АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

 

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Казань                                                                                                      Дело № А65-15797/2023 

 

Дата принятия решения –  03 апреля 2024 года.

Дата объявления резолютивной части –  18 марта 2024 года.

 

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Муллагуловой Э.Р., при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в  открытом судебном заседании дело А65-15797/2023 по иску Индивидуального предпринимателя ФИО2, Высокогорский район, с.Высокая Гора (ОГРНИП 316169000135192, ИНН 

<

***>) к Обществу с ограниченной ответственностью "Бритиш", с.Тюлячи (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании суммы займа в размере 145 000 руб.,

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3,

с участием:                

от истца – ФИО4, доверенность от 18.02.2021,

от ответчика – не явился, извещен,

от третьего лица – ФИО5, доверенность от 01.09.2023,

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО2, Высокогорский район, с.Высокая Гора (ОГРНИП 316169000135192, ИНН 

<

***>) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Бритиш", с.Тюлячи (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании суммы займа в размере 145 000 руб.

Определением суда от 19.06.2023 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). 

Определением от 24.06.2023 в порядке ст. 51 АПК РФ привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,  ФИО3.

В ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства суд пришел к выводу о том, что имеется основание для рассмотрения дела по общим правилам искового производства, предусмотренное частью 5 статьи 227 АПК РФ, а именно: необходимость исследования дополнительных доказательств.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд в соответствии с частью 5 статьи 227 АПК РФ перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

В судебном заседании 31.08.2023 представитель третьего лица заявил о фальсификации доказательств. 

В порядке ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом разъяснены уголовно-правовые последствия заявления ходатайства о фальсификации доказательств. 

В порядке ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд предложил истцу исключить из числа доказательств документ, в отношение которого заявлено о фальсификации. 

Суд предложил истцу представить оригиналы документов. 

Представитель истца ходатайствовал о приобщении к материалам дела оригинала договора уступки права требования, копии договора уступки права требования (цессии) №10 от 17.01.2020, заверенной копии договора займа от 17.01.2020 №17/01/01. 

В целях проверки заявления о фальсификации ппределением от 08.12.2023 удовлетворено ходатайство ФИО3 о назначении экспертизы, назначена по делу судебная экспертиза, поручено производство экспертизы Обществу с ограниченно ответственностью «Центр экспертиз», эксперту ФИО6. Поставлены перед экспертом следующие вопросы: «1. Соответствует ли дата, указанная в договоре уступки прав требований (цессии) № 10 от 17.01.2020, фактической дате подписания документа и дате проставления оттисков печатей? 2. Если нет, в какой период времени были проставлены печати и подписи на договоре уступки прав требований (цессии) № 10 от 17.01.2020? 3. В какой период времени была проставлена заверительная надпись «Копия верна. Директор. Фамилия. Подпись и печать» на копии договора займа № 17/01/01 от 17.01.2020?».

Представитель третьего лица ходатайствовал о приобщении к письменным материалам дела отзыва на исковое заявление; выписки из Единого государственного реестра недвижимости; акта о вводе в работу системы Интернет-банк; приказа от 10.01.2020г.; доверенности от 09.03.2022.

Представитель третьего лица ходатайствовал о запросе выписки с 17.01.2020 по лицевому счету ИП ФИО2 №40802810862000047438 открытый в Отделение «Банк Татарстан» №8610 ПАО Сбербанк, кор.счет 30101810600000000603, БИК 049205603; с 17.01.2020 по лицевому счету ИП ФИО2 №40717810862002192282 открытый в Отделение «Банк Татарстан» №8610 ПАО Сбербанк, кор.счет 30101810600000000603, БИК 049205603.

Судом ходатайство отклонено при отсутствии необходимости получения указанных сведений для разрешения настоящего спора.

Третье лицо ходатайствовал об истребовании выписки за период с 01.01.2019 по 01.01.2020 по расчетному счету ООО «Бритиш» №40702810300011009501 открытого в АКБ «Энергобанк» (АО).

Судом ходатайство отклонено в соответствии со ст.66 АПК РФ.

19.02.2024 в материалы дела поступило заключение эксперта по результатам судебной экспертизы.

Представитель третьего лица ходатайствовал об отложении судебного разбирательства, в связи с необходимостью опровержения заключения эксперта.

Представитель истца ходатайство об отложении судебного разбирательства поддержал.

Удовлетворяя ходатайство сторон об отложении судебного разбирательства, в целях ознакомления с заключением эксперта, судебное заседание отложено на 18.03.2024.

В судебное заседание 18.03.2024 явились представители истца, третьего лица.

Дело рассмотрено в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель третьего лица возражал против удовлетворения исковых требований, устно возражал относительно выводов проведенной экспертизы.

На основании статьи 163, частей 3,5 статьи 184 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд Республики Татарстан вынес протокольное определение об объявлении перерыва в судебном заседании до 20 марта 2024 года до 14 час. 00 мин.

Суд обязал третье лицо в срок до 19.03.2024 до 15 час. 00 мин. представить через систему "Мой арбитр" письменную правовую позицию по судебной экспертизе.

После перерыва судебное заседание продолжено в 14 час. 25 мин.

Состав суда не изменился. Представители сторон те же.

Истец через систему "Мой арбитр" направил в суд письменные возражения.

Третье лицо через систему "Мой арбитр" направил в суд возражения на экспертное заключение.

В порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документы приобщены к материалам дела.

Представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель третьего лица просил в удовлетворении иска отказать.

Из материалов дела следует, что между ответчиком (заемщик) и ООО «ЭПИ Поволжье» (ИНН 

<

***>, исключено из ЕГРЮЛ 12.08.2021) (займодавец) был заключен договор займа №17/01/01 от 17.01.2020 на сумму 145 000 руб. 

Согласно п.1.1. договора займа займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 145 000 руб., а заёмщик обязуется возвратить такую же сумму займа и начисленные проценты по договору по истечении срока действия договора или, с согласия займодавца, досрочно, установленных договором.

На сумму займа начисляется 1% годовых и выплачивается в день истечения срока договора (рп.1.2. договора займа).

В силу п.п.2.1., 2.2. договора договор вступает в силу со дня его подписания сторонами, договор заключен на срок до 31.12.2021, т.е. в день истечения указанного срока сумма займа, а также проценты, должны быть возвращены заемщиком займодавцу.

Передача денежных средств подтверждается платежным поручением №24 от 17.01.2020.

17.01.2020 займодавцем (цедент) и истцом (цессионарий) был заключен договор уступки права требования (цессии) №10, согласно которому, цедент уступает, а цессионарий принимает право требования к ООО «Бритиш» (заемщик) о возврате денежных средств, которые заемщик обязан уплатить по договору займа, заключенных между цедентом и заемщиком.

Сведения об уступаемом требовании: основание требования: договор займа №17/01/01 от 17.01.2020, платежное поручение № 24 от 17.01.2020; размер требования: возврат суммы основного долга в размере 145 000 руб., оплата процентов в размере 1% годовых на сумму основного долга, уплата договорных и законных неустоек за нарушение обязательства (п.1.2. договора уступки).

05.04.2023 истцом была направлена претензия в адрес ответчика с требованием вернуть задолженность по договору займа.

Согласно ответу ответчика от 15.04.2023 он признал наличие задолженности перед истцом по договору займа и обязался вернуть сумму займа в размере 145 000 руб. в течение 5 рабочих дней со дня составления данного ответа.

Денежные средства в указанный ответчиком срок возвращены не были, в связи с чем истец обратился с настоящим иском в суд.

Исследовав материалы дела, оценив в совокупности, имеющиеся в деле доказательства, арбитражный суд с учетом статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пришел к следующему.

Согласно части 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации  по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Статьями 307 - 309 Гражданского кодекса Российской Федерации  определено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с требованиями закона и условиями обязательства.

В соответствии со статьей 310 Гражданского кодекса Российской Федерации  односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

Возможность заключения договора займа путем перечисления денежных средств платежными поручениями в отсутствие отдельно заключенного письменного договора займа неоднократно подтверждена Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлениях от 19.01.2010 N 13966/09, от 08.04.2014 N 19666/13. Следовательно, в отсутствие доказательств наличия между сторонами иных обязательств, во исполнение которых перечислялись денежные средства, рассматриваемые отношения сторон регулируются параграфом 1 главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не положениями главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, получение денежных средств ответчиком именно в качестве займа, даже в отсутствие оригиналов договоров, является займом и регулируется положениями статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации. Получение же ответчиком денежных средств подтверждается как платёжными поручениями с указанием назначения платежа, так и выпиской из банка, представленной по запросу суда.

Довод третьего лица о ничтожности договора займа отклоняется судом в силу следующего.

Ссылка третьего лица о наличии в договорах займа признаков сделок нестандартного характера, судом не принимается в качестве доказательств их ничтожности, поскольку в силу части 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Доказательств того, что договор займа, по которому ответчик получил денежные средства, нарушают требования закона или иного правового акта и при этом посягают на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ФИО3 не представлено.

При этом, сама по себе связь между организациями по составу участников не свидетельствует о недействительности договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. 

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. 

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. 

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ). 

Указанный подход отражен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411.

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306- ЭС16-20056(6), от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652(1) изложена правовая позиция, из которой следует, что, если же заем является внутригрупповым, денежные средства остаются под контролем группы лиц, в силу чего, с точки зрения нормального гражданского оборота, отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат финансирования. Поэтому в условиях аффилированности заимодавца, заемщика и поручителя между собой, на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность. 

Данное дело рассматривается в исковом порядке и не является делом о банкротстве. 

Само по себе участие как истца, так и третьего лица в различных организациях не свидетельствует о наличии целей, отличных от целей обычной хозяйственной деятельности. 

Взаимосвязанные лица не ограничены в их праве заключать между собой договоры займа. При этом, сделки между взаимозависимыми организациями, как правило, являются контролируемыми со стороны налоговых органов, согласно статье 105.14. Налогового кодекса Российской Федерации. Между тем, каких-либо проверок со стороны налоговых органов соответствующих проверок не проводилось. 

Корпоративный (внутригрупповой) характер договора займа может подтверждаться нерыночными (льготными) условиями договора, на что указывает отсутствие в договоре условия о начислении процентов за пользование заемными средствами, а также отсутствие коммерческого и экономического интереса при заключении договора, при условии, что по общему правилу, конечной целью заключения сделок по выдаче заемных средств является получение прибыли. В рамках данного дела такого рода обстоятельства отсутствуют. 

Принимая во внимание правовую позицию, изложенную в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2018 № 47-П, сам по себе факт заинтересованности (аффилированности) юридического лица по отношению к должнику с точки зрения гражданско-правовых отношений не является незаконным и не может лишать кредитора его права заявить требования, основанные на гражданско-правовой сделке. 

Сама по себе аффилированность сторон сделки не свидетельствует ни о корпоративном характере требования из такой сделки, ни о наличии у сделки признаков недействительности, что нашло отражение в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.02.2023 № 305-ЭС21-8027(7), Определении Верховного Суда РФ от 22.06.2020 № 305-ЭС19-16942(3), Определении Верховного Суда РФ от 29.05.2020 № 305-ЭС20-7078 (1,2,3,4,5), от 07.11.2018№ 264-ПЭК18. 

Даже в случае выдачи займа участником должника последнему и последующем банкротстве последнего не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы. Указанная позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647, от 06.08.2015 N 302- ЭС15-3973.

Если финансирование с использованием конструкции договора займа, в том числе, между аффилированными лицами, осуществляется добросовестно, не нарушает публичный интерес и не посягает на права и законные интересы третьих лиц, то не имеется оснований для ограничения такого рода финансирования и такая сделка не может быть признана мнимой исключительно по признаку ее заключения между аффилированными лицами.

Довод третьего лица, что договор цессии является притворной сделкой, судом не принимается, в силу следующего.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. 

Статья 384 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты. 

Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования (п.2 статьи 385 ГК РФ). При этом уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (статья 388 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ № 120 от 30.10.2007 "Обзор практики применения Арбитражными судами положений главы 24 ГК РФ" совершение сделки уступки права (требования) представляет собой исполнение цедентом возникшего из соглашения об уступке права (требования) обязательства по передаче цессионарию права (требования). 

В силу части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  притворная  сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Ссылка третьего лица на безвозмездность договора цессии №10 от 17.01.2020 судом не принимается, поскольку  в силу части 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации  договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. При этом,  договор цессии будет являться безвозмездным только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария. Доказательств такого намерения третьим лицом представлено не было.

Вопрос произведённого расчёта по договору цессии касается исключительно сторон сделки. 

Третье лицо, со ссылкой на статью 182 Гражданского кодекса Российской Федерации  указывает, что ФИО2, являясь одним из учредителей Общества с ограниченной ответственностью  «Бритиш» не вправе совершать сделки в отношении себя лично, а также в отношении лица, представителем которого он является.

Между тем, совершая сделку цессии по договору №10 от 17.01.2020г., ФИО2 действовал только от себя лично, не являясь ни учредителем, ни представителем лица, с которым данный договор был заключен – ООО ТК «ЭПИ». Предъявление же исковых требований о взыскании к лицу, учредителем которого он является, не относится к понятию «сделка».

Отсутствие оригиналов переданных документов, на передачу которых указано в договоре цессии, не свидетельствует о ничтожности указанного договора. Более того, данный вопрос не затрагивает обязанность ответчика возвратить суммы займа.

В целях проверки заявления о фальсификации копии договора займа и оригинала договора уступки определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.12.2023 по ходатайству ФИО3 по делу была назначена судебная  экспертиза, производство экспертизы поручено Обществу с ограниченно ответственностью «Центр экспертиз», эксперту ФИО6, образование высшее, стаж работы в качестве эксперта  более 10 лет. Перед экспертом поставлены следующие вопросы: «1. Соответствует ли дата, указанная в договоре уступки прав требований (цессии) № 10 от 17.01.2020, фактической дате подписания документа и дате проставления оттисков печатей? 2. Если нет, в какой период времени были проставлены печати и подписи на договоре уступки прав требований (цессии) № 10 от 17.01.2020?  3. В какой период времени была проставлена заверительная надпись «Копия верна. Директор. Фамилия. Подпись и печать» на копии договора займа № 17/01/01 от 17.01.2020?».

По результатам проведенного исследования эксперт пришел к следующему заключению: 

«По вопросу 1. Соответствует ли дата, указанная в договоре уступки прав требований (цессии) № 10 от 17.01.2020, фактической дате подписания документа и дате проставления оттисков печатей? Установить, соответствует ли дата, указанная в договоре уступки прав требований (цессии) № 10 от 17.01.2020, фактической дате подписания документа и дате проставления оттисков печатей, не представляется возможным, так как:

-   пробы-вырезки штрихов подписей от имени ФИО7 и ФИО2 из Договора уступки прав требований (цессии) № 10 от 17.01.2020, оттисков печатей ООО «ЭПИ Поволжье» и ИП «ФИО2» из Договора уступки прав требований (цессии) № 10 от 17.01.2020 не пригодны для определения времени их проставления в соответствии с методикой «Определение давности выполнения реквизитов в документах по относительному содержанию в штрихах летучих растворителей», поскольку на фоне продуктов термодесорбции бумаги не представляется возможным получить количественную характеристику содержания растворителя в штрихах (количество растворителя сопоставимое с содержанием в бумаге).

По вопросу 2. Если нет, в какой период времени были проставлены печати и подписи на договоре уступки прав требований (цессии) №10 от 17.01.2020?

Установить, в какой период времени были проставлены печати и подписи на договоре уступки прав требований (цессии) № 10 от 17.01.2020, не представляется возможным, так как:

-   пробы-вырезки штрихов подписей от имени ФИО7 и ФИО2 из Договора уступки прав требований (цессии) № 10 от 17.01.2020, оттисков печатей ООО «ЭПИ Поволжье» и ИП «ФИО2» из Договора уступки прав требований (цессии) № 10 от 17.01.2020 не пригодны для определения времени их проставления в соответствии с методикой «Определение давности выполнения реквизитов в документах по относительному содержанию в штрихах летучих растворителей», поскольку на фоне продуктов термодесорбции бумаги не представляется возможным получить количественную характеристику содержания растворителя в штрихах (количество растворителя сопоставимое с содержанием в бумаге).

По вопросу 3. В какой период времени была проставлена заверительная надпись «Копия верна. Директор. Фамилия. Подпись и печать» на копии договора займа № 17/01/01 от 17.01.2020?

- время проставления заверительной надписи «Копия верна. Директор. Фамилия. Подпись и печать» на копии договора займа № 17/01 /01 от 17.01.2020 может соответствовать дате, указанной в документе, так как:

-   расчетный возраст исследуемых штрихов заверительной надписи «Копия верна. Директор. Фамилия. Подпись и печать» (первая страница) из Копии договора займа № 17/01/01 от 17.01.2020 составляет более 24 месяцев. Следовательно, заверительная надпись выполнена до (ранее) декабря 2021 года.

-   расчетный возраст исследуемых штрихов заверительной надписи «Копия верна. Директор. Фамилия. Подпись и печать» (вторая страница) из Копии договора займа № 17/01/01 от 17.01.2020 составляет более 24 месяцев. Следовательно, заверительная надпись выполнена до (ранее) декабря 2021 года.».

В соответствии с частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое оценивается судом в порядке, предусмотренном в статье 71 Кодекса, в совокупности с иными допустимыми доказательствами по делу.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Оценив представленное экспертное заключения, суд признает его выводы соответствующими поставленным судом вопросам, аргументированными и логичными, сами заключения достаточно ясными и полными.

При этом, полномочия эксперта и их компетентность в оценке спорных обстоятельств и разрешении спорных вопросов подтверждена документами о квалификации, свидетельствующими о наличии у экспертов необходимых профессиональных качеств для осуществления данной экспертизы.

Согласно экспертному заключению от 12.02.2024 №А07-12-1/23-2 судебный эксперт ФИО6 имеет высшее химическое образование по специальности «Химия», квалификацию «Судебный эксперт в сфере исследования материалов документов», повышение квалификации судебных экспертов по специальности: «Основы судебной экспертизы», стаж экспертной работы с 2012 года.

Судом принято экспертное заключение в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку исследование проводилось на основании судебного определения, квалификация эксперта подтверждена соответствующей документацией, сведений о заинтересованности эксперта в исходе дела не имеется, эксперт предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ,  отвод эксперту не заявлялся, оснований не доверять выводам эксперта не имеется.

Проверив экспертное заключение на предмет соответствия требованиям Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания его недопустимым и недостоверным доказательством.

Согласно ч.2 ст. 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

В соответствии с частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое оценивается судом в порядке, предусмотренном в статье 71 Кодекса, в совокупности с иными допустимыми доказательствами по делу.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

На основании части 3 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц или о проведении экспертизы в конкретном экспертном учреждении, заявлять отвод эксперту; ходатайствовать о внесении в определение о назначении экспертизы дополнительных вопросов, поставленных перед экспертом; давать объяснения эксперту; знакомиться с заключением эксперта или сообщением о невозможности дать заключение; ходатайствовать о проведении дополнительной или повторной экспертизы

О назначении экспертизы или об отклонении ходатайства о назначении экспертизы арбитражный суд выносит определение.

Третье лицо указывает, что экспертом ФИО6 документов, подтверждающих компетенцию эксперта для проведения такого рода экспертиз, а также об обучении работе на газовом хроматографе и наличия допуск для работы не предоставлено, в настоящем экспертом исследовании при указанной методике применены не все виды оборудования, материалы и реактивы, третье лицо полагает заключение эксперта ФИО6 №А07-12-1/23-2 от 12.02.2024  доказательством, не отвечающим критериям относимости и допустимости.

Вместе с тем, доводы третьего лица опровергаются материалами дела, экспертиза проведена в рамках экспертной специальности «исследование материалов документов». Эксперт прошел профессиональную переподготовку с присвоением квалификации «Судебный эксперт в сфере исследования материалов документов», документ о прохождении профессиональной переподготовки представлен к заключению эксперта №А07-12-1/23-2 от 12.02.2024. В рамках данной специальности экспертом изучалась дисциплина «определение абсолютной давности изготовления документов на основе исследования их материалов». Документами, подтверждающими квалификацию эксперта по специальности «Применение хроматографических методов при исследовании объектов судебной экспертизы» являются сертификаты № 177550147 от 15.10.2015 и 0196 от 18.10.2018.

Ссылка третьего лица на приказы Министерства юстиции Российской Федерации от 27.12.2012 № 237 и от  20.04.2023 № 72 отклоняются судом, поскольку первый утратил силу, приказы утверждают перечни родов (видов) судебных экспертиз, выполняемых в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России, и перечни экспертных специальностей, по которым предоставляется право самостоятельного производства судебных экспертиз в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России. Между тем, ООО «Центр» экспертиз к таким учреждениям не относится.

Ссылка третьего лица на использование при экспертизе растворителей, ацетонитрила, метанола, дихлорэтана, на приобретение которых необходима лицензия, документально не обоснована. Из заключения эксперта не усматривается применение указанных веществ.

Довод, что применены не все виды оборудования, отклоняется судом.

Согласно заключению в исследовании использовано следующее оборудование:

-Фотометр фотоэлектрический КФК-3-«ЗОМЗ», з. № 1970693. Свидетельство о поверке № С-ДЮП/11-12-2023/303757847. Действительно до 10.12.2025.

-Газовый хроматограф: «Хроматэк-Кристалл 2000М» з. №3312. Свидетельство о поверке № С-ДИЭ/16-03-2023/231481463 от 16.03.2023 г. Действительно до 15.03.2025 г.

-Пластины для тонкослойной хроматографии Merck Silica gel 60 F254.

-Микрошприц Hamilton, объем 25 мкл.

-Мерные микрокапилляры.

-Цифровой микроскоп Микмед-2.0.

-Программное обеспечение MicroCapture.

-УФ-лампа.

Доказательств невозможности проведения экспертизы с использованием указанного оборудования или использования Цифрового микроскопа Микмед-2.0. с УФ-лампой вместо видеоспектрального компоратора не представлено. 

Довод о том, что третьему лицу не понятно расчетное время не может служить основанием для признания судебного заключения недопустимым доказательством.

С учетом изложенного суд отклоняет заявление о фальсификации и не усматривает оснований для назначения по делу дополнительной или повторной экспертизы.

Судом не установлено оснований ничтожности договора займа и договора цессии №10 от 17.01.2020.

Суд так же учитывает, что ФИО3, г.Казань обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ФИО2, Высокогорский район, с.Высокая Гора, о признании договора уступки прав требований (цессии) от 17.01.2020 №10 заключенного между ООО «ЭПИ Поволжье» (ИНН 

<

***>) (цедент) и ИП ФИО2 (ИНН 

<

***>) (цессионарий) ничтожным и применением последствий недействительности сделки.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.01.2024 по делу А65-22109/2023 в удовлетворении исковых требований отказано. Решение не было обжаловано, вступило в законную силу.

Следовательно,  договоры  являются действующими, заключенными в соответствии с положениями главы 42 и главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Перечисление истцом ответчику сумм займа подтверждается представленными в материалы дела платежным поручением, выпиской по счету.

Получение ответчиком денежных средств в указанной сумме ответчиком не оспорено.

Кроме того, из представленной в материалы дела выписки с расчетного счета ответчика следует, что ответчик впоследствии распорядился поступившими от истца денежными средствами по договору займа. Кроме прочего, денежные средства были перечислены в качестве заработной платы ФИО3 

Таким образом, суд установил, что воля сторон была направлена на возникновение отношений по поводу займа и займодавец приступил к их фактическому исполнению. Доказательств того, что стороны вступили в отношения по договору лишь формально, не имея цели передачи и получения денежных средств, ответчиком не представлено.

В данном случае денежные средства по воле заемщика были перечислены займодавцем, то есть сторонами совершены действия, в результате которых возникли правовые последствия, характерные для договора займа. 

Ответчик не представил доказательств того, что, совершая данную сделку, стороны не имели в виду и не хотели наступления последствий, свойственных договору данного вида, а исполнение сделки было произведено лишь формально.

Учитывая факт выдачи истцом ответчику суммы займа, неисполнение ответчиком обязательства по возврату суммы займа, отсутствие доказательств погашения задолженности в полном объеме, в том числе на момент рассмотрения спора по существу, суд считает требование истца о взыскании задолженности в размере 145 000 руб. обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В соответствии со статьей 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе, денежные суммы подлежащие выплате экспертам. 

Согласно представленным в материалы дела счету на оплату № 07 от 14.02.2024, акту № 07/24 от 14.02.2024 стоимость экспертизы составила 85 000 руб. Третьим лицом на депозитный счет суда внесены денежные средства в размере 150 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 161711 от 18.10.2023 (т.2, л.д.27). 

Согласно частям 1, 2 статьи 109 АПК РФ денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются с депозитного счета арбитражного суда по выполнении ими своих обязанностей. 

Поскольку экспертным учреждением представлено экспертно заключение  арбитражный суд считает возможным выплатить с депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан  Обществу с ограниченно ответственностью «Центр экспертиз» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на основании счета № 07 от 14.02.2024 денежную сумму в размере       85 000 (восемьдесят пять тысяч) руб., перечисленную на депозитный счет Арбитражного суда Республики Татарстан ФИО5 за ФИО3 платежным поручением № 161711 от 18.10.2023.

Излишне оплаченная сумма за проведение судебной экспертизы в размере 65 000 руб. подлежит возвращению истцу.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан 

 

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении ходатайства ФИО3 о назначении дополнительной или повторной экспертизы отказать.

Иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Бритиш", с.Тюлячи (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО2, Высокогорский район, с.Высокая Гора (ОГРНИП 316169000135192, ИНН 

<

***>) задолженность в размере 145 000 (сто сорок пять тысяч) руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 350 (пять тысяч триста пятьдесят) руб.

Выплатить с депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан Обществу с ограниченно ответственностью «Центр экспертиз» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на основании счета № 07 от 14.02.2024 денежную сумму в размере       85 000 (восемьдесят пять тысяч) руб., перечисленную на депозитный счет Арбитражного суда Республики Татарстан ФИО5 за ФИО3 платежным поручением № 161711 от 18.10.2023.

Выплатить с депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан ФИО3 денежную сумму в размере 65 000 (шестьдесят пять тысяч) руб., перечисленную на депозитный счет Арбитражного суда Республики Татарстан по платежному поручению № 161711 от 18.10.2023 ФИО5.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его изготовления в полном объеме через Арбитражный суд Республики Татарстан.

 

            Судья                                                                                       Муллагулова Э.Р.