﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА  

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-6626/18 

Екатеринбург 

26 июня 2019 г. Дело № А76-4494/2017  

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2019 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 26 июня 2019 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Шавейниковой О.Э., судей Артемьевой Н.А., Сушковой С.А., 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «Уралтехноцентр» (далее – общество  «Уралтехноцентр») на определение Арбитражного суда Челябинской области  от 30.01.2019 по делу № А76-4494/2017 и постановление Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 09.04.2019 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично,  путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на  сайте Арбитражного суда Уральского округа, явку представителей в судебное  заседание не обеспечили.  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 14.06.2018 в  отношении общества с ограниченной ответственностью «Санаторий «Сунгуль»  (далее – общество «Санаторий «Сунгуль», должник) введено внешнее  управление сроком на 18 месяцев, внешним управляющим утвержден  Федотовских Михаил Евгеньевич.  

Общество «Уралтехноцентр» обратилось в суд с требованием о  включении в реестр требований кредиторов должника в составе третьей  очереди 3 375 768 руб. 64 коп., из них 3 047 334 руб. 60 коп. – сумма займа,  328 434 руб. 04 коп. – сумма процентов.  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 30.01.2019  (судья Воронов В.П.) в удовлетворении заявленных требований отказано.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 09.04.2019 (судьи Тихоновский Ф.И., Калина И.В., Хоронеко М.Н.)  определение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная  жалоба – без удовлетворения.  

В кассационной жалобе общество «Уралтехноцентр» просит определение  суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции  

отменить в части, принять по делу новый судебный о признании  обоснованными требований заявителя в сумме 2 170 635 руб. 02 коп., в том  числе 2 100 000 руб. основного долга, 70 635 руб. 02 коп. процентов и включить  их в третью очередь реестра требований кредиторов, в остальной части  требований отказать, ссылаясь на неправильное применение судами норм  материального и процессуального права, несоответствие выводов судов  фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов кассационной  жалобы заявитель указывает, что при рассмотрении в рамках настоящего дела  иных обособленных споров с участием аффилированных лиц практически с  идентичными обстоятельствами и аффилированными связями, суд первой  инстанции отклонил доводы конкурного кредитора о возникновении  корпоративных отношений между заявителями и должником, исключение  составляют два требования, в которых кредитором является непосредственно  участник должника и взаимоотношения связаны с предоставлением займов.  Ссылаясь на то, что Яковлев И.В. является участником кредитора – общества  «Уралтехноцентр» и одновременно единоличным исполнительным органом  единственного участника должника – общества с ограниченной  ответственностью «Корпорация АФК» (далее – общество «Корпорация АФК»),  заявитель отмечает, что судами не установлено наличие взаимоотношений по  поводу участия в уставном капитале друг друга. По мнению заявителя, факт  указанной аффилированности подтверждает отсутствие корпоративных  отношений между кредитором и должником, отсутствие характера  подконтрольности должника обществу «Уралтехноцентр», в связи с чем у  судов не имелось оснований для применения пункта 2 статьи 170 Гражданского  кодекса Российской Федерации и позиции Верховного Суда Российской  Федерации, изложенной в определениях от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556, от  12.02.2018 № 305-ЭС15-5734, от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208. Заявитель  указывает на наличие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о  том, что должник и общество «Уралтехноцентр» преследовали цель создания  правовых последствий возникновения именно заемных обязательств, при том,  что обстоятельств, указывающих на создание искусственной или фиктивной  задолженности, видимости долга, совершение сделок лишь с намерением  причинить вред другим кредиторам должника, лицами, участвующими в деле,  не приведено и в материалах дела не имеется.  

В отзывах на кассационную жалобу общество с ограниченной  ответственностью «Экаунт», внешний управляющий Федотовских М.Е. просят  определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной  инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу – без  удовлетворения.  

Законность судебных актов проверена в порядке, предусмотренном  статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, между должником  и обществом «Уралтехноцентр» заключены договоры займа от 11.09.2013 на  сумму 85 284 руб. 60 коп., от 05.07.2013 на сумму 862 050 руб. от 23.11.2016 на  

сумму 600 000 руб., от 27.04.2016 на сумму 700 000 руб., от 03.02.2017 на  сумму 800 000 руб. и от 29.03.2017 на сумму 400 000 руб.  

Общество «Уралтехноцентр», ссылаясь на неисполнение обществом  «Санаторий «Сунгуль» обязательств по оплате задолженности по указанным  договорам займа, обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с  рассматриваемым требованием.  

Внешний управляющий, возражая против заявленных требований, в  числе прочего заявил о пропуске обществом «Уралтехноцентр» срока исковой  давности в части договоров займа, датированных 2013 годом.  

Суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении  заявленных требований, пришли к выводу, что конструкция взаимоотношений  между заявителем и должником не соответствует обычной хозяйственной  деятельности юридических лиц, заявитель, являясь аффилированным с  должником лицом, входящим в одну группу лиц, осуществлял финансирование  текущей хозяйственной деятельности должника путем предоставления займов,  в связи с чем признали за прикрываемым требованием статус корпоративного,  а также в отношении части требований, основанных на договорах займа 2013  года, признали срок исковой давности пропущенным.  

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В силу абзаца 1 пункта 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)  требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и  исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем  исключительно на основании вступивших в силу судебных актов,  устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим  пунктом.  

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным  судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71, 100 Закона о  банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении  должника.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы  вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе  внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд  и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных  подтверждающих обоснованность указанных требований документов.  Указанные требования включаются внешним управляющим или  реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения  арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований  кредиторов. При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный  суд оценивает доказательства возникновения задолженности в соответствии с  материально-правовыми нормами, регулирующими неисполненные должником  

обязательства, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным  кодексом Российской Федерации.  

Пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что по договору займа одна сторона (займодавец) передает в  собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи,  определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить  займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других  полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается  заключенным с момента передачи денег или других вещей.  

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена  расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему  займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества  вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Согласно пункту 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской  Федерации если иное не предусмотрено законом или договором займа,  займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в  размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре  условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте  жительства займодавца, а если займодавцем является юридическое лицо, в  месте его нахождения ставкой банковского процента (ставкой  рефинансирования) на день уплаты заемщиком суммы долга или его  соответствующей части.  

В силу пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации  заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в  порядке, которые предусмотрены договором займа  

При рассмотрении спора суды первой и апелляционной инстанции  пришли к выводу о том, что должник и кредитор являются аффилированными  лицами, входящими в одну группу компаний; данный вывод основан на  положениях статьи 19 Закона о банкротстве, сделан исходя из того, что  единственным участником общества «Уралтехноцентр» является Яковлев И.В.,  который также является руководителем общества «Корпорация АФК»,  являющегося единственным учредителем должника.  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений,  согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных  (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся  корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника  является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном  характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.  

Вместе с тем, в силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве к числу  конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к  должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.  

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся  не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным  законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и  т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско- 

правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по  причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно,  если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).  

Верховным Судом Российской Федерации сформирована судебная  практика, согласно которой при определенных обстоятельствах участнику либо  иному аффилированному по отношению к должнику лицу может быть отказано  во включении его требования в реестр, в частности, когда заем прикрывал  (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации)  корпоративные отношения по увеличению уставного капитала либо когда  финансирование предоставлялось в рамках реализации публично нераскрытого  плана выхода фактически несостоятельного должника из кризиса при условии,  что такой план не удалось реализовать  

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его  участник как член высшего органа управления объективно влияет на  хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с  последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту  гражданского оборота). Поэтому в случае последующей неплатежеспособности  (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований  добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6  Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит  распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного  косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством  запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования  требованиям иных (независимых) кредиторов.  

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на  договорах займа требований участников следует исследовать природу  соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем,  а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий  банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в  форме займа (в том числе на льготных условиях), а в рассматриваемом случае  уступка прав требований без указания срока возврата стоимости уступленных  прав, может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении  заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего  воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем  может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала,  позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную  кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего  уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества  голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается  обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.  

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств,  указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования,  на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода  путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности,  судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные  

экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно  от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных  условиях и т.д.  

В данном случае, несмотря на заявленные внешним управляющим и  конкурсными кредиторами доводы о корпоративном характере займов,  вышеуказанные обстоятельства кредитором раскрыты не были.  

Суды первой и апелляционной инстанций, исходя из изложенного,  приняв во внимание, что должник и кредитор являются аффилированными  лицами, установив тот факт, займы предоставлялись на условиях, не  отвечающих рыночным, в частности не предполагали предоставления  обеспечения, выдавались в условиях недостаточности собственных денежных  средств должника, когда все поступающие денежные средства в качестве  займов направлялись на исполнение текущих обязательств общества  «Санаторий «Сунгуль» за поставляемые энергоресурсы перед контрагентами  либо перечислялись им напрямую, отметив также, что заемные средства  предоставлялись на регулярной основе, в то время как должник их не  возвращал, а кредитор возврата не требовал до момента возбуждения дела о  банкротстве в отношении должника, посчитали неопровергнутыми доводы  внешнего управляющего и конкурсных кредиторов о корпоративном характере  займов, соответственно, гражданско-правовую природу обязательства -  недоказанной.  

Учитывая изложенное, установив, что общество «Уралтехноцентр»,  перечисляя денежные средства в пользу должника, действовало в условиях  наступившего неблагоприятного финансового положения у должника,  неспособного самостоятельно осуществлять платежи за поставляемые  энергоресурсы, указанные перечисления были направлены на  минимизирование последствий негативных результатов своего воздействия на  хозяйственную деятельность должника, отметив, что сам по себе факт  предоставления займов не непосредственным участником должника, а лицом,  контролируемым бенефициаром всей группы предприятий, не изменяет  природу указанных займов и их фактическое предназначение, суды первой и  апелляционной инстанции признали, что требование общества  «Уралтехноцентр» носит исключительно корпоративный характер, в связи с  чем не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов и не  подлежит включению в реестр требований кредиторов должника.  

Кроме того, при рассмотрении спора внешним управляющим заявлено о  пропуске обществом «Уралтехноцентр» срока исковой давности в части  требований основанных на договорах займа, датированных 2013 годом.  

Проанализировав договоры займа от 2013 года, установив, что согласно  условиям указанных договоров займа денежные средства предоставляются на  срок до 01.04.2014, принимая во внимание, что общество «Уралтехноцентр»  обратилось в суд с рассматриваемыми требованиями 26.07.2017, а также  признав, что документы, представленные кредитором в обоснование доводов о  признании должником долга и продлении срока давности, не отвечают  признакам допустимости доказательств, составлены в обход действующего  

законодательства и направлены на причинение вреда кредиторов, суды обеих  инстанций, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 199, пункта 1  статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о  пропуске обществом «Уралтехноцентр» срока исковой давности по данной  части требований. В указанной части выводы судов не обжалуются.  

При таких обстоятельствах, исходя из фактических обстоятельств дела, а  также из того, что обществом «Уралтехноцентр» в нарушение положений  части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации не представлено доказательств, опровергающих корпоративный  характер обязательств, с учетом пропуска обществом «Уралтехноцентр» срока  исковой давности, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу  об отсутствии оснований для включения требований общества  «Уралтехноцентр» в реестр требований кредиторов должника, в связи с чем  отказали в удовлетворении заявленных требований.  

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает,  что судами первой и апелляционной инстанций правильно установлены  фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения настоящего  спора, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами спора  доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в судебных  актах мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы судов  соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и  представленным доказательствам, нормы права, регулирующие спорные  правоотношения, применены правильно.  

Довод заявителя кассационной инстанции о том, что в рамках других  обособленных споров суд первой инстанции не установил корпоративного  характера возникших между аффилированными лицами отношений, судом  округа не принимаются, поскольку были предметом рассмотрения судом  апелляционной инстанции и получили надлежащую оценку. Вопреки доводам  заявителя, обстоятельства настоящего спора не идентичны обстоятельствам,  установленным в рамках иных споров; вывод судов о корпоративной природе  рассматриваемых требований основан на совокупной оценке доказательств,  представленных в материалы данного спора, и не опровергнутых кредитором;  апелляционным судом также обоснованно отмечено, что по обособленным  спорам, поименованным в жалобе, было отказано в удовлетворении требований  аффилированных лиц, предъявленных к должнику в рамках дела о банкротстве,  при этом основанием для отказа послужили выводы судов о пропуске срока  исковой давности, мнимом характере правоотношений, положенных в основу  требований, наличии признаков злоупотребления правом.  

Содержащийся в кассационной жалобе довод о том, что общество  «Уралтехноцентр» не является участником должника, отклоняется судом  округа, поскольку судами первой и апелляционной инстанций установлены  обстоятельства, подтверждающие принадлежность общества  «Уралтехноцентр», общества «Корпорация АФК» и должника к одной группе  компаний через корпоративное участие, что свидетельствует об общности  

экономических интересов кредитора и должника. Убедительных доказательств  обратного кредитором не представлено.  

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, не содержат  обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении  дела, вышеуказанных выводов судов не опровергают, о нарушении ими при  принятии обжалуемых судебных актов норм права не свидетельствуют,  касаются фактических обстоятельств дела и доказательственной базы по спору  и сводятся к несогласию с оценкой, данной судами обстоятельствам спора и  представленным в дело доказательствам, что выходит за пределы компетенции  и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286-288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем  подлежат отклонению. Само по себе мнение заявителя кассационной жалобы о  том, что приведенные им доводы и доказательства судам следовало оценить  иным образом, о незаконности состоявшихся по спору судебных актов не  свидетельствует.  

Несоответствия выводов судебных инстанций представленным сторонами  доказательствам или установленным на основании имеющейся  доказательственной базы фактическим обстоятельствам и, как следствие,  нарушений применения при разрешении спора норм материального права,  судом округа не установлено. Процессуальных нарушений, в том числе  являющихся в силу положений части 4 статьи 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями  для отмены судебных актов, судами при рассмотрении настоящего дела также  не допущено. С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат  оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 30.01.2019 по делу  

 № А76-4494/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 09.04.2019 по тому же делу оставить без изменения,  кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью  «Уралтехноцентр» – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий О.Э. Шавейникова 

Судьи Н.А. Артемьева 

 С.А. Сушкова