Четвертый арбитражный апелляционный суд улица Ленина, дом 145, Чита, 672007, http://4aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Чита Дело № А19-13491/2021 «10» марта 2023 года 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2023 года.  Полный текст постановления изготовлен 10 марта 2023 года.  

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Ломако Н.В.,  

судей Басаева Д.В., Будаевой Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Люфа-хуан Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление – 1» на  решение Арбитражного суда Иркутской области от 02 ноября 2022 года по делу № А1913491/2021 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление – 1» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к Межрайонной  инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Иркутской области (ОГРН:  

<

***>, ИНН: 

<

***>), третье лицо: Управление Федеральной налоговой  службы по Иркутской области (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) о признании  незаконным решения от 28.12.2020 № 08-51/8 в части, по встречному заявлению  Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Иркутской области к  обществу с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление – 1» о  взыскании 14372991 руб. 44 коп.  

при участии в судебном заседании: 

от ООО «Строительно-монтажное управление – 1»: ФИО1- представитель  по доверенности от 27.01.2023, представлен диплом о наличии высшего юридического  образования,  

от МИФНС № 6 по Иркутской области: ФИО2- представитель по  доверенности от 09.01.2023, представлен диплом о наличии высшего юридического  образования,  

от УФНС по Иркутской области: ФИО2- представитель по доверенности от  11.04.2022, диплом,  

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление  – 1» (далее – заявитель, ООО «СМУ – 1», общество, налогоплательщик) обратилось в  Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о  признании незаконным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой  службы № 14 по Иркутской области (далее – МИФНС России № 14 по Иркутской  области, инспекция, налоговый орган) от 28.12.2020 № 08-51/8 об отказе в привлечении к  налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения (с изменениями,  внесенными решением УФНС России по Иркутской области от 11.05.2021 № 2613/008767@) в части:  

 - 8 306 135 руб. налога на прибыль и 12 485 179 руб. НДС, а также пени,  начисленные на указанные суммы доначислений по взаимоотношениям с подрядной  организацией ООО «Ремонтно-строительные технологии (далее – ООО «РСТ»);  

- 32 106 508 руб. НДС и 17 600 736 руб. 94 коп. пени по взаимоотношениям ООО  «СМУ-1» с китайской компанией «Цзин Тан».  

Определением арбитражного суда от 12.08.2021 к участию в деле в качестве  третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета  спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Иркутской области  (далее – Управление, УФНС России по Иркутской области).  

 Определением от 18.10.2021 к производству арбитражного суда принято встречное  исковое заявление МИФНС России № 14 по Иркутской области о взыскании с ООО  «СМУ – 1» налога, пени в общей сумме 18 169 721 руб. 56 коп., из которой: 17 046 303  руб. 77 коп. – налог на добавленную стоимость, 14 372 991 руб. 44 коп. – пени.  

Определением суда от 18.11.2021 установлен факт процессуального  правопреемства МИФНС России № 6 по Иркутской области в отношении прав и  обязанностей МИФНС России № 14 по Иркутской области.  

В ходе судебного разбирательства представитель налогового органа в порядке  статьи 49 АПК РФ уточнил заявленные встречные требования и просил взыскать с ООО  «СМУ – 1» пени в размере 14 372 991 руб. 44 коп.  

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 02 ноября 2022 года по делу   № А19-13491/2021 производство по делу в части требований общества с ограниченной  ответственностью «Строительно-монтажное управление-1» о признании  недействительным решения Межрайонной ИФНС России № 14 по Иркутской области от  28.12.2020 № 08-51/8 об отказе в привлечении к ответственности ООО «СМУ-1» за  совершение налогового правонарушения в части доначисления НДС (налоговый агент) в  сумме 4 897 604 руб. и пени в размере 2 747 241 руб. 90 коп прекращено. В  удовлетворении остальной части требований отказано.  

Встречные исковые требования Межрайонной ИФНС России № 14 по Иркутской  области удовлетворены. Взыскано с ООО «Строительно-монтажное управление-1» с  зачислением в соответствующий бюджет 14 372 991 руб. 44 коп. – пени по налогу на  добавленную стоимость, а также государственная пошлина в сумме 94 865 руб.  

Не согласившись с решением суда первой инстанции, заявитель обратился с  апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Иркутской  области от 02 ноября 2022 года по делу № А19-13491/2021 отменить в части отказа в  признании недействительным решения от 28.12.2020 № 08-51/8 о привлечении к  ответственности ООО «СМУ-1» за совершение налогового правонарушения (в редакции  решений УФНС по Иркутской области 11.05.2021 № 26- 13/008767@ и от 02.08.2021 №  26-25/014619@) в части: доначисления 8 306 135 руб. налога на прибыль и 12 485 179,00  руб. НДС, а также пени, начисленных на указанные суммы доначислений по  взаимоотношениям с подрядной организацией ООО «РСТ»; доначисления 27 208 904 руб.  НДС и 14 372 991,44 руб. пени по взаимоотношениям ООО «СМУ-1» с китайской  компанией «Цзин Тан»; удовлетворения встречных требований инспекции, принять в  указанной части по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований  общества и отказу в удовлетворении требований налогового органа.  

Как следует из апелляционной жалобы, решение суда первой инстанции принято на  основании неполно выясненных обстоятельств, имеющих значение для дела, при  недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал  установленными, с неправильным применением норм материального права и нарушением  норм процессуального права.  

В дополнении к апелляционной жалобе заявитель указывает на пропуск налоговым  органом срока на обращение в суд с заявлением о взыскании задолженности в судебном  порядке.  

В материалы дела поступил письменный отзыв и пояснения, в котором налоговый  орган выводы суда первой инстанции поддержал, просил решение оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

О месте и времени судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены  надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации. Информация о времени и месте  судебного заседания по апелляционной жалобе размещена на официальном сайте  апелляционного суда в сети «Интернет» 17.12.2022.  

Представитель заявителя в судебном заседании дала пояснения согласно доводам  апелляционной жалобы и дополнения к ней, просила решение суда первой инстанции  отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.  

Представитель налоговых органов в судебном заседании, возражая доводам  апелляционной жалобы и дополнения к ней, просила решение суда первой инстанции  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, по  результатам выездной налоговой проверки ООО «СМУ-1» по вопросам правильности  исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налога на добавленную  стоимость, налога на прибыль организаций, налога на доходы физических лиц, налога на  имущество предприятий за период с 01.01.2014 по 31.12.2015 инспекцией принято  решение от 28.12.2020 № 08-51/8 об отказе в привлечении к налоговой ответственности за  совершение налогового правонарушения.  

Указанным решением обществу начислен налог на прибыль организаций за 2014  год в размере 9 085 962 руб., налог на добавленную стоимость (далее - НДС) за 1, 2, 4  кварталы 2014 года в размере 13 187 024 руб. по взаимоотношениям с ООО «РСТ» и ООО  «Байкал-Экспорт». Кроме того, ООО «СМУ-1» начислен НДС, подлежащий  перечислению налоговым агентом, в размере 32 106 508 руб. и соответствующие пени в  размере 17 600 736 руб. 94 коп. Также обществу предложено перечислить налог на доходы  физических лиц, не перечисленный налоговым агентом, в размере 1 584 006 руб. и  соответствующие пени в размере 976 050 руб. 30 коп.  

ООО «СМУ-1», не согласившись с решением от 28.12.2020 № 08-51/8, в порядке,  предусмотренном статьей 139.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК  РФ), обратилось в УФНС России по Иркутской области с апелляционной жалобой, в  которой просило решение отменить.  

Решением УФНС по Иркутской области от 11.05.2021 № 26-13/008767@,  вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы ООО «СМУ-1»,  решение МИФНС России № 14 по Иркутской области от 28.12.2020 № 08-51/8 отменено в  части начисления пени по НДС (налоговый агент) в размере 480 503 руб. 60 коп.,  уменьшен исчисленный в завышенном размере за 2015 год налог на прибыль организаций  на 82 421 руб., в т.ч. в федеральный бюджет - 8 242 руб., в региональный бюджет - 74 179  руб., в остальной части доначисления сумм налогов, пени оставлены без изменения,  жалоба - без удовлетворения.  

Не согласившись с решением МИФНС России № 14 по Иркутской области от  28.12.2020 № 08-51/8 об отказе в привлечении к налоговой ответственности за совершение  налогового правонарушения (с изменениями, внесенными решением УФНС России по  Иркутской области от 11.05.2021 № 26-13/008767@) в части доначисления: 8 306 135 руб.  налога на прибыль и 12 485 179 руб. НДС, а также пени, начисленных на указанные  суммы доначислений по взаимоотношениям с подрядной организацией ООО «РСТ»; 32  106 508 руб. НДС и 17 600 736 руб. 94 коп. пени по взаимоотношениям ООО «СМУ-1» с  китайской компанией «Цзин Тан», посчитав его в этой части не соответствующим закону  и нарушающим права и законные интересы ООО «СМУ-1», заявитель обратился в  Арбитражный суд Иркутской области с настоящим требованием.  

Налоговый орган обратился в суд с уточненным встречным требованием о  взыскании с ООО «СМУ– 1» пени по налогу на добавленную стоимость в размере 14 372  991 руб. 44 коп.  

Решением Арбитражного суда Иркутской области в удовлетворении требований  налогоплательщика отказано, встречные требования налогового органа удовлетворены.  

Не согласившись с решением суда первой инстанции, заявитель обратился в суд  апелляционной инстанции.  

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав доводы  апелляционной жалобы, дополнения к ней, возражения отзыва и пояснений, изучив  материалы дела, проверив правильность применения норм материального и  процессуального права, пришел к следующим выводам.  

Рассматривая заявленные требования, суд первой инстанции правильно  руководствовался следующими нормами права и правовыми позициями.  

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200, частью 2 статьи 201  АПК РФ для удовлетворения требований о признании недействительными  ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов,  

осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц необходимо наличие двух  условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также  нарушение прав и законных интересов заявителя.  

 В силу части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия  оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному  правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых  действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие  оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также  обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения,  совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо,  которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).  

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 7, 8,  9 АПК РФ, судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия  сторон. Между тем бремя доказывания обстоятельств, на которые ссылается лицо в  обоснование своих требований и возражений в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ  лежит на лице, которое ссылается на указанные обстоятельства.  

В силу положений статьи 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на  прибыль организации является прибыль, полученная налогоплательщиком.  

Прибылью для российских организаций признаются полученные доходы,  уменьшенные на величину расходов, которые определяются в соответствии с главой 25  НК РФ.  

Согласно пункту 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные  доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье  270 НК РФ).  

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты,  осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.  

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты,  оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными  расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в  соответствии с законодательством.  

При этом, расходами признаются любые затраты при условии, что они  произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.  

Таким образом, главой 25 НК РФ при регулировании налогообложения прибыли  организаций установлена соотносимость доходов и расходов и связь последних именно с  деятельностью организации по извлечению прибыли.  

Следовательно, расходы, обусловленные необходимостью осуществления  организацией своей деятельности, в соответствии с действующим налоговым  законодательством предполагают признание их экономически оправданными  (обоснованными).  

В то же время, поскольку уплата сумм налога на прибыль налогоплательщиком -  организацией является налоговой обязанностью, то документы, на которые ссылается  налогоплательщик в подтверждение исполнения такой обязанности, должны отвечать  предъявляемым требованиям и достоверно свидетельствовать об обстоятельствах, с  которыми законодательство связывает налоговые последствия.  

Право налогоплательщика на уменьшение полученного им дохода на сумму  произведенных расходов является разновидностью налогового вычета, предоставляемого  добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат,  связанных с получением дохода, в связи с чем обусловлено необходимостью  подтверждения надлежащими документами факта несения таких расходов.  

Статьей 313 НК РФ определено, что налогоплательщики исчисляют налоговую  базу по итогам каждого отчетного (налогового) периода на основе данных налогового  учета.  

Налоговый учет - система обобщения информации для определения налоговой  базы по налогу на основе данных первичных документов, сгруппированных в  соответствии с порядком, предусмотренным настоящим Кодексом.  

В силу положений пункта 1 статьи 11 НК РФ, понятие «первичные учетные  документы» следует определять в соответствии с законодательством о бухгалтерском  учете.  

Согласно статье 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском  учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным  документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми  оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в  основе мнимых и притворных сделок.  

Постановлением Пленума ВАС РФ № 53 от 12.10.2006 «Об оценке арбитражными  судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» определено,  что под налоговой выгодой для целей настоящего постановления понимается уменьшение  размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы,  получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой  ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.  

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом  

оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в  целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если  налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах,  неполны, недостоверны и (или) противоречивы.  

Таким образом, требования о достоверности учета хозяйственных операций  содержатся в законодательстве о бухгалтерском учете и в НК РФ, установившем правила  ведения налогового учета (статья 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О  бухгалтерском учете», статья 313 НК РФ).  

Налогоплательщик должен представить достоверные доказательства того, что  товары (работы, услуги), в оплату которых перечислены денежные средства, реализованы  именно теми контрагентами, в пользу которых произведена оплата.  

Помимо этого, условием для признания задекларированных затрат в составе  расходов налогоплательщика является возможность на основании имеющихся документов  сделать однозначный вывод о том, что затраты фактически понесены именно в заявленной  сумме.  

В налоговых правоотношениях недопустима ситуация, которая позволяла бы  недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в  гражданско-правовых отношениях, создавать ситуацию формального наличия права на  получение налоговых выгод (в том числе через уменьшение налоговых баз  необоснованным включением расходов).  

Если при рассмотрении налогового спора налоговым органом представлены  доказательства того, что в действительности хозяйственные операции контрагентами  организации не осуществлялись и налоги в бюджет ими не уплачивались, в систему  взаиморасчетов вовлечены юридические лица, зарегистрированные по подложным или  утерянным документам, либо схема взаимодействия данных организаций указывает на  недобросовестность участников хозяйственных операций, суд не должен ограничиваться  проверкой формального соответствия представленных налогоплательщиком документов  требованиям НК РФ, а должен оценить все доказательства по делу в совокупности и во  взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними.  

Положения статьи 252 НК РФ связывают право налогоплательщика на уменьшение  полученных им доходов на сумму произведенных расходов непосредственно с фактом  совершения реальных хозяйственных операций.  

 Условием учета понесенных расходов для целей налогообложения является  возможность на основании имеющихся у налогоплательщика документов сделать  однозначный вывод о том, что хозяйственные операции по выполнению конкретных работ  

(оказанию услуг) совершены, расходы на приобретение работ (услуг) фактически  произведены и связаны с предпринимательской деятельностью.  

Бремя доказывания факта и размера понесенных им расходов лежит на  налогоплательщике.  

Учитывая изложенное, затраты налогоплательщика уменьшающие налоговую базу  по налогу на прибыль, должны быть реально понесенными и документально  подтвержденными, а сведения содержащиеся в этих документах - достоверными.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  основанием для принятия оспариваемого решения послужил вывод налогового органа о  необоснованном включении ООО «СМУ-1» в состав расходов по налогу на прибыль 69  362 111 руб. затрат, понесенных в рамках взаимоотношений с организацией, обладающей  признаками «технической» ООО «РСТ», и неправомерном предъявлении к вычету 12 485  179 руб. НДС на основании счетов-фактур, выставленных данным контрагентом. Выводы  налогового органа сводятся к тому, что представленная обществом первичная  документация содержит недостоверные сведения: между ООО «СМУ-1» и ООО «РСТ»  создан формальный документооборот с целью отражения в учете налогоплательщика  фиктивных хозяйственных операций и получения необоснованной налоговой выгоды.  

Заявитель, оспаривая законность решения налогового органа от 28.12.2020 № 0851/8 (с изменениями, внесенными решением УФНС России по Иркутской области от  11.05.2021 № 26-13/008767@) в части доначисления налога на прибыль организации и  НДС, а также пени, начисленных на суммы доначислений по взаимоотношениям с  подрядной организацией ООО «РСТ», в ходе судебного разбирательства в суде первой  инстанции указал, что:  

- в материалах дела содержатся доказательства, свидетельствующие о выполнении  работ ООО «РСТ» по договорам строительного подряда (договор, акты по форме КС-2,  справки и т.д.), которые в совокупности с другими письменными доказательствами:  протоколами допросов Белухи А.М. (директора ООО «РСТ»), ФИО3, ФИО4 (прорабами ООО «СМУ-1»), ФИО5 (работник ООО «РСТ»), а также  данными расчетного счета ООО «РСТ», из которого следует, что выполненные работы  полностью оплачены ООО «СМУ-1», подтверждают реальность сделки и опровергают  выводы налогового органа об их фиктивности;  

 - ООО «РСТ» квалифицировано налоговым органом одновременно в качестве  добросовестного и проблемного контрагента, поскольку инспекцией частично приняты и  частично не приняты налоговые вычеты, расходы по взаимоотношениям с данным  контрагентом;  

 - в ходе проверки налоговым органом не установлено получение ООО «СМУ-1»  или каким-либо иным связанным с налогоплательщиком лицом денежных средств от ООО  «РСТ»;  

 - инспекция не опровергает факт действительного выполнения работ и их  использования в производственной деятельности, результаты которой были реализованы  (сданы заказчику) и учтены при формировании доходов. Фактическое выполнение работ  контрагентом и их сдача заказчику общества налоговым органом не опровергнута,  доказательства выполнения работ собственными силами налогоплательщика не  приведены. Документы, подтверждающие «задвоение» объемов выполненных работ от  контрагента ООО «РСТ», их повторного включения в расходы и вычеты, налоговым  органом не представлены. Также не имеется доказательств, подтверждающих отсутствие  необходимости привлечения субподрядной организации в силу достаточности трудовых и  технических ресурсов ООО «СМУ-1» с учетом объемов выполненных и сданных  заказчику работ.  

Доводы апелляционной жалобы, по сути, аналогичны доводам, заявленным суду  первой инстанции. В апелляционной жалобе заявитель указал, что:  

- выводы суда о "задвоениях", "значительных несоответствиях" и "неотражённой  стоимости" не подтверждены надлежащими доказательствами или расчётами;  

- распространяя выводы об отдельных (причём документально неподтверждённых)  фактах, на всю совокупность доказательств, суд нарушил принцип непосредственности и  указания Президиума ВАС РФ о недопустимости "процессуальной экстраполяции";  

- не обладая специальными познаниями в сфере нормирования труда и организации  строительных работ, суд, не приводя никаких расчётов и обоснований, посчитал, что  спорные работы Общество выполнило самостоятельно;  

- делая вывод, что первичные документы от имени ООО «РСТ» подписаны  неустановленным лицом, суд пришёл к выводу о их недостоверности, при этом им не  были учтены иные имеющиеся в деле доказательства и признание их налоговым органом;  

- отвергая доказательственную ценность первичных документов - актов о приемке  выполненных работ (ф. № КС-2) и справок о стоимости выполненных работ и затрат (ф.   № КС-3), суд посчитал, что эти документы являются производными и не могут  подтверждать факт выполнения работ;  

- отказывая в налоговой реконструкции, суд не учёл, что в распоряжении  налогового органа имелась вся информация о действительном подрядчике и  контролировавших его лицах, что позволяло обложить НДС и налогом на прибыль их  выручку и доходы;  

- в нарушение положений АПК РФ и сложившейся практики применения правовых  норм суд посчитал установленными обстоятельства на основании постановлении об  отказе в возбуждении уголовного дела.  

На основании указанных доводов налогоплательщик настаивает, как в ходе  рассмотрения дела в суде первой инстанции, так и при апелляционном рассмотрении дела,  что им были соблюдены требования статей 252, 171, 172 НК РФ, а также пункта 1 статьи  54.1 НК РФ применительно к сделкам с ООО «РСТ». В связи с чем, применение  налоговых вычетов по НДС и включение затрат в расходы по данному контрагенту не  привело к получению ООО «СМУ-1» необоснованной налоговой выгоды.  

Рассматривая приведенные доводы заявителя, исследовав представленные в  материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к следующему.  

Согласно положениям статей 169, 171, 172 НК РФ счета-фактуры, составленные и  выставленные с нарушением установленного порядка, не могут являться основанием для  принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету. Также не могут  являться основанием для налогового вычета документы, содержащие недостоверные  сведения.  

Для налогоплательщиков НДС право на применение налогового вычета по налогу  возникает при соблюдении следующих условий: товары, работы и услуги должны быть  приобретены для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения в  соответствии с главой 21 НК РФ, поставлены на учет; у налогоплательщика имеются  счета-фактуры, соответствующие требованиям статьи 169 НК РФ, и первичные документы  с выделенной в них отдельной строкой суммой НДС, оформленные в соответствии со  статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».  

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О  бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению  первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету  документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в  том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Первичный учетный документ  должен содержать обязательные реквизиты, предусмотренные пунктом 2 статьи 9  настоящего закона. Первичный учетный документ, которым оформляется каждая  хозяйственная операция, проводимая организацией, должен быть составлен в момент  совершения хозяйственной операции, а если это не представляется возможным -  непосредственно после ее окончания.  

Данные документы должны достоверно подтверждать факт совершения  соответствующих хозяйственных операций. При этом, обязанность подтверждать  

правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на  налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), имущественных прав, поскольку  именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы НДС,  подлежащей уплате в бюджет, вычеты сумм налога начисленных поставщиком. При этом,  данные первичных документов, составляемых при совершении хозяйственной операции и  представляемых налогоплательщиком в налоговые органы, должны отвечать  установленным законодательством требованиям и содержать достоверные сведения об  обстоятельствах, с которыми законодательство связывает реализацию права на  применение налоговых вычетов.  

Согласно сформированному Президиумом Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации подходу, изложенному в постановлениях от 25.05.2010 №  15658/09, от 08.06.2010 № 17684/09, наличие оснований для признания за  налогоплательщиком права на уменьшение налогооблагаемой прибыли на сумму  произведенных затрат и налоговых вычетов по НДС связано с подтверждением факта  совершения реальных хозяйственных операций в целях осуществления деятельности,  направленной на получение дохода.  

Представление в налоговый орган первичных документов не влечет  автоматического признания понесенных расходов обоснованными, а также применения  налоговых вычетов, а является лишь основанием для подтверждения факта реальности  хозяйственных операций и уплаты налогов, поэтому при решении вопроса о  правомерности отнесения налогоплательщиком на расходы в целях налогообложения  прибыли понесенных затрат, а также о применении налоговых вычетов учитываются  результаты проведенных налоговыми органами проверок достоверности и  непротиворечивости представленных документов, а также организаций-контрагентов.  

Отказ в получении налоговых выгод при наличии в документах налогоплательщика  недостоверных и противоречивых сведений является его налоговым риском. В целях  подтверждения обоснованности заявленных налоговых выгод должна быть установлена  их объективная предметная взаимосвязь с фактами и результатами реальной  предпринимательской и иной экономической деятельности, что служит основанием для  вывода о достоверности представленных первичных документов, в том числе в части  сведений об участниках и условиях хозяйственных операций.  

Сам факт наличия первичных документов без подтверждения факта реальности  хозяйственных операций не предоставляет налогоплательщику права на получение  налоговых вычетов по НДС и учета соответствующих расходов.  

 В соответствии со статьей 54.1 НК РФ не допускается уменьшение  

налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в  результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких  фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или)  бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.  

Как следует из решения налогового органа и не оспаривается обществом, ООО  «СМУ-1» в проверяемый период выполнялись функции подрядчика по договорам с ЗАО  «Восток-Центр», в том числе на объектах строительства жилого дома в г. Иркутске, мкр.  Первомайский, ул. Вампилова № 2, жилого комплекса «Стрижи» блок-секций № 1, № 2,   № 3 по адресу: Иркутская область, Иркутский район за мкр. Первомайский г. Иркутска.  Для выполнения работ на объектах заказчика налогоплательщиком заключены договоры,  в том числе с ООО «РСТ».  

 Как утверждает налогоплательщик выполнение ООО «РСТ» строительных работ  подтверждается наличием первичных документов, таких как договоров, актов по форме  КС-2, справок о стоимости работ по форме КС-3.  

 Вместе с тем по результатам проверки налоговым органом было установлено, что  документы, представленные налогоплательщиком, содержат в себе недостоверные  (противоречивые) сведения, следовательно, не могут подтверждать факт (реальность)  совершения отраженных в них хозяйственных операций.  

 Так, налоговым органом было установлено, что значительная часть работ,  отраженных в актах о приемке выполненных работ (КС-2) ООО «РСТ» выполнены ООО  «СМУ-1» в предыдущих отчетных периодах (месяцах) и переданы заказчику до  заключения договоров с ООО «РСТ», что в свою очередь указывает на «задвоение» ООО  «СМУ-1» как объемов работ, так и расходов.  

Всего по спорным документам установлено необоснованных, «задвоенных»  расходов на сумму 69 362 111 руб., в том числе:  

- по объекту строительства ж/д в мкр. Первомайский на сумму 44 579 983 руб., - по объекту строительства ЖК «Стрижи» на сумму 24 782 128 руб. 

В связи с чем, пояснения налогоплательщика о том, что договоры с ООО «РСТ»  заключались во исполнение договоров с заказчиком, противоречат установленным  обстоятельствам, так как к моменту заключения договоров между налогоплательщиком и  спорным контрагентом ООО «РСТ», согласно представленным документам, часть работ  уже была выполнена и сдана заказчику (ЗАО «Восток-Центр»).  

Апелляционный суд отклоняет довод апелляционной жалобы о том, что выводы  суда первой инстанции об установленных несоответствиях по срокам, объемам  выполненных работ, а также используемым в работах материалам не подтверждены  

надлежащими доказательствами или расчётами. При этом апелляционный суд принимает  во внимание, что материалах дела содержатся первичные документы (договоры, акты по  форме КС-2 и иные документы), составленные между заказчиком работ и его  подрядчиком/субподрядчиком (ЗАО «Восток-Центр» - ООО «СМУ-1» ООО «РСТ») (т. 7- 9), а также таблицы, являющиеся приложениями к оспариваемому решению налогового  органа, где отражены все обстоятельства выявленных несоответствий по срокам, объемам  выполненных работ и используемым в работах материалам по каждому объекту  строительства (т. 1 л.д. 196-199, т. 2 л.д. 9-22, т. 6 л.д. 4-16). Аналогичные таблицы с  анализом сроков и объемов выполненных работ, а также документы, на основании  которых они были составлены, представлялись и налогоплательщиком в ходе судебного  разбирательства (т. 13 л.д. 78-91).  

Апелляционный суд отмечает, что примеры выявленных несоответствий также  отражены и на стр. 45-49, 178-184 оспариваемого решения налогового органа (т. 1 л.д. 35- 195), на стр. 8-9 решения УФНС России по Иркутской области от 11.05.2021 № 2613/008767@ (т. 1 л.д. 23-31), отзыве налогового органа от 10.08.2021 и пояснениях от  24.12.2021. Также примеры выявленных несоответствий приведены налоговым органом в  отзыве на апелляционную жалобу. То, что в мотивировочной части решения отсутствуют  конкретные ссылки на многочисленные акты выполненных работ по форме КС-2 по  каждому выявленному налоговым органом и судом несоответствию, изложенному в  решении налогового органа и приложениях к нему, не свидетельствует о том, что данные  документы не получили должной оценки суда и не были учтены при вынесении решения.  

В связи с чем, принимая во внимание имеющиеся в деле доказательства,  апелляционный суд полагает обоснованными выводы суда, сделанные на основании их  оценок.  

Так, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что заключение Обществом  договоров субподряда с ООО «РСТ» после подписания актов выполненных работ между  ООО «СМУ-1» и ЗАО «Восток-Центр» и сдачи указанных работ ЗАО «Восток-Центр»,  ставят под сомнение выполнение данных работ спорным контрагентом ООО «РСТ».  

При этом суд верно отметил, что доказательств того, что ООО «РСТ» выполняло в  спорный период какие-либо работы для ООО «СМУ-1» до заключения с ним договора,  налогоплательщиком в материалы дела не представлено, также отсутствуют  доказательства того, что ООО «СМУ-1» или уполномоченный надлежащими документами  его работник давал ООО «РСТ» в спорный период какие-либо поручения о выполнении  работ.  

Довод ООО «СМУ-1» о наличии технических ошибок в представленной первичной  

документации (договорах) надлежащим образом не подтвержден.  

Также судом первой инстанции отклонен довод о том, что фактически работы ООО  «РСТ» произведены раньше, а подписание актов выполненных работ было отложено до  принятия указанных работ заказчиком. Суд указал, что составление актов о передаче  заказчику работ раньше, чем были заключены договоры подряда с субподрядчиком, а  также принятие данных работ от субподрядчика, не только противоречит общепринятому  и логичному поведению сторон в подобных реальных гражданских отношениях, но и  требованиям гражданского законодательства.  

При этом суд первой инстанции исходил из следующего. 

В пункте 3 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О  бухгалтерском учете» установлено, что первичный учетный документ должен быть  составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется  возможным - непосредственно после его окончания.  

Первичным документом, свидетельствующим о выполнении работ, является акт о  приемке выполненных работ по форме КС-2.  

Поскольку одним из существующих условий для договора подряда является срок  выполнения работ (статья 708 ГК РФ), то эти первичные документы должны быть  оформлены сразу по окончании срока выполнения работ и их приемки в порядке,  установленном договором подряда.  

В силу части 1 статьи 740 ГК РФ подрядчик обязуется в установленный договором  срок построить объект или выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется  принять их результат и уплатить обусловленную цену.  

В соответствии с частью 4 статьи 753 ГК РФ сдача результатов работ подрядчиком  и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами по форме  КС-2. При этом, если одна сторона отказывается подписать акт, в нем делается отметка об  этом, и акт подписывает другая сторона.  

Из вышеуказанных норм права следует, что приемка надлежаще выполненных  субподрядных работ, выполненных контрагентом (ООО «РСТ»), и составление  соответствующих актов по форме КС-2 при условии их фактического приема заказчиком  (ЗАО «Восток-Центр») у подрядчика (ООО «СМУ-1») с составлением актов о выполнении  работ субподрядчиком действующим законодательством не ставится в зависимость от  конечного приема результата работ заказчиком (ЗАО «Восток-Центр») у подрядчика  (ООО «СМУ-1»), и должна осуществляться в момент совершения хозяйственной  операции, либо непосредственно после ее окончания. Иной подход к приемке и  оформлению надлежаще выполненных работ нарушает права субподрядчиков на  

своевременное оформление и оплату качественно выполненной субподрядной работы.  

Кроме того, помимо унифицированных форм первичной учетной документации по  форме КС-2 и КС-3 постановлениями Государственного комитета Российской Федерации  по статистике от 30.10.1997 № 71а и от 11.11.1999 № 100 предусмотрены иные формы  (КС-6 «Общий журнал работ», КС-6а «Журнал учета выполненных работ»).  

Общий журнал работ является одной из основных форм первичной учетной  документации по учету работ. Акты о приемке выполненных работ (форма КС-2)  составляются на основании журнала учета выполненных работ, на основании данных акта  о приемке выполненных работ заполняется справка о стоимости выполненных работ и  затрат.  

 Поэтому акты формы КС-2 и справки КС-3 являются производными по своему  содержанию от журнала выполненных работ, в связи с чем, при определении фактически  выполненных работ необходимо учитывать и руководствоваться первичными формами  учетной документации по учету работ.  

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд первой инстанции не делает вывод о  том, что акты по форме КС-2, КС-3 не представляют собой доказательственную ценность,  а лишь указывает на то, что поскольку были установлены факты несоответствия по  срокам выполненных работ, подлежат исследованию и иные документы,  свидетельствующие о реальных сроках выполнения работ, которыми и являются общие  журналы работ по форме № КС-6, журнал учета выполненных работ по форме № КС-6а.  

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции, журналы работ и их учета  (формы КС-6, КС-6а) в ходе проверки ООО «СМУ-1» не представлены.  

Кроме того, как установлено судом первой инстанции и по существу не  опровергнуто заявителем, ООО «РСТ» сдает ООО «СМУ-1» объемы работ, которые в  адрес заказчика (ЗАО «Восток-Центр») не перевыставлялись, либо перевыставлялись в  объемах меньше, чем ООО «СМУ-1» принимает у спорного субподрядчика ООО «РСТ».  Также в отдельных периодах установлено, что в актах КС-2 ООО «РСТ» заложена  стоимость материалов, которая в свою очередь не отражена ООО «СМУ-1» в актах КС-2  для заказчика – ЗАО «Восток-Центр». Соответственно по некоторым видам работ,  отраженным в актах, оформленных от имени ООО «РСТ», обществом получен убыток.  

Расходами для целей налогообложения прибыли согласно статье 252 НК РФ  признаются, в частности, обоснованные и документально подтвержденные затраты.  

Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для  осуществления деятельности, направленной на получение дохода.  

На основании данных обстоятельств налоговый орган пришел к выводу о  

завышении обществом налоговых вычетов и расходов по налогу на прибыль организаций  ввиду списания материалов, а также объемов работ, стоимость которых не предъявлена  заказчику в актах о приемке-сдаче работ КС-2, списанные сверх нормы материалы  (расходы) являются израсходованными обществом на цели, не связанные с получением  дохода, то есть не связанные с осуществлением предпринимательской деятельности, и  экономически не обоснованными.  

Как указано судом первой инстанции, документальных доказательств,  подтверждающих позицию налогоплательщика в части завышения объемов работ  (материалов), принятых ООО «СМУ-1» от ООО «РСТ», но не сданных заказчику ЗАО  «Восток-Центр», в материалы дела не представлено.  

ООО «СМУ-1» также не представило доказательств согласования с заказчиком  увеличения объемов, стоимости работ и материалов, внесения изменений в смету, в актах  выполненных работ сверхнормативный расход материалов не отражен, то есть факт  передачи заказчику материалов (работ) в большем объеме налогоплательщиком не  подтвержден.  

Кроме того судом установлено, что ЗАО «Восток-Центр» по требованию  налогового органа также не представило информацию о наличии (отсутствии) спорных  объемов работ.  

Доводы заявителя о расхождениях в принятых ЗАО «Восток-Центр» объемах в  связи с допущенным браком в работе, осуществлении переделочных работ критически  оценены судом первой инстанции в связи с их документальным не подтверждением.  

Апелляционный суд, поддерживая такую оценку суда первой инстанции и отклоняя  довод дополнения к апелляционной жалобе, отмечает следующее.  

Пояснения налогоплательщика с их документальным подтверждением в части  завышения объемов работ (материалов), принятых ООО «СМУ-1» от ООО «РСТ», но не  сданных заказчику ЗАО «Восток-Центр», в т.ч. по случаям наличия брака или дефектов  при выполнении работ, ни в ходе выездной налоговой проверки, ни в суде первой  инстанции не предоставлялись.  

Ссылки Общества на акты о выявленных нарушениях от 25.02.2014, 28.03.2014, акт  выполненных работ по форме КС-2 от 28.02.2014, приложенные к апелляционной жалобе,  апелляционным судом отклоняются, поскольку указанные документы не были  представлены ни в налоговый орган, ни в суд первой инстанции, в их приобщении к  материалам дела апелляционным судом отказано в связи с отсутствием оснований,  установленных частью 2 статьи 268 АПК РФ.  

Довод налогоплательщика о том, что факт подписания договоров, актов  

выполненных работ (по форме КС-2), справок о стоимости выполненных работ (по форме  КС-3), счетов-фактур подтверждается показаниями генерального директора ООО «РСТ»  Белуха А.М. отклонен судом первой инстанции, поскольку данные показания  опровергаются результатами почерковедческой экспертизы.  

Судом первой инстанции принято во внимание, что согласно заключению эксперта  от 15.02.2019 № 23-02/2019 АНО «Сибирский центр судебных экспертиз и исследований»  ФИО6, подписи от имени руководителя ООО «РСТ» Белухи А.М., расположенные  в документах ООО «СМУ-1» по взаимодействию с ООО «РСТ» (договорах, счетах- фактурах, актах о приемке выполненных работ, справках о стоимости выполненных работ  и затрат), выполнены не Белуха А.М., а иным лицом.  

В связи с чем, суд пришел к выводу, что первичные документы от имени ООО  «РСТ» по взаимоотношениям с ООО «СМУ-1» подписаны от имени контрагента  неустановленным лицом, то есть содержат недостоверные сведения в части подписи  руководителя контрагента, что не соответствует требованиям статьи 169 НК РФ, статье 9  Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».  

Апелляционный суд, поддерживая данный вывод суда первой инстанции и  отклоняя довод апелляционной жалобы, отмечает, что вывод суда первой инстанции о  недостоверности первичных документов, подписанных от имени ООО «РСТ» сделан не  только в связи с подписанием их неустановленным лицом, но и на основании  совокупности всех установленных по делу обстоятельств, что следует из обжалуемого  решения суда.  

Доводы заявителя о том, что реальность сделок подтверждается первичными  документами, свидетельскими показаниями, обоснованно отклонены судом первой  инстанции с указанием на то, что полученными в ходе выездной налоговой проверки  доказательствами в совокупности и взаимосвязи подтверждается, что ООО «СМУ-1»  исказило сведения о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов),  подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой  отчетности налогоплательщика, налогоплательщик использовал формальный  документооборот в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов  по данным сделкам (НДС, налог на прибыль организаций).  

В связи с чем, суд первой инстанции верно указал, что представленные  налогоплательщиком документы содержат недостоверные сведения о фактах  хозяйственной жизни, тем самым они не могут являться основанием для принятия сумм  налога к вычету, поскольку фактически со спорным контрагентом ООО «РСТ»  обществом был создан фиктивный документооборот с целью получения необоснованной  

налоговой выгоды.  

В данном случае налоговым органом доказано, что представленные обществом в  обоснование спорных расходов и налоговых вычетов документы не отвечают требованиям  достоверности, не подтверждают осуществление реальных хозяйственных операций.  Заявленные налогоплательщиком расходы не отвечают требованиям статьи 252 НК РФ,  поскольку не подтверждают факта несения расходов и связи с полученными доходами.  

Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 05.03.2009 №  468-О-О указано на то, что налогоплательщик, не обеспечивший документальное  подтверждение достоверности сведений и обоснованности требований, изложенных в  документах, на основании которых он претендует на получение налоговых вычетов, несет  риск неблагоприятных последствий своего бездействия в виде невозможности принятия к  вычету соответствующих сумм налога.  

Обществом в ходе судебного разбирательства не опровергнута совокупность  представленных инспекцией доказательств, подтверждающих недостоверность сведений в  первичных документах, представленных в обоснование права на налоговый вычет по НДС  и расходов по налогу на прибыль.  

Установленные проверкой фактические обстоятельства в их совокупности и  взаимной связи свидетельствуют об отсутствии документального подтверждения  реальности хозяйственных операций общества по выполнению работ, следовательно, у  налогоплательщика не имеется оснований для принятия по спорному контрагенту сумм  НДС к вычету, расходов на приобретение товара (налог на прибыль организаций).  

Судом первой инстанции обоснованно отклонен довод налогоплательщика о том,  что налоговым органом не учтена часть работ, в отношении которых акт сдачи-приемки с  заказчиком (ЗАО «Восток-Центр») подписан позже акта сдачи-приемки с субподрядчиком  (ООО «РСТ»), что противоречит позиции налогового органа. При том судом принято во  внимание, что в актах с заказчиком (ЗАО «Восток-Центр») содержится иной перечень  работ с иным номером ГЭСН, а также мест, в которых он был выполнен; данный перечень  работ не соответствует тем работам, которые отражены в актах КС-2 между ООО «РСТ» и  ООО «СМУ-1».  

Также судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы Общества  относительно отсутствия доказательств аффилированности (взаимозависимости)  налогоплательщика и его контрагента. Суд верно исходил из того, что недоказанность  аффилированности не опровергает выводы налогового органа о представлении  налогоплательщиком документов, содержащих недостоверные сведения и не отвечающих  критериям статей 169, 171, 252 НК РФ.  

 При этом судом приняты во внимание приведенные в решении налогового органа,  в качестве характеристики контрагента обстоятельства, указывающие на «проблемность»  ООО «РСТ» (отсутствие трудовых и материальных ресурсов у организации  (транспортных средств, строительных машин, подъемного оборудования, кранов;  отсутствие фактов привлечения субподрядных организаций, закупа материалов,  необходимых для выполнения спорных работ), номинальность руководителя Белухи A.M.,  транзитный характер перечисления денежных средств по расчетному счету ООО «РСТ», а  также на факты обналичивания ООО «РСТ» денежных средств).  

 Суд указал, что довод налогоплательщика о том, что налоговый орган в своем  решении подтвердил наличие у ООО «РСТ» трудовых и материальных ресурсов для  выполнения работ, не соответствует действительности и опровергается текстом  оспариваемого решения.  

При этом суд указал, что реальность хозяйственных операций субподрядчиком  определяется не только представленными документами, но и реальностью выполнения  работ силами именно ООО «РСТ». Сам по себе факт выполнения спорных работ и  принятие их заказчиком объектов строительства не свидетельствует о выполнении этих  работ силами спорного контрагента ООО «РСТ».  

Поскольку ООО «СМУ-1» утверждает о выполнении работ ООО «РСТ», то именно  Общество в соответствии с требованиями статьи 65 АПК РФ должно представить  доказательства, подтверждающие действительное исполнение договорных обязательств  этой организацией.  

Однако налогоплательщиком не представлены доказательства, опровергающие  доводы инспекции о том, что у контрагента отсутствовало имущество и трудовые  ресурсы. При этом отсутствие у ООО «РСТ» каких-либо материальных ресурсов, за счет  которых возможно осуществление заявленной деятельности, не может быть опровергнуто  общей ссылкой на допустимость многообразия отношений между хозяйствующими  субъектами в гражданском обороте, налогоплательщик, настаивая на реальности  хозяйственных операций должен привести конкретные обстоятельства, подтверждающие  участие спорного контрагента при выполнении работ.  

Как установлено судом первой инстанции, должностные лица ООО «СМУ-1»  (ФИО4, ФИО3), несмотря на подтверждение взаимоотношений с ООО  «РСТ», конкретных пояснений по обстоятельствам сделки с ООО «РСТ», выполнению  организацией спорных работ, в ходе проверки не представили.  

При этом, как верно указано судом первой инстанции, выполнение отделочных  работ по шпатлевке и окраске стен ФИО5 в январе - феврале 2014 года на  

объекте строительства «жилой дом № 2 в мкр. Первомайский г. Иркутска», в феврале -  июне 2014 года на объекте строительства «ЖК «Стрижи», не свидетельствует о  реальности выполнения иных видов работ. Кроме того, по акту о приемке выполненных  работ (КС-2) от 28.02.2014 в части работ по окраске стен и потолков доначисление  налогов не производилось. Указанные виды работ на объекте «ЖК «Стрижи» не отражены  в актах о приемке выполненных работ (КС-2), не принятых в подтверждение расходов и  налоговых вычетов.  

Апелляционный суд, отклоняя довод апелляционной жалобы о необоснованности  вывода суда первой инстанции о том, что спорные работы были выполнены самим  налогоплательщиком, исходит из следующего.  

Как ранее указывалось, судом первой инстанции было установлено, что спорные  работы на объектах заказчика были выполнены ООО «СМУ-1» до привлечения спорного  контрагента ООО «РСТ», иного заявителем не доказано, поскольку представленные  налоговым органом сведения не опровергнуты.  

Из положений статей 169, 171, 172 НК РФ, Постановления Пленума ВАС РФ от  12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения  налогоплательщиком налоговой выгоды» следует, что право на налоговый вычет по НДС  у налогоплательщика возникает только при наличии надлежаще оформленных  документов; обязанность подтвердить право на налоговые вычеты возлагается на  налогоплательщика, который также обязан доказать достоверность хозяйственных  операций, отраженных в первичных документах.  

При этом у налогового органа отсутствует обязанность доказывать, какими  конкретно контрагентами фактически были выполнены работы, поскольку именно  Общество должно подтвердить реальность оказания услуг (выполнения работ)  конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода.  

Реальность хозяйственных операций с контрагентами не может быть подтверждена  наличием только счета-фактуры, принятием работ основным заказчиком, поскольку в  подтверждение обоснованности заявленных вычетов по НДС налогоплательщиком  должны быть представлены документы, отвечающие критериям статей 169, 171 НК РФ и  подтверждающие наличие реальных операций.  

Изложенные в апелляционной жалобе доводы относительно нехватки собственных  трудовых ресурсов для выполнения спорных работ не опровергают выводы суда о  нереальности заявленных Обществом хозяйственных операций с контрагентом (ООО  «РСТ») и о формальном составлении документов. В связи с чем, ссылка заявителя на  отсутствие доказательств выполнения работ самим Обществом не может быть принята во  

внимание.  

Именно на Обществе, утверждающем, что фактически спорные работы были  выполнены ООО «РСТ», лежит бремя доказывания данного обстоятельства.  

 Вместе с тем, как установлено налоговым органом из анализа показателей  трудозатрат, отраженных в актах выполненных работ, для выполнения работ требовалось  от 8 до 476 человек, в то время как ООО «РСТ» представлена среднесписочная  численность на 01.01.2014 - 9 человек, на 01.01.2015 - 12 человек, справки по форме 2- НДФЛ на 17 человек, 8 из которых отрицают свою работу в организации (были  трудоустроены в других организациях, либо выполняли работы на других объектах).  

Таким образом, из совокупности установленных по делу обстоятельств следует, что  спорные работы ООО «РСТ» не выполнялись.  

Апелляционный суд считает обоснованным отклонение судом первой инстанции  ссылки заявителя на заключение ООО «Сибирский институт проектирования и  исследований» с указанием на то, что экспертное заключение от 12.08.2019 о  необходимом количестве рабочей силы по всему объему работ на всех объектах,  выполненному в 2014 году налогоплательщиком, не соответствует требованиям и задачам  экспертиз, проводимых в рамках Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О  государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».  

В данном случае проведение анализа, выводы, которого изложены в  представленном заключении, соответствуют консультации (заключению) специалиста, без  приведения исследовательской части по поставленному налогоплательщиком вопросу.  Кроме того, в данном заключении экспертом не учтены реальные субподрядные  организации (ООО «КСК Стройинжиниринг», ООО «СтройСервис Плюс»), участники  группы взаимозависимых организаций, учредителем которых является ЗАО  «ВостокЦентр» (ООО «СМУ-4», ООО «УПТК», ООО «УСМ», ООО «УПП», ООО «УЭС»,  ООО «УМР»), выполнявших работы для ООО «СМУ-1» в 2014 году.  

Апелляционный суд, отклоняя довод апелляционной жалобы, поддерживает  выводы суда первой инстанции, который, оценивая довод заявителя о том, что налоговый  орган неправомерно указывает на «задвоение расходов», исходил из следующего.  

Как ранее указывалось, судом первой инстанции было установлено, что акты КС-2  ООО «РСТ» дублируют акты КС-2, составленные ООО «СМУ-1» в подтверждение  выполненных работ в предыдущих (более ранних) периодах до заключения договора с  заявленным контрагентом, в части которых отражено, что работы выполнены  иностранными работниками, услуги механизмов выполнены силами ООО «Кевлар», иные  виды работ выполнены взаимозависимыми организациями ООО «УСМ», ООО «УМР».  

 Так, согласно заключенному договору между ООО «СМУ-1» и ООО «РСТ» от  15.05.2014 № 13П ООО «РСТ» обязуется выполнить общестроительные и отделочные  работы по строительству жилого комплекса «Стрижи» г. Иркутска. Начало выполнения  работ - 15 мая 2014 года, окончание работ - 30 мая 2014 года.  

Согласно актам о приемке выполненных работ от 22.05.2014 и от 30.05.2014 ООО  «РСТ» выполнило работы на общую сумму 10 000 000 руб.  

Налоговым органом в ходе проверки установлено, что фактически указанные  работы на объекте строительства ЖК «Стрижи» были произведены ООО «СМУ-1» в  феврале 2014 года на сумму 2 101 064 руб.  

 Кроме этого, в акте КС-2 ООО «СМУ-1» указано, что работы в феврале  выполнялись иностранными работниками, услуги механизмов силами ООО «Кевлар»,  доставка, монтаж, диагностика крана КБ-408 выполнены ООО «УСМ», установка  подкрановых балок выполнена ООО «УМР».  

Принимая во внимание обстоятельства того, что ООО «СМУ-1» в проверяемом  периоде имело производственную базу и трудовые ресурсы, необходимые для  выполнения строительно-монтажных работ, а также привлекало иные организации, довод  налогоплательщика о невозможности выполнения работ ООО «СМУ-1» собственными и  привлеченными силами обоснованно отклонен судом первой инстанции.  

Как установлено налоговым органом в ходе проверки, среднесписочная  численность ООО «СМУ-1» составила по состоянию на 01.01.2014 - 47 человек, на  01.01.2015 - 207 человек, на 01.01.2016 - 104 человека.  

В 2014 году ООО «СМУ-1» (заказчик) заключен международный контракт от  15.01.2014 с Китайской трудовой компанией с ограниченной ответственностью «Цзин  Тан» в Нань Тун (исполнитель), предметом которого являлось оказание услуг по  привлечению иностранного персонала в количестве 300 человек, в том числе: бетонщиков  в количестве 60 человек, арматурщиков в количестве 60 человек, каменщиков в  количестве 60 человек, штукатуров в количестве 60 человек, плотников в количестве 60  человек.  

 Согласно журналу регистрации инструктажа, на рабочем месте по строительному  участку ООО «СМУ-1» в г. Иркутске прорабом ФИО3 в 2014 году проводился  инструктаж по технике безопасности иностранных работников.  

В соответствии с представленным заявителем списком на объекте ЖК «Стрижи»  работы выполняли иностранные работники, численность которых составила 269 человек.  В 2014 году строительно-монтажные работы выполнялись бригадами, состоящими из  иностранных граждан (из КНР, Узбекистана, Таджикистана).  

Кроме того, инспекцией установлено, что в 2014 году работы на объектах  строительства выполнялись силами участников группы взаимозависимых организаций,  учредителем которых является ЗАО «Восток-Центр» (ООО «СМУ-1», ООО «СМУ-4»,  ООО «УПТК», ООО «УСМ», ООО «УПП», ООО «УЭС», ООО «УМР»).  

С учетом установленных обстоятельств налоговый орган пришел к выводу, что  обществом не только документально не подтвержден факт реальности взаимоотношений с  ООО «РСТ», но в действиях ООО «СМУ-1» имеются признаки получения  необоснованной налоговой выгоды в силу осуществления фиктивного документооборота.  

Довод общества о том, что налоговым органом частично признана обоснованность  применения налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль по  взаимоотношениям с ООО «РСТ», в связи, с чем указанный контрагент не является  проблемным, обоснованно отклонен судом первой инстанции, поскольку указанное  обстоятельство не входит в предмет доказывания по настоящему спору. Заявитель не  оспаривает решение налогового органа в части принятия вычетов и расходов по  контрагенту - ООО «РСТ».  

Рассмотрев довод налогоплательщика о применении «налоговой реконструкции», а  также о применении расчетного метода на основании имеющейся информации и данных  об иных аналогичных налогоплательщиках, заявленный также в апелляционной жалобе,  суд первой инстанции посчитал его несостоятельным. При этом суд обоснованно исходил  из того, что проверкой установлены обстоятельства нереальности хозяйственных  операций со спорным контрагентом.  

Суд верно указал, что в рассматриваемом случае заявителем не представлено  доказательств того, что налоговым органом в составе расходов не учтены реальные  расходы налогоплательщика по приобретению материалов, использованных при  выполнении работ, по оплате труда собственным работникам.  

При этом реально осуществленные и документально подтвержденные  налогоплательщиком расходы были учтены налоговым органом в рамках проведенных  контрольных мероприятий в полном объеме, оснований для перерасчета налоговых  обязательств не имеется. Расходы по хозяйственным отношениям с ООО «РСТ» не нашли  своего реального подтверждения, в связи с чем правомерно были исключены налоговым  органом при расчете налога на прибыль организаций.  

Кроме того, из пункта 10 письма ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@ «О  практике применения статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации» (далее -  письмо ФНС России от 10.03.2021) следует, что налоговая реконструкция может быть  применена к налоговым обязательствам налогоплательщика, если раскрыты все реальные  

обстоятельства совершенных операций и представлено их документальное  подтверждение.  

При нераскрытии налогоплательщиком сведений и непредставлении  подтверждающих их документов о действительном поставщике (подрядчике,  исполнителе) и параметрах совершенных операций, как разъяснено в пункте 11 письма  ФНС России от 10.03.2021, налогоплательщику не предоставляется ни право на налоговый  вычет сумм налога на добавленную стоимость, ни право на учет расходов по спорным  операциям.  

Какие-либо документы, дополнительно подтверждающие и раскрывающие все  действительные обстоятельства совершенных обществом спорных сделок, ни в ходе  проверки, ни в ходе судебного разбирательства налогоплательщиком не представлены.  

Суд первой инстанции на основании установленных по делу обстоятельств пришел  к выводу, что доводы об отсутствии доказательств взаимозависимости/аффилированности  сторон, возврата денежных средств, о том, что ООО «РСТ» являлось действующим  юридическим лицом, невозможности ООО «СМУ-1» самостоятельно выполнить спорные  работы, объекты построены и сданы заказчику, не опровергают выводы налогового органа  о направленности действий Общества на создание формального документооборота с  указанным контрагентом, а также обстоятельств, свидетельствующих о том, что  документы, представленные налогоплательщиком, не отвечают критериям статей 169,  171, 252 НК РФ.  

Судом установлено, что налоговым органом в материалы дела представлены  доказательства, свидетельствующие о том, что спорные работы, фактически были  выполнены и переданы заказчику, до заключения договора с ООО «РСТ», а также часть  работ или материалов не передавались заказчику, документооборот составлен формально.  

 Также ООО «СМУ-1» не приведено доводов и доказательств, отвечающих  требованиям статей 67, 68 АПК РФ и подтверждающих несоответствие выводов  налогового органа, содержащихся в решении, фактическим обстоятельствам дела, и  имеющимся в деле доказательствам, относительно выявленных нарушений, а также  неправильного применения норм материального права (статьи 54.1, 169, 171, 252 НК РФ).  

 При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу, что налоговым органом по взаимоотношениям с подрядной организацией ООО  «РСТ» правомерно принято решение от 28.12.2020 № 08-51/8 об отказе в привлечении к  налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения (с изменениями,  внесенными решением УФНС России по Иркутской области от 11.05.2021 № 2613/008767@) в части доначисления 8 306 135 руб. налога на прибыль и 12 485 179 руб.  

НДС, а также пени, начисленные на указанные суммы доначислений.  

Относительно оспаривания заявителем решения налогового органа в части выводов  по взаимоотношениям Общества с Трудовой компанией с ограниченной  ответственностью «Цзин Тан» в Нанъ Тун судом первой инстанции установлено  следующее.  

Согласно позиции ООО «СМУ-1», переквалификация хозяйственных операций  произведена инспекцией неправомерно, поскольку налоговый орган не представил  доказательств, опровергающих факт оказания услуг по подбору персонала. Действия  сторон соответствуют положениям трудового и миграционного законодательства. Поиск и  подбор китайских работников мог быть выполнен только на территории КНР, услуги в  данной части не подлежат обложению НДС. Согласно документам (с учетом внесенных  изменений), имеющимся в материалах проверки, в 2014 году стоимость услуг по подбору  персонала составила 132 044 541 руб. 51 коп., стоимость услуг по адаптации - 1 375 786  руб. 90 коп. В 2015 году - 65 068 981 руб. 41 коп. и 1 927 018 руб. 59 коп. соответственно.  Перечисления в адрес китайской компании составили 178 369 483 руб. 25 коп. Общество  указывает, что сумма оплаты услуг по адаптации персонала за весь период составила 1375  786 руб. 90 коп., а остальные денежные средства (176 993 696 руб. 35 коп.) перечислены в  счет оплаты услуг по подбору и привлечению персонала. В связи с чем, доначисление  НДС в размере 31 858 865 руб. 34 коп. (176 993 696 руб. 35 коп.*18%), по мнению  заявителя, является незаконным.  

ООО «СМУ-1» указывает, что в силу принципа свободы договора, его условия  определяются по усмотрению сторон. Факт заключения другими российскими  организациями договоров строительного подряда с Трудовой компанией с ограниченной  ответственностью «Цзин Тан» в Нанъ Тун, не может служить основанием для  переквалификации договоров, заключенных с обществом.  

 Рассмотрев приведенные доводы, исследовав представленные в материалы дела  документы, суд первой инстанции пришел к следующему.  

Как следует из материалов проверки, ООО «СМУ-1» (заказчик) заключен  международный контракт от 15.01.2014 с Трудовой компанией с ограниченной  ответственностью «Цзин Тан» в Нань Тун (исполнитель) в лице доверенного лица  компании Ху Сюйдун, действующего на основании доверенности от 08.04.2013 (с  дополнительными соглашениями).  

Предметом указанного контракта являлось оказание заказчику услуг по  привлечению иностранного персонала в количестве 300 человек (п. 2.1) с целью  последующего выполнения иностранными работниками трудовых функций (работ) на  

объектах и услуг по адаптации иностранного персонала (п. 2.2).  

Объект строительства, в отношении которого заказчиком производятся  строительные (строительно-монтажные) работы, а также прилегающая к указанному  объекту территория (п. 1.6).  

Стоимость услуг по привлечению иностранного персонала составляет 8290  долларов США за каждого привлеченного иностранного работника (п. 4.1).  

Заказчик оплачивает исполнителю услуги по привлечению иностранного персонала  на основании акта об оказании услуг ежемесячно (п. 4.2).  

 Стоимость услуг по адаптации иностранного персонала составляет 26400 долларов  США в месяц за всех привлеченных иностранных работников (п. 4.2).  

Заказчик оплачивает исполнителю услуги по адаптации в течение десяти  календарных дней с даты подписания акта (п. 4.5).  

Из содержания контракта (п. 1.5) следует, что услуги по адаптации иностранного  персонала - комплекс услуг, оказываемых исполнителем заказчику в отношении всех  иностранных работников в период выполнения контракта, осуществляемых с целью  адаптации иностранных работников и содействия заказчику в организации труда  иностранных работников. Сторонами определен перечень таких услуг, направленных, в  том числе, на преодоление языкового барьера между иностранными работниками и  персоналом заказчика, недопущение снижения производительности труда, ознакомление  (инструктаж) иностранных работников с нормативными документами, организацию  отдельных видов работ, выполняемых иностранными работниками, составление графиков  движения рабочей силы, сопровождение каждого работника в процессе выполнения  трудовых функций, ознакомление с графиком движения рабочей силы.  

 По условиям контракта услуги по адаптации необходимы в связи с невладением  иностранными работниками русским языком, отсутствием опыта работы на российском  предприятии, наличием соответствующего менталитета.  

Вместе с тем в распоряжении налогового органа имеются сертификаты о владении  русским языком, знаний истории России и основ законодательства Российской  Федерации, выданные индивидуально каждому иностранному рабочему.  

Согласно имеющимся сведениям о доходах физических лиц, 114 граждан Китая из  282 (40 %) в 2014 году, и 93 гражданина Китая из 143 (65 %) в 2015 году работали ранее в  российских организациях.  

 Пунктами 1.7, 3.2.10, 3.2.14, 3.2.35 контракта предусмотрено участие кураторов -  представителей исполнителя, в оказании китайской компанией услуг заказчику.  

Директор ООО «СМУ-1» ФИО7 сообщил следующее. Некоторые  

кураторы (бригадиры, старшие в китайских бригадах) приезжали с рабочими и  находились на строительной площадке постоянно; некоторые кураторы регулярно  посещали стройку; кураторов назначала китайская организация, одним из кураторов был  Яо Юни. По своим признакам бригада иностранных рабочих, предоставленных Трудовой  компанией с ограниченной ответственностью «Цзин Тан» в Нань Тун, схожа с подрядной  организацией, поскольку в бригаде имеется бригадир-инженер, читающий чертежи и  выполняющий ряд работ. Также в бригаде есть свои звеньевые, например, среди  плотников, каменщиков и других рабочих. В течение рабочей смены бригадиры  (инженеры), кураторы вели свои записи, пометки по производству, по текущей работе,  потом в случае необходимости доводили до сведения руководства ООО «СМУ-1».  

Согласно свидетельским показаниям прорабов общества ФИО4, ФИО3 в 2014 году кураторами были китайцы Го Юнь, Чжан, Син, Ли, которые являлись  бригадирами, владели технической документацией, читали чертежи, осуществляли  оперативное руководство рабочими.  

Го Юнь (штукатур), Яо Юни (каменщик) являлись работниками ООО «СМУ-1» по  срочным трудовым договорам.  

По существу кураторы организовывали рабочий процесс на объектах строительства  у китайских рабочих.  

Соответственно, факты хозяйственной деятельности при исполнении условий  сделки, определенные сторонами в контракте от 15.01.2014, имели место быть на  территории России.  

Контрактом от 15.01.2014, заключенным с китайской компанией, предусмотрены, в  том числе, следующие условия, по сути соответствующие условиям договоров  строительного подряда, предусмотренных статьями 743, 745, 746, 747, 748, 750, 751, 753,  754, 755, 756, 757 ГК РФ:  

- о сроках передачи по акту приемки-передачи рабочей документации, в которую  входят любые документы входящие в состав проектно-сметной документации по  объектам (п. 3.2.11, п. 3.3.4, п. 3.3.8);  

- о порядке информирования заказчика о наличии в рабочей документации:  ошибок, противоречий, пропусков, расхождений, неясностей изложений, о правовых  последствиях выявленных ошибок, противоречий, пропусков, расхождений, неясностей  изложений (п. 3.2.11, п. 3.2.12, п. 3.3.5);  

- об охране объекта, материалов, изделий, конструкций, оборудования,  инструментов и временных сооружений, находящихся на объекте, а так же установления  пропускного режима на объекте заказчиком (п. 3.3.11); - об обеспечении исполнителя  

оборудованием, материалами, инвентарем (п. 3.2.26, п. 3.2.35);  

- об обеспечении исполнителем соблюдения иностранными рабочими требований  техники безопасности, противопожарной безопасности, электробезопасности, охраны  труда, охраны окружающей среды, обеспечение исполнителем ношение иностранными  рабочими спецодежды и средств индивидуальной защиты (п. 3.2.15);  

- об ответственности исполнителя в случае причинения вреда жизни и здоровья  иностранному рабочему (п. 3.2.15);  

- о своевременном составлении исполнителем графиков движения рабочей силы  относительно объектов (п. 3.2.17);  

- об обеспечении исполнителем контроля за выходом на работу иностранных  рабочих (п. 3.2.19);  

- об обеспечении исполнителем ежедневного заполнения табеля учета рабочего  времени и контроля за надлежащим исполнением иностранными рабочими трудовых  функций (п. 3.2.22, п. 3.2.26);  

- об обеспечение исполнителем выдачи по ведомости иностранным рабочим  спецодежды, спецоснастки, материалов инструментов и оборудования (п. 3.2.35);  

- об условиях и основаниях снижения стоимости работ в случае ненадлежащего  исполнения исполнителем своих обязанностей по настоящему договору (п. 4.3.1.13, п.  4.3.1.15, п. 4.3.1.18).  

Выполнение условий контракта сторонами подтверждается следующим. 

 ФИО4 сообщил, что передавал комплект проектной документации  бригадиру-куратору. Аналогичную информацию сообщили ФИО7 и ФИО3  

ООО «СМУ-1» передавало китайским рабочим спецодежду, ручной инструмент,  что подтверждается выпиской из журналов, представленных обществом.  

ФИО7 сообщил, что строительная площадка передана китайским рабочим  в состоянии для проведения работ (наличие электричества, воды, противопожарного  инвентаря). Эти моменты согласованы с китайской компанией.  

ООО «СМУ-1» представлена информация об оформлении актов в случаях, когда  имели место замечания по выполнению работ. Замечания устранялись иностранными  работниками.  

Расчеты к актам сдачи работ обществом не представлены. Вместе с тем ФИО4 и ФИО3 сообщили, что составляли служебную записку на имя директора в  случае некачественного выполнения работ китайскими рабочими.  

Необходимо отметить, что ООО «СМУ-1» в ответ на требование инспекции от  

05.03.2018 № 2 сообщило о том, что документы (акты приема-передачи рабочей  документации, письменные уведомления, поручения, наряды, заявки на выполнение  работ, графики и т.д.), касающиеся взаимоотношений с китайской компанией, не  сохранены.  

Кроме того, общество представило информацию о том, что куратором китайской  компании являлся Тань ФИО8.  

Вместе с тем Тань ФИО8 сообщил, что являлся сотрудником отдела кадров ООО  «СМУ-1», осуществлял работу с китайскими работниками, их адаптацию. Свидетель  отрицает работу в Трудовой компании с ограниченной ответственностью «Цзин Тан» в  Нань Тун, представление интересов указанной организации в качестве куратора по  контракту от 15.01.2014.  

Налоговым органом 28.02.2018 произведена выемка документов ООО «СМУ-1». 

Инспекцией, кроме контракта от 15.01.2014 (с приложениями), изъяты два пакета  актов оказания услуг по контракту от 15.01.2014.  

ООО «СМУ-1» 22.10.2018 представлен третий пакет актов в связи с уточнением  услуг.  

Инспекцией установлено, что документы из разных пакетов несопоставимы по  цене, отчетным периодам (ежеквартальное и ежемесячное оформление) между собой и с  условиями контракта.  

 Кроме того, в третьем пакете акты разделены по виду услуг: по привлечению  (подбору) иностранного персонала и по адаптации иностранного персонала.  

Из указанных актов следует, что Трудовой компанией с ограниченной  ответственностью «Цзин Тан» в Нань Тун в адрес общества оказаны услуги по  привлечению (подбору) иностранного персонала в 2014 году - стоимостью 132 044 541  руб. 51 коп., услуги по адаптации иностранного персонала - стоимостью 1 375 786 руб. 90  коп., в 2015 году - стоимостью 65 068 981 руб. 41 коп. и стоимостью 1 927 018 руб. 59  коп., соответственно.  

Ряд условий контракта от 15.01.2014 сопоставим с существенными условиями  договора подряда от 01.04.2013 № 14/13, заключенного обществом (подрядчик) с ЗАО  «Восток-Центр», являющейся генеральным подрядчиком на объектах, для выполнения  которых ООО «СМУ-1» привлечены иностранные работники.  

 Денежные средства, поступившие на расчетный счет ООО «СМУ-1» от ЗАО  «Восток Центр» (после сдачи работ) в этот же день, или на следующий день (в одном  случае - через 7 дней) практически в полном объеме зачислены на счет китайской  компании.  

Общество в проверенном периоде перечислило в адрес китайской организации  178369483 руб.  

Налоговым органом установлено, что оплата в адрес китайской компании  производилась обществом с нарушением сроков, установленных п. 4.2, п. 4.5 контракта от  15.01.2014 и не в полном объеме, что привело к образованию у ООО «СМУ-1»  задолженности в размере, сопоставимом с суммой заработной платы, выплаченной  обществом в проверяемом периоде в адрес привлеченных китайских работников.  

Срочные трудовые договоры с иностранными рабочими, заключенные ООО  «СМУ-1», содержат все основные условия, предусмотренные статьей 57 Трудового  кодекса Российской Федерации. Однако, принимая во внимание условия контракта  (ответственность за вред, причиненный здоровью работников, за качество работ  (трудовых функций), материальная ответственность перед заказчиком за иностранных  рабочих), заключение трудовых договоров представляется формальным, необходимым в  свете соблюдения правил длительного пребывания и трудоустройства иностранных  граждан на территории Российской Федерации.  

Согласно материалам проверки Трудовая компания с ограниченной  ответственностью «Цзин Тан» в Нань Тун (исполнитель) заключила международный  контракт от 02.02.2015 № NJT-6-2 с заказчиком ООО «Производственная компания  «Электро».  

 Данный международный контракт от 02.02.2015 № NJT-6-2 прямо  предусматривает выполнение общестроительных и отделочных работ в объеме, указанном  в проектно-сметной документации, и направление персонала, соответствующего  квалификационным требованиям, для выполнения работ.  

Условия международного контракта от 02.02.2015 № NJT-6-2, заключенного  китайской компанией с ООО «Производственная компания «Электро», являются по  существу аналогичным условиям контракта от 15.01.2014, заключенного китайской  компанией с ООО «СМУ-1», за исключением условий о включении в цену контракта НДС  и уменьшении цены контракта на сумму заработной платы, перечисленной заказчиком  китайским рабочим.  

Указанное свидетельствует о том, что китайской компанией совершена сделка с  ООО «Производственная компания «Электро» на условиях, не допускающих двоякого  толкования.  

В соответствии со свидетельством о регистрации в налоговом органе Трудовой  компании с ограниченной ответственностью «Цзин Тан» в Нань Тун и патентом на право  деятельности юридического лица - предприятия сфера деятельности компании определена  

как ознакомление с профессией ресурсов рабочих сил в Китае, отправка различного  трудового персонала за границу. Организация имеет право брать подряд на плотничную  работу, на работу кладки, на арматурную работу, на работу опалубка, на работу с лаком,  бетоном, а так же на продажу скобяных, строительных материалов. Таким образом,  Трудовая компания с ограниченной ответственностью «Цзин Тан» в Нань Тун заключила  с ООО «СМУ-1» контракт в пределах своей компетенции.  

В ходе проверки налоговым органом установлены обстоятельства,  свидетельствующие о том, что между сторонами контракта - ООО «СМУ-1» и китайской  компанией фактически заключен договор строительного подряда, в рамках которого  обществом выплачен доход китайской организации от осуществления деятельности на  территории Российской Федерации.  

На основании установленных в ходе проверки обстоятельств налоговый орган  пришел к выводу, что при фактически сложившихся отношениях предметом договора от  15.01.2014 с Трудовой компанией с ограниченной ответственностью «Цзин Тан» в Нань  Тун является не подбор и адаптация иностранных рабочих, а производство  общестроительных и отделочных работ, осуществляемых на территории Российской  Федерации.  

Исследовав представленные в материалы документы, суд первой инстанции счел  обоснованным вывод инспекции о переквалификации рассматриваемых взаимоотношений  как вытекающих из договоров подряда.  

 В связи с этим ООО «СМУ-1» в соответствии с пунктом 4 статьи 173 НК РФ  является налоговым агентом, обязанным исчислить и уплатить в бюджет НДС с дохода от  реализации работ на территории Российской Федерации налогоплательщиком -  иностранным лицом, не состоящим на учете в налоговых органах в качестве  налогоплательщика.  

В своем заявлении налогоплательщик приводит довод о том, что отсутствие в  контрактах даты начала и окончания выполнения работ, цены подрядных работ, которая  определяется сметой, исключает вывод о том, что отношения сторон носили подрядный  характер.  

Суд первой инстанции, отклоняя указанный довод, обоснованно исходил из того,  что указанные обстоятельства не влияют на характер фактических правоотношений  сторон, поскольку налоговым органом доказано, что документооборот в рамках сделки  между российской и китайской сторонами составлялся не в соответствии с реальными  обстоятельствами деятельности, а в форме, которая согласно законодательству РФ и  Соглашениям между Правительством Российской Федерации и Правительством  

Китайской Народной Республики об избежании двойного налогообложения и о  предотвращении уклонения от налогообложения в отношении налогов на доходы от  27.05.1994 и от 13.10.2014 позволяет избежать налогообложения доходов, выплачиваемых  обществом в адрес китайской компании, на территории РФ.  

Рассмотрев довод общества о том, что даже в случае правомерности выводов  налогового органа о переквалификации хозяйственных операций с иностранной  компанией (из оказания услуг по подбору и адаптации персонала в строительно-монтажные работы), взыскание налога на добавленную стоимость (налоговый агент) и  пени по данному налогу не имеет под собой правовых оснований (данное взыскание  прямо НК РФ не урегулировано), суд первой инстанции пришел к следующим выводам.  

В силу правовой позиции, изложенной в абзаце 7 пункта 2 постановление Пленума  ВАС РФ № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными  судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление  Пленума ВАС РФ № 57), в случае не удержания налога при выплате денежных средств  иностранному лицу с налогового агента могут быть взысканы как налог, так и пени,  начисляемые до момента исполнения обязанности по уплате налога.  

Согласно пункту 4 статьи 173 НК РФ при реализации услуг, указанных в статье 161  НК РФ, сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется и уплачивается в  полном объеме налоговыми агентами, указанными в статье 161 НК РФ.  

При этом в соответствии с абзацем 2 пункта 4 статьи 174 НК РФ в случаях  реализации услуг, местом реализации которых является территория Российской  Федерации, налогоплательщиками иностранными лицами, не состоящими на учете в  налоговых органах в качестве налогоплательщиков, уплата налога производится  налоговыми агентами одновременно с выплатой (перечислением) денежных средств  таким налогоплательщикам.  

Поскольку между ООО «СМУ-1» и китайской организацией фактически имели  место отношения по договору подряда, а не по договору оказания услуг по подбору и  адаптации персонала, суд первой инстанции пришел к правильным выводам о том, что  ООО «СМУ-1» являлось налоговым агентом, соответственно, у него возникла обязанность  по уплате НДС в момент перечисления денежных средств Трудовой компании с  ограниченной ответственностью «Цзин Тан» в Нань Тун, которая самим обществом  исполнена не была.  

Таким образом, руководствуясь положениями статьей 146, 161, 171, 174 НК РФ, у  налогового органа имелись правовые основания для доначисления НДС, начисления  соответствующих пеней ввиду доказанности неисполнения ООО «СМУ-1» обязанности  

налогового агента по уплате в бюджет НДС со сделки подряда с иностранной компанией.  

Апелляционный суд, поддерживая выводы суда первой инстанции, отклоняет  доводы апелляционной жалобы о неправильном применении судом абзаца 7 пункта 2  Пленума ВАС от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении  арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» (далее -  Постановления Пленума ВАС РФ № 57), как основанные на неверном толковании и  понимании заявителем положений действующего налогового законодательства.  

В соответствии с абз. 7 п. 2 Постановления Пленума ВАС № 57 в случае  неудержания налога при выплате денежных средств иностранному лицу с налогового  агента могут быть взысканы как налог, так и пени, начисляемые до момента исполнения  обязанности по уплате налога (в связи с неучетом данного иностранного лица в  российских налоговых органах и невозможностью его налогового администрирования).  При таких обстоятельствах начисление соответствующих сумм пени налоговым органом  имело правовые основания.  

Как верно указано судом первой инстанции, иное толкование обществом  положений абзаца 7 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 57 (о том, что данные  положения не содержат императивного требования к взысканию налога, пени, а содержат  в себе формулировку «могут быть взысканы») не свидетельствует о неправильном  применении налоговым органом норм права и, как следствие, вынесении им  неправомерного решения.  

Представитель ООО «СМУ-1» в ходе судебного разбирательства в суде первой  инстанции указал, что налоговыми органами не исполнены обязанности по налоговому  администрированию в отношении иностранных контрагентов. Налоговые органы  располагали информацией о том, что Трудовая компания с ограниченной  ответственностью «Цзин Тан» в Нань Тун в течение 2014-2016 годов осуществляла  деятельность на строительных объектах, расположенных на территории Российской  Федерации по контрактам, заключенным с российскими организациями. С учетом  Соглашения об избежании двойного налогообложения (п. 2 ст. 11, п. 1, 4 ст. 83, п. 1 ст.  143 НК РФ) такая организация обязана встать на учет и самостоятельно уплачивать  налоги. Налоговые органы должны были потребовать от иностранной компании  выполнить обязанности по уплате налогов, но не перекладывать ответственность на  заявителя.  

Суд первой инстанции обоснованно указал на то, что положения Соглашения  между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной  Республики от 27.05.1994 «Об избежании двойного налогообложения и предотвращении  

уклонения от налогообложения в отношении налогов на доходы» (далее - Соглашение)  распространяется на налог на прибыль организаций и налог на доходы физических лиц.  

Содержащиеся в Соглашении положения об избежании двойного  налогообложения, в том числе термин «постоянное представительство», используются  исключительно в целях применения Соглашения, и не используются при  администрировании НДС.  

Соглашением определено, что термин «постоянное представительство» включает, в  том числе, строительную площадку, строительный, монтажный или сборочный объект  или связанную с ним надзорную деятельность, но только если такая площадка, объект или  деятельность продолжаются более 18 месяцев.  

Положения главы 21 НК РФ, в том числе статьи 143 НК РФ, не устанавливают  каких-либо сроков, после наступления которых деятельность иностранной организации на  строительной площадке приводит к образованию постоянного представительства, и не  содержат определения такого понятия в целях обложения НДС.  

В силу статьи 19, 143 НК РФ налогоплательщиками являются, в том числе,  иностранные организации, на которые возлагается обязанность уплачивать налоги.  

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 161 НК РФ НДС исчисляется и уплачивается  в бюджет налоговым агентом при реализации иностранным лицом, не состоящим на учете  в российских налоговых органах, товаров (работ, услуг), местом реализации которых  признается территория РФ.  

Поскольку китайская компания не зарегистрирована в качестве налогоплательщика  на территории Российской Федерации, то ООО «СМУ-1» по указанным спорным  операциям признается налоговым агентом по НДС.  

Таким образом, доводы о невыполнении налоговыми органами своих обязанностей  по налоговому администрированию в отношении иностранных контрагентов обоснованно  признаны судом первой инстанции несостоятельными.  

Довод общества о том, что действительные налоговые обязательства ООО «СМУ- 1» не были определены налоговым органом с учетом права налогоплательщика на  налоговые вычеты, правомерно отклонены судом первой инстанции как необоснованные,  поскольку положения пункта 3 статьи 171 НК РФ применяются при условии, что при  приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав налогоплательщик,  являющийся налоговым агентом, уплатил налог в соответствии с главой 21 НК РФ.  

Следовательно, такие вычеты не могут быть заявлены ранее налоговых периодов, в  которых фактически налоговым агентом исполнены обязанности, указанные в пункте 2  статьи 161 НК РФ.  

Поскольку общество не исполнило обязанность налогового агента по исчислению,  удержанию и уплате НДС при выплате доходов в адрес иностранной компании, у  инспекции отсутствовали основания для уменьшения доначисленной суммы налога на  соответствующие налоговые вычеты при вынесении решения.  

Как верно указано судом первой инстанции, данная позиция соответствует  правовой позиции по указанному вопросу, отраженной в Постановлении Арбитражного  суда Восточно-Сибирского округа от 03.02.2021 № Ф02-7098/2020 по делу № А1918890/2019 (по заявлению ООО «СМУ-4» к МИФНС № 14 по Иркутской области о  признании недействительным решения о привлечении к ответственности), постановлении  Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022 по делу № А19-7868/2021  (по заявлению ООО «Управление механизированных работ» к МИФНС № 14 по  Иркутской области о признании недействительным решения о привлечении к  ответственности).  

Довод ООО «СМУ-1» о том, что спорные доначисления по проверке привели к  двойной оплате налога с одной и той же добавленной стоимости: 1) действуя в качестве  налогового агента, за китайскую компанию (по решению налогового органа); 2) действуя  в качестве налогоплательщика при реализации работ в адрес российских организаций,  признан судом первой инстанции несостоятельным ввиду того, что он противоречит  нормам налогового законодательства Российской Федерации.  

Суд правомерно указал, что в приведенной налогоплательщиком ситуации  исчисление и уплата НДС осуществляется по двум различным налогооблагаемым  операциям, уплата ООО «СМУ-1» НДС с последующей реализации работ/услуг в адрес  своих заказчиков не имеет значения (по сути, не влияет и не может повлиять) на размер  налоговых обязательств ООО «СМУ1» в качестве налогового агента.  

Аналогичный довод являлся предметом проверки судов при рассмотрении дела №  А19-18890/2019 по заявлению ООО «СМУ-4» к Межрайонной ИФНС № 14 по Иркутской  области о признании частично незаконным решения налогового органа о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения (в редакции решения УФНС  России по Иркутской области) и был обоснованно отклонен.  

Так, в постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от  03.02.2021 № Ф02-7098/2020 по делу № А19-18890/2019 отмечено, что исчисление и  уплата обществом НДС с операций по дальнейшей реализации выполненных работ ЗАО  «Восток-Центр» не имеет правового значения для исполнения ООО «СМУ-4»  обязанностей по уплате налога в качестве налогового агента.  

Одинаковое наименование налога в рассматриваемом случае не является  

основанием для признания налогов тождественными. В рассматриваемом случае спорный  НДС (налоговый агент) имеет иную правовую природу, нежели НДС, уплаченный  налогоплательщиком с реализации.  

 В первом случае, в отношении операций с иностранной организацией ООО «СМУ- 1», выступает не как налогоплательщик, а как налоговый агент, фактически при оплате  стоимости услуг (работ) у налогового агента возникает обязанность по перечислению  НДС в бюджет за иностранную организацию, которая на учете в РФ не состоит (пункт 4  статьи 174 НК РФ).  

Во втором же случае, при реализации в дальнейшем работ (услуг) ООО «СМУ-1»  является плательщиком НДС и на основании пункта 1 статьи 168 НК РФ обязано  предъявить к оплате покупателю соответствующую сумму НДС, исчислить сумму налога  исходя из стоимости реализованных товаров и уплатить ее в бюджет в порядке,  установленном статьей 174 НК РФ.  

Таким образом, указанные обязанности общества не связаны между собой и  самостоятельны по отношению друг к другу. Налогообложение сделок осуществляется  единожды и не приводит к двойному налогообложению, поскольку объект  налогообложения возникает у разных налогоплательщиков в разных суммовых  выражениях.  

Кроме того, уплата ООО «СМУ-1» в первом случае НДС в бюджет за иностранную  организацию не приведет к каким-либо финансовым потерям, поскольку в соответствии с  абзацем 3 пункта 3 статьи 171 НК РФ при соблюдении условии уплаты налога в бюджет в  качестве налогового агента общество имеет право включить сумму этого налога в состав  налоговых вычетов.  

Предложенный ООО «СМУ-1» расчет пени по НДС (налоговый агент),  рассчитанный с учетом поступления в бюджет суммы НДС с последующей реализации, а  также наличия у ООО «УМР» права на налоговый вычет в сумме, аналогичной  исчисленному НДС, не принят судом первой инстанции во внимание, как не  соответствующий требованиям пунктов 3 и 4 статьи 75 НК РФ.  

Поскольку на момент вынесения оспариваемого решения налогового органа ООО  «СМУ-1» со спорных сделок с иностранным контрагентом НДС в бюджет не уплатило,  суд первой инстанции на основании статей 71, 75 НК РФ пришел к выводу о начислении  правовых оснований для начисления Обществу соответствующих сумм пени, при этом суд  правомерно исходил из следующего.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации,  выраженной в Постановлении от 17.12.1996 № 20-П, пеня представляет собой  

компенсацию потерь бюджета в результате недополучения налоговых сумм в срок в  случае задержки уплаты налога.  

Согласно абзацу 7 пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ № 57 в случае  неудержания налога при выплате денежных средств иностранному лицу с налогового  агента могут быть взысканы пени, начисляемые до момента исполнения обязанности по  уплате налога (в связи с неучетом данного иностранного лица в российских налоговых  органах и невозможностью его налогового администрирования).  

Таким образом, возложение на налогового агента обязанности по уплате пени в  настоящем деле соответствует разъяснениям, изложенным в абзаце 7 пункта 2  постановления Пленума ВАС РФ № 57, и согласуется с правовыми позициями,  изложенными Конституционным Судом Российской Федерации в пункте 5 постановления  от 17.12.1996 № 20-П.  

Судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы заявителя о  неправомерном начислении пени за период с даты перечисления доходов иностранной  компании до даты составления решения, поскольку ООО «СМУ-1» имеет право на  налоговый вычет в сумме аналогичной исчисленному НДС. Суд верно указал на то, что  ООО «СМУ-1» не исчислило и не уплатило НДС (налоговый агент), соответственно,  право на применение налогового вычета отсутствует.  

Данный вывод соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской  Федерации, изложенной в определении от 28.05.2021 № 302-ЭС21-6630 по делу № А1918890/2019.  

Как полагает налогоплательщик обстоятельства уплаты налогоплательщиком в  бюджет (09.01.2020) 10 000 000 руб., а также последующее принятие налоговым органом  решений о возмещении и зачете сумм НДС в счет уплаты недоимки по оспариваемому  решению налогового органа, свидетельствуют об отсутствии недоимки по НДС в размере  27 208 904 руб.  

Суд первой инстанции, давая оценку данному доводу, правомерно исходил из  следующего.  

В данном случае указанные налогоплательщиком обстоятельства, перечисления  НДС в бюджет в отношении рассматриваемых хозяйственных отношений только в 2020  году, а также принятия налоговым органом решений в 2021 году о возмещении и зачете  сумм НДС в счет уплаты недоимки по оспариваемому решению налогового органа,  наоборот, подтверждают позицию налогового органа, как о правомерности  произведенных доначислений по налогу на добавленную стоимость (налоговый агент) за  проверенный налоговым органом период 2014-2015 годов, так и соответствующих пени.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 174 НК РФ уплата налога производится  налоговыми агентами одновременно с выплатой (перечислением) денежных средств  таким налогоплательщикам.  

 Поскольку НДС в качестве налогового агента обществом в проверенном периоде  2014-2015 гг. (в т.ч. одновременно на момент выплаты (перечисления) денежных средств  иностранной компании) перечислен в бюджет не был, а был уплачен в бюджет ООО  «СМУ-1» только в 2020-2021 году, основания для вывода об отсутствии недоимки на дату  вынесения оспариваемого решения 28.12.2020 отсутствуют.  

Апелляционный суд, соглашаясь с выводом суда первой инстанции, отклоняет  довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не учел того  обстоятельства, что в рассматриваемом случае отсутствовали какие-либо потери для  бюджета (казны), поскольку Общество не рассматривало спорные операции в качестве  облагаемых НДС (не уплачивало налог), но и также не использовало в последующем  принадлежащее ему корреспондирующее право на применение налогового вычета по  данной операции, отмечает следующее.  

Как следует из материалов дела, Трудовая компания с ограниченной  ответственностью «Цзин Тан» в Нань Тун является иностранной организацией, не  состоящей на учете в российских налоговых органах. Следовательно, в соответствии с  абзацем 2 пункта 4 статьи 174 НК РФ, ООО «СМУ-1» обязано было уплатить НДС в  бюджет одновременно с выплатой (перечислением) денежных средств иностранному  исполнителю услуг/работ (Трудовой компании с ограниченной ответственностью «Цзин  Тан» в Нань Тун).  

Однако, ООО «СМУ-1» уплатило НДС в бюджет с рассматриваемой операции  только в 2020-2021 году (09.01.2020 - 10 000 000 рублей, 08.07.2021 -162 600,23 рубля),  оставшаяся сумма недоимки в размере 17 046 303,77 рубля погашена по решениям  налогового органа путем зачета сумм НДС, возмещенных из бюджета (07.12.2021,  22.03.2022).  

Следовательно, данные обстоятельства, а именно: несвоевременная уплата налога в  бюджет (оплата произведена спустя 5-6 лет после установленного НК РФ срока)  свидетельствует о наличии ущерба для государственной казны в виде неполучения  налоговых сумм в установленный законодательством срок.  

Ссылка налогоплательщика на определение Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2022 № 305-ЭС22-14014 по делу   № А41-57693/2021, приведенная в обоснование своей позиции, подлежит отклонению,  поскольку, напротив, свидетельствует в пользу налогового органа. Из данного  

определения следует, что судом при рассмотрении данной категории налоговых дел  подлежат установлению обстоятельства наличия либо отсутствия потерь казны, что и  было сделано в рамках настоящего дела.  

Доводы же налогоплательщика об обратном (об отсутствии и недоказанности  налоговым органом наличия потерь бюджета) основаны на ином видении данных  обстоятельств и не опровергают выводы суда, а также не подтверждают наличие  нарушений норм материального права в судебном акте.  

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции при признании  правомерным начисления налоговым органом пени не установил величину потерь  бюджета, подлежит отклонению на основании следующего.  

В Постановлении от 17.12.1996 № 20-П Конституционный Суд Российской  Федерации отметил, что неуплата налога в срок должна быть компенсирована  погашением задолженности по налоговому обязательству, полным возмещением ущерба,  понесенного государством в результате несвоевременного внесения налога. Поэтому к  сумме не внесенного в срок налога (недоимки) законодатель вправе добавить  дополнительный платеж - пени или компенсацию потерь государственной казны в  результате недополучения налоговых сумм в срок в случае задержки уплаты налога.  

В данном случае судом установлен факт неуплаты налогоплательщиком сумм НДС  в установленный законом срок, что свидетельствует о финансовых потерях для бюджета,  на основании чего происходит начисление пени, в соответствии со статьей 75 НК РФ.  

Поскольку у общества имелась недоимка по НДС в размере 27 208 904 рублей,  которая была уплачена в более поздний срок, чем это предусмотрено абз. 2 п. 4 ст. 174 НК  РФ, а именно в 2020-2021 году, т.е. по истечении 5-6 лет с даты, когда налог должен был  уплачен в бюджет, начисление пеней в размере 14 372 991,44 рубля на эту сумму налога  является законным.  

Отклоняя довод апелляционной жалобы о неправомерности признания судом  допустимым доказательством по делу постановления СУ СК РФ по Иркутской области от  13.10.2021 об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении руководителя ООО  «СМУ-1» ФИО7, отмечает следующее.  

Процессуальные документы следствия могут оцениваться в качестве одного из  письменных доказательств (статья 64 АПК РФ) в совокупности с иными  доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле.  

АПК РФ не препятствует арбитражному суду в рамках рассматриваемого им дела  принять в качестве одного из доказательств постановление об отказе в возбуждении  уголовного дела и с учетом данного постановления наряду с другими доказательствами  

установить и оценить те или иные имеющие значение для разрешаемого дела  обстоятельства (статья 71 АПК РФ).  

Как следует из обжалуемого решения, выводы суда первой инстанции основаны на  оценке доказательств и установленных обстоятельств, полученных и установленных  налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки налогоплательщика.  Постановление СУ СК РФ по Иркутской области от 13.10.2021 об отказе в возбуждении  уголовного дела в отношении руководителя ООО «СМУ-1» учтено судом как одно из  доказательств, подтверждающее материалы проверки инспекции.  

Довод Общества о том, что следователем доследственная проверка фактически не  проводилась, поскольку документы не истребовались и не исследовались, отклоняется  апелляционным судом как несостоятельный.  

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы постановление СУ СК РФ  по Иркутской области от 13.10.2021 об отказе в возбуждении уголовного дела в  отношении руководителя ООО «СМУ-1» ФИО7 обоснованно оценено судом в  совокупности с другими доказательствами по делу.  

Суд первой инстанции относительно пояснений налогоплательщика, согласно  которым он не согласен с приобщением налоговым органом к материалам дела  постановления СУ СК РФ по Иркутской области от 13.10.2021 об отказе в возбуждении  уголовного дела в отношении руководителя ООО «СМУ-1» ФИО7, указал  следующее.  

Учитывая тот факт, что указанное постановление об отказе в возбуждении  уголовного дела не является приговором суда, оно, действительно, не имеет  преюдициального значения для настоящего спора в силу части 4 статьи 69 АПК РФ.  Вместе с тем суд вправе учитывать этот документ как письменное доказательство,  подлежащее оценке наряду с другими имеющимися в материалах дела доказательствами  по правилам статей 64, 67, 68, 71 и 75 АПК РФ.  

Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела констатировано наличие  в действиях ФИО7 состава преступления, предусмотренного как частью 1  статьи 199.1 УК РФ, так и частью 1 статьи 199 УК РФ. Прекращение уголовного дела в  связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности не влечет  реабилитацию лица, обвиняемого в совершении указанного преступления.  

В соответствии с УПК РФ отказ в возбуждении уголовного дела по данному  нереабилитирующему основанию допускается лишь при невозможности применения  реабилитирующих оснований в виде отсутствия события или состава преступления  (пункты 1 и 2 части первой статьи 24 данного УПК РФ) и при согласии с этим решением  

лица, в отношении которого оно принимается.  

Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела за истечением сроков  давности уголовного преследования, которое в силу части четвертой статьи 7 УПК РФ  должно быть законным, обоснованным и мотивированным, констатируется как событие  преступления, так и совершение его конкретным лицом, если оно не оспаривает это  решение следователя.  

В указанном постановлении отражено, что 18.09.2021 от генерального директора  ОО «СМУ-1» ФИО7 поступило заявление о согласии с принятием в отношении  него решения об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с истечением сроков  давности. Следовательно, данным постановлением об отказе в возбуждении уголовного  дела за истечением сроков давности уголовного преследования, констатируется как  событие преступления, так и совершение его конкретным лицом, если оно не оспаривает  это решение следователя.  

Оснований не доверять обстоятельствам, изложенным в постановлении, у суда не  имеется. Кроме того, обстоятельства отраженные в постановлении согласуются с  материалами дела и в совокупности подтверждают выводы налогового органа в  оспариваемом решении.  

В своих пояснениях ООО «СМУ-1» фактически несогласно с вынесенным  постановлением, мотивируя свою позицию следующими доводами.  

Выводы следователя не соответствуют фактическим обстоятельствам дела,  позиции налогового органа; наличие личного интереса ФИО7 не подтверждено  доказательствами; отсутствие крупного размера причинного бюджету ущерба с учетом  позиции Верховного Суда РФ (наличие у ООО «СМУ-1» право на налоговый вычет),  указывает на отсутствие состава преступления; формальное отношение следователя к  проводимым им мероприятиям и т.д.  

По данным доводам следует отметить, что, сама по себе достоверность, законность  данного постановления руководителем ООО «СМУ-1» в предусмотренном  законодательством порядке не оспаривалась.  

ФИО7 с вынесенным в отношении него постановлением об отказе в  возбуждении уголовного дела, по указанному основанию, согласился.  

Таким образом, данное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от  13.10.2021 в установленном законом порядке ни обществом, ни лично ФИО7  не оспорено и не отменено, соответственно не утратило юридическую силу. При этом,  отсутствие вины в причинении ущерба бюджету государства стороной также не доказано.  

Само по себе критическое отношение ООО «СМУ-1» к указанному постановлению,  

не может являться основанием для признания данного доказательства ненадлежащим.  

Изложенные обстоятельства в постановлении об отказе в возбуждении уголовного  дела в отношении руководителя ООО «СМУ-1», в целом подтверждают факты, указанные  в оспариваемом решении.  

По результатам проведенной доследственной проверки подтверждены  обстоятельства, установленные инспекцией, свидетельствующие о том, что договорные  отношения между ООО «СМУ-1» и его контрагентом ООО «РСТ» (выполнение  подрядных работ) не связаны с реальной финансово-хозяйственной деятельностью, а  направлены на неправомерное завышение ООО «СМУ-1» налоговых вычетов по НДС и  расходов по налогу на прибыль организаций.  

Также установлено, что ООО «РСТ» фактически никаких работ для ООО «СМУ-1»  не оказывало; работы, которые были переданы ООО «РСТ» на субподряд фактически  были выполнены собственными силами ООО «СМУ-1» и сданы заказчику ЗАО «Восток- Центр», до заключения договора с ООО «РСТ».  

 Предоставление ФИО7 в бухгалтерию ООО «СМУ-1» документов  первичного бухгалтерского учета по взаимоотношениям с ООО «РСТ», для последующего  их отражения в бухгалтерском учете и в налоговых декларациях ООО «СМУ-1» по НДС и  налогу на прибыль за 2014 год указывают на умышленные действия данного лица,  направленные на занижение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль организаций и  необоснованного применения вычетов по НДС и, как следствие, уклонение от уплаты  указанных налогов в бюджет РФ.  

 Также в ходе доследственной проверки подтвержден факт неисполнения  генеральным директором ООО «СМУ-1» ФИО7 обязанностей налогового  агента по исчислению НДС (налоговый агент) подлежащего в соответствии с  законодательством РФ о налогах и сборах исчислению, удержанию у налогоплательщика  и перечислению в соответствующий бюджет, за период 2-4 квартал 2014 года, 1-4 квартал  2015 года в размере 27 208 904 руб.  

Таким образом, в указанном постановлении нашли свое подтверждение факты  нарушения налогового законодательства, установленные налоговым органом,  допущенные директором ООО «СМУ-1» ФИО7, выразившиеся в  неисполнении обязанностей налогового агента по удержанию и перечислению НДС,  установленной законодательством РФ о налогах и сборах. Как указал следователь, ООО  «СМУ-1» с целью уклонения от уплаты налогов составлен фиктивный документооборот с  китайской компанией, фактически выполнявшей подрядные строительно-монтажные  работы, вместо заявленных услуг по подбору и адаптации иностранного персонала.  

Апелляционным судом отклоняется довод Общества о том, что в обжалуемом  решении суда первой инстанции отсутствует оценка заявленных ООО «СМУ-1» доводов  относительно обоснованности оспариваемого решения налогового органа, как  противоречащий тексту обжалуемого судебного акта, в котором дана оценка доводам  налогоплательщика.  

На основании вышеизложенного апелляционный суд считает, что суд первой  инстанции, принимая во внимание установленные по делу фактические обстоятельства и  их оценку, пришел к обоснованному и правомерному выводу о том, что решение  МИФНС России № 14 по Иркутской области от 28.12.2020 № 08-51/8 об отказе в  привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения (с  изменениями, внесенными решением УФНС России по Иркутской области от 11.05.2021   № 26-13/008767@) в оспариваемой части соответствует закону и не нарушает права и  законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической  деятельности. В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно отказал  налогоплательщику в удовлетворении заявленных требований.  

Рассмотрев встречное исковое заявление налогового органа, уточненное в порядке  статьи 49 АПК РФ о взыскании с ООО «СМУ-1» пени по налогу на добавленную  стоимость в сумме 14 372 991 руб. 44 коп., судом первой инстанции установлены  следующие обстоятельства.  

Как указано выше, оспариваемы решением от 28.12.2020 № 08-51/8 об отказе в  привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения  обществу начислен налог на прибыль организаций за 2014 год в размере 9 085 962 руб.,  налог на добавленную стоимость за 1, 2, 4 кварталы 2014 года в размере 13 187 024 руб.  по взаимоотношениям с ООО «РСТ» и ООО «Байкал-Экспорт». Кроме того, ООО «СМУ- 1» начислен НДС, подлежащий перечислению налоговым агентом, в размере 32 106 508  руб. и соответствующие пени в размере 17 600 736 руб. 94 коп. Также обществу  предложено перечислить налог на доходы физических лиц, не перечисленный налоговым  агентом, в размере 1 584 006 руб. и соответствующие пени в размере 976 050 руб. 30 коп.  

ООО «СМУ-1», не согласившись с решением от 28.12.2020 № 08-51/8, в порядке,  предусмотренном статьей 139.1 НК РФ, обратилось в УФНС России по Иркутской  области с апелляционной жалобой, в которой просило решение отменить.  

Решением УФНС по Иркутской области от 11.05.2021 № 26-13/008767@,  вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы ООО «СМУ-1»,  решение МИФНС России № 14 по Иркутской области от 28.12.2020 № 08-51/8 отменено в  части начисления пени по НДС (налоговый агент) в размере 480 503 руб. 60 коп.,  

уменьшен исчисленный в завышенном размере за 2015 год налог на прибыль организаций  на 82 421 руб., в т.ч. в федеральный бюджет - 8 242 руб., в региональный бюджет - 74 179  руб., в остальной части доначисления сумм налогов, пени оставлены без изменения,  жалоба - без удовлетворения.  

После вступления 11.05.2021 в законную силу решения налогового органа от  28.12.2021 № 08-51/8 об отказе в привлечении налогоплательщика к ответственности за  совершение налогового правонарушения на основании пункта 2 статьи 70 НК РФ в адрес  налогоплательщика выставлено требование № 381404441 об уплате налога, сбора,  страховых взносов, пени, штрафа, процентов (для организаций, индивидуальных  предпринимателей) по состоянию на 18.05.2021.  

С учетом уплаты платежными поручениями 09.01.2020 организацией в качестве  налогового агента НДС в размере 10 000 000 руб., а также 15.11.2019 - налога на доходы  физических лиц в размере 1 584 006 руб., наличия переплаты по налогу на прибыль  (уменьшение аванса по расчету за 9 месяцев 2020 год) на 4230 руб., в т.ч. в федеральный  бюджет - 635 руб., в региональный бюджет - на 3595 руб., требованием предъявлена к  уплате недоимка по налогам на сумму 44 768 018 руб. 76 коп. и пени на сумму 32 368 173  руб. 70 коп. со сроком уплаты до 21.06.2021.  

Требование № 381404441 направлено в адрес налогоплательщика 21.05.2021 по  почте заказным письмом № 800925600008127 (в соответствии с пунктом 6 статьи 69 НК  РФ отправление считается полученным по истечении шести дней с даты направления  заказного письма), по телекоммуникационным каналам связи 31.05.2021 и получено  обществом 08.06.2021.  

Обществом требование налогового органа исполнено в части, а именно, уплачена  сумма НДС (налоговый агент) в размере 162 600 руб. 23 коп. (платежное поручение от  08.07.2021 № 005163).  

 Решением УФНС России по Иркутской области от 02.08.2021 № 26-25/014619@  решение налогового органа от 28.12.2021 № 08-51/8 об отказе в привлечении  налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения  отменено в части исчисления суммы НДС (налоговый агент) в размере 4 897 604 руб.,  соответствующих пеней в размере 2 747 241 руб. 90 коп.  

Оставшаяся сумма задолженности по налогу погашена путем зачета имеющейся  переплаты по НДС (налоговый агент) в сумме 17 046 303 руб. 77 коп. на основании  заявления налогоплательщика.  

Соответственно, у ООО «СМУ-1» осталось неуплаченной задолженность по пени  по налогу на добавленную стоимость в сумме 14 372 991 руб. 44 коп.  

 В соответствии с пунктом 1 статьи 45 НК РФ неисполнение или ненадлежащее  исполнение обязанности по уплате налога является основанием для направления  налогоплательщику требования об уплате налога.  

Согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 45 НК РФ в случае неуплаты или неполной  уплаты налога в установленный срок производится взыскание налога в порядке,  предусмотренном Кодексом, с организации или индивидуального предпринимателя, если  их обязанность по уплате налога основана на изменении налоговым органом юридической  квалификации сделки, совершенной таким налогоплательщиком, или статуса и характера  деятельности этого налогоплательщика.  

Судом в ходе судебного разбирательства установлено, что налоговым органом  правомерно произведена переквалификация рассматриваемых взаимоотношений как  вытекающих из договоров подряда.  

Представленный налоговым органом при рассмотрении дела расчет суммы пени  судом проверен, признан верным, арифметическая правильность расчета обществом не  оспорена.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что требование  налогового органа о взыскании с ООО «СМУ-1» пени по налогу на добавленную  стоимость в сумме 14 372 991 руб. 44 коп., подлежит удовлетворению в полном объеме.  

В дополнении к апелляционной жалобе Обществом заявлен довод о пропуске  налоговым органом срока на обращение в суд с заявлением о взыскании задолженности в  судебном порядке.  

Как полагает налогоплательщик судом первой инстанции при принятии решения не  были приняты во внимание требования действующего законодательства в части срока  обращения налогового органа в суд с заявлением о взыскании пени по оспариваемому  решению налогового органа, что привело к принятию незаконного судебного акта и, как  следствие, к нарушению прав налогоплательщика.  

В обоснование своего довода налогоплательщик ссылается на то, что налоговым  органом нарушены сроки, предусмотренные статьей 101 НК РФ на вынесение  оспариваемого решения от 28.12.2020 № 08-51/8 об отказе в привлечении  налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения и, как  следствие, нарушены сроки на выставление требования и обращения в суд.  

Общество указывает, что с учетом процессуальных сроков на рассмотрение  материалов выездной налоговой проверки, акта налоговой проверки, возражений  Общества на данный акт налоговой проверки, на вынесение решения Инспекции по  проверки и вынесение Управлением решения по апелляционной жалобе Общества на  

данное решение, требование в соответствии со статьей 70 НК РФ должно быть направлено  Обществу не позднее 02.09.2019, а иск налогового органа о взыскании задолженности в  суд подан не позднее 07.10.2020. Вместе с тем, в нарушение установленных НК РФ сроков  налоговым органом выставлено требование по состоянию на 18.05.2021 со сроком  исполнения по нему до 21.06.2021, с иском о взыскании пени инспекция обратилась в суд  только 18.08.2021.  

При таких обстоятельствах, как полагает налогоплательщик, принимая во  внимание пропуск налоговым органом срока на обращение в суд с заявленными  требованиями, а также отсутствие ходатайства о восстановлении пропущенного срока, у  суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения исковых требований  по встречному исковому заявлению.  

Данный довод подлежит отклонению на основании следующего. 

Из материалов дела следует, что по результатам проведенной Межрайонной ИФНС  России № 14 по Иркутской области налоговой проверки составлен акт № 08-31/8 от  24.10.2018.  

Налогоплательщик воспользовался правом, предусмотренным п. 6 ст. 100 НК РФ, и  представил в налоговый орган письменные возражения по указанному акту от 03.12.2018   № 127 (вх. № 020950).  

13.12.2018 состоялось рассмотрение материалов проверки в присутствии  представителей организации - руководителя ООО «СМУ-1» ФИО7,  представителей ФИО9, ФИО10  

В связи с представлением налогоплательщиком 03.12.2018 возражений, требующих  оценки приведенных в возражениях обстоятельств, в целях вынесения обоснованного  решения и обеспечения права налогоплательщика участвовать через представителя в  рассмотрении материалов проверки и заявленных возражений, на основании п. 1 ст. 101  НК РФ продлен срок рассмотрения материалов налоговой проверки до 18.01.2019.  

18.01.2019 в отсутствие представителей налогоплательщика на основании п. 6 ст.  101 НК РФ принято решение № 9/8 о проведении дополнительных мероприятий  налогового контроля в срок до 18.02.2019.  

Материалы, полученные в результате проведенных мероприятий, вручены  представителю организации 18.02.2019, 22.02.2019 и 01.03.2019, 14.03.2019, 21.03.2019.  

14.03.2019 на основании п. 1 ст. 101 НК РФ в связи с тем, что часть документов  (информации), истребованных в рамках дополнительных мероприятий налогового  контроля по состоянию на 13.03.2019 не поступили в налоговый орган, однако у  налогового органа имелась информация об исполнении запросов и поручений, принимая  

во внимание, что с материалами, полученными в рамках дополнительных мероприятий  налогового контроля налогоплательщик не ознакомлен, а налоговым органом документы  и информация не оценены, в целях обеспечения права налогоплательщика на  ознакомление со всеми материалами, полученными в рамках дополнительных  мероприятий налогового контроля и права предоставления своих пояснений и возражений  на них продлен срок рассмотрения материалов налоговой проверки до 17.04.2019.  

17.04.2019 генеральным директором ООО «СМУ-1» заявлено ходатайство о  продлении срока рассмотрения материалов проверки в связи с необходимостью  ознакомления с материалами проверки ООО «СМУ-1» нового представителя. Принято  решение от 17.04.2019 № 9/10 о продлении срока рассмотрения материалов налоговой  проверки до 17.05.2019.  

17.05.2019 налогоплательщиком представлены дополнения к возражениям на акт  налоговой проверки, в связи с чем, в целях вынесения объективного решения принято  решение о продлении срока рассмотрения материалов налоговой проверки до 17.06.2019.  

17.06.2019, 17.07.2019 в рамках рассмотрения материалов налоговой проверки в  целях вынесения объективного решения по результатам налоговой проверки принято  решения о продлении срока рассмотрения материалов налоговой проверки.  

22.07.2019 налогоплательщиком представлены дополнения к возражениям на акт  налоговой проверки.  

19.08.2019 в рамках рассмотрения материалов проверки начальником  Межрайонной ИФНС России № 14 по Иркутской области ФИО11 в связи с  увольнением лица, ранее рассматривающего материалы выездной налоговой проверки  ООО «СМУ-1» ФИО12, и, соответственно, со сменой лица, рассматривающего  указанные материалы проверки, в целях вынесения объективного решения по результатам  проведения выездной налоговой проверки принято решение от 19.08.2019 № 9/14 о  продлении срока рассмотрения материалов налоговой проверки до 19.09.2019.  

19.09.2019 в рамках рассмотрения материалов налоговой проверки  налогоплательщиком представлены дополнения к возражениям, в целях вынесения  объективного решения по результатам налоговой проверки принято решение о продлении  срока рассмотрения материалов налоговой проверки до 21.10.2019  

21.10.2019 в рамках рассмотрения материалов налоговой проверки в целях  вынесения объективного решения по результатам налоговой проверки принято решение о  продлении срока рассмотрения материалов налоговой проверки до 20.11.2019.  

20.11.2019 в рамках рассмотрения материалов налоговой проверки в связи со  сменой лица, рассматривающего материалы выездной налоговой проверки ООО «СМУ- 

1», и в целях вынесения объективного решения по результатам проведенной выездной  налоговой проверки принято решение о продлении срока рассмотрения материалов  налоговой проверки до 20.12.2019.  

20.12.2019 в рамках рассмотрения материалов налоговой проверки в целях  вынесения объективного решения по результатам налоговой проверки принято решение о  продлении срока рассмотрения материалов налоговой проверки до 20.01.2020.  

20.01.2020 принято решение о продлении срока рассмотрения материалов  налоговой проверки до 20.02.2020, в связи с неверным уведомлением налогоплательщика  о дате рассмотрения.  

20.02.2020 налогоплательщиком представлено ходатайство об отложении  рассмотрения материалов проверки по ООО «СМУ-1» на 30 дней, в связи с чем, принято  решение о продлении срока рассмотрения материалов налоговой проверки до 20.03.2020.  

20.03.2020 налогоплательщик на рассмотрение материалов налоговой проверки не  явился, принято решение о продлении срока рассмотрения материалов налоговой  проверки до 20.04.2020.  

20.04.2020 рассмотрение материалов налоговой проверки не состоялось, в связи с  распространением коронавирусной инфекции (COVID-19) в соответствии с: п. 4  постановления Правительства Российской Федерации от 02.04.2020 № 409 «О мерах по  обеспечению устойчивого развития экономики»; п. 2 постановления Правительства от  30.05.2020 № 792 «О внесении изменений в постановление Правительства Российской  Федерации от 02.04.2020 № 409», также письмом ФНС России от 09.04.2020 № СД-4- 2/5985@ течение сроков, установленных Кодексом (в том числе сроков, предусмотренных  статьями 100, 101 и 101.4 Кодекса) в отношении выездных (повторных выездных)  налоговых проверок, в том числе рассмотрение материалов налоговой проверки было  приостановлено с 31.03.2020 и возобновлено после 30.06.2020.  

По окончании сроков приостановлений рассмотрение материалов налоговой  проверки Инспекцией назначено на 14.07.2020.  

14.07. 2020 налогоплательщик на рассмотрение материалов налоговой проверки не  явился. Налогоплательщиком представлено ходатайство от 09.07.2020 б/н об отложении  рассмотрения материалов проверки по ООО «СМУ-1» на 30 дней.  

14.08.2020, 11.09.2020 в рамках рассмотрения материалов проверки  налогоплательщиком представлены дополнения к возражениям (вх. от 14.08.2020, №  013334, вх. от 11.09.2020 № 014687) на акт налоговой проверки, в связи с чем, в рамках  рассмотрения материалов налоговой проверки приняты решения о продлении срока  рассмотрения материалов налоговой проверки.  

12.10.2020 налогоплательщик на рассмотрение материалов налоговой проверки не  явился, представлено ходатайство от 09.10.2020 б/н об отложении рассмотрения  материалов проверки по ООО «СМУ-1». Причиной отложения указана необходимость  подготовки дополнительных пояснений.  

12.11.2020 в связи с временной нетрудоспособностью лица, рассматривающего  материалы проверки, а также представлением налогоплательщиком дополнительных  возражений (вх.018091 от 10.11.2020) принято решение о продлении срока рассмотрения  материалов налоговой проверки до 11.12.2020.  

 11.12.2020 налогоплательщик на рассмотрение материалов налоговой проверки не  явился, в связи, с чем принято решение о продлении срока рассмотрения материалов  налоговой проверки до 28.12.2020.  

По итогам состоявшегося 28.12.2020 (в отсутствии представителей общества)  рассмотрения всех имеющихся в распоряжении налогового органа материалов выездной  налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля, возражений  общества, инспекция приняла решение № 08-51/8 от 28.12.2020 об отказе в привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения.  

Не согласившись с данным ненормативным актом, налогоплательщик реализовал  свое право на апелляционное обжалование в УФНС России по Иркутской области.  

Решением УФНС по Иркутской области от 11.05.2021 № 26-13/008767@ указанное  решение МИФНС России № 14 по Иркутской области отменено в части начисления пени  по НДС (налоговый агент) в размере 480 503,6 руб., уменьшен исчисленный в  завышенном размере за 2015 год налог на прибыль организаций на 82 421 руб., в т.ч. в  федеральный бюджет - 8 242 руб., в региональный бюджет - 74 179 руб., в остальной  части доначисления сумм налогов, пени оставлены без изменения, жалоба - без  удовлетворения.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 70 НК РФ требование об уплате налога по  результатам налоговой проверки должно быть направлено налогоплательщику  (ответственному участнику консолидированной группы налогоплательщиков) в течение  20 дней с даты вступления в силу соответствующего решения. Правила, предусмотренные  указанной статьей, применяются также в отношении сроков направления требований об  уплате пеней (пункт 3 статьи 70 НК РФ).  

Согласно пункту 2 статьи 6.1 НК РФ течение срока начинается на следующий день  после календарной даты или наступления события (совершения действия), которым  определено его начало.  

Решение о привлечении к ответственности за совершение налогового  

правонарушения и решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение  налогового правонарушения вступают в силу по истечении одного месяца со дня вручения  лицу, в отношении которого было вынесено соответствующее решение (его  представителю). В случае подачи апелляционной жалобы на решение налогового органа в  порядке, предусмотренном статьей 101.2 НК РФ, указанное решение вступает в силу со  дня его утверждения вышестоящим налоговым органом полностью или в части (пункт 9  статьи 101 НК РФ).  

После вступления 11.05.2021 в законную силу решения налогового органа от № 0851/8 об отказе в привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение  налогового правонарушения на основании п. 2 ст. 70 НК РФ в адрес налогоплательщика  выставлено требование № 381404441 об уплате налога, сбора, страховых взносов, пени,  штрафа, процентов (для организаций, индивидуальных предпринимателей) от 18.05.2021,  в соответствии с которым Обществу надлежало в срок до 21.06.2021 уплатить недоимку в  общем размере 44 768 018,76 рублей и задолженность по пени в общем размере 32 368  173,78 рублей.  

Таким образом, налоговый орган сформировал и направил требование обществу с  соблюдением норм НК РФ и на основании вступившего в силу решения Инспекции от  28.12.2021 № 08-51/8 об отказе в привлечении налогоплательщика к ответственности за  совершение налогового правонарушения.  

Следовательно, сроки выставления требования налоговым органом не нарушены,  оснований же ссылаться на предположительный срок, когда должно быть принято  решение, не имеется.  

Также из материалов дела следует, что длительность проверки обусловлена  представлением документов, рассмотрением ходатайств, в том числе с учетом  действующих ограничений, связанных с распространением новой коронавирусной  инфекции COVID-19, и принятием мер, предусмотренных Постановлением Правительства   № 409 от 02.04.2020 «О мерах по обеспечению устойчивого развития экономики».  

Доказательства умышленного и неправомерного затягивания инспекцией принятия  решения по результатам выездной налоговой проверки в материалы дела не  представлены, как не представлены и доказательства излишнего администрирования,  повлекшего нарушения прав налогоплательщика. Общество неоднократно в ходе  рассмотрения материалов проверки представляло возражения на акт проверки, что  повлекло ее продление. Таким образом, длительная процедура оформления результатов  выездной налоговой проверки была обусловлена объективными обстоятельствами.  

При таких обстоятельствах довод общества о том, что налоговым органом не  

соблюден срок на вынесение решения по результатам выездной налоговой проверки  общества и рассмотрения вышестоящим налоговым органом апелляционной жалобы на  данное решение, подлежит отклонению.  

Кроме того, следует отметить, что само по себе нарушение длительности  вынесения решения по налоговой проверки не может иметь юридического значения для  оценки правомерности действий налогового органа на стадии взыскания задолженности  по налогам. Иное приводило бы к смешению сроков, относящихся к различным  административным процедурам.  

Пунктом 4 статьи 69 НК РФ установлено, что требование должно быть исполнено в  течение 8 дней с даты получения, если более продолжительный период времени для  уплаты налога не указан в требовании.  

В соответствии с частью 2 статьи 213 АПК РФ заявление о взыскании подается в  арбитражный суд, если не исполнено требование заявителя об уплате взыскиваемой  суммы в добровольном порядке или пропущен указанный в таком требовании срок  уплаты.  

Согласно пункту 2 статьи 45 НК РФ, в случае неуплаты или неполной уплаты  налога в установленный срок производится взыскание налога в порядке, предусмотренном  НК РФ.  

В силу подпункта 3 пункта 2 статьи 45 НК РФ взыскание налога в судебном  порядке производится с организации или индивидуального предпринимателя, если их  обязанность по уплате налога основана на изменении налоговым органом юридической  квалификации сделки, совершенной таким налогоплательщиком, или статуса и характера  деятельности этого налогоплательщик.  

Согласно п. 3 ст. 46 НК РФ заявление может быть подано в суд в течение шести  месяцев после истечения срока исполнения требования об уплате налога.  

В материалы дела представлено требование № 381404441 об уплате суммы налога,  пени, штрафов со сроком исполнения до 21.06.2021.  

18.08.2021 встречное заявление налогового органа о взыскании налога, пени от №  03-11/07882 поступило в Арбитражный суд Иркутской области, следовательно, налоговым  органом соблюдены сроки, установленные п.3 ст. 46 НК РФ для обращения в суд.  

При таких обстоятельствах доводы налогоплательщика о нарушении срока  обращения налогового органа в суд с заявленными требованиям о взыскании пени  являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.  

Ссылка на п.31 Пленума № 57 приведена заявителем без учета правовой позиции,  выраженной в п.6 Обзора правовых позиций, отраженных в судебных актах  

Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской  Федерации, принятых во втором квартале 2021 года по вопросам налогообложения.  

В частности, не принято во внимание, что само по себе нарушение длительности  проведения налоговой проверки не может иметь юридического значения для оценки  правомерности действий налогового органа на стадии взыскания задолженности по  налогам. Иное приводило бы к смешению сроков, относящихся к различным  административным процедурам – сроков производства по делу о нарушении  законодательства о налогах и сборах, и сроков исполнения решения, принятого по  результатам названного производства.  

При этом, в отличие от процедуры взыскания задолженности, нарушение  длительности производства по делу о нарушении законодательства о налогах и сборах  может быть обусловлено совокупностью причин, имеющих различный характер - как  объективный (например, не поступление ответов налоговому органу на направленные им  запросы иным лицам, позднее поступления ответов от уполномоченных органов других  государств в рамках обмена информацией), так и субъективный (необходимость  обеспечения реализации прав налогоплательщика, в том числе на ознакомление с  материалами налоговой проверки, на подготовку дополнительных возражений и т.п). В то  же время судебная практика признает, что регламентация сроков взыскания налогов,  равно как и сроков проведения налоговых проверок, имеет общие итоговые цели,  поскольку направлена на достижение равновесия интересов участников отношений,  регулируемых законодательством о налогах и сборах, на обеспечение правовой  определенности. Поэтому длительный срок проведения налоговой проверки может быть  признан недопустимым в той мере, в какой приводит к избыточному или не  ограниченному по продолжительности применению мер налогового контроля в  отношении налогоплательщиков (постановление Конституционного Суда Российской  Федерации от 16.07.2004 N 14-П и постановление Президиума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 18.03.2008 N 13084/07).  

Как видно из изложенных выше обстоятельств, отложение принятия решения по  результатам проверки в отношении ООО «СМУ-1» было обусловлено рядом объективных  и субъективных причин, бесспорное взыскание сумм НДС (налоговый агент) и пени  налоговым органом не осуществлялось, поскольку указанные доначисления были  основаны на переквалификации сделок.  

В статьях 46 и 47 Налогового кодекса Российской Федерации в первоначальной  редакции отсутствовали положения, которые бы объективно ограничивали срок  взыскания задолженности по налогам. Однако, начиная с 02.09.2010, в абзаце третьем  

пункта 1 статьи 47 Налогового кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального  закона от 27.07.2010 N 229-ФЗ) установлен двухлетний предельный срок судебного  взыскания задолженности, применяемый при утрате налоговым органом возможности  внесудебного взыскания.  

По смыслу закона упомянутый предельный двухлетний срок выступает гарантией  соблюдения принципа правовой определенности: он исчисляется с момента истечения  срока добровольного исполнения обязанности по уплате, указанного в требовании, и  поглощает иные предусмотренные статьями 46 - 47 Налогового кодекса Российской  Федерации сроки совершения промежуточных действий, направленных на взыскание  задолженности налоговым органом. В соответствии с волей законодателя по истечении  названного предельного срока налоговый орган, утративший возможность принятия  собственных решений (постановлений) о взыскании задолженности, также утрачивает и  право на обращение с соответствующим требованием в суд. Изложенное согласуется с  правовой позицией, выраженной в пункте 11 Обзора судебной практики по вопросам,  связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в  этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 20.12.2016).  

В случае превышения двухлетнего срока, возражения относительно нарушения  длительности проведения налоговой проверки могут быть заявлены налогоплательщиком  как при рассмотрении предъявленного к нему в судебном порядке требования о  взыскании задолженности, так и при оспаривании самим налогоплательщиком  выставленного налоговым органом требования об уплате налога, оспаривании решений  (постановлений), принятых налоговым органом в рамках внесудебного взыскания  задолженности, что согласуется с пунктом 31 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57.  

Данные выводы содержатся в Определении Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2021 № 307-ЭС21-2135 по делу   № А21-10479/2019 (Межрайонная ИФНС России № 7 по Калининградской области против  ООО «Неринга»).  

Применительно к рассмотрению настоящего дела судом первой инстанции не  установлено нарушений в части сроков обращения в суд, предусмотренных п.3 ст. 46 НК  РФ, поскольку с соответствующим заявлением налоговый орган обратился не позднее  18.08.2021, т.е. в пределах 6-месячного срока (требование № 381404441 со сроком  исполнения 21.06.2021).  

Необходимо отметить, что даже с учетом расчета сроков, приведенных заявителем  

в дополнениях к апелляционной жалобе, налоговый орган не нарушил общий  двухгодичный срок взыскания задолженности (со срока исполнения требования по  расчету налогоплательщика - 07.10.2019 - 2-х летний срок истекает 07.10.2021),  поскольку, как указывалось выше, согласно позиции Верховного Суда РФ допустимый  предельный срок на судебное взыскание задолженности поглощает иные  предусмотренные статьями 46 - 47 НК РФ сроки совершения промежуточных действий,  направленных на взыскание задолженности налоговым органом.  

При этом, следует отметить, что соответствующие доводы налогоплательщика о  несоблюдении налоговым органом сроков на вынесения решения, а также требования по  нему, обращения налогового органа в суд с соответствующими требованиями о взыскании  пени, не заявлялись налогоплательщиком в суде первой инстанции.  

Иные доводы относительно неправомерности взыскания задолженности по пени не  могут быть приняты во внимание, поскольку непосредственно налог (НДС, налоговый  агент) был уплачен заявителем самостоятельно частично до принятия итогового решения  по выездной налоговой проверке (от 28.12.2020 № 08-51/8).  

На основании изложенного, апелляционный суд приходит к выводу о  правомерности и обоснованности удовлетворения судом первой инстанции требования  налогового органа о взыскании с Общества задолженности по пени.  

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит  оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой проверены в  полном объеме, но не могут быть учтены как не влияющие на законность и  обоснованность принятого по делу судебного акта.  

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для  отмены или изменения решения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной  жалобы.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа,  подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем,  направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном  сайте суда в сети «Интернет».  

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут  быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего  ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.  

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации,  

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражный суд Иркутской области от 02 ноября 2022 года по делу  

 № А19-13491/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу –  

без удовлетворения. Постановление вступает в законную силу с момента его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского  

округа в течение двух месяцев с даты принятия через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий Н.В. Ломако  

Судьи   Д.В. Басаев  

 Е.А. Будаева  

Электронная подпись действительна. 

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 22.02.2023 2:09:00Кому выдана ЛОМАКО НАТАЛЬЯ ВАЛЕРЬЕВНАЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 15.01.2023 22:04:00

Кому выдана БУДАЕВА ЕЛИЗАВЕТА АНДРЕЕВНАЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 23.11.2022 21:45:00

Кому выдана БАСАЕВ ДАНИИЛ ВАЛЕРИАНОВИЧ