ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-11078/2019

г. Самара

08 июня 2021 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей, Львова Я.А., Назыровой Н.Б.

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 01 июня 2021 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Инвэнт» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 октября 2020 года (резолютивная часть), вынесенное по заявлению (вх.34474) ООО «Инвэнт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов в рамках дела №А65-11078/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ИНВЭНТ-Электро», ИНН 

<

***>,

без участия лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом.

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.04.2019 заявление общества с ограниченной ответственностью «УралСибТрейд-Кама» о признании общества с ограниченной ответственностью «ИНВЭНТ-Электро» несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.06.2019 произведено процессуальное правопреемство заявителя по делу №А65-11078/2018 с общества с ограниченной ответственностью «УралСибТрейд-Кама» на общество с ограниченной ответственностью «Верита».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.06.2019 (дата оглашения резолютивной части) в отношении общества с ограниченной ответственностью «ИНВЭНТ-Электро» введена процедура банкротства наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.05.2020 общество с ограниченной ответственностью «ИНВЭНТ-Электро» признано несостоятельным (банкротом) и открыта в отношении него процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3, член некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Развитие». 

В Арбитражный суд Республики Татарстан 17 июля 2020 года поступило требование конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Инвэнт», с. Столбище (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ИНВЭНТ-Электро», Лаишевский район, с. Столбище, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), в размере 45 020 751,53 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.04.2021 (резолютивная часть от 21.10.2020) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Конкурсный управляющий ООО «Инвэнт» обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.04.2021.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 01.06.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Порядок рассмотрения арбитражными судами требований кредиторов в рамках дела о банкротстве должника предусмотрен статьями 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». В силу указанных статей, кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику, направив их в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов.

На основании п.1 ст. 142, п. 1,3 ст. 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе конкурсного производства. Указанные требования направляются в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд конкурсным управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов.

Согласно п.4 ст. 100 Закона о банкротстве при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность соответствующих требований кредиторов и доказательства уведомления других кредиторов о предъявлении таких требований. По результатам рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении указываются размер и очередность удовлетворения таких требований.

В соответствии с п.5 ст. 100 Закона о банкротстве требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов. Указанные требования могут быть рассмотрены без привлечения лиц, участвующих в деле.

В обоснование заявленного требования кредитором указано, что у ООО «Инвэнт-Электро» имеется непогашенная задолженность перед ООО «Инвэнт» в размере 45 020 751,53 руб., которая возникла из нижеследующего:

11.04.2016 Решением № 7 единственного участника ООО «Инвэнт-Электро» (далее по тексту - Решение № 7) принято решение о выплате прибыли по итогам финансово-хозяйственной деятельности за 2015 год в размере 25 000 000 руб. в пользу ООО «Инвэнт».

ООО «Инвэнт-Электро» частично выплатило дивиденды, что подтверждается следующими документами:

1) Платежное поручение № 3469 от 25.04.2016 на сумму 1 000 000 руб.;

2) Платежное поручение № 4142 от 26.05.2016 на сумму 322 631,50 руб.;

3) Платежное поручение № 4571 от 07.06.2016 на сумму 2 325 581,40 руб.;

4) Платежное поручение № 6425 от 19.08.2016 на сумму 1 200 000 руб.;

5) Платежное поручение № 6633 от 26.08.2016 на сумму 309 000 руб.;

6) Платежное поручение № 7132 от 21.09.2016 на сумму 450 000 руб.

Также, 01.09.2016 между ООО «Инвэнт» (Цессионарий) и ООО «Инвэнт-Электро» (Цедент) заключен Договор цессии № 56/5-ИНВ/Ц (далее по тексту - Договор), в соответствии с которым Цедент уступает, а Цессионарий принимает право (требования) с Должника - ФИО4 (паспорт гражданина РФ: серия 

<

...> выдан УВД Ново-Савиновского района гор. Казани 26.02.2002, код подразделения 162-005) - задолженности на общую сумму 3 642 109 (Три миллиона шестьсот сорок две тысяч сто девять) рублей 59 коп., возникшей по Договору цессии № 81.14.-ИЭ от 06.03.2014 г.

Согласно п.3.2. Договора в соответствии со ст. 410 Гражданского кодекса РФ обязательство Цессионария по оплате уступаемого права (требования) в сумме, указанной в п. 3.1. настоящего договора, зачитывается встречными однородными требованиями Цессионария к Цеденту по выплате дивидендов по решению о распределении прибыли (Решение Единственного участника ООО «ИНВЭНТ-Электро» №7 от 30.03.2016 г.).

С учетом произведенной частичной выплаты дивидендов ООО «Инвэнт-Электро» в пользу ООО «Инвэнт» размер задолженности по Решению № 7 составил 15 750 678,10 руб.

Указанное подтверждается подписанным Актом сверки взаимных расчетов за период с 30.03.2016 по 10.06.2020.

Таким образом, у должника имеется задолженность по выплате дивидендов в размере 15 750 678,10 руб. в соответствии с Решением № 7 единственного участника ООО «Инвэнт-Электро» от 11.04.2016.

01.08.2016 Решением № 12 единственного участника ООО «Инвэнт-Электро» (далее по тексту - Решение № 12) принято решение о выплате накопленной нераспределенной прибыли по итогам финансово-хозяйственной деятельности в размере 429 200 000 руб. в пользу ООО «Инвэнт».

ООО «Инвэнт-Электро» частично выплатило дивиденды на сумму 399 929 926,57 руб.

С учетом произведенной частичной выплаты дивидендов ООО «Инвэнт-Электро» в пользу ООО «Инвэнт» размер задолженности по Решению № 12 составил 29 270 073,43 руб.

Указанное подтверждается подписанным Актом сверки взаимных расчетов за период с 01.08.2016 по 10.06.2020.

Таким образом, у должника имеется задолженность по выплате дивидендов в размере 29 270 073,43 руб. в соответствии с Решением № 12 единственного участника ООО «Инвэнт-Электро» от 01.08.2016.

По общему правилу в соответствии с п. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35) в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

По смыслу названных норм, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных требований к должнику и выясняет наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов.

Между тем, согласно ст. 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения наступают следующие последствия: не допускается выплата дивидендов, доходов по долям (паям), а также распределение прибыли между учредителями (участниками) должника;

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве конкурсные кредиторы - кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Согласно п. 16 "Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018) Закон о банкротстве (абзац восьмой ст. 2) не относит к конкурсным кредиторам учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер обязательств этих лиц непосредственно связан с их ответственностью за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей. Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия (далее - корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота.

Таким образом, требование кредитора, возникшее из факта участия в уставном капитале должника, не может конкурировать с обязательствами должника перед другими кредиторами.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.). Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.

Согласно абзацу 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов; граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, морального вреда; имеет обязательства по выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Таким образом, данная норма права содержит прямое предписание об исключении из числа конкурсных кредиторов учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку эти обязательства носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. При этом закон не лишает этих лиц права претендовать на часть имущества предприятия-банкрота, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

Закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно подпункту 1 пункта 1 ст. 9 Федеральный закон от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) в группу лиц входят юридические лица, если такое юридическое лицо имеет в силу своего участия более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в этом хозяйственном обществе.

Заявитель и Должник являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу, что подтверждается выписками из ЕГРЮЛ.

ООО «ИНВЭНТ» принадлежит 99,99 % долей в уставном капитале Должника.

Кроме того, оба юридических лица зарегистрированы по одному и тому же адресу, фактически также расположены в одном и том же месте с. Столбище.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу ст. 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

В понимании Закона РСФСР от 22.03.1991г. № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. В частности, аффилированным лицом юридического лица признаются лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что кредитор и должник являются аффилированными лицами.

Указанные обстоятельства подтверждаются также постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2020.

Как правильно отмечено судом первой инстанции, представленные в качестве подтверждения решения, акты сверки расчетов, не могут служить достаточными доказательствами наличия задолженности, поскольку подписаны взаимозависимыми лицами. 

При этом решение должника принималось единственным участником – самим кредитором.

Несмотря на то, что задолженность не оплачивалась должником значительное время, доказательств, подтверждающих обращение кредитора в суд за взысканием задолженности по уплате дивидендов, также не представлено.

Существование заявленной кредиторской задолженности было бы невозможно с точки зрения обычного хозяйственного оборота, если бы должник не участвовал в капитале заявителя.

На основании вышеизложенного, учитывая наличие аффилированности между кредитором и должником, отсутствие доказательств, подтверждающих реальность сделок, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отказе ООО «Инвэнт» в удовлетворении заявленных требований. 

Вопреки доводам заявителя жалобы, бремя доказывания в рассматриваемом случае лежит на кредиторе, являющемся аффилированным по отношению к должнику лицом, в связи с чем последнему не должно составлять затруднений опровергнуть сомнения в наличии задолженности, поскольку он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником. 

Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу ст. 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником (Определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629(2) по делу №А40-122605/2017).

Доводы ООО «Инвэнт» о представлении последним в материалы дела достаточных доказательств, подтверждающих наличие задолженности, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными, поскольку, учитывая наличие аффилированности между кредитором и должником, представленные документы нельзя признать достаточными для подтверждения реальности заключенных сделок. При этом необходимо учитывать, что стороны мнимой сделки могли осуществить для вида ее формальное исполнение. 

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд доводы заявителя жалобы отклоняет и считает, что обжалуемое определение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, содержащиеся в нем выводы, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 октября 2020 года по делу А65-11078/2019 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 октября 2020 года по делу А65-11078/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 Я.А. Львов

                                                                                                                Н.Б. Назырова