицом, непредставление заявителями обоснования разумных причин осуществления спорных платежей, отсутствие доказательств наличия финансовой возможности осуществления спорных платежей, вывод суда первой инстанции о наличии в действиях заявителей требования и должника злоупотребления правом, как совершенных в целях создания искусственной кредиторской задолженности, является обоснованным.

 

  Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

  Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.

  Оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

  руководствуясь статьями 188, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 29 декабря 2020 года по делу № А12-165/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

        Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме, через  Арбитражный суд 1-ой инстанции, принявший определение.

   Председательствующий                                                                А.Ю. Самохвалова

   Судьи                                                                                               О.В. Грабко

 

                                                                                                              Л.А. Макарихина